Помоги проекту - поделись книгой:
Элли сказала шёпотом:
— Я читала в книжке, что у нас в Канзасе саблезубые тигры водились в древние времена, но потом все вымерли, а здесь, видно, живут до сих пор...
— Да вот живут, к несчастью,— отозвался .Трусливый Лев.— Я увидел одного издали, так заболел от страху...
За этими разговорами путники неожиданно подошли к новому оврагу, который оказался шире и глубже первого. Взглянув на него, Лев отказался прыгать: эта задача была ему не под силу. Все стояли в молчании, не зная, что делать. Вдруг Страшила сказал:
— Вот на краю большое дерево. Пусть Дровосек подрубит его так, чтобы оно упало через пропасть, и у нас будет мост.
— Ловко придумано! — восхитился Лев.— Можно подумать, что всё-таки у тебя в голове есть мозги.
— Нет,— скромно отозвался Страшила, на всякий случай пощупав голову,— я просто вспомнил, что так сделал Железный Дровосек, когда мы с ним спасали Элли от Людоеда.
Несколькими мощными ударами топора Железный Дровосек подрубил дерево, потом все путешественники, не исключая Тотошки, упёрлись в ствол, кто руками, а кто лапами и лбом. Дерево загремело и упало вершиной на ту сторону рва.
— Ура! — разом крикнули все.
Но едва только путники пошли по стволу, придерживаясь за ветки, как в лесу послышался продолжительный вой, и к оврагу подбежали два свирепых зверя с клыками, торчащими из пасти, как сверкающие белые сабли.
— Саблезубые тигры...— прошептал Лев, дрожа, как лист.
— Спокойствие! — закричал Страшила.— Переходите!
Лев, замыкавший шествие, обернулся к тиграм и испустил такое великолепное рычание, что Элли с перепугу чуть не свалилась в пропасть. Даже чудовища остановились и глядели на Льва, не понимая, как такой небольшой зверь может так громко реветь.
Эта задержка дала возможность путникам перейти овраг, и Лев в три прыжка нагнал их. Саблезубые тигры, видя, что добыча ускользает, вступили на мост. Они шли по дереву, то и дело останавливаясь, негромко, но грозно рыча и блестя белыми клыками. Вид их был так страшен, что Лев сказал Элли:
— Мы погибли! Бегите, а я постараюсь задержать этих бестий. Жаль, что я не успел получить от Гудвина хоть немного смелости! Однако буду драться, пока не умру.
В соломенную голову Страшилы в этот день приходили блестящие мысли. Толкнув Дровосека, он закричал:
— Руби дерево!
Железный Дровосек не заставил себя долго просить. Он наносил своим огромным топором такие отчаянные удары, что в два-три взмаха перерубил верхушку дерева, и ствол, лишённый опоры, с грохотом повалился в пропасть. Громадные звери полетели вместе с ним и разбились об острые камни на дне оврага.
— Ффу! — сказал Лев с глубоким вздохом облегчения и торжественно подал Страшиле лапу,— Спасибо! Поживём ещё, а то я совсем было простился с жизнью. Не очень-то приятная штука — попасть на зубы к таким чудовищам! Слышите, как у меня бьётся сердце?
— Ах! — печально вздохнул Железный Дровосек.— Хотел бы я, чтобы у меня так билось сердце!
Друзья торопились покинуть мрачный лес, из которого могли выскочить другие саблезубые тигры. Но Элли так устала и напугалась, что не могла идти. Лев посадил её и Тотошку к себе на спину, и путники быстро пошли вперёд. Как они обрадовались, увидев вскоре, что деревья становятся всё реже и тоньше! Солнышко весёлыми лучами освещало дорогу, и скоро путники вышли на берег широкой и быстрой реки.
— Теперь уж можно не беспокоиться,— радостно сказал Лев.— Тигры никогда не выходят из своего леса: эти зверюги почему-то боятся открытого пространства...
Все вздохнули свободно, но сейчас же у них появилась новая забота.
— Как же мы переправимся? — сказали Элли, Железный Дровосек, Трусливый Лев и Тотошка, и все разом посмотрели на Страшилу.
Польщённый общим вниманием, Страшила принял важный вид и приложил палец ко лбу. Думал он не очень долго.
— Ведь река — это не суша, а суша — не река! — важно изрёк он.— По реке не пойдёшь пешком, значит...
— Значит? — переспросила Элли.
— Значит, Железный Дровосек должен сделать плот, и мы переплывём реку!
