– Вряд ли. По крайней мере, не сейчас. Насколько я понимаю, та тварь умерла, а Джимми потерял сознание из-за шока, который испытала его нервная система. А остальные… не знаю.

Молли неожиданно повернулась.

– Кто-то еще вернулся. Молли слышит звуки.

Чин предупреждающе поднял руку.

– Стой на месте. Мы еще не знаем, кто это. Если это миколианцы, то они могут напасть на нас – ведь они настоящие убийцы, девочка. Если это твои или мои люди, мы им покажемся.

* * *

Джозеф пошевелился, открыл глаза и попробовал сесть. Его до сих пор сильно мутило. Он проверил свой скафандр и с тревогой обнаружил, что тот полностью выключен и висит на нем, как обычная одежда. Он попробовал его включить – скафандр не включался.

Он подтянул ноги и сел. Сначала Тобруш, затем Калия тоже понемногу начинали шевелиться. Потом они увидели, что их скафандры тоже отключены.

Черт подери! Что стряслось с этими скафандрами?

Джозеф неожиданно почувствовал толчок. Калия не сказала еще ни слова, однако он слышал ее! Слышал ее мысли и чувствовал ее злобу. Он уставился на нее.

– Калия? Ты меня слышишь?

– Конечно, – резко ответила она. – Что, черт подери, случилось с нашими скафандрами?

– Поразительно! – услышали они мысли Тобруш. – Мы не потеряли сверхчувствительность!

Калия продолжала кипеть по поводу скафандра.

– Что за чепуху вы… – тут у нее отпала челюсть: она осознала, что была здесь единственной, кто говорил вслух. – Что за черт! – только и смогла вымолвить она.

– Предлагаю нам всем продолжать говорить вслух, пока вы не привыкнете к своему новому состоянию, – мягко сказала Тобруш. – Иначе чужие мысли у вас в головах перемешаются, и вы не сможете отличить одного от другого.

– Ладно, – согласился Джозеф, немного обескураженный. Несмотря на то, что он всегда знал, что его поверхностные мысли – открытая книга для телепатов, ему легко было заставить себя забыть об этом. Теперь же приватность его жизни была нарушена. Телепаты умели блокироваться; он же не имел ни малейшего понятия, как это делается. Он постарался заставить себя думать о деле. – Ты можешь понять, что не так со скафандрами, Тобруш? Неужели нас так долго не было, что в батареях кончилась энергия?

Джулки осмотрела скафандры.

– Эта версия отметается с ходу. Если ты проверишь свой модуль энергопитания, то, спорю, не найдешь на месте аккумулятора; моего, по крайней мере, нет. Похоже, кто-то вернулся сюда до нас.

– Дьявол! – он открыл свой разум и просканировал зал. – Но насколько я могу понять, больше пока никто не проснулся?

– Я тоже никого не слышу, – согласилась джулки. – А у меня есть опыт. И тем не менее, думаю, мы недолго будем оставаться одни, и позвольте мне заметить, что мы безоружны и беззащитны – и если они проснутся так же, как и мы, им не составит труда вычислить нас и убить.

Джозеф утвердительно кивнул, думая о том же.

– Мы можем просто снять скафандры и взять из них запасы питания. А затем нам надо будет выбираться отсюда как можно скорее, молясь о том, чтобы мир, лежащий впереди, не оказался смертельно опасным.

Калия выпросталась из скафандра и достала из него нож.

– Я не безоружна! – заявила она с гордостью. – Равно как и ты, о Великий Лидер. А ты, Тобруш, можешь кого угодно отравить своей щетиной. Хотела бы я найти ту благочестивую гадину, что ранила меня, и сделать так, чтобы она навеки осталась в том месте, пытаясь вымолить назад свою жалкую душонку!

– Нам не стоит впутываться в столь рискованные приключения, – сказал Джозеф. – Однако, мне кажется, я слышу, что сюда кто-то идет. Пойдемте вперед, подальше отсюда, пока эти штуки снова не начали вибрировать и не засосали нас обратно. Я уже начинаю чувствовать их притяжение.

Калия посмотрела на двоих спутников и вздохнула.

