Описание же всякого вопроса в «оглашениях» может быть разной обширности: от нечленораздельного междометия до многотомного трактата, не поддающегося завершению вследствие того, что всякий частный вопрос связан с информационным фоном, образуемым множеством других вопросов, а в себе самом содержит множество аспектов, которые, в свою очередь, связаны и между собой, и с информационным фоном; детализировать же «описание в оглашениях» самого вопроса и его информационного фона можно до бесконечности: «Если бы море сделалось чернилами для написания слов Господа моего, то иссякло бы море раньше, чем иссякли бы слова Господа моего, даже если бы Мы добавили еще одно подобное ему море» (Коран, 18:109, на основе переводов И.Ю.Крачковского и М. — Н.О.Османова).

Субъект сам вольно (осознанно целеустремлённо) или невольно (под водительством алгоритмики бессознательных уровней его психики) ограничивает объем описания в «оглашениях». В подавляющем большинстве случаев процесс формирования описания в «оглашениях» не сопровождается крахом или преображением того мировоззрения, которое субъект выражает в своем описании чего-либо языковыми средствами. Соответственно в зависимости от избранного объема «описания в оглашениях» в поверхностный слой понимания оказываются включенными с бoльшей либо меньшей степенью детализации бoльшие либо меньшие области мировоззрения, остающегося самим собой, вне зависимости от объема и тематического спектра «описания в оглашениях».

Но сами задачи и обстоятельства их решения достаточно часто требуют, чтобы в оглашениях была выражена информация, прежде остававшаяся в умолчаниях. Если с миропониманием всё в порядке, то раскрытие прежних умолчаний не сопровождается отрицанием прежних оглашений. Это происходит вследствие того, что одна и та же по существу система образных представлений об Объективной реальности — мировоззрение, информация по умолчанию — лежит и в основе относительно краткого, и в основе более детального «описания в оглашениях» какой-то проблематики.

Если же выявляется несовместимость прежних оглашений и вновь раскрытых умолчаний, то это является основанием для того, чтобы:

· перестроить систему образных представлений об Объективной реальности;

· пересмотреть «словарный запас» и личностную грамматику употребления соответствующих языковых средств;

· пересмотреть выявившиеся несовместимые друг с другом понятия и догадки как определённость взаимного соответствия компонент мировоззрения и языковых средств;

· и тем самым изменить прежнее миропонимание.

Разрешится ли в этом процессе внутренний конфликт миропонимания субъекта в пользу прежних оглашений или в пользу вновь раскрытых умолчаний, зависит от существа выявленного конфликта «умолчания — оглашения» и нравственно обусловленной алгоритмики разрешения такого рода конфликтов в психике субъекта.

Отказ от разрешения такого рода конфликтов «умолчания — оглашения» вне зависимости от причин и мотивировки (они не всегда совпадают) способствует росту калейдоскопичности процессно-образного и дискретно-логического мышления, что может завершиться неоспоримо выраженной шизофренией и самоликвидацией субъекта.

* *

*

Соответственно сказанному в отступлениях 1 и 2 имитационно-провокационная деятельность в области продвижения различных модификаций толпо-“элитарных” концепций под покровом языковых средств, в которых выражается Концепция общественной безопасности в Богодержавии, — занятие, представляющее опасность, прежде всего для имитаторов; тем более — для имитаторов, осознающих имитационно-провокационный характер своей деятельности [58].

В модификациях толпо-“элитарных” концепций на их пропагандистов возлагается миссия программирования алгоритмики личностной и коллективной психики в обществе. Этот процесс программирования алгоритмики личностной и коллективной психики поддерживает принцип «каждый в меру понимания работает на себя, а в меру непонимания — на понимающих больше». Вследствие этого при пропаганде толпо-“элитарных” концепций многое внедряется в психику охмуряемой паствы в обход контроля сознания людей на основе отрицания умолчаниями оглашений; на основе взаимно исключающих друг друга оглашений, которые предлагается принять одновременно в качестве якобы истинных, что разрушает мозаичность мировоззрения и миропонимания, разрушает и блокирует разум и совесть, уводит от веры Богу.

Продвижение же Концепции общественной безопасности в жизнь — это доведение её до понимания живых людей, каждый из которых является носителем не только какого-то мировоззрения и миропонимания, но и личностной культуры поддержания мировоззрения и миропонимания в работоспособном (по отношению к его жизненным потребностям) состоянии.

Введение же поведения людей, составляющих общество, в русло Концепции общественной безопасности — дело не пропагандистов-функционеров, а выражение целеустремлённой воли и самодисциплины тех людей, кто с пониманием согласился с КОБ. Это — принципиальное отличие КОБ от всех модификаций толпо-“элитарных” концепций, в которых на функционеров возлагается задача обеспечения добровольно-принудительного поведения их подопечных в соответствии с нормами концепции.

Область же самодисциплины, выражающей мировоззрение и миропонимание одного человека, — не может быть областью имитационно-провокационной деятельности другого. Она абсолютно защищена от вторжения имитаторов-провокаторов, которые могут только обнажить собственное непонимание КОБ, проистекающее из несоответствия их реального мировоззрения КОБ языковым средствам, в которых она выражена; могут обнажить чью-либо недостаточную самодисциплинированность, и тем самым принести пользу КОБ; или которые могут более или менее успешно принуждать к отказу от концептуальной самодисциплины и подчинению навязываемой ими исполнительско-доносительской дисциплине организуемой ими структуры, и тем самым обнажат имитационно-провокационную свою сущность.

Кроме того распространение КОБ в обществе имеет и другую особенность, отличающую её от модификаций толпо-“элитарных” концепций в обществе. Люди отличаются друг от друга особенностями мировоззрения и миропонимания каждого из них, вследствие чего даже одни и те же оглашения все они понимают по своему своеобразно хотя бы отчасти.

