- У него не было цвета. Оно бесцветное. Оно никакое.

- И где оно находится?

- Ничто?

- Зеркало.

- Вы знаете, есть такие двойные рамы в некоторых зеркалах.

- Да. Одно из них передо мной.

- Так вот, зеркало поставили на бок, и потом, когда поднимали, взялись не за ту сторону. Оно упало и разбилось.

- И?

- И все! В осколках появилось отражение! Насовсем! Что мы только не пытались сделать! Ничего! В смысле, ничего не получилось! Совсем ничего не вышло!

- А как владелец?

- Он вышел! Еще как! Злой, до чертиков! С тех пор каждую неделю ходит и требует точно такое же зеркало. Которое показывает ничто. Он говорит, что когда смотрел на ничто, то впадал в состояние нирваны! Представляешь, наркотики себе нашел! Йоги по столько лет тренируются, а он посмотрел, и уже на вершине блаженства! Нет, я ничего не имею против этого, пусть смотрит хоть в глаза смерти, если пожелает, но он со своими разговорами о высшем состоянии будоражит неокрепшие умы сотрудников! И затевает какое-то темное делишко... Не знаю, куда он там впадает, но я от просмотра Ничто чувствовал разве что тошноту и головокружение.

- Так что с зеркалом?

- Оно разбилось.

- Нет, с моим?

- Я должен поговорить со старушкой. Она рядом?

- Упаси Господь! Вы лично приезжайте, она - крепкий орешек! Мне одному ее не убедить отдать зеркало. Ее можно будет уговорить, если вы сделаете вот что...

- Вы гарантируете?

- Нет.

- Продолжайте.

Михаил Борисович сидел на скамейке около забора и смотрел на дорогу. Обычная деревенская, она могла дать фору в сто очков лучшим заграничным испытательным полигонам. Мелкие "Запорожцы" сновали в ней в обе стороны, без особых усилий преодолевая многочисленные горы-ямы, резкие повороты и посторонние предметы, проезжая прямо по последним, если их нельзя было забрать для нужд личного хозяйства. Порой создавалось впечатление, что первым по будущей трассе проехал вдребезги пьяный человек, иначе как объяснить тот факт, что среди многочисленных вариантов проезда был выбран наиболее трудный. По прямой дороге, будь она здесь, ехать было бы намного легче, чем по многочисленным дорожным завихрениям вправо и влево. Тем не менее, второй человек, проехавший по дороге по следам первого, был человеком осторожным и трезвым. (О чем второй никогда не узнал, так это о том, что он и был первым, когда проехал здесь впервые под хмельком.) И потому второй он же тайный первый - проехал по своим же следам, опасаясь, что раз в дороге сделаны такие повороты, то иначе проезжать будет куда опаснее по известному одному первому водителю причинам. Чертыхаясь, но упорно повторяя свой собственный маршрут, водитель выбрался на основную трассу, которая сразу же показалась ему верхом совершенства. И ямочки на ней были почти плоские, по сравнению с холмами проселочной дороги. Он проклинал ту дорогу, но так и не узнал, что виноват в ее существовании сам.

Следующие водители не менее упорно повторяли пройденный маршрут, чертыхаясь и продолжая вписываться в повороты. С тех пор прошел не один десяток лет. Дорога была занесена в районную карту, причем картографы нарисовали ее так, что всем казалось, что эта дорога намного лучше, чем слегка искривленная прямая трасса. Так что человек, который вздумает проехать по трассе, используя карту, будет немало удивлен стопроцентным несовпадением реального и нарисованного.

Именно такое удивленно-озлобленное состояние и было сейчас у водителя "УАЗика", в котором ехал сейчас профессор, крепко держась за кресла, и при каждом прыжке мучительно морщась. Он опасался за зеркало, хотя оно и было завернуто в четыре одеяла. Он задумал обменять его у старушки, добавив в качестве дополнительных аргументов восемь тысяч рублей, выделенных институтом после того, как сил на выбивание денег было потрачено на пятнадцать тысяч.

Остановившись перед Михаилом Борисовичем, водитель облегченно выдохнул, дверца открылась, оттуда, шатаясь, как камыш во время бури, выпал человек в костюме и шляпе, превратившейся во время поездки в кепку.

