Члены одного племени знали лично почти всех своих соплеменников, их клановую принадлежность, знали достоинства и недостатки каждого. В такой социальной атмосфере, где ничто не могло утаиться от взгляда соплеменника, формировались шаманско-старейшинские структуры и выдвигался не-наследственный вождь. (Подчеркнуто нами при цитировании в настоящем документе.) Но досягаемость психики каждого средствами массовой информации порождает в обществе иллюзию глобальной деревни, в которой все, вроде как можно увидеть по телевизору, узнать из прессы, а в перспективе получить любую информацию через компьютерную сеть. Но между этой глобальной информационной “деревней” и реальной деревней, в которой жила община с вождем, есть разница: в реальной деревне каждый человек имел непосредственный доступ ко всей информации, а в глобальной информационной “деревне” хозяева и работники инфраструктуры средств массовой информации создают образы природных и общественных явлений, включая и образы вождей. И поставляемые средствами массовой информации образы могут сколь угодно отличаться от тех образов, которые возникли бы у аудитории, если бы она соприкоснулась с реальностью, на основе которой сделаны образы, доступные из средств массовой информации. Контроль истинности этой информации возможен только на основе “мистики”.

Иными словами, если в первобытнообщинные времена все племя создавало себе вождя, то в наши дни племя кинематографистов и журналистов создает вождей для всех других, безответственно манипулируя общественным мнением в бездумном — толпо-”элитарном” обществе. В результате чего “вождями” становятся даже те, кто по своим личностным качествам не смог бы пройти инициацию во взрослость в первобытнообщинные времена. “Вождь”, созданный в глобальной и региональной информационной “деревне” средствами массовой информации не может быть ни чем, кроме как инструментом, для решения каких-то кратковременных (в пределах срока активной жизни одного поколения) задач. С уходом (или устранением) вождя самоуправление общества по концепции национал-вождизма обречено на потерю устойчивости и переход на иную концепцию. Это лишает концепцию национал-вождизма долговременных исторических перспектив в современных условиях, но переход общественного самоуправления на нее, тем не менее, возможен как кратковременный эпизод, если сторонники иных концепций проявят свою недееспособность. Пока же лидеры разных толков национал-вождизма создают структуры и социальную базу из молодежи, кто понимает, что их будущее изначально съедено сов-партноменклатурой и ростовщиками-демократизаторами. Если им не указать иных перспектив, они пойдут за вождем до конца решительно и беспощадно, как то и было в Германии 1930-х годов; и они деятельно, , готовятся к трудностям неведомого им (в этом главное в национал-вождизме современности) похода, предназначенного им хозяевами “вождя” (“вождь” тоже не знает, куда заведет).

Наиболее массовой партией, изображаемой в качестве национал-вождистской в нынешнем партийном изобилии, и воспринимаемой многими именно в этом качестве, является ЛДПР. Но не следует поверхностно воспринимать образ, созданный средствами массовой информации, в качестве истинного, и на этой основе строить свое мнение об ЛДПР. Мы обратим внимание только на два открытых факта. Первый: нынешняя Конституция России существует во многом благодаря тому, что В.В.Жириновский рекомендовал своему электорату на выборах в Думу 1993 г. поддержать эту Конституцию. Второй: С подачи ЛДПР Дума созыва 1993 г. приняла Закон, согласно которому события 7 ноября (25 октября ст. ст.) 1917 г. квалифицируются как незаконный, антинародный государственный переворот. На этом основании все последующие законодательные и государственные акты считаются утратившими силу. И названа дата, накануне которой завершается период незаконности Советской власти: 5 декабря 1936 г. В “Правде” по этому поводу была истерика под заглавием “С топором на историю”. Если же подходить по существу, то Дума созыва 1993 г. Законом, принятым с подачи ЛДПР, объявила троцкизм преступлением против народов СССР. Объявлением же даты 5 декабря 1936 г. Закон создает юридическую предпосылку для перевода государственного управления в России на законодательную базу, отвечающую нормам Конституции СССР 1936 г. И якобы коммунистическая газета “Правда”, якобы скорбящая об утрате социалистических завоеваний народа с распадом СССР, при получении известия о принятом Думой с подачи ЛДПР Законе впадает в истерику… Есть о чем подумать.

Главная же проблема устойчивости национал-вождизма при смене поколений — легитимизация вождя-наследника: при живом “вожде” второй полноценный вождь в социальной системе избыточен, по какой причине претенденты на эту должность уничтожаются, как враги режима; после смерти “вождя” — дееспособного преемника нет, есть только жалкие подражатели, поскольку все потенциальные преемники тщательно выкосили один другого еще при его жизни, а он реально не имел возможности их защитить, иначе кто-то выкосил бы и его самого. Поэтому альтернативой ненаследственному национал-вождизму является концепция династического, наследственного национал-вождизма.»

Из текста статьи Г.Г.Рогозина допустимо сделать предположение, что современное нам государственное республиканское устройство — только переходная фаза к восстановлению монархии, возможно что через промежуточную диктатуру вождизма: националвождизма или космополитвождизма это — другой вопрос (в прошлом космополитвождизм Троцкого был устранен). Такое понимание допускает ранее цитированная фраза: «… нельзя восстановить российскую государственность, не опираясь на российское самосознание», поскольку ныне государственность есть, а восстановить можно либо Советскую власть, либо монархию. Однако Советская власть в её идеале отрицает восхваляемый в статье национал-вождизм, так что контексте статьи “Аналитического центра” единственный претендент на восстановление государственного устройства России — монархия.

