– Палач… – придушенно прохрипел Дэн, падая на стул. – Владыка Бездны, все-таки палач!

– Я тоже так подумал. – Глава тайной службы поклонился. – Судя по всему, идет спешное создание иерархии Равновесия. Нам предстоит Суд, а мы еще не готовы…

– Но почему он действует таким образом? – Темный иерарх сжал кулаки. – Ни тебе символа Суда в небе, ни тебе открытых действий. Да и зачем ему отродье?

– Не знаю… – Валерий развел руками. – Один из магов, Керон, высказал предположение, что отродье – это ребенок палача. Будущий палач.

– Это многое бы объяснило… Но уверенности в том, что Гарвельт – это палач, нет?

– Нет.

– Потому не прекращайте охоту. Найдите всех родственников и друзей этой самой Елены Станцевой. Поставьте их в такие условия, чтобы, кроме как к ней, им обратиться за помощью было не к кому. Мне нужно выманить ее из-под защиты воинов Пути хотя бы на несколько минут. Думаю, смогу зомбировать.

– Займусь, – кивнул Валерий.

– Мать ее упустили? – прищурился Дэн. – Каким образом, позволь спросить?

– Почти взяли. С самого момента исчезновения Станцевой мои агенты не спускали с ее матери глаз. Она очень кстати отправилась в Петербург на поиски дочери. Как только мы засекли их телефонный разговор, группа захвата начала действовать.

– И?..

– Бойцов перебили. Лучших моих людей перебили, как щенят зеленых!

– Кто возглавлял группу?

– Алексей. Мой сын.

– Сочувствую… – Дэн внимательно посмотрел на закусившего губу Валерия – для этого достать Елену Станцеву стало личным делом. Либо сгинет, либо доберется до девчонки. Смерти единственного сына он не простит. Очень хорошо. Пусть работает.

– По крайней мере, теперь мы знаем, где скрывается Станцева. – Глава тайной службы взял себя в руки. – В одном из трех особняков, принадлежащих «Гарвельт Индастриз». Там, что на Петроградской стороне.

– Почему дом еще не взят? – Темный иерарх поднял на него тяжелый взгляд.

– Невозможно. Скрыт в каком-то ином пространстве: ни маги, ни обычные люди проникнуть туда не могут – не раз пытались. Полог пропускает только носящих алеаны. Боюсь, придется обращаться к покровителям, никто, кроме них, не владеет пространственной магией.

– Ясно. Что ж, обращусь. Для них появление палача опасно ничуть не меньше, чем для нас. Но попыток проникнуть внутрь приказываю не прекращать. Каждую вышедшую оттуда машину уничтожать. Любыми способами. Понадобится ради того взорвать в городе ядерную бомбу, взорви. Уяснил?

– Да, господин мой. Но прежде всего стоит заняться ближайшими подругами и дядей Станцевой. Возможно, ее все-таки удастся выманить.

– Едва ли ее выпустят, воины Пути не глупее нас с тобой. А если ими на самом деле управляет палач, то дело еще хуже. Хотелось бы только знать, чего ему надо. Если бы планировался Суд, то он бы уже шел. Может, с Повелителем удастся договориться.

– Когда и кому удавалось договориться с палачом? – Валерий скептически приподнял бровь. – Не верю.

– Иди, работай, – отмахнулся темный иерарх. – Без тебя разберусь. Постарайся меня не разочаровать.

– Сделаю все, что смогу, господин мой. – Начальник тайной службы поклонился и вышел.

Дэн откинулся на спинку стула и принялся размышлять, нервно постукивая пальцами по столу. Дела складывались попросту отвратительно. После массированного уничтожения иерархов все как будто затихло. Правда, охота на мать отродья провалилась, идущие выхватили ее из-под самого носа темных. Да и светлые облажались, Ронтен жаловался. Наличие у воинов Пути неизвестного оружия и неуязвимой защиты тоже оказалось неприятным сюрпризом. Хуже всего, если Землю действительно посетил палач – тогда шансы на выживание резко снижаются. Почему именно сейчас все случилось? Еще десять-пятнадцать лет, и объединившимся иерархиям стал бы не страшен никто, даже сам Господь Бог, не говоря уже о палаче. Но следует исходить из реальности, фантазировать и мечтать он права не имеет. Как узнать точно? Похоже, придется и в самом деле обращаться к покровителям.

Тяжело вздохнув, темный иерарх встал и подошел к стене, без промедления начавшей раздвигаться. Дэн очень не любил обращаться к покровителям, слишком дорого это ему обходилось. Вспомнив еще одно обстоятельство, он поморщился. Куда-то в полном составе исчез вампирский клан Арвад, один из двух еще оставшихся на Земле. А вампиры были крайне полезны, заменить их трудно. Да никто другой и не захочет заниматься столь грязными делами. Надо будет любым способом отловить Мак-Ардоу и сделать так, чтобы паскудный кровосос пожалел о своей опрометчивости. Обнаглел, сволочь. Причем глава клана жив, только не отзывается на ментальные вызовы, насмешливо игнорируя своего господина. Что-то это значит. А что?.. Дэн достал все необходимое для обряда и снова вздохнул. Не хочется, ох, как не хочется. Астарот ведь всласть поиздевается над осмелившимся вызвать его колдуном…

Прошло еще немного времени, и на полу комнаты появилась нарисованная по всем правилам пентаграмма, по углам которой стояли черные свечи из детского жира. Темный иерарх немного помедлил, поежился и начал читать заклятие, открывающее портал в нижние сферы. Поначалу алым огнем загорелись свечи, затем вспыхнули багровым светом линии пентаграммы. Из нее потянуло мертвенным холодом. По мере чтения заклятия в комнате становилось все холоднее, нарисованная пентаграмма превратилась в провал, ведущий куда-то в глубины преисподней.

– Зачем ты звал меня, наглый человечишко? – проскрежетал громовой голос, и на мага посмотрели из Бездны огненные глаза. – Если ты нарушил мой покой из-за пустяков, то ты пожалеешь.

– Владыка Астарот! – Дэн рухнул на колени. – Похоже, Землю посетил палач.

– Что?! – рявкнул демон, в его голосе слышался откровенный ужас. – Что ты несешь?! Ты смеешь смеяться надо мной, тварь?!

– Нет, владыка! – Темный иерарх стукнулся лбом об пол.

Он принялся, захлебываясь, рассказывать о событиях последних двух недель. Дэн отчаянно спешил, боясь, что у демона закончится терпение и он займется любимым делом – пытками. А пытаемым предстоит стать ему самому, никому иному. Это и была плата, которую требовали с темных магов за вызов покровители. Ее еще предстоит отдать. Однако Астарот внимательно выслушал своего слугу, даже потребовал сообщить подробности, чего никогда еще не случалось.

– Ты прав, человечишко, – сказал он наконец. – Дело серьезное. Я свяжусь кое с кем из архангелов – проверим, что происходит в этих особняках. Вы пока сидите тихо, не смейте ввязываться в драку, только попытайтесь выманить мать отродья за пределы поместья.

– Как прикажете, владыка Астарот! – Дэн снова стукнулся лбом об пол.

– А сейчас я буду взимать с тебя плату! – зловеще расхохотался демон. – Приготовься, тварь.

Охранники, стоящие у двери кабинета главы темной иерархии, вздрогнули, услышав вибрирующий, полный отчаянной, нечеловеческой муки вопль шефа. Они понимали, что сейчас происходит там и молили владыку Бездны, чтобы Астарот не обратил на них внимания, чтобы миновала их чаша сия.

* * *

Анастасия Петровна сидела в кресле и размышляла, пытаясь разложить по полочкам увиденное за этот невероятный день. Ей выделили огромные покои из восьми комнат, в которых без проблем могли разместиться десятка два человек. Это не считая бесчисленных санузлов, ванн, даже небольшого бассейна. О мебели можно было вообще не говорить, она оказалась настолько непривычной, что старая учительница долго ошалело осматривала покои, так и не поняв, для чего предназначено большинство вещей. От невероятной роскоши обстановки становилось дурно. В гостиной, размером с небольшой зал, накрыли ужин. Она хотела разделить его с дочерью, но постоянно кланяющиеся японки категорически заявили, что госпожа занята, и отказались звать Лену. Анастасия Петровна едва заставила себя выпить чашку чая и съесть пару каких-то незнакомых, но вкусных фруктов – не до еды как-то было.

Бедная Леночка, надо же было ей попасть в такую беду! Кто-нибудь другой порадовался бы нежданному богатству, но Анастасия Петровна прекрасно понимала, что ничего просто так не дается. За это богатство дочери придется заплатить страшную цену. Да, впрочем, она уже платит. Бедняжку можно только пожалеть. Правда, в б?льшую часть рассказанного девочкой ее мать так и не смогла поверить, слишком уж невероятно. Но полностью отбрасывать все не стала, помня слова Лены: «Сама увидишь». Действительно, лучше подождать и посмотреть на происходящее своими глазами, тогда можно и делать какие-то выводы.

