2.4. США и исламский мир в глобальной политической сценаристике «мировой закулисы»

То, что события 11 сентября 2001 г. и вызванные ими последующие события имели место, во многом результат того, что президентом США стал Дж.Буш младший. Республиканцы в том виде, как они исторически сложились, сродни российским библейски “православным” патриотам: для республиканцев предназначение США — быть единственным мировым лидером и образцом для подражания всем другим народам; для характеристики воззрений российских библейски “православных” наилучшим образом подходят слова старой строевой песни времён ещё крепостного права: «Наша матушка, Рассея, — всему свету голова…»

Демократы же по своему мировоззрению более космополитичны, и потому по своему мировоззрению они более податливы к проведению через них политики ныне активной «мировой закулисы» [95], которая направлена со второй половины XIX века на решение проблемы, известной как «общий кризис капитализма» [96].

И судя по событиям прошлого года, ныне активная «мировая закулиса» была заинтересована в том, чтобы на президентских выборах 2000 г. победил демократ А.Гор в тандеме с ортодоксальным иудеем. Так, в частности, сопоставление освещения расследования причин гибели АПЛ “Курск” с ходом президентских выборов в США и судебными разбирательствами по вопросу о победе в них А.Гора либо Дж.Буша, говорит о том, что освещение трагедии в Баренцевом море проходило таким образом, чтобы не подорвать авторитет демократов [97], и без того пошатнувшийся в результате «овального секса» [98] Б.Клинтона и М.Левински. Но американский истеблишмент был настойчив в достижении победы Дж.Буша в тандеме с Р.Чейни.

В чём-то Буш, скорее всего сам того не ведая, пошёл наперекор глобальной политической линии «мировой закулисы» (в чём именно — полезно выявить). Поэтому теракты 11 сентября 2001 г. в свете всей их иносказательной символичности — демонстрация Бушу того, что: реальный хозяин глобальной политики — вовсе не администрация США; что США сами являются объектом глобальной политики, которой они должны подчиняться так же, как и все прочие государства. После 11 сентября Дж.Бушу и его администрации на что-то намекнули, что-то объяснили, что-то они поняли сами, в результате чего политика США, надо полагать, будет более соответствовать глобальной сценаристике ныне активной «мировой закулисы» в разрешении ею выявленных и неоспоримых проблем, две наиболее значимых из которых следующие:

ПЕРВАЯ ПРОБЛЕМА: обуздание и ограничение гонки безудержного потребления, что невозможно без того, чтобы:

O либо не опустить США на уровень региональной державы в случае сохранения в них буржуазной демократии и капитализма;

O либо сохраняя США в качестве единственной сверхдержавы, не учредить в них «гражданский» [99] фашистский режим, который силой обуздает гонку безудержного потребления и разгул вседозволенности индивидуализма в них самих (именуемого «свободой личности»), после чего также с позиций силы покажет и продиктует нормы более или менее благоустроенной жизни всему остальному миру.

Оба варианта развития событий уже протекают и могут далее ещё некоторое время протекать во взаимной вложенности, и по отношению к ним события 11 сентября являются американскими и «Порт-Артуром» (а не Пирл-Харбором), и «поджогом Рейхстага» одновременно.

Однако вариант фашизации США при сохранении их в ранге сверхдержавы требует качественного и быстрого (по историческим меркам) обновления технико-технологической базы макро— и микро— энергетики, производящей электроэнергию, как наиболее удобный для транспортировки и потребления вид энергии. Без этого перевода производства электроэнергии на качественно иную технологическую базу, что позволяет накормить миллиарды и обустроить их жизнь, разрешив и проблему экологического кризиса [100], вариант фашизации США в ранге сверхдержавы в глобальной долговременной исторической перспективе способен создать только новые проблемы, усугубляя глобальный общественный кризис, нежели их как-то разрешить.

В публичном общественном сознании вопрос о новых технологиях стационарной и транспортной макро— и микро— электроэнергетике сегодня даже не встаёт, хотя технологически состоятельный ответ на него может быть уже существует не одно десятилетие и представляет собой «козырную карту», придерживаемую «мировой закулисой» до времени «в рукаве». И такая возможность — не беспочвенные фантазии. Как известно, на протяжении второй половины XIX — всего ХХ веков физика культивировала мнения о невозможности технических устройств, нарушающих первое, второе и третье начала термодинамики. Этот культ поддерживался всей научной и образовательной иерархией вопреки тому, что ещё Дж.Максвеллом (в 1867 г.) и К.Циолковским (в 1897 и в 1914 гг.) было показано, что второе начало термодинамики не является общевселенским принципом организации потоков материи и энергии. Т.е. его можно обойти, что означает: вечный двигатель второго рода некоторым образом технически возможен [101]. Кроме того, на протяжении всего этого времени проскальзывали сообщения о создании единичных экзотических энергоустановок (с КПД более 100 %, на “нетрадиционных” источниках энергии и т.п.), которые отвергались как физически невозможные господствующей научно-мировоззренческой традицией, после чего работы в этих направлениях организованно сворачивались, а достигнутые результаты изымались из научного обращения.

