- Господи помилуй! - пробормотала она и снова начала оседать на грядку. - Что творится на белом свете! Не иначе, как оборотень! Свят, свят, свят!

Алеша с Фуго и Пальмой влетели во двор к ветеринару как раз, когда там никого не было. Собака тут же бросилась к миске с едой, а Даринда выскочила из будки, приняла вид старушки, но впопыхах не успела избавиться от злосчастного ошейника. В это время на крыльце появилась Екатерина Васильевна с мокрым компрессом на голове. Она удивленно посмотрела на гостей и поздоровалась:

- Добрый день, Алеша.

- Здравствуйте, Екатерина Васильевна. А это мои прабабушка и прадедушка, - вежливо улыбаясь, представил он мимикров.

- Очень приятно, - слабым голосом ответила хозяйка дома. - Вы к нам в гости?

- Да. Шли мимо и решили зайти поздороваться, - сказал Алеша. Но тут Екатерина Васильевна посмотрела на Пальму, и удивленно спросила:

- А почему на собаке веревка?

- Не знаю, - пожав плечами, соврал Алеша. Екатерина Васильевна перевела взгляд на мимикров и вдруг с ужасом на лице прошептала:

- А почему на твоей прабабушке ошейник с цепью?

- Аф-ф, - уже по привычке ответила Даринда, и Екатерина Васильевна, сильно побледнев, беззвучно ввалилась внутрь дома.

Влопались! - расстроился Алеша, освобождая тетушку от ошейника. Теперь по деревне пойдут разговоры, что я сажаю свою прабабушку на цепь. А может и ещё чего похуже.

- А что "похуже"? - поинтересовалась Даринда.

- Если бы я знал, - вздохнув, ответил Алеша.

К вечеру по деревне распостранился слух, что откуда-то появились подозрительные лилипуты, а хозяйка крайнего дома уверяла односельчан, что это никакие не лилипуты, а самые настоящие оборотни. Беспокойства всем добавил Фуго, хотя Алеша и предупреждал его, что жители Игнатьева не готовы к его фокусам.

После ужина Алеша предложил мимикрам прогуляться к реке. Фуго пообещал, что догонит их и выскочил из дома, когда Алеша с Дариндой уже скрылись из виду. Мимикру лень было снова принимать вид старичка, здороваться с людьми, которые к концу дня выходили на улицу посидеть у калитки, и он прикинулся обычным земляным холмиком. Едва Фуго выкатился за калитку, как из соседнего дома вышел Игорь Михайлович - друг ветеринара. Он остановился в метре от Фуго, закурил сигарету и бросил сгоревшую спичку под ноги.

- А сорить совсем не обязательно, - решив поозорничать, сказал мимикр. Игорь Михайлович испуганно посмотрел вниз, никого не увидел и беспокойно огляделся.

- Кто здесь? - хрипло спросил он.

- Это я, земля, - ответил Фуго и слегка пошевелился, давая понять, где он находится.

- Земля, - сам себе завороженно проговорил Игорь Михайлович. - Ну правильно, если собака говорит, то почему земля не может? - Он внимательно посмотрел на холмик и шепотом сказал: - Земля, земля, я Игорь Минеев. Как слышно?

- Слышу вас хорошо, - ответил Фуго. - Теперь пойдите, поговорите с рекой.

- Земля, земля, вас понял, - ответил Игорь Михайлович и словно сомнамбула* отправился на берег.

Тропинка, ведущая к реке, проходила между огородов. На одном из них работал Иван Бурбицкий - молодой сержант милиции, который совсем недавно поселился в Игнатьево и пока не знал всех жителей деревни в лицо. В детстве Иван мечтал стать космоплавателем, но когда вырос, решил, что кто-то должен поддерживать порядок и здесь, на Земле. И тогда Бурбицкий пошел работать в милицию города Тучкова. Он очень хорошо исполнял свои обязанности, и вскоре молодому стражу порядка досрочно присвоили звание сержант.