Но в том же «Обзоре возможных вариантов развития событий…» далее речь идет и о перспективах исторически известного монархического правления в нынешних общественных условиях:

«С точки зрения теории управления, монарх в общественной системе отношений — профессионал управленец, наивысший в структуре соподчинения управленческих должностей в государственном аппарате, являющемся системой профессионального управления делами общества в целом. Во времена перехода от не-наследственного племенного вождизма к наследственному (династическому) многоплеменному вождизму в формах монархической государственности, в условиях ограниченного производственного потенциала, культурной и технологической, в частности, неизменности мира, наиболее эффективной системой передачи от поколения к поколению профессиональных знаний и навыков было обучение в семье. Один отец учил сына быть пахарем, другой отец учил сына быть государем. И в смысле учительства между ними не было никакой разницы.

Разница была только в общественно необходимом профессионализме, который отождествили с родовым и личностным благородством и достоинством, потому что в культурно и технологически неизменном мире можно было жить всю жизнь на основе единственный раз освоенных в детстве и отрочестве знаний и навыков: они не устаревали. Но в условиях необходимости работать от зари до зари при низкой энерговооруженности производства, в течение жизни одного поколения невозможно было самостоятельно воспроизвести все необходимые знания и навыки, необходимые для того, чтобы войти в иную сферу деятельности так, чтобы превосходство в профессионализме в ней новичка было общепризнанно.

В наши дни, в условиях многократного обновления технологий, чтобы поддерживать свой общественный статус, человек вынужден постоянно воспроизводить свой профессионализм, а для этого необходимо всю жизнь думать и самообучаться; помогать в этом другим. В таких условиях нет никаких внутрисоциальных факторов, которые бы гарантировали свойственность наивысшего профессионализма в области государственного правления выходцу из семьи государя; выходец из семьи пахаря может стать на порядок выше в качестве государственника-управленца, чем любой из потомков предшествующего поколения правящей “элиты”. Это означает, что после изменения соотношения эталонных частот [85] биологического и социального времени в обществе исчезли условия, в которых управленческое превосходство государя наследника над прочими людьми — объективная общественная данность.

Поэтому в наши дни благородство — обязанность каждого «человека: — уточнение при цитировании», а не наследственная привилегия немногих родов.

Но нет никаких и внесоциальных факторов, предопределяющих профессиональное управленческое превосходство рожденных в царской семье, над всеми прочими людьми: общество людей — не множество пчел в улье, где специфическое питание предопределяет будущность матки-царицы, а рядовое — рабочей пчелы.

Отрицать сказанное, кроме всего прочего, означает отрицать и Учение о жизни людей на Земле, данное Свыше через Иисуса Христа: «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так; а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; а кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; так как Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления (или спасения?) многих» — Матфей, 20:25-28.»

Если начинать от обратных связей в честной политике государственного аппарата, то сказанное в декабрьском 1995 г. «Обзоре возможных вариантов развития событий…» должно было закрыть дорогу повторной публикации в мае 1996 г. (по крайней мере к публикации без внесения уточнений и изменений) того, что было опубликовано в августе 1995 г. до ознакомления с “Аналитического центра” с «Обзором…». Тем не менее материал опубликован без изменений, в полном соответствии с порицаемым в той же статье Г.Г.Рогозина способом правления:

«Современная же политическая элита, считая, что она знает “своей” электорат, предпочитает воздействовать на массовое сознание в одностороннем порядке: по схеме “сообщение — убеждение — внушение”, механизм которой определяется уровнем возможностей конкретного политика в организации пропаганды и рекламы своей политической деятельности.»

Это высказывание продолжает фразу, в которой речь шла об общественной необходимости и политической целесообразности «наличия устойчивой “обратной связи”, выражающейся…» в ранее цитированном начале статьи “Аналитического центра”; оно должно занять место в угловых скобках «…» после неё.

Это можно понять, что при искренней благонамеренности “Аналитического центра” Г.Г.Рогозина глубина обратных связей, значение которых для управления в “Аналитическом центре” понимают, тем не менее близка к нулю в силу разных госаппаратных обстоятельств. Либо же — все разговоры об “обратных связях” власти и народа — рекламно-предвыборный балаган, за ширмой которого осуществляется иная концепция, которая исключает народовластие.

Политика обусловлена нравственно, поэтому кому-то желателен толпо-”элитаризм”, а кому-то он противен. Соответственно возможна в той или иной мере, обусловленной коллективным сознательным и бессознательным, каждая из двух видов политики. Поэтому “Аналитический центр” имеет некоторые возможности придерживаться толп-”элитарных”, толпо-вождистских воззрений и содействовать их осуществлению в жизни. Это обстоятельство позволяет рассмотреть вопрос, насколько профессионально (в сравнении с известными аналогами в истории) насаждается некая модификация толпо-”элитарного” общественного устройства в постсоветской России.

В статье “Аналитического центра” Г.Г.Рогозина высказывается следующий тезис: «ЛИДЕР государства в общении со своим народом должен перейти с политического языка на язык национального самосознания. Эффективное управление социальными процессами, массовым поведением и общественным сознанием, должно строиться на основе трех “З”: ЗАКОННОСТЬ, ЗАЩИЩЕННОСТЬ, ЗАНЯТОСТЬ.