Иными словами, на глобальном уровне на протяжении всего ХХ века был наложен запрет на альтернативную физику и на альтернативные циклу Карно (разогрев рабочего тела — охлаждение рабочего тела в процессе совершения работы) технологии энергетики. Если этот запрет будет снят ныне действующей «мировой закулисой» с последующей передачей США монопольного приоритета на развертывание новых технологий в электроэнергетике, вследствие чего США будут по-прежнему пребывать в ранге единственной сверхдержавы, а в них будет «гражданский» фашистский режим, то открываются следующие глобальные перспективы:

O нефтяной и газовый рынки рухнут с обрушением экономики и финансовых систем целых регионов планеты. Это касается прежде всего арабских стран, чьё благополучие основано не на собственном научно-техническом и культурном в целом прогрессе, а на получаемых ими нефтедолларах. Это же касается и России, переживающей затяжной кризис концептуальной неопределённости после 1953 г., выражающийся в низком качестве общественного самоуправления, в том числе и в области разработки и внедрения достижений науки и техники в повседневную производственно-технологическую и бытовую практику.

O обладая статусом единственной сверхдержавы и качественно иной энергетической мощью (возможно на порядки превосходящей их нынешний уровень) достигнутой в исторически короткие сроки на основе альтернативных энергетических технологий, США смогли бы с позиций силы продиктовать остальному миру, во-первых, принципы организации по образцу США общественной жизни, приемлемые для «мировой закулисы», и, во-вторых, способы разрешения проблемы экологического кризиса, который они же пока и усугубляют энергетикой на основе реакций распада техногенных энергоносителей в цикле С.Карно.

Однако вариант сохранения США в ранге сверхдержавы на основе обновления технологической базы электроэнергетики при гражданско-фашистском режиме, распространяющемся из них в другие страны, — всё же тупиковый. И хотя при таком сценарии численность населения во всех регионах Земли может поддерживаться в биосферно допустимых пределах, а спустя какое-то время по установлении режима: все в нём рождённые будут сыты; получат то образование, которое могут освоить; займут положение в личностной иерархии общества соответственно своему профессиональному статусу (что ныне является пределом мечтаний многих людей в разных странах мира), но тем не менее реализация этого сценария не разрешит многих других проблем устройства общественной жизни. Не разрешит потому, что такой технико-технологический подход, атеистичный по своей сути, противоречит особенностям генетики вида Человек разумный, отличающим человека от остальных биологических видов в биосфере Земли [102]. Такое общество рухнет в результате ухудшения того жизненного фактора, который можно в традициях ведической культуры назвать «кармической генетикой» [103].

Благоденствие на основе принуждения к добродетельности режимом «гражданского» фашизма достижимо как краткосрочное состояние, но бескризисно развивающееся устойчивое общество праведного общежития не может быть составлено из запуганных возможными репрессиями негодяев, из вырожденцев с дефективной генетикой и человекообразных праведников-автоматов, запрограммированных культурой.

Такого рода благоденствие было построено в СССР в формах социализма, и это общество рухнуло. В этом же одна из причин многовекового кризиса исторически реальной мусульманской культуры (в нём роль гражданско-фашистского режима принял на себя шариат, подменивший диалог свободного человека с Богом по жизни). США, ещё не построив такого общества, уже имеют проблемы с «кармической генетикой» населения, напрасно [104] пытаясь решить их средствами фармакологии и генной инженерии. Поэтому для США переход к «гражданскому» фашизму стал бы только изменением формы общественно-культурного кризиса Я-центризма, который обнажился перед всеми 11 сентября 2001 г. в формах буржуазной демократии индивидуалистов.

ВТОРАЯ ПРОБЛЕМА: сломить искусственно возбуждаемый на протяжении последних нескольких десятилетий дух «исламского фундаментализма», который весьма далёк от ислама самого Мухаммада. Сломить дух «исламского фундаментализма» необходимо сегодня «мировой закулисе» для того, чтобы опустить Коран с уровня письменной основы культуры мусульманской региональной цивилизации до уровня анахронизма в культуре, не представляющего значимости ни для кого, кроме малочисленных чудаков-одиночек и сектантских группок, пронизанных стукачами спецслужб, которые по причине своей малочисленности и осведомлённости о них государства не представляют опасности для устоев социальной системы [105], предполагаемой к возведению на месте ныне пока ещё шариатского общества. Период духовного надлома и разочарования, к которому ведёт дело в странах ислама «мировая закулиса», создаёт предрасположенности к тому, чтобы своевременно внедрить в ныне мусульманские общества «общечеловеческие ценности», более соответствующие и без того господствующему в них Я-центризму и крохоборству (возможно, что «общечеловеческие ценности» будут предложены в новой редакции, более отвечающей целям «мировой закулисы», нежели современная западная их версия«, предложенная СССР в годы перестройки»).

Таковы некоторые цели глобальной политики ныне действующей «мировой закулисы».

2.5. Дела внутрироссийские

В этом русле, ведущем к отказу от Корана и от ислама народов, его исповедующих традиционно, лежат и нынешние потуги татарских фундаменталистов к отказу от кириллицы и переходу на латынь.

