— Каталог, тут должен быть каталог?

— В Германии может и бывают каталоги, а мы сейчас в России, привыкай.

Игорь неспеша пошел вдоль стеллажей, приглядываясь к надписям на ящиках. Первыми из искомого нашлись патроны, Игорь подозвал Валентайна и указал на ящики.

— Здесь патроны к пулемету, чуть дальше должны быть ленты. Займись пока набиванием.

— Чем?

— Заряди ленты.

— Яволь.

Отто с легкостью снял верхний ящик и одной рукой отодрав крышку с недоумением посмотрел на лежащие в нем патронные цинки.

— Как?

Игорь достал из ящика предмет, похожий на большой консервный нож и продемонстрировал, как вскрываются цинки. Отто с интересом наблюдающий за действиями Игоря, осуждающе покачал головой.

— Долго, неэффективно. У нас патроны коробки есть, эээ, пиво, как на банка, — он жестами показал, как у них вскрываются цинки. Игорь пожал плечами.

— Может быть и так, но мы вас все равно разбили в ту войну. — Заметив, как изменился в лице Отто, он примиряюще поднял руки. — Все, забыли, это было давно, окей?

— Окей.

Отто, все еще хмурясь, принялся сноровисто набивать длинные пулеметные ленты, Игорь удовлетворенно кивну, мужик и правда знал свое дело.

Ящики с ПКМами* (прим. автора — Пулемет Калашникова модернизированный) он нашел минут через двадцать поисков. Выбрав один, он развернул два слоя бумаги, насухо вытер консервирующую смазку и собрал-разобрал пулемет, проверяя работу механизмов. Все отлично, машинка работала как часы. Прихватив парочку запасных стволов и сверток с ЗИПом, Игорь вернулся к Валентайну. Тот, успев набить пять двухсотпатронных лент, сидел и что-то напевал на родном языке. Игорь не зная немецкого, сумел лишь оценить мелодию и подумал, что надо будет позже попросить у Отто сделать для него перевод.

— Держи, сумеешь зарядить?

— Ми изучать оружие voraussichtlich враг. Я смогу разобрать его с закрытый глаз.

— Хорошо, тогда пошли, нам нужно подготовить посты.

Склады располагались буквой П, окруженные с трех сторон высоким железобетонным забором, с четвертой плиты были разрушены и именно оттуда, в случае чего, следовало ожидать основных неприятностей. Народу у него было слишком мало, и Игорь решил установить один усиленный пост непосредственно возле пролома восточной стены. Караулку разместили в заброшенном кунге, у самого входа, усиливая тем самым это направление. Дождавшись, пока вереница нагруженных мешками гражданских покинет территорию складов, он разбил шестерку на три пары и лично выставил первую пару — Белкина с Валентайном на пост. Не то что бы он не верил Отто, но не зная его способностей, Игорь автоматически считал немца слабым звеном. И поэтому решил подстраховаться, поставив с ним проверенного и надежного как скала Сергея.

Прапорщик, как и собирался, успел сделать до наступления темноты три ходки, после чего, оставив еще трех человек охранять грузовики, на двух из них направился в новое расположение части. До следующего обеда их можно было не ждать и Игорь, еще раз обойдя окрестности поста, с чистой совестью пошел спать. На душе было легко и уютно, что удивительно, после сделанного сегодня. Он менялся, и изменения эти одновременно и пугали и радовали его, хотя Игорь и не видел причины для радости.

Их сменили через четверо суток, как раз к тому моменту, когда хронический недосып начал валить с ног даже выносливого, как бык Белкина. К исходу вторых суток Игорь, помня о троих бедолагах, оставленных охранять грузовики, отправил к ним человека с продовольствием, благо продовольственный склад был у него под рукой. Но хуже всего изнуряла неизвестность. Сумели ли добраться до нового лагеря два ушедших грузовика? А вдруг нет? Тогда придется охранять эти чертовы склады до тех пор, пока встревоженное командование не найдет еще грузовиков и не отправит по их следам следующую группу. А это могло случится ой, как нескоро.

