Ответом ему послужила тишина.
– Вы еще не успели задать себе подобных вопросов, понимаю. Но они неизбежно возникнут, прямо здесь на полигоне во время испытаний.
Фарагней откашлялся и продолжил:
– Скажу вам правду: "Беатрис-4" создана для того, чтобы учиться не только приемам ведения боя, но и другим человеческим качествам. Командование не желает, чтобы война перешла в стадию, когда с обеих сторон друг против друга будут сражаться машины, не имеющие ни капли человеческого. - Он лгал, но ложь во спасение звучала легко, ведь если разобраться он излагал застывшим в строю ребятам правду - свою правду, понятую не вчера, открывшуюся не с резкими словами майора Херпака, правду, выстраданную в глухой тиши бункерных зон, и воплощенную в схемах "Беатрис". Ложь во спасение этих ребят. Если они поверят, не станут отвергать "Одиночку", выпячивая собственное "Я", то выживут, обязательно выживут, ибо возможности боевой связки, где киберсистема дополняет человеческий рассудок, фактически безграничны.
Фарагней говорил легко, хотя понимал, не все поверят и многим не суждено вернуться из боев, но каким бы ни был исход войны, модули искусственного интеллекта сохранят частичку их сознания, души, мыслей…
Потом ему стало тяжело. Тяжело и больно, потому что полуправда на самом деле не спасала их жизни, а лишь оттягивала момент смерти.
Говард понял это, увлекшись перечислением тех множественных угроз, что таит в себе пространство высокотехнологичного боя.
Однако сказанного уже не вернешь. Скомкав последние фразы, он отошел в сторону, жестом позволив капитану продолжать, но тот лишь махнул рукой:
Адмирал Купанов не слышал его речи. Он с нетерпением ждал начала боевых испытаний, желая лично оценить действия пилотов, которых ему рекомендовали, как лучших, - пусть не имеющих реального боевого опыта, но лучших по результатам тестирования. Соперничать с ними могли лишь единицы из прошедших суровую школу боев, действительных пилотов серв-машин.
Купанову нужны были не просто асы, а лучшие из лучших. Об одном умалчивал адмирал - о степени риска предстоящего задания, для которого он собирался отобрать сегодня два десятка вчерашних мальчишек.
Ребята, поднимавшиеся в тот момент по приставным лесенкам, к шлюзам серв-машин, совершенно не думали о войне и смерти.
Вчерашние жители опустевших мегаполисов Земли, в меру бесшабашные, в меру рисковые, не знавшие еще настоящих трудностей, они смотрели на жизнь иначе, чем адмирал или главный конструктор.
Детство и юность для них закончились давно, когда не стало родителей, когда начали пустеть города, и мир показался серым, мрачным, лишенным всякого смысла.
Никто из них не получал похоронок. Считалось, что родители живы, они где-то там, в чернильной бездне космоса, поглотившей почти все население Солнечной системы.
Степень доверия… пространство техногенного боя… - да по фигу им были все сторонние, не очень-то понятные рассуждения, когда прямое нейросенсорное соединение с виртуальной реальностью, имитирующей те самые планеты, за которые возможно сейчас дрались их родители, являлось единственным видом соревновательного драйва, доступного развлечения, убивающего скуку и время.
Мысли Саймона были в чем-то созвучны мыслям остальных.
Он пока что не видел существенных отличий костюма виртуальной реальности от боевого скафандра, по крайней мере, ощущения те же, вот только процесс "загрузки" у них тут на полигонах слишком долгий, достало уже ждать.
Он сел в кресло пилот-ложемента, привычно проверил, надежно ли застегнулись замки страховочных ремней (биться лицом о стену кабины виртуальной реальности при имитации резких смен направления движения ему определенно не нравилось) и включил передатчики импланта.
Голос, возникший в рассудке, явно принадлежал женщине, воображение Саймона даже успело смутно и соблазнительно очертить контуры ее фигуры, прежде чем разум отреагировал машинальной мысленной фразой:
Саймон усмехнулся.
Ты не мужчина, а я не женщина? Где-то он уже слышал похожую фразу. Ну, посмотрим. Конечно вопрос "взаимного доверия", наверное, подразумевает тесную духовную близость…
– Я обязательно загружу специализированные словари при первой же возможности. - Ответил мягкий бестелесный голос.
Ни он, ни Верхолин, с которым Грин успел сдружиться за последние дни, еще не подозревали, что в эти минуты в их жизни происходит самый главный выбор.
Но делали его не они, а адмирал Купанов.
Глава 2.
Им всем дали сутки на отдых, затем в торжественной, даже можно сказать помпезной обстановке, никак не соответствующей трауру, объявленному в связи с кончиной Джона Хаммера, новобранцам присвоили звания лейтенантов.
Утром следующего дня новоиспеченных офицеров, сразу после завтрака попросили пройти в лекторий.
