– Во-во, – Без шмыгнул носом. – Посадили ее.

– В тюрьму? – одновременно воскликнули Лобов и Кремнев.

– Не, не в тюрьму, – сказал Без, – в Сферу Изоляции.

– Что за штука такая? – спросил Лобов, сжав кулаки. – Карцер, что ли?

– Сфера – не карцер, – объяснил Без. -Это целый городок, которым правит Цибиус. Живут в нем и настоящие больные, и нарушители законов нашего измерения. Обычно живут: едят, гуляют, спят. Но вокруг Сферы для нарушителей создано такое биополе, которое подавляет их эмоции, да плюс сильные лекарства. Поэтому обитатели Сферы не стремятся покинуть ее, тем более вступать в контакты с людьми других измерений. Охрана там слабенькая. Все вроде бы спокойно, но по мне – там очень страшно. Не дай бог туда попасть.

– Люди становятся чем-то наподобие зомби, – развил мысль Беза начитанный Андрей и повернулся к гостю всем корпусом. – Зомби – это существа, которые под воздействием каких-то лекарств или других факторов теряют индивидуальность и могут выполнить любое немыслимое приказание "хозяина".

– Почти так, – кивнул Без. – Только у нас это прикрыто мнимой заботой об этих бунтарях.

– Послушай, – удивленно сказал Лобов. – Ты, Без, так связно и толково говоришь, а пишешь- не приведи господь!

– Потому что я учился ушами, – засмеялся Без.

– Как это – ушами? – не понял Андрей.

– Я, как и Ланка, – урод, – начал рассказывать мальчик. – По крайней мере так считают в нашем измерении. Родителей у меня нет. Мне говорили, что они погибли в какой-то катастрофе. Но я думаю, что врут. Почему же тоща остался жив я? Есть у меня предположение, что маму с папой тоже сгубила Сфера. Как у вас говорят, пусть земля им будет пухом. Но каким-то образом они сумели вытолкнуть меня из зоны Изоляции. В общем, совсем маленьким оказался я в этом мире один-одинешенек. Поэтому зовут меня Без. В школе толком не учился. Противно мне узнавать, как выкачивать из вас страх. Вот и появляться в ваших жилищах я не умею. Могу только перепрыгнуть с нашей улицы на вашу.

– Теперь понятно, почему ты назначил нам свидание в кустиках! – догадался Андрей.

– Да, – снова нахмурился Без, – такая уж у меня доля. И не нужно больше говорить про меня. Давайте лучше про Лану. Помочь-то мы должны ей!

– Как же мы ей поможем? – озабоченно спросил Андрей.

– Без вас мне с этим делом не справиться, – сказал гость. – Только ваше присутствие в нашем измерении выцарапает девочку из Сферы.

– Но мы-то что можем? – горько спросил Лобов. – Разве что подхватить ее под руки и силой уволочь к нам?!

– Вовсе нет! – горячо сказал Без и вдруг осекся. Молчал он долго. Наконец, Андрей не выдержал и легонько подтолкнул его плечом.

– Чего молчишь?

– Я мало знаю вас, поэтому не решаюсь открыть всей правды.

– Ладно, как-нибудь стерпим твою правду, – буркнул Лобов. – Выкладывай!

– Понимаете, ребята… – начал Без. – Лана, наверное, говорила вам, что некоторые наши люди набираются у вас эмоций. Поэтому, присутствуя в нашем измерении, вы должны будете сыграть для Ланы роль аккумуляторов…

– Растолкуй по-человечески, – попросил Юрка.

– В общем, в момент встречи с ней вы должны быть эмоционально заряжены. Тогда Лана возьмет часть живительной энергии от вас, станет самой собой и сможет покинуть Сферу Изоляции.

– И что же в этом такого сверхъестественного, что ты об этом так упорно молчал? – пожал плечами Андрей.

– Ей сейчас очень плохо, – ответил Без. – То есть она совершенно безвольна. Для нее понадобится очень много ваших эмоций. И если она хорошо подпитается, то вам самим придется еле волочить ноги. Плюс ко всему: могут быть галлюцинации, бред. И из этого состояния вы можете выкарабкаться не скоро. Вот почему я не решился сказать все сразу.