Именно эти три “З” определяют главные ценностные ориентации народа:

ЗАКОННОСТЬ, как требование обеспечения безопасности, прав и свобод граждан;

ЗАЩИЩЕННОСТЬ — как социальный гарант обеспечения государственной свободы ОБЩЕНИЯ, благополучия СЕМЬИ, воспитания НРАВСТВЕННОСТИ;

ЗАНЯТОСТЬ — как социальный гарант предоставления гражданам работы.

ЗАКОННОСТЬ, ЗАЩИЩЕННОСТЬ и ЗАНЯТОСТЬ должны стать основными лозунгами НОВОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО КУРСА главы государства — будь то стратегия будущей предвыборной кампании Президента или просто укрепление его настоящей власти.»

В случае единообразного понимания во всех классах многонационального российского общества провозглашаемых законности, защищенности и занятости, конечно, возможно «эффективное управление социальными процессами, массовым поведением и общественным сознанием „…“ на основе трех “З”».

Войдем в обсуждение нынешних реальных трех “З” с “защищенности”. В нашем понимании экономической справедливости в обществе и защищенности, одно из первых прав каждого человека и любого народа в целом — быть свободным от ссудно-процентной ростовщической удавки. Тем не менее нынешняя “законность” России это право, что сводит занятость к фактическому финансовому рабству. Вкладчики не трех “З”, а других трех букв — МММ — позарились на ростовщический доход, не задумываясь о том, у кого и как должны быть изъяты деньги на выплату обещанных им сотен процентов годовых. Когда МММ-шники и прочие “обманутые вкладчики” [86] оказались обобранными, возник вопрос о защищенности этого множества от малого числа более . Для этого платежеспособность в обществе должна быть перераспределена в пользу обанкротившихся и непреклонно преуспевающих финансовых воров: т.е. тому большинству населения, которое не поддержало финансово-воровскую инициативу МММ и прочих гениев финансовых афер, должен быть нанесен сверх того, что им успели нанести в прошлом всевозможные сахаровы, боннеры, а.н.яковлевы и горбачевы, гайдары и чубайсы, положившие начало такой законности, защищенности, занятости — нынешнему бесправию человека под властью проростовщического режима.

Соответственно такому осуществлению защищенности, законности, занятости, утверждение о том, что «ЛИДЕР государства в общении со своим народом должен перейти с политического языка на язык национального самосознания», подразумевает, что воры, ростовщики, паразиты в совокупности образуют некую нацию, обеспечить национальную безопасность которой призвал РАН советник президента по национальной безопасности Ю.М.Батурин. Это приводит к бесхитростному предложению: назовите эту нацию воров и паразитов. Либо же согласитесь, что прав И.В.Сталин: это не нация [87], но нечто иное, а говорить с народом должно на языке классово обусловленных идеалов нравственности.

Поскольку дело происходит в России, то следует ожидать, что столкнувшись в жизни с осуществлением такой проростовщической законности, защищенности, занятости, и “национального” самосознания сторонников и проводников политики этих трех “МММ” и прочих афер на сочетание , исторически более устойчивое в российской культуре, чем “З+З+З”… На этом вся “харизма” и “пассионарность” вождя завершатся и он окажется неспособным «трансформировать [88] на новый виток эволюционного развития».

Жизненная целесообразность породит и осуществит иные законность, защищенность, занятость, которые, однако, предосудительны и Последнее обстоятельство исключает возможность “компромисса” в смысле устойчивого во времени управления Россией на основе попытки одновременного соблюдения двух взаимно исключающих одна другую законностей.

Отсидеться в концептуально неопределённом — не удастся. Следует либо подчиниться хозяевам ростовщичества, либо непреклонно проводить в жизнь иную концепцию: если А.Н.Яковлев, огласив “пастырское воззвание” к российским банкирам, определил позицию хозяев ростовщической законности, то для России это безопаснее рассматривать в качестве их предупреждения (“пастырское воззвание” к банкирам последовало примерно месяц спустя после встречи президентов России и США в Кремле и публикации в газете «Известия» 17 апреля 1996 г. статьи «Россия и геополитика» за подписью председателя одного из подкомитетов Комитета по геополитике Государственной Думы М.Л.Монастырского, попавшей в поле зрения сопровождавших Б.Клинтона аналитиков).

Но даже, если “Аналитическому центру” Г.Г.Рогозина толпо-”элитарное” существование масс в ростовщической удавке предпочтительнее, чем общество свободных людей, обладающих равным человечным достоинством, то для насаждения некой модификации толпо-”элитаризма” всё же следует иметь в помыслах нечто, более работоспособное, чем три “З”.

А.Ревиль в книге «Иисус Назарянин» (СПб, 1909 г.) излагает результаты своего исследования предыстории и истории возникновения христианства. В эпоху египетских Птолемеев носителями иудейского закона были люди Великой Синагоги (Великого Собрания). «Эти последние дали три правила:

— будьте обдуманы в своих суждениях;

— старайтесь иметь много учеников;

— насадите изгородь вокруг Закона.

С того времени начинаются упоминания об ученых, которые были выдающимися руководителями в деле передачи и толкования Закона. Первым из них был Симон Справедливый, последний из представителей Великой Синагоги (около 230 г. до Р.Х.) и его преподавание резюмировалось в следующих правилах: “Мир утверждается на трёх вещах:

— Законе;

— Культе;

— Благотворительности.”»