По нескольку раз в день поблизости пролетало «зубило», всегда по одному и тому же маршруту. К вечеру третьего дня, Игорь, от скуки наблюдавший за штурмовыми аппаратами пришельцев, начал понимать, что и периодичность пролетов также подчиняется определенной схеме. Он продолжил наблюдение и к тому моменту, когда вернулся Прокопчук, уже мог предоставить достаточно четкие графики. У них было около полутора часов времени для того, что бы подогнать грузовики и еще около часа, что бы после пролета патруля отогнать их обратно. Конечно, перед этим требовалось расчистить подъезды, но сам факт, что людям под силу что-то узнать о неведомых, практически неуязвимых пришельцах, уже вселял надежду.

Он сообщил о своих наблюдениях Прокопчуку и тот, пообещав проверить расчеты, отпустил Игоря в часть. Всю обратную дорогу, он и его люди проспали в кузове груженного продуктами грузовика. Теперь, когда их официально отдали под его командование, он мог с полным правом называть их своими людьми. А когда они наконец добрались, Игорь не узнал покинутый пять дней назад лагерь.

Эвакуированная часть расположилась на опушке леса, рядом с когда-то большой, но теперь практически покинутой деревней. Полянское, немного нестандартное для бывших карельских земель название. Из ста с лишним дворов, теперь жилыми оставались меньше десятка, остальные, еще крепкие избы стояли покинутыми и в них разместили женщин и детей. На всех конечно, домов не хватило, поэтому все свободные от прочих обязанностей солдаты в спешном порядке копали землянки.

Места здесь были красивые, обрамленная с трех сторон лесом, четвертой стороной деревня выходила на берег большого озера, в аккурат возле устья впадающей в него маленькой речки. В нескольких километрах от деревни находились песчаные карьеры, благодаря которым собственно они и сумели добраться сюда, после того, как поняли, что не смогут своими силами разобрать чудовищный завал из нескольких разбомбленных поездов. К карьерам то и вела та колея, по которой они свернули от главной ветки. Впрочем, Игорю было не до выкопанных в земле ям.

Первой остро встала проблема продовольствия. Склады на арсенале уже были опустошены фактически полностью, а полторы тысячи глоток каждый день хотели есть. И тут Игорю выпал шанс.

Глава 8

…Крах системы централизованного снабжения показал, сколь сильно цивилизация зависит от своевременного распределения продовольствия и товаров первой необходимости. Как известно, чаще всего голод возникает не по причине отсутствия продовольствия, а от невозможности его своевременной доставки конечному потребителю…

Отрывок из учебника по общей экономической истории. Земля 2713 год.

В тот день он возвращался из очередной поездки в разрушенный город. На сей раз в их задачу входил поиск уцелевших и неразграбленых аптек. В этот день они впервые натолкнулись на банду вооруженных мародеров. К счастью те, заметив группу, в перестрелку вступать не стали и отошли, оставаясь, впрочем, в пределах видимости и намереваясь вернуться и забрать то, что не смогли унести на себе солдаты. Игоря этот факт насторожил, заставив задуматься об уменьшении доступных ресурсов и появлении все большего количества желающих ими завладеть. Пока еще не наблюдалось совсем уж острого дефицита, но в дальнейшем подобная банда скорее всего не уйдет, а любой ценой постарается завладеть едой, медикаментами, да вообще, всем, что может представлять интерес для выживших.

Вот в таком мрачном настроении Игорь стал невольным свидетелем разговора двух заместителей командира.

Майор Карандышев, невысокий, пузатенький живчик с потрясающе лысой головой и огромными, роскошными усами, в буквальном смысле нарезал круги вокруг степенного, неторопливого подполковника Иванова. Шедший чуть сзади Демин видимого участия в разговоре не принимал.

— У нас не хватит еды, что бы прокормить такую ораву!

Иванов развел руками.

— Огороды, мы перекопали и засадили картошкой все огороды в деревне.

— Этого все равно не хватит! Вот увидите, еще до нового года у нас начнется голод!

