14. СЛУХАЧ СЛУШАЕТ И СООБЩАЕТ СВЕДЕНИЯ

Все это время Металлический Монарх и Король Гномов Руггедо сидел в своей великолепной пещере, украшенной драгоценными камнями, и пытался найти себе какое-нибудь развлечение. Сегодня он никак не мог придумать, чем бы себя позабавить: все Гномы хорошо себя вели, так что ни обругать, ни наказать было некого. Король шесть раз швырял в Калико скипетром, но все время промахивался. Не то чтобы Калико в чем-нибудь провинился — наоборот, он во всем слушался Руггедо, кроме разве что одного: никак не желал стоять неподвижно, не давая тем самым Руггедо попасть в него скипетром.

Едва ли можно винить за это Калико; даже жестокий Руггедо не держал на него зла, потому что знал: если он зашибет своего Администратора, другого такого умного и преданного слуги ему не найти. Калико умел заставить Гномов работать, когда это даже самому Руггедо не удавалось. Дело в том, что Руггедо Гномы ненавидели. А были их тысячи, и если бы они преодолели страх, то вполне могли бы взбунтоваться против Руггедо и перестать повиноваться его приказам. Иной раз, когда Металлический Монарх обращался с ними хуже обычного, они проявляли строптивость и бросали молоты и кирки. И тут уж, как бы Руггедо ни бранил их, как бы больно ни наказывал, они все равно отказывались работать. Приходилось звать Калико, чтобы он их уговорил. Ведь он был один из них, и Металлический Монарх обижал его не меньше, чем любого из Гномов, обитающих в бесчисленных подземных пещерах.

Но в этот день все человечки усердно трудились, а Руггедо, не зная, чем себя занять, сильно заскучал. Он послал за Длинноухим Слухачом и велел ему прислушаться повнимательнее и рассказать, что происходит в земном мире.

Слухач некоторое время прислушивался и вскоре сообщил:

— Сдается мне, американцы хранят свои сокровища в банках.

— А банки железные? — зевая, спросил Руггедо.

— Не думаю, ваше величество, по крайней мере, я этого не расслышал, — последовал ответ.

— Да куда их банкам против моих подземных кладовых. А что еще слышно?

— Идет война.

— Подумаешь! Война всегда где-нибудь идет. А что еще?

Слухач на время замолчал, наклонившись вперед и растопырив огромные уши, чтобы не упустить ни одного звука. Внезапно он проговорил:

— А вот кое-что интересное, ваше величество. Там какие-то люди спорят о том, кто сумеет победить Металлического Монарха, захватить его сокровища и выгнать его из его собственных владений.

— Что это за люди? — спросил Руггедо, встрепенувшись на троне.

— Те, которых вы швырнули в Полую Трубу.

— Где они сейчас находятся?

— Все там же, в Трубе, но теперь они возвращаются назад, — сообщил Слухач.

Руггедо вскочил с трона и принялся мерять шагами пещеру.

— Как же нам их остановить? — спросил он сам себя.

— А что, если перевернуть Трубу вверх ногами, ваше величество? Тогда они будут падать в противоположную сторону.

Руггедо метнул на Слухача злобный взгляд. Он понимал, что перевернуть Трубу невозможно, и считал, что Слухач нарочно над ним издевается. Впрочем, он тут же задал следующий вопрос:

— А эти люди далеко отсюда?

— Примерно девять тысяч триста шесть километров, семнадцать метров и четыре сантиметра — насколько я могу судить по звуку их голосов, — сообщил Слухач.

— Так. Значит, у нас есть в запасе еще какоето время, — решил Руггедо. — Пока они доберутся, я тут кое-что приготовлю.

Он рванулся к гонгу и ударил в него так яростно, что Калико влетел в пещеру в одном ботинке — он как раз одевался после купания в горячем источнике.

— Калико, наглые пришельцы, которых мы бросили в Трубу, возвращаются обратно! — воскликнул он.