Это сочетание — Закон, Культ, Благотворительность — свидетельствует о более глубоком понимании древними руководителями Великой Синагоги психологии толпы, чем это выражено в статье “Аналитического центра” Г.Г.Рогозина, поскольку руководители Великой Синагоги не забыли Культ. При осуществлении Культа в толпе, люди лишены толковать Закон и течение событий в их жизни по своему разумению без того, чтобы не войти в конфликт даже не с вождями толпы, а с самой толпой. Сытая толпа в условиях крепко поставленного Культа не то, чтобы не знает, что она творит, она даже и знать того не хочет, предпочитая добронравному деятельному произволу свободной воли и совести — законность, даже выражающую неоспоримое злонравие хозяев толпы.

Но Закон это — только одно из выражений концепции общественной жизни. И в толпо-”элитарной” концепции одна из проблем — снятие внутренних антагонизмов в иерархии толп. Эта проблема также нашла решение при построении библейской культуры:

“Не давай в роcт брату твоему (по контексту единоплеменнику — иудею) ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что возможно отдавать в рост; иноземцу (т.е. не иудею) отдавай в рост, чтобы господь бог твой (т.е. дьявол, если по совести смотреть на существо рекомендаций) благословил тебя во всем, что делается руками твоими на земле, в которую ты идешь, чтобы владеть ею (последнее касается не только древности и не только обетованной древним евреям Палестины, поскольку взято не из отчета о расшифровке единственного свитка истории болезни, найденного на раскопках древней психбольницы, а из современной, массово изданной книги, пропагандируемой всеми Церквями и частью “интеллигенции” в качестве вечной истины, данной якобы Свыше).”— Второзаконие, 23:19, 20. “И будешь господствовать над многими народами, а они над тобой господствовать не будут” — Второзаконие, 28:12. “Тогда сыновья иноземцев (т.е. последующие поколения не-иудеев, чьи предки влезли в заведомо неоплатные долги к племени ростовщиков-единоверцев) будут строить стены твои (так ныне многие семьи арабов-палестинцев в их жизни зависят от возможности поездок на работу в Израиль) и цари их будут служить тебе (“Я — еврей королей” — возражение одного из Ротшильдов на неудачный комплимент в его адрес: “Вы король евреев”); ибо во гневе моем я поражал тебя, но в благоволении моем буду милостлив к тебе. И будут отверзты врата твои, не будут затворяться ни днем, ни ночью, чтобы было приносимо к тебе достояние народов и приводимы были цари их. Ибо народы и царства, которые не захотят служить тебе, погибнут, и такие народы совершенно истребятся” — Исаия, 60:10 — 12. И эта мерзость насаждалась еще до Симона из Великой Синагоги, который вряд ли мог ей не следовать, но тем не менее был назван Справедливым.

Запрет на “внутринациональное” ростовщичество позволил управлять снятием внутренних экономических антагонизмов за счет перераспределения в культово монолитной “общине” ростовщического дохода: это — внутренняя “благотворительность”. Ростовщический доход, превышающий доходы во внешней социальной среде, позволяет не производить, а покупать продукцию и услуги во внешней среде по монопольно высоким ценам, которые делают недоступным многое в жизни тем, кто не принадлежит к ростовщичествующей общине. Освобожденные в ней от необходимости производить материальную продукцию и услуги, имеют свободное время для интеллектуальной деятельности вне сферы производства: в управлении, в науке, искусствах и т.п. Излишек от ростовщических доходов и монопольно производимые услуги “интеллектуального” характера могут быть отданы во внешнюю среду или проданы по бросовым ценам, не подрывающим устойчивости системы (например, через организацию типа “Фонд Сороса”): это — “благотворительность” во внешней среде. Замученный культом (каждую субботу — на “промывание” мозгов и нравственности в синагогу) не задумывается о ростовщическом, но на законных основаниях, вспомоществовании своему благополучию, считает себя законопослушным (по умолчанию: непорочным и добродетельным человеком) и удивляется тому, откуда берется “антисемитизм”, являющийся реакцией на организованное еще в древности ростовщичество. Эта внешне общественная реакция на организованный паразитизм, в историческом прошлом была преимущественно эмоциональной, лишенной организующей общество основы альтернативной ростовщичеству концепции, и потому встречала презрение вне ростовщичествующей общины со стороны прикормленных внешней “благотворительностью” толпы “интеллектуалов” в национальных обществах, которые никогда не задумывались в своем большинстве о такого рода целостности информационной системы Библейской культуры.

В прошлом эта система была способна обеспечить до некоторой степени «эффективное управление социальными процессами, массовым поведением, и общественным сознанием», но не на основе каких-либо трех букв, а на основе Закона ( , и никейского христианства), Культа, и “Благотворительности”, скрывавших и выражавших мерзостную доктрину “Второзакония-Исаии”.

Российские сторонники толпо-”элитаризма” самими принципами построения доктрины финансового рабовладения “Второзакония-Исаии” обречены: либо сгинуть; либо ишачить [89] на её хозяев; либо отказаться от толпо-”элитаризма” и последовать в государственном управлении иной — человечной доктрине. Последнее — в жизненных интересах многих поколений честного добросовестного большинства людей и наиболее целесообразное: в этом выборе и непреклонности в его осуществления — исторически непреходящая суть большевизма.