– Интересно, смогу я когда-нибудь до нее добраться? Особенно это актуально сейчас, когда я абсолютно голая, а на вас только набедренные повязки. Единственное, с чем мы еще не сталкивались, это адский холод, но мы ведь уже к нему готовы, не так ли?

– Не торопись, – одернул ее Джозеф. – Однако хотел бы я найти того подонка, который утащил наши аккумуляторы.

* * *

В противоположном конце огромной пещеры Модра Страйк застонала и пошевелилась, приходя в себя. Ничего себе сон! подумала она и зябко поежилась.

– Это был не сон, Модра. Это была самая настоящая реальность! Давай иди сюда, пока этот гипнот не очнулся и снова не завладел тобой.

Она нахмурилась.

– Дарквист? – спросила она вслух, и несильное эхо от ее голоса разнеслось по пещере. Кристаллы завибрировали и, неожиданно почувствовав себя немного потерянной, она замерла.

– Да, это Дарквист. Не кричи, просто встань и потихоньку иди к другой стороне пещеры. Я увижу тебя. И не говори сейчас ничего вслух. По какой-то причине мы все еще можем общаться телепатически.

– Это кто-то из торгашей! – мысль Тобруш донеслась не только до ее товарищей, но и до Модры и Дарквиста.

– Забудь о них! Я и так могу сказать, что у них еще осталась энергия. Пойдем. Я не хочу, чтобы они узнали еще больше наших мыслей, – проворчал Джозеф.

Модра замерла.

– Кто это?

– Я думаю, миколианцы. Пока что не обращай на них внимания. Вот, сейчас я встал на две конечности. Ты видишь меня?

Она осмотрелась по сторонам и где-то в тридцати метрах от себя увидела знакомую, несколько гротескную фигуру. Модра подошла к Дарквисту настолько быстро, насколько ей позволяло головокружение, и с недоумением огляделась.

– А где Маккрей? – спросила она вслух.

– Пропал. И Молли тоже. Я пробовал связаться с ними, но безрезультатно. А из мицлапланцев никто не пропал?

Модра нахмурилась.

– Я… я как-то не догадалась проверить.

– Хм-м… Проблему с телепатией можно решить, разговаривая вслух, только надо говорить негромко, чтобы не возникало эхо и кристаллы не начинали вибрировать, – отметил Дарквист. – Странно. Мне всегда было очень интересно узнать, каково это – читать чужие мысли и эмоции, а теперь, когда я неожиданно этому научился, я не уверен, что мне это нравится. Интересно, мы теперь и гипноты тоже?

– Только не вздумай ставить опыты на мне! – нервно ответила она. – С меня пока хватит подобных штучек!

– Не беспокойся, не буду. И все же интересно – это теперь у нас навсегда, или оно пропадет, как только мы покинем это место?

– Кто знает? Кто вообще знает что-либо об этом месте? Даже сейчас я не до конца уверена – действительно ли мы были в том мире, или это был просто сон, навеянный этими кристаллами и вызванный повышением уровня наших Талантов?

– Я тоже не знаю, как объяснить то, что с нами произошло, но сейчас не время размышлять. Чувствую, эти кристаллы опять начнут действовать на меня, если я поскорее не выберусь отсюда.

Она кивнула.

– И на меня. Но как быть с Джимми и Молли?

– Чтобы обыскать это место, нам понадобится несколько часов, а мне кажется, что оставаться здесь опасно. Если они еще не вернулись, мы подождем их немного – но только не здесь.

– Ты прав, – согласилась она, хотя ей очень не хотелось оставлять членов своей команды. – Здесь от нас толку будет мало. Мы принесем больше пользы, если последуем за миколианцами.

Они быстрым шагом устремились к дальнему выходу из пещеры. Насколько они могли видеть, у нее был только один выход, как был только один вход – и выход, надо отметить, весьма узкий.

Извилистый S-образный проход длиной метров в пятнадцать привел их в другую пещеру, поменьше. Они сразу же почувствовали отсутствие огромных кристаллов.

– Ты все еще слышишь меня? – беззвучно спросила Модра.

– Да. И я слышу еще что-то вон из того угла, хотя сложно сказать, что это, – Дарквист достал пистолет.

