— Селена, ты совсем сдурела что ли? — обиделась кровопийца, вскинув на меня фиалковые очи. — Договаривались же посидеть за чашечкой горячительного зелья!

— Крови моей захотела? Я тебе сейчас согреюсь! А ну где мой осиновый кол со связкой чеснока?

Вампирша начала терять терпение и со всей силы забарабанила по стеклу:

— Открывай!

— А что такое? — поинтересовался звонкий девичий голос, и в зеркале рядом с брюнеткой возник белокурый ангел в облачке зеленого газа.

— Мелисса, наконец-то! Да вот, ничего не понимаю, — развела руками вампирша и внезапно нежно поинтересовалась у меня: — Дорогая, ты себя как чувствуешь? Головокружения нет, в сон не клонит?

Я машинально ощупала шею на предмет двух затянувшихся дырочек. Чем черт не шутит? Что, если в этом диком времени за ночь меня уже успели покусать? Это объясняет возникновение зеркальных галлюцинаций.

— Твои опыты с кровью тебя до добра не доведут, — покачала головой блондинка, отгоняя от себя клубы зеленого дыма. — Алену уже не помочь, но тебя мы терять не намерены. Так ты нас пустишь?

— Я иду за серебряным распятием! — пригрозила я.

Тем временем зеленоватый пар вокруг ангелоподобной гостьи окончательно развеялся, и я уткнулась глазами в золотой крестик, щедро усыпанный рубинами и сапфирами, который возлежал на высоко приподнятой груди Мелиссы.

— Что нам еще сделать? — смиренно поинтересовалась та, перехватив мой взгляд. — Пожевать дольку чеснока? — Мелисса, не выдержав, прыснула, а вампирша так и расхохоталась, чуть не согнувшись пополам.

— Смотри! — отсмеявшись, кровопийца щелкнула пальцами, раскрыла ладонь и продемонстрировала головку чеснока. — Одного зубчика хватит? Тьфу, гадость! Сама бы попробовала, а? — поморщилась она, жуя чеснок, и заявила: — За мои страдания требую от тебя бокал веселящего эликсира, рецепт новой мази от прыщей и адрес твоей портнихи!

— Теперь нам можно войти? — хором поинтересовались девушки.

— Добро пожаловать, раз уж пришли, — нехотя пригласила я.

— Селена! — Девушки и не собирались двигаться с места.

— Что еще?

— Портал открой!

Портал? Интересно, каким образом? Озадаченно уставившись на стекло и оглядев раму, я была вынуждена обратиться за помощью к незваным гостям.

— Большой рубин в центре лилии в правом углу рамы! — по-прежнему хором пропели девицы.

Я дотронулась до камня, который вспыхнул красным сиянием под рукой, и тут же отражения девушек материализовались у меня за спиной.

— Наконец-то! — бросая на стол остатки чеснока, фыркнула лже-вампирша. — Ну ты и шутница! Вполне в твоем духе разыграть потерю памяти накануне Чудесной полночи.

— И когда настанет сей дивный час? — нахмурилась я. Мало мне Двойного полнолуния, теперь еще полночь какая-то!

— Уже вот-вот! — радостно воскликнула Мелисса, закружившись по комнате.

Брюнетка тем временем вглядывалась в зеркало, которое на этот раз работало в режиме обычной демонстрации, и хмурила лоб, рассматривая нахальный прыщик, вскочивший прямо в ложбинке между грудями, утянутыми в черный бархат, бормоча:

— И откуда взялся-то? Пять минут назад еще не было!

— Когда же наконец придут все? — нетерпеливо добавила Мелисса, отталкивая брюнетку от зеркала. — Мадлен, хватит закрывать портал! Сейчас явится Аньес и мигом устранит твой прыщик.

— Кто сейчас явится? — слабым голосом поинтересовалась я, совершенно не представляя, что меня ждет и как себя вести с этими бесцеремонными особами, нахально вваливающимися в кабинет через зеркало.

Хорошо еще, что оно здесь одно! А то бы посетительницы сыпались горстями из всех щелей.

— Ну все наши! Селена, хватит нас разыгрывать! — возмутилась смешливая блондинка.

Ну Ив! ну удружил! Я тихонько попятилась к двери.

— Девочки, вы тут пока отдохните, посмотрите фотографии, включите телевизор, а я скоро вернусь! — на одном дыхании выпалила я, вылетела в коридор и понеслась на поиски коварного рыцаря, отправившего меня прямо в логово магического беспредела.

Ива я нашла во дворе, где он забавлялся игрой в сабельки со скромно одетым русоволосым парнишкой и вовсе не спешил явиться на мой вопиющий зов.

— Ив!

— Иду! — наконец-то отозвался он и, сделав эффектный выпад, выбросил шпагу в паре миллиметров от горла своего противника, затем бросил короткий кивок, вручил ему оружие и неторопливо направился ко мне. — Что случилось? Пожар? Чума? Нападение оборотней?

— Нашествие незваных гостей, — хмуро ответила я, стараясь не смотреть в его такие красивые искрящиеся глаза, дабы не растерять всей своей строгости и гнева.

