Рыжая вышла из зала, свернула в боковой проход, миновала лестничную площадку. Лола шла за ней, стараясь не стучать каблуками. Рыжая двигалась уверенно, очевидно ей все было здесь знакомо. Прошли длинный коридор, и в конце его Лола успела заметить парочку. Рыжая замедлила шаги, чтобы ее не увидели те двое, и в этот момент открылась одна из боковых дверей, и девицу мгновенно втянули внутрь.

Все произошло так быстро, Лола едва успела заметить две руки в сером. Лола тоже была не лыком шита, она мигом спряталась в оконной нише. Из двери показалась голова мужчины — ничем не примечательная, такого увидишь на улице и не заметишь. Голова оглядела пустой коридор и скрылась. Лола не стала выяснять, что случилось с рыжей, ей это было совершенно неинтересно. Гораздо важнее узнать, что же такое происходит с ее компаньоном.

Поэтому Лола сняла туфли и пролетела длинный коридор одним махом. И успела увидеть, как на другой лестничной площадке парочка погружается в лифт. Лифт закрылся и поехал вниз, что, несомненно, было естественным, учитывая, что сейчас они находились на третьем этаже. На светящемся табло над дверью загорелись одна за другой цифры "2","1", "О". Непонятно было, почему на табло есть цифра "О". Скорее всего, эта цифра обозначала подвальный этаж. Лола поежилась: лифт, который спускается в подвал, внушал ей опасение. Она не любила подвалов — там всегда темно и сыро.., могут быть крысы…

Все это Лола додумывала, спускаясь по лестнице и прыгая через три ступеньки. Если бы могла, она съехала бы вниз по перилам, махнув рукой на платье.

Леня Маркиз не зря строго велел Лоле сидеть дома, он прекрасно знал, что его подруга ужасно упряма, и что если уж ей попала вожжа под хвост, то Лола будет слепо пробиваться к своей цели, не прислушиваясь к доводам рассудка.

Перила, однако, на этой лестнице были не сплошные, и Лола все же побоялась свернуть себе шею. Она достигла первого этажа как раз вовремя, чтобы заметить, что лифт прошел в подвал. Лола устремилась следом. Лестница в подвал была не такая чистая и не такая нарядная, в конце поджидал Лолу сюрприз. Дверь на лестницу была заперта. Лола только усмехнулась, положила сумочку на пол и мигом открыла замок простой заколкой-невидимкой, которую всегда носила с собой. Дверь отворилась без скрипа, из чего Лола сделала вывод, что ею часто пользуются.

«Может, все-таки у них там, в подвале, комната для свиданий?» — с надеждой подумала Лола.

Тогда все было бы просто, можно было бы устроить отличный скандал с криками и мордобоем. Но Лола тут же отставила эту мысль. Все говорило о том, что с ее компаньоном все не так просто, и Лоле это очень не нравилось.

За дверью оказался длинный коридор, скупо освещенный слабыми лампочками, на которых были надеты проволочные намордники, как у доктора Лектора. Каменные плитки пола неприятно холодили ноги, и Лола решила надеть туфли. Теперь можно было не торопиться, и Лола принялась красться на цыпочках, стараясь не стучать каблуками. Песик в сумочке совсем притих. Коридор был пустой, стены совершенно голые, не было ни дверей, ни окон. Тянуло сыростью. Лола дошла до поворота и увидела довольно новую железную дверь в стене. Из-за двери доносились негромкие голоса.

* * *

Маркиз прохаживался по залу с бокалом мартини в руке и приглядывался к посетителям тусовки, гадая, кто же из них — человек Организации, кто из них пришел сюда не ради показа мод и не в поисках светских развлечений, а для того, чтобы встретиться с ним, Леней и сообщить наконец детали задания.

Вот рядом с ним оказался вальяжный господин с густыми, лихо закрученными усами, чья фотография не сходит со страниц бульварных газет. Знаменитый художник и путешественник, светский лев Афанасий Стрелкин, настолько часто появляющийся на всевозможных приемах и презентациях, что остается гадать, как у него хватает времени на создание своих полотен и на путешествия по экзотическим странам.