Казалось бы кириллица — письменность русских, неверных, гяуров, и потому отказ от неё с точки зрения приверженцев ислама якобы оправдан. Но грамматическая структура арабского языка и арабской письменности таковы, что наилучшее выражение смысла арабской речи на письме (в том числе и в Коране) достигается именно в арабской письменности. Поэтому переход на латынь народов, исповедующих исторически реальный ислам, — шаг не к истинно исламскому обществу, а шаг к гражданскому обществу по образцу Запада: Турция — гражданское общество западного типа, к чему она пришла вследствие реформ Кемал-паши Ата-Тюрка, среди которых был и переход от арабской письменности к письменности на основе латиницы.

И некоторым политически активизировавшимся татарам собственную озлобленность на жизнь в нынешней Российской Федерации, которая сложилась во всех её особенностях не без их многовекового участия, не надо отождествлять с их якобы непреклонной верностью исламу [106].

Переход к истинно праведному обществу при помощи Коранической культуры для них возможен только на основе становления дву— и более— языкой культуры, в которой арабский язык — язык Корана — если не всем, то большинству считающих себя образованными и верующими Богу людьми, столь же понятен, как и их родной язык.

А кириллица — письменность единения всех народов России, которая открывает каждому доступ к тому, чего нет в исторически сложившихся национальных культурах, включая и культуры, развивавшиеся длительное время на основе арабской письменности. Поэтому кириллица и арабская письменность в культуре России не помеха одна другой, а взаимно дополняющие друг друга ключи к будущему благоденствию всех.

Однако это — не тот путь, по которому идут «исламские фундаменталисты» Татарстана и других традиционно мусульманских народов бывшего СССР: поклонение молитвенному коврику и дух ислама в жизни всех и каждого — разные религиозные и общественные явления.

2.6. О «здоровье» «мировой закулисы»

Если же говорить о состоянии самой ныне действующей «мировой закулисы», то с момента начала библейского проекта порабощения всех на основе иудейской монополии на ростовщичество, она уже не предиктор-корректор, т.е. не способна осуществлять управление по полной функции.

«Полная функция управления» — термин достаточно общей теории управления [107], употребляемый по отношению к определённому (во всех случаях) объекту, в том числе и по отношению к человечеству и глобальной цивилизации.

Полная функция управления — это своего рода многовариантная матрица-сценарий объективно возможного управления (иначе говоря — пустая и прозрачная форма, наполняемая содержанием в процессе управления). Она включает в себя преемственные этапы циркуляции и преобразования информации в процессе управления:

1. Выявление и опознавание фактора среды, с которым сталкивается субъект-управленец.

2. Формирование навыков распознавания фактора на будущее.

3. Формирование вектора целей [108] управления в отношении данного фактора и внесение этого вектора целей в общий вектор целей своего поведения (самоуправления).

4. Формирование концепции управления на основе решения задачи об устойчивости объекта управления в смысле предсказуемости поведения объекта в среде (предсказуемости в той мере, какой требует управление с заданным уровнем качества).

5. Организация целенаправленной управляющей структуры, несущей концепцию управления.

1. Контроль (наблюдение) за деятельностью структуры в процессе управления, осуществляемого ею.

2. Ликвидация структуры в случае ненадобности или поддержание её в работоспособном состоянии до следующего использования.

Пункты 1 и 7, как определяющие начало и завершение процесса управления (этапов в процессе), всегда неизбежно присутствуют, а промежуточные между ними пункты можно так или иначе объединить или разбить ещё более детально. Осуществление полной функции управления всегда предполагает инициативу и творчество людей в выявлении и разрешении разнородных проблем, как непосредственно относящихся к их должностным обязанностям, так и выходящих за их круг, что требует, чтобы разум не был скован каким-либо догматизмом и не находился в плену какой-либо предубеждённости.

Неспособность ныне действующей «мировой закулисы» к управлению глобальной политикой по полной функции обусловлена главным образом двумя обстоятельствами:

· внешним — её участники не властны над Различением как способностью к выборке информации из потока событий, поскольку Различение как способность выделить информацию из фона или шума даётся непосредственно каждому Богом по его нравственности (Коран, 8:29) и даётся целесообразно по отношению к осуществлению Высшего Промысла [109];

· свойственным ей самой — нравственно обусловленным стремлением «мировой закулисы» господствовать над человечеством и Землёй помимо Бога.

Вследствие этого, породив библейскую доктрину порабощения всех на основе иудейской монополии на надгосударственное международное ростовщичество и настырно проводя её в жизнь, она стала концептуально бесплодна [110]. Так утратив способность к жизнеречению, но сохранив многие знания, она перестала быть глобальным жречеством: это — знахари. Однако это знахарство верно толпо-“элитаризму”, но не исключительно в формах библейской культуры, а в любом форме, которую может принять общество. В этом смысле оно — надбиблейское знахарство. И оно не дорожит библейской культурой, подобно тому, как ею дорожит высший раввинат, который, будучи вершиной знахарства, находится под концептуальной властью Библии. То есть, если высший раввинат — зомби, с психикой, запрограммированной Библией, то надбиблейское знахарство, ныне активная «мировая закулиса» — зомби, чья свобода ограничена неподвластностью им Различения.

