П.Т.: Наоборот, эта встреча должна быть нетрадиционной. Хотя бы затем, чтобы люди начинали рабочую неделю с улыбкой на лице, а не с гримасой патологической усталости. У нас в каждом подразделении и в управляющей компании в целом дважды в год совершаются корпоративные выезды. Например, раз в год мы все вместе готовим бизнес-план. Ведь это не задача топ-менеджера – это задача всей команды, включая водителей, бухгалтеров, секретарей. А потом, когда этот план разработан совместно, его гораздо легче выполнить.

E-xecutive: Потому что каждый знает цели и приоритеты, все прозрачно…

П.Т.: Именно так, каждый знает, куда бежим, зачем бежим, каждый знает, кто что делает. Это и есть естественный обмен информацией. Второй раз в год мы устраиваем нормальный team-building:[21] бегаем, прыгаем в лесу, ходим в сауну и поем песни…

E-xecutive: Вопрос, наверное, более глобальный. Экономика России растет. Президент говорит, что мы должны удвоить ВВП. Происходит долгожданная сделка ТНК-BP, и лондонский City,оживившись, смотрит на Россию как на наиболее перспективный регион для инвестирования. Потом ЮКОС объявляет о слиянии с «Сибнефтью».А потом арестовывают Платона Лебедева. Падает капитализация ЮКОСа, и лихорадит фондовый рынок. И фактически все то, к чему российский бизнес и власть шли два последних года, перечеркивается. Как вы оцениваете происходящее? Как действия государственных органов повлияют на инвестиционную привлекательность страны?

П.Т.: Мне однозначно не нравится то, что происходит, пусть я и не обладаю каким-либо сокровенным знанием относительно тех событий, которые происходили вокруг «Апатита» в период приватизации. В конце концов, пусть в этом разбирается суд. Но то, как правоохранительные органы ведут себя со своими гражданами, вызывает у меня, мягко говоря, непонимание. Ведь Платон Лебедев официально объявил себя миллиардером, что в России равносильно подвигу. Он просто так «убежать» не может – все его активы здесь, в России, свой миллиард он не сможет увезти в кармане. Господин Лебедев – заметная, публичная фигура, он не может просто так потеряться. Если уж у следствия такие серьезные к нему претензии, так давайте цивилизованно, через суд, добивайтесь адекватной меры пресечения, которых, кстати, множество: подписка о невыезде, домашний арест, залог, поручительство и т. д. Зачем же принимать подобные меры, которые применяются к социально опасным элементам? Человек находится в больнице, у него проблемы со здоровьем. Ведь все мы люди… Все мы можем болеть, особенно когда очень много и интенсивно работаем. И вот с больничной койки человека поднимают, надевают на него наручники и везут в следственный изолятор. Я этого не понимаю. Это неадекватное отношение в первую очередь к гражданину Российской Федерации, которым правоохранительные органы хотят показать свою неконтролируемую силу.

E-xecutive: Показать бизнесу или обществу в целом?

П.Т.: И бизнесу, и обществу. Не нужно этого делать.

E-xecutive: Как, по-вашему, поведет себя в этой ситуации крупный капитал? Кое-кто сегодня уже начинает говорить о массовом его оттоке за рубеж, приводя в пример Романа Абрамовича, который выходит из РУСАЛа и покупает английский «Челси».

П.Т: Сейчас рано говорить о сложившейся тенденции. Пока, кстати, работала тенденция возвращения капиталов в Россию. Новая тенденция не сложилась, хотя сейчас она формируется, и дальнейший сценарий будет во многом зависеть от ситуации вокруг ЮКОСа. Пока же основная масса инвесторов в ожидании, и я не думаю, что мы сможем говорить о формировании какой-то тенденции раньше сентября, поскольку август в целом достаточно вялый месяц. Рынок будет ждать сентября.

E-xecutive: Вернемся к вашей карьере. Можете ли вы назвать людей, которые оказали на вас сильное влияние в профессиональном плане?

