Обе они так пристально посмотрели на Двина, что у того по спине пробежал холодок.

— А что же Дети Дыма? — спросил он, чтобы переменить тему.

— Мы берем их. А ОНА принимает их Семя вместе с нами, чтобы мы могли зачать! Только кровь Детей Дыма слаба, и рождаются лишь девочки!

— Я говорила тебе! — напомнила Шествующая.

«Ты говорила и еще кое-что!» — подумал Сэллери.

Шэ вложила ему в рот еще один кусочек пищи.

Девушка сидела рядом, подогнув под себя ноги. Кожа на ее плечах и груди отливала золотом.

«Она — не человек, парень! — вынужден был напомнить себе Сэллери. — А ты не один из них!»

Древние, казалось, забыли о том, кто он на самом деле. Но Дейн подозревал: это только вид, игры. Они — хищники. И уважают право, только чувствуя силу. Или обманывая себя иллюзией его силы? Древние, подумал он, жаждут его силы. Не люди, но женщины. Львицы, кровожадные могучие твари, приносящие пищу льву и позволяющие помыкать собой… Льву!

Но была еще ОНА!

— Я хочу соединиться с Рожденной! — заявил Дейн.

— С Рожденной-В-Ручье? — Шэ была удивлена. — Хорошо, я позову ее!

— Нет! С Рожденной-В-Радость!

— Но она спит!

Сэллери услышал смешок второй козоногой.

— Я соединюсь с ней спящей!

— Но…

— Я принесу ее, если ты желаешь! — вмешалась След Прошлого.

— Хорошо!

По лицу Шэ было видно: она рассердилась. Но Сэллери сказал «хорошо», и она смолчала.

— Поторопись! — приказал он, видя, что След Прошлого не двигается с места. Она что, шутила?

Шествующая вскочила, фыркнула и умчалась, осыпав их песком. След Прошлого засмеялась.

Сэллери ждал, что она что-нибудь скажет, но козоногая не сказала ничего. И не пошевельнулась.

— Я жду! — напомнил он.

— Не слишком ли много для тебя… — Она запнулась, не зная, как назвать Сэллери, и не решаясь произнести неподобающие слова, что вертелись у нее на языке.

Дейн встал и устремил на козоногую жесткий взгляд. Они были одни на пустынном берегу. Мускулы Дейна напряглись, губы растянулись в холодной улыбке.

И он добился того, чего хотел: увидел испуг на прекрасном и надменном лице Древней.

След Прошлого прыгнула назад, вскинула руки ко рту.

Рокочущий стон прокатился над лагуной.

Звук наполнил Сэллери… и не овладел им! Прошел насквозь, волнуя, щекоча кости, — и угас. Магия Древних была бессильна, когда дело касалось нового Сэллери Дейна.

— Нет, — размеренно произнес он. — Не слишком много!

— Не забывай, мы сделали тебя таким! — След Прошлого пятилась, хотя сам Дейн не сдвинулся с места.

— Я жду! — повторил он с угрозой.

Древняя повернулась и побежала. Сэллери слышал, как шуршат ее копыта, отбрасывая мелкий песок.

Слова козоногой не затронули его, но запомнились. Позднее он будет размышлять над ними: «Мы сделали тебя таким!»

След Прошлого бережно опустила свою ношу у ног Сэллери. Малышка и впрямь спала как убитая. На внутренних сторонах ее бедер была кровь. Ее собственная или кровь Винченцы?

— Где тело Давшего Семя? — спросил Дейн.

— Укрыто.

— Что с ним сделают?

— Оно послужит пищей! — сказано было как само собой разумеющееся.

«Еще и это!» — подумал Сэллери.

Хотя вряд ли подобное можно было назвать каннибализмом.

— Не для меня! — предостерег он.

Сказанное одной из Древних так или иначе становилось известным и другим.

— Я учту то, что ты сказал, если позволишь мне давать тебе пищу!

— Не беспокойся об этом! Вымой ее! — Он указал на кровь, запекшуюся на ногах Рожденной.

— Ты удивляешь меня! — сказала След Прошлого.