Вследствие этого «местоположение» неизбежной границы«оглашения — умолчания», необходимое для того, чтобы выразителя КОБ поняла аудитория, к которой он обращается, определяется не им, не его намерениями что-то сказать, а что-то оставить в умолчаниях, но аудиторией, с которой он работает, настроение и уровень миропонимания которой он должен ощутить. Если он сможет ощутить настроение и уровень миропонимания аудитории, то он сможет задать правильно и необходимую для данной аудитории границу «оглашения — умолчания», гарантирующую взаимопонимание в аудитории.

Продвижение же модификаций толпо-“элитарных” концепций требует, чтобы граница «оглашения — умолчания» была определена вышестоящими в иерархии личностных посвящений: всегда есть то, чего не в праве знать и уметь те, кто стоят ниже. Но поскольку у них могут возникать вопросы, затрагивающие и запретные для них области, то все идеологические формы внедрения в общество толпо-“элитарных” концепций характеризуются нарушением принципа согласия и взаимной дополнительности информации, предоставляемой по оглашению и сопутствующей ей информацией по умолчанию.

И соответственно всякая имитационно-провокационная деятельность так или иначе неизбежно несёт в себе как минимум две взаимно исключающие системы умолчаний: одна — свойственная той концепции, приверженность которой имитируется; другая — свойственная той концепции, которая проводится в жизнь имитаторами-провокаторами на самом деле, и которая соответствует их уровню посвящения [59].

Происходит это как вследствие насаждения права иерархически высших лгать нижестоящим в системе личностных посвящений, так и вследствие внутренней конфликтности всякого «Я-центричного» калейдоскопического мировоззрения, обнажающейся во всяком достаточно продолжительном процессе самоуправления (управления), протекающем на его основе.

Концепция общественной безопасности в Богодержавии не вписывается в эту веками отработанную схему имитационно-провокационной деятельности. Кроме того, что КОБ одним из критериев правильности выдвигает принцип согласия и взаимной дополнительности смысла оглашений и умолчаний, КОБ, признавая право на ошибку за каждым человеком, прямо провозглашает запрет какой-либо заведомой лжи.

Лжи во спасение не бывает. Всякий, кто во всех без исключения случаях не в состоянии говорить правду, делает не то дело, о приверженности которому он заявляет. Всякая же «ложь во спасение» неизбежно может быть положена в будущем в основу ошибочного решения, которое способно нанести ущерб тому делу, ради которого некогда была совершена «ложь во спасение». И соответственно вредно для дела создавать статистические предопределённости совершения ошибок в будущем, которые придётся предотвращать и устранять последствия не предотвращенных ошибок, вызванных сегодняшней ложью якобы «во спасение». Правда многогранна, и потому мудрость земная состоит не в том, чтобы вовремя солгать “во спасение”, а в том, чтобы заблаговременно найти, сказать и сделать ту правду, которую требуют обстоятельства и совесть.

Соответственно:

· всякий заявляющий о своей приверженности КОБ, кого поймали на заведомой лжи, — имитатор-провокатор;

· всякий, в чьей деятельности выявились отрицания и подавления оглашений умолчаниями (что в принципе допустимо вследствие признания КОБ права на ошибку), но кто гласно или по умолчанию оспаривает принцип согласия и информационной дополнительности оглашений и умолчаний, тем самым сохраняя приверженность умолчаниям и оглашениям, свойственным чуждым КОБ концепциям, — имитатор-провокатор.

Стороннику КОБ эти два положения достаточно просто знать и помнить о них, прежде всего, когда он занят деятельностью сам, и когда он сталкивается с деятельностью других. Это — надежные и безусловные критерии опознания имитаторов-провокаторов, действующих в идеологической отрасли концептуальной власти Концепции общественной безопасности в Богодержавии.

Второе обстоятельство, связанное с продвижением концепции в общество, состоит в том, что концепция искоренения толпо-“элитаризма” предполагает полное отсутствие неусомнительных и неоспоримых авторитетов, включая и отсутствие «гуру», которые авторитетно излагали бы те или иные положения концепции, продвигая аудиторию взятых ими в обучение профанов, к освоению концепции в их субъективном понимании, а не в её истинном виде, предопределённом Свыше.

Она предполагает, что люди, проявившие интерес к переходу общества к жизни в Богодержавии, заняты , и соответственно, если тот выразитель концепции, который видится кому-либо в качестве авторитетного учителя, сам не обрёл в себе ничего нового в процессе руководимого им самообразования, то он сам опустился до имитации концептуальной деятельности.

При этом и самообразование в КОБ понимается и осуществляется по сути не так, как это свойственно модификациям толпо-“элитаризма”. Толпо-“элитарная” пирамида строится на основе ограничения доступа к освоению общественно значимых знаний и практических навыков. Конфликты между различными модификациями толпо-“элитаризма” в одном и том же обществе — это конфликты по вопросу о доступе тех или иных лиц и общественных групп к общественно значимым знаниям и навыкам и по вопросу о праве реализовать освоенные знания и навыки в общественной деятельности. Соответственно этому для ниспровержения одной модификации толпо-“элитаризма” и замены её другой модификацией достаточно путём самообразования, противозаконного в прежней модификации толпо-“элитаризма”, освоить некие знания и практические навыки, и на их основе перехватить управление, обуздав, подавив или выкосив прежнюю “элиту” и стоящую над ней прежнюю легитимную иерархию знахарей-“жрецов”.

Концепция общественной безопасности в Богодержавии, отрицая толпо-“элитаризм”, прямо говорит, что все знания и навыки, — всего лишь — приданое к строю психики; что первоприоритетная цель самообразования в КОБ — переход личности к необратимо человечному строю психики: всё остальное подчинено осуществлению этой цели, прежде всего, в себе самом, дабы остальным показать её осуществимость личным примером своего преображения в Человека [60].

