– Почему бы и нет? – отрывисто проговорил Директор. – И вы тоже, мисс Хэсселл. В следующий раз не будете совать ваш симпатичный носик куда не следует. Я распорядился сообщать мне обо всем, что связано со Спингарном или Талискером, и компьютер вспомнил, как вы спрашивали о Спингарне. Вы чересчур любопытны, мисс Хэсселл.

Лиз похолодела. Она пока еще не понимала, чего боится Марвелл, но вряд ли могло быть на свете что-то более страшное, чем ненависть этого старика.

Начальник Управления по борьбе с катастрофами сказал извиняющимся тоном:

– Если бы можно было послать наших обычных операторов, мисс, мы бы так и сделали. Но они подготовлены лишь к предсказуемым несчастным случаям. Прикажи им подавить мятеж в Византийском дворце – они ворвутся туда с кинжалами, копьями, с хорошо подогретой толпой погромщиков и быстро наведут порядок. Если надо, они могут в мгновение ока ликвидировать один из взбесившихся летательных аппаратов Марвелла: направят шестидюймовку – и готово дело. Выучка у них что надо! Отрегулировать обычный, нормальный план Игры – это им раз плюнуть! Но что обыкновенный электронный мозг против Талискера?... А вы действительно сами напросились.

– Вот-вот! – взвизгнул Директор. – Вы и представить себе не можете, что такое Талискер!

– Может, – глухо отозвался Марвелл. – Она смышленая. Даже чересчур. Например, именно она с самого начала сказала, что летательные аппараты взбесились.

Холодные глаза Директора уставились на Лиз. Видно, для Марвелла у него не нашлось больше насмешек.

– Вы имеете представление о Талискере?

– Да.

Лиз Хэсселл как-то затребовала информацию, хранившуюся в запасниках памяти. Теперь к ним почти никто не обращался, ведь все интересующие тебя сведения можно получить у услужливого компьютера. Там, на Талискере, было положено начало Сценам. Кажется, место было выбрано наобум и эксперименты проводились в строжайшей тайне.

Талискер!

Экспериментаторов, должно быть, привлекла отдаленность планеты, иначе слухи о новом генетическом воздействии на человека распространились бы слишком быстро. Разработки были ориентированы на создание новой личности, нового «эго» из числа тех, кому смертельно наскучило однообразное, надежное и безопасное существование. Но ведь Талискер необитаем уже сотни лет. Старая развалина, заброшенный музей!

Опустевший и жуткий, полный призраков и отзвуков давно завершившихся Игр, он стал хранилищем обрывочных воспоминаний о былых победах. И этому обломку экспериментальных Сцен суждено было возродиться с новым пришествием человека. Когда Лиз произнесла свое сдержанное «да», образы прошлого вновь нахлынули на нее, и она почему-то страшно испугалась ответных слов старика:

– Прекрасно! Значит, мы сделали правильный выбор.

– Нет, не связывайте меня с Талискером! – взмолился Марвелл. – Я не хочу...

– Тише! – зловеще пророкотал Директор. – Тише, Марвелл, ваши комментарии излишни. Взгляните-ка лучше!

Костлявыми пальцами он провел по сенсорным клавишам на столе; они мгновенно отозвались, послушные этим жилистым рукам, и огромное мрачное помещение наполнилось пейзажами планеты, затерянной где-то на краю Галактики. Их взорам предстал Талискер!

– Ну вот вы и на месте! – продолжал юродствовать старик. – Живете в одном из множества миров!

Слова раскаленным железом впивались в мозг Лиз Хэсселл – это была некая пародия на звон электронных матриц, установленных над дверью кабинета. Лиз перевела взгляд на экран.

– Пусто! – прошептал Марвелл. – Там никого нет!

И впрямь они погрузились в призрачный мир. Голые скалы, руины прежних Сцен, расплавленная и затвердевшая сталь, нависающие башни, недостроенные корабли, здания, погребенные под непонятными чудовищными наростами, маленькие странные луны, озаряющие безжизненно-серую поверхность планеты, жуткие, пляшущие среди развалин тени.

– Так и должно быть, – услышала Лиз свой собственный голос. – С ним давно покончено.

– Нет, – сказал Директор.

– Нет?! – в один голос воскликнули Лиз и Марвелл.

Марвелл взял ее за руку и горделиво выпрямился, словно пытаясь придать храбрости и себе и ей.

– Долгое время Талискер действительно пустовал, – пояснил Денеб, явно тоже под впечатлением дикого зрелища. – Пять лет назад Спингарн установил там несколько Сцен и населил их таймаутерами.

– Почему именно там?

– Пошевели мозгами, Лиз, – сказал Марвелл. – Он помешался на случайных процессах.

– Но... это же безумие!

– Вот именно, – подтвердил Денеб.

– Скоро сами убедитесь, – добавил Директор.