При этом она по существу — вершина программно-адаптивного модуля [111] библейского проекта, что означает: предикция (предуказание пути развития) ею может быть осуществлена только в форме разработки и организационной поддержки осуществления сценария глобальной политики, направленной на придание толпо-“элитаризму” новых форм, которым общество не противится. Именно вследствие такого рода организационной поддержки со стороны ныне действующей «мировой закулисы» традиционная культура Запада (включая и библейскую ветвь масонства) испытывает давление со стороны саентологической церкви. А в перспективе (в случае, если саентологический проект не привьётся), традиционные культуры как Запада, так и «постисламофундаменталистского» мира, немусульманского Востока столкнутся с ещё более изощрённой политикой властвования, осуществляемой школой онтопсихологии (одна из её легальных структур — Международная академия информатизации), если не пойдёт по пути развития антитолпо-“элитарной” — человечной альтернативы.

Одно из выражений концептуального бесплодия активной «мировой закулисы» — организация двух мировых войн в ХХ веке. Если бы способность «мировой закулисы» к управлению по полной функции на основе достаточной для её деятельности предсказуемости течения событий сохранялась, то памятуя о правильном высказывании Клаузевица: «война — продолжение политики иными средствами», применимом и к деланию глобальной политики, охватывающей жизнь многих народов и государств, — «мировая закулиса» обошлась бы без организации мировых войн в прошлом веке. Как показывают события в США 11 сентября 2001 г. и вызванные ими последующие события, с наступлением нового века «мировая закулиса» не поумнела и не стала добрее.

И это говорит о том, что все люди без исключения — осознанно, каждый по способности, ответственно перед Богом и другими людьми, — сами должны брать на себя долю общей заботы о будущих судьбах всего мира, созидательно разряжая конфликты идеалов и принципов организации жизни различных национальных обществ и региональных цивилизаций и развивая тем самым концепцию общественной безопасности жизни всего многонационального человечества.

15 — 18 октября 2001 г.

3.Называя вещи их именами [112]

Самое яркое событие октября 2002 г., к которому средства информации всего мира приковывали внимание живущих сегодняшним днём обывателей, не задумывающихся о длительной политической перспективе, — это захват чеченскими “партизанами” в Москве заложников на мюзикле «Норд-Ост» (по мотивам повести В.Каверина “Два капитана”), происшедший 23 октября в здании бывшего дворца культуры Государственного подшипникового завода (ГПЗ), и их драматичное освобождение в ночь с 25 на 26 октября. Анализ взаимосвязей этого события с текущей политикой в стране и за рубежом, выражающий точку зрения ВП СССР и партии “Единение”, опубликован 29 октября на сайте www.pravda.ru в разделе «Политика» под избыточно пафосным заголовком “Российские концептуалы сделали сенсационный анализ событий в Москве”. Поэтому в настоящем обзоре, мы обратимся к тем аспектам этого события, которые лежат вне хронологически узких рамок «текущей политики», хотя именно в ней они непрестанно проявляются.

3.1. К чему призывают

С самого начала этой драмы весь конец октября либеральные журналисты как в России, так и за рубежом воют на тему: Российской власти следует вести переговоры и договариваться с чеченской стороной — с политическими лидерами сепаратистов, с полевыми командирами, с бандформированиями в период проявления ими активности. И хотя это не говорится прямо, но по существу поучения такого рода подразумевают, что Российская власть должна выполнить все требования чеченских сепаратистов, и тогда война по поводу власти на территории Чечни якобы сама собой завершится, в России воцарится мир, а спустя какое-то время, после того как Россия извинится перед «свободолюбивой Ичкерией» и восстановит в ней всё разрушенное в ходе войны, Россия и Ичкерия станут добрыми соседями.

Согласиться с такой позицией может только заведомый враг России или состоявшийся идиот; соответственно и требовать от власти осуществления политики в этом духе тоже может только убеждённый враг или состоявшийся идиот.

Поэтому надо видеть, что откуда и вследствие чего проистекает в политике, и к чему это ведёт.

Во всяком обществе есть недовольные жизнью в нём. Недовольные, объединяясь друг с другом, образуют многоликую оппозицию правящему режиму. На каком-то этапе оппозиция переходит от мыслей к словам, от слов к делу, и в меру своих нравственности и понимания оказывает на режим давление теми или иными способами. При известных нравственности и скудоумии оппозиция доходит до шантажа режима, одним из средств осуществления которого является террор в отношении «человека толпы» — множества обывателей. Множество обывателей живёт сегодняшним днём, они не желают и не умеют думать о том, какие последствия будут иметь те или иные действия каждого из них и их действия в политике государства. Потому они в эпоху террора под воздействием собственных страхов готовы к тому, чтобы сначала под давлением на них террористов в свою очередь начать давить на власть и саботировать её политику [113], а потом, — если власть начнёт беспощадно подавлять террористов, — солидаризироваться с властью в процессе её преобразования в фашистскую диктатуру в ходе вседозволенно-беспощадного искоренения реальных и мнимых террористов, их пособников и им сочувствующих.

Соответственно с передачей власти над Чечнёй тем, кто её ныне домогается, при их государственном обособлении и наличии в остальной России чеченской диаспоры, — принципиальный курс Российской власти на услужливость по отношению к домогающимся власти над Чечнёй и их периферии неизбежно привёл бы к тому, что над Россией начало бы воцаряться чеченское иго. Но это невозможно потому, что в России есть и другие сепаратисты, которые по мере того, как власть перестаёт быть таковой, постарались бы оторвать от неё якобы им причитающуюся долю (именно так распался СССР, в результате чего большинство стало жить хуже и утратило уверенность в завтрашнем дне); и есть сторонники единства многонациональной России, которые тоже не сидят сложа руки, ожидая пока новый “господин” подставит им свою задницу для поцелуя.