Этот переход действительно невозможен без освоения общественно значимых знаний и навыков, относящихся прежде всего к процессам управления и самоуправления, но освоение их — задача подчинённая и сопутствующая задаче переустройства строя собственной психики каждого искреннего сторонника Концепции общественной безопасности в Богодержавии. Освоение же одних только знаний и навыков при упорствовании в поддержании демонического типа строя собственной психики, недостаточно для искоренения толпо-“элитаризма”; и при этом оно представляет собой опасность для упорствующего в собственном демоническом самоутверждении и подавлении окружающих.

Соответственно этой особенности Концепция общественной безопасности в Богодержавии оказывается автоматически защищённой от имитационно-провокационной деятельности в отрасли идеологической власти.

Да, в области идеологии возможно привлекать терминологический аппарат КОБ для прикрытия политики, лежащей в русле толпо-“элитарных” концепций. Возможны и попытки подмены КОБ в её самобытном оригинальном виде, в каком она выражена к настоящему времени (январь 2004 г.) на сайтах www.dotu.ru, www.kpe.ru, www.mera.com.ru, www.vodaspb.ru, на пересказ её своими словами кем-либо из имитаторов [61]. Возможно массовое тиражирование текстов, в основе которых лежат оригинальные тексты КОБ, однако отредактированные и отцензурированные соответственно осуществлению целей имитаторов-провокаторов и их хозяев [62]. Возможно их тиражи будут такими, что они будут более доступны обществу, нежели оригинальные тексты носителей концептуальной власти Концепции общественной безопасности в Богодержавии. Возможно даже организовать массовую кампанию по пропаганде в обществе новой национальной идеологии, якобы выражающей КОБ, однако по-прежнему маскирующей политику поддержания толпо-“элитаризма”. Возможно и многое другое…

Но успех такого рода имитационно-провокационных усилий будет не больше, чем “успехи” в раскрутке Союза “правых” сил (СПС), «Яблока», партий Г.А.Зюганова, В.В.Жириновского и прочих из почти что полутора сотен политических партий: возможно возникновение одной или даже нескольких политических партий и движений, заявляющих о своей приверженности КОБ, представленных центральными общероссийскими комитетами и комитетами на местах, оплачиваемыми из средств спонсоров, но массы рядовых членов партии, проводящих её политику в жизнь повсеместно не будет; не будет и никакой поддержки в беспартийных массах новой партноменклатурной “элите”.

Этому порукой уже многолетний опыт движения “К Богодержавию…”: движение ширится, количество деятельных по своей инициативе и совести сторонников КОБ растёт, сама Концепция расширяется тематически и совершенствуется, но менее чем за 10 лет прошедших после выхода в свет первого издания “Мёртвой воды” в 1992 г. уже сменилось несколько поколений-однодневок лидеров и “гуру”, которые на каком-то этапе своей жизни заявляли о своей искренней приверженности КОБ, вносили в целом положительный вклад в общее наше дело, но… потом на каком-то этапе своего личностного развития не смогли внутренне освободиться от каких-то особенностей их демонизма, “элитарных” притязаний или партийной дисциплины структур, из которых они пришли в КОБ, в результате чего они опускались до имитационной деятельности. Имитационный характер их деятельности становился очевидным для их сподвижников, войти в тандемный режим деятельности и в нём преодолеть разногласия не удавалось, в результате чего среда носителей КОБ отторгала своих прежних “вождей” и “гуру” на основе отрицания их притязаний множеством людей, действующих во исполнение их личной инициативы по совести соответственно своему миропониманию.

Кроме того раскрутка партий-имитаторов неизбежно будет сопровождаться внутренними конфликтами в них самих и конфликтами между различными партиями. В этом процессе паства, возбуждённая имитаторами, неизбежно будет сталкиваться с искренними сторонниками КОБ, что неизбежно ведёт к сопоставлению Жизни, материалов носителей концептуальной власти, выражающих эту концепцию, и материалов, произведённых имитаторами.

Оригинальные же тексты, выражающие КОБ, обладают тем качеством, что поддаются однозначному единообразному пониманию множеством людей. Это множество достаточно широко для продвижения КОБ в общество, каковым качеством литература имитаторов не обладает в силу её иного функционального предназначения. Вследствие этого обстоятельства возбужденная имитаторами-провокаторами массовка будет уходить из-под влияния своих “вождей” и “гуру”: кто-то из них снова приобщится к деморализованной толпе, а кто-то от имитационной деятельности, в которую его вовлекли имитаторы-провокаторы, перейдёт в ряды настоящих выразителей КОБ в своей жизни.

При этом не надо забывать о матричных процессах и управлении ими. Имитационно-провокационная деятельность в отношении Концепции общественной безопасности в Богодержавии в психике тех, кто не находит в себе сил для того, чтобы своевременно освободиться от имитационной деятельности, порождает и активизирует алгоритмику отвлечения на всевозможную суету и алгоритмику самоликвидации. Это обстоятельство имеет следствием статистику “мистики” (она включает в себя и смерти), жертвами которой становятся упорствующие имитаторы-провокаторы.

И эти матричные процессы не знают исключений: с их проявлениями одинаково сталкиваются в своей жизни и те, кого в традициях толпо-“элитаризма” можно было бы назвать «основоположниками», «классиками КОБ», «первоиерархами», «верховными жрецами» её концептуальной власти, и те, кто только-только приобщается к материалам КОБ. Но в реальность этой “мистики” имитаторы-провокаторы не верят, а сообщения о фактах, к ней относящихся, расценивают как беспричинные “случайное” невезение отдельных лиц и как попытки их запугать со стороны Внутреннего Предиктора СССР, что только усугубляет перспективы упорствующих из их числа…

16 декабря 2000 г. — 15 января 2001 г.