Все трое замолчали.

– Я готов! – первым нарушил тишину Лобов. – Я здоровый, как-нибудь очухаюсь.

– Дело как раз не в физическом здоровье, а в моральном. Как у тебя с психикой? – спросил Без.

– Как будто сумасшедших в роду не было, – вдруг развеселился Юрка.

– Все бы тебе шуточки. Юрка, – одернул его Кремнев. – Вопрос действительно серьезный.

– Ну и сиди, раздумывай лет десять! Перестраховщик! – закричал на друга Лобов.

– Да нет! Я готов! Ты не понял меня, – покраснел Андрей. – Правильно, нечего раздумывать. Веди нас, Без! Без посмотрел на друзей и улыбнулся.

– Очень вы шустрые, – сказал он. – Пока у меня нет столько силушка, чтобы перебросить двух таких лбов через горизонтальную черту межпространствий.

– А когда появятся эти твои силы? – спросил Лобов.

– Вот поброжу по вашенской землице денек, авось и нахватаюсь каких-нибудь эмоций.

Андрею и Юре показалось, что глаза у маленького гостя стали очень и очень печальными.

ГЛАВА 4,

в которой Без набирается эмоций

Попрощавшись с Андреем и Юрой, Без остался на скамейке один. В таком качестве ему предстояло пробыть до самого вечера, до того самого часа, когда он с Лобовым и Кремневым отправится спасать Лаиу. Без осмотрелся. Ему было всё интересно в этом мире. Здесь он был в первый раз. Долго не решался Без покинуть обиталище среди кустов. А вокруг набирала силу неведомая ему жизнь. По аллеям сквера шли весе-лае и грустные, ясноглазые и хмурые люди. Многие из них торопились. "Они идут эволюционировать", – подумал мальчик. Так в их измерении определялась работа. Но так как сидение на скамейке было занятием совсем бесполезным. Без набрался мужества и встал.

Он вылез из кустов, вышел на асфальтированную дорожку и влился в деловитую толпу. На мальчишку никто не обратил внимания. Всем было не до него. Сначала Без чувствовал себя неуютно внутри многоголового и многоногого организма. Но вот он уловил ритм его движения. Ноги его стали шагать в унисон с другими. Получалось звонко и четко. Безу стало весело. В теле заиграла бодрость. И не таким уж хмурым показался ему осенний день. А тут и солнышко проковыряло вдруг пальчиком-лучом косматое облако. И все вокруг потеплело. Хорошо! Без вздохнул полной грудью и пошарил глазами вокруг.

Он находился на большой улице, застроенной многоэтажными зданиями. Такие строения он видел на картинках в каких-то учебниках, и они ему сильно не нравились. Многоэтажки давили на маленького человечка мощностью своего тела. Безу хотелось спрятаться от них в какой-нибудь укромный уголок. В их измерении таких зданий не было. Там люди жили в маленьких отдельных домах, первые этажи которых непременно располагались под землей.

Безу бросился в глаза большой серый дом с огромными окнами по фасаду. Вокруг него толпились люди. Мальчик не боялся людей, ведь он не отличался от них ничем. Без подошел к толпе, втиснулся в самую ее серединку и стал слушать. Но ничего особо интересного он для себя не услышал. Люди спрашивали друг у друга одно и то же:

– Лишнего билетика нет?

Что такое "билетик" Без не знал, но предполагал, что у него этого самого "билетика" нет наверняка. И ему очень захотелось узнать, чего же все-таки хотят эти люди. Мальчик начал присматриваться к действиям окружающих повнимательнее. Вскоре Без понял, что "билетик" – это голубенькая бумажка, по которой пускают в серое здание. За билетик нужно было платить денежки. У Беза была с собой трешница рублями, которыми снабдил его Андрей на всякий случай. Но билетика ему никто не предлагал. Без вышел из толпы и собрался было шагать дальше. Вдруг кто-то схватил его за рукав. Перед мальчиком стояла лохматая и конопатая девчонка. Она сделала огромные глаза и спросила трагическим шепотом:

– Пацан, тебе нужен билет? Без не знал, что ей ответить.

– Что молчишь? От счастья опупел, что ли? – напирала " девчонка. – Гони полтинник.