Прищурившись, Афанасий Стрелкин уставился на Леню, сделавшись похожим на огромного вареного рака, и задумчиво проговорил:

— Молодой человек, мне кажется, мы с вами где-то встречались…

Леня замер, ожидая услышать пароль, но вместо условной фразы Стрелкин неуверенно проговорил:

— Вы не были в девяносто седьмом году в Вальпараисо?

— Нет, — Леня склонил голову набок, ожидая продолжения.

— А в девяносто восьмом в Рейкьявике?

— Тоже не был, — Так где же мы с вами встречались?

— В восемьдесят девятом году в Конотопском городском отделении милиции, — напомнил Стрелкину Леня, у которого была отличная память на лица.

Художник еще больше выпучил глаза и быстро отошел, неожиданно утратив к Лене всякий интерес.

На его месте возникло стройное смуглое существо неопределенного пола. Существо было облачено в развевающиеся сиреневые шелка и больше всего напоминало эльфа Казалось, его принесло к Лене случайным порывом ветра. Всякий человек, хоть немного знакомый с балетным миром, немедленно узнал бы в этом воздушном создании знаменитого танцовщика Ильханова.

— Юноша, — жеманно проговорил Ильханов, дотронувшись до руки Маркиза длинными пальцами и тотчас отдернув их, как будто обжегшись. — Чего от вас хотел этот старый развратник? Не верьте ни одному его слову! Весь город знает, что у него нет в душе ничего святого Он использует вас и выбросит, как сношенную перчатку! А я вас знаю! У нас с вами есть общие знакомые…

Маркиз напрягся, ожидая услышать условное имя, но вместо этого Ильханов проговорил:

— Ведь вы — знакомый Ангелова!

— Ну да… — неопределенно протянул Маркиз, поражаясь наблюдательности танцовщика. Действительно, пару лет назад его пути пересеклись с путями известного мецената и крупного банкира Ангелова. Точнее, —Полины пути. Лола тогда настолько увлеклась обаятельным банкиром, что чуть не ушла к нему насовсем.

— Какой вы милый! — продолжал Ильханов, порывисто схватив Леню за руку. — Как жаль, что вы почти нигде не бываете! Нам непременно, непременно нужно встретиться в более доверительной обстановке!

Леня с некоторым трудом отобрал у танцовщика руку, пробормотал что-то уклончивое и ввинтился в толпу. Время шло, и совершенно ничего не происходило Леня откровенно заскучал.

Рядом с ним оказалась привлекательная длинноногая блондинка с озабоченным взглядом.

— Зайчик, — обратилась она к Лене, смахнув невидимую пушинку с лацкана его пиджака. —Зайчик, где ты достал мартини? Я бы выпила бокал…

— Понял, — мгновенно отозвался Леня. Его скуку как ветром сдуло Блондинка была высший класс, и если знакомство с ней удастся закрепить, вечер можно считать прошедшим не напрасно Увидев в другом конце зала официанта с подносом, Леня приподнялся на цыпочки, бросил блондинке:

— Никуда не уходи! — и стремительным метеором полетел за мартини. Вернувшись с бокалом буквально через несколько секунд, он застал красотку на прежнем месте и протянул ей напиток с таким гордым видом, будто ради него только что покорил Эверест.

— Какой ты милый! — проговорила незнакомка точно с той же интонацией, с которой минуту назад эти слова произнес Ильханов.

— А я и на машинке могу! — проворковал Леня, скромно потупившись. — И не только…

— Да что ты? — блондинка зарделась. — Ты меня смущаешь! Кстати, тебе привет от Люси Собакиной.

— Что? — Леня поперхнулся коктейлем. Ослепительно сверкающие огни на мгновение померкли. Очаровательная особа, за которой он намеревался приударить, оказалась человеком Неупокоева!

— Ты что, зайчик, плохо слышишь? — недовольно проговорила красотка. — Привет от Люси Собакиной!

— Я отлично слышу, — обиделся Маркиз. Просто это так неожиданно! У меня для нее хорошие новости…

— Ну вот и отлично, — незнакомка улыбнулась. — Допивай свой мартини, и пойдем, передашь ей эти новости лично!

Леня поставил бокал на стол: ему расхотелось допивать коктейль. Красотка подхватила его за локоть и увлекла в одну из дверей, за которой оказался длинный плохо освещенный коридор.