2.6. Корректор и предиктор в полной функции самоуправления общества

Ранее (и в настоящей работе, и в остальной деятельности нашей общественной инициативы) хотя речь шла об осуществлении полной функции управления в жизни общества, но в самой связке «предиктор-корректор» более внимания уделялось «предиктору»: организации прогнозно-аналитической деятельности, в результате которой выявляются факторы, требующие управления, совершается целеполагание, возникают новые и отвергаются некоторые старые концепции управления, а другие прежде сложившиеся концепции обретают бoльшую тематическую широту и детальность. «Корректору» — как системе наблюдения, контроля и устранения ошибок, охватывающей все этапы полной функции управления, было уделено существенно меньше внимания не потому, что эта составляющая в деятельности менее значима, а потому, что до конца 2000 г. наша общественная инициатива была более занята формированием и развитием Концепции общественной безопасности в Богодержавии, а процесс продвижения КОБ в общество еще только начинался. В таких условиях, когда КОБ была неизвестна большинству общества, почти всё, что относилось к функциям «корректора», было как бы внутренним делом «предиктора»: ошибки выявлялись и устранялись в тандемном и политандемном режиме деятельности тех, кто принял на себя концептуальное самовластье, подчиненное идеалу жизни человечества в Богодержавии.

На этом же этапе исторического развития в нашей среде стал общеупотребительным и термин «Внутренний Предиктор СССР». В нём нет слова «корректор», хотя всегда подразумевается, что должно обеспечиваться самоуправление общества по схеме «предиктор-корректор». Поэтому могло сложиться впечатление, что исчезновение из самоназвания «Внутренний Предиктор СССР» слова «корректор» — просто дань краткости названия. В действительности же это не только дань краткости, но и точное выражение функционального разграничения между различными людьми в осуществлении ими полной функции управления в жизни современного нам исторически сложившегося российского общества.

Участие в деятельности предиктора (первый — пятый этапы полной функции управления, т.е. включая и идеологическую власть) требует освоения определённых теоретических знаний и теоретически не формализованных практических навыков. Оно невозможно без достаточно широкого, разностороннего и детального мировоззрения и выражающего его миропонимания. И это одинаково и для концептуальной власти, поддерживающей разнородные модификации толпо-“элитаризма”, и для концептуальной власти, искореняющей толпо-“элитаризм” во всех его модификациях по оглашению и в модификациях по умолчанию.

Общество, в котором родились и личностно сформировались все наши современники, — толпо-“элитарное”. Если до 1917 г. оно было толпо-“элитарным” по оглашению, то после 1917 г. оно продолжало оставаться толпо-“элитарным”, но уже по умолчанию и вопреки тому, что провозгласило антитолпо-“элитарные” лозунги. Его культура была такова, что обрести в ней человечный строй психики можно было только вопреки ей, а не благодаря ей (в противном случае оно не было бы толпо-“элитарным”, а в нашей нынешней деятельности не было бы необходимости). Это приводило к тому, что его система образования(в смысле освоения знаний и навыков) дозировала знания и навыки не просто адресно, а пропуская всю массу населения через всевозможные явные и неявные тесты на лояльность самой системе толпо-“элитаризма”, иерархия личностных отношений в которой подменяет собой иерархию функционального соподчинения должностей в общественном объединении труда и строится как иерархия носителей знаний и практических навыков.

В таких общественных условиях, ребенок, юноша либо девушка, у которых вопреки всему всё же сформировался человечный строй психики, в силу чего они оказывались не способными лгать и кривить душой ни при каких обстоятельствах, были обречены на то, чтобы система не допустила их до легитимного освоения в ней знаний и практических навыков, необходимых для концептуальной деятельности; а пропустив по ошибке, — потом отторгала и подавляла их. Не лгать и не кривить душой в ней могли, проходя при этом однако все её тесты на лояльность, только наиболее крутые демонические личности, чей демонизм подавлял и подчинял себе их учителей и экзаменаторов (носителей строя психики зомби и демонов послабее), либо те носители человечного строя психики, кого учителя и экзаменаторы, будучи лишены Различения Свыше, воспринимали в качестве превосходящих их демонов — хозяев системы, которым в ней всё — по мнению экзаменаторов — было позволено.

Именно этот процесс сформировал сложившуюся ныне статистику распределения населения по специализации полученного образования (в смысле освоения знаний и навыков) и образовательному уровню. И эта статистика такова, что ныне действующий «предиктор» концептуальной власти Концепции общественной безопасности в Богодержавии по своему персональному составу большей частью представлен людьми, вошедшими в концептуальную деятельность на основе сформировавшегося устойчивого и жесткого демонического типа строя психики, которые в этой деятельности более или менее успешно освобождались и освобождаются от свойственного каждому из них многоликого и коварного демонизма. Меньшинство же представляют люди, которые имели более или менее тяжелые конфликты с системой образования толпо-“элитарного” общества, освоившие необходимые знания и навыки помимо неё путем самообразования.

Иными словами и по существу: эта статистика означает, что ведущими, наиболее эффективными и опасными имитаторами-провокаторами в концептуальной власти Концепции общественной безопасности в Богодержавии в большинстве своем являются сами же участники общественной инициативы, получившей название «Внутренний Предиктор СССР», обладающие знаниями и навыками, освоенными ими на основе системы обязательного и высшего образования толпо-“элитарного” общества, которые позволяют им принять на себя концептуальное самовластье [63]. Это происходит тогда, когда его участники не внимательны или не видят выражений свойственного им не выявленного или не преодолённого ими демонизма в своей деятельности.

И это обстоятельство в принципе неустранимо в границах Предиктора на этапе искоренения толпо-“элитаризма”, поскольку даже истина, став безрассудной слепой верой, неизбежно вводит в заблуждение. Но оно устранимо в границах общества в целом, однако только при осуществлении людьми по совести антитолпо-“элитарной” концепции устройства жизни общества.