– Не надо стрелять! Не надо стрелять! – услышали они знакомый голос.

– Молли, это ты? – спросила Модра.

– Привет, Модра. Ты теперь в порядке?

– Да. Что…

Опущенные пистолеты вновь поднялись: рядом с Молли блеснул золотисто-желтый, без сомнения мицлапланский скафандр.

– Не надо! – вскрикнула Молли. – Это Чин! Он помогал Джимми!

– Здравствуйте, Модра, – приветствовал ее капитан через транслятор. – Я вижу, вы все-таки вырвались из лап Морока. В каком-то смысле я рад. Мне вся эта затея казалась в высшей степени неприятной. Я не представляю для вас угрозы, по крайней мере не сейчас, клянусь. Вы уже достаточно хорошо меня знаете, чтобы ставить под сомнение мое слово. Пожалуйста, подойдите и взгляните на своего товарища. Я сделал для него все, что смог.

Они подошли, немного настороженные, зная наивность Молли, но когда они увидели лежащего Джимми, то поняли, что Молли не смогла бы так обработать его рану.

– У него было… нечто… какая-то тварь на спине, – постарался объяснить Чин. – Она была мертва, как мне показалось. Он потерял из-за нее много крови. Я, как мог, поработал над ним, воспользовавшись нашей аптечкой.

Дарквист подошел к Джимми и начал обследовать его. Модра посмотрев на Чина и Молли, столь непохожих друг на друга, спросила:

– Как вы оказались вместе?

– Я провалился в глубочайший сон, – начал объяснять капитан. – Он был полон странных кошмаров, которые напугали меня так, как ничто не пугало с самого детства. Сейчас воспоминания притупились, помню только, что было очень страшно. Я очнулся на полу пещеры, весь покрытый холодным потом. Эта девушка услышала меня, подошла и помогала мне, пока я не пришел в себя. Примерно в это же время ваш парень начал кричать, пещера вся завибрировала от резонанса, и у нас дико разболелись головы. Вдвоем мы притащили его сюда, где эхо было меньше, а эхо в большой пещере тем временем улеглось, так что я смог вернуться назад и найти аптечку. Результат вы видите. Боюсь, больше я ничего вам рассказать не могу, кроме того, что эта девушка говорит, что видела такие же кошмары, тоже проснулась и с тех пор тщетно пытается хоть кого-нибудь разбудить.

Молли кивнула.

– Никто не шевелился. Молли думала, все умерли.

– Капитан – Нуль, – мысленно пояснила Модра Дарквисту, решив, что у такой формы коммуникации порой бывает масса преимуществ.

– Возможно, это объясняет, почему он так быстро вернулся, – ответил Дарквист. – Он, несомненно, некоторое время был с нами, но у него от природы нет способности воспринимать Таланты, – способности, которая есть даже у обычного, не наделенного Талантами человека. Поэтому его мозг просто отключился, и он всего лишь видел кошмары.

– Но Молли тоже видела только кошмары, а она эмпатка. Почему же она очнулась даже быстрее него?

– Кто знает? Не стоит забывать, что она существо не совсем органическое, – по крайней мере, не в том смысле, к какому привыкли мы. Она попросту запрограммированная машина, обладающая некоторой свободой мысли и действий – хвала небесам! Она просто не была способна на такой путь.

– Несколько минут назад здесь прошли миколианцы, – кашлянув, заметил капитан. – Они ничего не говорили, но, думается мне, были вне себя от злости. Видите ли, между тем моментом, когда мы с Молли очнулись, и моментом, когда этот молодой человек начал кричать, был небольшой промежуток, в течение которого я наткнулся на миколианцев. Я вынул их аккумуляторы и кинул их назад в сторону входа. Может, миколианцы сейчас и впереди, но они там голые, без энергии и без оружия, а также без защиты скафандров. Если новый мир еще хуже предыдущего, в чем я почти не сомневаюсь, они, возможно, уже мертвы.

Дарквист окончил осмотр раны и вновь наложил бинты.

– Превосходная работа. Спасибо, капитан. Вы не обязаны были делать это.

Чин пожал плечами.