— Я так и думал, — сказал Гном-Администратор, натягивая второй ботинок. — Я знал, что Титити-Хучу, безусловно, не позволит им остаться в его королевстве, так что я уже некоторое время ожидаю их появления. Вы сделали большую глупость, Руггедо.

— Что бросил их в Трубу?

— Именно. Титити-Хучу запретил нам даже мусор бросать в Трубу.

— Подумаешь! Мне плевать на Джинджина, — презрительно проговорил Руггедо. — Ведь он безвылазно сидит в своем королевстве на другом конце Земли.

— Это правда, но по Трубе от него может явиться посланник с предписанием наказать вас, — заметил Калико.

— Хотел бы я посмотреть, как ему это удастся! У меня здесь тысячи моих Гномов — кто осмелится их тронуть?

— Если память мне не изменяет, кое-кому это уже удавалось, — насмешливо отозвался Калико. — Я помню, как я вас повстречал, когда вы спасались бегством от девочки по имени Дороти и ее друзей — по-моему, вы тогда перепугались не на шутку.

— Тогда я действительно перетрухнул, — признался Король Гномов, глубоко вздохнув, — ведь у Дороти была Желтая Курица, которая несла яйца.

Произнеся слово «яйца», Король Гномов передернулся, да и Калико вздрогнул, а вместе с ним и Длинноухий Слухач. Дело в том, что единственная вещь, которая может по-настоящему испугать Гномов, — это яйца. Яйцо — элемент надземного мира, где обитают всевозможные птицы, и почему-то именно куриное яйцо наполняет Гнома особым ужасом. Если подземный житель каким-то образом коснется внутренности яйца — тут ему и конец: он в тот же миг угаснет и испарится. Единственное спасение — быстро произнести магическое слово, но оно известно далеко не каждому Гному. Так что у Руггедо и его приспешников были все основания содрогнуться при упоминании о яйцах.

— Но среди этих пришельцев нет ни Дороти, ни Желтой Курицы. Что до Титити-Хучу, то откуда ему знать, что мы боимся яиц.

— Я бы не стал так уверенно это утверждать, — предостерег его Калико. — Титити-Хучу — волшебник, и ему известно очень многое, а его могущество сильно превосходит наше.

Руггедо в нетерпении дернул плечом и повернулся к Слухачу.

— Ну-ка, послушай, что происходит. Не пытается ли кто-нибудь пронести яйца через нашу Трубу?

Длинноухий прислушался, потом отрицательно покачал головой. Калико рассмеялся Руггедо в лицо.

— Кто же это может расслышать яйцо, ваше величество, — сказал он. — Тут надо в Волшебный Бинокль смотреть, если вы, конечно, хотите получить достоверные сведения.

— Ну да, ну да! — воскликнул Король Гномов. — Как это я сразу не догадался. Беги скорей к Биноклю, Калико!

Калико отправился к Биноклю и прошептал над ним волшебное заклинание: Бинокль тут же изогнулся, нацеливаясь на входное отверстие Полой Трубы. Калико приник к окуляру. Ему было видно, как смотровое устройство, изгибаясь и поворачивая, проходит сквозь толщу камня и заглядывает в глубь Полой Тубы: по Трубе летела вся огромная компания путешественников.

— Бог ты мой! — воскликнул он. — Сюда приближается Дракон!

— Большой? — спросил Руггедо.

— Настоящее чудовище. У него на конце хвоста фонарь, так что мне его прекрасно видно. Все остальные едут у него на спине.

— Главное — посмотри, не везут ли они яиц, — тревожно проговорил король.

Калико еще раз посмотрел в Бинокль.

— Нет, яиц нигде не видно, — сообщил он. — Но не думаю, что Дракон менее опасен, чем яйца. Наверное, Титити-Хучу послал его, чтобы покарать вас за то, что вы швырнули чужеземцев в Запретную Трубу. А ведь я предупреждал ваше величество, что делать это не следовало.