В Российской истории один из наиболее самоубийственных факторов — ленивый скептицизм, отрицающий любое [90] творчество ссылками на собственные бездумно унаследованные традиции, господствующее мнение вышестоящего начальства и отсутствие за рубежом чего-либо подобного предлагаемому новшеству, дополняемые готовностью укоренить в культуре народов России любую дрянь из-за рубежа, приписав ей несвойственные той благотворность.

Соответственно этой особенности унаследованных российских традиций, не желающим своим умом решать проблему очищения банковского дела от ростовщической мерзости, следует знать, что проблема уже давно обсуждается за рубежом; и даже были предприняты социальные эксперименты на тему работоспособности кредитно-финансовой системы без ссудного процента.

В книге Маргрит Кеннеди «Деньги без процентов и инфляции» (Lilalex Швеция, 1993 г. русское издание) сообщается, что в 1890 г. [91] в библейской цивилизации преуспевающий аргентинский коммерсант Сильвио Гезель «сформулировал идею „естественного экономического порядка“, обеспечивающего обращение денег, при котором деньги становятся государственной услугой, за которую люди отчисляют плату за пользование. Вместо того, чтобы платить проценты тем, у кого больше денег, чем им нужно, люди — для того, чтобы вернуть деньги в оборот, должны были бы платить небольшую сумму за изъятие денег из циркуляции. Эта плата идет на пользу не отдельным индивидам, а всем.»

По существу это — предложение ограниченного налога за пользование кредитно-финансовой системой без свободного, т.е. неограниченного ссудного процента.

В австрийском городе «Вёргле, имевшем тогда население в 3000 человек, идея денежной реформы овладела умами в 1932-1933 гг. Бургомистр города убедил коммерсантов и управленческий персонал в том, что никто ничего не потеряет, а наоборот, много приобретет за счет эксперимента с деньгами в той форме, как это изложено в книге Сильвио Гезеля «Естественный экономический порядок».

Горожане выразили согласие, магистрат выпустил 5000 «свободных шиллингов» (т.е. беспроцентных шиллингов), которые были покрыты такой же суммой обычных австрийских шиллингов в банке. В городе был построен мост, улучшено состояние дорог, увеличились капиталовложения в общественные службы. «…» В течение года 5000 свободных шиллингов были в обращении 463 раза, было произведено товаров и услуг на сумму в 2 300 000 шиллингов (5000 х 463). Обычный шиллинг за это время был в обращении 213 раз.

Именно в это время, когда многие страны Европы вынуждены были бороться с растущей безработицей, уровень безработицы в Вёргле снизился за год на 25 %. «…» Когда более 300 общин в Австрии заинтересовались данной моделью, Национальный банк Австрии усмотрел в этом угрозу своей монополии. Он вмешался в дела магистрата и запретил печатание свободных местных денег. Несмотря на то, что спор длился очень долго и рассматривался даже в высших судебных инстанциях Австрии, ни Вёрглю, ни другим европейским общинам не удалось повторить этот эксперимент.» [92]

Так же полезно знать и понимать особенности кредитно-финансовой системы Японии, весьма отличной от систем стран библейского Запада, чтобы не удивляться кажущейся бессмысленности с западной точки зрения происходящих в ней событий.

В книге Сигието Цуру «Конец японского “экономического чуда”» (“Прогресс”, М., 1981) сообщается следующее. В макроэкономической системе Японии — норма скрытые субсидии и дотации. Одна из форм такого способа регуляции платежеспособности отраслей во многоотраслевом хозяйстве страны — выдача государством лицензии на какой-либо дополнительный вид деятельности фирмам, специализирующимся в убыточной, но общественно или государственно-политически необходимой отрасли, с целью их финансовой подпитки. Так судостроительная промышленность Японии в 1954-55 гг. кроме основной деятельности была занята импортом в страну сахара, что позволило снизить на 20 — 30 % экспортные цены на суда и со временем выйти на первое место в мировом судостроении (с. 110).

В Японии никогда не было свободного, как на Западе, ссудного процента (с. 136). Это означает, что не было и привычного Западу “рынка финансов” (инвестиционных кредитов). В таких условиях спрос на кредиты имеет тенденцию превышать возможности их предложения, не нарушающие ликвидности банков. Соответственно отсутствию саморегуляции “рынка финансов” ставкой ссудного процента, финансовые органы (банки, фонды, государственные органы и т.п.) распределяли финансовые ресурсы по своему усмотрению (как у нас Госплан, Госснаб и т.п.), т.е. по чиновничьему произволу.

Но чтобы чиновничий произвол не обанкротился, все без исключения распределители ресурсов, должны иметь работоспособную систему прогностики и экспертизы поступающих запросов. Если кредитно-финансовая система исключает возможность получения паразитических ростовщических доходов [93], то система прогностики и экспертизы — средство обеспечения длительного существования банка, фонда и т.п.; если же ставка ссудного процента осуществляет регуляцию рынка инвестиционных кредитов, то расходы на экспертизу и прогностику в банке или в фонде — потеря прибыли от неограниченного ростовщичества.

“Экономическое чудо” Японии — победа интеллекта над бездумным, антиинтеллектуальным Западным ростовщическим паразитизмом. Соответственно, если хотите “чуда” в России — подавите и исключите из жизни господство паразитизма, освободив интеллект и добронравие от ростовщического гнета. Социальные крупномасштабные эксперименты за рубежом, проведенные под давлением жизненных обстоятельств и конкуренции региональных цивилизаций, уже доказали эффективность производственно-потребительских систем, освобожденных от ростовщической удавки ссудного процента.