— И что ты предлагаешь?

— Мы можем реквизировать продовольствие в соседних деревнях, у них наверняка есть определенные излишки!

Иванов покрутил пальцем у виска.

— И в результате нас будут отлавливать поодиночке и топить в этом чертовом озере те же самые окрестные жители.

Игорь остановился, пожевывая по весеннему мягкую травинку. Что-то стало вызревать в его голове, еще не до конца оформившееся, но уже почти…

— Товарищ полковник, разрешите обратиться?

Троица остановилась. с любопытством разглядывая одетого в пропыленный камуфляж солдата. Демин приглядевшись внимательнее улыбнулся.

— А, это тот самый умник, что придумал использовать гражданских. Опять что-то надумал?

— Типа того, товарищ майор. Дело в том, что я учился на историческом и слушая ваш разговор, мне в голову пришла одна интересная мысль.

Иванов отодвинул майора и в упор уставился на Игоря.

— Выкладывай! Понравиться, медаль дадим.

— У нас пять сотен вооруженных мужчин.

— Это мы и без тебя знаем, чем нам это поможет?

Игорь прокашлялся и отбросил покусанную травинку.

— Мы можем заключить с ними договор, продовольствие в обмен на защиту.

Карандышев хрюкнул

— Защиту от кого, солдат? От пришельцев? Нам бы самим, дай бог им на глаза не попасться.

Он засмеялся мелким, дребезжащим смехом, но Иванов и Демин остались серьезны и Игорь пояснил.

— От мародеров. Скоро начнется голод, причем голод страшный и тем, у кого еда останется, потребуется защита. Сами себя они защитить не смогут, у них нет оружия и самое главное выучки, а этого в избытке есть у нас.

Иванов кивнул и вытащил из кармана блокнот.

— Мысль дельная, как тебя зовут, сержант?

— Младший сержант Денисов, товарищ полковник.

— Поправка, старший сержант Денисов. Выше извини, дать не могу. Молодец парень, нам сейчас такие люди нужны, как воздух!

Они двинулись дальше, а Игорь остался стоять, переваривая внезапное повышение по службе. Дослужившись за полтора года до младшего сержанта, он считал, что достиг фактически потолка военной карьеры, его мозги и навыки в мирное время были не востребованы и вот, оказывается, что он может быть полезен. И эта полезность может быть оценена. Воистину, мир полон неожиданностей.

Его догнал наблюдавший это со стороны Сергей.

— Ну что, меняй погоны! Ну, ты прогнулся, до хруста!

— Причем здесь это? Я просто дал дельный совет.

Сергей хлопнул его по плечу.

— Ага, маленький такой советик, товарищ страшный сержант.

— Завидно небось, товарищ недоделанный младший сержант?

Игорь захохотал, довольный мелькнувшим на лице Сергея раздражением. Тот показал Игорю пудовый кулак и развернувшись, пошел в сторону их землянки.

А через три дня, командир приказал построиться солдатам срочной службы. Игорь как раз пришивал свежевыстиранный подворотничок, когда в землянку сунулся вестовой.

— Выходите на построение! Через пять минут, на поляне.

Игорь не спеша подшился, одел куртку и приказав растолкать спящего после наряда Белкина, вышел на улицу. На построении, к его удивлению не было контрактников и практически отсутствовали офицеры. Командир в чистом, выглаженном парадном мундире прохаживался в отдалении. Как он ухитрялся гладить форму в отсутствии электричества не знал никто, но факт был на лицо, на кителе и брюках не наблюдалось ни единой складочки. Игорь окинул взглядом свое отделение и не найдя огрехов, сам встал в строй. Командир подошел ближе, но все еще молчал. Пауза затягивалась.