Услышав это известие, Король Гномов сильно занервничал. Несколько минут он ходил взад-вперед, теребя длинную бороду, и сосредоточенно размышлял. Затем, повернувшись к Калико, объявил:

— У Дракона только и есть, что когти да зубы: все, что он может, — это царапаться и кусаться.

— Это не все, но и этого вполне достаточно, — мрачно ответил Калико. — Кроме того, с Драконом ничего нельзя сделать — это самое неуязвимое существо на свете. Стоит ему как следует ударить хвостом, и от сотни Гномов останется только мокрое место. А уж зубами и когтями он и нас с вами разорвет в клочья, да так, что потом обратно не соберешь. Как-то раз несколько столетий назад в одной заброшенной пещере я набрел на кусочек Гнома, валявшийся на каменном полу. Я спросил у кусочка, что с ним приключилось. К счастью, рот как раз сохранился — рот и левый глаз, так что он смог рассказать мне, что всему виной свирепый Дракон. Он напал на несчастного Гнома, растерзал на мелкие части и разметал во все стороны. Поблизости никого не случилось, ни одной доброй души, чтобы собрать кусочки и сложить воедино, — так они и остались валяться в разных местах на долгие годы. Вот какая история, ваше величество. Так что вряд ли разумно насмехаться над Драконом.

Внимательно выслушав Калико, Король Гномов сказал:

— Значит, надо будет просто заковать его в цепи — этого Дракона, которого послал Титити-Хучу, и тогда его зубы и когти будут нам не страшны.

— Он еще изрыгает пламя, — напомнил Калико.

— Ни я, ни мои Гномы не боятся огня, — заявил Руггедо.

— Ну хорошо, а армия Угабу?

— Шестнадцать трусливых офицеров и Тик-Ток? Да я с ними одной левой расправлюсь. Впрочем, я даже не стану сам этим заниматься, а велю своей армии Гномов выгнать этих непрошеных гостей из страны. Если же кто-нибудь из них будет пойман, я прикажу колоть их иголками, чтобы они подпрыгивали от боли.

— Надеюсь, вы хотя бы девочкам не причините вреда? — сказал Калико.

— Я их всех разнесу! — завопил разъяренный Металлический Монарх. — А из этого ревущего осла я вообще котлет наделаю и накормлю ими своих Гномов — пусть поедят, может, у них сил прибавится.

— А не лучше ли встретить чужеземцев как добрых гостей и выпустить из плена брата Косматого? — предложил Калико.

— Ни за что!

— Это позволило бы вам избежать массы неприятностей. Да и на что вам этот Уродец?

— Он мне абсолютно ни к чему, это правда. Но я никому не позволю мной распоряжаться. Я — Король Гномов и Металлический Монарх, и я буду делать, что хочу, как хочу и когда хочу.

С этими словами Руггедо швырнул скипетр в голову Калико, да так ловко, что Гном-Администратор вынужден был распластаться на полу, чтобы уклониться от удара, — иначе ему снесло бы голову. А вот Слухач не успел среагировать, и знак королевской власти просвистел так близко от его головы, что снес кончики ушей. Слухач страшно закричал, напугав Руггедо, который тут же пожалел о случившемся, ибо очень дорожил длинными ушами Слухача.

Перестав злиться на Калико, Король Гномов приказал ему созвать армию Гномов во главе с Генералом Гуфом и выдать всем оружие. Руггедо велел им отправиться к отверстию Трубы, дождаться появления путешественников и тотчас захватить их.

15. ДРАКОН НЕ ДРОГНУЛ

Обратный путь через Трубу занял времени больше, чем путь туда, но зато друзья не испытывали никаких неудобств, так что жаловаться не приходилось. Почти всю дорогу они болтали. Дракон оказался вполне добродушным и не уставал наслаждаться звуком собственного голоса. Путешественники очень скоро с ним подружились и стали считать за своего.