Концептуальная власть в обществе самовластна по своей природе, но каждый, кто осознаёт, что принял на себя концептуальную власть, неизбежно оказывается перед выбором и делает и выбор:

· либо противоборствовать Божиему Промыслу, утверждаясь в собственном демонизме, и подавлять окружающих;

· либо своей концептуально властной волей войти в Богодержавие, искренне перед Богом и людьми осуществляя свою долю в Божием Промысле.

Промысел же Божий и исповедим по совести в меру понимания, и неисповедим в меру непонимания, но в нём оглашения (задающие меру понимания) и умолчания (определяющие меру непонимания) бесконфликтно дополняют и поддерживают друг друга. Поэтому Бог является гарантом безопасности тех, кто избрал и искренне осуществляет Богодержавие в меру своего понимания, от ущерба, наносимого имитационно-провокационной деятельностью, включая и имитационно-провокационную деятельность, обусловленную еще не выявленным их демонизмом.

Еще раз обратим внимание на то, что первоприоритетной целью в Концепции общественной безопасности для личностного развития [64] является переход личности к необратимо человечному строю психики усилиями самого же человека под Божиим водительством, а не освоение каких-либо знаний и практических навыков, включая «расширение сознания», «экстрасенсорику» и т.п.

Хотя в толпо-“элитарном” обществе количественно преобладают носители нечеловечных типов строя психики (животного, зомби, демонического), но всё же вопреки всем обстоятельствам, порождаемым обществом, некоторое количество людей входят во взрослость носителями человечного строя психики: некоторые необратимо человечного, некоторые от обратимо человечного соскальзывают в силу разных субъективных и порождаемых обществом причин к иным типам строя психики, после чего возвращаются к человечному. Не все они смогли преодолеть квалификационные экзамены толпо-“элитарного” общества на лояльность системе толпо-“элитаризма”; не все они имели возможность к тому, чтобы освоить необходимые для концептуальной деятельности знания и навыки путём самообразования. И потому вследствие порожденных обществом жизненных обстоятельств их мировоззрение и миропонимание не достигли тех широты кругозора и детальности восприятия Жизни на уровне сознания, которые необходимы для соучастия в концептуальной деятельности предиктора.

Но по своему существу Концепция общественной безопасности в Богодержавии это — их родная концепция жизни общества, соответствующая их строю психики. В силу того, что они либо — носители человечного строя психики, либо — наиболее близки к нему, их мировоззрение мозаично, а система образных представлений о Жизни в большинстве случаев развертывается от образа Божиего. Соответственно, встречаясь в жизни с материалами Концепции общественной безопасности в Богодержавии, они находят в ней выражение своего — естественного для них — нравственно обусловленного мировоззрения, а её концептуальная власть (понимаемая как власть определённой концепции над жизнью общества) — это их родная концептуальная власть. И хотя они не обладают мировоззрением и миропониманием достаточно детальным и полным для того, чтобы соучаствовать в концептуальной деятельности предиктора, они в своем большинстве не несут в своих душах того демонического разлада, который преодолевают многие участники предиктора, вводя в культуру общества Концепцию общественной безопасности, выраженную в оглашениях на основе принципа единства и дополнительности информации по оглашению и по умолчанию. Их нравственные мерила, определяющие алгоритмику психики, более праведны. Интеллект их вполне работоспособен [65]. И именно они все вместе образуют собой «корректор», который действует большей частью по умолчанию (в силу неразвитости детальности мировоззрения и миропонимания).

Этот простонародный корректор молча отрицает всё и всех, что не вписывается в Концепцию общественной безопасности в её истинном, предопределённом Свыше виде, на какое явление указал А.С.Пушкин в “Борисе Годунове” одной фразой: «Народ безмолвствует». Здесь всё точно: толпа носителей нечеловечных типов строя психики в кризисных ситуациях бессмысленно гомонит и суетится, а народ — пребывающие в данный момент времени при человечном строе психики — безмолвствует. Простонародный корректор — поправщик — отрицает и саботирует все имитационно-провокационные поползновения точно так же, как в ХХ веке в детстве в школе отрицал вздор, насаждаемый кодирующей педагогикой толпо-“элитарного” общества, саботируя учебный процесс и расплачиваясь за это двойками и тройками; как ранее при встрече с попом — молча держали фигу в кармане, отрицая тем самым библейскую доктрину порабощения человечества, которую насаждала и насаждает в России антирусская “православная” церковь, понапрасну ссылаясь при этом на Христа, хотя недостаток знаний не позволял народу что-либо противопоставить этой доктрине.

С точки зрения “элитарных” умников и умниц, люди, составляющие собой большей частью безмолвствующий простонародный корректор, неотличимы от настоящих слабоумных, чей интеллект не позволяет решать жизненные задачи. Но разница между ними и настоящими дураками — в строе психики, при котором те и другие пребывают если и не большую часть своей активной жизни, то в наиболее общественно значимые её периоды. Отказывая таким людям, не имеющим легитимных степеней и званий в системе толпо-“элитаризма”, в здравомыслии, предиктор всякой толпо-“элитарной” концепции рвёт важнейший контур обратных связей, обрекая тем самым поддерживаемую им концепцию на самоуничтожение в исторической перспективе.

Нужна чистая совесть и праведность, а не могучий интеллект и обширные разносторонние знания для того, чтобы изречь: «Нельзя молиться за царя-ирода!». С такого рода миссией коррекции справится и убогий [66]. Но после этих слов разговор с “элитарной” властью прежде её искреннего покаяниябез страха за дальнейшую судьбу её представителей перед простонародным корректором — невозможен; разговор же, проистекающий из страха и опасений за свою судьбу, — не будет корректором принят и поддержан. В итоге: “элитарно”-демоническая власть обречена сгинуть. И это — неотъемлемое свойство всякого явного и скрытого толпо-“элитаризма”, насаждаемого в жизнь хоть по оглашению, хоть по умолчанию.

