Эти сервисы, список которых предварительно одобрен пользователем, получают конкурентное преимущество, поскольку у них есть информации для последующей персонализации. К примеру, Netflix может выиграть, используя такие данные для уточнения кинорекомендаций. Newswine пригодятся пользовательские OPML для персонализации новостей, а Google нужны эти данные для приоритезации и фильтрации результатов поиска. С технической точки зрения, ключ к становлению рынка внимания в разделении фиксации внимания, хранения внимания и сервисов записи внимания.

Проблемы, ждущие решения

Несмотря на большое количество спорных вопросов и нерешенных проблем, от экономики внимания никуда не деться. Экономика веба и информационный взрыв приближают ее. Чтобы обеспечить «светлое будущее» экономики внимания мы должны понимать какие проблемы нужно решить и какие принципы и технологии должны быть заложены сегодня. Вот лишь часть важных вопросов, с которыми нужно разобраться:

• ХРАНИЛИЩА. Пользовательская информация должна быть освобождена из проприетарных закромов.

• КРУГЛЫЙ СТОЛ. Участники рынка должны создать круглый стол, чтобы компании могли обсуждать как технические, так и бизнес-аспекты экономики внимания (скажем, по образцу Java Community Process).

• ОБУЧЕНИЕ. Пользователи должны знать, насколько ценно их внимание, и основные принципы экономики внимания. Вместо того, чтобы игнорировать опасения в возможном нарушении privacy, лучше переубедить сомневающихся.

Эти проблемы не назовешь тривиальными, и для их решения требуется время. В частности, круглый стол критичен для быстрого создания стандартов и инфраструктуры внимания. Инициативы нескольких больших компаний уже на подходе, хотя формальных объявлений еще не было. А за ними строить сервисы внимания начнут и компании поменьше. Они пока не подключились, но сделают это, как только появятся соответствующие наборы стандартов.

Величина постоянная

Один из самых забавных особенностей информационной экономики заключается в том, что если ситуация может быть легко размножена, а информационные потоки растут день ото дня, то внимание - величина постоянная.

R. U. Sirius, 1994

Нечасто нам приходится давать столь объемные врезки, но авторы статьи «Краткое введение в экономику внимания» нисколько в этом не виноваты.

Просто для русского читателя это краткое введение оказывается слишком кратким, потому что он, как правило, не читал ни упомянутого «отца» экономики внимания Герберта Саймона (Herbert Simon), ни Майкла Голдхейбера (Michael Goldhaber), а словосочетание «экономика внимания» вызывает у него две устойчивые ассоциации: отчет Rambler’а о том, кого посчитал рамблеровский счетчик, и рассуждения владельцев сайтов на тему, как заставить посетителей читать новости, которые были позаимствованы (размножены) у других сайтов, чьи новости, в свою очередь, тоже были позаимствованы у других сайтов и так далее, почти до бесконечности.

Алекс Исколд тоже склонен рассматривать прежде всего практический аспект «экономики внимания», хотя его интересуют не столько конкретные решения, призванные решить сиюминутные проблемы, сколько общая организация информационного бизнеса с учетом того, что население растет, а счастья нет. Меж тем сам Майкл Голдхейбер, который зацепился двадцать лет назад за цитату из Саймона и выстроил на ее основе концепцию постинформационной экономики, вовсе не считает, что «экономика внимания» актуальна только для веба.

Экономика должна быть переломной

Саймон был первым, кто внятно выразил очевидную(после того, как она высказана) мысль: «в информационно богатом мире, изобилие информации означает дефицит чего-то другого, нехватку того, что поглощает информацию. Довольно очевидно, что информацию поглощает внимание. Переизбыток информации рождает нехватку внимания и необходимость более эффективного перераспределения внимания между многочисленными источниками информации». Однако экономические последствия такого перехода Саймона не интересовали - возможно, в 1971 году у него просто не было предпосылок для подобных выводов. Они появились только шестнадцать лет спустя, когда вышла статья Майкла Голдхейбера «Экономика внимания и Сеть». Голдхейбер предположил, что в ситуации, когда информации в избытке, а внимание потребителей, наоборот, ценится на вес золота, актуальными становятся иные, еще незнакомые нам экономические законы. Термин «информационная экономика» Голдхейбер отверг, потому что главным двигателем экономики является дефицит, а информации на рынке информации хватало уже в 1997 году.

«Нас приучили думать, что экономические законы незыблемы. Но это совершенно не так. Законы экономики выполняются только в конкретном месте в конкретное время». В качестве примера Голдхейбер приводил европейских феодалов, которые восприняли открытие Америки, как неплохую возможность расширить свои владения - из этой затеи, как мы знаем, ничего не вышло, поскольку феодализм в Новом Свете не прижился, уступив место капитализму. Внимание зачастую сильнее информации, поскольку информации слишком много. Внимание сильнее денег, поскольку вы почти никогда не можете купить внимание за деньги - по крайней мере, надолго. Внимание нередко сильнее власти, потому что власть это, как правило, информация и деньги, а внимание может принести своему счастливому обладателю и то и другое. Вы можете делиться вниманием, вы можете перенаправлять внимание, обращенное на вас, на кого-то еще, вы можете получать настоящее внимание, предлагая в обмен подделку (именно так и поступают кино- и телезвезды, умело использующие иллюзию «общения со зрителем»).