Леня послушно шел вперед, переживая свое разочарование. Только он спланировал небольшое любовное приключение.., а впрочем, почему бы и не закрутить роман с очаровательной шпионкой? Он покосился на блондинку и снова убедился, что она очень хороша собой. Правда, на его вкус немного высоковата…

В этот момент ему померещилось позади движение, он оглянулся, но коридор позади них был пуст, скорее всего, это была всего лишь игра воображения.

— Что гы оглядываешься, зайчик, — недовольно проворчала блондинка. — Это плохая примета…

— Мне показалось… — начал Маркиз.

— Перекрестись, если кажется, — оборвала его спутница.

Они вышли на лестничную площадку.

Блондинка нажала кнопку, и перед ними распахнулись двери лифта.

— Куда мы едем? — осведомился Леня, когда кабина плавно тронулась вниз.

— Куда надо, зайчик! — довольно холодно о светила красотка.

Леня присмотрелся к ней. В ярком свете, заливающем кабину лифта, ее лицо стало жестким и неприязненным.

Кроме того, оно неожиданно показалось Лене знакомым.

Леня внимательно пригляделся к своей спутнице.

Светлые волосы явно были париком. Впрочем, что в этом такого необычного.., многие женщины пользуются париками, чтобы ненадолго изменить свой тип внешности.., только вот зачем ей меняться?

Леня представил ее с другими, более темными волосами.., с другим макияжем.., в другом платье — коротком, ярко-красном.., и узнал ее! Это была та самая девица из бара, которая хотела его отравить, и отравила бы, если бы не вмешательство Ариадны Михайловны!

Как ее звали? Представилась она Кристиной, но Ариадна сказала, что у нее — целый список имен: Мэри-Джейн Сильвани, Зульфия Фаттах, Кармен Сальваторес, Ингрид Бьернсен…

— Узнал, зайчик? — с нехорошей улыбкой проговорила блондинка. — Ну что ж, тебе же хуже!

На многострадальную Ленину голову обрушился безжалостный удар, и свет в его глазах померк.

* * *

Маркиз застонал и пошевелился. Голова болела ужасно, но это уже было неплохо: во всяком случае, это доказывало, что он пока что жив. Как бы там ни было, ему никогда не приходилось слышать, чтобы у покойников болела голова. Впрочем, кто их знает, покойников., может быть, у них вообще все болит. По крайней мере, спросить у них об этом пока никто не сумел.

От этой жизнерадостной мысли Леня вздрогнул и открыл глаза.

Он лежал на голом каменном полу в пустой комнате с медленно вращающимися стенами.

Несколько секунд спустя Леня понял, что стены вращаются не сами по себе, что у него просто кружится голова. Тогда он волевым усилием смог если не совсем остановить это вращение, то хотя бы немного замедлить его. Лучше от этого не стало, но он хотя бы смог лучше разглядеть помещение, в котором находился.

Стены в нем были такими же голыми и каменными, как и пол. В них была единственная дверь, из-за которой доносились приглушенные голоса. Под потолком висела голая тусклая лампочка, едва разгонявшая мрак. Не верилось, что наверху, над этим мрачным подвалом, сверкают огни и прохаживается вокруг подиума роскошно разодетая публика. Впрочем, может быть, пока он был без сознания, его перевезли куда-то в другое место, и он находится сейчас вовсе не в подвале «Невского дефиле»…

Пол был сырым и холодным, напоминая о близости Невы.

Леня сел, привалившись к каменной стене, и проверил свое самочувствие.

Голова болела, хотя боль была уже не такой острой, но никаких заметных травм и переломов, кажется, не было. Головокружение тоже понемногу проходило.

Потрогав затылок, Леня почувствовал свежую кровоточащую ссадину. Он полез в карман, чтобы достать носовой платок и вытереть кровь.

Единственная дверь комнаты начала приоткрываться, из-за нее донесся мужской голос:

— Наверное, он уже пришел в себя! Сейчас потрясем его как следует и узнаем, что ему известно…

«Самое ужасное, — подумал Леня, прижавшись спиной к стене, — это то, что мне как раз ничего не известно.., поэтому они будут пытать меня, пока не запытают до смерти, но так ничего и не добьются…»

Он вытащил платок из кармана.., и удивленно уставился на него.

