Мы сражаемся с реальным врагом, а это не вымышленный монстр громадного роста, с красной кожей, со свирепыми глазами и с рогами на голове. Такой гротескный образ — порождение необузданного воображения, невежества и суеверного страха людей средневековья. Вряд ли что-либо другое могло сослужить сатане лучшую службу в его обольщении людей, чем эта идея. Ибо в результате такого дикого, искаженного представления о дьяволе многие мыслящие люди отвергли саму мысль о его существовании, отводя ему роль фольклорного, мифического персонажа.

Но прислушайтесь к удивительному откровению Иисуса: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лук. 10:18).

Иисус называет его по имени. Он видел его падающим с неба. Ясно, что мы имеем дело не с двурогим демоном таинственной природы, но с существом высокого интеллекта, некогда обитавшим на небе. Послушайте, что пишет о нем пророк Исаия, евангелист Ветхого Завета:

«Как упал ты с неба, денница, сын зари! разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своем: «взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой, и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему» (Ис. 14:12—14).

А теперь смотрите, как развивались события, связанные с восстанием: «Ты находился в Едеме, в саду Божием… Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то; ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней. Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония» (Иез. 28: 13—15).

И вот наступил критический час: война на небесах!

«И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним» (Откр. 12:7—9). Это прекрасное существо не было одиноким в грехопадении. В книге Откровение (12:4) сказано, что в восстание против Бога была вовлечена третья часть ангелов.

Подумайте об этом! Люцифер, сын зари, стал дьяволом, а его ангелы, некогда обладавшие блестящими умственными способностями, могущественные силы света превратились в демонов тьмы. Неудивительно, что апостол Павел говорит: «Наша брань не против крови и плоти, но против мироправителей тьмы века сего». Неудивительно и то, что он говорит о «духах злобы поднебесных».

Сама мысль о том, что сатана — всего лишь миф или одинокий демон, вырвавшийся из преисподней, обезоруживает нас в борьбе с тем разумным существом, каковым он является в действительности. Нет, в Библии ясно сказано, что враг Бога обладает огромной силой, и в настоящее время его деятельность отличается бешеной яростью, ибо он знает, что его время уже на исходе.

Несомненно кто-то спросит: «Если сатана является сотворенным существом, разве Бог хотя бы косвенно не несет ответственность за зло? Не Он ли сотворил дьявола?» На первый взгляд может показаться, что это так. Но ответ здесь может быть только один: «Конечно же нет1 Ни в коем случае!» Бог создал Люцифера прекрасным ангелом. А Люцифер сам превратился в дьявола.

Если бы вы увидели жалкого, валяющегося в сточной канаве человека, стали бы вы обвинять его мать в том, что она родила его? Безусловно, нет. Младенцем он был таким же чистым и непорочным, как и другие дети, но, став взрослым, сам себя довел до Того, что сделался отбросом общества.

Нечто подобное произошло и с Люцифером. Сотворенный в совершенной красоте, с характером, подобным характеру Творца, он позволил таинственному разрушительному греху проникнуть в свое сердце. Сначала он и сам этого не понимал. Но со временем Люцифер стал осознанно лелеять в себе этот странный дух, позволив ему разрастись до такой степени, что в конце концов побудил его к открытому восстанию. Он решил сам низложить престол Божий. «Буду подобен Всевышнему!» — вот его богохульное хвастовство.

И Люцифер, в отличие от Бога, мог пользоваться такими методами, как лживые заявления и коварные внушения. Он например, внушил небесным ангелам, что закон и порядок не нужны, и если они избавятся от оков послушания, то обретут настоящую свободу. Он создал в их умах представление о том, что Бог, Которому они поклонялись, Которого они любили на протяжении веков, — был в конечном счете тираном, не способным на самоотречение или любовь к своим подданным. Вот в чем обвинял он Того, в Чьем сердце была сокрыта Голгофа!

Несмотря на всю невероятную чудовищность обвинения, третья часть ангелов поверила ему! Итак, обвинение предъявлено. Естественно, возникла необходимость в тщательном расследовании этого дела.