— Важно понять одно, — объяснял Косматый с присущей ему прямотой. — Квокс на нашей стороне, а значит, он хороший парень. Если бы он был нашим врагом, а не другом, он бы мне точно не понравился, потому что от него несет серой, потому что он самодовольный и к тому же очень сильный и свирепый — да, в качестве противника он был бы ужасен.

— Ты прав, — подтвердил Квокс, которому слова Косматого доставили истинное удовольствие. — Страшнее меня нет, наверное, никого на всем белом свете. И я рад, что ты считаешь меня самодовольным, значит, я хорошо знаю свои достоинства. А что от меня серой пахнет — так с этим я ничего поделать не могу. Между прочим, мне как-то встретился человек, от которого пахло луком, по-моему, это куда хуже.

— Тут я с тобой не соглашусь, — сказала Бетси. — Мне лук нравится.

— А мне нравится сера, — заявил Дракон, — каждому свое. Так что давай лучше не будем спорить.

Договорив, он глубоко вздохнул, и тут же у него изо рта изверглось облако пламени. Бетси закашлялась от запаха серы, но вспомнила про лук и промолчала.

Никто не знал, какую часть пути внутри Земли они уже проделали и сколько им еще осталось преодолеть. В какой-то момент Бетси спросила:

— Интересно, когда мы доберемся до дна? Послушай, Косматый, а правда странно: то, что мы сейчас считаем дном, раньше, когда мы падали в другую сторону, казалось нам верхом.

— Меня интересует другое, — вмешался Книггз, — как это получается, что мы можем падать и в ту и в другую сторону?

— Это-потому, — объяснил Тик-Ток, — что-Земля-круглая.

— Правильно, — отозвался Косматый. — Все механизмы у тебя в голове в полном порядке, ТикТок. Видишь ли, Бетси, существует такая вещь, как Сила Земного притяжения. Она тянет все к центру Земли. Из-за нее мы падаем с кровати. Благодаря ей предметы удерживаются на поверхности Земли.

— А почему тогда все не проваливаются внутрь, к центру Земли? — спросила девочка.

— Я так и думал, что ты меня об этом спросишь, — грустно проговорил Косматый. — Дело в том, милая Бетси, что Земля очень твердая, и другие предметы не могут сквозь нее протиснуться. Но если где-нибудь есть дыра, как здесь, например, то через нее упадешь прямехонько в центр Земли.

— А почему мы там не останавливаемся? — задала Бетси следующий вопрос.

— Мы летим очень быстро и набираем такую скорость, что нас выносит на противоположный конец.

Девочка некоторое время думала, потом заговорила:

— Нет, это мне непонятно. Я пытаюсь сообразить, что к чему, но у меня от этого только голова болит. Значит, одна вещь тянет нас к центру Земли, а какая-то другая отталкивает от него. Но ведь…

— Только прошу тебя не спрашивай почему, — перебил ее Косматый. — Не понимаешь — и ладно.

— А ты-то понимаешь? — поинтересовалась девочка.

— Чудеса бывают не только в волшебной стране, — сердитым тоном произнес Косматый. — Ив природе встречается масса чудес, да и в Соединенных Штатах, где мы с тобой когда-то жили, тоже можно увидеть немало чудес — не хуже, чем здесь.

— Я никогда не видела там никаких чудес, — возразила Бетси.

— Просто ты привыкла к ним и даже не замечаешь, что это чудеса. Разве не чудо, что вырастают и распускаются цветы или что электричество дает нам свет? А коровы! Каким поразительным механизмом надо обладать, чтобы производить молоко, — нисколько не менее сложным, чем у нашего медного Тик-Тока. А ты не замечала…

Не успел Косматый договорить, как вдруг впереди сверкнул яркий солнечный свет. С каждым мгновением становилось все светлее и светлее, и вот уже на путешественников хлынули потоки солнечных лучей. Квоксовы когти уже не царапали по стенке металлической Трубы — Дракона выбросило наружу, подбросило вверх на добрую сотню метров и отнесло в сторону от жерла Трубы. Он приземлился на вершину горы, прямо над входом в подземные пещеры Короля Гномов.