Не зная этого и не задумываясь об интеллектуальных процессах, сопутствующих финансовой деятельности, подходя к оценки японских событий с точки зрения западных финансовых воззрений, «Коммерсант» № 18 от 21 мая 1996 г. недоуменно иронизирует над слиянием Токийского банка и банка «Мицубиси» в банк «Токио-Мицубиси» в статье «Слияние, которое не потрясло мир».

С точки зрения западников «огромные японские банки работают менее эффективно, чем их европейские и американские собратья. „…“ Неэффективность связана с тем, что государственное регулирование ослабило конкуренцию среди банков, и они спокойно разрастались в тепличных условиях. Теперь из-за низкой нормы прибыли им трудно перестроиться: любые траты на повышение качества услуг всей сети грозят вообще съесть прибыль.»

Но о том, что есть некое зеркальное соответствие секторов экономики по обе стороны Тихого океана, в статье ни слова. В США — «эффективные банки» и Конгресс ежегодно обсуждает проблему торгового сальдо с Японией и методы недопущения её качественной и дешевой (в данном контексте свободной от ростовщической накрутки в цене) продукции на американский рынок и проталкивания своей на японский. В Японии — «неэффективные банки», с низкой нормой прибыли и массово производимая качественная продукция всех отраслей, а государственность как-то раз была вынуждена извиняться перед США за произнесенные в Японском парламенте слова о том, что американцы в производстве неумелы [94] и ленивы, и почти ежегодно обеспокоена проблемой роста курса иены, вызывающего сопутствующий рост цен на японскую продукцию в иных валютах при выходе на зарубежный рынок, что нарушает экспортно-импортный баланс, необходимый для страны с несамодостаточной макроэкономикой.

А если бы экономика Японии была самодостаточна и не зависела от экспортно-импортного оборота при всём уже ею достигнутом, то государственность капиталистической Японии вполне могла бы проводить и политику планомерного снижения цен, повышающих уровень благосостояния большинства граждан. Это невозможно при свободном ссудно-процентном кредитовании, уничтожающем свободу частного предпринимательства. Но если нет ростовщической ссудно-процентной удавки на обществе, то нет и экономических различий между Сталинским большевизмом коммунизма и свободным от ростовщичества частным предпринимательством капитализма, как это утверждение и не покоробит многих, считающих себя борцами с тоталитаризмом за демократию, свободу частного предпринимательства, и опасающихся возрождения Сталинизма.

Продолжим прерванное цитирование «Коммерсанта»: «”Мицубиси” и Токийский банк решили использовать эту ситуацию парадоксальным способом. Они как будто пошли дальше по неверному пути: укрупнились еще больше, образовав самый большой не только в Японии, но и в мире банк с активами, превышающими $800 млрд. (у „Санвы“, бывшего лидера, активы на треть меньше).»

За этим высказывается “обвинение” в адрес японских банков: «Следствием гигантизма является универсальность.» Под этим понимается, что банк обслуживает множество физических и юридических лиц, действующих в различных отраслях и в разных регионах, в том числе и за рубежом. Этому стилю деятельности кредитно-финансовой системы выносится порицание: «Дитя системы уничтожит своего родителя. Все остальные банки просто не смогут конкурировать с таким гигантом, и им придется искать для себя какие-то ниши.»

То обстоятельство, что во многоотраслевой производственно-потребительской системе банки несут на себе функцию счетоводства, и по отношению к этой системе их ссудно-процентная конкуренция является паразитизмом на ней, не укладывается в сознание человека, видящего один-два банка, и в упор не желающего видеть целостность и развитие не финансовой, а производственно-потребительской системы, на устойчивой работе которой построена жизнь всего общества и государственности и к которой принадлежат все банки-счетоводы.

И далее о банках Японии «Коммерсант» пишет: «Они не умеют экономить»; «Они не умеют увольнять»; «Они не внушают доверия»; «Им придется перестраиваться». «В общем, не стоит завидовать новому банковскому лидеру: слияние породило массу проблем, которых не было у двух отдельных банков. Никто не берется предсказать, удастся ли с ними разобраться и начать новую жизнь.»

Из этого видно, что рыночнику-западнику — выкормышу ростовщичества — никак не понять, что банковское счетоводство — ничто без системы производства, которую оно всего лишь обслуживает. Статье «Слияние, которое не потрясло мир» сопутствует комментарий «Почему самые большие и богатые в мире банки находятся в Японии?» В ней есть одна ключевая фраза: «А потом банки сделались хозяевами всей японской промышленности.» Это — глупость. Они — не хозяева в западном понимании бизнеса, отождествляющем предпринимательство и ростовщичество. Они часть японской производственно-потребительской системы. Поэтому «на пресс-конференции по поводу слияния банков президент Тасуку Такагаки и председатель совета директоров Цунео Вакаи много говорили о „гармонизации отношений сотрудников“, помощи финансовому сектору Японии — и ни слова о конкретных планах нового банка.»

Если будут сняты антагонизмы в обществе («гармония между сотрудниками» государства-суперконцерна), то будут и благодатные планы, и их осуществление. Если гармонии не будет, то любые благонамеренные декларации на пресс-конференциях и в воззваниях к народу — повиснут в воздухе.