– Мне казалось, я в долгу перед вашей командой. Теперь, если только вы не хотите взять меня в заложники, я, пожалуй, заберу нашу аптечку и вернусь к своим. Полагаю, они вскоре придут в себя, если еще не пришли, и некоторым из них тоже может понадобиться медицинская помощь. Будьте по возможности поосторожнее с раненым. Он потерял довольно много крови и очень слаб, и я не знаю, что произойдет, когда действие обезболивающего закончится.

– У меня есть немного обезболивающего, если будет нужно, – заверил его Дарквист. – Возвращайтесь назад к своим людям, капитан. Считайте, что мы квиты.

Капитан по-мицлаплански отдал им честь и ушел.

Как только он пропал из виду, и шаги его более не были слышны, Молли сказала:

– Надо поскорее уходить.

– Не думаю, что капитан предаст нас, – заверила ее Модра. – И мне было бы легче, если бы я убедилась, что с Маккреем все в порядке, прежде чем двигать его.

– Нет, нет! Ты не понимаешь! Когда Молли увидела, что Чин вынимает маленькие штучки из красных скафандров, и они от этого сдуваются, Молли поняла, и Молли пошла и стала делать то же самое. Молли подумала, может, если он будет единственным в скафандре, то он будет босс, не подчиненный.

Модра потрясенно разинула рот. Какое-то время они стояли неподвижно, словно статуи. Потом Модра решительно сказала:

– Молли, клади его руку себе на плечо. Я возьмусь с другой стороны. Как-нибудь мы его оттащим. Дарквист, проследи, чтобы капитан не пошел за нами со взведенными пистолетами!

Осуществить задуманное было не так-то просто: дорога была длинной, а освещение слабым. Но Джимми был щуплый и легкий, а у женщин была веская причина приложить все усилия, чтобы добиться своего.

– Что ж, по крайней мере, нам не придется опасаться засады, – заметил Дарквист. – И если капитан прав насчет того, что нас ждет впереди, нам не придется бояться кого-либо, кроме него. А с ним, я думаю, мы как-нибудь сможем договориться.

* * *

Капитану не пришлось ждать, когда очнутся его друзья, чтобы понять, как его обманули. Одного взгляда на сдувшиеся скафандры было ему достаточно, чтобы понять, что он сильно недооценил эту девушку. Возможно, это вообще была не девушка, а какой-нибудь мелкий демоненок, горько усмехнулся он про себя.

Но нет, подумал он с грустью. Это была моя ошибка, и только моя. Не стоит даже в голову пускать подобные идеи. Возможно, я погубил их всех своей глупостью, и я постараюсь, как смогу, загладить свою вину!

Приходя в себя, мицлапланцы испытали ту же гамму эмоций, что и другие: шок от сохранившейся способности читать чужие мысли и эмоции, неприятное открытие пропажи аккумуляторов, растерянность. От других они отличались лишь тем, что у них был капитан Чин.

– Погодите. Вы хотите сказать, что вы все теперь телепаты?

– А также эмпаты, а может быть, и еще кто-нибудь; возможно, о большинстве своих способностей мы пока даже не догадываемся, – сказал Морок. – Должен признаться, я поражен.

Чин сразу подумал о миколианцах, Модре и Дарквисте. А они что, тоже приобрели такие способности? А почему бы, собственно говоря, и нет? Он вздохнул.

– Ну, поскольку вы все равно не можете прочесть мои мысли или почувствовать мои угрызения совести, я должен рассказать вам о том, как это получилось со скафандрами, – и он вкратце пересказал им то, что произошло, пока они были вне своих тел. – Модра для нас уже недосягаема, вместе со своими компаньонами, – сказал он в заключение. – Я мог только попробовать убить их – а их было трое против одного – либо оказать им услугу и надеяться на лучшее. Я выбрал последний вариант, хотя, уверяю вас, на тот момент я ничего не знал об аккумуляторах.

– Разумеется, капитан, я прощаю вам вашу ошибку, – сказал ему старгин. – Вы сделали все, что могли. Так или иначе, мы для них больше не монстры и не людоеды. Модра нас знает, а теперь еще вы помогли их человеку. Что до скафандров – сколько у вас осталось часов, капитан?