Лиз пыталась охватывать разумом космические масштабы гениальности Спингарна. Эксперименты со случайными величинами? Теоретически возможно. Они даже как-то обсуждали это – в шутку, конечно, – когда готовили Игру. А Спингарн, выходит, не шутил! Для оформления Сцен одной Игры ему показалось мало! Видимо, он построил Кривую Вероятностей и решил проверить ее на Талискере с привлечением таймаутеров!

– Значит, Спингарн там, на Талискере? – спросила Лиз.

– Да, и с ним еще несколько тысяч человек, – проворчал Денеб. – И хоть бы один показался! – продолжал он сердито. – Никого! Если бы хоть кто-то уцелел, сканеры непременно выловили бы его.

Как бы в подтверждение его слов сканеры настойчиво прочесывали планету в поисках каких-либо признаков жизни, но, видно, от былого Талискера остались одни обломки.

– Но где же он?! – не унималась Лиз. – Он вернулся?

Директор взмахнул рукой, и экран засветился безжизненным голубоватым светом. Талискер исчез.

– Вернулся робот с информацией о структурно-клеточном механизме, который мог бы дать обратный ход экспериментам Спингарна с кассетами.

– С кассетами?

Лиз была окончательно сбита с толку. Какое отношение кассеты памяти имеют к случайным процессам?...

– Спингарн послал робота? – ухватился за последнее сообщение Марвелл. – Того самого посредника, которого он взял с собой для связи с таймаутерами?

– Того самого, – подтвердил Директор. – Робот вернулся с информацией о так называемом генетическом коде. И она пригодилась.

– А Спингарн? А девушка, которая была с ним?

– Испарились, – ответил Денеб.

Лиз лихорадочно обдумывала услышанное. Она кое-что знает о Спингарне и о Талискере, давшем начало Сцепам, но все остальное покрыто мраком неизвестности. Лиз вспомнила, как в приемной Марвелл перекинулся с гуманоидом несколькими фразами об изменениях клеточных структур в организме Директора. Неужели человека можно превратить в змею, а потом, воспользовавшись какой-то информацией, доставленной роботом с Талискера, вернуть ему человеческий облик? «Стой! —приказала она себе. – Сперва отыщи в этом хоть какую-нибудь зацепку, а потом тщательно все обмозгуй и делай выводы».

– Когда вернулся робот? – спросил Марвелл.

– Год назад, – ответил Денеб.

– Петый год?! Так что же он задумал? – настаивал Марвелл. – Что рассказал робот о происходящем на Талискере? И о Спингарне?

Директор уклонился от прямого ответа.

– У меня были сомнения на ваш счет, Марвелл. – Он поджал влажные красные губы. – Вы допустили целый ряд маниакальных ошибок. Но компьютер заверяет, что лучшей кандидатуры нам не найти, могу ли я с ним не согласиться?

– Я?...

Марвелл сразу сник, и Лиз поразилась, до чего же бедное у него воображение! Она ободряюще стиснула его руку. Неужели он не понимает, какие перед ним открываются перспективы?

– Да, вы. Вы, Марвелл.

– Взгляните на дело с другой стороны, Марвелл, – рассуждал Денеб. – Вы в состоянии помочь нам всем. Здесь необходима ваша специальная подготовка. Вы замените Спингарна на Талискере, возьмете под контроль элемент случайности, вступите в единоборство с таинственной силой, которая и есть причина всему...

– С таинственной силой?! – задохнулся Марвелл.

У Лиз Хэсселл засосало под ложечкой; ощущение было такое, будто она протянула руку в темный провал и обнаружила, что рука оказалась где-то за его пределами, а мозг, направляющий руку и все тело, – за пределами мысли, за гранью всего пережитого опыта. Таинственная сила!И этим все сказано, больше ни одного намека! Стой, Лиз, не торопись!

– Доставьте сюда робота, – приказал Директор. Денеб поднялся.

– Так вы меня... – Марвелл все никак не мог оправиться от потрясения. – Меня... хотите послать на...

– Талискер, – закончил Директор. – Вас вместе с мисс Хэсселл.

Лиз похолодела, кровь отхлынула от лица. Она резко выдернула свою руку из руки Марвелла и собралась бежать прочь, но застыла как вкопанная – перед ней выросла длинная задрапированная красным переливчатым бархатом фигура.

Робот раскланялся с присутствующими, словно шикарная модель из Сцены Элегантности.

– Ах, нет! – выдохнула Лиз и без чувств упала на руки Марвелла.

Глава 3

И часто она выкидывает такие фортели? – раздался голос.

Лиз открыла глаза. Марвелл заботливо поддерживал ее; на одутловатом лице отразилась тревога. Последняя фраза принадлежала, видимо, Директору.

– Она впервые видит посредника таймаутеров, – объяснил Марвелл. – Должно быть, вид Горация ее испугал.

Лиз хотела было что-то сказать, но из ее уст послышался лишь слабый стон.