П.Т.: Во-первых, это мой партнер Рубен Варданян. Я считаю, что он очень талантливый менеджер. Это человек с фантастической энергией, и он заражает окружающих своим желанием двигаться вперед, не останавливаясь, от одного успеха к другому. Года три назад он представлял совету директоров свои размышления о будущем «Тройки» и назвал свою презентацию «Шестая скорость». Его видение в пятилетней перспективе «Тройки» было столь сильно по своему энергетическому заряду, что дало новый импульс, запас сил, оптимизма и уверенности всей компании. Это принципиально важно.

Второй человек – Уоррен Баффет. Понятно, что он «продукт» американской системы и такого человека в России быть не может. Но он самим своим существованием доказал, что индустрия под названием «управление активами» может быть одной из ключевых в рыночной экономике в целом. Не производство нефти, не добыча алмазов и даже не банковский бизнес, а именно управление активами всех тех людей, которые и заняты этими разными бизнесами.

Еще один человек, с которым я довольно близко знаком, – Джордж Расселл. Он возглавляет компанию Russell, созданную его отцом. Она находится в пригороде Сиэтла. Компания небольшая, но при этом управляет одним триллионом долларов и является крупнейшей в мире управляющей компанией. Именно она, а не Meryll Lynch или Citibank, – небольшая компания, с дружной командой, с семейными обедами, которые они устраивают каждый день. И вот этот человек, удивительно деликатный, тонкий, всесторонне образованный, управляет такими деньгами, на которые можно купить три ВВП России или десять российских фондовых рынков. При этом он умеет быть и менеджером, выдает интересные идеи, постоянно внедряет новые технологии.

E-xecutive: Павел Михайлович, последний вопрос. Десять лет на рынке – и рост в две тысячи раз. Вроде бы все успешно, но что подвигает вас к дальнейшему развитию? Где тот внутренний мотор?

П.Т.: У многих людей следующая философия: вот, мол, я поработал в офисе девять часов, ушел по звонку, а потом у меня начинается жизнь. То есть «заработал – потратил». Я не хочу осуждать этих людей, может, у них такой стиль жизни и такая работа. У меня же работа и жизнь – это единое целое. Это процесс, от которого я получаю большое удовольствие. Я постоянно общаюсь со своими коллегами как в офисе, так и вне его. Я люблю общаться со своими клиентами, и, кстати, отнюдь не о состоянии их инвестиционного портфеля. Это некий круг общения очень интересных, состоявшихся людей, ярких индивидуальностей, с неординарным подходом к жизни. Именно поэтому мне до сих пор интересно.

Беседовал Андрей Руденко, E-xecutive.

Выдержки из профессиональных дискуссий

Юрий Демиденко, начальник отдела организационного развития ТД «Ремстройкомплект»:

Главная причина и залог успеха – команда единомышленников – профессионалов. Такое отношение к человеческому капиталу – большая редкость для российской действительности (по моему опыту). Создание и развитие команды – главная задача лидера, топ-менеджера. В этом его талант.

Сергей Архипов, коммерческий директор ООО «Нотэкс-см»:

Да, безусловно, очень важно иметь харизматичного лидера во главе амбициозной компании, но позвольте заметить, что не все харизматики двигают компанию вперед. Многие из них двигают только свои собственные амбиции, обрекая компании на катастрофу.

Дмитрий Красавин, заместитель генерального директора ISG:

Почему обязательно руководитель – злой и мерзкий тип? Ведь, создавая систему корпоративных ценностей, воспитывая командный дух, превращающий каждого члена команды в личность, а руководство – в друзей, можно достичь неплохой синергии…

Кирилл Ладыгин, руководитель проектов по региональной рекламе и PR Golden Telecom:

Если наше общество и бизнес будут развиваться сегодняшними темпами и по сегодняшним тенденциям, если компании, принадлежащие традиционным российским структурам с соответствующим «силовым менеджментом» (могло бы быть термином, кстати), не получат условий наибольшего благоприятствования и мы так или иначе придем к нормальной конкуренции, то описанные вами структуры просто умрут. По банальной причине: в них никто не пойдет работать, кроме безработных или морально устаревших менеджеров. А значит, и все процессы в них будут идти по старинке, они просто не вынесут конкуренции. Лучшие мозги будут работать в компаниях с западным стилем менеджмента, предоставляющим сотрудникам максимальную свободу и создающим тем самым среду для творчества. А оно, творчество, и есть единственный залог успеха в ближайшем будущем.

«Я бы назвал Public Relathions искусством, максимально близким народу»

http://www.e-xecutive.ru/success/article_2021/

Интервью с Владимиром Ругой, вице – президентом по связям с общественностью ТНК – ВР

Биографическая справка:

Владимир Руга, вице-президент ТНК-ВР по связям с общественностью, начинал свою карьеру, когда в России только появилось понятие Public Relations. В его активе – работа в журналистике и политконсалтинге, проведение многих избирательных и корпоративных кампаний, две премии «Серебряный лучник» за достижения в области PR, руководство пресс-службой «Сибнефти» и работа с ее прошлым и нынешним владельцами, Борисом Березовским и Романом Абрамовичем.

Владимир Руга в соавторстве с историком и журналистом Андреем Кокоревым выпустил два романа – «Золото кайзера» и «Гибель “Демократии”».

E-xecutive: С какого момента вы осознанно строили свою карьеру? Когда почувствовали себя менеджером?

Владимир Руга: С 1992 года, когда я был заместителем главного редактора газеты «Вечерняя Москва». Тогда мне в руки попала брошюра, посвященная PR, и я решил этим заняться. А менеджером ощутил себя в 1997-м, когда стал работать в крупной корпорации «Сибнефть». Когда цели соответствуют возможностям, ты владеешь рычагами для решения постав ленных задач – это и есть, на мой взгляд, полноценная управленческая работа.

E-xecutive: Но ведь у вас был опыт руководства собственной компанией «PR-центр»?

В.Р.: Был. Но мне это не очень нравилось. Наверное, в душе я все-таки корпоративный менеджер, люблю работать в команде. А самостоятельные игрища на PR-поле интересны только до определенного возраста. Рано или поздно наступит момент, когда захочется большей стабильности и более крупных задач. Работа любого агентства сродни работе стрингера, «солдата удачи». Конечно, у «PR-центра» были крупные проекты, но все они являлись точечными акциями – просто точка приложения усилий была огромной. Действительно интересные задачи встали передо мной только внутри крупной компании.

E-xecutive: В чем основное различие между политическими и корпоративными Public Relations?

В.Р.: Политический pr затрагивает лишь сиюминутные интересы. Может быть, по результатам выборов людям предстоит жить или мучиться, радоваться или страдать. Но политтехнологу отведена лишь роль подрядчика. А в крупной корпорации ты начинаешь связывать себя с организацией, с ее наследием, ее будущим – а значит, начинаешь работать на собственный интерес. Не секрет, что многие политтехнологи грешат поверхностным отношением к своим проектам: сделали – и слава богу. В корпоративной работе это невозможно: любые ошибки тебе же и исправлять. Корпорация – это корабль, плывущий по волнам, здесь PR-директор если не штурман, то, во всяком случае, вперед смотрящий. Его задача – понимать направление движения, распознавать угрозы и обходить их.

E-xecutive: Какие поворотные точки в своей карьере вы можете назвать?

В.Р.: Первая точка – прочтение брошюры «Что такое PR», мне тогда было 22 года. Вторая поворотная точка – знакомство с Борисом Березовским в 1996 году. И третья точка – 2003 год, когда я перешел в команду ТНК-ВР.

E-xecutive: Значит, создание собственного бизнеса не является для вас ключевым событием?

В.Р.: Нет, это не поворотная точка. Это продолжение чтения брошюры и ее применение на практике в более позднее время.

E-xecutive: Складывается ощущение, что вы создаете автобиографическую легенду, где эта брошюра играет определенную роль.

В.Р.: Да нет, просто в тот момент я был журналистом и не представлял себе, что такое PR. А когда видишь в систематическом изложении то, что: а) тебе интересно и б) на чем ты можешь зарабатывать деньги, и тебе 22 года, то рождается желание реализовать это в жизни. Так что это не легенда, а подлинная история.

E-xecutive: Как вы относитесь к идее стандарта в PR?Существует ли набор необходимых компетенций, сертификатов и т. д.?

В.Р.: Профессия pr достаточно широка. Одно дело – специалисты, работающие в рамках корпоративного PR, другое дело – политтехнологи. Это не взаимоисключающие, но достаточно отдаленные друг от друга специальности. Правда, политконсалтинг пребывает в плачевном состоянии, и скоро заниматься им не будет никакого смысла. Политика всегда будет заботить людей. Но административный ресурс на выборах уже сегодня заменяет творческие искания, а завтра он может их вытеснить окончательно. Наглядный тому пример – последние выборы.

Думаю, что в профессии PR просто не может быть стандартов. Всяческая стандартизация в области, которая не связана с производством ракет и точных технологий, – это что-то притянутое за уши. Везде все абсолютно индивидуально. Даже если взять работу в нефтянке: «Сибнефть» – это один стиль, ТНК-ВР – другой, ЮКОС – третий. Перед каждой компанией стоят свои задачи. Здесь могут работать только общие положения, универсальные идеи, но не более того.

E-xecutive: Ваша карьера развивалась достаточно стремительно. Такой успех обычно связан с эпохой перемен.

В.Р.: Конечно.

E-xecutive: А существуют ли условия для быстрой карьеры сегодня?

В.Р.: Я думаю, что их нет. Трудно даже сравнивать 2003 год и год 1994—1995-й, это просто разные эпохи. Сейчас все актуальнее классическая схема построения карьеры, постепенная наработка опыта. А тогда даже вновь созданное PR-агентство могло получить сразу, случайно, весьма лакомый кусок. Сегодня рынок перенасыщен, и новому агентству может попасть большой заказ, только если оно создается непосредственно под проект.

E-xecutive: Как вы и ваши ровесники получали необходимые знания в начале карьеры?

В.Р.: В основном методом проб и ошибок. Тогда в стране все только начиналось, на дворе был 1992 год. Клиенты приходили совершенно разные: бывали с наколками, бывали с золотыми цепями, бывали плохо говорящие по-русски. Мы брались за свои первые проекты. Пробовали. У кого-то получалось, у кого-то – нет. Так и нарабатывался личный опыт. Пожалуй, сегодня уже не существует тех путей продвижения, которыми шли я, Сергей Михайлов, Алексей Ситников и другие «пионеры».

Я всегда говорю студентам, которым периодически читаю лекции, что PR – это своего рода наука о продаже воздуха. Поэтому, как и в любой другой лженауке, здесь все определяется лишь наличием опыта и умением ориентироваться на местности. И еще пониманием того, по каким законам живет информационное пространство: где и как создается информация, как выпускается газета или передача, на кого они рассчитаны. Полное понимание ситуации на информационном поле – это и есть опыт.

E-xecutive: Какие личные качества необходимы в профессии?

В.Р.: Я бы сказал, что в PR нужна некая прозорливость. Порой требуются «третий глаз и шестое ухо», то есть восприятие ситуации на инстинктивном уровне. Скажем, чувство опасности. Задача – быстро и четко понять, откуда она исходит и какие проблемы несет тебе и твоему клиенту.

E-xecutive: Можете привести пример неудачного проекта, в котором вам доводилось участвовать?

В.Р.: В свое время неудачей окончились выборы курского губернатора Александра Руцкого на второй срок. Его рейтинг был поднят довольно высоко, все было готово к выборам, а за день до голосования его сняли. Неудачей были прошлые выборы Геннадия Селезнева по Московской области.

E-xecutive: Политтехнологии и PR напрямую связаны с моделированием информации. Как вы относитесь к сфабрикованным материалам и другим «черным» технологиям?

В.Р.: Каждый специалист в области PR решает самостоятельно, каковы рамки дозволенного в его работе. Для меня, например, всегда были закрыты темы, связанные с семьей. У каждого есть свои «скелеты в шкафу», и надо понимать: все, что ты используешь против другого, может быть использовано против тебя. Не раз был свидетелем того, как люди делают пакости, а когда им дают сдачи, начинают кричать: «Как же так? Это нарушение прав человека!» Всегда следует осознавать, на что идешь, и если уж ввязываешься в драку, не бойся получить в ответ. Либо пиши о цветочной выставке.

E-xecutive: Правильно ли я понимаю, что один из основных активов вашей профессии – это репутация?

В.Р.: Да, конечно. Я бы добавил сюда еще доверие: отношения между заказчиком и клиентом должны быть абсолютно открытыми. Если нет искренности, иной раз всплывают «сюрпризы», которые могут все испортить, – а все потому, что клиент постеснялся вас о чем-то предупредить.

E-xecutive: Во главе собственного агентства вы одновременно разрабатывали план действий и реализовывали его. А кем в большей степени является глава PR-департамента крупной компании – стратегом или исполнителем?

В.Р.: Стратег – слишком громкое слово. Стратегические и исполнительские функции совмещены, PR-директор – главный исполнитель собственных планов. Сначала необходимо понять сущность компании, увидеть ее цели. Необходимо определить, как твои личные и профессиональные возможности могут помочь компании достичь этих целей. Потом ты задаешь вектор, по которому будет идти организация, выбираешь методику достижения цели. Прикидываешь, сколько это будет стоить, и, если это не разорит компанию, осуществляешь задуманное.

E-xecutive: А какие преобразования ожидают ТНК после слияния с ВР?

В.Р.: Я не хотел бы пока касаться подробностей, но в общих чертах задача состоит в согласовании исторически разных культур. Даже внутри ТНК существует несколько субкультур, которые привнесли образовавшие ее компании: «Сиданко», ТНК, «Онако». На этой неоднородной основе должно появиться единое целое, нам предстоит серьезная работа в области внутренних коммуникаций. Вторая задача – сделать так, чтобы объединенная компания уютно себя чувствовала во внешнем мире.

E-xecutive: Насколько вы готовы делегировать свои полномочия и какая ответственность ложится на вас?

В.Р.: Каждый должен заниматься своим делом. Я не умею изготавливать бензин, но, наверное, могу дать дельный совет, когда этот бензин будет раскручиваться как товар. Смогу сказать, как лучше это сделать и кто может нам помочь в этом наиболее профессионально. В этом я и вижу свою роль, забирать себе все функции было бы неправильно. Нельзя объять необъятное, как говорил Козьма Прутков.

E-xecutive: Вы называете себя командным игроком. А кто она – ваша команда, есть ли у нее постоянное ядро?

В.Р.: В «Сибнефти» был отличный коллектив, после моего ухода кто-то из этих людей остался, кому-то я помог перейти с повышением на новое место. Но я никого не вожу за собой, тем более что в ТНК сложилась самостоятельная, абсолютно профессиональная команда. На верхних уровнях здесь работают профессионалы, с которыми интересно общаться, которые четко понимают задачи компании и прислушиваются к мнению других. Это и есть команда.

E-xecutive: Вы занимаетесь преподаванием. Что именно вы хотите передать своим слушателям?

В.Р.: Я периодически читаю лекции на программе второго высшего образования журфака МГУ, веду курс Public Relations в «Арт-Имидже». Не могу сказать, что пытаюсь чему-то научить: я лишь рассказываю о своем видении профессии, о самом процессе нашей работы. Хочу развеять фантазии и иллюзии относительно PR, в которых многие пребывают. Нет ничего хуже, чем ситуация, когда человек приходит в вуз в восторженном состоянии, пять лет учится, а попав в реальную среду, понимает, что все совсем не так, как он предполагал. Происходит крушение иллюзий. Пусть лучше студенты заранее узнают, что это за профессия, может быть, кто-то захочет выбрать что-нибудь другое.

