– Стараюсь, – невозмутимо ответил он, следуя за ней.

С гордо поднятой головой Молли вошла в тускло освещенный вестибюль и, преодолев пару ступенек, направилась к обитой дубовыми панелями стойке, где гостей встречала шикарно одетая хозяйка примерно того же возраста, что и Молли. Едва Молли приблизилась, женщина подняла на нее взгляд. Снисходительная улыбка промелькнула на ее губах, когда она оценила внешний вид гостьи. Несмотря на свои блате намерения, Молли почувствовала, как ее окатило горячей волной унижения.

– Могу я помочь вам? – спросила хозяйка.

– Ужин на двоих, пожалуйста, – донесся из-за спины Молли голос агента ФБР.

– Вы заказывали столик? – Мимолетного взгляда на него оказалось достаточно, чтобы отношение хозяйки внезапным образом изменилось, став уважительным.

– На сегодня – нет. – Он улыбнулся.

– Вам повезло, что концертная толпа уже схлынула, иначе у нас просто не нашлось бы места. Итак, что мы имеем… – Она заглянула в свою карту, потом взяла со столика пару меню. – Думаю, мы разместим вас. Следуйте за мной, пожалуйста.

Адресовав улыбку агенту ФБР и короткий удивленный взгляд – Молли, хозяйка провела их в зал, утопавший в золотом мерцании свечей и пурпурной коже диванов и кресел. Проскользнув в указанную хозяйкой кабинку, Молли испытала такое чувство, будто оказалась в церковной исповедальне.

– Могу я вам предложить что-нибудь на аперитив? Виски-сауер сегодня коктейль дня. – Хозяйка протянула им меню.

– Нет, – произнес агент ФБР, прежде чем Молли успела ответить. Его отказ однозначно распространялся на обоих. Молли не питала слабости к алкоголю и, учитывая обстоятельства, вообще не испытывала желания выпить, но от его властного тона ее покоробило.

– Я бы выпила виски-сауер, – сказала она. В ее взгляде, устремленном на агента ФБР, отчетливо угадывался вызов. Она была почти уверена в том, что он отменит ее заказ. Но он этого не сделал. А лишь раскрыл карту меню.

– Джин примет у вас заказ, как только принесет коктейль, – произнесла хозяйка. Улыбнувшись агенту ФБР, она оставила их одних.

Молли посмотрела вслед ее удаляющейся мини-юбке и почти пожалела о том, что хозяйка ушла. Она нервничала в обществе своего нового знакомого.

– Вы любите итальянскую кухню? – Он оторвался от меню и устремил на нее пронзительный взгляд своих голубых глаз.

– Я никогда не пробовала. – Враждебность добавила голосу Молли ледяных ноток.

Она решительно взяла в руки свою карту меню. Он мог распоряжаться ее присутствием в этом ресторане, но это все, что она готова была ему позволить. Она будет есть, пить и говорить то, что ей нравится. Украдкой оглядев посетителей ресторана, Молли убедилась в том, что все они – даже те, кто был в джинсах, – отличались хорошими манерами. Она же в сравнении с ними выглядела дешевкой. Суровый приговор, который она себе вынесла, заставил ее поджать пальцы ног в старых кроссовках Майка, но при этом голову она вскинула чуть выше.

– Вы сказали, что бывали здесь. Если вы не пробовали итальянских блюд, тогда что же вы ели?

– Стейк.

– Не любите рисковать? – Нет.

– Вы никогда не ели пиццу?

– О, пицца, – с облегчением произнесла Молли.

– Любите пиццу?

– Конечно, люблю. Кто же не любит пиццу.

– Тогда, выходит, вам нравится итальянская кухня. Попробуйте лазанью. Я еще не встречал никого, кому бы не нравилась лазанья.

– Я уже сказала вам, что поужинала.

Он пожал плечами и вновь углубился в меню.

– Как хотите.

– Добрый вечер, меня зовут Джим, я буду вашим официантом. – Два стакана с водой и заказанный Молли аперитив оказались на столе. Джим – судя по всему, студент колледжа – улыбнулся им, выглядывая Из-за круглого подноса, который держал в руках. – Вам еще нужно время, чтобы выбрать заказ?

– Мы готовы, – сказал агент ФБР. Джим выжидательно посмотрел на Молли.

– Мне ничего, спасибо, – произнесла она, втайне жалея, что не выудила хотя бы ужина из этой встречи.