— Какой ты умный! — восхищённо воскликнули все.
— Чрезвычайно признателен! — Страшила раскланялся.
Дровосек принялся рубить деревья и стаскивать их к реке с помощью сильного Льва. Элли прилегла на траве отдохнуть. Страшиле, по обыкновению, не сиделось на месте. Он разгуливал по берегу реки и нашёл деревья со спелыми плодами. Путники решили устроить здесь ночлег. Элли, поужинав вкусными плодами, заснула под охраной своих верных друзей и во сне видела удивительный Изумрудный город и Великого Волшебника Гудвина.
Ночь прошла спокойно. Утром Железный Дровосек докончил плот, срубил шесты для себя и Страшилы и предложил путникам садиться. Элли с Тотошкой на руках устроилась посредине плота. Трусливый Лев ступил на край, плот накренился, и Элли закричала от страха. Но Железный Дровосек и Страшила поспешили вскочить на другой край, и равновесие восстановилось. Железный Дровосек и Страшила погнали плот через реку, за которой начиналась чудесная равнина, кое-где покрытая весёлыми рощами и вся освещённая солнцем.
Всё шло прекрасно, пока плот не приблизился к середине реки. Здесь быстрое течение подхватило его и понесло по реке, а шесты не доставали дна. Путешественники растерянно смотрели друг на друга.
— Очень скверно! — воскликнул Железный Дровосек.— Река унесёт нас в Фиолетовую страну, и мы попадём в рабство к злой волшебнице.
— И тогда я не получу мозгов! — сказал Страшила.
— А я смелости! — сказал Лев.
— А я сердца! — добавил Железный Дровосек.
— А мы никогда не вернёмся в Канзас! — закончили Элли и Тотошка.
— Нет, мы должны добраться до Изумрудного города! — вскричал Страшила и налёг на шест.
К несчастью, в этом месте оказалась илистая отмель, и шест глубоко воткнулся в неё. Страшила не успел выпустить шест из рук, а плот несло по течению, и через мгновение Страшила уже висел на шесте посреди реки, без опоры под ногами.
— До свидания! — только и успел крикнуть Страшила друзьям, но плот был уже далеко.
Положение Страшилы было отчаянное. «Здесь мне хуже, чем до встречи с Элли,— думал бедняга.— Там я хоть ворон пытался пугать — всё-таки занятие. А кто же ставит пугало посреди реки? Ох, кажется, я никогда не получу мозгов!»
Тем временем плот нёсся вниз по течению. Несчастный Страшила остался далеко позади и скрылся за поворотом реки.
— Придётся мне лезть в воду,— молвил Трусливый Лев, задрожав всем телом.— Ух, как я боюсь воды! Вот если бы я получил от Гудвина смелость, мне вода была бы нипочём... Но ничего не поделаешь, надо же добраться до берега. Я поплыву, а вы держитесь за мой хвост!
Лев плыл, пыхтя от напряжения, а Железный Дровосек крепко держался за кончик его хвоста. Трудная была работа — тащить плот, но всё же Лев медленно подвигался к другому берегу реки. Скоро Элли убедилась, что шест достаёт дно, и начала помогать Льву. После больших усилий совершенно измученные путники наконец достигли берега — далеко-далеко от того места, где начали переправу.
Лев тут же растянулся на траве лапами кверху, чтобы просушить намокшее брюхо.
— Куда теперь пойдём? — спросил он, щурясь на солнышко.
— Обратно, туда, где остался наш друг,— ответила Элли.— Ведь не можем же мы уйти отсюда, не выручив милого Страшилу!
Путники пошли берегом против течения реки. Они брели долго, повесив головы и заплетаясь ногами в густой траве, и с грустью думали об оставшемся над рекой товарище. Вдруг Железный Дровосек закричал изо всех сил:
— Смотрите!
И они увидели Страшилу, мужественно висевшего на шесте посреди широкой и быстрой реки. Страшила издали выглядел таким одиноким, и маленьким, и печальным, что у путников на глаза навернулись слёзы. Железный Дровосек разволновался больше всех. Он бесцельно бегал по берегу, рискнул было зачем-то сунуться в воду, но сейчас же отбежал назад. Потом сдёрнул воронку, приложил ко рту, как рупор, и оглушительно заорал:
— Страшила! Милый друг! Держись! Сделай одолжение, не падай в воду!
Железный Дровосек умел очень вежливо просить.