- Здравствуйте! - поздоровался профессор. Краем глаза Михаил Борисович заметил, что из кабины выбираются свежий, как огурчик, священник и измотанный водитель. Вот оно что!

- Вы насчет зеркала? - спросил он. - Изгоняете бесов?

- Именно! - ответил профессор.

- Когда вы начнете процесс? Мне очень хочется посмотреть, как эта гадость оттуда выберется!

- Как только мы увезем зеркало в лабораторию! - пояснил профессор. - К сожалению, процесс изгнания духов опасен для посторонних, к тому же, должен вас предупредить, что во время изгнания зеркало может разбиться! Вы понимаете?

- Я-то понимаю, но вот жена...

- Что "жена"? - выскочила на крыльцо Анна Мелентьевна. - Опять сплетни разносишь за глаза!

Находившаяся в ее руке скалка совершила небольшой полет и с гулким стуком приземлилась прямо на голову Михаила Борисовича.

- Успокойся! У нас гости! - завопил старик, подхватывая скакалку и выбрасывая ее от греха подальше в соседний двор. Разбив у соседей окно, скалка сбила на пол горшок с кактусом.

- Опять в футбол играете! - закричала соседка, - Ну, сорванцы! У-х, я вас сейчас!!! Где этот чертов мяч?

- Ого-го.. - неопределенно выразился Михаил Борисович, услышав звук разбиваемого стекла.

- А это что такое? - изумилась соседка, выбежав с кухни в зал. Скалка??? В "городки" с дедом играете? Я вас этой битой-скалкой так разобью, что косточек не соберете!

Выскочив на улицу, она недоуменно посмотрела по сторонам: внуков не было. Тут она и вспомнила, что утром они вместе с дедом ушли на рыбалку на целый день. Помимо всего прочего, на скалке была мука и кусочки теста.

Соседка осмотрелась по сторонам увидела, что соседи разговаривают с городским. Нет, не стали бы они бросать - возраст не тот. Сняв очки дальнозоркость - она посмотрела на приезжего. Тот что-то объяснял, показывая на сверток из одеял. Старушка взмахнула руками, и соседка увидела ее ладони. В муке ее ладони!!! Но еще больше она удивилась, увидев на кепке разговаривающего Михаила Борисовича след точь-в-точь от скалки.

- Вот ведь как! - догадалась она. - Ладненько! "Городки", так "Городки"!

Невероятно точно кинутая скалка во второй раз приземлилась на голову Михаила Борисовича.

БУМ!!!

- Ой! - выдавил тот. - Ты чего, жена?

- Это не я!

- А кто?!

- Я!!! Я... я... я... я... я... я... я... (эхо). А если стекло к вечеру не заменишь, повторю!

Михаил Борисович вскочил.

- Простите, рыбалка ждет! Совсем забыл, извините! - пробормотал он, вскакивая на велосипед, разгоняясь и, используя поленья в качестве горки, перелетая на нем через забор и уносясь в деревенские просторы.

- Ни хрена себе! - восхитился водитель. - Мне бы так!

Соседка помахала кулаками ему вслед и подошла к разговаривающим.

- Итак! - продолжил профессор, вытаскивая на свет деньги. - Восемь тысяч рублей! Плачу заранее, на случай, если зеркало разобьется.

- Восемь рублей? - переспросила старушка, полагая, что профессор невзначай ошибся.

- Тысяч! - повторил профессор. - Плюс это зеркало, похожее на ваше.

- Но...

- А если мы будем изгонять демонов сорок лет и четыре года???

Сделка была заключена.

Профессор заранее постарался, чтобы выданные старушке деньги были мелкого достоинства, иначе местному магазинчику придется открыть для нее неограниченный кредит из-за отсутствия сдачи - не во второй, так в третий раз. Обрадованная старушка выделила быстро подобревшей соседке сумму на покупку и установку стекла, а остальные деньги запрятала так, что и сама потом с немалым трудом вспомнила, где они лежат. Водитель и священник помогли установить новое зеркало на стену, попрощались и уехали.

Вечером приехал старик. С рыбой. Трезвый и довольный. А про деньги, полученные от профессора, он узнал гораздо позже...

- Просто великолепно! - восхищался профессор. - Похоже на разбитое, как две капли воды!

Квартирулли занимались зарядкой.

- Феноменально! Внеземная цивилизация! По аналогии с земной биологией могу с точностью утверждать, что произошли они от вымерших акул. Чешуя трансформировалась в иголки. Разница таки есть: у земных акул нет чешуи. У них зубы. Способность защиты от врагов привела инопланетян к тому, что среди них появились разумные существа. В смысле разума. Наличие свободного времени позволило заниматься искусством. Возможно, это высокоразвитая цивилизация! Жаль, что с ними невозможно контактировать.

Институт стоял на ушах целый день, разгудевшись, как рассерженный улей. Демонстрация зеркала произвела форменный фурор на всех без исключения сотрудников. Сутки институт только и делал, что созерцал картинки из неизвестного мира.

На следующие сутки зеркало перенесли в лабораторию, после чего приступили к экспериментам. Первым делом укрепив зеркало так, что столкнуть его стало практически невозможно, профессор решил просветить его ультрафиолетом.

Зеркало, как зеркало, и никаких невидимых надписей, сделанных инопланетными цивилизациями.

Рентген. На негативе появилось просвеченное оборудование и ассистенты. Плюс профессор на заднем плане. Никакие внешние воздействия ничего существенного не показали.

Лазер, личная гордость профессора. Способный продырявить любой материал и предоставить спектральный анализ продырявленного, он был незаменим.

Лаборанты включили лазер на половину мощности, но луч неожиданно для всех отразился. И, хотя он должен был просверлить дырку в стекле, не доходя до слоя серебрянки, он просверлил ее в стене лаборатории, пустившись в путешествие по коридору.

- Гх-де мое зеркало? - кричал вошедший чуть раньше в институт владелец разбитого зеркала. Луч пробил стену, пронзил стакан с чаем в руках одного из лаборантов (на дисплее прошли химические формулы), и пролетел прямо над головой скандалиста, сделав дырку в его шляпе.

Профессор выключил аппарат и, выглянув в коридор, прокричал:

- Кто пьет чай в рабочее время? Это не чай, а подделка!

Скандалист поднял вверх глаза, осторожно снял шляпу и поднес ее к лицу. На пол упали отрезанные лазером волосы, посреди головы осталась ровная полоска.

- Ррррррраааааааааа!!! - зарычал скандалист, вбегая в лабораторию вслед за юркнувшим туда профессором. Остановившись посреди лаборатории, он завопил:

- Зеркало!!! Ха-ха-ха!!! Оно целое!!! Вы разбили при мне не мое зеркало!!! Оно целое!!! Мое зеркало!!! Я забираю его!!! Ха-ха-ха!!! Вы врали мне!!! Сволочи!!! Я его забираю!!!

- Это не Ваше зеркало! - загородил дорогу профессор. Скандалист отодвинул его в сторону, едва не надорвавшись.

- Плевать!!! Я его забираю!!! - с одышкой проговорил он. - Ха... Ха... Ха... Оно мое!!!

- Стоять! - рассвирепел профессор, заново загораживая дорогу. - Мы заплатили Вам восемь тысяч!!! Восемь!!!

- Ну и что?!! Ха-ха-ха!!! Их уже нет!!! Я их потратил!!! А теперь я забираю зеркало!!! Ха-ха-ха!!!

Лаборанты и профессор столпились вокруг скандалиста.

- Он пьян! - воскликнул кто-то.

- Он напился! - подтвердил другой.

Профессор подскочил к скандалисту ближе некуда и прокричал прямо в ухо:

- Не отдам!!!

Скандалист посмотрел на него, как на сумасшедшего и снова отодвинул в сторону, насколько позволяли столпившиеся лаборанты.

- Мое! - упрямо повторил он.

- А кое-чего не хочешь? - спросил профессор, имея в виду вполне конкретную вещь.

- Если с зеркалом, то пожалуйста! - согласился скандалист.

Квартирулль поправлял на шее, судя по всему, гордиев узел, вроде того, что однажды разрубил Македонский, используя его вместо галстука. А что делать, если мода такая?

Профессор ловко уклонился от прямого удара в челюсть, влепив скандалисту в солнечное сплетение. Скандалист согнулся, сел и увидел слиток бронзы, сброшенный на пол во время боя.

- Ладно! - прокричал скандалист. - Ни мне, ни вам!

И прежде, чем лаборанты сумели среагировать, он растолкал их, подбегая к стене. Пущенный его дрогнувшей рукой слиток пролетел над плечом выросшего буквально из-под земли профессора и, описав короткую дугу, столкнулся прямо с центром зеркала. Оно жалобно зазвенело и посыпалось осколками вслед за слитком на пол.

Но квартирулль остался. Замерев, он смотрел, как воздух перед его зеркалом рассыпался на манер стекла, на пустом месте появилось прямоугольное отверстие, за которым стояли странные предметы и существа с очень большими глазами. Ошарашенный квартирулль протянул руку, чтобы убрать наваждение, но его рука не встретила преграды.

Вместо этого она дотронулась до профессора.

- ААА!!! - прокричали от неожиданности квартирулль и профессор.

Немая сцена.

Все смотрели на бывшее зеркало, не в силах проронить ни слова, и только скандалист, подбежав к осколкам зеркала, жалобно вопил:

- Где мое ничто??? Где мое ничто??? Где оно??? ГДЕ НИЧТО???

...Так произошла первая официально зарегистрированная встреча двух миров.

Стресс

В тот день Михаил с друзьями праздновал редкую победу "Спартака" над противником. Куда чаще у команды получались победы над здравым смыслом, но, как терпеливый болельщик, Михаил упорно ждал их восхождения на олимпийский Олимп. Оттого и настроение было небывало отличное, и кому какое дело, что жена дома ждет его до полуночи? Сегодня можно и опоздать (в очередной плюс бесконечность раз), тем более, что такой очевидный повод. Жена не понимает азарт болельщиков и говорит, что каждый раз пить на радостях, а после проигрыша - от горя, не годится. Да что она вообще понимает в спорте, в здоровом образе жизни? Ничего!!! Одна ругань из-за пьянок. Не пьянки это вовсе!!! Ведь по такому случаю и не грех!!! Жена спрашивала: а по какому грех?, но ответа не получила, так как Михаил посчитал вопрос чисто риторическим. Вся страна пьет, празднует. Чем мы хуже? Ничем! Так почему бы и нам не отпраздновать?

Вот и ученые говорят, что пятьдесят граммов вина в день чрезвычайно полезны для организма. А чем водка хуже? Тем, что выпивается не пятьдесят, а пятьсот граммов? Так это же водка, исконно российский продукт. И в десять раз полезнее. Здоровье в результате так и хлещет из организма!

Сначала, конечно, они думали обойтись тремя полторашками пива, но отправленный в киоск за бутылками гонец вернулся с двумя бутылками водки, заявив, что пиво кончилось. Далее пошло веселье, а после очередного выпитого стакана уже неясного происхождения жидкости из глубоких задворок подпольной алкогольной промышленности Михаил вдруг увидел, что приятели пропали, а перед носом появились двери собственной квартиры. Подивившись оригинальному передвижению пространства перед собой, он поставил стакан на перевернутый ящик, и тут обнаружил, что ни стакана, ни ящика рядом нет. Вместо стакана в руке были ключи, а он сам не сидел, а стоял у двери и пытался открыть замок, но нахальный ключ изменил свою форму и никак не желал входить в предназначенную для него скважину. Михаил недовольно посмотрел на связку ключей, поискал среди них стакан с водкой, не нашел, взгрустнул, выбрал другой ключ и вставил в замок. Ключ повернулся, но не открыл и застрял, не желая вытаскиваться. Михаил уперся о дверь ногами, вцепился в ключ что было силы, попытавшись его вытащить, и минут через двадцать ему это удалось, причем дело не сдвинулось с мертвой точки до тех пор, пока он повернул ключ в обратную сторону.

Ругаясь про себя и поминая создателей замка всеми известными ему словами, Михаил отыскал взглядом раздвоившийся звонок, и позвонил, забыв, что пропил его - так, по случаю. Подумал и позвонил в другой звонок: вдруг слышнее будет?