Вместо белоснежного батистового платка в его руке был сложенный в несколько раз кусок невзрачной сероватой ткани, отдаленно напоминающей застиранную марлю или москитную сетку. Леня встряхнул ткань и вспомнил, что это такое. Маскировочная ткань «Хам-1», которую вручил ему технический гений Кузьма Культпросветович!

Леня расправил ткань и накрылся ею с головой.

Дверь комнаты открылась, и, судя по голосам, вошли двое мужчин.

— Опаньки! — проговорил один из них. А где же наш гость? Куда он подевался?

— Как где? — недоуменно отозвался второй. Должен быть здесь.., куда ему деваться! Отсюда нет другого выхода!

— Однако ты видишь, что в комнате никого нет? — не унимался первый. — Значит, он как-то выбрался! А я говорил тебе, чтобы ты тщательно обследовал помещение, прежде чем оставить его здесь!

— Да обследовал я! — выкрикнул второй. И нечего на меня стрелку переводить! Ты сам видишь, что отсюда не выйти, кроме как мимо нас! А мимо нас он точно не проходил…

Леня решился чуть сдвинуть маскировочную ткань, чтобы одним глазком взглянуть на препирающихся возле двери субъектов.

Как он и думал, это были те самые двое типов, что преследовали его еще в аэропорту, те же, что появились в «Баре Юрского периода»…

— Ну что там у вас, мальчики? — послышался женский голос, и в дверях появилась девица.

Это была та самая незнакомка, которая увела Леню с дефиле, только теперь на ней не было светлого парика; она снова, как в баре, стала шатенкой. Как характеризовала ее Ариадна Михайловна? Международный агент и элитный киллер!

«Но как же я так опростоволосился? — подумал Леня, — Второй раз наступил на одни и те же грабли! Не узнал эту девицу! Неужели и правда я старею, теряю квалификацию? Или Лолка права и я глупею при виде смазливого женского лица?»

— Ну что тут у вас случилось? — недовольным голосом повторила девица.

— Он куда-то пропал! — ответил ей один из мужчин.

— Что значит. — пропал? — девица недоуменно огляделась и, не увидев Маркиза, длинно нецензурно выругалась.

— Да хоть на что-то вы годитесь? — проговорила она, выпустив пар. — Я сделала всю основную работу, привела его к вам, а вы его упустили!

— Да ничего мы его не упустили! Мы же были перед дверью, а другого выхода отсюда нет…

— Значит, есть! — отрезала девица.

Леня услышал совсем рядом тоненький неприятный писк. Скосив глаза, он увидел крупную, откормленную мышь, которая сидела в двух шагах от него и удивленно смотрела, вытаращив круглые глазки и встопорщив усы.

Судя по всему, ткань Кузьмы Культпросветовича нисколько ее не обманула.

«Не выдавай меня, мышка! — мысленно взмолился Леня. — Если я благополучно выберусь из этой передряги, я принесу тебе целый пакет замечательных хлебных крошек!»

Неизвестно, прочитала ли мышь Ленины мысли, но она повернулась на сто восемьдесят градусов и деловито побежала по своим мышиным делам.

— Ну и что мы теперь будем делать? — раздраженно проговорила девица. — Напрягите свои извилины и думайте, куда он мог подеваться! Если, конечно, вам есть что напрягать…

Один из мужчин достал фонарь и обшарил ярким лучом все углы помещения. Когда ослепительный луч упал прямо на Маркиза, он замер от страха под своим прикрытием. Однако маскировочная ткань оказалась достаточно надежной, и свет фонаря медленно сместился дальше. Только теперь Маркиз почувствовал, как по его лицу сползают капли холодного пота.

— Теперь ты видишь, что здесь нет никаких тайных ходов и секретных дверей? — прошипел мужчина.

— Тем не менее он как-то ускользнул! — раздраженно бросила девица. — Уже который раз он от вас уходит!

— И от тебя тоже, позволь заметить!

— Ладно, хватит препираться! — отмахнулась от него девица. — Надо думать, что делать дальше! Мы даже не знаем, что ему известно.

— Ему известно о существовании записной книжки, а это уже более чем достаточно. Если ему к тому же известно, что в этой книжке содержится…