.Два часа назад Бурбицкий сдал дежурство и решил заняться прополкой картофеля. Иван стоял посреди своего небольшого поля, потирал уставшую поясницу и от нечего делать крутил головой. Он надеялся увидеть хотя бы кого-нибудь из знакомых, чтобы завести разговор о подлых колорадских жуках, съевших половину ботвы, пока он занимался охраной общественного порядка. Здесь-то Фуго и совершил свою следующую ошибку. Решив немного порезвиться, он принял вид обыкновенной козы.

- Смотри-ка, чья-то коза без надзору ходит, - сам себе вслух сказал Иван.

- А я сама по себе, - поравнявшись с милиционером, неожиданно проговорило животное. - Фу ты, черт, вымя ходить мешает. Наверное, козлом все-таки лучше быть. - Затем коза вдруг расстеклась по земле и исчезла. По траве, будто порыв ветра, пронеслась волна, на солнце набежала небольшая тучка, и сержант милиции почувствовал, как у него между лопатками поползли мурашки, каждая из которых была не меньше колорадского жука.

- Что?! - холодея, спросил сержант, и рука его непроизвольно потянулась к тому месту, где обычно на кителе располагался карман с милицейским свистком. Но сейчас там была лишь голая грудь.

В общем, Ивану Бурбицкому сделалось жутко. Он был уверен, что говорящих коз на свете не бывает, а значит объяснение этому факту было одно: он увидел настоящего оборотня, о которых когда-то читал в страшных книжках.

- Люди! - вдруг закричал сержант милиции и, не разбирая дороги, бросился прямо по грядкам вон с огорода. - Люди! - истошно вопил он. - Я видел оборотня!

Пробегая мимо местного пенсионера Клубникина, Иван с вытаращенными глазами крикнул ему:

- Я видел настоящего оборотня! Понимаете? Оборотня!

- Сбрендил, - провожая взглядом Ивана, проговорил Клубникин. - А ещё в милиции работает.

Алеша с Дариндой стояли на берегу реки рядом с рыболовом Николаем Бабкиным и его кошкой Ксюшей, которая всегда сопровождала хозяина на рыбалку. Ксюша сидела как египетская богиня Бастет* и терпеливо дожидалась своего пескаря, а Николай красочно расписывал, какой огромный лещ от него ушел сегодня утром. Алеша знал, что Николай настоящий рыбак, а значит врет, но вежливо кивнул и переспросил:

- Какой, какой? Вот такой? - Он развел руки почти на метр и с восхищением выдохнул: - Ух ты!

- Ну почти такой, - засовестился Николай.

Когда Игорь Михайлович подошел к реке, все повернулись в его сторону. Минеев встал на мосток, завис над водой и вдруг произнес:

- Река, река, я Игорь Минеев. Как слышишь? Прием.

- Совсем рехнулся мужик, - тихо проговорил Николай и потащил удилище кверху. На крючке отчаянно трепыхалась плотвичка величиной с палец, и Ксюша тут же сорвалась с места и уселась у хозяина в ногах.

По прибрежной траве прошла небольшая волна, и вслед за этим за спиной у рыбака возник Фуго в облике прадедушки.

- Твоя работа? - тихо спросил его Алеша, указывая на Минеева.

- Если честно, моя, - радостно признался Фуго.

Так и не дождавшись ответа от реки, Игорь Михайлович задумчиво побрел назад в деревню, а Николай, насаживая на крючок свежего червя, продолжил:

- А позавчера здоровый окунь взял - килограмма на полтора. Таскал меня, таскал. Таскал-таскал. Таскал-таскал...

- А здесь разве такие большие окуни водятся? - с сомнением спросил Алеша.

- Скажешь тоже! - искренне возмутился рыбак. - Здесь знаешь какая рыба есть? Багром не вытянешь.

