«Холод сковывает не только тело, но и мозги. Я привык думать в любой ситуации, даже тогда, когда и не следовало бы. А сейчас не получается. Любая попытка подумать обрывается жестяным словом „холодно“. Я, обхватив обломок утлегаря, как любимую женщину, дрейфую вместе с ним среди высоких волн. Они плавно, заботливо понимают и опускают меня, поднимают и опускают. От их убаюкивания хочется заснуть. Я гоню сон, пытаясь подумать о чем-нибудь теплом. Попытка сразу пресекается словом „холодно“. Как ни странно, холод я чувствую только ушами, носом, щеками, губами. Последние свело так, что не смог бы позвать на помощь. Остальные части головы не мерзнут. Может, потому, что привык зимой ходить без головного убора. И тело не мерзнет. Даже та часть его, которая над водой. Я пытаюсь делать так, чтобы как можно большая часть тела была над водой. В воде кажется теплее, но на самом деле она интенсивнее высасывает тепло. Статистика кораблекрушений показывает, что чаще выживают те, кто менее погружен в воду. И кто борется до конца. Я еще борюсь, даже не смотря на то, что не могу думать…»
«Под Рождество до нас добралась новость, что король Стефан был обменян на графа Глостерского, и в Вестминстере синод вновь признал его королем Англии. Тем, кто будет воевать на стороне императрицы Матильды, пригрозили отлучением от церкви. Я не мог понять, радоваться мне этой новости или нет. Я – мелкая сошка, церковь меня особо преследовать не будет, даже если решу повоевать на стороне императрицы. Делать ведь это буду по приказу своего сеньора. С него и спрос. А Ранульф де Жернон, граф Честерский, – тот еще гусь. На него где сядешь, там и слезешь. Впрочем, зимой никто ни с кем не воевал. Король Стефан болел. Темница и кандалы плохо влияют на здоровье. Императрица Матильда и ее брат Роберт Глостерский тоже в драку не рвались, не хотели быть еще раз побитыми Вильгельмом Ипрским, которого король Стефан в награду за освобождение из плена сделал графом Кентским…»
«Появление на палубе членов экипажа и пассажиров с бледно-зелеными лицами – первый признак окончания шторма. До этого они отлеживались в трюме, не имея ни сил, ни желания подняться наверх. Я не страдаю морской болезнью, поэтому не могу поделиться впечатлениями. Мне только непонятно, зачем природа награждает таких людей тягой к морю? Чтобы сполна заплатили за добытую на море или благодаря морю славу? Но это касается только знаменитых флотоводцев, как адмирал Нельсон, или писателей-маринистов, как Александр Грин. А за что страдают остальные, которым нет числа? В двадцатом и двадцать первом веках мне попадались люди, страдающие морской болезнью на всех должностях, включая капитанскую. Последний случай самый тяжелый. Такой капитан норовил изменить курс, чтобы уменьшить качку, даже если это было опасно для судна и экипажа…»
В богатом Славельском княжестве было все. Или почти все… Домовые, лешие, русалки, водяные, даже Змей Горыныч. Одного там не хватало… Человека из нашего мира! Того самого мира, где жил Николай Шмелёв, которому не везло. Все его попытки сделать карьеру менеджера или сисадмина заканчивались плачевно для… места работы. Зато в Славельском княжестве Николай сделал головокружительную карьеру. И от головокружения от успехов, как водится, вляпался по самое некуда… Пришлось впрягаться в международные разборки, набирая самую разношерстную команду в мире. Ведь Родине неважно, кто ты – пришелец из будущего, домовой с боевой саламандрой, бывший граф Бертран де Куртуаз, да хоть полковник лешачьего спецназа на деревянном танке… Если ты готов умереть за Родину – значит, русский!
«В прошлый раз его убили в двух шагах от Колодца. Кто и за что?.. Он пытался припомнить подробности, но память, вероятно, непоправимо поврежденная в результате стольких смертей, следовавших одна за другой, вместо полноценной зарисовки происшествия выдавала невнятицу, больше похожую на обрывки сна.Кажется, сумерки: краски притемненные, водянистые, небо отсвечивает лиловым. Колодец не этот, местность другая. Деревьев нет, торчат какие-то столбы или колонны. Нападавших двое, трое? Лица, одежда, экипировка – все как будто ластиком стерли, до белых дыр. Видимо, они использовали холодное оружие, было очень больно. Забрызганная кровью трава с темными прожилками на длинных узких листьях – единственное, что запомнилось отчетливо. Прожилки узорчатые, почти черные на светло-зеленом фоне – совершенно бесполезная подробность…»
Молодой скандинавский князь Ансгар при поддержке отряда руссов намеревается взойти на пост правителя Норвегии. Кроме него на трон претендует и племенной вождь Торольф Одноглазый, которого поддерживает колдун Гунналуг. Молодой Ансгар вызывает Торольфа Одноглазого на поединок и достает из ножен меч Рёнгвальда, который после поломки перековал и исправил кузнец-русс. Этот меч обладает магической силой и должен решить исход поединка…
Как победить несколько сотен пришельцев из другого мира? Можно ли залатать дыру в пространстве обычными нитками? Любят ли оборотни классическую музыку? Какие правила стоит соблюдать, приручая чубасей?На эти и другие вопросы гораздо легче найти ответы, если рядом друг. Тем более, когда этот друг – ведьмак.
«Сначала я услышал удары волн о корпус судна. Звуки были глухие. Так волны бьются о деревянный корпус. Судно кренилось на волнах, однако несильно, поэтому непонятны были тошнота, одолевавшая меня, чувство разбитости во всем теле, боль в голове, особенно в правой ее части, и неприятный, металлический, привкус во рту, какой бывает с жуткого бодуна. Морской болезнью не страдаю, пью в меру. Вроде бы не перебрал и ни с кем не подрался вчера… Стоп! Вчера (или сегодня?) был шторм. Громадная волна швырнула меня на надстройку. Поскольку я все еще на судне, значит, это была не «моя» волна. Я провел языком по пересохшим губам, приоткрыл глаза…»
«Мелочь, казалось бы, – не просто наказал половцев за нападение, но и вернул подданным угнанный у них скот и возместил баранами потерю хлеба, – а на крестьян произвело сильное впечатление. По весне ко мне пришли столько желающих поселиться на моих землях, что их хватило на четыре новые деревни. Выделил им поля на левом берегу Сейма. Там больше степных участков, не надо вырубать лес. Дал на семью по корове, лошади и зерно на посев в кредит и помог вспахать целину. Для этого нужен тяжелый плуг, который способна тянуть только упряжка из восьми волов. У переселенцев таких не было…»
Рутинная жизнь закончилась. Ты попал!.. В мир, где развитие магии заменяет технический прогресс. Ты станешь магом. На твоей стороне магический искин и големы, роботы магического мира. У тебя будут помощники, поисковики артефактов, ставшие по воле случая обладателями сверхспособностей. Ты сам научишься делать артефакты, станешь заметной фигурой на игровом поле чужого мира… Но сможешь ли ты противостоять некромантам, врагам всего живого?.. Твоим врагам!