Во времена промышленного и информационного перепроизводства на арену вышел почти невозобновляемый и очень ценный ресурс.

Несмотря на громкое название, экономики в экономике внимания пока немного. Сам Голдхейбер по образованию физик, чей интерес к политологии и экономическим дисциплинам пробудился довольно поздно, после прочтения в 26 лет «Капитала» Маркса. Единственный пока серьезный труд по экономике внимания - книжка Ричарда Ланхэма «Экономика внимания: форма и содержание в эпоху информации» - переизбытком экономических формул тоже не страдает. Сам Голдхейбер, раскритиковавший книжку Ланхэма в пух и прах, в настоящее время занят написанием книги под названием «Весь мир - театр: появление экономики внимания, почему она наступает, в чем ее глубокие отличия от привычной рыночно-денежно-промышленной экономики и как это изменит нашу жизнь».

Заголовки у Голдхейбера на любителя, с экономической составляющей экономики внимания тоже все не очень хорошо, но еще в 1997 году Голдхейбер сделал ряд предсказаний, многие из которых уже подтвердились. Конечно, предсказать быстрый рост веб-аудитории в 1997 году мог, кто угодно, но справедливость выводов Голдхейбера мы можем оценить уже сегодня. Веб образца 2007 года заполнен людьми, которые жаждут внимания, и компаниями, готовыми это внимание приобрести, даже если не очень понятно, как его конвертировать в деньги (по Голдхейберу внимание дороже денег, а деньги вообще постепенно теряют актуальность, но мы до этого пока не доросли).

И в этой системе координат многие непонятные с обычной точки зрения сделки начинают обретать смысл. C одной стороны, Google купил убыточный сервис YouTube за совершенно несуразные деньги.

С другой - Google приобрел крупнейшую партию сфокусированного внимания, аналога которой на рынке внимания не было. Увеличенный капитал внимания привлек дополнительное внимание к Google, что, в конечном счете, вызвало дальнейший рост акций. eBay купил Skype? Применив тот же подход, получаем, что это была не ошибка, не истеричное желание хоть куда-нибудь потратить деньги, а, возможно, выгоднейшее из возможных вложений.

Что они о нас знают

Не так и мало. Прилежный пользователь сервисов Google совершенно добровольно делится с компанией информацией о себе: в базе данных хранятся и его поисковые запросы (google.com), и его письма [Речь, конечно, не идет о том, что Google - или любой поставщик бесплатной почты - читает чужие письма. Тем не менее в Gmail содержание переписки анализируется, как минимум, автоматическими скриптами, которые показывают контекстную рекламу] (gmail.com), и его документы (google docs), и его планы на будущее (google calendar). С помощью Google Checkout компания отслеживает, что приобретают ее пользователи, как часто и где. Благодаря Google Reader, узнает, какие темы им интересны.

Тем же, хоть пока и с меньшим размахом, занимаются Yahoo и Microsoft. В России подробные пользовательские профили легко могут составить «Яндекс» и Mail.ru, благо и у того, и у другого хватает разноплановых сервисов. Ни одна из компаний, включая Google, не нашла пока по-настоящему эффективное применение этим данным. Ни одна из компаний не говорит явно, что эти данные, по сути, принадлежат пользователю [Собственно, принадлежит ли они пользователю - этоспорный вопрос] (хотя возможность отказаться от «записи внимания» или удалить свой профайл во многих сервисах предусмотрена, удалить уже сделанные записи пользователь не может, продать их другой компании - тоже). ВГ

ГОСТИНАЯ: Уже известна лучшая платформа для будущего «цифрового мира»

Автор: Левон Амдилян

В последнее время, беседуя со своими знакомыми (а зачастую они еще и коллеги по компьютерному рынку), я обнаружил, что многие из нас стали, не побоюсь этого слова, счастливыми обладателями последних моделей компьютеров компании Apple (в основном ноутбуков линии MacBook Pro). Наверное, у каждого была на это своя причина. Но в то же время очевидно, что для подобного решения имеется и более серьезное, объективное обоснование, я бы назвал его технологически-социальным.

Конечно, линия компьютеров Apple была мне знакома и раньше. Более того, уже среди первых компьютеров, которые попали в Международный компьютерный клуб (МКК) после его создания в 1988 году, были «эпплы» - а именно Macintosh IIci. И уже тогда они поражали качеством звука, графики и возможностями операционной системы.

В настоящее время происходит, по моему глубокому убеждению, «перенастройка» рынка информационных технологий, последствия которой мы будем ощущать в последующие 10-15 лет. Практически все главные бизнес-процессы и потребности человеческой жизнедеятельности «оцифрованы», и уже можно говорить о системе цифровых механизмов включения человека в современную социальную жизнь.

Каковы же элементы этой новой системы?

Создана (или находится в стадии завершения) так называемая «непрерывная вычислительная среда»: уже существует технологическая основа для постоянного отслеживания положения человека (со всеми его потребностями, предпочтениями, перемещениями и т. п.) в оцифрованном мире. В непрерывной вычислительной среде никогда не прерывается возможность осуществления доступа к различным информационным ресурсам, услугам. Для каждого индивидуума переход от одного «телекоммуникационного облака» к другому происходит незаметно, бесшовно (seamless).

Разработаны многочисленные интерфейсные устройства, помогающие людям интегрироваться в «цифровой мир», взаимодействовать с ним. Эти устройства становятся все более мобильными, многофункциональными, мощными и… все более похожими друг на друга. Да, я не ошибся. Давайте возьмем устройства, которыми я активно пользуюсь в повседневной жизни, в том числе и командировках (например, навигатор TomTom 910, iPod Video, смартфон Treo 680, навигатор Garmin 60CS). Их главные модули - навигация, хранение и воспроизведение видео- и аудиофайлов, доступ в Интернет, хранение фотографий, календарь, контакты, телефонные звонки и т. д. - «пересекаются» процентов на семьдесят. Недалеко то время, когда этот показатель приблизится к 90% и выше (что обеспечит «наиболее ожидаемое» устройство этого года - анонсированный компанией Apple iPhone).

Очевидно, что в таких условиях конкурентное преимущество получает та компания, которая обеспечит возможность безболезненно интегрировать, объединить все вычислительные устройства и платформы, используемые «средним» жителем нашей планеты. Почему я думаю, что это лучше всех делает компания Apple? Вот главные факторы:

• Очень простая, но в то же время мощная, быстрая, дружелюбная операционная система (сейчас это Mac OS X Tiger, в ближайшее время появится еще более «убийственный» Leopard, продолжая кошачью традицию имен). Поражает скорость, с которой она загружается, - сравните 10-20 секунд с минутами от MS Windows). Аппаратные устройства Apple работают в точности так, как обещано (я не преувеличиваю свои технические способности, но мне ни разу за много лет не удалось подключить ни одного устройства по соединению Bluetooth к моему «писишному» ноутбуку, в то время как с MacBook Pro у меня не было проблем).

• Наличие очень удачных «субпродуктов» в виде iPod, iTunes, iWeb, готовящегося к выходу на рынок iPhone.

• Своевременный переход к аппаратной платформе Intel позволил сделать более комфортным для пользователя «движение в сторону Мака». Благодаря виртуальной машине, создаваемой программным продуктом Parallels Desktop for Mac от компании Parallels Software (кстати, это российская компания), на новых Маках устанавливается операционная система Windows. Причем для переключения между двумя операционными системами вам не нужно перезагружать компьютер - это происходит нажатием всего лишь двух клавиш. Таким образом, вы сможете сохранить ценности и привычки «планеты Microsoft».

Конечно, Microsoft еще долго будет доминировать как платформа (в США Apple занимает не более 5-6% рынка; во всем мире эта цифра еще ниже - 2-3%). Не все программные продукты имеют версии для Макa. Плюс сила инерции… Но добавьте сюда все увеличивающееся количество веб-сервисов, многие из которых не зависят от установленной у вас операционной системы и бесплатны (включая текстовые процессоры и электронные таблицы - например, от компании Google), и становится очевидным, что не совсем беспочвенны заявления многих экспертов, что Vista скорее всего станет лебединой песней Microsoft.

Об авторе

Левон Амдилян - президент Международного компьютерного клуба.

НАУКА: «Криптуха, сэр!..» Кто тут еще неизвестен науке?

Автор: Кирилл Еськов

«Хочется чего-нибудь эдакого…» - при том, что помянутые классиком как рядоположные «севрюжина с хреном» и «конституция» совершенно уже неактуальны: первая без ограничений продается в соседнем «Рамсторе», а вторая выложена в открытый доступ, но так никем и не читана, ибо - многа букв… Можно на этом месте порекомендовать для застольных бесед апробированный набор тем о загадках природы: НЛО с Тунгусским метеоритом, остров Пасхи с пустыней Наска, снежный человек с лох-несским чудовищем, - загадках, ответ на которые злонамеренно скрывается от рядовых налогоплательщиков Официальной Наукой™. На некстати случившегося же за тем столом профессионального археолога, который поведает - в простоте своей - о том, что никаких мрачных тайн в тех рисунках из Наска не содержится, ибо это всего лишь замечательный астрономический календарь, посмотрят с нескрываемым отвращением: испортил песню, гад!

Криптозоология определяется Википедией как лженаука: «Это связано с тем, что криптозоологией часто занимаются люди без биологического образования, а также тем, что ни одна находка криптозоологов, о которых они сообщали в СМИ, не получила подтверждения». Однако при заходе на сайт Cryptozoology.ru у нормального биолога (вроде меня) возникает желание всего лишь «отделить мух от котлет». Здесь интернет-опрос «Как снежные люди связаны с НЛО?» (sic!) мирно соседствует с отчетом о недавней зоологической экспедиции на Борнео, открывшей очередные новые для науки виды мышей-и-лягушек… Тут, кстати, приходит на память и романтическая (хотя и совершенно реальная) история мисс Латимер, чье имя увековечено в названии открытой ею кистеперой рыбы, и с детства любимый профессор Челленджер со товарищи - ну да, Как будто не все пересчитаны звезды,// Как будто бы мир не открыт до конца!

…Ладно: с мышами-лягушками, равно как с не так давно открытыми «живыми ископаемыми» - моллюсками-моноплакофорами и рачками-цефалокаридами (зоологические сенсации, вовсе не замеченные широкой публикой) все ясно. А вот как там насчет существ более корпулентных, и в силу этого более близких сердцу той публики - лох-несского чудовища, гигантского кальмара, реликтового гоминоида (помните: плезиозавр Лизавета, спрут Спиридон и снежный человек Федя из Колонии необъяснимых явлений при НИИЧАВО)? Если, понятное дело, исходить из того, что все это - нормальные зоологические объекты, по разным причинам не попавшие пока в руки ученых, а не нечто потустороннее?

Так вот, ученый - памятуя о пренцендентах с явленными нам вживе латимерией и метасеквойей - для начала отделит тех, чье существование в принципе допустимо (хотя и не доказано) от тех, кого можно считать мифом с полной на то уверенностью. Вот, к примеру, ящер-плезиозавр (или типа того), обитающий в шотландском озере Лох-Несс - на радость тамошней индустрии туризма… Ну, начать с того, что «мрачное и пустынное горное озеро Лох-Несс» на самом деле с 1825 года является частью пересекающего Шотландию с востока на запад Каледонского канала, интенсивность судоходства по которому не в пример выше, чем, скажем, на трассе Волго-Балта, и это не говоря уж о том, что в последние десятилетия тамошние места стали культовыми для туристов - как тут спрячешься? Еще хуже для «криптозоологов» то, что Лох-Несс, вместе со всей Шотландией, совсем еще недавно был сплошь покрыт ледниковым щитом - условия, явно не самые подходящие для выживания реликтовой рептилии…

Это, однако, косвенные доводы; самый же убийственный аргумент против существования «нео-плезиозавра» следует из экологии. На озере, разумеется, постоянно работают гидробиологи; я тут имею в виду не энтузиастов, безуспешно обшаривающих сонарами озерные глубины, а профессионалов, ведущих рутинную работу по изучению местной экосистемы: пробы воды и грунта, количественные учеты фитопланктонных водорослей и зоопланктонных рачков, etc. Так вот, структура пищевой пирамиды Лох-Несса ни на йоту не отличается от таковой соседних олиготрофных озер, и тамошняя экосистема просто-напросто неспособна прокормить хищника более крупного, чем лосось (а по части такого рода энергетических расчетов экология давно уже стала вполне точной наукой). Соответственно, никакой иной «Несси», кроме той, что рисуют по всей Шотландии на стикерах и майках (а также на эмблеме лох-несской биостанции Друмнадрахит - где, собственно, и ведутся эти экологические исследования), нет и не было. Ну, если, конечно, не брать в рассмотрение гипотезы о том, что Несси питается «святым духом», либо - подобно чудо-гусыне из фантастического рассказика Азимова - являет собою живой ядерный реактор (работающий, по доброй британской традиции, на полонии-210)…

Или вот сообщения о том, что в дебрях Сибири нет-нет, да и покажется недовымерший мамонт. Мамонт - это все-таки не исчезнувшие с лица Земли за десятки миллионов лет до появления человека динозавры; на этих еще каких-то 10 тысяч лет назад охотились наши не шибко озабоченные природоохраными идеями предки, так что - пуркуа бы и не па?.. Увы, с симпатичным мохнатым слоном, столь любимым зрителями мультфильма «Мамонтенок ищет маму», тоже ничего не выйдет - и, в общем-то, по той же самой причине: никак тому слону не прокормиться в нынешней Сибири.

Тут объяснения придется начать издалека. Когда в учебниках и научно-популярных книгах пишут, что «самой продуктивной на Земле экосистемой является дождевой тропический лес» это, конечно, верно: суммарная масса живых организмов (представляющая собою, в конечном счете, ассимилированную экосистемой при фотосинтезе солнечную энергию), приходящаяся на единицу площади тропического леса, колоссальна - деревья-то вон какие, и вон их сколько! Однако есть экосистемы, оборот вещества и энергии в которых оптимизирован по-иному: суммарная биомасса растений там относительно невелика, однако темпы ее прироста и обновления очень высоки (аналогия из области экономики: важен не столько размер капитала, сколько скорость его оборота). И вот по этому параметру вне конкуренции «травяные биомы» - степи и саванны, в которых основу растительного покрова составляют не деревья, а злаки.

Злаки с их стеблем-соломиной обладают, в отличие от большинства трав, не верхушечным, а вставочным ростом: если отъесть у них верхушку, они начинают лишь быстрее расти. В некотором смысле травяной биом подобен волшебному горшочку из сказки Братьев Грим - чем больше ту кашу ешь, тем больше ее становится. Именно поэтому в степях растительноядные животные (копытные, грызуны, саранчовые) могут без вредных для экосистемы последствий одномоментно изымать до 60% растительной биомассы - цифра, совершенно немыслимая для лесных сообществ, вроде нашей тайги или того же тропического леса. Вот и выходит, что фотосинтезирующей биомассы в степной экосистеме в каждый отдельный момент вроде бы и немного (по сравнению с лесами), но за счет высокой скорости ее прироста можно прокормить гораздо больше (чем в лесах же) копытных и хищников - вспомните знакомые всем нам по телепередачам «В мире животных» картины африканских саванн или неисчислимые стада бизонов в распаханных ныне прериях…

Так вот, одним из таких высокопродуктивных травяных биомов во времена Великого Оледенения были холодные сухие степи, окружавшие ледниковый щит. Этот исчезнувший ныне ландшафт получил название «тундростепь». Термин возник оттого, что тамошняя фауна (ее так и называют - «мамонтовая фауна») представляла собой странную смесь: часть ее сохранилась в современной тундре (северный олень, овцебык), часть - в современной степи (сайгак, бизон), а часть (мамонт, шерстистый носорог, пещерный лев, саблезубый тигр) была характерна лишь для этой экосистемы и исчезла вместе с ней.

Древние тундростепи очень похожи по структуре растительного покрова на так называемые реликтовые степи Восточной Сибири и Аляски, существующие ныне в виде небольших пятачков на сухих южных склонах тамошних гор. В эпоху оледенения, когда колоссальные количества воды оказались заморожены в ледниковом щите (создававшем к тому же устойчивый антициклон, что дополнительно иссушает климат), эти сухие степеподобные ландшафты распространились на огромные площади. При наступившем же 10-12 тысяч лет назад потеплении, когда ледниковый щит растаял, отступив до примерно нынешних его границ, климат стал гораздо более влажным. Место тундростепей заняли тундра современного типа и северная тайга, где основу растительного покрова составляют не злаки, а мхи, которые практически несъедобны для большинства животных; изолированные пятнышки горных «реликтовых степей» просто неспособны прокормить популяции копытных и хищников, составлявших «мамонтовую фауну». Кстати, дольше всего мамонт прожил на арктическом острове Врангеля (открытый недавно карликовый островной подвид - очаровательное существо высотою около полутора метров - вымер всего 5 тысяч лет назад, против 10 тысяч лет на континенте), а там и поныне относительно широко распространены те самые реликтовые степи.

Итак, существование мамонта в нынешние времена совершенно невозможно: исчезла сама экосистема, в которую тот был встроен. И даже если в будущем мамонта сумеют воссоздать «в пробирке» генно-инженерными методами (благо замороженных в вечной мерзлоте тканей этого существа предостаточно), жить в природе ему будет все равно негде. Ну, по крайней мере пока не закончится межледниковье, в которое мы живем, и не начнется следующее по счету оледенение…

Иное дело - «снежный человек». Мне, по крайней мере, неизвестны законы природы, налагавшие бы прямой запрет на существование в горах Центральной Азии реликтового гоминоида - «обезьяночеловека», или просто крупной человекообразной обезьяны. С вечными снегами он, надо полагать, вопреки своему названию не связан никак (кроме того, что иногда оставляет там следы), а обитать должен в поясе горных лесов, где вполне достаточно и пищи, и укрытий. Ясно, что любые сообщения о североамериканских «бигфутах» можно со спокойной совестью выкидывать не читая (ибо своих видов приматов на том континенте нет и никогда не было, а чтобы пройти туда из Азии через приполярную Берингию, как это сделали люди, надо хотя бы обладать огнем), но вот в Гималаях или на Памире - почему бы и нет? Есть даже вполне правдоподобные кандидаты на эту роль, например мегантроп - очень крупная (около двух метров ростом) ископаемая обезьяна из Южной Азии, обладавшая рядом «человеческих» черт, которые сближают ее с африканскими австралопитеками, прямыми предками гоминид…

Итак, допускаю ли я (как зоолог-профессионал) принципиальную возможность существования реликтового гоминоида? - ответ: «Да». Верю ли я в его существование? - ответ: «Нет». А поскольку речь тут зашла не о «знаю/не знаю», а о «верю/не верю», я позволю себе высказать на сей счет вполне субъективное суждение, основанное на личном опыте.

…В начале 80-х мне довелось работать на плато Путорана в северной Сибири. Место вообще глухое и безлюдное (на карте «плотности населения» оно с полным на то основанием сохраняет девственную белизну), а мы с напарником к тому же сидели отдельно от всех в горах, километрах в пятидесяти от базового лагеря экспедиции. Сам я изучал тамошнюю почвенную фауну, а напарник мой - поведение снежных баранов и хищников, волков с росомахами. Надобно заметить, что со спецификой работы орнитологов и «мышатников» я знаком был неплохо, а вот специалиста по крупным млекопитающим наблюдал в деле впервые - и впечатление, прямо скажу, было ошеломляющее…

Мой спутник - зоолог-полевик старой, классической школы - умел отыскивать (и фотографировать) свое зверье до того лихо, что Дерсу Узала с Чингачгуком тут, что называется, нервно курят в сторонке… Замечу, что самому мне тех шастающих по горам вокруг нашей палатки зверей углядеть не удалось просто-таки ни разу - за изъятием случаев, когда напарник, стоя рядом, давал прямые инструкции, куда точно направлять бинокль, да еще и разъяснял при этом (сам-то даже в бинокль не заглядывая), что, именно сейчас вот происходит пред моими вооруженными глазами. А уж как он читал следы… От развития тяжелого комплекса неполноценности меня тогда уберегало лишь то детское изумление, с каким он, в свой черед, наблюдал - сколько всякой микроскопической живности извлекаю я из какой-нибудь неприметной моховой кочки…

Так вот, кому как, а мне тех полутора месяцев, проведенных в той палатке, вполне хватило для обретения непоколебимой убежденности: там, где единожды ступила нога такого вот профессионала, ни одно животное крупнее крысы не имеет ни единого шанса остаться «неизвестным науке». Ну, а поскольку к концу двадцатого столетия мест, где та нога профессионала не ступала бы вовсе, почитай, уже не осталось (по крайней мере на суше) - выводы делайте сами… Такое вот мое субъективное мнение, да; по другому говоря - «экспертная оценка».

Эпоха «бури и натиска», когда европейские путешественники что ни год, то открывали по крупному позвоночному (горная горилла, окапи, гигантский варан и т. д.), в которой по сию пору черпают свой энтузиазм «криптозоологи», на самом деле уместилась в пару десятилетий на границе XIX и XX веков; именно тогда, кстати, отправился в свое путешествие за динозаврами конан-дойлевский профессор Челленджер. С той поры технология закрашивания «белых пятен» изменилась принципиально, и дело тут даже не в увеличении числа зоологов в цивилизованных странах. Куда важнее то, что соотечественники Челленджера, несшие свое «бремя белого человека» (да и не только они), успешно воспитали в колониях местные кадры, способные обеспечивать не только экспедиционные, но и стационарные исследования; а дальше, как и везде, колоритные кондотьеры уступили место «большим батальонам», что «всегда правы»… Между прочим, за всю эпоху «бури и натиска» не бывало случая, чтобы от первых слухов о существовании в неких тропических дебрях некоего загадочного зверя до триумфальной доставки в Европу его шкуры с черепом прошло больше трех-пяти лет - сравните-ка это со снежным человеком, которого вот уж сколько десятилетий как безуспешно «ищут прохожие, ищет милиция»…

После Первой мировой войны бурный поток зоологических открытий такого рода (то есть достойных внимания читателя воскресных газет) резко иссяк. В 1937 году в джунглях Индокитая был открыт дикий бык коупрей; сомнения на его счет высказывали неоднократно, и вот только что генетический анализ расставил точки над "ё": таки да, одичавший домашний скот. В конце 70-х по добыче промышлявших в Антарктике советских китобоев установили было новый вид китов, но позже его разжаловали в цветовую разновидность. В 80-90-х описали несколько видов копытных, обитающих во Вьетнаме, - оленей и антилоп; статус большей части этих форм столь же сомнителен, как и коупрея, хотя антилопа псевдорикс вроде бы действительно представляет собой новый для науки род… В любом случае, результатов за три четверти столетия негусто.

По-хорошему, в сухом остатке тут - лишь история открытия в 1938 году кистеперой рыбы: хранительница музея мисс Латимер, заинтересовавшаяся странной добычей южноафриканских рыбаков, и упрямый ихтиолог профессор Смит, после четырнадцатилетних поисков обнаруживший естественное местообитание латимерий в сотнях километров от места первоначальной, случайной как выяснилось, поимки - у Коморских островов близ Мадагаскара, на глубине более 200 метров. А ровно через шестьдесят лет, в 1998 году, на противоположном конце Индийского океана, в Индонезии, случился почти буквальный ремейк той давней истории. Американская туристка на местном рыбном рынке; фото остатков странной рыбы; экспедиционный грант, тут же выданный под ту фотографию (это к вопросу об Официальной Науке™, злонамеренно игнорирующей-де любые сообщения с мест о загадочных находках); ну и - на следующий же год - новый вид латимерии, переданный американскими ихтиологами в Индонезийский национальный музей!

Обратите внимание: латимерия - редчайшая глубоководная рыба, никогда не поднимающаяся наверх, однако профессионалы, стоило им лишь взяться за дело, нашли ее - на раз. Гигантского кальмара архитевтиса (тоже ведь редчайшее существо) то найдут на берегу в дохлом виде и сунут в научный спирт, то снимут целый фильм - как он себя ведет в естественных условиях, на километровой глубине. А вот Морской Змей, регулярно (якобы) резвящийся на поверхности, даже и на фото все как-то толком не попадет - прямо Маркус Вольф какой-то! Ну а как попадет - так непременно окажется полуразложившейся акулой…

Чур-чура! - я вовсе не хочу сказать, что «эпоха великих зоологических открытий» уже позади, что мир «открыт до конца», а гумилевские звезды «пересчитаны все». Тут достаточно вспомнить выловленного недавно в Южной Пацифике представителя губок-археоциат, считавшихся вымершими еще в кембрийском периоде, и открытый в 2000 году в Намибии новый отряд ортоптероидных насекомых (его одновременно нашли еще и в балтийском янтаре!). Новые технологии позволили начать регулярные исследования древесных крон в тропических лесах, что привело к открытию - в числе прочего - нескольких видов низших обезьян и лемуров. Однако все эти открытия сделаны сугубыми профессионалами, да и оценены-то по достоинству могут быть лишь ими же - это вам не мега-кальмар, питающийся яхтами непослушных олигархов…

Так вот, возвращаясь к николай-степанычевым звездам: похоже, те из них, что можно разглядеть без соответствующей астрономической подготовки и эквипмента, сосчитаны все ж таки полностью. Работы по пересчету остальных - еще непочатый край, но тут уже требуется некоторое знание матчасти. Тем же, кому эту матчасть учить влом, осталось, боюсь, лишь обсуждать на форумах связь снежного человека с НЛО и торсионными полями. Либо попытаться пропихнуть поиски снежного человека в Вятской губернии в число Национальных Проектов™; а что - при правильном распиле отката вполне даже может пройти!

