— Ну и когда ты вернешься домой? Ах да, тут для тебя два сообщения. Джо из «Амоко» звонил насчет работы — я надеюсь, ты не собираешься работать на заправочной станции? И какой-то парень по имени Кении звонил два раза.

— Два раза? — Кайя не смогла сдержать улыбку, приподнявшую уголки губ, хотя девушка твердо была намерена сохранять мрачное выражение лица.

— Да. Ты придешь домой на ужин?

— Нет, я поем здесь. Пока, баб, я тебя люблю.

— Мне кажется, твоя мать была бы рада, если бы ты пришла к ужину. Она хочет поговорить с тобой насчет Нью-Йорка.

— Я подумаю. Пока.

Кайя повесила трубку, прежде чем бабушка успела выдать еще одно предложение.

— Теперь можешь подключаться, — сказала она.

Несколько минут спустя Корни что-то пробормотал. Кайя подняла взгляд.

— В твоем плане имеется один маленький просчет.

— Разве все они… нет, скажи, в чем дело?

— Келпи в основном любят топить людей, а потом поедать большую часть их тел — все, кроме внутренностей. Не следует садиться к ним на спину и так далее, они злобные, как дьяволы, и все такое, и вдобавок умеют принимать разные обличья. Ах да, и еще ты можешь приручить келпи, если ухитришься надеть на него уздечку. Крупный шанс, я бы сказал.

— Ого!

— Тебе никогда не приходило в голову — а что, если некоторые из этих сайтов созданы фейри? Интересно, если бы я порылся подольше, может быть, нашел бы их страничку новостей, или чат, или что-нибудь в этом роде.

— Так, значит, если не садиться ему на спину, то это не опасно?

— А? Ну… я не знаю.

— Ну, есть источники, в которых говорится, что они топят людей, если те не садятся на них верхом?

— Нет, но не все они такие исчерпывающие.

— Я все-таки собираюсь попробовать. Я пойду поговорить с ним.

Корни поднял взгляд от клавиатуры.

— Без меня ты не пойдешь.

— Ну ладно, — согласилась Кайя. — Я просто думала, что это может быть опасно.

— Это настоящее, — произнес Корни, понизив голос, — и я не хочу упускать ни одного кусочка. Даже не думай о том, чтобы сбежать.

Кайя вскинула обе руки в знак того, что сдается.

— Я хочу, чтобы ты пошел со мной. Правда.

— Только я не хочу проснуться поутру в каком-нибудь безлюдном месте, со стертой памятью, и чтобы потом мне никто не верил. Понимаешь? — Лицо Корни горело.

— Только тише, а то твоя мама или Дженет тебя услышат и войдут сюда. Я тебя не брошу.

Кайя видела, что он несколько успокоился, и решила: больше не стоит пытаться угадывать, что случится дальше. В конце концов, если уж ты попал на скользкое место, где все вверх тормашками, то неразумно ожидать, что здесь что-то происходит как полагается.

От металла, присутствовавшего повсюду в машине, Кайе стало плохо — она ощущала себя вялой, сонной, ее подташнивало. Должно быть, так воздействует на человека угарный газ, прежде чем убить его. Кайя прижалась щекой к прохладному оконному стеклу. В горле у нее было сухо, в голове стучало. Воздух в машине обжигал ее легкие каждый раз, когда она делала вдох. Ехать предстояло недалеко, и Кайя радовалась этому; едва Корни распахнул перед ней дверцу, она буквально вывалилась наружу.

В свете дня отчетливо виднелись ряды домов по ту сторону леса, и Кайя удивилась, как этот лесок мог показаться ей огромным той ночью, когда она продиралась сквозь него. Ручей, на который они в конце концов набрели, был забит мусором. Корни наклонился и поднял грязную коричневую бутылку, которая, судя по ее виду, явно не предназначалась для пива. В ней, скорее всего, содержался какой-нибудь тоник для роста волос, изготовленный из змеиного яда, или что-нибудь в том же роде.

— Вазелиновое масло, — пояснил Корни. — Тут валяется действительно старое барахло. Держу пари, кое-что из этого можно продать. — Он пнул ботинком еще одну бутылку. — Ну, и как нам вызвать эту тварь?

Кайя подняла с земли бурый лист.

— У тебя есть что-нибудь острое?

Корни залез в задний карман и достал оттуда складной нож, открыв лезвие быстрым движением большого пальца.

— Просто помни, что сказано на том сайте: не садись ему на спину ни за что и никогда.

— Я видела эту страницу. Не нужно мне все время напоминать. Келпи — это злые водные кони, которые топят людей для забавы. Я это поняла.

— Я просто хотел убедиться.

Он подал ей нож. Кайя ткнула острием в подушечку большого пальца. Показалась яркая капля крови, и Кайя размазала ее по листу.

— Теперь что? — спросил Корни, но, несмотря на все старания казаться циничным, он едва дышал, выговаривая эти слова.

Кайя уронила лист в ручей окровавленной стороной вниз, как и в прошлый раз.

— Я Кайя, — сказала она, пытаясь вспомнить слова. — Я не состою ни при каком Дворе, но я прошу твоей помощи. Пожалуйста, услышь меня.

Наступил долгий миг тишины, и Корни перевел дыхание. Кайя видела, что он уже начинает верить, что ничего не произойдет.