В Концепции же общественной безопасности в Богодержавии именно этот контур обратных связей объединяет «предиктор», разрабатывающий концепцию в деталях и доводящий её до сведения всего общества, и общенародный «корректор», выявляющий в реальном самоуправлении общества ошибки, допущенные концептуальной властью «предиктора», образуя тем самым структурно не локализованный «предиктор-корректор»; в нашем случае это Внутренний Общенародный Предиктор-Корректор СССР, обладающий глобальной значимостью.

Деятельность же «корректора» в этой связке не поддаётся имитации, и «корректор» (в обществах, где он есть, а точнее, где его не смогли извести заправилы библейского проекта порабощения человечества) невозможно спровоцировать на действия, противоречащие Концепции общественной безопасности в её истинном — предопределённом Свыше — виде.

Более того, по мере необходимости «корректор» порождает «предиктор» из самого себя в организационных формах, наилучшим образом соответствующих конкретным сложившимся историческим обстоятельствам. И потому этот раздел можно закончить словами мартышки из одного мультфильма — специалистки по имитационно-провокационной деятельности: «Это неподражаемо!»

12 — 13 января 2001 г.

3. Программно-адаптивный модуль

3.1. Общественная инициатива, общественное движение и политическая партия

В толпо-“элитарном” обществе и в толпо-“элитарных” общественных организациях (движениях и политических партиях) на программно-адаптивный модуль возлагается функция воплощения в жизнь программы (концепции), получаемой им от предиктора-корректора, которую программно-адаптивный модуль однако только использует в своей деятельности, будучи не в праве изменить её. Соответственно, изменения и дополнения, неизбежно вносимые в «спущенную сверху» программу действий при её осуществлении, в общем случае рассматриваются как антисистемный фактор. Это находит свое выражение в известной поговорке: «инициатива наказуема», — которая отражает основной принцип отбора кадров на руководящие должности в структурах программно-адаптивного модуля толпо-“элитарных” обществ: продвижение наверх — исполнительных, но безынициативных — на первые роли; способных к инициативе, но таких, что приучены сдерживать свою инициативность из страха (поддаются шантажу по оглашению и шантажу по умолчанию), согласуя свою инициативность с высказанными и не высказанными, но угаданными ими пожеланиями более высокого начальства, — на вторые роли заместителей и помощников; инициативных, знающих и умеющих работать, но не желающих либо не приученных подлаживаться под вышестоящее начальство, — на должности подчинённых, предназначение которых — быть «мальчиками для битья» в обыденных обстоятельствах и кадровым резервом руководителей для спасения дела, если это потребуется, в случае, когда безынициативные руководители-исполнители и их “сдержанные” заместители и помощники доведут дело до грани краха [67].

Наше отличие от толпо-“элитарных” общественных организаций состоит, прежде всего, в том, что предиктор-корректор, несущий полноту концептуальной власти, в Концепции общественной безопасности структурно не локализован, не обособлен и пребывает как вне структур общественных организаций, поддерживающих Концепцию общественной безопасности в Богодержавии, так и внутри них.

Это — нормальное положение для всякой антитолпо-“элитарной” общественной организации, проистекающее из самовластного по её природе характера концептуальной власти, возникающей как общественная инициатива тех людей, чувствам которых полная функция управления общественной в целом значимости открыта для восприятия даже в том случае, если они и не охватывают её своим миропониманием. Общественная инициатива возникает и действует на основе прямых личностных отношений разных людей, в силу чего она неизбежно носит неформальный характер: организационные формы всякий раз порождаются самою деятельностью сообразно обстоятельствам и во многом обусловлены личностными особенностями делателей [68].

Этот общественно-инициативный характер предиктора-корректора, охватывающий все этапы полной функции управления, если и не исключает полностью для имитаторов-провокаторов возможность возглавить ту или иную структуру, то исключает возможность извратить характер деятельности этой структуры, поскольку имитатор-провокатор, дорвавшийся до административной власти, неизбежно столкнётся с проявлениями реальной концептуальной власти, исходящей не «сверху», а «снизу». В результате этого он либо будет отстранён от должности, либо структура, которую ему удастся возглавить, разрушится или обезлюдеет, и в ней не останется никого, кроме её номинальных руководителей, сидящих на папках с разного рода отчётностью о проделанной “работе”.

Нам не следует бояться такого рода исчезновения обезлюдевших структур, а к их гибели нам не следует относиться как к краху дела продвижения Концепции общественной безопасности в жизнь. Просто при невозможности преодолеть тенденцию к извращению деятельности структуры, которую смогли возглавить имитаторы-провокаторы, при невозможности отстранить их от руководства необходимо целенаправленно осуществить процесс её ликвидации и возобновления деятельности новой структуры под руководством иных координаторов [69].

Соответственно этому обстоятельству руководители структур, действующих в русле Концепции общественной безопасности, обязаны прежде всего прочего быть людьми, чувствующими течение жизни и вдумчивыми, чтобы отличать (и поддерживать мощью структурного управления) личную инициативу рядовых участников структур и ниже стоящих руководителей, в которой выражается концептуальная властность структурно нелокализованного предиктора-корректора, от всевозможных «системных шумов» непрестанного выражения несогласия со всяким мнением всякого начальства и от наведённых извне помех,что так или иначе свойственно деятельности всех структур в обществе; тем более, что и проявления концептуальной властности, и системные шумы с наведёнными извне помехами внешне могут выглядеть очень похоже, а в ряде случаев несогласие с мнением руководства может быть отчасти концептуально властной инициативой, а отчасти системным шумом и внешними помехами.

При этом необходимо понимать, что концептуальная власть, явно или неявно возлагая на те или иные структуры осуществление концепции, порождает как писаные, так и неписаные их уставы, выражая в них цели концепции и способы их достижения. Если концептуальная власть в чём-то ошиблась при построении писаных и неписаных уставов и самих структур той или иной общественной организации и открыла тем самым возможность действовать в этих структурах кому-либо из имитаторов-провокаторов на законных основаниях, то ссылаться на действующий писаный устав или неписаную традицию как на источник неоспоримых полномочий имитаторов-провокаторов вредно для осуществления концепции.

Через выявленные ошибочные по отношению к Концепции общественной безопасности писаные и неписаные уставные положения следует переступить в инициативном порядке поддержания концептуальной самодисциплины и осуществления концептуальной власти в Богодержавии.

Соответственно этому руководители структур должны понимать и действовать в согласии с тем, что структуры предназначены не для удовлетворения их личностных “великокняжеских” амбиций, а для согласования в русле Концепции общественной безопасности личной инициативы множества рядовых участников структур, из среды которых исходит во всей её полноте высшая внутриобщественная власть — власть концептуальная, действующая по принципу, выраженному А.С.Пушкиным: «волхвы не боятся могучих владык, а княжеский дар им не нужен» (помните, как дальше? чувствуете ли это в единстве жизни своего внутреннего и общего всем внешнего мира?) [70]; а руководители структур обеспечивают функционирование только программно-адаптивного модуля концепции и в Концепции общественной безопасности в Богодержавии должны делать это в согласии с концептуальной властью, а не пытаться обуздывать и подавлять её [71] с упорством, достойным лучшего применения: иначе им — смерть (во всех смыслах: от политической до физической) от “коня” своего.

Руководители структур в Концепции общественной безопасности — по предназначению своему не диктаторы, от которых только и может исходить легитимная для участников структур инициатива, а координаторы вполне легитимной инициативы всех без исключения участников структур в русле Концепции. Руководители, как и все прочие участники структур, имеют право на инициативу, но их инициатива по своему качеству, рассматриваемому вне связи с занятием ими руководящих должностей, ни чуть не лучше и не хуже инициативы других участников структур. И это должны понимать и жить в согласии с этим все участники Движения для того, чтобы “князья” — великие и малые — не обросли опекунами, приставленными к ним от чуждых концепций, и не распустились в своей демонической вседозволенности, а организационные структуры, осуществляющие Концепцию общественной безопасности, не постигла судьба организационных структур КПСС, утративших большевистскую дееспособность и ставших антинародными.

Всё, что сказано ранее в начале этого раздела о роли руководителей партийных и государственных структур, этических нормах, которым они должны следовать в отношении рядовых партийцев и простых граждан, об инициативе народных масс, критике «снизу» и т.п. (кроме упоминания концептуальной власти и полной функции управления, осуществляемых в жизни общества) так или иначе многократно говорилось и в советском прошлом на протяжении всей истории КПСС и Советской власти. Но во всём этом обходилось молчанием следующее:

Все эти обстоятельства, выражающие необходимость защиты самоуправления концептуально властного над самим собой общества по полной функции, отрицают нравственно-этические и организационные принципы и выражающие их уставные положения, свойственные для общественных организаций и политических партий толпо-“элитарного” характера, включая и РСДРП — РСДРП (б) — РКП (б) — ВКП (б) — КПСС — КПРФ на всех этапах её существования [72].

Соответственно это требует при проведении в жизнь Концепции общественной безопасности в Богодержавии главенства иных принципов сплочения участников общественных организаций, структуры которых входят в её программно-адаптивный модуль. [73]

К настоящему времени программно-адаптивный модуль Концепции общественной безопасности представлен двумя общероссийскими структурами:

· Народным движением “К Богодержавию” и

· Всенародной партией мирной воли “Единение”.

Это приводит к необходимости построить работу народного движения и политической партии в русле общей для них Концепции общественной безопасности в Богодержавии так, чтобы они взаимно дополняли друг друга. А для этого необходимо определиться в функциональном и организационном отличии общественного движения от политической партии.

Для того, чтобы не ошибиться в их функциональном разграничении следует проанализировать историю продвижения Концепции общественной безопасности в Богодержавии в общество на протяжении последних десяти лет от времени завершения первой редакции “Мёртвой воды” в конце июня 1991 г.

Всё это время предиктор-корректор действовал и действует как общественная инициатива, которая не нуждается в каких бы то ни было неизменных организационных формах и уставных документах, регламентирующих должностные обязанности и порядок взаимного подчинения и ответственности её участников (персональный состав которых в силу разных причин меняется на протяжении всего времени). Всё это время предиктор доводил и доводит материалы Концепции до сведения как частных лиц, так и должностных лиц структур государства, общественных организаций и политических партий как в границах России, так и за её пределами [74]. Руководство ни одной из них до настоящего времени не заявило о принятии Концепции общественной безопасности к исполнению, не довело материалы Концепции до сведения руководства подчинённых структур и до сведения их рядовых участников [75].

В процессе такого рода (просветительской по её существу) деятельности участников предиктора возник достаточно широкий круг лиц, которые, ознакомившись с материалами Концепции, нашли, что она выражает жизненные интересы их самих, других добросовестных тружеников и последующих поколений, открывая возможности к разрешению кризиса, к которому пришло человечество к концу ХХ века под концептуальной властью библейской доктрины и её хозяев. Именно у таких противников библейской доктрины возникла потребность обеспечить гарантированный, быстрый и предсказуемый доступ к материалам Концепции как для самих себя, так и для тех, кого они желают ознакомить с ними. Так случайный — не предсказуемый и не гарантированный — доступ к материалам Концепции, на основе которого они сами познакомились с нею, перестал отвечать потребностям социального времени, порождаемого Концепцией. И целенаправленными усилиями таких людей были созданы постоянно действующие структуры, устойчиво обеспечивающие обмен информацией среди сторонников Концепции общественной безопасности, живущих в разных регионах России и русскоязычного зарубежья (этот обмен включает в себя и контуры прямых и обратных связей общенародного предиктора-корректора Концепции общественной безопасности, о чём не следует забывать). Так возникло ныне юридически зарегистрированное Народное движение “К Богодержавию”. Действуя с 1997 г., Движение “К Богодержавию” доказало свою эффективность в качестве системы, поддерживающей процесс самообразования людей в смысле развития их мировоззрения и миропонимания, способствующих их переходу к человечному строю психики и преображению их целесообразными усилиями культуры общества.