Иногда американцы сетуют на то, что им приходится вести длительные и нудные расследования по поводу нарушения законности в высших кругах. Но происходящее в Вашингтоне «вынесение мусора из избы» или «публичная стирка грязного белья» приковывают к экранам внимание многих тысяч американцев. Они пристально следят за этими передачами, часами просиживая у телевизоров.

Откуда такой интерес к следствию, к вопросам виновности или невиновности? Видите ли, речь здесь идет о неприкосновенности человека, занимающего высокое положение в обществе, фигуры национального масштаба. С ним нельзя поступить так же, как с тем пьяницей в сточной канаве. Америка хочет знать, что происходит в высших кругах избранного ею правительства.

Так получилось и с Люцифером. Самый высокопоставленный ангел-служитель восстал против Бога, обвинил Его в деспотизме. Следовательно, назрела необходимость тщательно расследовать его обвинения и предоставить возможность доказать истинность или ложность такого обвинения.

Обвинения были выслушаны. Каждый ангел сделал свой выбор. И на небе произошла война. Люцифер был лишен высокого положения и изгнан из своего прекрасного жилища. Но Бог, Которого назвали тираном, повелел, чтобы Его обвинителю было дано время, достаточное для того, чтобы перед всей Вселенной раскрылась истинная сущность его характера и всех притязаний. И Вселенная с удивлением стала наблюдать за тем, как наша земля превратилась в арену борьбы.

Чтобы понять замысел этой величайшей трагедии, глубоко затрагивающей нас, следует учесть три фактора. Во-первых, вся Божья Вселенная живет по законам природы, которые постоянны и непреложны до тех пор, пока Бог сам не решит вмешаться в их действие. Во всей Вселенной мы видим порядок, целесообразность, точность и гармонию. Законам природы подчиняются не только мировое пространство в целом, но и наша планета, каждый ее элемент. Нарушение любого из этих законов привело бы к катастрофе. Повиновение этим законам» означает жизнь!

Второй фактор, о котором необходимо помнить: законы Вселенной даны для нашего блага и сохранения жизни. Нарушение их порождает зло.

Возьмем, к примеру, всем известный светофор. Как бы вы ни спешили скорее добраться до места назначения, вы должны учесть, что красный свет загорается не для того, чтобы препятствовать вашему скорому продвижению вперед, а для вашего же блага.

Допустим, кто-то возразит: «Да что светофоры! Они только ограничивают мою свободу!» Пренебрегая красным светом, такой человек рискует столкнуться с автомобилем, который пересекает этот участок дороги на зеленый свет. Нарушитель правил дорожного движения наносит вред прежде всего себе, но при нарушении закона могут пострадать оба — как виновный, так и невинный.

Подойдем к этому вопросу с другой стороны: вы и я, безусловно, подвержены действию одного и того же закона — закона гравитации. Предположим, что с верхнего этажа небоскреба Эмпайр Стейт Билдинг упал какой-нибудь злой человек. Он погибнет. Но если из этого же этажа упадет порядочный человек, он тоже погибнет! Сила гравитации одинаково действует как на хорошего, так и на плохого человека.

Наконец, третий важный фактор: там, где есть закон, существует возможность его нарушить. Только там, где нет закона, не может быть и его нарушения:

«Потому что, где нет закона, нет и преступления» (Римл. 4: 15). И действительно, если бы не было возможности нарушать закон, не было бы и свободы. Если человека лишить возможности нарушить закон или если он не способен его нарушить, он не свободен.

Поэтому — и это очень важно — Бог создал человека, наделив его правом выбора. Он сотворил человека свободным.

Бог мог бы создать такую Вселенную, где не было бы возможности грешить или бунтовать. Для этого можно было бы воспользоваться разными способами. Например, создать Вселенную вне закона. А это даже в естественном мире означало бы космический хаос — такая Вселенная противоречила бы сама себе. Или Бог мог бы оставить Вселенную необитаемой, исключая таким образом возможность мятежа.