И, взяв на руки девушку, отнесла ее к морю.

Сэллери слышал плеск воды и даже то, как скользят руки козоногой по телу Рожденной.

Она принесла девушку обратно и хотела опустить на песок.

— Нет! — сказал Дейн. — Сядь и положи ее себе на колени! Нет, не так, на живот и приподними!

Двину очень не нравилась улыбка Древней, но он не мог запретить ей улыбаться. И не хотел тратить на нее время.

Мокрые круглые ягодицы Рожденной притягивали его взгляд. Золотистые волосы падали на песок. Лунный свет скользил по худой спине к тонкой шейке девушки.

Сэллери опустился на колени, немного раздвинул ноги спящей. Тело ее было теплое и совершенно расслабленное. Словно неживое.

У Дейна ничего не получилось. Он чувствовал, как След Прошлого беззвучно смеется над его попытками проникнуть в тело Рожденной.

Вход был заперт. В самом прямом смысле этого слова.

И как Сэллери ни старался, он ничего не мог сделать. Все равно что пытаться возбудить куклу. Единственное, в чем он преуспел: След Прошлого перестала улыбаться.

— Соединись со мной! — попросила она слегка задыхающимся голосом.

— Нет! — мстительно отрезал Сэллери.

Он поднялся, чувствуя на себе жадный взгляд козоногой. Это слегка ослабило огорчение от фиаско, которое он потерпел.

Унеси ее обратно? Я сам решу, кого осчастливить!

«Вот подходящее слово! — подумал Дейн с удовольствием. — Осчастливить!» Если кто-то из Древних думает, что Сэллери Дейн может кому-то принадлежать, он сумеет доказать обратное» Нет, это они. Древне, принадлежат Сэллери Дейну!

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Прошло три луны.

Сэллери Дейн ел, спал, охотился, совокуплялся. Но в ящике стола, его письменного стола в бунгало, накопилась уже порядочная стопка бумаги.

Его дневник.

Верный принятому решению, Сэллери старался записывать лишь опыт, а не собственные рассуждения. Хотя полностью избежать этого не мог. В его библиотеке оказалось несколько книг по мифологии, но, как ни пытался Дейн провести параллели между Древними и существами вроде эллинских сатиров, аналогии оказывались чисто внешними.

Сами Древние уже не казались Сэллери такими загадочными. Он слишком много времени провел с ними и был близок почти с каждой. Дейн мог заранее угадать, как любая из них отреагирует на его слова. То, что сейчас интересовало Сэллери по-настоящему, — это ОНА. Он чувствовал: в ней заключена суть существования козоногих. Но ничего нового о повелевающей племенем Древних Сэллери выяснить не мог. Любая из козоногих отвечала то же, что и Шэ: ОНА сама «говорит» каждой из них, лично, с самого рождения, нет, раньше рождения… Но Сэллери ОНА не «говорила» ничего.

Может, будь у Дейна побольше времени, он и сумел бы найти подходящий ключ, но времени у него уже не осталось.

Было около трех часов ночи. До рассветных сумерек — немногим более часа. Сэллери, Шэ и Охотница высматривали спящих птиц. Копыта козоногих тонули в густой траве, и человеку-наблюдателю они могли бы показаться прекрасными девушками, странствующими в ночном лесу. Только на Зеленой Королеве не могло быть человека-наблюдателя. А Дейн никогда бы не спутал движения Древних с движениями людей. Хотя его босые ноги ступали так же легко и беззвучно.

Охотница увидела птицу. Попугая. Прыжок! Тело ее оторвалось от земли… Дейну вспомнилось зрелище выпрыгнувшего из воды дельфина. Охотница взлетела почти на девять футов вверх, и руки ее с идеальной точностью сомкнулись на тельце дремлющей птицы. На миг она словно зависла в воздухе со вскинутыми руками. Попугай не издал ни звука. Пальцы Охотницы свернули ему шею раньше, чем ее ноги коснулись земли.

Она оглянулась, и Сэллери помахал рукой. Он искренне восхищался ее ловкостью.