Вариант с государственным отделением Ичкерии под контролем международных сил (подобно тому, как это имеет место в Косово при расчленении Югославии и Сербии) тоже был высказан в одной из программ радио “Свобода” 29 октября 2002 г. Но и он стал бы одним из шагов в глобальной политике расчленения России, несущей бедствия её народам.

Другой возможный вариант отношения Российской власти к Чечне: если в хозяйстве чеченской семьи в ходе зачистки обнаружен «зиндан» (тюрьма для рабов), то все представители этой семьи от мала до велика должны быть расстреляны на месте без суда и следствия, а в соседних домах, должны быть расстреляны по одному человеку за то, что не уведомили власти о рабовладении со стороны их соседей. Если в селе «зиндан» общий — один на всех, — то подлежит расстрелу всё население, кроме детей до 3-летнего возраста и тех семей, чьи представители уведомили власть о наличии в селе «зиндана». Если чеченец живёт в России и перемещается по ней без регистрации в МВД — в концлагерь до стабилизации обстановки в стране.

Если варианты расчленения России вызвали бы удовлетворение у многих политиков и обывателей в ближнем и дальнем зарубежье, то вариант установления гражданского спокойствия, выражающий принцип «есть в доме зиндан — всех к стенке; живёшь в России без регистрации и ездишь по ней без отчёта перед МВД — в концлагерь до стабилизации обстановки», — вызвал бы за рубежом лицемерное осуждение. И хотя он осуществим в организационном и военно-техническом отношении, однако он вреден для России в целом, а не только для чеченцев как в Чечне, так и на остальной территории РФ.

Соответственно власть, если она действует в интересах народов России, одинаково не в праве как подчиняться в переговорном процессе главарям мафии, домогающейся власти над Чечнёй, и действующих по их указке обывателей, удовлетворяя все их требования; так и не в праве сводить всю политику в отношении Чечни к безжалостной и беспощадной карательной операции, в которой с чеченской стороны могут выжить только холуи и самые изворотливые мерзавцы и лицемеры, затаившиеся в готовности начать заново “освободительную” войну, если к тому представится новая историческая возможность. Но чтобы политика была эффективной — т.е. позволила бы избежать обеих неприемлемых вариантов, необходимо, чтобы не только власть в России, но и её население понимало существо проблемы российско-чеченских взаимоотношений.

3.2. Существо проблемы российско-чеченских взаимоотношений

Прежде всего, не следует думать, что Чечня оказалась в составе Российской империи исключительно в результате завоевательной политики царей: царизм оказался просто более дееспособным в деле завоевания Кавказа, нежели Турция, Иран или Великобритания. В период, предшествовавший «покорению горских народов Кавказа», они и российское общество стояли на разных ступенях общественного развития:

· горские народы жили родоплеменным строем, допускавшим рабовладение, поддерживаемое не только обращением в рабство своих бедняков, но и захватом на территориях народов-соседей — в том числе и на территории империи — пленников с целью получения выкупа или обращения в рабство;

· Россия жила сословно-кастовым строем, в котором было место и рабовладению в форме крепостного права.

При этом горцы жили в установившемся режиме, а сословно-кастовый строй в империи к этому времени переживал глубочайший кризис, преодолевая который Россия развивалась в направлении признания равенства человеческого достоинства за всеми её жителями. Но и после «покорения Кавказа» проблема захвата горцами подданных империи с целью получения выкупа и обращения в рабство не была снята: такие захваты продолжались, а государственность империи хотя и способствовала ограничению этой практики, но полицейская власть не могла её полностью искоренить и потому на многие такого рода случаи смотрела сквозь пальцы.

Нравится это либералам или нет, но установление Советской власти имело целью не смену одной формы эксплуатации человека человеком другой формой эксплуатации, а ликвидацию эксплуатации человека человеком и ликвидацию условий, способствующих возобновлению паразитизма одних на труде и жизни других.

Часть горцев поддержала эту Идею цивилизационного строительства, а часть осталась верна обычаям предков. Из этих рабовладельческих традиций проистекало их сопротивление Советской власти в предвоенные годы, которое в годы войны вылилось в готовность к сотрудничеству с гитлеровцами некоторой части родоплеменной верхушки, вошедшей в конфликт с политикой Советского государства, при безучастности и пособничестве изрядной части остального населения, продолжавшей держаться норм родоплеменной этики.

С целью разрушения родоплеменного уклада, склонного к рабовладению, а не по каким либо иным причинам, в 1944 г. было осуществлено переселение части горских народов с их исторической Родины. В условиях жизни «спецпереселенцев» на новых местах разрушался привычный им родоплеменной уклад, но по отношению к народу в целом это не было геноцидом, что бы ни вопили по этому поводу «гуманисты»-абстракционисты и сами представители “репрессированных народов”: если бы это был геноцид — то спустя полвека после этих событий вопить и причитать было бы некому.