Или Он мог бы сотворить человека подобно звездам — в таком случае человек был бы лишен свободы повиноваться или не повиноваться Его законам. Он мог бы создать человека-робота, механически исполняющего Его волю. Но Бог не пожелал поступить так. Бог создал человека свободным. Для этого Он наделил его разумом и совестью, а также способностью обдумывать свои действия и самому принимать решения. Следовательно, человек свободен в своих действиях! Бог не принуждает никого!

Когда Бог сотворил ангелов, когда Он создал Люцифера, когда Он сотворил человека, Он пошел на риск, который может показаться нам неоправданным. Он пошел сознательно на риск, наделив Своих подданных способностью выбора. При этом всегда существовала вероятность, что кто-нибудь изберет неверный путь. Но этот риск окупается. Потому что только на таких условиях возможно существование Вселенной, где любовь добровольна, где повиновение не инстинкт, а сознательный выбор.

Да, Бог располагал определенными альтернативами. Он мог создать Вселенную без закона и допустить ее самоуничтожение. Он мог оставить Вселенную необитаемой. Он мог создать Свои творения по подобию громадного механизма. А еще Он мог также пойти на риск и подарить Своим творениям свободу выбора. И Бог пошел на риск. Кто-то мог избрать путь греха. И Люцифер выбрал этот путь.

Но почему же Бог не истребил сатану, когда тот совершил первый грех? Думаю, вы понимаете почему. Был только один выход из создавшегося положения. Люциферу должна быть дана возможность идти избранным им путем, пока он не дойдет до рубежа, откуда нет возврата, и пока Вселенная не увидит всех последствий его деятельности. Впечатляющая картина!

Наш мир, как вы видите, стал ареной страшной борьбы, за которой наблюдает вся Вселенная. Наш мир представляет собой планету, на которой все еще продолжается восстание против Бога. Наша планета и есть та потерянная овца из притчи, рассказанной Иисусом.

Но вот в этой трагической драме земли наступает заключительный акт. Великая борьба приближается к финалу. Все мы ощущаем ее в своей жизни. Исход этой драмы зависит только от наших отношений с Господом Иисусом Христом.

Может быть, именно сейчас вы подошли к тому рубежу, когда необходимо сделать выбор, принять решение. Но помните: Любовь проделала долгий путь, чтобы найти вас. Потому что в притче, рассказанной Иисусом, под потерянной овцой Он подразумевал и вас!

«Девяносто девять в загоне лежат, Спокойны, хоть ветер и буря шумят. Проверив овец, пастырь с грустью сказал:

«Не вижу одной! Затерялась средь скал». И пастырь поспешно отправился в путь. Всю ночь он скитался, не мог отдохнуть… Он звал и нашел ее, к стаду принес, Не я ли овца та, — стоит перед нами вопрос…

Е. Торел Сит и Л. Филипп-Нокс

Раздел II. СУДЬБА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА НА ВЕСАХ

БОГ И ГРЕХ НЕПРИМИРИМЫ

ПРООБРАЗЫ ГОЛГОФЫ В ПУСТЫНЕ

РАДИОАКТИВНЫЕ ОСАДКИ

НА ГОЛГОФЕ

Глава 4. БОГ И ГРЕХ НЕПРИМИРИМЫ

Бог и грех непримиримы! Судьба согрешившего человечества колебалась на весах. Место действия — наша планета. Точнее две горы…

Синай — величественная, возвышающаяся над обширной равниной гора с неровными скалами! Выветрившиеся скалы, по которым некогда ступали ноги Моисея, скалы, видевшие Бога!

И другая гора — Голгофа, неподвластная времени Голгофа! Здесь Бог во второй раз посетил человека. Эта гора ощущала прикосновение ног Своего Творца, на ней Его распяли на грубо сколоченном кресте над землей, ближе к небу. Голгофа — ответ Бога на грех человечества! Ответ Бога на вопрос о судьбе человека!