Для России наших дней, конечно желательно, чтобы очищение управления от проявлений изживших себя доктрин, протекало при поддержке государственности. Однако, поддержка уже существующими структурами государственной и финансово-хозяйственной власти разного рода концепций, включая и общественно-экономические программы разного уровня значимости, в принципе необязательна, поскольку бесструктурное самоуправление общества само проложит себе дорогу и породит необходимые ему структуры из “неорганизованной социальной стихии”: это вопрос времени. Но если прежде существовавшие структуры оказывают поддержку некой концепции, появившейся в обществе, то тем самым они ускоряют ее осуществление, даже если государственность тем временем поддерживает изжившие себя общественно-экономические доктрины.

Так и в наши дни проникновение в общественное самоуправление жизнеспособных альтернативных концепций имеет место. «Известия» от 24 мая 1996 г. сообщают: «Ожидается введение новой валюты — энергорубля. Президент крупнейшего РАО „Единая энергетическая система России“ Анатолий Дьяконов заявил, что в правительстве решается вопрос о введении новой расчетной единицы под условным названием энергорубль, который будет иметь хождение при расчетах в топливно-энергетическом комплексе. По мнению А.Дьякова „…“ эта мера снимет проблему многоступенчатых неплатежей [95], которая губительно сказывается на бюджете. «…»

Если у Правительства хватит ума и непреклонности сделать этот внутриотраслевой “энергорубль” государственным рублем — единственной законной денежной единицей внутри России, — то встанет вполне разумный вопрос: Какое основание, кроме традиции ростовщического паразитизма, имеет банковская система осуществлять энергетически необоснованную эмиссию средств платежа, взимая ссудный процент по кредиту? — ведь сама она не производит ни единого киловатта энергии или тонны первичного энергоносителя. И не пора ли законодательно привести в соответствие: первое — объем средств платежа в обороте, на котором основано всё счетоводство в макро— и микроэкономике; и второе — энергопотенциал общества, на котором основано всё производство в народном хозяйстве и быт домашних хозяйств?

Как известно из школьного курса физики, полезный результат, получаемый в любом процессе, количественно определяется по формуле:

“Результат” = КПД * “Количество энергии (материи [96] ), введенной в процесс”

Судный процент в кредитно-финансовой системе — финансовая попытка присвоить себе весь энергопотенциал общества и весь полезный результат производственной деятельности на его основе малочисленной группкой ростовщических кланов, которые за последние несколько тысяч лет сами не произвели ничего, кроме заведомо неоплатных долгов созидателей перед ними — паразитами. Общество, которое поддерживает в своей кредитно-финансовой системе ростовщический паразитизм, — общество глупцов, молчаливо подразумевающих, что закон сохранения энергии, выражающийся в приведенной формуле про “КПД” (коэффициент полезного действия), не распространяется на всю многоотраслевую производственно-потребительскую систему человечества, основанную на потреблении и преобразовании энергии в технологических процессах.

Если Государственная власть не считает себя собранием паразитов и неучей, глупейших из людей, то согласившись со сказанным, ей следует предпринять целенаправленные действия для того, чтобы закон сохранения энергии в общественном производстве был выражен и в Конституции России так:

Кредитно-финансовая система России строится на принципе рубля и копейки, обеспечиваемом: 1) опережающим ростом энергопотенциала России по отношению к денежной массе, находящейся в обращении, 2) кредитованием на беспроцентной основе, а также 3) ограничением доходов и накоплений в семьях, уровнем заведомо достаточным для жизни, но не позволяющим паразитировать на чужом труде.

Естественно, что и остальное законодательство должно быть приведено в соответствие Конституции, а внутренняя и внешняя политика, должна протекать в соответствии с Конституцией и Законодательством, выражающими Концепцию общественной безопасности, содержание которой должно быть общеизвестно.

Соответственно сказанному ранее в настоящем документе, а также в материалах Концепции общественной безопасности (“Краткий курс…” и другие известные государственному аппарату материалы), ускорение перехода от концепции существования населения в ростовщической удавке в качестве придатка к производственному комплексу, к Концепции жизни в стране и в любом её регионе в биосферно допустимой хозяйственной деятельности, целесообразно взаимодействие на общей концептуальной основе под руководством общего директората трех фирм, условно названных далее:

1) “Энергия” — производство и продажа энергоносителей и электроэнергии;

2) “Инвестиционный фонд” (банк) — счетоводство и банковское обслуживание структур-потребителей энергии — предприятий и домашних хозяйств;

3) “Стандарт” — держатель системы стандартизации, метрологии, сертификации и ключей юридических и аналитических ко всей информации, необходимой для устойчивого управления в соответствии с избранной концепцией.

РАО «Единая энергетическая система России» уже сказало свое слово, в полном согласии с вышеизложенным. И это, косвенно подтверждает сказанное в обращении предпринимателей: если нынешние политики России окажутся недееспособными и принципиально бескомпромиссными сторонниками ростовщической удавки на шее россиян (в том числе и будущих поколений), то в стране действительно есть люди, которые «обладают необходимыми ресурсами и волей для воздействия и на слишком беспринципных, и на слишком бескомпромиссных политиков.»

28 мая — 4 июня 1996 г.