Она разрывалась между желанием доказать, будто она знает, что делает, и страхом перед тем, что может случиться.

Мгновение спустя все сомнения исчезли — из воды поднялся черный конь.

То ли потому, что стоял день, то ли из-за того, что зрение Кайи изменилось, но водяное создание теперь выглядело по-другому. Шкура его была не черной, а такого глубокого изумрудного цвета, что казалась черной. Глаза мерцали перламутром, подобно жемчужинам. И все же, когда оно обратило взор на Кайю, девушка заставила себя вспомнить, что нашел Корни на сайте. Мороз пробежал у нее по коже.

Келпи ступил на берег и встряхнул длинной гривой, обдав Кайю и Корни сверкающими каплями затхлой воды. Кайя закрылась рукой, но это мало помогло.

— Чего вы хотите? — спросил конь, и голос его звучал негромко, но низко.

Кайя сделала глубокий вдох.

— Мне нужно знать, как сделать себе ореол и как контролировать мою магию. Ты можешь научить меня?

— Что ты дашь мне, дева-дитя?

— Чего ты хочешь?

— Быть может, вот этот захочет проехаться на моей спине. Я научу тебя, если ты позволишь ему прокатиться со мной.

— Чтобы ты убил его? Ни за что.

— Я интересуюсь смертью, которую никогда не изведаю. Это так похоже на экстаз — то, как они открывают рот, когда тонут, то, как их пальцы впиваются в мою шкуру. Их глаза широко открыты и полны ужаса, и они бьются, словно в порыве страсти.

Кайя в ужасе замотала головой.

— Ты вряд ли вправе винить меня. Такова моя природа с давних пор.

— Я не собираюсь помогать тебе убивать людей.

— Возможно, есть что-то еще, соблазнительное для меня, но я не знаю, что это. Я даю тебе возможность придумать что-нибудь.

Кайя вздохнула.

— Ты знаешь, где меня найти.

С этими словами келпи снова погрузился в воду.

Корни по-прежнему сидел на берегу в оцепенении.

— Эта тварь хотела меня убить.

Кайя кивнула.

— Ты хочешь попытаться найти что-нибудь, что придется ему по вкусу?

Она кивнула снова.

— Да.

— Я не знаю, как к этому отнестись.

— Ты же читал сайт. Ты знал, что так оно и будет.

— Я предполагал. Но видеть… и слышать — совсем другое дело.

— Если хочешь, давай уйдем.

— Нет, черт побери!

— Есть идеи насчет того, что могло бы привлечь этого зверя? Из того, что не ходит на двух ногах?

— Ну-у, — протянул Корни, поразмыслив несколько секунд, — на самом деле есть целая куча народу, которых я не против скормить этой твари.

Кайя засмеялась.

— Нет, правда, — настаивал он.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что я знаю полно людей, которых не против утопить. На самом деле. Думаю, с этого можно начать.

Кайя подняла на него взгляд. Похоже, Корни не был особо обескуражен тем, что только что предложил.

— Ни за что, — отрезала Кайя.

Корни пожал плечами.

— Например, дружок Дженет. Этот смазливый потаскун.

— Кении? — охнула Кайя.

— Ну ладно, не обязательно он. Могу припомнить целый десяток других. Интереснее всего, что все они настолько тупы, что я уверен: их без проблем можно уговорить прийти сюда и прокатиться на лошади. Полагаю, такая глупость должна иметь последствия. Послушай, мы можем устроить небольшую прополку человеческой расы.

— Нет, — ответила Кайя. — Придумай что-нибудь еще, что мы можем дать келпи, кроме людей.

— Овес? — неуверенно предположил Корни. — Большую коробку овсяных хлопьев? Подписку на журнал «Коневодство»? Большой стог сена?

— Мы не собираемся убивать людей, просто примирись с этим, ладно?

Кайе уже стало тошно слушать вздохи Корни.

Она могла держать пари, что имя Ройбена было бы хорошей платой. В конце концов, водяное существо, вероятно, не принадлежало ни к какому Двору, будучи привязано к этому ручью. Да, келпи мог бы посчитать имя Ройбена приемлемой ценой. И этому не помешал бы факт, что оно было известно и Кайе.

Это была бы прекрасная месть за убийство Хряща.

Но потом она представила, что келпи будет приказывать Ройбену приводить людей, которых водяной конь сможет утопить. И рыцарь-фейри должен будет исполнять это.

Что еще можно предложить келпи?

Кайя подумала о куклах, пылящихся в ее комнате, но тут ей представилась картина: маленькая девочка бежит к ручью, увидев в воде куклу… То же самое с любым музыкальным инструментом. Нужно придумать что-то, чем келпи сможет наслаждаться в одиночку. Одежда? Еда?

И тут ей пришло в голову: это может быть спутник, товарищ. Товарищ, который никогда не утонет. Кто-то, к кому можно обращаться, кем можно любоваться. Карусельный конь.

— Ой, Корни! — воскликнула Кайя. — Кажется, я знаю, что это может быть.

Меньше всего на свете Кайе хотелось залезать обратно в машину, но выбора не было, и она скользнула на заднее сиденье, прижав ко рту рубашку, словно ткань могла задержать плавающий в воздухе запах железа.

— Ты знаешь, куда ехать? — спросила она у Корни, сомневаясь, что он разобрал слова, невнятно произнесенные сквозь тряпку.

— Угу.