— Солдаты. Сегодня я хочу предложить вам выбор. У всех у вас есть родные, близкие люди. Я хочу сказать… — Абликов запнулся, подбирая правильные слова. — Нашего государства больше нет, я уверен в этом, нет армии, регулярной армии. В таких условиях я не в праве требовать от вас дальнейшей службы. Вы вольны вернуться домой. Но, дороги опасны, связи нет, а я предлагаю вам выбор, остаться тут, вместе мы сможем выжить и возродить наше государство. Подумайте, вместе, мы сможем выжить. Знайте, я никого не держу, но от тех, кто остался, буду требовать строжайшую дисциплину! Думайте, я не тороплю с ответом. Разойдись!

Игорь отошел в сторонку. Ну вот и дембель… Но почему-то в душе не чувствовалось ожидаемого полета, чувства свободы, радости. Странный такой дембель, когда некуда возвращаться, когда страшишься самого возвращения. Игорь достаточно разбирался в людях, чтобы понять, особого возбуждения новость не вызвала и у остальных. Куда идти? Да, его волновала судьба родных, но… А что если дом разрушен и все погибли? И он, преодолев полтысячи километров, придет на пепелище? Нет! Лучше сохранить надежду! Потом, как-нибудь потом когда все устаканиться. Он найдет способ добраться.

По видимому, так же решило и большинство. Правда, нашлись и те, кто решился идти, многие были призваны непосредственно из Питера, или его окрестностей, они решили уходить почти сразу и все. Но хватало и тех, кому предстояло идти дальше, гораздо дальше. Вологодская область, Архангельская, народ кучковался, оживленно переговариваясь и планируя маршрут. А чуть в сторонке, Игорь аж присвистнул, чуть в сторонке стоял хмурый, с окаменевшим лицом «дух» из первой батареи, парень призванный из самого Владивостока! Этот-то куда?! Через всю страну, пешком! Игорь подошел сбоку и положил солдату на плечо руку.

— Марков, ты сдурел?

Марков, кажется Володя, припомнил Игорь, поднял на него решительный, твердый взгляд только что принявшего тяжелое решение человека.

— Товарищ сержант, здесь мне нечего делать, а там у меня больная мать и невеста.

— Володя, это девять тысяч километров, ты будешь идти несколько лет! Если вообще дойдешь!

Марков поглядел на него насмешливым взглядом, так не вязавшимся с нескладной долговязой фигурой бывшего духа.

— Это не имеет значения, сержант. Я все равно дойду, тут не о чем говорить. Что эти несколько лет, если я обещал вернуться? Меня ждут, я знаю, поэтому я обязан дойти. Надеюсь, мне оставят оружие.

Он отвернулся, давая понять, что продолжать разговор не намерен и неторопливо пошел к своей землянке. Отойдя метров на десять, вдруг обернулся.

— Да, кстати, сержант, это конечно неуместно, но… Если будешь в наших краях. Поселок Знаменское, в десяти километрах от Владивостока, заходи, я буду рад тебя видеть!

Игорь ничего не ответил и Марков, махнув ему рукой, продолжил путь. Сзади, как всегда неслышно подошел Белкин, сияя сонной, но свежевыбритой физиономией.

— Ты чего это такой, словно привидение углядел?

— Парня видел, с которым я сейчас разговаривал?

Белкин ткнул пальцем в удаляющуюся среди деревьев фигуру.

— Этот?

— Да.

— Ну видел, а что?

Игорь прикурил последнюю сигарету.

— Он из Владивостока, решил идти домой.

— Идиот.

— Нет, он просто обещал вернуться. Девять тысяч километров! Ты понимаешь?

Белкин сладко потянулся.

— Понимаю, парень идиот, он все равно не дойдет.

— Неважно, но, я почему-то уверен, что если судьба занесет меня на Дальний восток, то в одном маленьком поселке, на краю света меня будет ждать друг.

Белкин хохотнул.

— Значит и ты идиот.

— Может быть. Ты сам-то как решил? Идешь, или остаешься?

— Естественно остаюсь. Здесь у меня есть шансы выжить, здесь у меня друзья, а в Череповце… — Сергей сплюнул. — А в Череповце у меня отец алкаш, да двухкомнатная квартира, от которой сейчас все равно никакого толку.

— Стой, а как же Татьяна? Она же тебя ждет, ты говорил!