Он покачал головой и снова развернул ее в сторону их лагеря.

— Пойдем, принцесса. Разведем огонь, перекусим, может, даже кофе выпьем. А потом устроимся на ночлег и постараемся восстановить силы.

— Вот такие новости я согласна слушать, — кивнула она, явно довольная перспективой. И зашагала бок о бок с ним к палатке. Теперь, когда он давал указания, ей было несложно развести огонь. — Второе, что я сделаю, вернувшись домой, — это запишусь на курсы выживания в экстремальных ситуациях, — бормотала Ноэль себе под нос, высыпая концентрат овощного супа в кастрюлю с растаявшим снегом. С посудой у них было неважно. В наличии оказались только две небольшие кастрюли, нож и по две ложки, вилки, тарелки и чашки.

Кит поднял голову от карты, которую как раз изучал. Ему удалось с достаточной точностью отметить место крушения самолета. Он не сильно ошибся, отвечая на вопрос Ноэль о расстоянии до жилых мест.

— У тебя и так все здорово получается.

Ноэль, взглянув на него, сморщила носик.

— А мне кажется, у меня обе руки левые.

— И все равно прелестные.

Она высунула язык. Порыв ветра качнул деревья и смахнул с них снег. Несколько снежинок растаяли на кончике ее языка.

— Смотри, нарвешься на неприятности, — предупредил Кит. От ее по-детски невинного жеста его пронзило желание. Сила духа так ее и не покинула, несмотря на совершенно очевидную усталость. Она не издала ни единой жалобы, хотя ей пришлось самой выполнить всю ту работу, которую сделал бы он, если бы не его плечо. — Я и сам мог бы приготовить ужин.

Ноэль покачала головой.

— Мы ведь это уже обсудили. Чтобы выйти завтра на рассвете, ты должен был определить, где мы находимся. Я в картах не разбираюсь, как и во всем остальном. А вот суп сварить — могу.

— Я мог заняться картой и позже.

— А погода? Забыл? Тебе же пришлось подниматься на гору, чтобы обозначить направление пути. Если эти тучи сдержат свое обещание, уже очень скоро ни зги не будет видно. Ты это понимаешь. И я это понимаю. Так что хватит переживать о том, что я устала и тому подобное. — Она помешала содержимое кастрюли и вынула ложку. Вполне можно оставить суп на пару минут без присмотра.

Ноэль обошла костер и опустилась на бревно, которое Кит подтащил к костру, чтобы им было на чем сидеть.

— Перестань носиться со мной как с ребенком.

— И не думал.

— Но хотел бы.

— В этом нет ничего плохого.

Ноэль несколько секунд вглядывалась в лес позади него.

— Большую часть жизни я старалась избегать душевной связи с людьми. На это были самые разные причины. Я боялась. Да и сейчас боюсь. — Она сосредоточила взгляд на его лице. — Но только не с тобой. Не знаю даже почему, но с тобой я не боюсь.

Кит смотрел в ее глаза и видел в них вопросы, на которые у Ноэль не было ответов, видел желание понять, которое она так мужественно высказала вслух.

— Я ничего не могу с собой поделать. Я не могу избавиться от тревоги за тебя, от желания защитить. Это не значит, будто я считаю, что ты не в состоянии сама о себе позаботиться. Ты уже доказала обратное. И это не значит, что я тебя недооцениваю. Вовсе нет. — Он провел затянутым в перчатку пальцем по ее губам. — Ты можешь это понять и не обижаться?

Ощущение гладкой кожи, касающейся ее губ, было невероятно эротичным. Затеплившееся в ней желание унесло за собой и холод, и тяжесть усталости.

— Но это… не из-за моей внешности?

Он покачал головой; нежная улыбка тронула уголки его рта.

— Нет, это не из-за твоей внешности. А из-за того, как я себя чувствую рядом с тобой.

— Как?

На ум пришло так много гладких, полных лести фраз, но ни одна из них не подходила к этой женщине. Лишь правда безо всяких прикрас удовлетворила бы и ее, и его.

— Как мужчина. Твой мужчина. — Его палец скользнул вниз, прочертил дорожку вдоль ее горла, до воротника куртки. — Возможно, я и не нужен тебе, но я не сумел бы противиться этому ощущению, даже если бы захотел.

