— О ваших картинах.

— Он славный мальчик. — Ланара улыбнулась, а точнее, растянула губы в жутковатом оскале, — Он поведал мне о твоих придворных амбициях и о том, что ты желаешь выйти в свет. Он говорит, что ты жаждешь возвыситься и обрести известность при дворе, а также обзавестись властью и влиянием, как некогда то было дано мне.

— Вам это дано до сих пор, — учтиво заметил я. — Иначе мы бы к вам не обратились.

Ланара едва заметно повернула голову и обратилась к кому-то, кто был мне не виден:

— Ты был прав. Он мне очень нравится.

Я предположил, что эти слова были обращены к Эйберу.

— Я так и знал, что он тебе приглянется, — послышался ответ. — Он определенно самый лучший из отпрысков отца.

Ланара вернулась взглядом ко мне.

— Ответь мне на два вопроса, и ответь честно. Покривишь душой — я это сразу пойму. Если твои ответы мне придутся по сердцу, я сделаю для тебя даже больше, чем ты просишь. Гораздо больше.

— Прекрасно, — отозвался я и бесстрастно воззрился на Ланару. — Отвечу честно и откровенно.

— Кто твоя мать?

— Моя мать была женщиной из мира Теней. Ее звали Эйлиа Сэнтайз, если вас это интересует.

— Интересует. Имена наделены особой силой. Твоей матери уже нет в живых?

— Нет. Она давно умерла. Ланара едва заметно кивнула.

— Ты не лжешь, — заметила она. — Однако ты не все говоришь мне.

— Что еще я должен вам сказать?

— Все.

Я неловко поерзал на стуле.

— Я незаконнорожденный, дитя супружеской измены. Дворкин не признавал меня своим сыном — хотя на самом деле он помогал матери взрастить меня — помогал много лет. Мать всю жизнь обманывала меня. И Дворкин тоже… То есть мой отец. Они говорили мне, что мой отец был моряком и что он погиб, попав в плен к салитирским пиратам.

— Забавно, — проговорила Ланара с загадочной полуулыбкой. — Значит, с престолом ты связан только через отца. Жаль. Две крови всегда сильнее, чем одна.

— Я — это я, — буркнул я. — И извиняться не намерен.

— Я и не просила извинений. А ты горяч. Я это люблю… когда в меру. Я принимаю твой ответ.

Я склонил голову.

— А второй ваш вопрос?

— Как ты отплатишь мне за эту услугу?

Я задумчиво посмотрел на Ланару.

— На этот вопрос ответить труднее, — признался я. — Ни золото, ни драгоценные камни вам не нужны, поэтому я не стану оскорблять вас, предлагая подобные дары. Полагаю, у вас не вызовет особого восторга и обещание вечной признательности от незаконнорожденного внучатого племянника, которого вы видите впервые в жизни.

— Верно, — проговорила Ланара. — Продолжай.

— Поэтому, — резюмировал я, — я ничего вам не стану предлагать.

— Ничего? — переспросила Ланара так, словно ей было трудно в это поверить. Она запрокинула голову и зашлась в приступе хохота. — Ничего! Этот наглец не предлагает мне ничего!

— Ничего, — продолжал я, как ни в чем не бывало, — кроме того душевного подъема, который принесут вам ваши деяния. — Я наклонился и посмотрел ей прямо в глаза. — Подумайте об этом, тетушка! Дом, полный жаждущих развлечений гостей, заговоры и интриги, в бешеном темпе разворачивающиеся перед вашими глазами. Очень может быть, что у вас в компании окажется убийца! Мне грозит смерть, тетушка Ланара, так же, как и Эйберу. Вместо того чтобы трусливо прятаться в Тенях, мы выманим наших врагов из логова, чтобы уничтожить их! Помогите мне, Ланара, и вы поможете нам обоим!

— Славно сказано, — отметила она. — Верю, ты сказал мне правду — по меньшей мере сказал так, как ты ее видишь, ибо правда изменчива, у нее много значений и много граней. Да, я помогу тебе, Оберон, но очень может статься так, что ты будешь жалеть об этом до конца дней своих. Цена за мою услугу будет довольно высока.

— Назовите свою цену, — сказал я.

— Одна из моих племянниц, чадо моей сестры Деспонды и ее супруга, Янара, носит имя Браксара. Ничего от тебя не утаивая, скажу, что Браксара уродлива, занудлива и глупа. Родители не сумели подыскать для нее подходящего жениха, и теперь это предстоит сделать мне.

Я сглотнул подступивший к горлу ком. Мне совсем не нравилось то, какой оборот приняла наша беседа. Тетка Ланара улыбнулась на манер паука, который только что заметил жирную муху, угодившую в его паутину. Она неторопливо подвела пальцы под подбородок и склонилась вперед. Мне показалось, что в такой позе она стала еще страшнее.

Между тем Ланара продолжала развивать свою мысль.

— Если я помогу тебе в этом деле, я потребую, чтобы через год ты сочетался браком с Браксарой. За год ты успеешь за ней поухаживать.

— Но, может быть, она была бы более счастлива с кем-нибудь вроде Эйбера? — робко возразил я.

— Никогда бы не пожелала такой судьбы моему возлюбленному племяннику, — заявила Ланара и многозначительно улыбнулась. — И не Эйбер меня просит об услуге, а ты.

Целый год… Мне казалось, что это целая вечность. За такой срок многое могло измениться. Меня могли убить. Браксара могла умереть… или для нее нашлась бы другая партия, появился бы более достойный искатель ее руки. Уж лучше было сейчас дать обещание и поскорее воспользоваться плодами такого альянса.

Я склонил голову.

— Предполагая, что я доживу до собственной свадьбы, — объявил я, решив не дать Ланаре передумать, — я принимаю ваше условие.

— Прекрасно. — Она снова улыбнулась. — Я все подготовлю к сегодняшнему вечеру. Времени мало, но успеть можно. Эйбер, мой милый мальчик!

— Что, тетя Лан? — прозвучал в стороне голос моего сводного брата.

— Вернись домой и помоги Оберону подготовиться к вечеру. Для пущего эффекта вам лучше опоздать, но не слишком. И вот что еще, Оберон… — Она вернулась взглядом ко мне. — Я. конечно, стара, но друзей у меня много, и клинки у них острые. О твоей помолвке будет объявлено сегодня же, и данную клятву нарушать нельзя. Смотри, не огорчай меня, иначе ты даже не успеешь при жизни пожалеть об этом.

Она поманила пальцем Эйбера, и я протянул ему руку. Как только он сжал мои пальцы, я перетянул его обратно, в библиотеку.

— Не забудь, Оберон! — сказала мне Ланара. Ее голос прозвучал издали, еле слышно. — Через год!

Она коротко махнула рукой, и наш контакт прервался.

Эйбер плюхнулся на стул рядом со мной.

— Вот как все получилось легко и просто, — выдохнул он, положил ноги на стол и скрестил руки на животе. — Вот такие планы я обожаю.

— «Легко и просто»! — рявкнул я. — Из-за тебя я теперь помолвлен с безобразной полоумной кузиной!

— Да не так уж она страшна! — Эйбер рассмеялся. — По крайней мере, когда завивает свои хвостики.

— Хвостики? Завивает?

— Ну да. А то у нее они больно тонкие, как у крысы. — Эйбер пожал плечами. — Но я уверен, вы будете счастливы вдвоем. У них в семействе все такие плодовитые. Нарожаете уйму детишек, ты присмиреешь. Тридцать — сорок отпрысков для начала, я так думаю, хватит. У этой Браксары в роду все двойни да тройни…

Я застонал. Почему-то мне показалось, что на этот раз мой братец не шутит.

— А еще, — просияв, продолжал Эйбер, — всякий раз, как только тебе захочется пожаловаться на свою незавидную долю, тоненький голосочек у тебя в голове будет напоминать тебе: «По крайней мере, она — не суккуб!»

— Вот спасибо, удружил!

Эйбер пожал плечами.

— Да ладно тебе, будешь доволен. Попадешь в высшее общество, как ты и хотел. И благодаря тетушке Лан ты уже, можно сказать, имеешь первых сторонников.

— Вот как? И кто же это, если не секрет?

— Она и ее супруг, естественно. Ты ей ужасно понравился.

— Откуда ты знаешь?

— Она уже делает все, о чем ты попросил. Если бы ты ей не приглянулся, она бы честно и откровенно сказала: «Нет!», и стесняться особо не стала бы. Так считай все происходящее подарочком от нее. Свадебным подарочком.

— Это не подарок, если мне приходится за это платить!

Эйбер вздохнул и покачал головой.

— Ты не понимаешь. С этой женитьбой она тебе оказала гораздо большую услугу, чем тебе кажется. Лорд Янар — один из советников короля Утора. Женитьба на его дочери немедленно обеспечит тебя положением при дворе… не говоря уже о том, какая это отличная протекция. Янар силен и влиятелен.

— Мы с Браксарой еще не поженились, — мрачно ухмыльнувшись, напомнил я брату. — Год — не такой уж малый срок.

— Хочешь, чтобы я упросил тетушку Лан приблизить день свадьбы?

— Нет, как-то не горю желанием! — рассмеявшись, отозвался я.

Эйбер хихикнул в ответ.

— Понятное дело!

— Наверное, у тебя нет Карты с портретом Браксары? А хотелось бы хотя бы отчасти понять, во что я вляпался.

— Нет. Ее Карты у меня нет. И я никогда не испытывал жгучего желания нарисовать ее!

— Просто восторг, — пробормотал я. Насколько же она страшна, моя будущая невеста?

Именно это мгновение Порт выбрал для вмешательства в наш разговор.

— Сэр, — изрек он, и его физиономия возникла на дверной панели. — Анари просит разрешения войти.

— Впусти его, — отозвался я.

Порт распахнул дверь, и порог поспешно переступил наш старенький домоправитель. Он тяжело дышал. Наверное, бегом взбежал по лестнице.

— Что стряслось? — встревоженно спросил я.

— Господа, — выдохнул Анари. — Леди Фреда… прибыла только что… и…

Не дав ему сказать больше ни слова, я пулей промчался мимо него и выбежал в прихожую. Фреда, здесь? Это могло означать только самые дурные вести.

Нашей сестре было приказано скрываться в Тени до тех пор, пока мы не разыщем нашего врага и не разделаемся со всеми осложнениями. Только ужасное несчастье могло заставить Фреду явиться домой раньше срока.

ГЛАВА 21

Эйбер стремглав помчался за мной. Бок о бок мы проскакали по широкой каменной лестнице в похожий на пещеру вестибюль у входа. Там, окруженная всеми атрибутами суеты, стояла наша сестра.

Фреда была одета в длинное платье из красного шелка и красные туфельки. На голове у нее красовалась красная широкополая шляпа, кокетливо сдвинутая набекрень. Ее тонкие пальцы были унизаны тяжелыми золотыми перстнями с крупными рубинами, поблескивающими в мерцающем свете ламп. Фреда немного загорела и выглядела прекрасно — так, будто возвратилась после месяца, проведенного на морском курорте.

Возле нее больше дюжины лакеев в ливреях из ткани, сотканной словно бы из чистого серебра, переставляли с места на место двадцать пять, если не тридцать здоровенных деревянных сундуков. Им помогали несколько стражников и кое-кто из домашних слуг. Тем временем шесть женщин в серебристых платьях сновали вокруг Фреды. Одни поправляли ее прическу, другие одергивали платье… Сейчас моя сестрица больше напоминала сказочную принцессу, нежели ту склонную к мистике фаталистку, которую я знал в Джунипере.

— Фреда? — выпалил я, сбежав с последней ступеньки и тут же был вынужден уступить дорогу первому из ее многочисленных сундуков, который двое слуг, ворча и постанывая, потащили наверх.

— Оберон! — Фреда оглянулась и одарила меня прохладной улыбкой. — Надеюсь, ты в добром здравии.

— Представь себе, да. Невзирая на несколько покушений на мою жизнь.

Это заявление ее нисколько не удивило.

— А также несмотря на неотвратимо надвигающуюся свадьбу, — добавил Эйбер.

А вот эта новость Фреду заинтересовала.

— И кто же невеста?

— Кузина Браксара, — охотно сообщил Эйбер.

— Нет, нет! — Фреда замотала головой. — Только не она.

— Я дал обещание нашей тетушке Ланаре, — объяснил я.

— Как только я распакую вещи, я позабочусь о том, чтобы с этим было покончено, — заявила Фреда и поманила к себе Анари. Он тоже спустился вниз — только не галопом, как мы, а более умеренным шагом. — Подготовь мои обычные комнаты, — распорядилась Фреда. — Я поживу тут некоторое время.

— Слушаюсь, леди Фреда, — с поклоном ответил домоправитель.

— Ну, теперь держись, — шепнул я Анари и обернулся к Фреде. — Ты не будешь тут жить. Тут небезопасно. Нас по-прежнему пытаются убить.

— Глупости, — фыркнула Фреда. — Хорошо воспитанной леди Хаоса не могут грозить такие неприятности. Такое невозможно ни во Владениях, ни в Запределье. Вы что, считаете меня заурядной дуэлянткой?