– Перед вами, господа, наш новый козырь в борьбе за планетарную твердь.
Тускло вспыхнул голографический экран, продемонстрировав модель космического корабля.
– Штурмовой носитель нового поколения - "Нибелунг 12МТ". - Сообщила аудиосистема лектория. Модель корабля стала увеличиваться, демонстрируя крупным планом отдельные узлы и агрегаты. - При модификации базовой модели учтен десятилетний опыт боевых действий. - Продолжал пояснять бестелесный голос. - Обратите внимание на двигатели планетарной тяги с изменяемым вектором. В конструкции их крепления использованы вращающиеся ложементы, что позволяет кораблю не только свободно маневрировать в атмосфере, но и задействовать функцию "автозависания" над определенной точкой поверхности. Усиленное вооружение нижней полусферы, в частности две дополнительные ракетные батареи и установки плазмогенераторов обеспечивают предварительную зачистку зон высадки от средств наземной и противокосмической обороны противника. Так же изменены принципы боевого десантирования серв-соединения. Если в прошлом выход серв-машин осуществлялся только с использованием аппарелей, после посадки носителя на планету, то теперь каждая машина помещается в отдельный контейнер с собственным броневым покрытием и системой посадочных двигателей, - то есть отстрел боксов с техникой серв-соединения возможен еще в воздухе, при этом штурмовой носитель продолжает прикрывать огнем десантированное подразделение, что существенно снижает процент потерь.
Слушая приятный женский голос, лейтенант Саймон все более мрачнел.
Он пытался представить, каково будет падать с километровой высоты в бронированном металлопластиковом гробу, под огнем наземных батарей?
От картин, что рисовало воображение, захотелось выругаться вслух, но он все же сдержался.
– Каждый автономный посадочный контейнер одноразовый, внутри оборудован системой амортизационной фиксации машины, в комплектацию посадочного бокса входит один автономный сервомеханизм технической поддержки, кроме того, в изолированной камере, в верхней части контейнера под защитой дополнительной брони смонтировано резервное хранилище боезапаса. В случае уничтожения штурмового носителя серв-машины получают возможность двух автономных перезарядок бортового боекомплекта.
– Вот блин утешила, тварь… - Прошипел кто-то из задних рядов.
Кибернетическая система лектория проигнорировала замечание.
На постановку боевой задачи отводилось всего десять минут незадолго до старта.
Бойцы в бронескафандрах выстроились вдоль флюоресцирующей линии - накопитель внутреннего космодрома крейсера напоминал сейчас потревоженный муравейник: повсюду сновали люди и машины, титанические механизмы перемещали стартовые плиты, на которых застыли штурмовые носители нового поколения, к шахтам электромагнитных катапульт подавали истребители и штурмовики, то и дело раздавались громкие, шипящие звуки, исходящие от многотонных герметизирующихся затворов, - крейсер готовился к бою.
Примерно такая же картина царила сейчас на палубах и в отсеках других, менее крупных единиц флота. Конвойные и ракетные носители[12], грозные фрегаты[13] и юркие штурмовые корветы[14] готовились к схватке, но первыми на острие удара седьмого флота сегодня пойдут смехотворные (с точки зрения масштабных космических столкновений) силы: один десантный модуль[15] в сопровождении семи штурмовых носителей класса "Нибелунг".
Их задачей являлась скрытая высадка на планету, защищенную тремя эшелонами противокосмической обороны.
Поначалу, когда Андрею Тавгалову сообщили детали предстоящей операции, он честно подумал: не сошло ли с ума командование флота?… но потом, когда он нашел в себе смелость высказать вслух сомнение, реакция на дерзкие слова со стороны начальника штаба внезапно оказалась сдержанной, едва ли не отечески-мягкой:
– Капитан, вы ошибаетесь, полагая, что полный серв-батальон, и спецподразделение космодесанта пошлют на заведомую смерть. Я сейчас не рассматриваю действительно опасную и рискованную фазу планетарной операции, там на самом деле придется туго, и все будет зависеть только от профессионализма бойцов и вас в частности, но что касается проникновения через системы обнаружения противокосмической обороны противника, - волноваться не о чем. Вы десантируетесь на борту принципиально новых космических аппаратов, оснащенных устройствами фантом-генераторов[16] последнего поколения. Комплекс "Мираж" обеспечит бескровную высадку.
Андрей лишь пожал плечами в ответ. В "бескровные" высадки десанта на поверхность хорошо защищенной планеты он не верил.