ГОЛУБЯТНЯ: Real Stuff

Автор: Сергей Голубицкий

Вы не поверите, но real stuff вовсе не обязательно означает высококачественную марихуану! Фразу запросто можно перевести и как «классные компьютерные программы». Ими сегодня и займемся. А то экое, чесслово, выходит безобразие: «Голубятня», типа, софтверная колонка, а о софте в ней за последние полгода - с нос Гульки. Исправляем!

Начнем, правда, опять не с софта, потому как шаревару на хлеб не намажешь, а традиция требует натурального культур-повидла. Так что будем заваривать из «железа». Есть, правда, связочка: гаджет, о котором собираюсь поведать читающей публике, вписывается в real stuff идеально. До того идеально, что даже не припомню, когда за последние пару-тройку лет клал глаз на компьютерное устройство, производящее подлинную революцию.

Итак, риалстаффный гаджет называется Dacos Rapsody RSH-250. Все технологические солнца сегодня восходят в Корее, и Рапсодия не исключение: устройство родом из собакоедного Хан-гука [Самоназвание Кореи в Южной Корее (в Северной - «Чосон»). Типа того, хотя могу и ошибиться - чай, не кореевед].

Ладно уж: сдаю лингвистический компост в турсун-заде и перехожу на серьезный волапюк (иначе представляю себе читателя, впервые попавшего в сумасшедший дом нашей колонки). Что такого уникального в Рапсодии? Отвечаю: стык! Уникален функциональный стык, который каким-то чудесным образом умельцам из Dacos Technologies удалось сплавить в ситуации, когда, казалось бы, варианты совмещения всего со всем уже давно испробованы. Рапсодия - это, насколько мне известно, единственный в мире портативный HDD-плеер, умеющий проигрывать практически все видеоформаты, включая DVD! Последнее обстоятельство, а также богатство интерфейсов и цена делают RSH-250 устройством уникальным. Столь же уникальным для людей, озабоченных функциональностью, как и iPod и грядущий iPhone - для людей, озабоченных гламурными понтами.

Даю экстерьер: коробочка идеальной квадратной формы 11х11 сантиметров, толщиной в два с половиной сантиметра, ярко-красного цвета, из алюминия. Внутри 2,5-дюймовый жесткий диск - я поставил 100-гигабайтник из старых запасников. Кстати, Рапсодия продается без жесткого диска, что позволяет снизить стоимость плеера до совершенно, на мой взгляд, символической величины - 120 долларов!

Как это действует: вы наполняете содержимое жесткого диска Рапсодии любым мультимедийным контентом - музыкой, изображениями и конечно - в первую голову! - фильмами. Кладете Рапсодию в карман и отправляетесь восвояси: на дачу на все три летних месяца, в командировку, к друзьям-знакомым на «посмотреть новое диво-зрелище»… По прибытии соединяете плеер с любым телевизором, «плазмой» или LCD-панелью и наслаждаетесь в прямом смысле слова, потому что качеству воспроизведения Рапсодией мультимедии позавидует любой стационарный плеер.

Соединительные интерфейсы разнообразны и богаты: композитный видеовыход (RCA) и трехконтактный стереофонический мини-джек для тех, кто поскромнее и не корчит из себя авторитета аудиовизуальной малакии, компонентное видео и оптическое аудио (mini-TOSLINK) для шестиканального звука - на потребу извращенцам с последней радостью в жизни. Разумеется, USB2.0 для соединения с компьютером и использования плеера в качестве USB-хоста (для прямой закачки на жесткий диск Рапсодии фотографий, видео и музыки из всяких цифровых камер, КПК и прочей нечисти).

Рапсодия поддерживает :

ў видеоформаты: MPEG2 (то есть DVD) и MPEG4 (DivX 3, 4, 5, 6 и XviD) плюс воспроизведение внешних титров (SRT, SMI, SUB + IDX). Серьезные лабораторные дядьки говорят, что какие-то особо специфические кодеки Рапсодия не понимает, но мне такие не попадались: фильмов пятьдесят из своей коллекции я на новом плеере уже просмотрел, и не было ни единого случая, чтобы он с чем-то не справился. Еще Рапсодия играет форматы VCD, SVCD - к какому эмпегу они относятся, понятия не имею. Всякие ЦАПы-шмапы, герцы-шмерцы и прочие никому не нужные глупости оставляю за кадром - все ж пишу не для гоблинов;

ў аудиоформаты: MP3, WMA, OGG, AC3 и WAV;

ў графику: JPG.

Управляется Рапсодия с помощью маленького и очень эргономичного пульта, хотя предусмотрена и спартанская возможность: если записать какой-нибудь фильм в специально созданную папку Autoplay, то он начнет проигрываться сразу после подачи питания. Прошивка полностью на русском языке и слегка глюковатая (версия 1.35-b5), поэтому первым делом отправляетесь на сайт производителя и обмениваете родной язык на полноценную функциональность в виде firmware 1.36-European с поддержкой английского, французского, немецкого и испанского.

