Горько, страшно, а многим из нас, видит Бог, и стыдно возвращаться памятью к чудовищной российской трагедии, но что поделаешь — болит она, память, хоть и восьмой уже пошел десяток…Февраль 1920-го, крики чаек, душераздирающие гудки над пустеющим, вымирающим на глазах новороссийским портом, пароход курсом на Константинополь. Когда, да и приведет ли Господь вернуться — никто из его пассажиров знать не мог. Не знала того и четырнадцатилетняя Зинаида Шаховская, с матерью и сестрами по скользкому, отяжелевшему от тысяч беженцев трапу поднимавшаяся тогда на борт.С последнего краешка российской земли увозила она то, чего грабители, отнявшие у нее родину, и зубы обломав бы, вырвать не могли, — увозила она с собой русский язык. В нем была сила. В нем и будущее оказалось.Константинополь, Брюссель, Париж — города и годы учения. Но языки европейские, раскрытые ей до последней кровиночки, мировая культура, под небо которой входила она на правах законной уже наследницы, при всем баснословном их величии, не потеснили и притушить не могли того, что со старинным родом даровано было Россией. Позже Зинаида Шаховская напишет: «Задача, вставшая передо мною, была такая: как жить в трехмерном мире, помнить прошлое, питающее настоящее, и различать в них зерно будущего. Я была частью зарубежной России, той самой, которая молилась, трудилась, ссорилась, пела, танцевала и… писала».Пускай пожар горит над нами,О Русь, я связана с тобойТысячелетними снегамиНад черной русскою землей.. . . . . . . . . . . . .С тобою скованная снами,Твой гнев и боль твою деля,Я помню — дышит под снегами,Все та же черная земля.Разве одним лирическим даром рождены эти строки? Они выстраданы. Три сборника русских стихов в многокнижной Европе не затерялись, не стерлись и в памяти, — живет в них истинн.
Мемуары выдающейся писательницы и журналистки русского зарубежья Зинаиды Алексеевны Шаховской охватывают почти полстолетия — с 1910 по 1950 г. Эпоха, о которой пишет автор, вобрала в себя наиболее трагические социальные потрясения и сломы ушедшего столетия. Свидетельница двух мировых войн, революции, исхода русской эмиграции, Шаховская оставила правдивые, живые и блестяще написанные воспоминания. Мемуары выходили в свет на французском языке с 1964 по 1967 г. четырьмя отдельными книгами под общим подзаголовком «Таков мой век». Русский перевод воспоминаний, объединенных в одно издание, печатается впервые.
Автор: Нина Николаевна Берберова,
Сергей Волконский,
Максимилиан Волошин,
Роман Гуль,
Надежда Яковлевна Мандельштам,
Ариадна Тыркова-Вильямс,
Марина Цветаева,
Лидия Чуковская,
Илья Григорьевич Эренбург,
Сергей Эфрон,
Константин Бальмонт,
Марк Львович Слоним,
Арсений Тарковский,
Борис Зайцев,
Ирина Владимировна Одоевцева,
Павел Антокольский,
Владимир Васильевич Вейдле,
Александр Васильевич Бахрах,
Фёдор Степун,
Алексей Владимирович Эйснер,
Валентин Федорович Булгаков,
Ольга Алексеевна Мочалова,
Вера Леонидовна Андреева,
Зинаида Алексеевна Шаховская,
Андрей Седых,
Вадим Леонидович Андреев,
Наталья Николаевна Резникова,
Мария Кузнецова
Название: Воспоминания о Марине Цветаевой
Язык: русский
«Единственная обязанность на земле человека — прада всего существа» — этот жизненный и творческий девиз Марины Цветаевой получает убедительное подтверждение в запечатленных мемуаристами ключевых биографических эпизодах, поступках героини книги. В скрещении разнооборазных свидетельств возникает характер значительный, духовно богатый, страстный, мятущийся, вырисовывается облик одного из крупнейших русских поэтов XX века. Среди тех, чьи воспоминания составили эту книгу, — М. Волошин и К. Бальмонт, А. Эфрон и Н. Мандельштам, С. Волконский и П. Антокольский, Н. Берберова и М. Слоним, Л. Чуковская, И. Эренбург и многие другие современники М. Цветаевой.