За основу тщательного исследования мы предлагаем взять Синай и Голгофу. Многое из того, что мы выясним, окажется для вас неожиданным, И хотя события, свершившиеся на этих горах, кажутся устаревшими и отдаленными от нас во времени, в них можно найти ключ к разрешению наших самых глубоких и запутанных внутренних проблем!

Дело в том, что головокружительный технический и научный прогресс не сможет заменить нам прежнее, ныне разрушенное основание, на котором строилась вся духовная жизнь. Похваляясь разрешением многих Проблем, мы так и не решили главных проблем человечества — проблемы греха, проблемы горя, страдания, смерти — и не сможем решить их до тех пор, пока в душевном смирении не обратимся к Библии. Только эта Книга и события на горе Синай и Голгофе помогут нам в этом. Когда мы поймем, что произошло на вершинах этих двух гор, мы узнаем, что Бог совершил ради нашей счастливой судьбы.

Судьба… Редкий день проходит без страшных аварий или катастроф — столкновения автомобилей, кораблей или самолетов. Жизнь может угаснуть на суше, на море и в воздухе. «Судьба», — говорим мы. Затем следственные органы проводят расследование обстоятельств аварий. «Судьба» — констатируют они. Может, показаться, что с этим нельзя ничего поделать, разве только провести расследование, выплатить страховку и скорбеть по умершим…

Но Бога нельзя застать врасплох! Даже когда на горизонте праведной Вселенной внезапно возник грех, Бог был готов к предстоящей угрозе. Он выработал определенный план. В этом Божьем плане спасения человека есть два тесно связанных между собой события: Синай и Голгофа. И чтобы понять Синай, необходимо постичь Голгофу, и, наоборот, чтобы постичь Голгофу, необходимо понять Синай.

Давайте вместе взойдем на гору Синай. Совсем недавно я поднимался по тем скалам, где Моисей встречался со своим Богом. И вот, стоя здесь, на выветрившихся уступах вершин, я смотрел вдаль, как всматривался 3500 лет тому назад Моисей в лежавшие перед ним бескрайние пространства.

Передо мной простиралась пустыня, где совершалось символическое служение, где в миниатюре ежедневно раскрывалась драма спасения. Здесь, в этой пустыне стояла скиния, которую некогда построил Израиль по повелению самого Бога. Здесь же был алтарь и жертва всесожжения — агнец.

Но зачем агнец? Кому нужна его смерть? Зачем Бог учредил на месте поклонения этот ужасный и неприятный обряд служения? Вспомните, что именно в святилище священник два раза в день приносил агнца, исповедовал над ним грехи и отнимал у агнца жизнь. «Напрасно,— скажете вы? — Жестокое и напрасное кровопролитие?» Не допустил ли Бог ошибки на Синае, ошибки, которую Он должен был исправить на Голгофе? Нет. Не было никакой ошибки. И во всем совершаемом не было ничего нового или странного.

Давайте снова вернемся к началу всех начал — Священному Писанию. Книга Бытия, некогда отвергавшаяся многими со снисходительной улыбкой, теперь реабилитирована не только археологами, но и специалистами по ядерной физике. Ибо расщепление ядра есть процесс противоположный творению. Сегодня к первой книге Библии — Бытие — мы можем обратиться с еще большим доверием, чем прежде.

В своем первозданном величии человек, названный Адамом, вплоть до грехопадения общался, свободно беседовал со своим Создателем. Затем—трагедия, происшедшая по собственному выбору человека! Едва это совершилось, едва был сделан выбор, как Адам начал понимать значение слов: «Возмездие за грех — смерть». Что прежде всего сделал Господь? Лишил жизни невинное животное, чтобы сделать из его шкуры одежду и прикрыть наготу Адама, который начал осознавать свое состояние.

Я люблю размышлять о том, как Бог, сидя рядом с Адамом, рассказывал ему о жизни и смерти, рассказывал ему, что после грехопадения над ним будет довлеть смертный приговор, но наступит день, когда вместо него умрет Сын Божий. А до пришествия Сына Божьего, в напоминание об этом событии, он должен приносить в жертву невинных агнцев — лишать их жизни. И все это для того, чтобы постоянно напоминать Адаму, что невинный Сын Божий должен умереть, чтобы выполнить требования нарушенного Адамом закона Божьего!