Рассказываю о некоторых ошибках, которые допускал сам и которые не советовал бы делать другим. Сюда входят вопросы работы с клиентами, вопросы расчета с клиентами, вопросы переоценки собственных возможностей и многое другое. Часто случается, что известные люди оказываются нечистоплотными по отношению к консультантам, которые с ними работают. И к этому нужно быть готовым, для меня здесь нет ничего удивительного. Представьте, что вам все время внушают, что вы гениальны, и об этом трубят с плакатов и газетных страниц. Вы смотрите на эти, так сказать, «плоды» своей гениальности и начинаете в нее верить. «А зачем платить консультанту, – думаете вы, – я и сам гениален. Пусть будет доволен тем, что работал со мной».

E-xecutive: Кто на политической сцене вызывает у вас уважение с точки зрения построения своего имиджа? Какие типажи вам интересны?

В.Р.: Я восхищаюсь Жириновским – именно с точки зрения создания образа. Его можно уважать или не уважать, соглашаться с ним или нет – но не признавать, что он мастер, нельзя. Если же говорить о вымышленных героях, то мне всегда нравился Остап Бендер. Гениальный персонаж. Вечный для нашей истории, особенно в переходный период. Тогда был период нэпа и постнэпа, а эта эпоха имеет множество параллелей с сегодняшним днем.

E-xecutive: Верите ли вы в то, что российский избиратель более управляем, чем западный?

В.Р.: У России за спиной 300 лет Мамая, множество войн и 70 лет советского режима. Традиции так называемой демократии сводятся к нулю – ее просто не существовало в природе. Поэтому здесь как нигде была сильна пропаганда: «Советские крабы – лучшие крабы», они же и единственные. Я как-то увидел рекламный плакат 20-х годов: он практически не отличается от тех плакатов, которые я видел в детстве. Один в один, других просто не было. Так и получилось, что люди привыкли: есть только одна точка зрения, и все остальное – неправильно. Подсознательно они ищут эту точку, а демократическая позиция всегда была слабой. Лучше прямо, вперед и с песней – тогда все отлично и нет времени оглядываться.

E-xecutive: Предположим, так обстоят дела в области политики. А если говорить о корпоративном PR,кого вы рассматриваете в качестве своей аудитории?

В.Р.: Здесь все зависит от задачи. Если мы говорим о продаже бензина, то это автолюбители. Если мы говорим о внутреннем PR – сотрудники нашей компании, которых около 130 тысяч. А если говорить о политической составляющей работы любой компании, то здесь твоя целевая группа располагается в пределах Садового кольца. Так что у нас большой срез целевой аудитории.

E-xecutive: Что такое, на ваш взгляд, корпоративная открытость?

В.Р.: Открытость – это когда процессы, идущие внутри организации, понятны инвестору. И тот не боится тратить на компанию свои кровные, заработанные деньги, поскольку видит работу механизмов, которые принесут ему дивиденды. Наглядный пример – «Сибнефть»: в 1996 году это была, по мнению общественности, темная лошадка, а сейчас – одна из самых привлекательных для вложения капитала нефтяных компаний.

E-xecutive: Как вы следите за реакцией аудитории на свои инициативы?

В.Р.: Основной набор инструментов общеупотребителен. Проходит большое количество специальных акций, например на автозаправках, которые дают нам обратную связь. Кроме того, работает «горячая линия», проводятся периодические опросы. Все это позволяет нам отслеживать реакцию людей на нашу работу.

E-xecutive: В одном из своих интервью вы говорили, что крупному бизнесу, точнее собственнику, лучше «не светиться» в российских условиях. Последние события показывают, что так оно и есть. Вы работали с Борисом Березовским и Романом Абрамовичем. Можете ли вы сказать, на какую аудиторию направлены усилия PR-менеджера известной персоны?

В.Р.: Быть помощником по PR таких людей – занятие в известной мере неблагодарное. Борис, скажем, всегда сам общался с прессой. Но крупные фигуры всегда окружены большим объемом задач, которые необходимо решать средствами PR. Здесь нет необходимости строить образ: эти личности абсолютно самодостаточны. Им не нужны никакие советчики и советники, люди, структурирующие их работу.