Спецпереселенцы в новых условиях жизни, в ином этническом окружении обретали не свойственные им прежде культурные навыки. В общем-то это было повторением практики древней Руси: пленных кочевников-степняков уводили в глубь территории, давали землю и, спустя одно — два поколения, те становились русскими, внося во многонациональную культуру Руси что-то своё, — жизнеспособное в условиях общежития людей, имеющих разные корни в объединяющей их всех культуре.

Однако Н.С.Хрущёв прервал этот процесс прежде, нежели он достиг точки необратимости. В послесталинскую эпоху режим в СССР стал антисоциалистическим, т.е. по существу паразитическим по отношению к народам страны и потому вынужден был лицемерить, изображая строительство общества справедливости и свободы, в котором якобы нет эксплуатации человека человеком. Соответственно этому лицемерию режима родоплеменная верхушка возвратившихся на свою историческую родину горцев постепенно стала возвращаться к прежней практике захвата пленников — граждан СССР — с целью обращения их в рабство и получения выкупа, а правящий режим делал вид, что в социалистическом обществе этого просто не происходит. Именно вследствие этого в ходе нынешней антитеррористической операции иногда проскальзывают сообщения об освобождении рабов в Чечне и Ингушетии, попавших в рабство ещё в 1980-е годы; а сколько подобных обращённых в рабство были убиты за непокорность, умерли в неволе за прошедшие более чем 20 лет?

С другой стороны Госплан СССР и госпланы республик в 1960 — 80-е гг. развивали производственно-техническую базу СССР так, что во многих районах Кавказа и Средней Азии, впоследствии превратившихся в «горячие» точки и области, возникла скрытая безработица, сопутствующая довольно высокому по стандартам СССР уровню жизни в этих регионах, обусловленному как природно-географическими условиями, так и ценообразованием на производимую в разных регионах продукцию, налогово-дотационной и инвестиционной политикой государства. Избыток свободного времени при низкой развитости культуры создавал условия для криминализации местного населения и, прежде всего, представителей тех народов, которые сохранили основы родоплеменного уклада, являющегося в современных условиях организационной основой мафий во всём мире.

Забывать об этом факторе и возмущаться по поводу того, что многие, и прежде всего, простые люди прямо указывают на то, что ОРГАНИЗОВАННАЯ преступность в России имеет специфическую национальную окраску, и указание на этот факт является разжиганием межнациональной розни, — либо глупость, либо умышленное стремление замазать существо проблемы: в этой криминальной статистике выражается родоплеменной жизненный уклад этнически обособившихся криминальных сообществ. Из этого факта следует сделать один значимый для будущего вывод:

Действие правоохранительных органов на основе законодательства европейско-американского типа, исходящее из убеждённости в независимости поведения человека и его исключительно персональной ответственности за содеянное, заведомо неэффективно по отношению к преступности, действующей на основе клановых принципов организации коллективного соучастия в одном преступлении множества людей [114].

Законодательство должно быть построено так, что если этот факт выявлен, то за преступления младших должны автоматически отвечать не только они сами, но и старшие в иерархии клановых отношений, остающиеся при евро-американском подходе либо вне подозрений, либо вне полномочий правоохранительных органов вследствие отсутствия свидетелей (запуганных или убитых по их приказу), либо по причине несоответствия законодательной базы реальному положению дел; причём степень ответственности старших должна быть выше.

Исторически реально получилось так, что сторонники Идеи цивилизационного строительства без паразитизма одних на труде и жизни других в 1980-е гг. в СССР не были самоорганизующейся общественной силой, в отличие от противников социализма, и возлагали свои надежды на изменников Идее, пришедших к руководству КПСС и государственностью в годы «оттепели» и «застоя». Поэтому, когда изменники бросили власть и отошли от дел, то во всех регионах СССР бесхозные государственные структуры захватили самоорганизующиеся на той или иной культурной основе политические силы. Различие такого рода культурных основ самоорганизации противников общества без эксплуатации человека человеком и определило конфигурацию раскола СССР на множество «сувенирных» государств.

Соотнесение проблемы российско-чеченских взаимоотношений с Идей цивилизационного строительства без паразитизма одних людей на труде и жизни других, тем более без паразитизма, явно или неявно возведённого в принцип организации жизни государства, позволяет понять, что российско-чеченский конфликт — это конфликт их “элит” по поводу способов осуществления рабовладения.

Со стороны Кремля. “Демократизаторы” России, захватившие Кремль, — приверженцы высокоцивилизованного глобального рабовладения, осуществляемого на основе «корпоративной» монополии на ростовщичество иудейских кланов во всех государствах. Ссудный процент по кредиту, превышая темпы роста производительности общественного труда, порождает опережающий по отношению к темпам роста производства рост цен, обесценивает оборотные средства в сфере производства и сбережения, создаёт заведомо неоплатный долг. Управляя объёмом, распределением и погашением этой задолженности, посредством системы биржевых котировок, банковских и страховых ставок, контролирующие систему глобального финансового обращения кланы держат всех остальных на положении невольников. Именно из этой концепции рабовладения проистекает убийство супругов Чаушеску в Румынии (Румыния не имела долгов к моменту свержения режима) и убийственные для производственной деятельности и науки 200 % годовых и более по кредиту в России эпохи Гайдара-Лившица-Черномырдина.