Грех и смерть стали теперь для Адама реальностью. Еще более реальными они стали для него со смертью его сына Авеля от руки Каина. Попробуйте себе представить: впервые умирает любимый родной человек!

Адам не питал никаких иллюзий. В отличие от нас, людей XX века, он не мог оправдывать грех простой человеческой слабостью или ошибочностью суждений. Адам понял то, о чем тысячи лет спустя писал апостол Иоанн: «Грех есть беззаконие» (1 Иоан. 3:4).

Таково Божье определение греха. Именно на Синае Бог дал полный, исчерпывающий ответ, что такое грех.

… По склонам дымящегося Синая Моисей поднялся к Богу и провел с Ним сорок дней, по окончании которых Бог вручил ему каменные скрижали. Начертанные на них десять вечных принципов праведности — мерило нравственности для человечества. Эти принципы апостол Павел назвал «святыми, праведными и добрыми». А апостол Иаков назвал их «законом свободы». Иисус же говорит о них просто «заповеди Мои»,

Будьте очень внимательны, еще и еще раз задумайтесь над библейскими и евангельскими истинами. Поразмышляйте о Синае. Бог сделал на Синае больше, чем просто открыл Свой закон. Хотя закон Божий свят, праведен и добр, но он не спасает, не может спасти. Спасти может только Христос. И Он сделает это—на Голгофе!

… Но тогда Голгофа была еще далеко. И любящий Бог не мог просто даровать Свой закон, не показав прощения зримо, наглядно. Так установился обычай принесения агнца в жертву. Каждый раз, когда раскаявшийся грешник поднимал нож, чтобы отнять жизнь у» невинного агнца, это было прообразом Голгофы. И СОВЕРШАЛ ОН ЭТО У ПОДНОЖИЯ СИНАЯ!

Вы заметили, как эти два факта связаны друг с другом? На Синае был дан закон. Но рядом в долине приносились жертвы — предвозвестники креста!

Закон Божий не может спасти вашей души. Он может только открыть грех. И каким бы добрым ни был закон, он всего лишь зеркало. Так назвал его Иаков (Иак. 1:23—25). Заповеди могут открыть источник нашего несчастья, нечистоту наших сердец и ничтожность наших помыслов, но они не могут очистить и исправить нас. Закон может изменить сердце в такой же мере, как зеркало — ваше лицо. Я не могу сделать чистым свое лицо с помощью зеркала — для этого нужны мыло и вода. А когда лицо умыто, с зеркалом, так сказать, снова можно быть в добрых отношениях. То же зеркало, которое «осуждало» меня, теперь «оправдывает» меня.. Чем же вызвана такая перемена? «Это сделали вода и мыло», — скажете вы и будете правы. Итак, закон подобен зеркалу. Он, как наставник, приводит меня, беспомощного, к ногам Христа — не только за очищением, но за силой и благодатью, в которых я нуждаюсь, с их помощью я могу соблюсти закон.

Там, на Синае, все это было наглядно представлено. Бог дал закон и не требовал послушания, не указав пути, как его исполнить. В символах святилища Он дал прообраз Голгофы. Жертвы, приносимые в пустыне, были лишь тенью великого будущего события, были лишь временным явлением, свидетельствовавшим людям, жившим до первого пришествия Христа, о Его подвиге.

Пройдем же сквозь столетия к другой горе, к холму, стоящему недалеко от Иерусалима. Он назывался по-еврейски «Golgotha» — «лобное место». Мы называли его Голгофой.

Вспомним все по порядку. В Иерусалиме был мятеж. Главные события происходили в крепости Антония, точнее, в судилище, расположенном в этой крепости. На камнях Лифостротона, открытых лет тридцать назад археологами, начертаны замысловатые фигуры, служившие, скорее всего, для игр римским воинам.