И вкратце обрисовала ситуацию, закончив свою гневную тираду словами: «Как ты мог отправить меня на растерзание этим гарпиям и выставить полной дурой!»

— Я здесь ни при чем! Совершенно забыл, что сегодня за день... — искренне оправдывался он и озадаченно нахмурился. — Меня удивляет, почему ты не спрашиваешь, что теперь делать.

— Это я и так знаю, — махнула я рукой. — Отсижусь в своей комнате, пока они не уйдут, а потом постараюсь узнать, не может ли это зеркало перенести меня домой.

— Селена, но ты не можешь! — возмутился Ив. — Они твои самые близкие подруги, твои коллеги, почти твоя семья. Если ты потеряешь авторитет и уважение среди своих, вернуть их обратно будет крайне сложно! Надеюсь, ты не успела рассказать им, что не умеешь колдовать? — озабоченно поинтересовался он.

— Не успела, — успокоила я его. — Но непременно скажу!

— Селена, не будь ребенком! Твои шутки могут зайти слишком далеко. Ты у них сейчас вроде лидера, примера для подражания, и они твои друзья. Но кто знает, как они себя поведут, когда узнают, что ты, хотя бы и на время, лишилась своего дара?

— Значит, как я и думала, они — ведьмы! — обреченно включила я. — И что это за Чудесная полночь такая?

— Чудесная полночь — вроде состязания в волшебстве. На ней чародейки соревнуются в различных областях магии, Демонстрируют свои последние изобретения и выбирают победительницу.

— Час от часу не легче, — ужаснулась я. — И что мне теперь делать? Когда все начнут отчитываться в колдовстве, вызывать духов, двигать предметы и предсказывать будущее, что буду делать я?

— Ну с предсказанием будущего ты уж как-нибудь справишься, — улыбнулся Ив. — Твой рассказ о самодвижущихся каретах и кораблях, летающих по воздуху, меня более чем впечатлил. Вызывать духов в среде приличных волшебниц не принято, двигать предметы — такая мелочь, что никто не усомнится в твоих способностях на этот счет. А в остальном — скажи, что весь месяц работала над каким-нибудь особенным заклинанием, которое пока хочешь сохранить в тайне. Чтобы никто не украл твою идею.

— Спасибо, выручил, — фыркнула я. — Пойду, а то гости заждались.

— Сэл, — окликнул меня Ив. — На всякий случай… У каждой из волшебниц есть свой особый дар. У Аньес это целительство, у Мари Лу — любовная магия, Мелисса изобретает новые заклинания и волшебные предметы, а Мадлен — специалист по гипнозу и умеет управлять людьми.

—А я?

— Что ты?

— У меня какой особый дар?

— Ты во всех областях хороша! — вывернулся Ив. — Ты же лучшая среди вессалийских волшебниц!

— Значит, специалист широкого профиля, — пробурчала я. — Вот счастье-то привалило!

Путь к кабинету был не таким спокойным, как хотелось бы. Я не успела дойти до лестницы нескольких шагов, когда рядом с моей головой просвистел какой-то оранжевый ком и отскочил к стене, разлившись по гобелену лужей пламени.

Служанки вскрикнули и поспешили потушить огонь.

— Селена, — покачала головой нянюшка. — Не стоит тренироваться в доме, это же опасно!

Мне потребовалось не меньше тридцати секунд, чтобы сообразить:

1. Мимо меня только что пронесся огненный снаряд.

2. В создании сего снаряда подозревают меня, то бишь —Селену.

Надеюсь, волшебницы не заставят меня кидаться огнем, с содроганием подумала я, поднимаясь наверх. Иначе лучше бы мне сразу было оказаться на месте вспыхнувшего гобелена. Думать о том, откуда взялся горящий шар и почему $н пролетел в нескольких сантиметрах от меня, мне было •некогда. Надо позаботиться о том, как не расколоться перед отпетыми волшебницами.

Сказать, что я волновалась, значит, погрешить против истины. Меня трясло, как абитуриента на вступительном экзамене, вытащившего единственный из всех возможных билетов, о содержании которого он не имеет ни малейшего представления.

Я бы могла рассказать современным ведьмам о кондиционерах и компьютерах, поделиться рецептом приготовления тирамиссу и техникой нанесения макияжа в зависимости от цветового типа. Я бы даже объяснила различия между стрингами и бикини и постаралась объяснить принцип работы солярия и фена. Но сотворить самое простое любовное заклинание или заставить человека кукарекать смеха ради я была не в состоянии.

А собственно, из-за чего я так страшно волнуюсь? В конце концов, это авторитет Селены, а не мой. И терять мне нечего. Разве что коллеги-ведьмы распознают во мне самозванку и превратят в лягушку или испепелят на месте.

Что ж, лучше мгновенный ужас, чем ужас без конца! Пусть я стану квакушкой или горсткой пепла, чем навеки застряну в глухом Средневековье и буду корчить из себя великую волшебницу, боясь разоблачения.

Из кабинета раздавались громкие голоса.

— Наконец-то! — бросилась ко мне Мелисса. — Аньес и Мари Лу уже заждались!

Из зеркала приветливо махнула рукой совсем юная русоволосая пышечка, которая, к моему ужасу, явилась в компании безголовой, но чертовски хорошо сложенной девицы, одетой в кокетливое синее платье с глубоким декольте.

— Э... входите, — радушно проблеяла я, прикоснувшись к красному рубину.

Красавица «без головы» присела, подмигнула мне большим зеленым глазом и поправила кокетливый рыжий локон на очаровательной головке. Зеркало Селены оказалось чересчур низким для прекрасной Аньес, вымахавшей на добрых два метра в высоту. Поздоровавшись с высокой, как каланча, волшебницей и высвободившись из дружеских объятий восторженной Марии Луизы, я вспомнила о своих обязанностях хозяйки и предложила своим гостьям по чашке чая. Гостьи воззрились на меня, как на ожившего мамонта, и хором расхохотались.

— Сэл, извини, но я тут похозяйничала в твоем шкафчике и угостила нас с Мелиссой бокалом веселящего зелья. — Мадлен изящным жестом подхватила со стола пузатую зеленую бутыль и разлила ее фиолетовое содержимое по трем бокалам, плеснув немного эликсира также себе и, белокурой волшебнице.

Того самого эликсира, который полчаса назад налила туда я.

— Вы его уже пили? — ужаснулась я, ожидая от таинственного варева какого угодно результата — от появления у гостей свиных хвостиков и синих пятен до превращения в мадагаскарских тараканов.

— Целую бутыль, — смущенно улыбнулась Мелисса. — Это уже вторая.

— И как вам?

— О, просто бесподобно! — отозвалась блондиночка. — Мадлен только что призналась, что соблазнила моего жениха и подменила мое зелье красоты на отвар «Три толстяка». Такая шутница!

— А кто здесь шутница? — возразила Мадлен. — Я сказала чистую правду!

Ха-ха-ха! — закатилась Мелисса.

К ней присоединились голоса отведавших напитка Мари Лу и Аньес.

— Хотя наша малышка Мадлен способна и не на такое, — отсмеявшись, признала рыжая волшебница. — После того как я избавила ее от бородавок и гнилого зуба, подправила нос и ушки и снабдила отваром для густоты и роста волос, она стала настоящей красоткой и способна соблазнять и без помощи магии.

Мадлен позеленела от злости. Только хорошее воспитание не позволило ей вцепиться в волосы целительницы, но чувство такта второй раз изменило ей, и она ответила:

— К счастью, я никогда не страдала от недостатка пылкости. Чего не скажешь о некоторых из нас, вынужденных прибегать к эликсирам возбуждения страсти и заклинаниям смелости всякий раз, когда к ним в спальню стучится законный муж.

— Девочки! — ужаснулась Мари Лу, чуть не поперхнувшись веселящим зельем. — Да что вы такое говорите!

Я опасливо отодвинула свою кружку в сторонку, будто та была заражена вирусом чумы или гепатита. Хуже! Перед своим исчезновением Селена сварила сыворотку правды! Не хватало еще разоткровенничаться перед ведьмами о подмене и о своем мире.

— О, вы не видели обновленную Маргариту? Это просто театр и трубадуры! — поспешила перевести разговор Мелисса.

— Куда уж еще больше, — хмыкнула Мари Лу. — Каждое ее явление сродни целому представлению. Ей бы гетерой в Роме родиться, а не честное имя жены графа позорить.

— Так было раньше. Но сейчас нашу Марго не узнать. Такая скромница стала! Все свои блистательные наряды отдала — куда бы вы думали? — в монастырь! То-то монашки будут счастливы!

— Так что если увидите монашку в платье с вырезом до пупа, разрядившуюся как честная куртизанка, не спешите читать заклинания против бесов и разгонять морок, — хохотнула Мадлен.

— А сама наша скромная красавица полностью сменила гардероб. Теперь является на люди исключительно в глухих одеждах, застегнутая на все крючки, да еще и с перелиной, накинутой поверх...

— Не иначе как монашки на радостях пожертвовали, — хихикнула Аньес.

— ...Глаз от пола не поднимает, о флирте и не помышляет, любовникам всем отворот поворот дала и теперь блюдет чистоту и невинность, мужу на радость, всем на удивление. Один особо пылкий поклонник пытался на днях проникнуть к ней в опочивальню — потом искал ведуна, чтобы кости срастить.

— Неужели супруг, допущенный обратно на брачное ложе, с лестницы спустил?

— Куда там! Марго как к окну подскочила, так он сам с балкона сиганул. Ожидал теплого приема и томную красавицу в шелках, а увидел сушеную воблу без парика, в бабушкиных панталонах и с подсвечником наперевес.

— А ты-то откуда такие подробности знаешь?

Мелисса залилась краской и смущенно хихикнула:

— Так я ему перелом сращивала.

— И не только, надо думать, перелом, — усмехнулась Мадлен. — Небось и профилактику против преждевременной импотенции провернуть успела.