Со стороны Чечни. «Свободолюбивые» чеченские старейшины, прикрывавшиеся генералом Джохаром Дудаевым [115] и К^{, вовсе не были свободолюбивы. Когда они — ещё в СССР — почуяли, что власть слабеет, то грабёж транзитных поездов стал в Чечне чуть ли не народным промыслом, в котором участвовала изрядная доля населения автономной республики. Становлению и процветанию этого промысла способствовала скрытая безработица в этом регионе, заранее созданная Госпланом СССР. Дальше — больше. Захваты пленников с целью получения выкупа и обращения в рабство в условиях недееспособности государственной власти изменников эпохи перестройки участились. Но когда чеченская верхушка столкнулась с требованием “демократизаторов” из Кремля платить по долгам наравне со всеми прочими россиянами, она стала на путь сепаратизма.}

Короче говоря, Кремль выражал концепцию цивилизованного высококультурного рабовладения, осуществляемого посредством финансово-ростовщической удавки; а Чеченский паханат выражал концепцию первобытного рабовладения, осуществляемого грубым насилием (зинданы, ошейники и кандалы, запугивание, членовредительство и убийства рабов). И в этой приверженности к рабовладению обе стороны конфликта не правы.

Отсюда получается: оказывая сопротивление установлению Кремлём режима финансово-ростовщического рабовладения, — Чечня права; подавляя становление первобытно-рабовладельческого общества и государства, вооружённого средствами современной техносферы, на территории России, Кремль также прав.

Соответственно лорд Джад, Европарламент и прочие зарубежные «доброхоты» чеченских сепаратистов — мерзавцы-лицемеры или идиоты. То же самое относится и к отечественным поборникам защиты от федералов «прав человека» в Чечне, вывода из Чечни федеральных сил и предоставления «Ичкерии» государственной “независимости”. Но так же лицемерны «или идиоты» и те политики и обыватели в России, которые убеждены в исключительной правоте Российской власти в этом конфликте и в праве её представителей на местах творить вседозволенность и не отвечать за злоупотребления государственной властью и вооружённой силой ни перед людьми, ни перед Богом.

При сохранении прежнего мировоззрения и притязаний осуществить свои «якобы права» на рабовладение каждой из сторон — конфликт Кремля и чеченской родоплеменной “элиты” по поводу власти в Чечне неразрешим, но может протекать ко вреду для обеих сторон, будучи управляемым извне, столь долго, сколько потребуется «мировой закулисе»; либо до тех пор, пока она не будет отсечена от управления этим процессом.

3.3. Джихад

Михаил Леонтьев (один из ведущих программы “Однако” на ОРТ [116]) завершил свой комментарий к эпизоду с захватом заложников “Норд-Оста” и уничтожением террористов глупостью: «На всякий джихад найдётся русский спецназ».

Джихад — священная война, если смысл этого арабского слова передать русским языком. По существу это означает, что сторонники осуществления Царствия Божиего на Земле вынуждены защищать себя, своих близких и своих союзников крайними средствами, поскольку убийство человека — грех. Но убийство — меньший грех, нежели неверие Богу, которое насаждают прямо или опосредованно противники тех, кто вынужденно прибегает к джихаду [117].

Но то, что проистекает из Чечни не является джихадом. Это — лжеджихад.

Если обратиться к истории становления культуры одной из региональных цивилизаций Земли на основе Коранического Откровения, то началу Джихада пророком Мухаммадом предшествовали десять лет мирной проповеди. В течение этих десяти лет:

· с одной стороны, все противники Мухаммада и последовавших за ним первых мусульман имели полную возможность ознакомиться с Кораническим Откровением, вникнуть в его смысл и подумать о своём личном отношении к Откровению и о своих личных взаимоотношениях с Богом (в этом и есть суть религии), в результате чего многие из них сами стали мусульманами по своему разумению блага для людей, пониманию отличий того, что есть — Добро, а что — Зло;

· с другой стороны, сами первые мусульмане стойко переносили всё, что обращали против них их противники, — заговоры и насилие, доходившие до убийств, в том числе и до покушений на жизнь самого Мухаммада, голод и экономический геноцид вследствие торгового бойкота, организованного клановой верхушкой противников Ислама и т.п.

И только после этого был начат Джихад, завершившийся безоговорочной капитуляцией противника. Соответственно этому историческому прецеденту, если бы из Чечни проистекал истинный Джихад, то «народный промысел» грабежа транзитных поездов был бы пресечён самими вождями чеченского народа [118]. То же касается и вопроса о захвате людей с целью получения выкупа и обращения в рабство.

При этом Чечня не домогалась бы государственной “независимости”, одновременно совершая множество преступлений, а её депутаты в Верховном Совете РФ (или Думе, если бы Верховный Совет пал бы и в этом варианте истории) выступали бы с нравственно-мировоззренческих позиций Коранического Откровения, указывая пути к разрешению проблем многонационального Российского общества в русле Божиего Промысла.