С благоговейным страхом стоял я на этих камнях и чувствовал себя недостойным такой доли: ведь это были те самые камни, на которых стоял Христос! Надо мной возвышалась та же самая арка, под сводами которой однажды прозвучали слова Пилата: «Се Человек!» Я попытался мысленно перенестись в те трагические часы. Именно здесь Сын Бога Живого перенес унижение и был объявлен преступником. Трудно назвать все происходившее тогда следствием и судом: это был самый великий за всю историю человечества судебный фарс, самое тяжелое преступление, когда-либо совершенное людьми.

Но там было нечто большее, чем человеческие страдания, большее, чем жестокие насмешки ничтожных людей: на плечи Христа легла неизмеримая тяжесть грехов всего мира, наших с вами грехов.

Чуть дальше, в саду, под оливковыми деревьями, в холодную сырую ночь, за день до этих событий Христос молился: «Отче мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты» (Матф. 26:39). И наступил ужасный момент! Небо с изумлением взирало, как полчища Люцифера — падшие ангелы — с исступленностью обреченных напали на Иисуса. Если бы только Он сейчас согрешил устами Своими! Только бы отказался от борьбы! В эти минуты судьба заблудшего человечества колебалась на весах. «Возмездие за грех — смерть»,— так определил Бог, Должно ли погибнуть все человечество?

Нет! Сын Божий вышел из сада и позволил нечестивым людям пригвоздить Себя ко кресту! Он обмакнул перо в кровавые чернила и простил ваши и мои содеянные грехи, перечеркнув их!

Голгофа стала символом прощения. Даже Бернарду Шоу не хватило духовной проницательности, чтобы полностью постичь весь смысл прощения. «Прощение,—говорил он,—это убежище для трусов. Мы должны платить свои долги сами». Но то, чего не мог понять Шоу, а с ним и тысячи других, знал Бог. Когда Бог решил простить грех и взять его на Себя — разве это говорило о том, что Он смотрел на грех сквозь пальцы? Что это — слабость с Его. стороны? Ничуть! Самым великим делом, свидетелем которого был человек, стала Божья расплата за нарушение закона. Расплата, делающая слабого человека сильным. Но закон Божий по-прежнему остался в силе — его невозможно устранить. Столпы правосудия в любом обществе без закона и порядка рухнули бы. Поэтому легкомысленность, с которой большинство христиан прибивают ко кресту десять заповедей — я говорю об этом с сожалением и совершенно сознательно,— ведет к тому, что смерть Христа превращается в посмешище!

Вас шокируют эти слова? Но вдумайтесь: какая необходимость умирать Христу, если бы можно было устранить закон! В этом неоспоримом факте заключена реабилитация закона и сила креста! Вот что сказано в Писании: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоан. 3:16).

Без Спасителя человек бы погиб. Он бы погиб, «ибо возмездие за грех — смерть». А «грех есть беззаконие». И то, что Христос умер вместо нас — удовлетворяло требованиям закона Божьего. Если бы закон мог быть отменен, а заповеди упразднены, не было бы нужды в Голгофе. Или же она стала бессмысленной трагедией!

Возможно, вам известна эта история. Одна девушка-американка стала принцессой прекрасного европейского княжества. Жители маленького королевства, относящиеся с такой любовью и уважением к короне, с надеждой ожидали рождения первого ребенка принца Рейнера. А затем было народное ликование по поводу рождения второго ребенка. Наконец-то мальчик! Представьте себе то внимание, любовь и заботу, которые выпали на долю этого наследника престола!

Но предположим, что принц Рейнер обнаружил в одной из тюрем своей страны мятежника, преступника, осужденного на смерть. И допустим, что отчаянная мольба заключенного и его раскаяние тронули сердце принца и он задумался о возможности прощения и освобождения преступника.

Однако когда он созвал своих советников, все стало предельно ясным. Налицо—нарушение высочайшего закона страны, наказуемое смертной казнью. Преступник должен был искупить преступление своей смертью, или другое лицо, равное ему по закону, должно было принести себя в жертву. Занять место преступника мог только наследник престола.