– Техника не стоит на месте, капитан. - Уже назидательным тоном произнес начальник штаба флота. - Я не уполномочен раскрывать особенностей конструкции прибора, но, если это вас успокоит, - он прошел полный комплекс испытаний в самых жестких условиях, и показал свою полную функциональность. - Размытые фразы не успокоили Тавгалова, хотя он понимал: никакой конкретики не будет. Во-первых, командиру разведывательно-диверсионной группы не положено знать конструктивных особенностей или принципов действия секретного оборудования - слишком велик был риск попасть в плен и оказаться на допросе, под воздействием препаратов, которым человек не сможет сопротивляться. Во-вторых, он вряд ли что-то поймет…
– Наземная часть операции в своей начальной стадии полностью зависит от действий вашей группы, капитан. - Продолжал информировать его начальник штаба. - По нашим расчетам после десантирования вы окажетесь в глубоком тылу противника на территории одной из трех крупнейших баз РТВ. Фактор внезапности будет на вашей стороне первые несколько минут. Под прикрытием фантом-генераторов штурмовые носители осуществят атмосферное маневрирование и высадку машин серв-батальона, которые свяжут боем охранение противника, в то время как вашей группе предстоит проникнуть в недра бункерной зоны, и освободить содержащихся там пленных пилотов.
– Допустим, нам удалось. - Произнес Тавгалов. - Что дальше?
– Вместе с освобожденными пилотами вы поднимаетесь к поверхности. Спасенных необходимо доставить к ангарам серв-машин, где находиться предназначенная для полигонных испытаний трофейная техника Альянса. По данным разведки большинство трофейных машин находятся в удовлетворительном состоянии, поэтому следующей фазой операции станет удержание периметра базы РТВ, пока сервомеханизмы технической поддержки, высаженные с борта "Нибелунгов" не осуществят экспресс-подготовку техники. После завершения минимально необходимых операций технического регламента реактивированные машины пополнят состав серв-бальона. Удерживая периметр базы РТВ, вы оттянете на себя внимание противника, заставите его осуществить подвижку боевой техники, ослабляя защиту иных объектов.
– Поддержка с орбиты? - Сухо спросил Тавгалов.
– Ударные силы флота покинут гиперсферу только после захвата базы РТВ и реактивации трофейной техники. Большего вам знать не нужно, капитан. Задача поставлена сложная, но выполнимая.
– Командир серв-батальона осведомлен о целях моей группы?
– Нет. У него приказ - удерживать периметр базы РТВ. Лишняя информация перед высадкой может только навредить. Надежда на вас, капитан. Отработаете, как положено, и противнику придется сдать планету.
Дрожь…
Она била по мышцам, - действие боевых стимуляторов накладывалось на нервное напряжение перед высадкой, - адский коктейль, который спустя минуты выльется в ощущения неповторимого драйва, когда разум становиться холодным, ясным и спокойным, а тело, кажется, переполнено энергией…
Тавгалов коротко приказал:
– Занять места в десантном модуле. Попарно - вперед!
Открывающаяся рампа, как пасть мифического монстра, распахнулась навстречу, глотая фигурки людей в боевых скафандрах…
…
Дрожь…
Ровная ритмика тактовой работы активаторов исполинских ступоходов серв-машины…
Возбуждение человеческих мышц не передается на сервомоторы, а вот внутренне состояние пилота чувствует "Одиночка".
– Антон?
Мягкий женский голос. Говорят, он сближает пилота и искусственный интеллект.
"Беатрис-4". Технологический прорыв в вопросах создания искусственного разума. Уже никто не говорит "пакет программ независимого поведения". Беатрис - нечто большее. Антон пока еще не решил кто она - его ангел хранитель, или демон, затаившийся в ожидании смерти пилота?
А как мне мыслить в преддверии первого боя? Почему в рискованный прорыв бросили именно их батальон, на две трети укомплектованный пилотами-новичками, едва прошедшими подготовку на Юноне?
Мысли хоть и справедливы с точки зрения субъективной оценки ситуации, но на самом деле он не прав.
Они - наиболее опытные пилоты. Скажет кто посторонний - не очень-то и поверишь, но во всем виноваты те самые бесплатные кабины виртуальной реальности, щедро расставленные по всем уровням Земного мегагорода. Никто из подростков никогда не задумывался, сколько часов, в итоге складывающихся в дни, месяцы, годы суммированного времени они провели в прямом нейросенсорном контакте с точными виртуальными копиями настоящих серв-машин?
Виртуалка - лучшее средство от скуки, а когда набор симуляторов невелик, и для "Игры" требуется непременное нейросенсорное соединение разума и машины, что получается в итоге, на выходе, к моменту совершеннолетия?
Новое поколение, выросшее в условиях войны, пыталось уйти от скуки, подрастающему разуму интересно соревноваться, особенно, когда смерть ненатуральна - она лишь "вылет" из игры.
Игры в войну, которая внезапно обернулась реальностью, дикой, необузданной, где техногенный ад существует в действительности и права на перезагрузку уже не будет.
"Фалангер" Верхолина, сотрясая мерной поступью плиты предстартового накопителя, свернул к застывшему в центре разметочного круга "Нибелунгу".
Штурмовой носитель ждал, возвышаясь глыбой брони, в нижней части корпуса открыты аппарели индивидуальных посадочных модулей.
Поделиться книгой: