СО ВСЕМ – светильник с любым фитилем, – ЧТО ДРЕВЕСНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ, – сделанным из древесины в любом виде, – НЕ ЗАЖИГАЮТ в канун субботы [чтобы он горел в субботу], – ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ЛЬНА. Несмотря на то что Писание уподобляет стебли льна "дереву" – как сказано (Шофтим, 2:6): "И скрыла их в древоподобных [стеблях] льна", – зажигают суботний светильник с фитилем, сделанным из льна после того, как он проходит процесс трепания. Впрочем, что касается конопли и хлопка, то они – семенные растения и не имеют никакого отношения к древесине, поэтому зажигают субботний светильник с фитилями, сделанными из них. Правда, лен тоже вырастает из семян – однако раз Писание сравнивает его с деревом, Мишна считает нужным особо подчернуть, что лен является исключением и из него делают фитили для субботнего светильника. И ВСЕ, ЧТО ДРЕВЕСНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ, НЕ ОСКВЕРНЯЕТСЯ "НЕЧИСТОТОЙ ШАТРА". Если из древесины сделали "шатер" [то есть закрытое помещение], и в нем оказался мертвый человек, все, что находится внутри "шатра", осквернилось трупной нечистотой, однако сам "шатер" остался чистым и не требует никакого ритуального очищения. ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ЛЬНА. Если "шатер" сделан из льна, и в нем оказался труп человека, сам "шатер" тоже осквернился. В Торе написано (Бемидбар, 19:18): "И брызнет на шатер", и Мишкан тоже называется "шатер" – как сказано (Шмот, 40:19): "И распростер шатер над Мишканом" на основании этой аналогии делают вывод: как в шатре, который упоминается Торой в связи с Мишканом, не было ничего, что берется от дерева [или хотя бы сопоставляется с деревом], кроме льна – как сказано (Шмот, 26:1): "Девять полотнищ из скрученных [нитей] ЛЬНА", – так и "шатер", нуждающийся в очищении от ритуальной нечистоты, – из льна. ФИТИЛЬ ИЗ ТКАНИ, КОТОРЫЙ СЛОЖИЛИ И НЕ ОПАЛИЛИ – если взяли кусок одежды, сложили его и скрутили из него фитиль, но не опалили на огне (как обычно делают с новым фитилем, чтобы он легче загорался), – по поводу этого РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: НЕЧИСТ – такой фитиль воспринимает ритуальную нечистоту так же, как целая одежда, поскольку его не опалили: если его только складывают, этого еще недостаточно, чтобы вывести его из статуса "одежды", – И НЕ ЗАЖИГАЮТ С НИМ субботний светильник: поскольку его не опалили, он не будет гореть хорошо и возникнет опасение, что его наклонят [для того, чтобы масло прилило к фитилю, в субботу]. РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: ЧИСТ – такой фитиль не воспринимает ритуальную нечистоту, поскольку достаточно только сложить кусок одежды, чтобы вывести его из статуса "одежды", И ЗАЖИГАЮТ С НИМ субботний светильник несмотря на то, что его не опалили, – поскольку это делают только для того, чтобы увеличить яркость огня (Гамеири). Гемара объясняет, что речь здесь идет о куске одежды размером в точности 3x3 пальца и о празднике, который совпал с кануном субботы, и что все согласны с раби Йегудой в том, что в праздник огонь зажигают только в целом кли, но не в его частях, которые отделились в тот же день, – так как они рассматриваются как нолад и потому являются мукцэ, и что все также считают, что при зажигании субботнего светильника следует поджечь бо'льшую часть фитиля, выходящую из светильника. Поэтому раби Элиэзер запрещает зажигать [в праздничный день] светильник с таким фитилем: поскольку только сложенный [но не опаленный] фитиль еще имеет статус кли, из-за того, что он размером точно 3x3 пальца, как только его поджигают, он становится только куском кли (потому что нет кли меньше, чем 3x3 пальца), а когда продолжают разжигать фитиль, чтобы загорелась его бо'льшая часть, получается, что зажигают огонь в части кли, отделившейся от целого в праздник. А раби Акива считает, что разрешается зажигать [в праздничный день] светильник с таким фитилем: раз фитиль свернули накануне праздника (поскольку в праздник запрещается сплетать фитиль), он уже выведен из статуса кли, и когда его зажигают – зажигают не в куске кли, который отделился от целого в праздник.

МИШНА ЧЕТВЕРТАЯ

НЕ ПОЛОЖИТ ЧЕЛОВЕК ЯИЧНУЮ СКОРЛУПУ, ПРОДЫРЯВЛЕННУЮ И НАПОЛНЕННУЮ МАСЛОМ, НА ОТВЕРСТИЕ СВЕТИЛЬНИКА, ЧТОБЫ ИЗ НЕЕ КАПАЛО масло, – ДАЖЕ ЕСЛИ ОНА СДЕЛАНА ИЗ ГЛИНЫ А РАБИ ЙЕГУДА – РАЗРЕШАЕТ. ОДНАКО ЕСЛИ ПРИКРЕПИЛ ЕЕ ГОНЧАР ИЗНАЧАЛЬНО – это РАЗРЕШЕНО ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО все ЭТО – ОДНО ЦЕЛОЕ. НЕ ОКУНЕТ ЧЕЛОВЕК другой КОНЕЦ ФИТИЛЯ В МИСКУ, НАПОЛНЕННУЮ МАСЛОМ И ПОСТАВЛЕННУЮ РЯДОМ СО СВЕТИЛЬНИКОМ, ЧТОБЫ ВПИТЫВАТЬ масло А РАБИ ЙЕГУДА – РАЗРЕШАЕТ.

Объяснение мишны четвертой

Эта мишна продолжает тему субботнего светильника и сообщает о запрете налаживать субботнее освещение таким образом, чтобы возникло опасение: вдруг человек возьмет в субботу часть масла, предназначенного для светильника, и из-за этого тот погаснет раньше – так как такое действие приравнивается к тушению огня (см. Шабат, 47б).

НЕ ПОЛОЖИТ ЧЕЛОВЕК накануне субботы ЯИЧНУЮ СКОРЛУПУ, ПРОДЫРЯВЛЕННУЮ И НАПОЛНЕННУЮМАСЛОМ, сверху НА ОТВЕРСТИЕ СВЕТИЛЬНИКА, ЧТОБЫ [в субботу] ИЗ НЕЕ КАПАЛОмасло в светильник. Поскольку скорлупа, не прикрепленная к светильнику, является отдельным кли, возникает опасение, что в субботу человек возьмет из нее масло, предназначенное для светильника, [из-за чего он быстрее погаснет,] и тем самым совершит действие, связанное с запретом тушить огонь в субботу, – за что этот человек должен понести наказание (Раши Бартанура). ДАЖЕ ЕСЛИ ОНА СДЕЛАНА ИЗ ГЛИНЫ. То есть, даже если вместилище для масла, по форме напоминающее яйцо, сделано из глины – материала, [быстро пропитывающегося маслом и потому] вызывающего отвращение, из-за чего им стараются не пользоваться для этой цели, – мудрецы, тем не менее, запретили так устраивать субботнее освещение из-за вышеуказанного опасения. А РАБИ ЙЕГУДА – РАЗРЕШАЕТ взять продырявленную яичную скорлупу, положить ее сверху на отверстие светильника и наполнить ее маслом накануне субботы, чтобы масло из нее капало в светильник. Раби Йегуда не опасается, что у кого-нибудь возникнет желание взять в субботу масло из этого дополнения к светильнику, поскольку ясно видно, что масло капает внутрь светильника. ОДНАКО ЕСЛИ ПРИКРЕПИЛ ЕЕ ГОНЧАР ИЗНАЧАЛЬНО – если мастер, изготовляя светильник, прикрепил к нему сверху емкость для масла, – то это действие – наполнить ее маслом накануне субботы, чтобы оно капало в светильник [в субботу], – РАЗРЕШЕНО даже по мнению первого таная – ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО все ЭТО – ОДНО ЦЕЛОЕ, единый субботний светильник, и потому опасение, что возьмут масло из "резервуарчика", отсутствует. В Гемаре указывается, что и самому хозяину дома разрешается с помощью извести или глины прикрепить к светильнику накануне субботы емкость для дополнительного масла. НЕ ОКУНЕТ ЧЕЛОВЕК накануне субботы другойКОНЕЦ ФИТИЛЯ – не тот, что горит, – В МИСКУ, НАПОЛНЕННУЮ МАСЛОМ И ПОСТАВЛЕННУЮ РЯДОМ СОСВЕТИЛЬНИКОМ, ЧТОБЫ ВПИТЫВАТЬмасло, – чтобы масло из миски поднималось по фитилю к его горящему концу. Мудрецы запретили это из-за того же самого опасения: вдруг в субботу возьмут масла из этой миски. А РАБИ ЙЕГУДА – РАЗРЕШАЕТ и это тоже, так как это опасение не считает реальным. И ГАЛАХА СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ МУДРЕЦОВ. Гемара поясняет, что мишна прибавляет слова "даже если она сделана из глины" для того, чтобы сообщить нам нечто еще большее в соответствии с мнением мудрецов. А именно, что они опасаются: вдруг кто-нибудь возьмет в субботу масла даже из глиняного "резервуарчика", и потому запрещают ставить его на светильник. Что же касается запрета опускать другой конец фитиля светильника в миску с маслом, то здесь мишна тоже сообщает нечто большее – но уже в соответствии с мнением раби Йегуды: несмотря на то, что светильник и миска стоят раздельно, он не принимает во внимание опасение, что в субботу возьмут масла из этой миски. (См. комм. Рамбама, который показывает это иначе: раби Йегуда разрешает так сделать несмотря на то, что светильник и миска соединены фитилем.)

МИШНА ПЯТАЯ

ПОГАСИВШИЙ СВЕТИЛЬНИК ИЗ СТРАХА ПЕРЕД ГОЯМИ, ПЕРЕД РАЗБОЙНИКАМИ, ПЕРЕД ЗЛЫМ ДУХОМ, И также ЕСЛИ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ БОЛЬНОЙ ЗАСНУЛ, – СВОБОДЕН ОТ НАКАЗАНИЯ сделал это, ЖАЛЕЯ СВЕТИЛЬНИК, ЖАЛЕЯ МАСЛО, ЖАЛЕЯ ФИТИЛЬ – ПОДЛЕЖИТ НАКАЗАНИЮ РАБИ ЙОСЕЙ ОСВОБОЖДАЕТ от наказания ЗА ВСЕ ЭТО, КРОМЕ случая С ФИТИЛЕМ, ПОСКОЛЬКУ ЕГО ПРЕВРАЩАЮТ В УГОЛЬ.

Объяснение мишны пятой

О случае, когда в субботу совершают работу, в которой само действие не является целью (как будет разъяснено в этой мишне), разделились мнения раби Йегуды и раби Шимона по мнению первого – совершающий такую работу подлежит наказанию, по мнению второго – нет. Точно также мнения этих танаев разошлись относительно возможности потушить светильник в субботу.

ПОГАСИВШИЙ СВЕТИЛЬНИК в субботу ИЗ СТРАХА ПЕРЕД ГОЯМИ –например, персами в день их праздника, когда они не разрешали зажигать свет нигде, кроме их капища (Раши), – ПЕРЕД РАЗБОЙНИКАМИ – чтобы они не заметили этого еврея, ПЕРЕД ЗЛЫМ ДУХОМ – то есть перед приступом черной меланхолии, успокоение от которого приносит только мрак. Во всех этих случаях, когда горящий светильник создает опасность для жизни, И также ЕСЛИ гасят его ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ БОЛЬНОЙ, болезнь которого представляет собой опасность для его жизни, ЗАСНУЛ, – погасивший светильник в субботу СВОБОДЕН ОТ НАКАЗАНИЯ. Вообще-то всегда, когда горящий светильник представляет собой опасность для жизни еврея, уже априори разрешается гасить свет, но поскольку следующая часть мишны заканчивается словами "подлежит наказанию", танай вставил здесь слова "свободен от наказания" [чтобы ярче оттенить структуру мишны]. Сделал это, ЖАЛЕЯ СВЕТИЛЬНИК – если же человек гасит свет в субботу боясь, что когда кончится масло, он может треснуть, или ЖАЛЕЯ МАСЛО – желая сохранить его для другого случая, или ЖАЛЕЯ ФИТИЛЬ – в таких случаях сделавший это ПОДЛЕЖИТ НАКАЗАНИЮ. Погасив светильник с такими намерениями, человек совершает работу, целью которой является не непосредственный результат действия, а косвенный: человек нуждается не в тушении огня как таковом, но в сохранении светильника, масла или фитиля. Тем не менее, делающий это нарушает субботу, за что подлежит наказанию – согласно мнению раби Йегуды, считающего, что совершающий в субботу работу, целью которой является только косвенный результат, подлежит наказанию. А РАБИ ЙОСЕЙ ОСВОБОЖДАЕТ от наказания ЗА ВСЕ ЭТО – так как разделяет точку зрения раби Шимона, что такая работа, в которой само действие не является ее целью, не является наказуемым нарушением субботы, – КРОМЕ случая С ФИТИЛЕМ, ПОСКОЛЬКУ ЕГО ПРЕВРАЩАЮТ В УГОЛЬ – то есть, когда тушат огонь для того, чтобы конец фитиля остался обгоревшим и легко зажегся в следующий раз. Поскольку на этот раз намерение человека заключается именно в том, чтобы погасить горящий фитиль и тем самым превратить его конец в уголь (чтобы затем фитиль горел лучше), эта работа – такая, целью которой является ее прямой результат, и потому человек, совершивший ее, подлежит наказанию.

МИШНА ШЕСТАЯ

ЗА ТРИ НАРУШЕНИЯ ТОРЫ ЖЕНЩИНЫ УМИРАЮТ ПРИ РОДАХ: ЗА НЕДОСТАТОЧНО ТЩАТЕЛЬНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ законов О НИДЕ, О ХАЛЕ И О ЗАЖИГАНИИ СВЕТИЛЬНИКА.

Объяснение мишны шестой

ЗА ТРИ НАРУШЕНИЯ ТОРЫ ЖЕНЩИНЫ УМИРАЮТ ПРИ РОДАХ. Момент родов – это время, когда жизни роженицы угрожает опасность и потому она нуждается в чудесах поэтому тогда [в небесном бейт-дине] вспоминают о ее поведении и заслугах, чтобы решить, достойна ли она этого, и за нарушение трех законов Торы (перечисленных ниже) роженицы несут наказание. А именно: ЗА НЕДОСТАТОЧНО ТЩАТЕЛЬНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ законов ОНИДЕ – см. Ваикра, 15:9, – О ХАЛЕ – об отделении халы от теста – И О ЗАЖИГАНИИ субботнего СВЕТИЛЬНИКА, потому что исполнение этих трех заповедей поручено главным образом женщинам. Гемара (Шабат, 31б) приводит следующее: "СКАЗАЛ СВЯТОЙ, БЛАГОСЛОВЕН ОН: ревиит крови Я влил в вас и остерег вас [в исполнении заповедей, связанных] с кровью, "первинками" назвал Я вас и остерег вас [в исполнении заповедей, связанных] с первинками, душу Я дал вам, называемую "светильником", и остерег вас [в исполнении заповедей, связанных] со светильником если вы выполняете их – хорошо, а если нет – вот, Я забираю ваши души" (И ПРОПАДЕТ РЕВИИТ ВАШЕЙ КРОВИ, И ПОГАСНЕТ "СВЕТИЛЬНИК" ВАШ, И ИСЧЕЗНЕТ ВАШЕ ИМЯ – "ПЕРВИНКИ" а именно женщинам велено исполнять все это – как сказано в "Брейшит Раба": "Она [т.е. Хава] погубила халу, отделенную от мира – потому что из-за нее погиб Первый человек, вознесенный [Всевышнему] как хала, и загасила светильник мира, и пролила его кровь ТО ЕСТЬ: ПОСКОЛЬКУ ОНА ПОСЛУЖИЛА ПРИЧИНОЙ ЕГО СМЕРТИ – ИМЕННО ЕЙ ВРУЧЕНЫ ЭТИ ЗАПОВЕДИ, и еще: потому что от нее зависит все, в чем нуждается дом, – РАШИ). Причина, почему не сказано коротко: "о светильнике" – так же, как сказано: "о хале", – состоит в том, что танай хотел намекнуть здесь на сказанное в "Тикуней Зогар": сначала муж должен приготовить светильник, а зажжет его – женщина. Поэтому в мишне говорится: "о зажигании светильника" – то есть, приготовление светильника к зажжению на женщину не возложено (Тосфот раби Акивы Эйгера).

МИШНА СЕДЬМАЯ

ТРИ ВЕЩИ ДОЛЖЕН СКАЗАТЬ ЧЕЛОВЕК В СВОЕМ ДОМЕ В КАНУН СУББОТЫ В СУМЕРКАХ: МААСЕР ОТДЕЛИЛИ? ЭЙРУВ ОТЛОЖИЛИ? ЗАЖИГАЙТЕ СВЕТИЛЬНИК! СОМНЕНИЕ: ТО ЛИ НАСТУПИЛА НОЧЬ, ТО ЛИ НЕ НАСТУПИЛА – НЕ ОТДЕЛЯЮТ МААСЕР ОТ "НЕСОМНЕННОГО", НЕ ОКУНАЮТ ВЕЩИ В МИКВЭ, НЕ ЗАЖИГАЮТ СВЕТИЛЬНИКИ ОДНАКО ОТДЕЛЯЮТ МААСЕР ОТ ДМАЯ, ОТКЛАДЫВАЮТ ЭЙРУВ И УКРЫВАЮТ ГОРЯЧЕЕ.

Объяснение мишны седьмой

ТРИ ВЕЩИ ДОЛЖЕН СКАЗАТЬ ЧЕЛОВЕК В СВОЕМ ДОМЕ – спокойным тоном, чтобы его послушались – В КАНУН СУББОТЫ В СУМЕРКАХ, перед самым наступлением темноты: МААСЕР ОТДЕЛИЛИ – от всего, что приготовили для субботней трапезы? – Потому что суббота создает обязанность отделить маасер даже от того, что не приготовлено для трапезы, но что могут случайно съесть. – [Второй вопрос:] ЭЙРУВ ОТЛОЖИЛИ? – Создали эйрув тхумин и эйрув хацерот? ЭЙРУВ ТХУМИН создают, оставляя в канун субботы минимум пищи, достаточной для двух трапез, в конце расстояния тхум шабат – то есть в конце 2000 локтей от населенного пункта, в котором находятся, – для того, чтобы назавтра, в субботу, было можно идти от места, где оставлен эйрув, еще 2000 локтей [в том же направлении]. А ЭЙРУВ ХАЦЕРОТ создают все жители одного двора, каждый из которых отдает некоторое количество пищи в один из домов, выходящих во двор тем самым все владения жильцов объединяются в единое владение, благодаря чему каждый из них получает возможность в субботу заносить вещи со двора к себе в дом, а также выносить вещи из дома на двор. В отличие от первых двух фраз, которые следует произносить с вопросительной интонацией – может быть, это уже сделали, – о зажигании светильника спрашивать не нужно: ведь хорошо видно, зажгли уже субботние светильники или нет. Поэтому, когда подходит время зажигания субботнего светильника, хозяин дома торопит женщин: ЗАЖИГАЙТЕ СВЕТИЛЬНИК!

Гемара выводит необходимость сказать эти три вещи из сказанного в книге Иова (5:24): "И будешь знать, что в шатре твоем мир, и будешь наблюдать за жилищем твоим и не согрешишь". Риф разъясняет: "И БУДЕШЬ ЗНАТЬ, ЧТО В ШАТРЕ ТВОЕМ МИР" – это субботний светильник (который создает атмосферу мира в семье), "И БУДЕШЬ НАБЛЮДАТЬ ЗА ЖИЛИЩЕМ ТВОИМ" – это эйрув, необходимый для жилищ, чтобы переносить вещи из дома в дом, "И НЕ СОГРЕШИШЬ" – и не будешь есть пищу [растительного происхождения], от которой не отделен маасер, – как сказано о нем (Бемидбар, 18:32): "И не понесете за это грех". СОМНЕНИЕ: ТО ЛИ НАСТУПИЛА НОЧЬ, ТО ЛИ НЕ НАСТУПИЛА – то есть в сумерках, – НЕ ОТДЕЛЯЮТ МААСЕР ОТ "НЕСОМНЕННОГО" – от плодов, о которых доподлинно известно, что маасер от них не отделяли. Так же, как мудрецы запретили отделять маасер в субботу – поскольку это выглядит словно исправление недостатока, [из-за которого плоды невозможно употреблять в пищу,] – они запретили отделять маасер в сумерках [перед самым наступлением субботы]. НЕ ОКУНАЮТ ВЕЩИ В МИКВЭ – чтобы очистить их от ритуальной нечистоты, что также выглядит как исправление вещи, и мудрецы запретили это делать в сумерках. И уж конечно тогда НЕ ЗАЖИГАЮТ СВЕТИЛЬНИКИ, так как в этом есть вероятность нарушения запрета Торы. Другие комментаторы считают, что речь здесь идет о запрете попросить нееврея зажечь светильник, и с этой точки зрения все три эти запрета оказываются однородными: установленными мудрецами ради сохранения субботнего покоя (швут). ОДНАКО в сумерках ОТДЕЛЯЮТ МААСЕР ОТ ДМАЯ – от продуктов земли, купленных у простых, невежественных земледельцев. Поскольку они, в большинстве своем, отделяют маасер, мудрецы отнеслись более снисходительно к отделению маасера от плодов, купленных у невежественных земледельцев и разрешили делать это в субботних сумерках. Также ОТКЛАДЫВАЮТ ЭЙРУВ, но только эйрув хацерот, поскольку он как таковой – всего лишь устрожение закона Торы, принятое мудрецами. Однако эйрув тхумин не создают в сумерках перед самым наступлением субботы, так как это – уже самое настоящее исправление положения, обоснованное мудрецами текстом Торы, и поэтому к такому эйруву их подход – более строгий (Шабат, 34а, и комм. Раши там же). И УКРЫВАЮТ в том, что не увеличивает температуру, ГОРЯЧЕЕ кушанье на субботу. Мудрецы запретили укрывать горячее кушанье в субботу из опасения, что, обнаружив остывшую кастрюлю, человек поставит ее на огонь и вскипятит ее – и тем самым нарушит запрет Торы варить в субботу. Однако в сумерках это опасение отсутствует, так как в это время кастрюли, как правило, кипят, – по этой причине в сумерках разрешается укрывать горячее кушанье (хотя, как сказано, в саму субботу это запрещено). Тем не менее, в том, что увеличивает температуру кастрюли с едой, запрещается укрывать ее накануне субботы даже еще днем мудрецы запретили это из опасения, что человек станет ворошить угли уже после того, как совсем стемнеет (как будет разъяснено в следующей главе).

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

МИШНА ПЕРВАЯ

Если ПЛИТУ ВЫТОПИЛИ СОЛОМОЙ И ХВОРОСТОМ, НА НЕЕ СТАВЯТ КУШАНЬЕ вытопили ЖМЫХАМИ И ДРОВАМИ – НЕ СТАВЯТ, ПОКА НЕ ВЫГРЕБУТ УГЛИ ИЛИ ПОКА НЕ ЗАСЫПЛЮТ ПЕПЛОМ. ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: ГОРЯЧУЮ воду, НО НЕ КУШАНЬЕ, А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: ГОРЯЧУЮ воду И КУШАНЬЕ. ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: БЕРУТ, НО НЕ ВОЗВРАЩАЮТ, А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: И ВОЗВРАЩАЮТ ТОЖЕ.

Объяснение мишны первой

Предыдущая мишна заканчивается упоминанием об том, как оставляют горячее кушанье на субботу: "...и укрывают горячее", а эта глава продолжает ту же тему: о законах, связанных с оставлением горячих блюд на субботу. Для лучшего понимания этой мишны и следующих следует указать, что для того, чтобы кушанья, которые оставляют с пятницы на субботу, сохранялись горячими, используют следующие два способа: 1. "ОСТАВЛЕНИЕ" – когда кастрюлю с горячей едой оставляют на плите 2. "УКРЫВАНИЕ" – когда перед наступлением субботы кастрюлю снимают с огня и укрывают в том, что сохраняет тепло. И мы уже упомянули, что даже еще днем накануне субботы запрещается укрывать горячее кушанье в таких материалах, которые не только сохраняют тепло, но еще его увеличивают. Законы об "укрывании" будут изложены в следующей главе, здесь же речь идет об "оставлении" горячего кушанья на плите.

Если ПЛИТУ – ("кира") – небольшую переносную печку с двумя конфорками, на которые ставят кастрюли, а огонь разжигают внутри, – ВЫТОПИЛИ СОЛОМОЙ – сухими стеблями колосьев, из уже которых вымолотили зерно, – И ХВОРОСТОМ – тонкими сухими ветками, собранными в поле, – перед наступлением субботы НА НЕЕСТАВЯТ – на нее разрешается ставить – КУШАНЬЕ, чтобы оно осталось стоять на ней в субботу. Дело в том, что солома и хворост сгорают без остатка, не оставляя углей, и потому нет опасения, что поворошат угли в субботу. Однако если плиту вытопили ЖМЫХАМИ – отходами маслин или кунжутногосемени, оставшимися после того, как из них выжали масло, – И ДРОВАМИ – накануне субботы на нее НЕ СТАВЯТ горячие кастрюли, чтобы они остались стоять в субботу, ПОКА из плиты НЕ ВЫГРЕБУТ УГЛИ или не сгребут их все внутри плиты на одну сторону (Гаран), ИЛИ ПОКА НЕ ЗАСЫПЛЮТ внутри нее горячие угли ПЕПЛОМ, чтобы охладить их, так как в этом случае существует опасение, как бы в субботу не поворошили угли, чтобы ускорить приготовление пищи. Какой именно случай имели в виду мудрецы, накладывая этот запрет оставлять на субботу горячую кастрюлю на плите, вытопленной дровами или жмыхами? Тот, когда перед наступлением субботы кушанье не успело свариться полностью или успело свариться полностью, но от дальнейшего пребывания на огне становится еще вкуснее. Однако если кушанье не успело свариться вообще или если сварилось полностью, но дальнейшее пребывание на огне повредит ему, РАЗРЕШАЕТСЯ оставлять его на плите – даже несмотря на то, что из нее не выгребли угли или не засыпали их пеплом. Тогда отсутствует опасение, как бы в субботу не поворошили угли для того, чтобы ускорить приготовление пищи, так как в этом случае перестают беспокоиться, успеет ли свариться еда. И так же – если в успевшее уже полностью свариться кушанье перед самым наступлением сумерек добавляют сырое мясо: все кушанье становится как бы совсем сырым, и о нем также перестают беспокоиться (Бартанура на основе Гемары). ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: на плиту, после того, как из неевыгребли угли или засыпали их пеплом, разрешается ставить только ГОРЯЧУЮ воду – кастрюлю с водой, которая уже вскипела, – чтобы она осталась там на субботу. Причина состоит в том, что будучи раз вскипяченной, вода не требует дальнейшего кипячения, и потому нет опасения, как бы в субботу не поворошили угли, чтобы ускорить приготовление пищи. НО НЕ КУШАНЬЕ – несмотря на то, что из плиты выгребли угли или засыпали их пеплом. Школа Шамая относится очень строго к вопросу об оставлении на плите пищи на субботу, так как считает, что невозможно выгрести из плиты все угли вплоть до последней искры, и потому всегда остается опасение, что в субботу поворошат угли, так как человек всегда доволен, что кушанье продолжает вариться. А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: И ГОРЯЧУЮ воду, И КУШАНЬЕ разрешается оставлять на плите на субботу, так как после того, как из плиты выгребли угли или засыпали их пепелом, более нет опасения, что человек станет их ворошить в субботу. ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: БЕРУТ в субботу с плиты, из которой выгребли угли или засыпали их пепелом, кастрюлю, НО НЕ ВОЗВРАЩАЮТ обратно. То есть, даже горячую воду, которую мудрецы школы Шамая разрешают оставлять на плите на субботу, они разрешают только снимать, но не ставить ее туда снова, – так как в противном случае создается видимость, будто в субботу готовят пищу. А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: И просто воду, и кушанье, сняв в субботу с плиты, ВОЗВРАЩАЮТ на нее ТОЖЕ. Однако мудрецы школы Гилеля разрешают это только при условии, что, сняв кастрюлю с плиты, ее не выпускали из рук – никуда не ставили. Однако если ее уже поставили на пол или на что-нибудь другое, также по мнению школы Гилеля, кастрюлю уже запрещается возвращать на плиту – так как это выглядит, будто пищу ставят на плиту в субботу. Наше объяснение этой мишны было основано на комментарии Бартануры, потому что так же разъясняет ее большинство комментаторов (в соответствии с Рифом и Рамбамом). Однако Раши и "Тосафот" рассматривают ее иначе, основываясь на сказанном в Гемаре. Они считают, что Галаха соответствует мнению Хананьи, приводимому Гемарой в барайте, согласно которому любой вид пищи, приготовленный до состояния "пищи сына Дросая" (на треть или, по Рамбаму, на половину своей полной готовности), разрешается оставлять на субботу на плите, даже если из нее не выгребли угли или не засыпали их пеплом. В сответствии с этим Раши и "Тосафот" считают, что в начале этой мишны также говорится о возвращении в субботу на плиту снятой с нее кастрюли, и разъясняют это так: на плиту, которую вытопили соломой и хворостом, возвращают кушанье, снятое с нее в субботу если же вытопили жмыхами и дровами – снятую в субботу еду не возвращают, если из плиты заранее не выгребли угли или не засыпали их пеплом. И к этому следует еще добавить: ОДНАКО ОСТАВИТЬ кушанье на плите с кануна субботы – ОСТАВЛЯЮТ, ДАЖЕ ЕСЛИ ИЗ НЕЕ НЕ ВЫГРЕБЛИ УГЛИ И НЕ ЗАСЫПАЛИ УГЛИ ПЕПЛОМ. А ЧТО именно ОСТАВЛЯЮТ? Школа Шамая говорит: горячую воду, но не кушанье, а школа Гилеля говорит: горячую воду и кушанье. Так что сказанное в начале мишны – не общепринятая галаха, а также предмет спора между школами Шамая и Гилеля – школа Шамая говорит: "Берут, но не возвращают", а школа Гилеля говорит: "И возвращают тоже".

МИШНА ВТОРАЯ

Если ПЕЧЬ ВЫТОПИЛИ СОЛОМОЙ И ХВОРОСТОМ – НЕ СТАВЯТ НИ В НЕЕ, НИ НА НЕЕ. Если ПЛИТКУ ВЫТОПИЛИ СОЛОМОЙ И ХВОРОСТОМ – ОНА КАК ПЛИТА вытопили ЖМЫХАМИ И ДРОВАМИ – ОНА КАК ПЕЧЬ.

Объяснение мишны второй

После того как в предыдущей мишне было сказано о законах, связанных с оставлением горячей пищи на субботу на маленькой переносной печке с двумя конфорками ("кира"), эту тему продолжает данная мишна, но уже применительно к большой печи ("танур") и маленькой плитке ("купах"). Отличие между ними в том, что "кира" сверху имеет ту же ширину, что и снизу, и потому не так хорошо сохраняет тепло, как "танур" – большая печь, широкая снизу и узкая сверху, благодаря чему долго остается горячей. "Купах" же – маленькая квадратная плитка, на которой есть место только для одной кастрюли температура в ней поднимается выше, чем в плите большего размера, но ниже, чем в большой печи. Поэтому, как сообщает эта мишна, законы оставления горячей пищи на субботу относительно большой печи и маленькой плитки иные, нежели в отношении "киры".

Если ПЕЧЬ ВЫТОПИЛИ даже всего-навсего СОЛОМОЙ И ХВОРОСТОМ – НЕ СТАВЯТ кушанье, приготовленное накануне субботы, чтобы оно оставалось горячим в субботу, НИ В НЕЕ – ни внутрь нее, – НИ НА НЕЕ сверху. Причина этого в том, что, поскольку печь долго остается очень горячей, все время существует опасение, что в ней поворошат угли – даже остатки от сгоревших соломы и хвороста, тем более – если ее вытопили жмыхами или дровами. Запрет этот остается в силе даже тогда, когда из печи выгребли угли или засыпали их пеплом и даже только прислонить снаружи к печи горшок с едой – запрещается по той же причине (Гемара). Если ПЛИТКУ – "купах" (см. выше) – ВЫТОПИЛИ СОЛОМОЙ И ХВОРОСТОМ – то, поскольку от них не остаются угли, ОНА КАК ПЛИТА, и на нее ставят кушанье, приготовленное накануне субботы, чтобы оно оставалось там в субботу, и опасения, вдруг поворошат в ней, нет. Если же ее вытопили ЖМЫХАМИ И ДРОВАМИ – ОНА КАК ПЕЧЬ, и даже в случае, когда из нее выгребли угли или засыпали их пеплом, на ней запрещается оставлять кушанье с пятницы на субботу. И прибавляет Гемара, что в последнем случае даже только прислонить к этой плитке снаружи горшок с едой – запрещается.

МИШНА ТРЕТЬЯ

НЕ ПРИКЛАДЫВАЮТ ЯЙЦО К БАКУ С ГОРЯЧЕЙ ВОДОЙ, ЧТОБЫ ОНО СВАРИЛОСЬ ВСМЯТКУ, И никто НЕ РАСКОЛЕТ ЕГО В ПЛАТКАХ А РАБИ ЙОСЕЙ РАЗРЕШАЕТ. И НЕ СПРЯЧЕТ ЕГО В ПЕСКЕ И ДОРОЖНОЙ ПЫЛИ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ИСПЕКЛОСЬ.

Объяснение мишны третьей

Тепло, которым обладает предмет, нагревшийся от огня, называется "порождением огня", а тепло, которым обладает предмет, нагревшийся на солнце, называется "порождением солнца". Эта мишна рассматривает вопрос о нагревании в субботу, когда источник тепла – "порождение огня" или "порождение солнца".

НЕ ПРИКЛАДЫВАЮТ в субботу ЯЙЦО К БАКУ С ГОРЯЧЕЙ ВОДОЙ. Речь идет о "мейхаме" – медном баке, в котором греют воду на огне и в котором, после того, как его снимают с огня, она еще долго остается горячей. Мишна сообщает, что запрещается в субботу положить яйцо вплотную к такому баку, ЧТОБЫ ОНОСВАРИЛОСЬ хотя бы ВСМЯТКУ, так как приготовление пищи под воздействием тепла, порожденного огнем, приравнивается к приготовлению пищи на самом огне. И никто НЕ РАСКОЛЕТ ЕГО В ПЛАТКАХ – в платке, нагретом на солнце, – для того, чтобы оно в какой-то мере изжарилось под воздействием этого тепла. Другие комментаторы понимают смысл слов велояфкиэна (которые мы перевели как "и не расколет его") иначе: И НЕ ЗАВЕРНЕТ ЕГО В ПЛАТКИ – в платок, нагретый на солнце, чтобы оно сварилось всмятку, так как мудрецы наложили запрет на "порождения солнца" из-за "порождений огня". Впрочем, тот, кто сделал это, забыв о запрете, a posteriori свободен от наказания. А РАБИ ЙОСЕЙ РАЗРЕШАЕТ нагревать яйцо в платке, нагретом на солнце, так как не запрещает "порождения солнца" из-за "порождений огня". НО ГАЛАХА НЕ СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ ЙОСЕЙ. И НЕ СПРЯЧЕТ ЕГО – то есть яйцо – В ПЕСКЕ ИДОРОЖНОЙ ПЫЛИ, которые нагрело солнце, ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ оно ИСПЕКЛОСЬ под воздействием этого тепла. Точно так же можно было бы сказать: "...Для того, чтоб сварилось всмятку", однако мишна говорит: "...Для того, чтоб испеклось" только потому, что таков обычай словоупотребления: о яйце, приготовленном в горячем песке, говорят, что оно "испеклось", а о яйце, прислоненном к горячему баку, говорят, что оно "сварилось" (Гамеири). И даже раби Йосей согласен с этим, а Гемара приводит два обоснования для того: некоторые говорят, что песок похож на золу, и потому запрещают печь яйцо в песке из опасения, что испекут его в горячей золе (решив: какая мне разница – что зола, что песок, – РАШИ) другие же мудрецы опасаются, что вдруг человек не найдет достаточно сыпучего песка и станет копать ямку в земле, чтобы спрятать там яйцо [тем самым нарушив уже запрет Торы]. Но и в этом случае тот, кто сделал это, забыв о запрете, a posteriori свободен от наказания. Причину запрета нагревать яйцо в платке мы указали согласно Гемаре: что мудрецы запретили использовать "порождения солнца" из-за "порождений огня". Однако все согласны с тем, что разрешается использовать в субботу тепло самого солнца, чтобы согревать пищу, поскольку обычно не готовят пищу на солнце, и не запрещают использовать солнечное тепло из-за тепла огня (Гемара). Об этом сказано ниже (22:4): "Ставят холодную воду на солнце для того, чтоб согрелась". Тем не менее, использование "порождений солнца" вызывает опасение, что увидевший это решит, будто разрешается пользоваться "порождениями огня", и потому "порождения солнца" запретили из-за "порождений огня". Из этого ты должен сделать вывод: ЛУЧШЕ СИЛА СЫНА СИЛЫ ОТЦА (Гамеири).

МИШНА ЧЕТВЕРТАЯ

ОДНАЖДЫ СДЕЛАЛИ ЖИТЕЛИ ТВЕРИИ ТАК: ПРОВЕЛИ ТРУБУ С ХОЛОДНОЙ ВОДОЙ ВНУТРИ КАНАВЫ С ГОРЯЧЕЙ ВОДОЙ. СКАЗАЛИ ИМ МУДРЕЦЫ: ЕСЛИ В СУББОТУ – КАК ВОДА, ЧТО НАГРЕТА В СУББОТУ: ЗАПРЕЩЕНА ДЛЯ МЫТЬЯ И ДЛЯ ПИТЬЯ В ПРАЗДНИК – КАК ВОДА, ЧТО НАГРЕТА В ПРАЗДНИК: ЗАПРЕЩЕНА ДЛЯ МЫТЬЯ И РАЗРЕШЕНА ДЛЯ ПИТЬЯ. Если ИЗ "МУЛЬЯРА" ВЫГРЕБЛИ УГЛИ – ПЬЮТ ИЗ НЕГО В СУББОТУ "АНТИХИ" – НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ВЫГРЕБЛИ ИЗ НЕГО УГЛИ, – НЕ ПЬЮТ ИЗ НЕГО.

Объяснение мишны четвертой

ОДНАЖДЫ СДЕЛАЛИ ЖИТЕЛИ ТВЕРИИ ТАК: ПРОВЕЛИ ТРУБУ С ХОЛОДНОЙ ВОДОЙ ВНУТРИ КАНАВЫ СГОРЯЧЕЙ ВОДОЙ, чтобы благодаря этому холодная вода в трубе нагрелась от горячей воды в канаве. СКАЗАЛИ ИМ – жителям Тверии – МУДРЕЦЫ: ЕСЛИ холодная вода, идущая через эту трубу, нагревается В СУББОТУ, то – несмотря на то, что она вошла в трубу накануне субботы, – она, с точки зрения Галахи, КАК ВОДА,ЧТО НАГРЕТА В СУББОТУ, и потому она ЗАПРЕЩЕНА ДЛЯМЫТЬЯ даже только лица, рук и ног – в отличие от воды, нагретой накануне субботы: ею разрешается мыть лицо, руки и ноги, – И также запрещена ДЛЯ ПИТЬЯ. Если же холодная вода проходит через эту трубу В ПРАЗДНИК – она, с точки зрения Галахи, КАК ВОДА, ЧТО НАГРЕТА В ПРАЗДНИК, и потому она ЗАПРЕЩЕНА ДЛЯ МЫТЬЯ – а именно, для мытья всего тела (однако мыть ею лицо, руки и ноги разрешено) – И РАЗРЕШЕНА ДЛЯ ПИТЬЯ – поскольку все, что необходимо для приготовления пищи, разрешается в праздник. Гемара объясняет: с точки зрения сказанного в конце предыдущей мишны – что запрет нагревать яйцо в горячем песке объясняется опасением, как бы яйцо не испекли в горячей золе, – этот рассказ о сделанном жителями Тверии призван доказать, что запрещено нагревать пищу в субботу, скрывая ее в чем-то горячем. Однако с точки зрения раби Йосей, запрещающего нагревать яйцо в горячем песке из опасения, как бы не выкопали ямку в земле, этот рассказ относится к началу предыдущей мишны: с помощью его мудрецы хотят доказать раби Йосей, что "порождения солнца" запрещены в субботу. Впрочем, сам раби Йосей согласен с тем, что вода, нагретая в субботу кипятком из горячего источника Тверии, запрещена, – но по другой причине: раби Йосей считает горячие источники в Тверии не "порождениями солнца", но "порождениями огня" – эта вода нагревается, протекая у самого входа в Гейгином. Если ИЗ "МУЛЬЯРА" – глиняного или медного сосуда для нагревания воды – ВЫГРЕБЛИ УГЛИ. Как поясняет Гемара, в "мульяре" ВОДА ВНУТРИ, А УГЛИ СНАРУЖИ, то есть он представляет собой большой резервуар для воды, сбоку которого – небольшое вместилище для горячих углей. Однако есть и другая версия (рабейну Хананэль): ВОДА СНАРУЖИ, А УГЛИ ВНУТРИ, то есть: внутри большого резервуара для воды – вместилище для углей (наподобие русского самовара). И мишна учит, что если из "мульяра" удалили все угли накануне субботы, то ПЬЮТ ИЗ НЕГО ВСУББОТУ воду, нагретую еще днем в пятницу, поскольку он не нагревает воду, а только сохраняет ее горячей, не давая ей остыть. В отличие от этого "АНТИХИ" – медный сосуд для нагревания воды, в котором горячие угли находятся под резервуаром для воды, – НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ВЫГРЕБЛИИЗ НЕГО УГЛИ еще до наступления субботы, – НЕ ПЬЮТ ИЗ НЕГО в субботу, так как он продолжает нагревать воду даже после того, как из него удаляют все угли, и получается, что вода в нем нагревается в субботу.

МИШНА ПЯТАЯ

В "МЕЙХАМ", КОТОРЫЙ СНЯЛИ С ОГНЯ, НЕ ВЛИВАЮТ ХОЛОДНОЙ ВОДЫ, ЧТОБЫ ОНА СОГРЕЛАСЬ, ОДНАКО ВЛИВАЮТ В НЕГО ИЛИ В СТАКАН, ЧТОБЫ ВОДА СТАЛА ЧУТЬ ТЕПЛОЙ. В КАСТРЮЛЮ ИЛИ ГОРШОК, СНЯТЫЕ КИПЯЩИМИ, НЕ ДОБАВЛЯЮТ ПРИПРАВ, ОДНАКО ДОБАВЛЯЮТ В МИСКУ ИЛИ БЛЮДО. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ВО ЧТО УГОДНО ДОБАВЛЯЮТ, КРОМЕ ТОГО, В ЧЕМ ЕСТЬ УКСУС ИЛИ РАССОЛ.

Объяснение мишны пятой

В горячий "МЕЙХАМ" – то есть, как сказано выше, в бак для согревания воды, КОТОРЫЙ СНЯЛИ С ОГНЯ, НЕ ВЛИВАЮТ немного ХОЛОДНОЙ ВОДЫ, ЧТОБЫ ОНА СОГРЕЛАСЬ, смешавшись с горячей водой в "мейхаме", так как этом есть нечто от кипячения воды в субботу. ОДНАКО ВЛИВАЮТ холодную воду В НЕГО ИЛИ В СТАКАН с горячей водой, ЧТОБЫ ВОДА СТАЛА ЧУТЬ ТЕПЛОЙ. То есть: разрешается влить в "мейхам" сразу много холодной воды, чтобы, смешавшись с кипятком, она охладила его до комнатной температуры. В стакан же с кипятком, который вылили из "мейхама", разрешается добавить даже немного холодной воды, потому что в стакан холодную воду всегда добавляют с целью смешать с горячей водой и охладить ее, потому что стакан – кли шейни, а кли шейни не варит (Тосафот, Гаран, Рашба однако Бартанура объясняет это иначе). В КАСТРЮЛЮ ИЛИ ГОРШОК, СНЯТЫЕ с огня перед самым наступлением субботы КИПЯЩИМИ, НЕ ДОБАВЛЯЮТ ПРИПРАВ после того как стемнеет, потому что все время, пока они остаются настолько горячими, что рука, дотронувшаяся до них, инстинктивно отдергивается, приправа, которую добавляют в них, сваривается. ОДНАКО ДОБАВЛЯЮТ приправы В МИСКУ – в которую выложили горячее кушанье из кастрюли или горшка, где оно сварилось,– ИЛИ БЛЮДО – большое блюдо, на которое выкладывают все кушанье из кастрюли, а затем уже раскладывают из него по тарелкам. Поскольку миска и блюдо – кли шейни, приправа, добавленная к еде, находящейся в них, не сваривается. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ВО ЧТО УГОДНО ДОБАВЛЯЮТ – разрешается добавлять приправы даже в горшок или кастрюлю, когда они кипят, – КРОМЕ ТОГО, В ЧЕМ ЕСТЬ УКСУС ИЛИ РАССОЛ, – то есть сок, выходящий из рыб в процессе засолки, – потому что и он, и уксус из-за своей остроты способствуют процессу варения. Начало этой мишны – мейхам шепинагу – мы перевели в соответствии с объяснением ее, опирающимся на большинство комментариев, базирующихся на Гемаре. Однако Гемара приводит еще одно мнение, в соответствии с которым эти слова следует перевести: "В 'мейхам', который опорожнили" (см. там).

МИШНА ШЕСТАЯ

НЕ СТАВЯТ ПОСУДИНУ ПОД СВЕТИЛЬНИК, ЧТОБЫ СОБИРАТЬ В НЕГО МАСЛО, А ЕСЛИ ПОСТАВИЛ ЕГО ЕЩЕ ДНЕМ – это РАЗРЕШЕНО И НЕ ПОЛЬЗУЮТСЯ ИМ, ПОТОМУ ЧТО ОНО НЕ ИЗ ПРЕДНАЗНАЧЕННОГО. ПЕРЕНОСЯТ НОВЫЙ СВЕТИЛЬНИК, НО НЕ СТАРЫЙ. РАБИ ШИМОН ГОВОРИТ: ВСЕ СВЕТИЛЬНИКИ ПЕРЕНОСЯТ, КРОМЕ СВЕТИЛЬНИКА, ГОРЯЩЕГО В СУББОТУ. СТАВЯТ ПОСУДИНУ ПОД СВЕТИЛЬНИК, ЧТОБЫ СОБИРАТЬ ИСКРЫ, И НЕ НАЛЬЕТ человек В НЕЕ ВОДЫ – ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО тогда ОН ГАСИТ в субботу.

Объяснение мишны шестой

Мы уже упоминали (во Введении к этому трактату Мишны), что мудрецы запретили переносить в субботу вещи, которые по различным причинам запрещены для использования в субботу. Запрет этот называется запретом мукцэ, то есть вещей, выделенных среди других и отделенных от них, которые накануне субботы не были приготовлены к использованию их в субботу, и мы уже указали там несколько видов мукцэ. Тема этой мишны – именно запрет мукцэ.

НЕ СТАВЯТ ПОСУДИНУ ПОД СВЕТИЛЬНИК. Мы уже разъясняли, что светильник тех времен – это плошка, закрытая сверху, с отверстиями для фитиля и наливания масла. Эта мишна учит нас, что запрещается поставить в субботу под светильник тарелку или какую-нибудь другую посудину, ЧТОБЫ СОБИРАТЬ В НЕГО МАСЛО, капающее из светильника. Причина в том, что это масло в светильнике – мукцэ, то есть с пятницы предназначено именно для светильника, и потому переносить его запрещается, а когда оно капает в какую-нибудь посудину, она тоже становится запрещенной к переноске, так как ЗАПРЕЩАЕТСЯ В СУББОТУ ВЫВОДИТЬ КЛИ ИЗ ЕГО СОСТОЯНИЯ, разрешенного в субботу. То есть, запрещается исключать возможность его переноса в субботу, ставя его в такое место, откуда его потом нельзя будет взять, – что приравнивается к тому, как если бы эту посудину прикрепили к ее новому месту глиной и тем самым нарушили запрет строить в субботу. Другое основание для этого запрета: когда лишают кли всякой возможности его использования, такое действие наоборот – приравнивается, к разрушению постройки [что также запрещено делать в субботу] (Раши см. Тосафот на стр. 43а). А ЕСЛИ хозяин ПОСТАВИЛ ЕГО ЕЩЕ ДНЕМ – если еще днем в пятницу поставили посудину под светильник – это РАЗРЕШЕНО, и подозрение, что после того, как в эту посудину накапает масло, ее в субботу перенесут на другое место, не возникает. И НЕ ПОЛЬЗУЮТСЯ ИМ – запрещается в субботу каким-либо образом использовать масло, накапавшее из светильника, – ПОТОМУ ЧТО ОНО – мукцэ, то есть НЕ ИЗ ПРЕДНАЗНАЧЕННОГО для любого другого использования в субботу, кроме зажигания светильника. ПЕРЕНОСЯТ в субботу НОВЫЙ СВЕТИЛЬНИК – то есть тот, который еще ни разу не зажигали. Поскольку он пригоден пока для любого другого использования, разрешенного в субботу, разрешается его переносить в субботу. НО НЕ СТАРЫЙ – несмотря на то, что он ни разу не был зажжен в субботу. Его запрещается переносить в субботу, так как будучи раз зажженным, он уже не пригоден ни для какого бы то ни было другого использования, так как впитал в себя масло и стал для субботы мукцэ по причине чувства отвращения, которое он к себе вызывает. РАБИ ШИМОН ГОВОРИТ: ВСЕ СВЕТИЛЬНИКИ ПЕРЕНОСЯТ в субботу, КРОМЕ СВЕТИЛЬНИКА, ГОРЯЩЕГО В СУББОТУ. Пока светильник горит, его запрещается переносить из опасения, как бы он не погас, или из-за того, что он – "основание для запрещенного", то есть для язычка пламени. Однако в том, что касается запрета мукцэ, раби Шимон не согласен с мудрецами и разрешает переносить как мукцэ из-за чувства отвращения, так и мукцэ из-за субботнего запрета. ГАЛАХА постановляет, что светильник, который зажгли на субботу, запрещается переносить даже после того, как он погас, в течение всей той субботы, так как, поскольку он стал мукцэ в субботних сумерках, он остается мукцэ на всю субботу. Впрочем, в отношении других видов светильников галаха соответствует мнению раби Шимона (Бартанура). СТАВЯТ ПОСУДИНУ ПОД СВЕТИЛЬНИК даже в субботу, ЧТОБЫ СОБИРАТЬ отлетающие от него ИСКРЫ с целью избежать пожара. Поскольку в искрах нет ничего материального, человек, поставивший посудину, чтобы они падали в нее, не выводит кли из его состояния, и потому разрешается переносить эту посудину в субботу. И НЕ НАЛЬЕТ человек В НЕЕ в посудину для сбора искр – ВОДЫ даже накануне наступления субботы – ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО тогда получится, что ОН ГАСИТ огонь в субботу, – то есть способствует в субботу тому, чтобы искры скорее гасли (Гемара).

Есть также другое объяснение причины запрета поставить тарелку с водой под светильник в пятницу: это запрещают из-за того, что то же самое запрещается делать в субботу. Поскольку существует опасение, что в субботу человек поднимет тарелку с водой навстречу падающим искрам и получится, что он гасит огонь в субботу собственными руками, мудрецы Торы запретили наливать воду в тарелку под светильником уже накануне субботы. И несмотря на то, что другие работы разрешается начинать в пятницу с тем, чтобы они сами заканчивались в субботу, – например, замачивать снадобья для изготовления чернил или краски, или расставлять сети для ловли животных (как сказано выше, 1:5-6), – в данном случае мудрецы проявили б'ольшую строгость. Дело в том, что в глазах людей поставить тарелку под светильник не кажется таким уж большим нарушением субботы, и поэтому следует опасаться, как бы из-за этого не дошли до настоящего тушения огня в субботу: например, человек в субботу начнет наливать воду в тарелку под светильником и не успеет это закончить до того, как в воду упадут искры, – получится, что он их потушил как бы собственными руками или, как уже было сказано, есть опасение, что он поднимет тарелку с водой навстречу искрам (Тосафот к Шабат, 44б).

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

МИШНА ПЕРВАЯ

В ЧЕМ УКРЫВАЮТ И В ЧЕМ НЕ УКРЫВАЮТ? НЕ УКРЫВАЮТ ни В ЖМЫХАХ, НИ В НАВОЗЕ, НИ В СОЛИ, НИ В ИЗВЕСТИ, НИ В ПЕСКЕ – КАК во ВЛАЖНЫХ, ТАК И в СУХИХ И НИ В СЕНЕ, НИ В ВИНОГРАДНЫХ ВЫЖИМКАХ, НИ В ВАТЕ, НИ В скошенной ТРАВЕ – КОГДА ОНИ ВЛАЖНЫЕ, ОДНАКО УКРЫВАЮТ В НИХ, КОГДА ОНИ СУХИЕ. УКРЫВАЮТ ПОКРЫВАЛОМ И В ПЛОДАХ, В ГОЛУБИНЫХ КРЫЛЬЯХ, И В ПЛОТНИЦКИХ ОПИЛКАХ, И В ТОНКОЙ ЛЬНЯНОЙ КО'СТРЕ РАБИ ЙЕГУДА ЗАПРЕЩАЕТ укрывать В ТОНКОЙ И РАЗРЕШАЕТ В ГРУБОЙ.

Объяснение мишны первой

Эта глава занимается законами об "укрывании" горячей пищи на субботу – а именно, когда кипящую кастрюлю, сняв с огня, помещают в такие материалы, которые сохраняют ее тепло. Мы уже упоминали (в конце главы 2), что мудрецы разрешают использовать для этого только то, что сохраняет температуру, однако в то, что ее повышает, запрещается закладывать горячую кастрюлю даже еще днем накануне субботы. Этот запрет объясняется опасением, вдруг человек заложит кастрюлю в горячую золу и в субботу вздумает поворошить угли, чтобы ускорить приготовление пищи. Эта мишна перечисляет вещества, которые обладают свойством повышать температуру, и те, которые только сохраняют ее на прежнем уровне.

В ЧЕМ УКРЫВАЮТ горшок или кастрюлю, снятые с огня накануне субботы, желая сохранить пищу горячей на субботу, И В ЧЕМ их НЕ УКРЫВАЮТ – во что их разрешается заложить и во что запрещено? НЕ УКРЫВАЮТ горячую кастрюлю ни В ЖМЫХАХ – то есть в отходах производства оливкого или кунжутного масла, НИ В НАВОЗЕ сельскохозяйственных животных, НИ В СОЛИ, НИ В ИЗВЕСТИ, НИ В ПЕСКЕ – поскольку все эти вещества обладают свойством повышать температуру, а, как уже разъяснялось выше, запрещается укрывать горячую кастрюлю на субботу в том, что увеличивает ее тепло, – КАК во ВЛАЖНЫХ, ТАК И в СУХИХ – безразлично: влажные ли эти материалы или сухие. И НИ В СЕНЕ – не в сухих стеблях злаков, НИ В ВИНОГРАДНЫХ ВЫЖИМКАХ – не в отходах, оставшихся после того, как из винограда выжали сок в точиле, НИ В ВАТЕ – и не только в вате, но и в любом мягком материале вообще, вроде отходов чесания шерсти или остатков износившейся одежды, – НИ В скошенной ТРАВЕ – КОГДА ОНИ – то есть вышеперечисленные четыре материала: сено, виноградные выжимки, вата и трава – ВЛАЖНЫЕ. Согласно одной точке зрения (Шабат, 49а), в этих материалах не оставляют горячую кастрюлю на субботу только тогда, когда они сохраняют свою естественную влажность, – как, например, шерсть с задней части тела овцы, которая всегда более влажная, чем шерсть на других частях ее тела однако если эти материалы были сухие, но на них попала вода и смочила их – это не препятствие для того, чтобы использовать их для укрывания горячей посуды на субботу (Бартанура комм. Рамбама к Мишне). Однако в своем труде "Мишнэ-Тора" (Законы о субботе, 4:1) Рамбам пишет иначе: "...Влажные даже сами по себе", из чего следует, что, по его мнению, если эти материалы оказались смоченными по какой-то посторонней причине, они увеличивают температуру в большей степени, и тогда тем более в них не помещают на субботу посуду с горячей пищей. ОДНАКО УКРЫВАЮТ В НИХ, КОГДА ОНИ СУХИЕ – потому что тогда они не увеличивают жар спрятанной в них кастрюли. УКРЫВАЮТ ПОКРЫВАЛОМ И В ПЛОДАХ, В ГОЛУБИНЫХ КРЫЛЬЯХ – и также в других перьях ("Тифэрет Исраэль"), – И В ПЛОТНИЦКИХ ОПИЛКАХ – в опилках и мелких кусочках древесины, падающих из-под пилы в то время, когда ею перепиливают дерево, – И В ТОНКОЙ – большинство комментаторов вычеркивают это слово – ЛЬНЯНОЙ КО'СТРЕ – в отходах от трепания льна. РАБИ ЙЕГУДА ЗАПРЕЩАЕТ укрывать горячую кастрюлю на субботу В ТОНКОЙ костре – в мелких отходах от трепания льна, – так как она увеличивает тепло, И РАЗРЕШАЕТ В ГРУБОЙ – в крупных остатках стеблей льна. Впрочем, относительно опилок раби Йегуда согласен с первым танаем и разрешает закладывать кастрюлю на субботу как в мелких опилках, так и в крупных (Гемара). Однако ГАЛАХА НЕ СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ ЙЕГУДЫ.

МИШНА ВТОРАЯ

УКРЫВАЮТ В НЕВЫДЕЛАННЫХ КОЖАХ – И ПЕРЕНОСЯТ ИХ, В НАСТРИЖЕННОЙ ШЕРСТИ – НО НЕ ПЕРЕНОСЯТ ЕЕ. КАК ОН ПОСТУПАЕТ? СНИМАЕТ КРЫШКУ – И ОНА ПАДАЕТ. РАБИ ЭЛЬАЗАР, СЫН АЗАРЬИ, ГОВОРИТ: КОРЗИНУ – НАКЛОНЯЕТ НА БОК И БЕРЕТ: ВДРУГ ПОДНИМЕТ И НЕ СМОЖЕТ ВЕРНУТЬ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ПОДНИМАЕТ И ВОЗВРАЩАЕТ. НЕ ЗАКРЫЛ ЕГО ЕЩЕ ДНЕМ – НЕ ЗАКРОЕТ ПОСЛЕ ТОГО, КАК СТЕМНЕЕТ. ЗАКРЫЛ И ОТКРЫЛОСЬ – МОЖНО ЗАКРЫТЬ. НАПОЛНЯЕТ КУВШИН И КЛАДЕТ ПОД ПОДУШКУ ИЛИ ПОД МАТРАС.

Объяснение мишны второй

Эта мишна учит, что разрешено закладывать на субботу кастрюлю с горячей пищей не только в то, что в субботу разрешается переносить, но также в то, что является мукцэ и запрещено к переноске в субботу.

УКРЫВАЮТ В НЕВЫДЕЛАННЫХКОЖАХ – И ПЕРЕНОСЯТ ИХ. Разрешается переносить невыделанные кожи в субботу независимо от того, укрыли в них еду на субботу или нет, так как они пригодны, чтобы сидеть на них или опереться на них в субботу. В НАСТРИЖЕННОЙ овечьей ШЕРСТИ также укрывают горячую кастрюлю на субботу – НО НЕ ПЕРЕНОСЯТ ЕЕ – то есть шерсть, так как она предназначена для пряжи и тканья, и потому – мукцэ в субботу. Гемара уточняет: "Сказано в Мишне (ЧТО ШЕРСТЬ НЕ ПЕРЕНОСЯТ) только о том случае, когда ее не предназначили [с пятницы] для укрывания в ней горячего горшка, однако когда предназначили – переносят ее". КАК ОН ПОСТУПАЕТ? – Что делает человек, который заложил кастрюлю с едой в настриженную шерсть, которую запрещается переносить в субботу, чтобы достать еду? Он СНИМАЕТ КРЫШКУ с горшка или кастрюли,– И ОНА ПАДАЕТ – и шерсть с крышки падает сама. Такого рода перенос называется "косвенным переносом", и он разрешен, а крышка в этом случае не становится основанием для запрещенного предмета [запрещенного к переносу в субботу], потому что с самого начала положена там только для того, чтобы прикрыть кастрюлю. И КАК ЖЕ ДОСТАЮТ ПИЩУ ИЗ ТАКОГО ГОРШКА? РАБИ ЭЛЬАЗАР, СЫН АЗАРЬИ, ГОВОРИТ: КОРЗИНУ – внутри которой, среди настриженной шерсти, находится горшок, – НАКЛОНЯЕТ НА БОК И БЕРЕТ из горшка столько еды, сколько нужно для трапезы, а остальную – оставляет в горшке для следующей трапезы. Однако не следует вынимать весь горшок из корзины: ВДРУГ человек ПОДНИМЕТ И НЕ СМОЖЕТ ВЕРНУТЬ – если после того, как он вынет кастрюлю из корзины, в образовавшуюся ямку упадут с разных сторон куски шерсти, их нельзя будет вынуть оттуда, чтобы восстановить нужное углубление в шерсти (потому что она – мукцэ), и поэтому нельзя будет вернуть кастрюлю на место. И поскольку существует опасение, что человек, чтобы вернуть кастрюлю на место, начнет передвигать шерсть в корзине, раби Эльазар, сын Азарьи, вообще запрещает вынимать оттуда кастрюлю. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ПОДНИМАЕТ – вынимает человек кастрюлю, укрытую таким образом, И ВОЗВРАЩАЕТ ее на место. Гемара объясняет, что, по мнению мудрецов, разрешается вынимать горшок или кастрюлю из корзины, и нет опасения, что углубление в шерсти потеряет свою форму. Однако в случае, если это произошло, мудрецы согласны с тем, что возвращать посудину на место запрещается. И ГАЛАХА СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ МУДРЕЦОВ. НЕ ЗАКРЫЛ ЕГО ЕЩЕ ДНЕМ – тот, кто не закрыл кушанье в пятницу еще днем, – НЕ ЗАКРОЕТ ПОСЛЕ ТОГО, КАК СТЕМНЕЕТ, – так как запрещается "укрывать" горячую еду в субботу даже в том, что не увеличивает температуру. Причина запрета – опасение, что человек обнаружит, что еда остыла, и вскипятит ее в субботу (Шабат, 34а). ЗАКРЫЛ кушанье накануне субботы, И оно ОТКРЫЛОСЬ в субботу, – МОЖНО ЗАКРЫТЬ, потому что разрешается возвращать кастрюлю на место, где она была "укрыта". НАПОЛНЯЕТ КУВШИН холодной водой И КЛАДЕТ ПОД ПОДУШКУ ИЛИ ПОД МАТРАС в субботу, чтобы сохранить ее низкую температуру. Другие комментаторы указывают противоположную причину: чтобы вода согрелась до комнатной температуры. Так или иначе, но поскольку обычно так не "укрывают", мудрецы это не запретили. Мы сказали (на основе большинства комментариев), что слова раби Эльазара, сына Азарьи, – продолжение начатой темы о возможности доставать пищу из кастрюли, заложенной в кор-зины с шерстью. Однако Рамбам видит это в совершенно ином свете. По его мнению, речь идет о любом случае, когда кастрюлю "укрывают" внутри "корзины" [то есть какого-то большого предмета] в любом материале, а не только в шерсти: поскольку очень часто, когда кастрюлю вынимают оттуда, форма углубления, в котором она находилась, изменяется, все согласны в том, что запрещено возвращать ее – так как при этом создают для нее там новое место, и получается, что тем самым как бы "укрывают" горячую пищу в субботу. Поэтому раби Эльазар, сын Азарьи, говорит, что необходимо быть очень осторожным и, вынимая кастрюлю, стараться не повредить форму углубления, в котором она находилась, для того, чтобы не потерять возможность вернуть кастрюлю на то же место а мудрецы полагают, что кастрюлю вынимают обычным способом и возвращают на место, – однако если углубление изменило свою форму, кастрюлю не возвращают.

ГЛАВА ПЯТАЯ

МИШНА ПЕРВАЯ

С ЧЕМ ЖИВОТНОЕ ВЫХОДИТ, И С ЧЕМ ОНО НЕ ВЫХОДИТ? НЕ ВЫХОДИТ ВЕРБЛЮД С ПОВОДОМ, ВЕРБЛЮДИЦА – С КОЛЬЦОМ В НОСУ, ЛИВИЙСКИЕ ОСЛЫ – С ЖЕЛЕЗНЫМ НЕДОУЗДКОМ, ЛОШАДЬ – В ОШЕЙНИКЕ И вообще ВСЕ, КТО ХОДИТ В ОШЕЙНИКЕ, ВЫХОДИТ В ОШЕЙНИКЕ И ВЕДУТСЯ ЗА ОШЕЙНИК, И БРЫЗГАЮТ НА НИХ, И ОКУНАЮТ ИХ – каждый НА ЕГО МЕСТЕ.

Объяснение мишны первой

В Торе сказано (Шмот, 23:12): "Шесть дней будешь заниматься делами твоими, а в день седьмой не будешь работать – ЧТОБЫ ОТДОХНУЛ БЫК ТВОЙ И ОСЕЛ ТВОЙ...". Отсюда следует обязанность предоставлять и животным в субботу отдых от работы – то есть, запрещается в субботу заставлять их совершать работу для нужд человека. Например, так же, как самому человеку запрещается в субботу выносить груз в общественное владение, ему запрещается позволить своему вьючному животному выйти в общественное владение с грузом на спине. Впрочем, то, что необходимо для охраны животного, не считается для него грузом – при условии, что без этого животное может потеряться. Точно так же предметы, в которых животное нуждается для защиты от жары или холода или от чего-либо другого, приравниваются к одежде для человека, и оно выходит с ними в субботу. Однако любая другая вещь, не предназначенная для охраны животного или не способствующая ей, или обеспечивающая охрану более строгую, чем та, в которой нуждается само животное, и так же любой лишний предмет, в котором само животное не нуждается – даже украшение, – в случае, когда для животного оно непривычно, – считается грузом, и запрещается выпускать животное с ним в субботу. Итак, подробности этих положений рассматриваются в этой главе.

С ЧЕМ ЖИВОТНОЕ ВЫХОДИТ в субботу в общественное владение, И С ЧЕМ ОНО НЕ ВЫХОДИТ? То есть, что считается грузом, с которым запрещается человеку позволить своему животному выйти в субботу, – поскольку Тора предписывает человеку дать своим животным возможность отдохнуть от работы в субботу? НЕ ВЫХОДИТ ВЕРБЛЮД С ПОВОДОМ – с веревкой, привязанной к цепочке, продетой через его щеку, за которую его ведут. Не выходит ВЕРБЛЮДИЦА С КОЛЬЦОМ В НОСУ. В перегородке носа верблюдицы делают отверстие и продевают в него специальное кольцо [к которому привязывают повод], потому что верблюдица требует более строгой охраны, нежели верблюд-самец. ЛИВИЙСКИЕ ОСЛЫ – сильные и упрямые и требующие поэтому более строгой охраны, чем другие ослы, выходят в субботу С ЖЕЛЕЗНЫМ НЕДОУЗДКОМ. ЛОШАДЬ – выходит В ОШЕЙНИКЕ – то есть с цепочкой вокруг шеи. Раши разъясняет: на шею лошади надевают нечто вроде большого браслета с кольцом посередине, через которое продевают ремень, за который лошадь ведут. И вообще ВСЕ, КТО ХОДИТ В ОШЕЙНИКЕ – каждое животное, на шею которого обычно надевают ошейник (например, охотничья собака и т.п.), – ВЫХОДИТ В ОШЕЙНИКЕ – разрешается выпускать их в субботу с ремнем, укрепленным в ошейнике и обвязанным вокруг их шеи (Гемара), который не считается грузом для них, поскольку так они выходят обычно (Раши), – И ВЕДУТСЯ ЗА ОШЕЙНИК – и разрешается их тянуть за ремень, прикрепленный к их ошейнику – поскольку таким образом их обычно удерживают, не давая убежать. И БРЫЗГАЮТ НА НИХ – НА КАЖДЫЙ ошейник НА ЕГО МЕСТЕ. Если цепочки, надеваемые на шею животных, осквернились ритуальной нечистотой трупа, чтобы очистить их, на них брызгают водой, смешанной с пеплом рыжей телицы, не снимая с шеи животного. И ОКУНАЮТ ИХ – каждый НА ЕГО МЕСТЕ. Разрешается также окунуть в миквэ цепочку прямо на шее животного, не снимая ее – то есть свести все животное в воду для того, чтобы окунуть его ошейник. Несмотря на то, что все предметы, специально предназначенные для животных, не воспринимают ритуальную нечистоту, ошейник и ему подобные части сбруи являются исключением, поскольку они необходимы не животному, а человеку, чтобы управлять животным (Гемара). Поэтому если они осквернились, необходимо их окунуть в миквэ для того, чтобы вернуть им ритуальную чистоту. Если цепочку на шее животного окунают, не сняв ее с шеи животного, она должна быть надета свободно, а узел, которым ремень привязан к ней, не должен быть туго затянут, – чтобы не препятствовать свободному доступу воды ко всем частям цепочки.

МИШНА ВТОРАЯ

ОСЕЛ ВЫХОДИТ В ПОПОНЕ – ТОГДА, КОГДА ОНА ПРИВЯЗАНА К НЕМУ. БАРАНЫ ВЫХОДЯТ С "ПЕРЕДНИКОМ", ОВЦЫ ВЫХОДЯТ С КУРДЮКОМ, ПОДВЯЗАННЫМ КВЕРХУ, С КУРДЮКОМ, ПОДВЯЗАННЫМ КНИЗУ, И "ЗАКУТАННЫЕ". КОЗЫ ВЫХОДЯТ "ЗАВЯЗАННЫЕ". РАБИ ЙОСЕЙ ЗАПРЕЩАЕТ выпускать животных ВО ВСЕМ ЭТОМ, КРОМЕ "ЗАКУТАННЫХ" ОВЕЦ. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: КОЗЫ ВЫХОДЯТ, "ЗАВЯЗАННЫЕ", ЧТОБЫ ВЫСУШИТЬ их молоко, НО НЕ ДЛЯ сохранения МОЛОКА.

Объяснение мишны второй

ОСЕЛ ВЫХОДИТ В ПОПОНЕ – покрывале, накинутом ему на спину, чтобы он не замерз, – только ТОГДА, КОГДА ОНА ПРИВЯЗАНА К НЕМУ. Если попона не закреплена на осле, его запрещается выпускать в субботу в общественное владение из опасения, что попона упадет, хозяин осла поднимет ее и пронесет 4 локтя по общественному владению. Гемара разъясняет, что мишна имеет в виду попону, привязанную к ослу еще накануне субботы, – потому что сделав это, хозяин осла тем самым показал, что его осла необходимо уберечь от холода, и тогда попона не рассматривается как груз. Однако привязать попону к ослу в субботу – запрещается, потому что это невозможно сделать без того, чтобы хозяин не прислонился к ослу, а в этом уже есть нечто от запрещенного в субботу использования животных (Йерушалми, Рашба, Бартанура), если же хозяин нарушил запрет и привязал попону в субботу, осла запрещается выпускать с ней (Бартанура). БАРАНЫ ВЫХОДЯТ С "ПЕРЕДНИКОМ" из кожи, привязанным под их половым членом для того, чтобы воспрепятствовать их спариванию с самками ОВЦЫ ВЫХОДЯТ С КУРДЮКОМ, ПОДВЯЗАННЫМ КВЕРХУ, – чтобы облегчить им спаривание с самцами, – С КУРДЮКОМ, ПОДВЯЗАННЫМ КНИЗУ, – чтобы воспрепятствовать их спариванию с самцами, – И "ЗАКУТАННЫЕ" в специальное покрывало, предохраняющее от загрязнения их белую и мягкую шерсть. КОЗЫ ВЫХОДЯТ "ЗАВЯЗАННЫЕ" – когда к вымени подвязан специальный мешочек. Иногда это делается для того, чтобы у козы пропало молоко, и тогда его привязывают очень туго, иногда – наоборот, чтобы сберечь молоко и собрать все капли, которые иначе упадут на землю, – тогда мешочек привязывают слабо. РАБИ ЙОСЕЙ ЗАПРЕЩАЕТ выпускать животных ВО ВСЕМ ЭТОМ в субботу, КРОМЕ "ЗАКУТАННЫХ" ОВЕЦ, – потому что покрывало, берегущее их шерсть, – для них украшение. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: КОЗЫ ВЫХОДЯТ, "ЗАВЯЗАННЫЕ", ЧТОБЫ ВЫСУШИТЬ их молоко, – в этом случае разрешается в субботу выпускать их в общественное владение, так как мешки привязаны к их вымени туго, НО НЕ ДЛЯ сохранения МОЛОКА – тогда запрещается выпускать коз в общественное владение, потому что в этом случае мешочек привязан слабо и следует опасаться, что он упадет, а пастух поднимет его и пронесет 4 локтя по общественному владению.

МИШНА ТРЕТЬЯ

И С ЧЕМ ОНО НЕ ВЫХОДИТ? НЕ ВЫХОДИТ ВЕРБЛЮД С "МЕТУТЕЛЕТ", НИ СО СВЯЗАННЫМИ НОГАМИ, НИ С ПОДВЯЗАННОЙ НОГОЙ – И ТАК ЖЕ ОСТАЛЬНЫЕ ЖИВОТНЫЕ. НЕ ПРИВЯЖЕТ человек ОДНОГО ВЕРБЛЮДА К ДРУГОМУ И ПОВЕДЕТ, ОДНАКО БЕРЕТ ПОВОДКИ В СВОЮ РУКУ И ВЕДЕТ, НО ПРИ УСЛОВИИ, ЧТО НЕ ОБМОТАЕТ ими свою руку.

Объяснение мишны третьей

И С ЧЕМ ОНО НЕ ВЫХОДИТ? С чем животное запрещается выпускать в субботу в общественное владение? НЕ ВЫХОДИТ ВЕРБЛЮД С "МЕТУТЕЛЕТ". Согласно одной точке зрения, это седло, которое обычно надевают на верблюжий горб и которое иногда подвязывают под ремень, продетый под его хвост, чтобы этот ремень не натирал кожу (Раши, Гамеири) согласно другой – это кусок материи, который с какой-либо целью привязывают к хвосту верблюда – например, в качестве метки (Рамбам). Причина этого запрета – опасение, что "метутелет" упадет, человек поднимет ее и пронесет 4 локтя в общественном владении. Впрочем, если ее привязали и к горбу, и к хвосту верблюда, разрешается выпускать его в субботу в общественное владение (Гемара). Не позволяют верблюду выйти в субботу в общественное владение НИ СО СВЯЗАННЫМИ НОГАМИ – когда передняя нога связана с задней, – НИ С ПОДВЯЗАННОЙ НОГОЙ – когда его нога согнута в колене и обе части ноги – та, что ниже колена, и та, что выше колена, связаны вместе, – так что верблюд в состоянии передвигаться, ступая только на остальные три ноги. И ТАК ЖЕ ОСТАЛЬНЫЕ ЖИВОТНЫЕ – запрещается выпускать их в субботу в общественное владение, если ноги их связаны каким-нибудь из этих способов: поскольку это – преувеличенно строгая охрана животного, [чтобы оно не убежало,] она приравнивается к грузу, с которым животное не выпускают в субботу. НЕ ПРИВЯЖЕТ человек ОДНОГО ВЕРБЛЮДА К ДРУГОМУ И ПОВЕДЕТ за поводок первого верблюда, так как со стороны кажется, будто он ведет их на рынок продавать, ОДНАКО БЕРЕТ ПОВОДКИ всех верблюдов В СВОЮ РУКУ – так, что сами верблюды не связаны между собой – И ВЕДЕТ сразу всехверблюдов. При этом необходимо, чтобы из руки не высовывался конец поводка длиной в тефах и более, иначе это производит впечатление, будто человек несет одни ремни. НО вести верблюдов, взяв все их поводки в руку, возможно ПРИ УСЛОВИИ, ЧТО человек НЕ ОБМОТАЕТ ими свою руку. В Гемаре разъясняется, что это последнее положение не относится к субботе, но связано с запретом килаим. Поскольку случается, что некоторые из верблюжих поводков сделаны из льна, а другие – из шерсти, то, когда человек наматывает их все вместе себе на руку, он нарушает этот запрет: поскольку при этом его рука их нагревает, он совершает действие, связанное с нарушением запрета Торы (Ваикра, 19:19): "И одежда килаим – шаатнез – да не будет на тебе".

МИШНА ЧЕТВЕРТАЯ

ОСЕЛ НЕ ВЫХОДИТ ни В ПОПОНЕ – ТОГДА, КОГДА ОНА НЕ ПРИВЯЗАНА К НЕМУ, НИ С КОЛОКОЛЬЧИКОМ – НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ОН ЗАТКНУТ, НИ С "ЛЕСТНИЦЕЙ" НА ШЕЕ, НИ С РЕМНЕМ НА НОГАХ. А КУРЫ НЕ ВЫХОДЯТ ни меченые НИТКАМИ, НИ С РЕМЕШКАМИ НА НОГАХ. БАРАНЫ ЖЕ НЕ ВЫХОДЯТ С ТЕЛЕЖКОЙ ПОД СВОИМ КУРДЮКОМ, И НЕ ВЫХОДЯТ ОВЦЫ С лучинкой из дерева "ХАНУН", И НЕ ВЫХОДИТ ТЕЛЕНОК СО СВОИМ ЯРМОМ, А КОРОВА – НЕ СО ШКУРОЙ ЕЖА И НЕ С РЕМНЕМ, завязанным МЕЖДУ ЕЕ РОГОВ. КОРОВА РАБИ ЭЛЬАЗАРА, СЫНА АЗАРЬИ, ВЫХОДИЛА С РЕМНЕМ, завязанным МЕЖДУ ЕЕ РОГОВ, – ЧТО было ПРОТИВ ЖЕЛАНИЯ МУДРЕЦОВ.

Объяснение мишны четвертой

Эта мишна продолжает перечислять то, с чем животные не должны выходить в субботу в общественное владение. Как уже было сказано, причины этого запрета – или в том, что эти вещи рассматриваются как груз для животных, или в опасении, что они упадут, и человек, подняв их, пронесет их по общественному владению на расстояние в 4 локтя.