До путников слабо долетел ответ:
— ...жусь! ...огда ...е ...стаю...
Это означало: «Держусь! Никогда не устаю!»
Вспомнив, что Страшила и в самом деле никогда не уставал, друзья очень ободрились, и Железный Дровосек снова заорал в свою воронку-рупор:
— Не падай духом! Не уйдём отсюда, пока не выручим тебя!
И ветер донёс ответ:
— ...ду! ...е ...нуйтесь ...а ...ня...
И это означало: «Жду! Не волнуйтесь за меня!»
Железный Дровосек предложил сплести длинную верёвку из древесной коры. Потом он, Дровосек, полезет в воду и снимет Страшилу, а Лев вытащит их за верёвку. Но Лев покачал головой:
— Ты ведь плаваешь не лучше топора!
Железный Дровосек сконфуженно замолчал.
— Должно быть, придётся мне опять плыть,— сказал Лев.— Только трудно будет так рассчитать, чтобы течение принесло меня прямо к Страшиле...
— А я сяду к тебе на спину и буду тебя направлять! — предложил Тотошка.
Пока путники так судили да рядили, на них издали с любопытством поглядывал длинноногий важный Аист. Потом он потихоньку подошёл и стал на безопасном расстоянии, поджав правую ногу и прищурив левый глаз.
— Что вы за публика? — спросил он.
— Я — Элли, а это мои друзья — Железный Дровосек, Трусливый Лев и Тотошка. Мы идём в Изумрудный город.
— Дорога в Изумрудный город не здесь,— заметил Аист.
— Мы знаем её. Но нас унесла река, и мы потеряли товарища.
— А где он?
— Во-он видишь,— показала Элли,— висит на шесте.
— Зачем он туда забрался?
Аист был обстоятельной птицей и хотел знать всё до мельчайших подробностей.
Элли рассказала, как Страшила оказался, посреди реки.
— Ах, если бы ты его спас! — вскричала Элли и умоляюще сложила руки.— Как бы мы были тебе благодарны!
— Я подумаю,— важно сказал Аист и закрыл правый глаз, потому что аисты, когда думают, обязательно закрывают правый глаз. Но левый глаз он закрыл ещё раньше.
И вот он стоял с закрытыми глазами на левой ноге и покачивался, а Страшила висел на шесте посреди реки и тоже покачивался от ветра. Путникам надоело ждать, и Железный Дровосек сказал:
— Послушаю я, о чём он думает,— и потихоньку подошёл к Аисту.
Но до него донеслось ровное, с присвистом, дыхание Аиста, и Дровосек удивлённо крикнул:
— Да он спит!
Аист и в самом деле заснул, пока думал.
Лев ужасно разгневался и рявкнул:
— Я его съем!
Аист спал чутко и вмиг открыл глаза.
— Вам кажется, что я сплю? — схитрил он.— Нет, я просто задумался. Такая трудная задача... Но, пожалуй, я перенёс бы вашего товарища на берег, не будь он такой большой и тяжёлый.
— Это он-то тяжёлый? — вскричала Элли.— Да ведь Страшила набит соломой и лёгкий, как пёрышко! Даже я его поднимаю!
— В таком случае, я попытаюсь,— сказал Аист.— Но смотрите, если он окажется слишком тяжёл, я брошу его в воду. Хорошо бы сначала свешать вашего друга на весах, но так как это невозможно, то я лечу!
Как видно, Аист был очень осторожной и обстоятельной птицей.
Аист взмахнул широкими крыльями и полетел к Страшиле. Он вцепился ему в плечи крепкими когтями, легко поднял и перенёс на берег, где сидела Элли с друзьями.
Когда Страшила вновь очутился на берегу, он горячо обнял друзей и потом обратился к Аисту:
— Я думал, мне вечно придётся торчать на шесте посреди реки и пугать рыб! Сейчас я не могу поблагодарить тебя как следует, потому что у меня в голове солома. Но, побывав у Гудвина, я разыщу тебя, и ты узнаешь, какова благодарность человека с мозгами.
— Очень рад,— солидно отвечал Аист.— Я люблю помогать другим в несчастье, особенно когда это не стоит мне большого труда... Однако заболтался я с вами. Меня ждут жена и дети. Желаю вам дойти благополучно до Изумрудного города и получить то, за чем идёте!
И он вежливо подал каждому путнику свою красную морщинистую лапу, и каждый путник дружески пожал её, а Страшила так тряс, что чуть не оторвал.
Поделиться книгой: