– Я думала, это комнаты Дины.

– И в чем же разница?

С него капала вода на пол, и Фрэнк машинально шагнул на ковер, оказавшись совсем близко к Элис. Ее неожиданная реакция застала его врасплох: она отшатнулась, как если бы он ударил ее. Рука вслепую нашаривала дверную ручку за спиной, и Фрэнк понял, что, если она откроет дверь, то тут же сбежит.

Он решительно шагнул вперед... и почувствовал, что полотенце соскальзывает вниз. Но, только подойдя вплотную к ней и ощутив кожей тонкую ткань ее шорт, осознал опасность ситуации.

Это было невообразимо сексуально. Близость ее тела, ее груди всколыхнула все его чувства и заставила прерваться дыхание. Но чем решительнее он старался прогнать прочь непрошеные эмоции, тем сильнее они одолевали его, доводя возбуждение до высшей степени. Он хотел ее так неистово, что чувственный голод причинял почти физическую боль!

– Пожалуйста...

Элис уперлась в его грудь ладонями и тщетно пыталась оттолкнуть. Фрэнк насмешливо улыбнулся. Неужели она не понимает, что таким образом может вызвать только обратный эффект? Если бы она знала, как ему нравится ощущать эти нежные пальцы на своей коже! Насколько соблазнительно было бы передвинуть их вниз, ближе к источнику желания, которое кружило голову...

Элис не могла поверить, что все это могло случиться на самом деле. Она уже видела Фрэнка обнаженным и в день своего приезда сюда, и после купания в океане, но никогда не представляла, что однажды может оказаться в его объятиях! Господи, что же ей делать? Что сказать, чтобы он понял ее?

– Ты не ответила мне, – прерывисто дыша, сказал Фрэнк, и она вдруг испытала безумное желание расхохотаться.

Как он мог ожидать разумного ответа, прижимая ее к своему обнаженному телу?!

– Не знаю, каких слов ты ждешь от меня, – наконец выдавила из себя Элис, пытаясь избежать его пронизывающего взгляда. – И я не могу отвечать в таком положении! Если ты меня отпустишь...

– Ты умчишься отсюда так быстро, что только пятки засверкают, – хрипло прошептал Фрэнк. – Так что лучше говори, что здесь делала! Меня не удовлетворяет объяснение, что ты перепутала комнаты.

Элис мучительно пыталась придумать подходящий ответ. Она слышала ярость в голосе, чувствовала страсть, постепенно охватывавшую его, и боялась пошевелиться, чтобы не усугубить своего и без того чреватого непредсказуемыми последствиями положения.

– Я... я просто хотела посмотреть, кто написал эти картины! – наконец в отчаянии выкрикнула она и тут же наткнулась на его скептический взгляд. – Правда, правда! Я интересуюсь живописью.

– Тогда почему же ты не спросила у Дины?

Только теперь Элис поняла, что он не знает, где Дина. Но стоит ли сообщать, что мачеха уехала к нему? Ведь Фрэнк может решить, что ему вообще нечего опасаться!

– Тебе... тебе лучше отпустить меня! – опять ушла она от прямого ответа.

– Вот как? – насмешливо протянул он, даже не шелохнувшись. – И что же произойдет, если я не сделаю этого? Пожалуешься Дине? Фрэнк усмехнулся. – Хотелось бы посмотреть на эту сцену!

Элис охватило чувство полной беспомощности.

– Тебе надо одеться, – пробормотала она, проклиная минуту, когда нашла чертов ключ. —

Фрэнк, ты совсем мокрый, и я тоже скоро буду мокрая...

– В самом деле? – Он немного отодвинулся и внимательно посмотрел на нее. Элис почувствовала, что ее соски твердеют от одного его невыносимо чувственного взгляда. – О, конечно, – прошептал Фрэнк. – Не хочу причинять тебе неудобств. Не годится портить такую милую одежду. Но, может быть, тебе лучше последовать моему примеру и раздеться?

– Ты сумасшедший!

Больше всего Элис была ошеломлена реакцией собственного тела на его объятия. Ей казалось, что ее сжигают заживо, она испытывала непреодолимое желание прижаться к нему изо всех сил.

– Не уверен в этом, – усмехнулся Фрэнк. – По крайней мере, не хотелось бы думать... А может, я не прав, и ты пришла сюда, чтобы найти меня? Если так, то я готов продолжить начатое на яхте.

Никогда еще Элис не чувствовала себя такой униженной. Как он мог говорить ей подобные вещи? Ведь он же любовник Дины и они находятся на ее вилле! Есть ли у него хоть капля стыда? Или Фрэнк надеется, что, потеряв голову в его объятиях, она признается в дурном умысле, и он выдаст ее Дине?

Но ведь Дина – ее мать! Элис поняла, что окончательно запуталась. И почему только Дина не предупредила Фрэнка о своем приезде заранее?! Тогда бы не возникла эта кошмарная ситуация. Она бы тихо проверила все картины и ящики столов, и никто бы ни о чем не узнал... Очевидно, Дина решила устроить возлюбленному сюрприз. А может, хотела застать его с какой-нибудь женщиной? Если бы она могла догадаться, что для этого не надо было никуда уезжать!

О Господи, Дина никогда не поверит, что Элис здесь совсем ни при чем! Впрочем, если Фрэнк сейчас же не уберет руки, тогда и сама Элис в это не поверит... Он действовал на нее обезоруживающе. Что и говорить, Фрэнк Тайлер меньше всех годился на роль святого!

Элис не могла отрицать, что ее влекло к Фрэнку. Даже стыдясь своих чувств, она была не в силах их игнорировать. Его запах, завораживавшая мужественность, возбуждение, которое вызывало каждое его прикосновение... вид его обнаженного тела заставляли закипать кровь.

– Фрэнк, пожалуйста, отпусти меня, – снова прошептала Элис, понимая, что уже почти готова уступить собственным безумным желаниям, что не в силах больше противостоять натиску его полных чувственности прикосновений.

Видит Бог, она не хотела становиться на пути собственной матери, но знала, что загнала себя в тупик. Фрэнк не позволит ей уйти из комнаты, не получив исчерпывающего ответа на свой вопрос.

– Я не знала, что ты вернешься, – в отчаянии пробормотала Элис.

– Что ж, в это я могу поверить. – Его губы были так близко – влажные, невыносимо притягательные. – Но хотелось бы знать, почему ты чувствовала себя в такой безопасности, вторгаясь в мою комнату. Где Дина, черт возьми? Или она очень кстати уехала в город?

– Что-то в этом роде, – с несчастным видом прошептала Элис.

Безумно стыдясь собственных мыслей, она понимала, что хочет только одного: чтобы он еще раз поцеловал ее.

– Ммм... как вовремя! – сухо протянул Фрэнк, чувствуя, что здравый смысл исчезает под напором желания, и проклиная себя за неосмотрительность. Наверное, он не завелся бы так легко, если бы не уронил полотенце.

Элис понимала, что ее бесцеремонное вторжение в комнату уже не занимает мысли Фрэнка. Она сделала последнюю попытку отстраниться, но, когда он легко коснулся языком ее губ и потом проник между ними, сдалась. Память о поцелуях и ласках на «Ночном призе» была слишком свежа, и Элис полностью отдалась пьянящему господству его губ.

– Черт побери, я хочу тебя! – прерывисто дыша, прошептал Фрэнк, крепче обнимая ее и разрушая последние психологические преграды между ними.

Он медленно провел рукой по ее спине, и Элис почувствовала дрожь в ногах, когда он с силой прижал ее к своей напряженной плоти. Если у нее и оставались какие-то сомнения по поводу его намерений, то теперь они окончательно исчезли.

– Ты не можешь! – прошептала она, хотя знала, что слова уже бесполезны, и замерла, почувствовав, что он собирается расстегнуть ее шорты.

– Почему же? – В его голосе зазвучали торжествующие нотки. – Мы оба объяты желанием, не отрицай! И никому больше не надо об этом знать...

«Никому» означает Дину, с возмущением подумала Элис, мгновенно вспомнив, что Фрэнк любит другую женщину. Сейчас ему просто нужен секс, и она подвернулась под руку!

– Пусти меня! – прошипела она со злостью, но Фрэнк только улыбнулся.

– Ни за что, – ответил он, прикладывая палец к ее губам. – Я повел себя как дурак там, на яхте. Но больше не собираюсь повторять эту ошибку.

Внезапно Элис поняла, что ее саму раздирают противоречивые чувства, а такие слова, как достоинство и самоуважение, ничего не значат. Она чувствовала, что находится на грани предательства – не только себя, но и женщины, которая когда-то родила ее...

– Фрэнк, пожалуйста, – сделала Элис последнюю жалкую попытку уговорить его. – Твоя... моя... Дина может вернуться в любую минуту!

– Думаешь, меня это беспокоит? – хрипло ответил он, зарывшись лицом в ее волосы. Боже, почему я считал тебя вначале каким-то бесполым существом? Как я мог так ошибаться!

– Это я виновата, – глухо откликнулась Элис, чувствуя, как напряглись ее бедра, когда он нежно коснулся рукой впадинки между ее ног. – Я... сама не могу понять, что со мной происходит... О Господи, не делай этого! Ты не имеешь права использовать меня сейчас, когда я превратилась в безмозглую идиотку!

Фрэнк удивленно присвистнул.

– О, Элис, не принижай себя. Ты просто женщина, настоящая женщина. Если здесь и есть идиот, то это я!

Элис уже не возражала. Ни один мужчина прежде не вызывал у нее такого чувственного голода. И хотя она пыталась выплыть, но захвативший ее прилив желания, похоже, не собирался отступать. Она хотела Фрэнка! Это было новое для нее ощущение, но она не могла ошибиться. Она действительно хотела его!

Фрэнк торопливо стащил с нее футболку и шорты. И ей вдруг захотелось всем телом прижаться к нему.

– Как ты прекрасна! – прошептал он, наклоняясь, чтобы нежно прикусить зубами один из затвердевших сосков. – А сейчас попробуй скажи, что не хочешь меня. О, Элис... твое тело выдает тебя.

Да Элис и не могла отрицать, что каждый ее нерв, каждая клеточка требовали удовлетворения, которое все никак не наступало. Ее чувства рвались наружу, не поддаваясь контролю разума.

Время стояло на месте... А может, наоборот, неслось вскачь? Элис ни в чем не была уверена. Она чувствовала только, что голова кружилась. Ей казалось, что они остались одни на свете, что никто никогда не войдет в эту комнату и не потревожит их. В каком-то дальнем уголке сознания мелькнула мысль, что они находятся в доме Дины... Мелькнула – и сразу исчезла. Дина сейчас за тысячи миль отсюда, а Паула и Ралф... Они не придут к ней на помощь. Да и о каком спасении может идти речь, когда она в преддверии того, к чему стремилась всю свою жизнь!

Каким-то образом – Элис даже не заметила, как именно, – она оказалась на полу, спиной на прохладном ковре. Длинный ворс приятно щекотал ягодицы. Но все ощущения меркли перед блаженством, которое дарил ей мужчина, стоявший на коленях между ее бедер и нежно и осторожно ласкавший пальцами влажное лоно Элис.

Она не могла больше выносить этой сладостной пытки и бессознательно выгнулась навстречу ему. Ей хотелось одного: чтобы Фрэнк освободил ее от ноющей, охватившей все ее тело боли.

– Знаю, чего ты хочешь, – сказал он, наслаждаясь тем, какую бурю эмоций вызвал в ней.

Он склонил лицо туда, где только что были его пальцы, и Элис дернулась, прогнувшись, как дикая кошка.

– Ф-фрэнк, Я не могу больше! – простонала она.

– Подожди, любовь моя, – шепнул он и, взяв руку Элис, поцеловал ее пальцы, потом провел ее рукой по своему телу.

Никогда еще Элис вот так не касалась мужчины. Всегда что-то удерживало ее в последний момент. В юности подруги смеялись над ней, называли недотрогой, но она твердо решила, что никогда и никому не отдастся из любопытства. Годы шли, и она уже начала терять надежду, что встретит того единственного, кого по-настоящему полюбит.

Боже, неужели всю свою жизнь она ждала Фрэнка?!

– Дай мне самому, – хриплым умоляющим голосом пробормотал Фрэнк, опускаясь на нее. В первый момент Элис не поняла, чего он хочет, а затем ее мышцы инстинктивно напряглись, пытаясь воспротивиться вторжению. – Ты девственница?! – выкрикнул он за секунду до того, как войти в нее, но ей совсем не хотелось сейчас обсуждать это.

Элис вдруг стало страшно – настолько, что когда он начал ритмично двигаться, она вонзила ногти в его плечи, оставляя четкие красные полукружья. Ей казалось, что она лишилась остатков разума, дыхание прерывалось, и в какой-то миг она подумала, что вот-вот лишится чувств.

– Расслабься, – прошептал Фрэнк, уловив ее страх и пытаясь успокоить. Он слегка отстранился, посмотрел туда, где их тела слились воедино, и на его лице появилось выражение блаженства. – Мы нужны друг другу, разве ты этого не понимаешь?

Но Элис ничего не понимала и ни о чем не думала. Она чувствовала только, что он увлекает ее за собой в волшебный мир, где не существует ничего, кроме их обоюдной страсти...

12

Фрэнк пришел в себя, когда Элис попыталась дотянуться до одежды. В нем мгновенно вспыхнуло раздражение: ему показалось, что она хочет подчеркнуть краткость и незначительность того, что несколько минут назад произошло между ними.

Повернувшись на бок, Фрэнк успел схватить ее за лодыжку.

– Что-то не так? – спросил он, когда Элис резко отдернула ногу. – Куда ты торопишься? У нас впереди целый вечер. Ты сама сказала, что Дина вернется нескоро.

– Дело не в этом! – Элис поспешно натягивала на себя футболку. – Неужели ты не понимаешь, что мы наделали?! Нам должно быть стыдно! – Голос ее срывался, казалось, она вот-вот заплачет. – Разве ты совсем не думаешь о Дине?

Это обвинение разозлило Фрэнка еще больше. Он не мог поверить в искренность ее слов. Только что она в упоении занималась с ним любовью, а теперь непонятно почему раскаивается. И какое, черт возьми, ей дело до Дины?! Это его проблема, и он как-нибудь справится с ней сам!

Может, он был чересчур агрессивен? Но Элис сама в этом виновата. Она не должна была тайком пробираться в его комнату и смотреть, что плохо лежит! А когда он обнимал ее, ей не следовало таять, как снежинке под лучами солнца...

– Конечно, я думаю о Дине, – выдавил он из себя, но это тоже были неискренние слова. На самом деле Фрэнку даже не хотелось вспоминать о мачехе и о том, что он собирался связать с ней свою жизнь. Он боялся признаться себе, что главную и единственную роль в его отношениях с Диной играло слепое влечение. Ведь ему столько лет казалось, что он любит эту женщину!

С приглушенным рыком Фрэнк вскочил на ноги, и Элис тут же отодвинулась от него подальше. О Господи, чего она так боится? Не ударит же он ее! Хотя врезать кому-нибудь очень хотелось... Но Фрэнк прекрасно понимал, что только он один в ответе за собственные грехи.

– Что ты теперь собираешься делать? – тихо спросила Элис.

Она все еще возбуждала его, и Фрэнк наклонился за полотенцем, чтобы скрыть это. Действительно, что же ему делать? Как он будет смотреть в глаза Дине после того, что произошло?

Фрэнк опустил голову и вдруг краем глаза заметил, как что-то блеснуло на ковре. Опередив Элис, он поднял небольшой ключ. Раньше его здесь не было. Наверное, Элис выронила его из кармана шорт.

Небрежно держа ключ двумя пальцами, он почувствовал себя более уверенным, чтобы встретить ее взгляд.

– Твой?

– Нет... То есть да... – запинаясь, пробормотала Элис.

Черт побери, почему она так нервничает? И почему так неохотно призналась, что ключ принадлежит ей?

– Он или твой, или не твой, – твердо сказал Фрэнк, игнорируя ее протянутую руку. – Какой маленький... От чего он?

У Элис перехватило дыхание. Фрэнк заметил, как ее взгляд мечется по комнате, почувствовал, что она хочет любым способом заполучить ключ обратно, и подозрения его вспыхнули с новой силой. Этот ключ был похож на те, которыми открывают шкатулки с драгоценностями или нечто подобное. Неужели Элис способна украсть?!

Фрэнк закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Она говорила, что приняла эту комнату за спальню Дины. Но зачем Элис понадобились картины? Хотя, постой-ка... Он снова взглянул на свою находку. Она могла предположить, что это ключ от сейфа! В самом деле, откуда Элис могла знать, что его мачеха не держит ничего ценного в доме?

– Я подобрала его, – внезапно сказала Элис, ворвавшись в его размышления. – В кабинете на первом этаже. Я... я собиралась его отдать.

– Неужели? – язвительно спросил Фрэнк. – Разве ты уже нашла то, что искала?

– Не понимаю, о чем ты говоришь...

Элис подняла голову и посмотрела на него.

В ее ясных глазах блестели невыплаканные слезы, и ему страшно захотелось поверить ей. Но Фрэнк тут же возненавидел себя за то, что поддался слабости.

– Признайся, ты думала, что это ключ от сейфа, – сказал он, решив, что терять нечего. Господи, он, должно быть, сумасшедший, если рискнул всем ради минутного удовольствия. Ведь он уже готов был отказаться от Дины, разрушить свое будущее... И ради кого?! Фрэнк горько усмехнулся, наблюдая, как Элис мучительно пытается придумать подходящее объяснение.

– Напрасно стараешься, – холодно заметил он. – Не могу понять только одного: как ты надеялась удрать отсюда с добычей.

– С какой добычей? С ключом?

Увертывается как может, подумал Фрэнк, но все равно улыбнулся.

– Удрать с ворованным, – терпеливо пояснил он. – Ты, очевидно, забыла, что это – всего лишь маленький остров. Тут негде прятать сокровища.

– Я не воровка!

– Да ну? – Он повертел у нее перед носом ключом. – Тогда расскажи мне, что ты собиралась с этим делать.

– Я уже говорила...

– Ты хотела его вернуть? Да? Ну вот что, мне не подходит такой ответ, Элис. И боюсь, что, когда я расскажу твою версию Дине, она тоже не поверит тебе.