Охотница бросила убитую птицу Шэ. Третью по счету. Шествующая не возражала против роли носильщицы. Охотница была мастером. Совершенством. И она была единственной, кто в соединении искал новых ощущений. Кроме, может быть, Шэ. Зато у Охотницы не было той изысканности в мелочах, что была у Шествующей. Остальные Древние стремились лишь к оргазму семяизвержения. Правда, была еще малышка — Рожденная…

Сэллери не раз задумывался о том, почему любое своеобразие козоногой, замеченное им, порождает желание. И мог бы придумать сотню объяснений. Но точного ответа не знал. Скорее всего это был один из механизмов, наполнявший его тело энергией, достаточной, чтобы «управиться» с жаждущими близости Древними.

И, надо сказать, с каждым днем его силы увеличивались. И не только сексуальная мощь. Нет, все складывалось очень недурно для Сэллери Дайна!

Еще один великолепный бросок Охотницы… Но на сей раз жертве удалось ускользнуть. Маленькая сова. Сэллери проследил полет, пока сова не скрылась за кроной высокого дерева.

Они уже были почти на в вершине острова. Метрах в ста от бунгало.

Сэллери уловил движение в траве и быстро наступил на пробегавшую ящерицу. Оглушив добычу щелчком, он передал ящерицу Шествующей.

Девушка взяла и… и вдруг застыла с окаменевшим лицом, будто прислушиваясь.

Дейн насторожился, но не воспринял от своих органов чувств ничего, заслуживающего особого внимания.

Рука Шествующей разжалась, ящерица упала на траву и осталась лежать, слабо подергиваясь.

Сэллери взглянул на Охотницу и увидел, что она — в таком же столбняке.

— Что? — спросил он шепотом.

И не получил ответа.

Сэллери переводил взгляд с одной на другую, пытаясь угадать, что же произошло. Обе напряженные, с «пустыми» глазами, ни на что не реагирующие… Прошло несколько мгновений.

Охотница сорвалась с места и стрелой ринулась вниз. Тело ее белой тенью мелькнуло между деревьями и пропало. Шествующая бросилась бежать, лишь на миг отстав от Охотницы. Еще какое-то время Дейн слышал хруст ветвей, когда, проламывались сквозь заросли, обе кратчайшим путем помчались к пещере.

Тревожное чувство овладело Сэллери. Чувство растущей опасности. Он огляделся. Ничего. Но беспокойство нарастало. Изнутри. Дейн коснулся рукояти меча. Он всегда брал его на ночную охоту. И ни разу не воспользовался. На острове не было животных крупнее лесной крысы. Если не считать желтых толстых питонов, которых Древние никогда не трогали. Но даже питона Сэллери мог бы прикончить голыми руками.

Дейн выбрался на тропу и побежал к морю. Ступни его негромко ударяли в землю. Ветер бил в лицо.

Каждым прыжком он покрывал не меньше шести футов. Дейн мог бы бежать и быстрее. Больше того, тревога подстегивала его бежать быстрее. Но он не хотел ей потакать.

Берег моря был пуст. Ни одной Древней на белой полосе песка. Инстинкт подсказал Сэллери: все они — в пещере. Ночью?

Через полминуты Дейн был в подземном убежище. Никто из козоногих не обратил на него внимания. Все двадцать шесть Древних стопились в дальнем углу, где пещерный свод образовывал подобие купола.

Оттуда доносились непонятные всхлипывающие звуки. Обнаженные спины женщин — тесно, одна к другой, в несколько рядов, — напомнили Дейну день, когда была убита Дающая Плод.

Сэллери подошел ближе, но ничего не сумел разглядеть через головы Древних, хотя ростом превосходил любую из них.

Он втянул носом воздух. Пахло кровью. И еще чем-то. Знакомым. И в воздухе не было вражды.

Младшие стояли во внешнем круге и среди них — Рожденная-В-Радость.

Дейн коснулся ее плеча. Девушка стремительно обернулась.

— Что? — одними губами спросил Сэллери.

— Земноликая! — прошептала девушка и отодвинулась.

Дейн уловил ее неприязнь. Вернее, отчуждение.

— Ребенок? — спросил он. — Уже?