Однако вокруг них существует империя, в которой и задействован PR-специалист.

E-xecutive: Скажите, откуда пришли профессионалы первой волны российского PR, нынешняя «высшая лига»? Что их объединяет?

В.Р.: В основном это люди гуманитарного склада. Сережа Михайлов закончил МГИМО, Леша Ситников – профессиональный психолог, Игорь Писарский – архитектор-дизайнер. Что их объединяет? В начале 1990-х годов объединяла интересная работа. А со временем приходит понимание, что другого делать не умеешь. И первопроходец идет дальше, иногда повторяясь.

E-xecutive: Известно, что PR до известной степени похож на шоу-бизнес. Как бы вы оценили себя с этой точки зрения? Вы шоумен?

В.Р.: Главное – найти столб, вокруг которого можно заниматься своим шоу… Не знаю, наверное, я – заинтересованный зритель с режиссерскими амбициями, который иногда вмешивается в происходящее.

E-xecutive: Вы амбициозный человек?

В.Р.: Я амбициозен настолько, насколько позволяет моя должность вице-президента компании ТНК-ВР.

E-xecutive: А какова, на ваш взгляд, роль профессиональной тусовки, помогает ли она пиарщику достигать собственных и корпоративных целей?

В.Р.: Такой тусовки практически не существует. Попытки создать профессиональные клубы по интересам продолжаются с 1993 года, но они так и не увенчались успехом. Тусовка ради тусовки? Конечно, ведя холостяцкий образ жизни, можно где-то периодически бывать, но там никому ничего не докажешь, ничего серьезного не добьешься. 80 % людей, которые убивают на это время, являются для меня загадкой: что они, собственно, делают, как у них хватает энергии на все это? Когда я спрашиваю: «Чем человек занимается?» – мне отвечают: «Да вроде бы чем-то занимается». А чем – никто сказать не может. Есть чудный девиз: лучше быть, чем казаться. Вот и все.

E-xecutive: Вам приходилось создавать образы других людей. А над собственным имиджем вы работаете?

В.Р.: Нет. Если бы я работал над своим имиджем, мне нужно было бы заняться спортом, похудеть, купить себе другие очки. Но меня и так все устраивает. Для меня важнее ощущение комфорта. Например, очки такой формы я купил 10 лет назад, у меня сто пар одинаковых. Сейчас мне говорят: «Какие у вас модные очки!» Видимо, мода возвращается. Мне очень тяжело отвыкать от старых вещей. Если привык к кофе с молоком, к письменному столу, привык к своей квартире, которую пора бы уже поменять, – от всего этого трудно отказаться.

E-xecutive: Однако менять компанию вы решаетесь?

В.Р.: Я думаю, что семь лет в одной компании – это приличный срок.

E-xecutive: Насколько вас привлекает близость к таким вещам, как народное признание, слава, власть и прочее?

В.Р.: За последние восемь лет я повидал столько людей, вкусивших и славы, и власти, и всего прочего… И видел, как они страдали, потеряв это. Лично мне ближе спокойствие, здоровье, уверенность в будущем. Люблю теплую компанию, а еще – читать, укрывшись теплым пледом. Такие ценности накладывают неизмеримо меньшие обязательства. Я – человек-хобби, хоббит, если хотите. Наверное, поэтому я пишу книжки – это своего рода отдушина – и отношусь к ним как к хобби: «льется» – и я пишу, «не льется» – не пишу.

E-xecutive: Судя по вашим книгам, в литературе вас привлекает возможность моделирования ситуации, самой истории: например, что было бы, если б Ленин погиб в 1917 году?.. Вы собираетесь писать продолжение этих романов?

В.Р.: Нет, это тупиковая версия. Я думаю, следующим будет исторический роман, где, разумеется, присутствует вымысел, но нет ухода в моделирование истории. Такая литература воспринимается людьми более естественно.