Визиты в ресторан были большой редкостью с ее жизни, а при воспоминании о том стейке, который она съела за счет Джимми Миллера, у нее до сих пор текли слюнки. Но, уже объявив о том, что поужинала, она не намерена была отступать и демонстрировать свою слабость и нерешительность.

Агент ФБР заказал лазанью, суп, на закуску салат, и молоко вместе с основным блюдом.

Когда официант отошел, агент ФБР откинулся на спинку сиденья. Его пальцы отбивали легкую дробь по крышке стола, когда он посмотрел на Молли. Выражение его лица вновь повергло ее в состояние тревоги.

– А теперь, – тихо произнес он, – давайте поговорим о том, что мне от вас нужно.

8

– Вы хотите, чтобы я проверила губную татуировку у всех лошадей, участвующих в скачках? – Молли не верила своим ушам.

– Нет, только у тех, что покажутся вам незнакомыми. Я вам скажу, какие лошади меня интересуют. – Агент ФБР пристально посмотрел на нее.

Разговор прервался, когда к столику подошел официант с дымящейся чашкой минестроне и плетеной корзинкой с чесночным хлебом. Поинтересовавшись, не нужно ли еще что-то, и получив отрицательный ответ, официант откланялся, вновь оставив их наедине.

– Я не смогу, это делать.

Молли наблюдала за тем, как он поглощает суп. За ужином дома ей досталась самая крохотная порция гамбургера, поскольку на всех не хватало. Впрочем, она наелась… или ей просто показалось, что наелась. Сейчас, глядя на то, с каким смаком он уплетает суп, она остро ощутила пустоту в желудке. Молли глотнула коктейля, чтобы хоть как-то утолить голод.

– Почему? – Он потянулся за куском хлеба. Молли покачала головой, когда он протянул и ей корзинку. Каким бы сильным ни был голод, гордость не позволяла ей принять то, от чего она уже отказалась.

– Во-первых, я больше не работаю на Уайландской ферме, если вы помните. Я уволилась. И у меня больше нет доступа на конюшни.

– Так вернитесь на работу. – Мужчина откусил гигантский кусок хлеба и вновь принялся за суп.

Молли покачала головой и отхлебнула коктейля.

– Это не так просто. Дон Симпсон не дает второго шанса. И, боюсь, в пылу страстей я наговорила ему кучу гадостей.

– Так извинитесь. Скажите, что это больше не повторится. Скажите, что вам нужны деньги.

– А что будет, если он пошлет меня ко всем чертям?

Он окинул ее взглядом.

– Вы симпатичная девушка. Примените свое обаяние.

Молли насторожилась.

– Что вы имеете в виду?

– Похлопайте ресницами. Всплакните. В общем, делайте то, что делают женщины, чтобы разжалобить мужчину. Но верните себе работу.

Официант появился, чтобы забрать теперь уже пустую чашку из-под супа и поставить перед агентом салат. Молли посмотрела на маленькую горку зелени, украшенную кусочками ветчины и сыра, на поблескивающую шапку соуса «винегрет», венчавшую салат, и с тайной завистью отхлебнула еще коктейля.

– Предположим, – сказала она, наблюдая за тем, как он с энтузиазмом впился в дольку помидора, – ну хотя бы на минутку представим себе, что мне удастся вернуться на свое место. У меня будут свои лошади, за которыми я должна ухаживать. Я не могу при этом бегать по конюшне и заглядывать всем лошадям в пасти. Во-первых, у меня просто не останется на это времени. Во-вторых, это будет выглядеть очень подозрительно.

– Этих лошадей совсем не много. Может, четыре, пять, шесть в неделю. Вы справитесь.

– А что будет, если меня поймают? Это опасно? Он устремил на нее прямой взгляд.

– Не стану вас обманывать. Все может случиться.

– Замечательно. – Она опять глотнула коктейля, обнаружила, что стакан почти пуст, и с сожалением осушила его до дна. – В таком случае, мистер ФБР, я думаю, лучше вам самому этим заняться.

– Я не могу. Можете только вы.

– А если я откажусь?

– Может, вам повезет и вас отправят в федеральную тюрьму, которая находится здесь, в Лексингтоне. Это неплохое местечко. Я слышал, Леона Хелмсли его хвалила. – Он подцепил вилкой лист салата и отправил его в рот. – Ваши братья и сестры смогут навещать вас.

– Это шантаж.

– Вы не забыли, что сами впутались в эту историю, похитив пять тысяч долларов? Вам повезло, что я готов помочь вам избежать наказания. – Он доел салат.

– Хотите еще коктейль, мисс? – Официант вновь возник у столика, чтобы заменить пустую тарелку из-под салата глиняным блюдом, в котором бурлила залитая сыром запеканка, запахом очень напоминавшая пиццу. Молли почувствовала очередной приступ голода.

– Да, – ответила она в ту же секунду, когда из уст ее спутника прозвучало решительное «нет».

Официант переводил недоуменный взгляд с одного на другого.

– Да, – повторила Молли, бросая молчаливый вызов своему визави.

Он на мгновение перехватил ее взгляд, потом еле заметно пожал плечами, словно уступая. Официант исчез – вероятно, отправившись за коктейлем для Молли.

– Посмотрите на это иначе: вы будете в течение нескольких недель работать на федеральное правительство. Мы хорошо платим. – Он приступил к лазанье.

– Вы будете платить? Мне? – оживилась Молли. Вернулся официант, поставил перед ней второй коктейль и удалился.

– Вы сказали, что будете мне платить? – повторила Молли, когда они вновь остались одни.

– Как насчет пяти тысяч долларов?

– Вы шутите, да? Он покачал головой. – Нет.

– Итак, вы хотите сказать, что я получу пять тысяч долларов только за то, что буду проверять татуировку у лошадей?

– Согласитесь, это лучше, чем сидеть в тюрьме.

– Когда я получу деньги?

Он издал какой-то неопределенный звук: то ли фыркнул, то ли засмеялся. Взгляд его зажегся неподдельным весельем, когда он посмотрел на нее.

– Когда работа будет выполнена.

– И потом я уже больше никогда не увижу вас и не услышу ни слова о тех деньгах, что я… взяла?

– Вы поможете мне и станете чисты перед законом. Я сожгу пленку… или отдам ее вам. Можете сами ее сжечь.

Молли на минуту задумалась, потягивая свой коктейль, в то время как он продолжил трапезу.

– И никто никогда не узнает о моем участии в этом деле?

– Никто, кроме вас. И меня.

– Мне ведь жить здесь. Если кто-нибудь обнаружит, что я этим занималась, мне уже никогда не получить работу. И нам вообще придется убраться из Кентукки.

– Если даже это и произойдет – хотя произойти не должно, если вы будете осторожны, – Бюро позаботится о вашем будущем. Вы не останетесь брошенной на произвол судьбы, даю вам слово.

Молли испытующе посмотрела на него.

– Я не хочу вас обидеть, мистер ФБР, но ваше слово – пустой звук для меня. Ведь я даже вас толком не знаю.

– Вам просто придется поверить мне. Молли скорчила гримасу.

– Отлично придумано. – Решайтесь: или-или.

– Похоже, у меня нет выбора. Если я выполню ваше поручение, вы мне заплатите и исчезнете. Если же я откажусь, мне уготована тюрьма.

– Я бы сказал, что картину вы нарисовали правильную. – Он доел лазанью, промокнул рот салфеткой и положил ее на стол.

Словно из ниоткуда возник официант. Молли, в течение всей беседы терзавшая свой коктейль, с удивлением обнаружила, что стакан пуст. Она поставила его на стол.

– Десерт? – с улыбкой спросил официант, переводя взгляд с одного на другого. – Или дижестив?

Агент ФБР ответил отказом за двоих, покачав головой, отверг и предложенный кофе – впрочем, как и Молли, у которой уже не было желания вновь выказывать строптивость и лишний раз раздражать его. Они посидели молча, пока официант убирал со стола и ходил за счетом.

– В следующий раз, когда мы придем сюда, вам непременно нужно будет попробовать лазанью, – сказал агент ФБР, достав из бумажника пару банкнот и положив их на маленький пластиковый поднос поверх счета. Потом он поднялся. – Не бойтесь рисковать.

– Что вы имели в виду, сказав про следующий раз, когда мы придем сюда? – спросила Молли, вставая из-за стола.

Жестом приглашая ее следовать вперед, он направился за ней к выходу. Молли явственно ощущала его присутствие у себя за спиной. Он вызывал в ней чувство, сходное с клаустрофобией; Молли казалось, что она и в прямом и в переносном смысле его пленница.

– Всего доброго, приходите еще, – отозвалась хозяйка, когда они проходили мимо нее.

Агент ФБР в ответ взмахнул рукой.

Уже на автостоянке Молли повторила свой вопрос.