– Женские штучки! – неодобрительно заметил Директор. – Да, Марвелл, я вам не завидую.

– Я в полном порядке! – с трудом выдавила из себя Лиз, отстраняя руки Марвелла. Она поднялась на ноги и пригладила свой роскошный мех. – Просто он слишком внезапно появился, этот...

– Гораций, – подсказал Марвелл, – робот Спингарна.

– Посредник, – обиженно поправил робот. – В мои обязанности входило осуществлять связь менаду режиссером и таймаутерами. В непредвиденную ситуацию на Талискере я попал по чистой слу...

– Довольно! – резко оборвал его Денеб.

Робот обиделся еще больше. «Надо же, какие амбиции! – подумала Лиз. – Это чудовище, должно быть, высокого мнения о своей внешности: закутался в какую-то ворсистую красноватую мантию и все время ее оправляет, как она – свой мех. Ничего не скажешь, обидчивый у Спингарна компаньон – вон как надулся от окрика Денеба. Этим роботам последнего поколения палец в рот не клади!»

– Неужели вы собираетесь послать меня на Талискер? – подал голос Марвелл, занятый совсем другими мыслями. – Меня и ее?! Скажите, что вы пошутили, Директор!

Странно, отчего его так пугает эта перспектива? Лиз, напротив, не терпелось встретиться с загадочным Спингарном, с экспериментатором в области вероятностей, затерявшимся на пустынных просторах Талискера. Она попыталась вообразить, как он выглядит на фоне этого ряженого гуманоида и как она сама будет выглядеть посреди далекой безлюдной планеты.

Марвелл в отчаянии не знал, что сказать Какое-то время те двое слушали его прерывистое кудахтанье, затем Денеб твердо произнес:

– Все вероятности просчитаны, Марвелл. Для моею департамента это не проблема. Но, по мнению компьютера, здесь – в Центре – мы не в силах решить загадку. Он утверждает, что на Талискере нужен человек, который с кое-какими поправками повторил бы действия Спингарна...

– Но Спингарн маньяк! В его действиях не было никакой логики! Запустить устаревшие модели Талискера – это же против всяких правил!...

Директор пронзил его взглядом своих агатово-черных глаз, и Марвелл притих. «А ведь он боится Директора», – промелькнуло в голове у Лиз.

– Ничего, вы все наладите, – решил Директор. – Гораций полетит с вами и в случае чего поможет.

– Но, сэр! – протестующе воскликнул робот.

Денеб одним взглядом заставил его замолчать.

Лиз потихоньку ущипнула себя, дабы удостовериться в том, что это не кошмарный сон. Красноватая мантия гуманоида, с независимым видом взирающего на Директора и Денеба, изжеванная сигара, сбившийся в одну сторону галстук, струйки пота, избороздившие лысину Марвелла, чуть не плакавшего от ярости и отчаяния, – все это убеждало Лиз в реальности происходящего. Неужто ей предстоит лететь через межзвездные пространства, на край Галактики, вот с такими спутниками! И блуждать с ними по необитаемой планете, среди руин?! Кто бы мог подумать?

– Имя Гораций, – сообщил Директор, – присвоено ему по воле Спингарна. Гораций!

– Да, сэр?

– Объясните режиссеру и юной леди свои обязанности.

«Удивительно, – подумала Лиз, – чего только не делают с машинами в наши дни! Неужели какой-нибудь инженер с Сатурна заложил в автомат столь глупые амбиции, или они явились результатом естественного развития его электронных схем?» Позы робота казались ей нелепыми и смешными.

– В мои обязанности входит ознакомление представителей Центра с планетой Талискер, – изрек Гораций.

Мне выпала честь сопровождать мистера Спингарна в его путешествии к Сцепам упомянутой планеты. В настоящее время я имею удовольствие повторить эту миссию в качестве гида режиссера Марвелла и мисс Хэсселл.

– Господи! – всплеснул руками Марвелл. – И такой идиот полетит с нами?!

Губы Директора сложились в ледяную улыбку.

– Можете задавать ему вопросы.

– Ну уж нет! – отшатнулся Марвелл.

– А вы, мисс Хэсселл?

Лиз понимала, что ею и Марвеллом просто-напросто манипулируют. Но, как ни странно, это не вызывало в ней протеста. Равно как и перспектива окунуться в неизведанную пустоту Талискера, встретиться с тем, что они называют таинственной силой.Пожалуй, всепроникающий взгляд Директора действует ей на нервы, но она не позволит себе его бояться.

– С какой целью Спингарн отправился на Талискер? – начала она расспрашивать робота.

Тот недоуменно пожал покрытыми бархатом плечами.

– Вы до сих пор не поняли? Чтобы устранить нежелательные последствия генной мутации.

Значит, доходившие до нее слухи – правда. Там действительно был поставлен жуткий эксперимент.

– Ну и как?