Несколько офицеров попадали со своих мест, когда Квокс коснулся земли, — но все остальные пассажиры просто почувствовали небольшой толчок. Путешественники были рады вновь оказаться на твердой земле. Они тут же слезли с Дракона и принялись озираться по сторонам. Удивительным образом, стоило им спуститься с драконьей спины, как все сиденья тут же исчезли: может быть, оттого, что больше в них не было нужды. Теперь Квокс предстал во всем великолепии, сверкая серебряной чешуей. Вокруг шеи у него по-прежнему висело ожерелье ярдов в сорок длиной, а на нем — все тот же медальон. Как сказала Бетси, Дракон был «при полном параде».

Армия Гномов плотной толпой окружила отверстие Трубы, намереваясь схватить пришельцев, как только они выскочат наружу. Воинов были сотни, а командовал всеми прославленный Генерал Гуф. И все же появление Дракона застало Гномов врасплох: никто не ожидал, что он вылетит с такой скоростью и взмоет на такую высоту. Протерев глаза и придя в себя от изумления, Гномы обнаружили, что Дракон восседает высоко над ними, на склоне горы, а все остальные чужеземцы стоят возле него и невозмутимо их разглядывают.

Убедившись, что противник ускользнул, Генерал Гуф пришел в ярость, но ему некого было винить, кроме самого себя.

— Спускайтесь вниз, я возьму вас в плен, — закричал он, размахивая мечом.

— Если ты такой храбрый — поднимись сюда сам да и захвати нас, — отвечала Королева Анна, одновременно заводя механизм своего рядового, чтобы он исправно сражался.

Услышав этот дерзкий ответ, Гуф заревел от ярости, потом повернулся к своим воинам и отдал приказ. Все Гномы были вооружены острыми копьями: по команде генерала они разом подняли их и, нацелившись, метнули в своих врагов. В друзей полетела сразу целая туча копий, и они бы ни за что не спаслись, если бы не Квокс. Он выполз вперед и загородил собою остальных. Дракон был такой огромный, что за ним смогли укрыться все, включая Хенка. Копья ударились о серебряную драконью чешую и упали на землю, не причинив Квоксу ни малейшего вреда. Разумеется, оружие у Гномов было волшебное: копья сразу вернулись обратно к своим владельцам, но даже Гуф понимал, что повторять атаку не имеет смысла.

Теперь пришел черед Королевы Анны переходить в наступление. Генералы скомандовали «Шагом марш! „, полковники, майоры и капитаны повторили приказ, и доблестная армия Угабу, главную силу которой составлял Тик-Ток, выстроившись в колонну по одному, двинулась на воинство Гномов. Бетси и Многоцветка провожали их ободряющими возгласами, Хенк издал громкое «И-а! «, Косматый прокричал «Ура! «, а Королева Анна что было мочи орала: «Давай, Тик-Ток, громи их!“

Гномы, хоть и не ожидали нападения Тик-Тока, мгновенно попрятались в подземных пещерах. Впрочем, они напрасно так торопились: не пройдя и десятка шагов, Тик-Ток зацепился медной ногой за выступ скалы и плашмя растянулся на земле.

— Под-ни-ми-те-ме-ня! Под-ни-ми-те-ме-ня! Под-ни-ми-те-ме-ня! — надрывался он, не в силах сам подняться, пока Косматый и Книггз не подбежали и не поставили его на ноги.

Дракон тихонько засмеялся, почесывая левое ухо задней когтистой лапой, но в тот момент всем было не до него.