Отвлекшись, Алеша и не заметил, как Фуго снова исчез. Только когда рядом с поплавком Николая всплыла огромная рыба и помахала им плавником, он испуганно обернулся, покачал головой и показал мимикру кулак.

- Вон! - заорал рыбак. - Вон, видишь?! - Николай резко выдернул из воды удочку и заметался по берегу, на ходу сбрасывая с себя одежду. Видишь?! А ты говоришь, не водится!

Рыбина продолжала плавать на поверхности в нескольких метрах от берега. Даринда испуганно смотрела на племянника и молчала, а Николай нашел в траве здоровенную дубину и на цыпочках вошел в воду.

- Фуго! - испугавшись за племянника, вскрикнула Даринда.

- Что случилось, тетушка? - вдруг спросила рыбина, и дубина сразу выпала из рук рыбака.

- Мама! - оцепенев, проговорил Николай Бабкин. - Мамочка! - Он задом вышел из воды, чуть не наступил на Ксюшу и, развернувшись, со всех ног бросился в деревню, позабыв об одежде и удочке. - Говорящая рыба! - на бегу заорал он. - Я видел говорящую рыбу!

- Фуго! - зашипел Алеша на мимикра. - Что ты делаешь?!

- Ему так хотелось увидеть большую рыбу, что я решил доставить ему удовольствие, - выбираясь на берег, ответил мимикр.

- А зачем ты заговорил? Говорящих рыб не бывает.

- Но он же видел, значит бывает, - спокойно ответил мимикр.

А в это время пенсионер Клубникин сидел за письменным столом внука и писал анонимное* письмо в милицию:

"Довожу до Вашего сведения, что в Вашем отделении работает сержант милиции Иван Бурбицкий, который в неслужебное время, вместо того, чтобы собственным примером воспитывать некоторых несознательных граждан, видит оборотней и прочую мифологическую нечисть. В связи с этим прошу рассмотреть его поведение на общем собрании милицейского состава и поставить вопрос о пребывании сержанта Бурбицкого в рядах доблестной милиции.

Истинный гражданин своей страны".

Вообще-то, пенсионер Клубникин был очень даже неплохим человеком, но от долгого одиночества душа его немного очерствела. Часто по вечерам он садился за письменный стол и сочинял автобиографический роман, в котором описывал всю свою жизнь. А когда ему надоедало это делать, он писал письма. Правда, у Клубникина давно уже не было ни друзей, ни родственников, поэтому писать ему приходилось в разные правительственные и научные учреждения.

Заклеив конверт, Клубникин вышел из дома, опустил письмо в почтовый ящик и с удовлетворением потер руки. В этот момент мимо него пронесся голый Николай Бабкин.

- Я разговаривал с рыбой! - вопил рыбак. - Я видел говорящую рыбу!

- Так-та-ак, - сощурившись, зловеще проговорил пенсионер и ушел в дом писать ещё одно анонимное письмо на работу Бабкину.

Немного погодя Игорь Михайлович Минеев вошел в дом ветеринара. Он застал друга лежащим на диване с компрессом на голове, зато Екатерина Васильевна собирала вещи. Она метала одежду из шкафа в чемодан и дрожащим голосом причитала:

- Это ненормально! Этого не может быть! Если ты такой умный, оставайся здесь и сам разбирайся с Пальмой... или кто она там такая!

- Уезжаете? - с порога уныло спросил Игорь Михайлович.

- Катя собралась к сестре, отдохнуть, - убитым голосом ответил Петр Семенович.

- Я тоже уезжаю, - глядя в пол, сказал Игорь Михайлович. - Со мной сейчас говорила земля, а река почему-то не захотела.

Екатерина Васильевна на секунду замерла, округлившимися глазами посмотрела на Минеева и, схватив набитый чемодан, бросилась к выходу.

- Это к концу света! - выкрикнула она с крыльца. - Все посходили с ума! - Затем они услышали шум заработавшего двигателя, и через несколько секунд Екатерина Васильевна на большой скорости выехала со двора.