Согласится ли на это молодой принц? Пойдут ли на это его родители?

«Какая нелепость, — скажете вы — Такого быть не может!»

Возможно и нет. Но если бы это произошло, то разве свершившееся не подтвердило бы два факта: закон страны остается неизменным и величайшую любовь правителя к своему недостойному подчиненному?

«Это невозможно»,— скажете вы. Но это произошло — на Голгофе! Бог обнаружил изменника в одном из Своих миров. Верховный закон Вселенной гласил, что он должен умереть. Закон, конечно, не мог быть упразднен. Но Сын Божий вызвался спасти человека, занять предназначенное ему место. И Бог явил Свою чудную любовь. Он дал согласие на смерть Своего Сына!

Разве крест не говорит о двух фактах? Разве не доказывает он, что нравственный Божий закон не может быть упразднен? И не свидетельствует ли он о безмерной любви и милости небесного Отца, задумавшего и осуществившего такой план?

Именно это произошло на Голгофе! Нарушение закона десяти заповедей, провозглашенного на Синае, привело к необходимости Голгофы. Нет нужды выбирать между законом, данным на Синае, и благодатью Голгофы. Евангелие соединяет их воедино. Оба говорят об одном: «Возмездие за грех — смерть, а дар Божий — жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем» (Римл. 6:23).

Закон и любовь встречаются у Голгофы!

Глава 5. ПРООБРАЗЫ ГОЛГОФЫ В ПУСТЫНЕ

Прообразы Голгофы! Слова, полные таинственного смысла. Они предвозвестили трагические события — распятие, смерть и воскресение нашего Господа, которые вот уже почти 2000 лет пленяют сердца и умы миллионов людей. Вся история вращается вокруг этих незабываемых событий.

Поэты и музыканты, вдохновленные ими, воспевают это в своих великолепных песнях. Писатели и художники из века в век стремятся воплотить эти события в книгах и на картинах!

Но за столетия до великих страданий на Голгофском холме в древней Палестине Израиль в пустыне ежедневно в миниатюре совершал служение, предвещавшее страдания на Голгофе.

Зачем понадобилась эта прелюдия к Голгофе? Зачем нужен был прообраз креста прежде, чем это случилось в действительности? Для этого должна быть серьезная причина.

Вы никогда не задумывались, что делали люди со своими грехами до того, как Сын Божий отдал Свою жизнь на Голгофе? Каким образом они получали прощение? Сегодня мы можем совершить молитву: «Господи, я согрешил, но Ты умер за меня. Я принимаю эту жертву и полагаюсь на Твое прощение». Все просто и хорошо — в наше время. А как обстояло дело с людьми, которые жили в период до смерти Христа? Существовал ли для них иной план прощения, и спасения, отличный от нашего? Мы обращаем свой взор в прошлое, на крестные страдания, со времен которых прошло 2000 лет. Но у них не было креста. О чем же вспоминали они? Как же они получали прощение? По мере того как раздвигается занавес истории и мы становимся свидетелями совершаемого в пустыне прообразного служения Богу, находим ответы на эти жизненно важные вопросы.

Давным-давно, еще в Эдеме, Бог впервые наглядно представил Голгофу. Был построен алтарь для заклания агнца, символизировавшего Христа. Так в ранние века Бог настойчиво доводил до сознания людей тот спасительный факт, что однажды придет безгрешный Сын Божий, чтобы умереть за грешника. И вот, когда рабы, освобожденные рукой Божьей от египетского гнета, должны были стать народом Божьим, тогда Бог повелел им: «И устроят они Мне святилище, и буду обитать посреди их» (Исх..25:8).

Бог пожелал обитать среди Своего народа. И посему было сделано все возможное, чтобы приготовить соответствующее место обитания. В тринадцати главах Библии описано построение святилища. Книга Левит описывает служение в нем. А книга Нового Завета — послание апостола Павла к Евреям — доводит до сознания современных христиан жизненно важное значение того святого служения..