К сожалению, Лену не вытащит отсюда даже полковник ФСБ, это ясно. Да и ребенка девочка не оставит, Анастасия Петровна тоже не оставила бы. Значит, придется как-то приспосабливаться. Дочь бросать нельзя, она здесь в одиночестве точно свихнется. Безумный дом. Безумные люди. Японцев тех же взять. На дворе двадцать первый век, а они в свое идиотское бусидо играют. Как дети, ей богу. А вампиры? Анастасию Петровну передернуло при воспоминании. Глупые россказни о кровососах оказались правдой. Смешно? Да, смешно, но факт. И хуже всего, что не расскажешь никому – сразу санитаров из дурдома вызовут. Она тяжело вздохнула, подошла к столу и налила себе немного вишневого сока. Выпив его, принялась мерить шагами гостиную, пытаясь придумать, что делать дальше. Внезапно раздался осторожный стук в дверь.

– Войдите! – откликнулась Анастасия Петровна.

В комнату вошла и низко поклонилась редкостно красивая девушка восточной наружности. Черная спутанная грива волос до пояса, ведьмовские зеленые глаза с искорками затаенной иронии, совершенное лицо, от которого трудно отвести взгляд… Анастасия Петровна только головой покачала – наверное, мужчины под ноги этой красавице снопами валятся, такой достаточно мигнуть, чтобы за ней любой побежал.

– Добрый вечер, уважаемая госпожа! – Девушка поклонилась. – Мне нужно с вами поговорить, это касается вашей дочери. Это очень важно!

– Здравствуйте! – Анастасия Петровна задумчиво посмотрела на нее. – Хорошо. Говорите, раз важно. Присаживайтесь.

– Благодарю! – Красавица снова поклонилась и села в ближайшее кресло. – Я – старшая из личных горничных госпожи Елены. Точнее… мы даже не горничные, скорее подобие личных вассалов, готовых исполнить любой приказ сюзерена, каким бы он ни оказался. И вне зависимости от того, нравится он нам или нет.

– Господи! – Анастасия Петровна тяжело вздохнула, тоже опускаясь в кресло. – Да что у вас здесь за детские игры такие? Вы же взрослый человек!

– А откуда вы взяли, что я человек? – Девушка иронично улыбнулась, выпустив на мгновение игольно острые клыки.

– Ясно… – мрачно сказала Анастасия Петровна, поежившись.

– У нас свои законы и правила, очень жесткие, кстати. Их нарушение карается только одним – заточением в гробу лет на сто без возможности пополнить запас энергии. Это очень больно, уважаемая госпожа! Смертью карают редко – нас слишком мало осталось, меньше двух сотен по всему миру.

– Как же вы стали такой?

– Как? – Девушка погрустнела. – Обычно. Молодая дурочка влюбилась, а любимый оказался вампиром. И укусил, желая, чтобы она осталась с ним навсегда. Она, конечно, умерла. А поскольку дурочка была царской дочерью, то похоронили ее в роскошном склепе. Никогда не забуду своего ужаса после пробуждения там… – Она вздрогнула, досадливо поморщилась и продолжила: – Не будем обо мне, это случилось очень давно, больше тысячи семисот лет назад. Я хотела поговорить о Елене Сергеевне. На мне долг заботы о госпоже, а вы ее мать. Если мы не позаботимся о ней, то кто?

– Вы правы, э-э-э… – Анастасия Петровна вопросительно посмотрела на нее, поежившись при упоминании бездны лет, прожитых этой совсем юной на вид девушкой. – Как вас зовут?

– Сатиа. – Она склонила голову.

– Так что с Леной, Сатиа?

– Вы заметили, что госпожа в страшном состоянии? – Вампирша помрачнела. – Она на грани безумия.

– Вы уверены? – вскинулась встревоженная мать. – Она много плакала, но…

– К сожалению. Она пришла к нам, выбрала четырех девушек и вернулась в свои покои. Я – одна из этих четырех, самая старшая, потому остальные подчиняются мне. Я сразу обратила внимание, что Елена Сергеевна в неадекватном состоянии. Ее всю трясло, в глазах стояли слезы. В своих покоях госпожа рухнула в кресло и стала плакать. Я попыталась ее утешить, но не смогла – она вошла в состояние ступора, ничего не слышала и не видела вокруг, только тихо выла. Вывести ее из этого состояния не удалось. Тогда мы пошли на крайние меры – заставили госпожу испытать сексуальное наслаждение, довели до изнеможения, после чего она наконец-то уснула.

– Вы что, привели мужчину, чтобы он ее изнасиловал?! – Анастасия Петровна ошарашенно уставилась на Сатиа.

– Ни в коем случае! – Лицо вампирши изумленно вытянулось. – На такое никто не пошел бы! Я бы первая убила любого мужчину, не получившего согласия госпожи! Сперва мы хотели сами – ну, понимаете, наверное, каким образом. Однако этого не понадобилось – пришла госпожа Юкио и сделала все необходимое бесконтактным массажем.

– Слава Богу! – облегченно выдохнула Анастасия Петровна. – Я уж подумала…

– Если госпоже понадобится удовлетворение, то любая из нас сделает все, что нужно.

– Фу, гадость какая! – брезгливо поморщилась старая учительница, поняв о чем речь.

– Гадость, – согласилась Сатиа. – Но если потребуется, любая из нас сделает это – неважно, нравится оно ей самой или нет, – и ничем не покажет своего отношения. Прежде всего – удовольствие и благополучие госпожи, наши желания не имеют никакого значения. Если мы служим, то служим верно. Завтра мы четверо принесем Елене Сергеевне клятву крови, а это очень многого стоит.

– Ясно… – Анастасия Петровна удивленно посмотрела на нее. – Мне трудно такое понять.

– Вот в разнице менталитетов и весь вопрос. – Вампирша позволила себе ироничную улыбку. – Елена Сергеевна тоже не в состоянии понять и принять многого, обычного для нас. Но мы-то как раз это осознаем и не станем делать ничего, что для нее неприемлемо. Зато японцы этого, похоже, не поняли и ведут себя с вашей дочерью так, как будто она – одна из них. У меня даже возникло подозрение, что госпожу намеренно сводят с ума. Именно потому я и пришла к вам.

– Намеренно? – Ленина мать нахмурилась. – Вы так думаете?

– Не уверена, – вздохнула Сатиа, – хотя многое наводит на эту мысль. Вполне возможно, что имеет место недоразумение. Единственный выход – идти к Повелителю и рассказать ему о происходящем. Но…

– Что?

– Я сама не рискнула. Матери госпожи он не причинит вреда, тем более что в вас тоже есть древняя кровь. А я? Что я? Ничтожество. Он пальцами щелкнет – и меня не станет. Те же японцы в подвал отведут и в печь сунут. Живой. Я побоялась…

– В печь? – Анастасию Петровну передернуло. – Живой?! Господи, да куда мы с Леной попали?!

– В дом палача, – горько усмехнулась Сатиа. – Он способен за несколько минут оставить от всего нашего мира только пыль. Насколько мне известно, с многими мирами он так и поступил.

– Что ж… – Анастасия Петровна решительно встала. – Мне терять нечего, Леночка – это все, что у меня есть. Идемте к этому вашему палачу.

– Благодарю, уважаемая госпожа! – просияла вампирша, вскакивая и кланяясь.

Повелитель занимал правое крыло особняка. Долго идти не понадобилось, хотя пришлось спуститься на второй этаж, пройти по длинному коридору, подняться и снова спуститься – прямого прохода между покоями палача и госпожи не существовало. Сатиа еще не бывала здесь и нервно ежилась – даже для нее обстановка оказалась дикой. Что уж говорить об Анастасии Петровне, то и деле шарахающейся от очередной полуживой статуи какого-нибудь чудовища. Стены и потолок мягко плыли, постоянно меняя очертания, как будто состояли из тумана. Мебели, как таковой, вообще не было, только бесчисленное количество разной высоты резных столбиков и висящих то тут, то там прямо в воздухе небольших платформ разной формы, между которыми то и дело проскакивали разноцветные молнии.

– Господи… – ошалело бормотала старая учительница, обводя все это изумленным взглядом. – Да что же это? Это как?

– Повелитель бесконечно древен, госпожа, – Сатиа вздохнула, – и бесконечно силен, он меняет пространство-время вокруг себя усилием воли, лепит из него все, что ему хочется.

Только увидев совершенно нечеловеческую обстановку вокруг, Анастасия Петровна поверила, что этот самый пресловутый палач – не уроженец планеты Земля. Ни один землянин не захотел бы жить посреди этого туманного хаоса. Получается, и в самом деле довелось столкнуться с существом невероятной мощи? Как там говорила Лена? Ангел возмездия? Абадонна? Но ведь это имя связано со Страшным судом… Неужели пришло его время? Не дай Бог!

Возле покоев хозяина дома путь женщинам заступили два невозмутимых японца.

– Мать госпожи желает видеть Повелителя, – вышла вперед Сатиа. – Доложите.

Один из воинов Пути на секунду расфокусировал взгляд, выходя на ментальную связь. Немного подождал и посторонился, жестом давая понять гостьям, что их ждут. Персиянка двинулась вперед, потянув Анастасию Петровну за руку. Не успели они сделать и пары шагов, как все вокруг изменилось – непонятным образом женщин переместило внутрь огромного шара, наполненного клубами непрозрачного белого тумана. В центре полыхало белое же сияние. Из тумана грохотала музыка, хард-рок – Анастасия Петровна даже узнала любимую Леной «Алису», песню «Красное на черном», которую дочь могла крутить часами подряд.

Сияние в центре зала начало постепенно стягиваться в человеческую фигуру. Вскоре взгляду старой учительницы предстал очень бледный высокий мужчина, одетый во все белое. Волосы его тоже оказались белыми. Только узкие черные очки, прикрывающие глаза, выбивались из общей картины. Незнакомец поднял руку – и музыка стихла. Туман сгустился, образовав три кресла и столик, на котором появились бокалы и запотевший графин с каким-то золотистым напитком.

– Добрый вечер! – заставил вздрогнуть мягкий обволакивающий голос. – Искренне рад познакомиться с матерью Елены Сергеевны и бабушкой Ирочки. Мое имя на Земле – Эрик Джейк Гарвельт.

– Здравствуйте, мистер Гарвельт! – Анастасия Петровна взяла себя в руки, решив не обращать внимания на чудеса – иначе в этом безумном доме просто не выжить. – Я хотела бы поговорить с вами о моей дочери.

– Внимательно вас слушаю, – кивнул бледный, затем показал на кресла. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Анастасия Петровна села, во второе кресло опустилась напряженная, как струна, Сатиа. Она с нескрываемым ужасом смотрела на мистера Гарвельта и вся дрожала. Анастасия Петровна заметила это и закусила губу – не может быть хорошим человеком тот, кого так боятся.

– Я очень обеспокоена душевным состоянием Лены, – заставила она себя говорить. – Особенно после того, что мне рассказала Сатиа.

– Вот как? – негромко сказал бледный, поворачиваясь к вампирше. – Говори, арвад.

– Повелитель! – Сатиа сползла с кресла, становясь на колени. – Вы можете меня уничтожить, но нельзя поступать с госпожой так, как…

– Как кто?

– Воины Пути. Елена Сергеевна сходит с ума, сегодня нам едва удалось вывести ее из состояния ступора, она перестала на что-либо реагировать.

Сатиа закусила губу, но заставила себя подробно рассказать о происшедшем этим вечером. Палач внимательно слушал ее, иногда задавая уточняющие вопросы. Когда она закончила, его губ коснулась почти незаметная высокомерная улыбка. От этой улыбки сердце персиянки мгновенно рухнуло в пятки, она уже ощущала жар огня, в который ее вскоре швырнут по приказу Повелителя.

– Я доволен твоими действиями, арвад. Передай мою благодарность своей подруге и Юкио.

Неожиданные слова заставили приготовившуюся к мучительной смерти Сатиа облегченно выдохнуть. Не ошиблась! Какое счастье, не ошиблась!

– По моим расчетам, Елена Сергеевна должна была впасть в это состояние только послезавтра, – снова заговорил мистер Гарвельт. – Видимо, свою роль сыграл ваш приезд, Анастасия Петровна. Значит, придется проводить инициацию раньше.

– Так вы все знали? – Ленина мама помрачнела.

– Естественно, – кивнул бледный. – В этом доме ничего не происходит помимо моей воли.

– Но зачем?! Как же можно так?!

– А затем, что иначе спасти ее жизнь невозможно! – жестко ответил беловолосый. – Понимаете? Это единственный на данный момент способ. Если ваша дочь не успеет осознать необходимое, то ее вскоре не станет. Да и Ирочка может погибнуть без матери. Я этого не хочу, потому и приказал воинам Пути заняться Еленой Сергеевной всерьез.

– Но почему она может погибнуть? – растерялась Анастасия Петровна. – Вы же забрали ее сюда, чтобы защитить…

– Именно так. – Мистер Гарвельт приподнял уголки губ. – Но этого мало. Как бы вам объяснить, чтобы вы поняли?