То, что Рапсодия по-настоящему революционное устройство, я понял на второй день. Ранее ведь как было: на трех моих пыхтящих «Саротеках» (всего 940 гигабайт) покоится около четырехсот фильмов, дожидающихся просмотра. Обычно я смотрел кино на ноутбуке, хотя в соседней комнате и стоит 36-дюймовый широкоформатный Thompson. Почему? Потому что прожечь DVD-болванку дело плевое только первые пять раз. На шестой вы шибко задумаетесь, на седьмой - плюнете и разотрете. Мне банально надоело переписывать фильмы на диски для последующего просмотра на большом экране. Рапсодия изменила всю парадигму: я залил на жесткий диск плеера обоймы зрелищ как минимум на ближайшие три месяца, соединил с телевизором и банально кайфую, особенно учитывая божественные фенечки новой игрушки. Например, функцию Bookmark, автоматически запоминающую место, на котором был прерван последний сеанс просмотра: чувствуете, что засыпаете, - жмете Power и отключаете плеер. На другой день жмете кнопку Bookmark и запускаете фильм с момента закемара [Для тех, кто потерялся: с момента, когда вы принялись кемарить, то есть клевать носом, засыпать]. Или вот это: плеер автоматически перестраивает картинку любого фильма под формат вашего телевизора - удобно до усёкацу-такубоку!

Ёжки-божки: половину «Голубятни» натоварил и снова без софта! Прям наваждение какое-то. Меж тем такие изумительные шматки кода дожидаются бенефиса - пальчики оближете! Начну с программы для… прожига дисков! «Ну, старик, ты и воткнул! Прах моей бабушки!» А вот рано шебуршите недовольствием, геноссы, рано, - еще далеко не абенд. Хотите скажу, что заставило меня уже как три месяца назад распрощаться со всеми программами прожига и отправиться на поиск идеала? Запросто! Смотрите: Nero давно превратился в гигантского капризного монстра, нашпигованного никому не нужными примочками, довесками и рекламными гадостями. Например, свой первый «резак» я купил ровно десять лет назад и за все эти годы ни разу не занимался дизайном обложек для дисков. И не буду заниматься. За каким, спрашивается, лешим мне нужны все эти Nero CoverDesigner, Nero PhotoSnap, Nero Vision, Nero Recode, Nero MediaHome, InCD, Nero ShowTime, Nero ImageDrive, Nero WebInstaller, Nero BackUp, Nero WaveEditor, Nero SoundTrax, Nero Toolkit, Nero InfoTool, Nero BurnRights, Nero CD-DVD Speed, Nero DriveSpeed, Nero Product SetUp?! Вы что - ОЗВЕРЕЛИ?! Мне нужен простой и удобный софт для прожига дисков, немецкую мать вашу! А вы что мне подсовываете? Груду никчемного мусора на 190 мегабайт!!!

Вариант N2, к которому привык еще в бытность Acer и Toshiba, - NTI CD-DVD Maker. Замечательная программа, гораздо приятнее Nero, вот только любит ни с того ни с сего обвалить компьютер в синий экран смерти. Без малейшего объяснения причин. Чем чреват BSD [Blue Screen of Death] для Форточек, не мне объяснять: два-три таких падения, и можно смело переустанавливать систему - внутри ХР что-то безнадежно коцается, после чего ОС начинает ползать по беспределу. Кстати, в Висте вопросом самообвальности ОС по истечении времени (обычно полгода-год интенсивного использования - даже без всяких BSD - приводит к полному расстройству системы и необходимости ее переустановки), насколько мне известно, никто не занимался, - correct me if I am wrong.

Вариант N3 - Sateira. Я писал об этой россиянской разработке (назвать ее русской язык не поворачивается после того, как ровно три года назад программасты ответили мне на упрек по поводу убого воплощенного желания скрыть свое русскоязычное происхождение на сайте: «Мы ведем переговоры о слиянии с metaproducts и в случае успеха компания будет американизирована. Так что наше происхождение значения не имеет»). К сожалению, ребята, похоже, сильно расстроились, что пиндосское усыновление не срослось, поэтому программа хоть и исправно меняет версии, однако не развивается, пребывая в состоянии, мягко говоря, не соответствующем современным стандартам.

Короче, склифос, выдаю позитив: CopyToDVD. Сие французское чудо оказалось подлинным идеалом в том виде, как я его себе представляю. Чистый, компактный код - это раз, феноменальная стабильность работы - это два, блестящее сочетание простоты и профессиональной изощренности настроек и функциональных возможностей - это три, потрясающая интеграция в ОС - это четыре. Загибать пальцы можно и дальше, но не буду - установите программу и убедитесь сами. В качестве единственной заманухи расскажу лишь об интеграции CopyToDVD, о которой я давно мечтал. Фишка называется Depot и выглядит таким образом: вы ковыряетесь в файлах и папках компьютера на предмет вероятного прожига в будущем. Всякий раз, как вам попадается нужный файл, вы кликаете на нем правой кнопкой мыши (будь то в Проводнике, Total Commander’е или любом другом файловом менеджере) и из контекстного меню выбираете CopyToDVD Depot. Программа запоминает ваш выбор, и затем, когда вы надумаете заняться прожигом, при запуске программы все ранее отправленные в Депо файлы будут любезно подставлены в новый проект. Настройки CopyToDVD столь гибки, что позволяют автоматизировать любой процесс записи, отключить любые диалоги и добиваться конечного результата одним кликом мыши. Короче, vive la France!

КОСМОС: Красный вектор: Что нового мы узнали о Марсе за последние десят лет?