«И устроят они Мне святилище, и буду обитать посреди их». Другими словами, Бог учредил на земле престол правосудия в Своем временном месте обитания, чтобы можно было разрешать все вопросы, связанные со спасением человечества, пока Иисус не придет исполнить Свою миссию в искуплении человека, Бог взял «частицу неба» и поместил ее на земле, во временном святилище, чтобы там человек мог получать прощение до тех пор, пока Иисус не умрет на Голгофе.

В Слове Божьем сказано, что существует два святилища. Одно — на земле — его строил Моисей, а другое — о нем говорит Новый Завет — на небе. Вот как небесное святилище описано в Послании к Евреям: «Мы имеем такого Первосвященника, который воссел одесную престола величия на небесах и есть священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек» (Евр.,8: 1—2).

Наконец из Послания к евреям (9:9) мы узнаем, что земное святилище «есть образ настоящего времени». Итак, святилища в пустыне было только моделью — «образом» истинного небесного святилища.

Чтобы проиллюстрировать это на примере, представьте, как изучают бухгалтерское дело. Вам дают учебные модели бухгалтерских книг и денег, а вы учитесь выписывать чеки. Тогда вы имели дело с имитацией реальной действительности. Но научившись обращаться с деньгами и вести деловые бумаги с помощью учебных образцов, вы приобрели практические навыки обращения с настоящими деньгами и ведения бизнеса.

Точно так же земное святилище было миниатюрной моделью небесного святилища. Изучив служение в нем, мы начнем понимать служение в небесном святилище, где ваш и мой Первосвященник Господь Иисус Христос, совершает за нас ходатайство. И чем полнее открывается перед нами истина, тем более захватывающей становится перспектива!

Но начнем по порядку. Что такое святилище? Что оно собой представляло? В Посланий к евреям (9:1-5) читаем: «И первый завет имел постановление о Богослужении и святилище земное; ибо устроена была скиния первая, в которой был светильник, и трапеза, и предложение хлебов, и которая называется «святое». За второю же завесою была скиния, называемая «святое святых», имевшая золотую кадильницу и обложенный со всех сторон золотом ковчег завета, где были золотой сосуд с манною, жезл Ааронов расцветший и скрижали завета, а над ним херувимы славы, осеняющие очистилище; о чем не нужно теперь говорить подробно».

Здесь описано самое необычное сооружение, в котором были самые необычные предметы. Чтобы понять, как совершалось в нем служение, давайте мысленно перенесемся в то далекое прошлое, за полторы тысячи лет до рождества Христова. На обширной равнине у подножия величественной горы Синай расположился палаточный городок двенадцати колен Израилевых. В центре лагеря — двор святилища. А в западной части двора устроено временное земное святилище — «маленькая частица неба».

Первое, что открывается взору, когда входишь во двор святилища, — это огромный жертвенник всесожжении. Он был изготовлен из меди. За ним стоял умывальник, где священники, прежде чем приступить к исполнению своих святых обязанностей, совершали омовение.

Сама скиния представляла собой переносное сооружение, состоящее из вертикальных досок, покрытых чистым золотом. Скиния была покрыта разными материалами для защиты от внешних воздействий. Первое отделение, называемое Святое, отделялось от Святого-святых великолепной завесой.

Когда священник входил в первое отделение, по одну сторону от него был стол с хлебами предложения, а по другую — великолепный семисвечник, изготовленный из цельного золота. За светильником располагался жертвенник курений. Бог Сам зажег на нем огонь. Всякий раз, когда священник входил за завесу в Святое-святых и находился в непосредственной близости к Богу, он должен был защищать себя облаком фимиама от ослепительной Божьей славы.

В Святом-святых находился только один предмет — ковчег завета, покрытый со всех сторон золотом, на крышке которого было изображение двух склонившихся золотых херувимов. Лица их были благоговейно обращены к ковчегу — так выражено почтение небесного воинства к Божьему закону. Именно здесь, в ковчеге завета под престолом благодати, помещались десять заповедей, начертанных Божьим перстом на двух каменных скрижалях.