Ее мужчина. Ноэль прислушивалась к этим словам, пробовала их на вкус. И обнаружила в них странное удовлетворение. Никто прежде не казался ей таким близким.

— Мы совсем не знаем друг друга.

— Сколько раз, хотел бы я знать, эти слова. возникали в отношениях мужчины и женщины? Да разве время что-нибудь значит? Разве оно гарантирует желание? Разве оно содержит обещание вечной любви? Или шепчет лживые обещания, которые будут нарушены при первых же возникших трудностях? — Он наклонился ближе к Ноэль, речь его стала тягучей, глубокой. — И кто скажет, сколько дней или лет будет достаточно для настоящих чувств?

Последние слова Ноэль скорее не услышала, а почувствовала теплым дыханием на своих губах.

— Не знаю, — прошептала она, в шоке от того, что почти не помнит, о чем они говорили, а уж тем более не в состоянии найти доступный ответ. Кит склонился так близко, что она ощущала запах мужчины. Его запах. Воздух был холодным, хрустящим от мороза; и все же атмосфера вокруг них раскалилась от желания: его, ее. Не отдавая себе отчета в том, что она просто не может сейчас к нему не прикоснуться, Ноэль обвила пальцами его запястье.

— Не знаешь. А может быть, времени прошло уже достаточно? Мне хочется в это верить. А тебе?

Он снова подталкивал ее к рискованному шагу. Первый она по его просьбе уже сделала — и обнаружила в себе нечто такое, о чем и не догадывалась. Самолет потерпел крушение. А она — нет. Она не только выжила, но и сумела позаботиться и о себе, и о нем.

— И мне.

Поцелуй сорвал ответ с ее губ. Его рот был теплым, властным. Ноэль окунулась в этот поцелуй, принимая его тепло, возвращая его страсть. Ее руки скользнули вокруг его шеи, она потянулась к нему, мечтая быть ближе к тому огню, что он в ней вызывал. Желание заставило ее забыть о его руке.

Кит замер, едва успев подавить стон.

Ноэль, мгновенно уловив перемену, отстранилась.

— Я забыла, — извиняющимся тоном прошептала она.

Кит с гримасой поправил под курткой перевязь.

— Я и сам забыл, — признался он. — Но на пару минут я вознесся на небеса.

Ноэль негромко рассмеялась. С ним ей всегда было так легко.

— Тебе тоже так показалось? — застенчиво спросила она.

Изумрудная зелень его глаз потемнела от только что пережитых эмоций.

— Определенно.

— Я рада.

— Но сейчас я бы предпочел, чтобы ты переместила свое прелестное тело к костру и проверила, как там наш ужин. Если честно, я так тебя хочу, что напрочь забываю об этой чертовой руке. А она нам обоим нужна в рабочем состоянии — и чем скорее, тем лучше.

Ноэль сверкнула улыбкой. На душе у нее было так тепло, как, пожалуй, никогда в жизни.

— Ладно, иду. Но мне это не нравится. Кит покачал головой.

— Принцесса, ты не умеешь вовремя остановиться. — Ее смех был так же прекрасен, как и она сама. Он с наслаждением впитывал эти звуки, хотя его тело протестовало против того решения, которое он принял против его воли. Женщина в зале ожидания аэропорта так отличалась от этой, новой для него Ноэль. Раньше он думал, что уже разгадал ее. Но с каждой минутой обнаруживал, что прикоснулся лишь к самой поверхности ее тайны.

Будущее таило всевозможные опасности, и самой меньшей из них было выбрать не то направление и отправиться в сторону, противоположную цивилизации.

Глава 6

Кит рассматривал спящую Ноэль, лежа рядом с ней. Снаружи ветер вел нешуточную схватку со снегом, но здесь, внутри шатра, было сухо и тепло. Разве есть хоть капелька романтики в том, чтобы лежать, свернувшись калачиком, бок о бок с желанной женщиной, когда на обоих куча зимней одежды, шапки и перчатки? Но Кит, несмотря на неподходящую обстановку, не в силах был забыть о том, как страстно, как мучительно остро он хочет ее. Она вызывала в нем улыбку. Но это удавалось и другим женщинам. Она заставляла его думать, но и это не было для него внове. Она вызывала в нем желание защитить. И такое случалось в прошлом. Она заставляла его дрожать от вожделения. Тоже довольно исхоженная тропинка.

Так в чем же разница? Казалось, Ноэль умудрилась собрать все, что ему нравилось, в один начиненный динамитом пакет и уронить этот пакет прямо ему на колени. Он все еще не мог прийти в себя от потрясения и привыкнуть к удивительным, лишь ей присущим качествам. Ее мужеству. Ее присутствию духа, Ее способности протянуть руку помощи в незнакомой ситуации, которая обычную женщину непременно поставила бы на колени.

Она что-то невнятно и жалобно пробормотала во сне. Кит посильнее прижал ее к левому боку. Ноэль удовлетворенно вздохнула, прильнула к нему, и он скрипнул зубами от желания обнять ее по-настоящему, куда менее невинным жестом.

Несмотря на принятую после ужина болеутоляющую таблетку, голова и плечо сильно болели. Но он все-таки поел и даже немного отдохнул. Больше он ничего не мог сейчас сделать, поскольку непогода разыгралась не на шутку, едва предоставив им возможность поужинать. И вот теперь он прислушивался к шуму ветра, все сильнее засыпающего землю снегом, и в тепле и безопасности палатки прижимал к себе женщину, которая становилась ему с каждым мигом все дороже.

Лоррейн, с искаженным от беспокойства лицом, металась по комнате. Остальные члены семейства собрались вокруг телефона. На линии как раз был денверский сотрудник сыскного агентства Киллиана. Когда Ноэль позвонила и сообщила о вынужденной посадке самолета, о знакомстве с неким Китом и о своем намерении лететь с ним в Денвер, Лоррейн сильно встревожилась. Тогда Киллиану удалось ее убедить, что Киту Бэньону не составит труда преодолеть короткое расстояние между Чейенном и Денвером.

Но их самолет так и не появился в аэропорту Денвера, и еще несколько часов назад никто не мог даже предположить, что же случилось — то ли задержка с вылетом, то ли авария. Чуть позже стало известно о радиосигнале бедствия, принятом из района, где предположительно мог находиться самолет Кита. Но сигнал быстро прервался, а повторения не было.

Лоррейн резко обернулась, услышав, что Киллиан положил трубку.

— Что он сказал? — выкрикнула она прежде, чем кто-либо успел открыть рот.

Киллиан поднялся и подошел к ней. Он прекрасно понимал, что ее тревога усугубляется чувством вины, ею совершенно не заслуженным.

— Он сказал, что Кит отработал план полета и они вылетели из Чейенна в восемь утра — точно в назначенное время. На данный момент нам достоверно известно лиишь, что в их сторону двигался грозовой фронт и что женский голос передал по радио сигнал бедствия. Сейчас мои люди проверяют все окрестные аэродромы, но пока безуспешно. Может быть, гроза все-таки захватила их, и Кит вынужден был посадить самолет. Подтверждением тому стал сигнал бедствия. Самолеты службы спасения подняты в воздух, но, к сожалению, неблагоприятный прогноз оправдался, и видимость отвратительная.

Силк тоже встала, подошла к матери и опустила руку на ее хрупкие плечи.

— С Ноэль все будет в порядке. Ты же слышала те сведения, что Киллиан получило Ките Бэньоне. Кит ведь, как считают, отличный спортсмен, к тому же он живет в том районе, следовательно, знает его. Счастье еще, что рядом с ней не оказался какой-нибудь бесполезный бумажный червь.

— Она права, мамочка, — добавила Каприс с дивана. Любое движение на последних днях беременности становилось для нее испытанием силы и выносливости, поэтому она не покинула своего места.

Джеффри тоже остановился рядом с Лоррейн и взял ее за руку. В его глазах светилась не меньшая тревога, но всем остальным было понятно, что Лоррейн во всем случившемся винит только себя, поскольку именно ей принадлежала идея на год отправить дочерей из дома.

— Мы должны верить, что этот человек о ней позаботится, — твердо сказал он. — Силк, Каприс и Леора справились. И Ноэль мы не потеряем.

Лоррейн в упор посмотрела на него.

— Ты же понимаешь, что не можешь обещать этого наверняка. Мы даже не знаем, удалось ли им благополучно сесть.

Теперь поднялся и Дариан. Даже не ощущая рядом взволнованного дыхания жены, он кожей чувствовал ее страх.

— Может, тебе будет легче, если мы с Киллианом сами отправимся на розыски?

Лоррейн взглянула на него, потом на Каприс, которая сейчас так в нем нуждалась. Ее зять ради нее сдержал бы обещание, как бы сильно ни хотелось ему быть рядом с женой. И Каприс отпустила бы его — ради матери и ради Ноэль. Лоррейн высвободилась из объятий Силк и, подойдя к дивану, взяла в одну руку ладонь Дариана, а в другую — Каприс.

— Нет. Вы никуда не поедете. Вы ничем не сможете там помочь. И так делается все, что нужно. Я слышала разговор Киллиана с его людьми. Его приказов хватило бы напол-сотни спасательных бригад. — Она стиснула обе ладони. — Ты нужен Каприс, ты нужен ребенку. Я достаточно хорошо знаю Ноэль. Моя дочь не похвалила бы нас за лишний риск. — Она попыталась изобразить оптимизм, которого вовсе не испытывала. — Будем ждать. Нет, вот что я придумала. Завтра принесем и украсим елку. Ноэль всегда так нравилась наша елка. И я хочу, чтобы, когда мы ее отыщем, она почувствовала праздник. — Она обернулась к остальным. — Мне бы хотелось, чтобы все вы остались на Рождество со мной и Джеффри.

Силк не требовалось подтверждения Киллиана, чтобы догадаться о его согласии.

— Чур, я украшаю мишурой, — подхватила она тон матери. — Ноэль утверждает, что мне это лучше всего удается.

— А Дариан займется гирляндой. Папа в прошлом году разбил половину лампочек, — добавила Каприс, подыгрывая сестре.

Джеффри, чуть заметно расслабившись, буркнул:

— Ничего подобного. Что же я, по-вашему, ни на что не годен?

— Да-да, ты вывел из строя целых три нитки гирлянд, — заявил Киллиан.

— А тебе откуда знать? Тебя вообще тогда не было.

— А мне Силк рассказала.

Под аккомпанемент этих шуток Дариан наклонился и поцеловал Лоррейн в щеку.

— С ней все будет хорошо. У вас прекрасные дочери. Слегка эксцентричные, быть может, но вполне жизнеспособные, когда дело доходит до проблем.

Лоррейн заглянула ему в глаза.

— Правда? Ты действительно так считаешь?

Кивнув, он нежно улыбнулся.

— Правда. — Дариан протянул свободную руку, чтобы помочь жене подняться с дивана. — А сейчас прошу нас извинить, но Каприс пора в постель. — Он кинул взгляд на Киллиана. Тот слегка наклонил голову — так незаметно, что только Силк сумела уловить этот жест.

Лоррейн еще раз сжала руки дочери и зятя и лишь потом отпустила, проводив их взглядом.

Каприс молчала, пока за ними не закры лась дверь гостиной.

— Ты же знаешь, что я терпеть не могу спать днем.

— Знаю, любовь моя. Но мне нужно поговорить с Киллианом наедине, не вызвав лишнего беспокойства твоей матери. Она и так уже на грани срыва. Да и отец тоже, если уж на то пошло.

Каприс, склонив голову, изучающе вглядывалась в помрачневшее лицо мужа.

— Ты ведь не лгал, когда утешал маму?

Он покачал головой. Этот вопрос его нисколько не смутил. Каприс отлично знала, что ради дела он способен лгать без зазрения совести. И ради ее спокойствия соврал бы, не задумываясь.

— Нет. Я действительно считаю, что Ноэль с этим человеком в безопасности. Чего я по-настоящему опасаюсь, так это погоды. В этой части Вайоминга погода-настоящее бедствие. Нужно надеяться, что они благополучно приземлились. Чартерная компания уверила нас, что на борту достаточно припасов. Если и Кит, и Ноэль целы и невредимы… учитывая его спортивное хобби, они должны найтись. Но если самолет загорелся или, скажем, погребен под снегом, то положение значительно осложнится. Возможно, им придется идти пешком до какого-нибудь жилья.

— Пешком? Ноэль? — Каприс недоверчиво покачала головой.