- Значит Пальма и с вами успела поговорить? - спросил Игорь Михайлович. При этих словах ветеринар вздрогнул, нервно рассмеялся и шепотом ответил:

- Да. Я начал ей щупать пульс, а она мне и заявляет: "Слышь, хозяин, сходи-ка в магазин за косточкой".

- Паранормальное* явление, - Игорь Михайлович удрученно покачал головой. - Все, Петя, я поехал в Москву. У меня в газете "Необыкновенные новости" есть знакомый корреспондент. Завтра я пришлю его сюда. Если можешь, приюти его.

- Приютю, - пообещал ветеринар и поправился: - Приючу. В общем, присылай, приютим.

- Пальму никуда не отпускай, - посоветовал Игорь Михайлович. Возможно, она всего лишь передатчик.

- Передатчик чего? - испугался Петр Семенович. Минеев внимательно осмотрел комнату, затем молча поднял взгляд к потолку, и ветеринар понимающе протянул:

- А-а-а!

- А может и ещё чего похуже, - на выходе проговорил Игорь Михайлович.

- Чего похуже? - ещё больше испугался ветеринар.

- Да если бы знать, - ответил Минеев.

Из дома ветеринара Игорь Михайлович выскочил перед самым закатом. Он бегом бросился к остановке автобуса и выбрал путь по берегу реки, чтобы случайно не наткнуться на знакомых. По дороге ему встретились Алеша, а чуть позади него шли маленькие старичок и старушка. Старичок был почему-то мокрым, хотя ужасно старомодный костюм на нем совершенно не обвис, и выглядел сухим и свежим.

- Здравствуйте, Игорь Михайлович, - поздоровался Алеша.

- Привет, привет, - разглядывая подозрительного старичка, ответил Минеев. - Это твои лилипуты?

- Это мои прабабушка и прадедушка, - обиженно ответил Алеша.

- Прошу прощения, - извинился Игорь Михайлович и, затравленно глядя по сторонам, предупредил: - Сегодня ночью никому двери не открывайте.

- Почему? - спросил Алеша и сделал большие глаза.

- Так надо, - шепотом ответил Минеев и, не попрощавшись, побежал к подвесному мосту.

- Вот что ты наделал, - с укором сказал Алеша мимикру.

- Так может лучше всем рассказать, кто мы с тетушкой и откуда? спросил Фуго.

- Конечно надо рассказать, - поддержала племянника Даринда. - Нельзя же так издеваться над людьми.

- Расскажем, - пообещал Алеша. - Но только не сегодня.

После ужина Даринда села перед телевизором слушать оперу Россини "Севильский цирюльник", а Фуго попросил Алешу научить его играть в шахматы.

Мимикр никак не мог привыкнуть к тому, что одна фигура ходит прямо, другая - наискосок, а третья и вовсе буквой "г". Он все время путал названия фигур, а потом предложил упростить правила игры.

- Давай все фигуры будут ходить одинаково, - сказал он.

- Ну да, - ответил Алеша. - Потом, чтобы не путаться, ты предложишь все фигуры называть фиговинами или тебе не понравится, что клетки на доске разного цвета, и нам придется её покрасить...

В этот момент в дверь постучали, и в дом вошли ближайшие соседи: Ирина Константиновна и Владислав Валентинович. Они оба были известными писателями, сочиняли детективы и фантастические романы о борьбе угнетенных народов на других планетах, но сами никогда не бывали в космосе и описываемых народов не видели.

Гости проследовали в гостиную, так что Фуго с Дариндой едва успели принять вид старичков.

- Добрый вечер. А где мама? - ласково спросила Ирина

Константиновна.

- Она уехала в Москву, на работу. Будет только в пятницу, - ответил Алеша, а мимикры вежливо улыбнулись соседям. - Вы проходите, садитесь, пригласил Алеша.

Поблагодарив, соседи устроились на одном из диванов.

- Чаю хотите? - спросил Алеша.