При этом следует особо подчеркнуть, что к настоящему времени Движение не только не исчерпало своего потенциала развития, но еще находится в начальных стадиях своего становления и освоения разнородных сфер деятельности. В обозримой перспективе оно будет по-прежнему обладать значимостью в качестве общественного института, обеспечивающего гарантированный и быстрый доступ к материалам Концепции всем заинтересованным лицам; обеспечивающего возможность освоения материалов Концепции каждым в общении с другими её сторонниками, что очень важно для многих людей, которых кодирующая педагогика школы не научила самостоятельно извлекать знания и навыки из текста, требующего соображения новых и переосмысления прежде сложившихся понятий.

И это свое значение Движение будет сохранять, по крайней мере до тех пор, пока доступ к Интернету не будет столь же массовым, как ныне доступ к просмотру телевизионных программ и прослушиванию программ радиовещания, или пока система общего и специального образования (в смысле обучения владению знаниями и навыками) не перейдёт от кодирующей педагогики (формирующей тип строя психики зомби), к активной помощи учащимся в их самообразовании (в смысле формирования человечного строя психики как основы для самообучения владению знаниями и навыками в темпе возникновения личностно и общественно значимых потребностей). Когда сложатся такие общественные обстоятельства, те потребности, которые ныне удовлетворяют структуры Движения “К Богодержавию”, будут удовлетворяться в обществе иными способами, вследствие чего структуры Движения в их нынешнем виде станут либо никчемными и потому исчезнут, либо возьмут на себя какие-то иные общественно значимые функции и тем самым сохранят себя, но в каком-то ином качестве.

Но обеспечивая гарантированный доступ к материалам Концепции заинтересованным лицам и доводя эти материалы по своей инициативе до сведения не заинтересованных частных и должностных лиц, не занималось и не занимается политической деятельностью в смысле структурно оформленного систематического, т.е. профессионального участия в разработке и проведении в жизнь политики государства на общегосударственном и местном, региональном уровнях, подобно тому, как этим занимаются властные и оппозиционные политические партии и «беспартийные» чиновники государственного аппарата.

Иными словами, решая те задачи, которые в прошлом должны были решать структуры общества “Знание”, Движение “К Богодержавию” не является ни политической партией, ни «беспартийной» партией власти. Однако при этом, когда Движение стало достаточно многочисленным и охватило многие регионы России, у многих его участников возникла потребность непрестанно воплощать Концепцию в реальную политику российской государственности как на уровне государства в целом, так и на уровне регионов РФ, местного общественного самоуправления и в трудовых коллективах.

Возникновение этой потребности выражает нравственно-этическую готовность какой-то части участников Движения к такого рода фактически профессиональной (как минимум в ранге второй профессии по совместительству с основной) общественно значимой управленческой деятельности в государственных учреждениях, в частном предпринимательстве, в среде трудовых коллективов.

При этом необходимо понимать, что не все участники Движения несут в себе готовность к такого рода деятельности и осознают ответственность за неё по совести перед Богом и другими людьми не потому, что они якобы плохи, “второсортны”, а просто в силу того, что в Движение постоянно включаются новые люди, которые только-только проявили интерес к Концепции, и только-только начинают изучать и осваивать её материалы. В силу этого обстоятельства не может функционировать как инструмент воплощения идеалов Концепции в реально осуществляемую политику государства. И это является принципиальным свойством Движения, вытекающим из возложенной на него функции — обеспечивать гарантированный быстрый доступ к материалам Концепции заинтересованным лицам, большей частью с не устоявшимися мировоззрением, миропониманием и алгоритмикой психики, первоочередная задача которых, прежде всего прочего, — осмысление и переосмысление своей личной жизни и жизни общества, переустройство своих мировоззрения и миропонимания, преображение алгоритмики своей психики. Пока они не совершат каждый сам некоего минимума (для каждого своего) такого рода работы над собой, они объективно не способны к непреклонной концептуальной самодисциплине и к выражающей её профессиональной политической деятельности в русле Концепции общественной безопасности.

Именно из обусловленной этим обстоятельством объективной неспособности Движения решать задачи, которые в нынешних государственно-организационных формах решают политические партии, и возникает потребность некоторой части его участников (тех, кто в основном преодолел каждый свой кризис мировоззрения и миропонимания) в организации политической партии как инструмента, предназначенного для повсеместного профессионального воплощения идеалов Концепции в повседневную политику государственности Русской цивилизации в целом и на местах, а также в разнородное общественное самоуправление.

И эти две функции:

· обеспечивать гарантированный быстрый доступ к материалам Концепции заинтересованным лицам;

· быть инструментом воплощения идеалов Концепции в реальную политику государственности Русской цивилизации в её исторически сложившихся к настоящему времени формах,

— смешивать в функциональной нагрузке одной структуры вредно для дела воплощения в жизнь идеалов Концепции общественной безопасности. Вредно потому, что жизнь выдвигает несовместимые критерии оценки качества управления в деятельности Движения “К Богодержавию” и в деятельности политической партии “Единение”, что в свою очередь предопределяет и своеобразие принципов построения Движения, отличающих его от своеобразия принципов построения политической партии.