Наше знание текстов Корана даже в переводе на русский язык и понимание событий современности, практика обмена мнениями с людьми, принадлежащими к разным слоям нашего общества дают основание утверждать, что реформаторы-“демократизаторы” в этом случае быстро бы утратили самонадеянность и лишились бы ауры интеллектуалов и свободолюбцев в глазах многих, поскольку обнажилось бы, что своим трёпом они покрывают становление ростовщической интернациональной фашистской диктатуры, а своей законотворческой деятельностью — непосредственно её создают.

Ислам — вероучение свободы человека в русле Божиего Промысла, он порицает рабовладение, осуществляемое всеми способами [119], особо обращая внимание на недопустимость власти ростовщичества над хозяйственной деятельностью и жизнью общества. Однако мы ни разу не слышали, чтобы депутаты Чечни в Думе вели бы борьбу с таким видом рабовладения.

Исторически так сложилось, что Кораническое Откровение было ниспослано людям в эпоху, когда рабовладение было в порядке вещей, а сильные мира сего предпочитали избегать толкования течения жизни на основании соответствующих текстов Корана и обосновывали своё право на рабовладение ссылками на Коран, злоупотребляя логикой в крючкотворстве. Вопреки практике рабовладения исторически реального ислама, один из основателей мусульманской цивилизации сподвижник и родственник Мухаммада — Али — сам покупал рабов, как это было принято в те времена, обучал их Корану, помогая тем самым войти в религию, и спустя год предоставлял им свободу и средства, достаточные для того, чтобы они могли свободно жить в мусульманском обществе или вернуться на свою родину свободными людьми. Многие из такого рода рабов-отпущенников, возвращаясь на свою родину, стали для своих народов учителями Ислама.

Безусловно, что чеченские вожди за прошедшие после распада СССР 11 лет (это срок бoльший, чем срок, предшествовавший началу Мухаммадом Джихада) смогли многих приучить поклоняться молитвенному коврику по пять раз на день. Пророк Мухаммад учил: «Раб [120] Божий получает от молитвы лишь то, что он понял».

Согласитесь, что приучить к бессмысленному поклонению молитвенному коврику в непонятном ритуале — это одно, а научить человека жить в религии в русле Божиего Промысла в ладу с другими людьми и Вселенной — это другое.

И каждый россиянин, вспоминая без вести пропавших, а в действительности обращённых в рабство тысяч человек, погибших в терактах граждан России, вряд ли сможет вспомнить хотя бы одного человека, которого бы чеченцы обратили бы в истинный ислам так, чтобы тот свою жизнью явил людям дееспособную праведность человека Божиего. Хотя единичные примеры обращения в исторически сложившийся ислам с бездумным поклонением ритуалу имеются и сторонники ростовщического рабовладения сразу же обыграли этот факт в фильме “Мусульманин” [121].

И то, что чеченские вожди преуспели в бессмысленном насаждении ритуала поклонения молитвенному коврику и на этой основе произвели биороботов-самоубийц для осуществления ими власти помимо Бога, но от имени Его — было запечатлено на лице Мовсара Бараева в ходе его последнего интервью в здании ДК “Шарикоподшипника”: погасший взор, уклоняющийся от объектива камеры; подневольность не отвечающего за свои слова зомби, действующего по командам, получаемым по телефону, не понимающего при этом, что он творит, поскольку даже его хозяева не посвящены в тот глобальный психтроцкистский сценарий, в котором всех их употребляют втёмную. Всё это и осуществление Божиего Промысла — несовместимо.

И потому те, кто думает, что спецназ перед съёмкой трупа Бараева вложил в его руку бутылку от коньяка для того, чтобы опорочить истинных воинов джихада в глазах мусульман [122], — ошибаются. Во-первых, труп лежал там, где к Бараеву пришла смерть, о чём свидетельствует кровь, в которой он лежал. А бар в театре — это не ключ к обороне захваченного объекта и не лучшее место для штаба и управления ситуацией и боем, и потому будь он даже заблудший воин-мусульманин, то ему в театральном баре было бы нечего делать. Во-вторых, делам тех, кто водительствуем Богом, сопутствует успех, превосходящий их намерения и ожидания, а “партизаны” вляпались в дело, в котором потерпели крах, при этом опорочив в глазах инаковерующих всех мусульман как потенциальных террористов и их пособников.

А главное — в рассматриваемом нами случае перед всяким способным думать в согласии с совестью человеком обнажилось, что выродившаяся в бандитизм попытка становления в Чечне государственно самостоятельного общества, признающего правомерность рабовладения, — противна духу Ислама, а истинный джихад выразился в действиях спецназа, пресёкшего бандитизм лжемусульман, воспитанных чеченскими вождями в последнее десятилетие [123]. То, что применение спецсредств в ходе операции повлекло жертвы среди заложников, не может быть поставлено в вину организаторам операции. Её успех в том, что террористам-самоубийцам ничего не удалось взорвать: в этом случае погибли бы все. И это — аванс от Бога России на будущее, дабы Россия смогла спокойно освободиться от всех способов осуществления рабовладения и тем самым разрешить проблему российско-чеченских взаимоотношений [124].

Попытка разрешить проблему российско-чеченских взаимоотношений в ходе построения в России так называемого «гражданского общества» на основе западной концепции «прав человека» — бесперспективна, поскольку представляет собой продолжение конфликта двух систем рабовладения:

· первобытной — родоплеменной — на основе насилия, которой придерживается чеченский паханат, и