ОСЕЛ НЕ ВЫХОДИТ ни В ПОПОНЕ, накинутой ему на спину для того, чтобы он не замерз, – ТОГДА, КОГДА ОНА НЕ ПРИВЯЗАНА К НЕМУ еще с пятницы (как разъяснялось выше, в мишне 2) НИ С КОЛОКОЛЬЧИКОМ на шее – НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ОН ЗАТКНУТ – несмотря на то, что колокольчик заткнули чем-то, чтобы он не звенел, – потому что наличие колокольчика на шее осла создает впечатление, что его ведут на рынок продавать НИ С "ЛЕСТНИЦЕЙ" НА ШЕЕ – если у осла есть рана на передней ноге или на спине, на шею ему, на уровне челюстей, привязывают нечто вроде маленькой деревянной лестнички, мешающей ему поворачивать голову, чтобы расчесывать рану НИ С РЕМНЕМ НА НОГАХ – когда его ноги во время ходьбы трутся одна о другую, его ноги обматывают широкими кожаными ремнями, чтобы предохранить их от поверждения.

Другое объяснение: если у осла треснуло копыто, его связывают кожаным ремнем до тех пор, пока оно не срастется (Гариф, Рамбам).

А КУРЫ НЕ ВЫХОДЯТ ни меченые НИТКАМИ, которые повязывают на них для того, чтобы не спутать с чужими, НИ С РЕМЕШКАМИ НА НОГАХ, которые повязывают им, чтобы они не рыли землю ногами и не разбили посуду, выставленную на двор. Рамбам уточняет, что речь здесь идет и о курах, и о петухах. БАРАНЫ ЖЕ НЕ ВЫХОДЯТ С маленькой ТЕЛЕЖКОЙ ПОД СВОИМ КУРДЮКОМ, которую подвязывают им, чтобы их большой курдюк не волочился по камням и не поранился с этой тележкой запрещается выпускать барана в общественное владение. И НЕ ВЫХОДЯТ ОВЦЫ С лучинкой из дерева "ХАНУН". Гемара объясняет, что лучинку из древесины дерева "ханун", или "яхнун" [хна] вставляют овце в нос для того, чтобы она начала чихать и из ее носа выпали червяки. Однако бараны не нуждаются в этом средстве, так как червяки сами выпадают из их носов, когда они бодаются друг с другом. И НЕ ВЫХОДИТ ТЕЛЕНОК СО СВОИМ ЯРМОМ. Теленку надевают на шею маленькое ярмо для того, чтобы приучить его склонять голову, и к тому времени, когда его начнут использовать для пахоты, будет легче запрягать его. А КОРОВА НЕ выходит в общественное владение СО ШКУРОЙ ЕЖА, которой обвязывают ее вымя, чтобы помешать мелким животным и пресмыкающимся сосать ее молоко, когда она спит.

Другое объяснение – что шкурой ежа обматывают ее колени для того, чтобы предохранить ее от пиявок, сосущих ее кровь в то время, когда она стоит в воде (Гамеири). Причина запрета во всех перечисленных случаях, как уже упоминалось выше, – в том, что все эти вещи рассматриваются как груз для животного (Рамбам), или из опасения, что, если они упадут, человек их пронесет по общественному владению (Гамеири). И НЕ выходит корова С РЕМНЕМ, завязанным МЕЖДУ ЕЕ РОГОВ – не имеет значения, для красоты или для того, чтобы она не потерялась (потому что и в последнем случае ремень рассматривается как груз для коровы, обычно не нуждающейся в таком средстве охраны). КОРОВА РАБИ ЭЛЬАЗАРА, СЫНА АЗАРЬИ, ВЫХОДИЛА С РЕМНЕМ, завязанным МЕЖДУ ЕЕ РОГОВ, – ЧТО было ПРОТИВ ЖЕЛАНИЯ МУДРЕЦОВ. Как разъясняет Гемара, это была корова не раби Эльазара, сына Азарьи, а корова его соседки, однако из-за того, что он не остановил ее, корове дали прозвище, упоминающее его имя.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

МИШНА ПЕРВАЯ

В ЧЕМ ЖЕНЩИНА ВЫХОДИТ, И В ЧЕМ ОНА НЕ ВЫХОДИТ? НЕ ВЫЙДЕТ ЖЕНЩИНА В украшениях НИ из ШЕРСТЯНЫХ НИТЕЙ, НИ из ЛЬНЯНЫХ НИТЕЙ И НИ из ЛЕНТ НА ГОЛОВЕ – И НЕ ОКУНЕТСЯ В НИХ, ПОКА НЕ РАСПУСТИТ их И НЕ выйдет ни В ВЕНЦЕ, НИ С ЛЕНТАМИ, СВИСАЮЩИМИ НА ЕЕ ЩЕКИ – ТОГДА, КОГДА ОНИ НЕ ПРИШИТЫ, НИ В "КАВУЛЕ" В ОБЩЕСТВЕННОЕ ВЛАДЕНИЕ, НИ В "ЗОЛОТОМ ГОРОДЕ", НИ С ОЖЕРЕЛЬЕМ, НИ С КОЛЬЦАМИ, НИ С ПЕРСТНЕМ, НА КОТОРОМ НЕТ ПЕЧАТКИ, НИ С ИГЛОЙ БЕЗ УШКА. А ЕСЛИ ВЫШЛА – НЕ ОБЯЗАНА принести жертву ХАТАТ.

Объяснение мишны первой

Мы уже говорили в начале этого трактата, что по закону Торы запрещается выносить в субботу груз из личного владения в общественное или вносить его из общественного владения в личное, и также проносить что-либо по общественному владению по крайней мере на 4 локтя. Однако разрешается выходить в субботу в общественное владение во всякого рода одеждах и также в украшениях, которые тоже считаются принадлежностями одежды. Но в том, что не является ни одеждой, ни украшением, запрещается выходить в субботу в общественное владение, так как это рассматривается как груз. Эта глава призвана научить, что есть виды одежды и украшений, выходить в которых в общественное владение в субботу запретили мудрецы Торы. Это такие вещи, которые вызывают опасение, что упадут с человека, и он поднимет их, или что он сам их снимет с себя, чтобы показать другим или с какой-то другой целью, а затем пронесет 4 локтя по общественному владению. И поскольку этот запрет – только декрет мудрецов, нарушивший его не обязан принести жертву хатат. Мишна начинает эту тему с перечисления женских украшений, в которых запрещается выходить в субботу в общественное владение по упомянутой выше причине: из опасения, как бы женщина сама не сняла их с себя [чтобы показать подругам] и не пронесла их затем 4 локтя по общественному владению. Автор "Тифэрет Исраэль" замечает, что мишна сначала говорит о законах, связанных с выходом в общественное владение животных, а потом уже – о законах, связанных с выходом женщины, по той причине, что животное выходит утром раньше женщины причем говоря о животных, танай начал с того, с чем разрешается выходить, а говоря о женщине – с того, с чем выходить запрещается, так как "достоинства царской дочери должны быть скрыты".

В ЧЕМ ЖЕНЩИНА ВЫХОДИТ в субботу в общественное владение, И В ЧЕМ ОНА НЕ ВЫХОДИТ? НЕ ВЫЙДЕТ ЖЕНЩИНАв украшениях НИ из ШЕРСТЯНЫХ НИТЕЙ, НИ из ЛЬНЯНЫХ НИТЕЙ И НИ из ЛЕНТ НАГОЛОВЕ – все перечисленные украшения носят на голове, – И НЕ ОКУНЕТСЯ В НИХ в миквэ для того, чтобы ритуально очиститься после менструации, ПОКА слегка НЕ РАСПУСТИТих, чтобы они не препятствовали свободному доступу воды к ее волосам. Гемара разъясняет, что эти последние слова – указание на причину запрета: женщине именно потому запрещается выходить в субботу в общественное владение с нитями и лентами в волосах, поскольку мудрецы предписали: она НЕ ОКУНЕТСЯ В НИХ, ПОКА НЕ РАСПУСТИТ их, и потому существует опасение, как бы она не пошла в субботу, чтобы окунуться в миквэ ради исполнения заповеди и оказалась вынужденной распустить узлы, которыми эти украшения привязаны к ее волосам, а затем забудет об этом и пронесет их по общественному владению на расстояние в 4 локтя. И НЕ выйдет женщина НИ В ВЕНЦЕ – полукруглой диадеме от уха до уха над лбом, НИ С ЛЕНТАМИ – с цветными лентами, если она бедна, с золотыми и серебряными, если она богата, – СВИСАЮЩИМИ с волос НА ЕЕ ЩЕКИ, – так как из-за того, что эти виды украшений ценятся женщинами, есть опасение, что она снимет их с себя, чтобы показать подругам, – ТОГДА, КОГДА ОНИ НЕ ПРИШИТЫ – когда венец и ленты не пришиты к сетке, которой женщина покрывает голову. Однако если они пришиты к сетке, исчезает всякое опасение, потому что женщина не снимает в общественном владении сетку со своей головы, боясь открыть свои волосы. И НИВ "КАВУЛЕ" – маленькой плоской шерстяной шапочке, которую обычно надевали под венец, чтобы он не давил на лоб, но которую иногда надевали и без венца как самостоятельное украшение, – В ОБЩЕСТВЕННОЕ ВЛАДЕНИЕ. В "кавуле" женщине запрещается выходить только в общественное владение, но не во двор, в то время как во всех украшениях, которые мишна перечислила до этого, мудрецы запретили выходить даже во двор, опасаясь, что привыкнув делать это, женщина выйдет затем и в общественное владение. Это является не дополнительным запретом к другому запрету, но все тем же запретом: мудрецы вообще запретили женщине надевать на себя в субботу эти украшения – чтобы она не показывалась в них ни во дворе, ни на улице, однако для "кавуля" они сделали исключение, разрешив выходить в нем во двор, чтобы не лишать женщину всех ее украшений из опасения, что ее тогда разлюбит муж. Не должна женщина выходить также НИ В "ЗОЛОТОМГОРОДЕ" – в золотой диадеме, на которой выгравирован вид на город Иерусалим, НИ С ОЖЕРЕЛЬЕМ на шее, НИ СКОЛЬЦАМИ в носу, – однако с кольцами в ушах ей разрешается выходить (Гемара), – И НЕ С ПЕРСТНЕМ, НАКОТОРОМ НЕТ ПЕЧАТКИ, чтобы запечатывать письма и т.п. То есть: даже с простым кольцом на пальце, на котором нет печатки и которое поэтому рассматривается как простое украшение, женщине запрещается выходить в общественное владение. НИ С ИГЛОЙ даже БЕЗ УШКА – без отверстия, – которая поэтому является только украшением. Во всех перечисленных до сих пор украшениях женщине запрещается выходить в субботу в общественное владение по причине, указанной выше. А ЕСЛИ она все-таки ВЫШЛА в субботу в общественное владение, имея на себе любую из вышеперечисленных вещей, то НЕ ОБЯЗАНА принести жертву ХАТАТ, так как все они – только украшения, выходить в которых Тора разрешает, на что, однако, мудрецы наложили запрет из опасения, что женщина сама снимет их, чтобы показать подругам, и пронесет их в общественном владении 4 локтя. Однако перстень с печаткой и игла с ушком не являются украшениями, и поэтому если женщина вышла с ними – она обязана принести жертву хатат (как постановляет ниже мишна 3).

Предыдущая глава

2

Следующая глава