Возможности и алгоритмы развертывания финансово-промышленной группы «…»

Поскольку принято решение о создании финансово-промышленной группы (ФПГ), следует признать, что её становление может протекать исключительно, как продолжительный процесс, в ходе которого предстоит решить множество разнохарактерных задач по организации её устойчивого функционирования как целостности, включающей в себя значительное количество юридических лиц в разных отраслях производства и в иных видах деятельности. Настоящий документ посвящен освещению наиболее важных и преемственной последовательности возможного их разрешения.

В условиях рыночной саморегуляции производства и потребленияв обществе существование, как хозяйственной целостности финансово-промышленной группы, объединяющей на добровольной основе множество юридических лиц, занятых разными видами деятельности, предполагает, что директораты всех входящих в неё структур, придерживаются одинаковых воззрений на причинно-следственные обусловленности в макроэкономике в целом и в кредитно-финансовой системе, в частности. При этом если их воззрения сообразны реально протекающим общественно-экономическим процессам, и они способны к определенной, общественно целесообразной концептуальной дисциплине в профессиональной деятельности каждого, то на основе одной и той же входящей информации они будут вырабатывать статистически близкие управленческие решения своего уровня управленческой ответственности. Это и обеспечит единство финансово-промышленной группы, как хозяйственной целостности в статистическом смысле (т.е. устойчивой статистики деловых связей между партнерами), т.е. без прямого административного диктата, как это было в разнородных производственных объединениях советского периода.

Реально, современная экономическая наука не отвечает такого рода потребностям формирования квалифицированных специалистов для управления предприятиями в составе финансово-промышленной группы и управления ФПГ в целом. Несостоятельность науки нашла свое выражение в том, что множество обещаний реформаторов улучшить экономическое положение простого человека — в течение последних лет не подтверждены жизненной практикой; а крупнейшая в мире финансово-промышленная группа (народное хозяйство СССР), существовавшая де-факто к началу реформ, развалилась в их ходе с падением производства в несколько раз.

Такая оценка экономической и социологической науки исходит из воззрения, что рекомендации политикам и директорскому корпусу, даваемые квалифицированными экономистами и социологами должны приводить к тем последствиям, которые они обещают, а не к обратным [97]: помнится Е.Т.Гайдар и команда подобных ему обещали трудности на год — два, за которыми последует уверенный рост и экономическое “чудо” ко благу большинства населения страны, освобожденного от неумного партноменклатурного диктата.

В этих условиях платить деньги существующим вузам и университетам за подготовку кадров — заведомо убыточная растрата финансовых средств: в области экономики и финансов им по существу нечему учить, хотя они и знают много интересных фактов; возможно только использование их площадей и привлечение некоторых их преподавателей для чтения узко специальных курсов (линейная алгебра, теория вероятностей и математическая статистика) в составе собственной программы подготовки специалистов.

Это реальное и печальное банкротство отечественной и зарубежной финансово-экономической науки приводит к необходимости: ФПГ должна готовить их самостоятельно.

Как следствие банкротства легитимной экономической науки и специального образования, этому сопутствует второе печальное обстоятельство: нет и готового штата альтернативных кандидатов в преподаватели, которых можно было бы нанять для работы такого рода в .

То есть первичный штат преподавателей для подготовки и переподготовки управленческих кадров для работы у себя — ФПГ также должна подготовить самостоятельно.

Альтернативная воззрениям легитимной науки информационная база для специалистов — будущих преподавателей и управленцев — существует в виде текстовых файлов и машинописных текстов, в которых общественно-экономические процессы описаны с точки зрения . Последнее обстоятельство и отличает альтернативную информационную базу от воззрений разных школ социологии и экономики легитимной науки, господствующей в системе высшего и среднего специального образования, которая по настоящее время избегает рассмотрения общественно-экономических процессов с привлечением понятийно определенного терминологического аппарата теории управления, по какой причине не видит или не может описать и понять многих весьма прозрачных явлений в жизни общества, включая его экономику и финансы.

Общий объем текстов составляет:

— около 600 машинописных страниц не публиковавшихся рабочих материалов историко-социологического анализа;

— сборник “Мёртвая вода”, объемом несколько более 30 печатных листов, вышедший в 1992 г. тиражом 10 000 экз. и ставший уже легендарной библиографической редкостью в околополитических кругах;

— текстовые и графические файлы в формате “Word for Windows 6.0”:

— “Концептуальные основы самоуправления России” (содержит краткое изложением теории подобия макроэкономических систем и основы метрологии по отношению к макроэкономическим и финансовым системам, ранее опубликованное двумя изданиями общим тиражом до 15 000 экз., уже разошедшимися) — 790 килобайт;

— Рабочие материалы к экономическому разделу второй редакции “Мёртвой воды”, содержащие: подробное изложение теории подобия макроэкономических систем; вопросы метрологии по отношению к макроэкономическим и финансовым системам, лежащие в основе сопоставления финансово-экономической информации, относящейся к разным моментам времени и разным экономическим системам; вопросы использования математического аппарата при выработке и оптимизации управленческих решений макро— и микроэкономического уровня значимости — 1600 килобайт (могут быть подготовлены для публикации в качестве книги и/или распечатки на принтере для внутреннего пользования в течение 2 — 3 месяцев, в зависимости от общего фона текущих событий и прочих работ);

— Рабочие материалы по вопросам, непосредственно не относящимся к экономике и финансам, но довлеющим над жизнью общества и разрешением или усугублением его проблем — 1500 килобайт;