Мальчик беспрекословно вынул из замызганных штанцов один рубль.

– А других денег нет? – спросила девочка. Без отрицательно покачал головой.

– Ладно, – сказала девочка, – давай рубль. Я тебе на сдачу мороженого куплю. Сидеть-то все равно будем рядом. Считай, что тебе повезло. У этой растяпы Людки кот заболел. И она его, видите ли, лечит. Зато мы с тобой "Тарзана" смотреть будем! А я выбрала тебя потому, что ты не такой бугай, как эти, – она кивнула в сторону толпы. – Эти растерзали бы меня в один миг. Ну, пошли, что ли?

Без покорно двинулся за девочкой. А она направлялась в серое здание. Внутри него было красиво и уютно. Девчонка сразу же куда-то смоталась. Вероятно, побежала раздобывать обещанное мороженое. А Без, сев в мягкое кресло, стал гадать, куда же он попал. "Она сказала "смотреть", – размышлял он. – Смотреть можно книги, картинки. Смотреть можно друг на друга. Но не собрались же здесь чудаки, чтобы за деньги поглазеть на соседей. Смешно. Ага, смотреть можно еще видерам. Но неужели этот большой дом построен для того, чтобы собирать людей и показывать им здесь видерам?" Последняя мысль озадачила Беза. У них видерам каждый смотрел у себя дома. Но вот к Безу подбежала конопатая растрепа и сунула ему в руки мороженое.

– Ешь! – приказала она. – Наверное, думал, что я слиняла с твоими денежками? А Катька Перышкина не такая! Вот тебе еще и сдача мелконькая…

Девочка сунула Безу две белые блестящие монетки. Он хотел их оттолкнуть, но не решился. Вдруг здесь так не принято?

– Скоро в зал пускать будут, – продолжала болтовню неугомонная Катька. – Тарзанчика увидим. А ты почему всё молчишь? Немой, что ли? Или затюканный с утра пораньше?

– Говорящий я, – покраснел Без.

– Значит, застенчивый, – дразнилась девчонка. – В наше время таких мальчишек не бывает.

Неизвестно, что бы еще наговорила Безу Катька с насмешливыми зелеными глазами, но в помещении раздался мелодичный звонок, и девочке пришлось замолчать. Она по-хозяйски схватила Беза за руку и потянула его к дверям, темневшим в глубине холла. Катя и Без вошли в большой зал, заставленный множеством стульев. Катька уверенно повела мальчика мимо рядов, отыскала нужное место, ткнула пальцем и снова скомандовала:

– Садись!

Вскоре на стене, которую изучали глаза Беза, поползла в разные стороны тяжелая шелковая материя, и мальчик увидел видерам. Только экран у этого "видика" был раз в десять больше, чем у ихних.

– Здорово! – прошептал Без.

– Что здорово? – не поняла Катька.

– Тарзана увидим, – нашелся мальчик.

Поначалу видерам Безу не понравился. Он был не цветной, говорили в нем на непонятном языке, а подписи, в силу своей небольшой грамотности, он не успевал читать. Но через некоторое время Без понял суть происходящего на экране, и видерам целиком поглотил его. Во все горло мальчик смеялся над проделками умной Читы, восхищался смелым и сильным Тарзаном и ненавидел его врагов. Такого количества эмоций Без не испытывал никогда. Сейчас ему было под силу переместить в свое измерение не только Андрюшу и Юру, но и Катьку-командиршу в придачу.

Из кинотеатра Без и Катя вышли возбужденные и краснолицые.

– А он ка-ак полети-ит! – кричала конопатая, размахивая руками.

– И Тарзан на слоне – тоже мощно! – поддерживал ее Без.

Перышкика, видимо, направлялась домой. Без топал за ней, так как ему было все равно куда идти. Вот ребята вышли к небольшому скверу и зашагали по его асфальтированной аллее. Здесь было безлюдно. Лишь на одной скамейке сидела маленькая девочка и горько рыдала. Катя и Без подошли к ней.

– Чего орешь? – сурово спросила Катька.

– Ма-ма-ма-ма, – разинула девочка большой беззубый рот в подняла на Перышкину глаза, полные слез.

– Потерялась, бедолага, – определила Катя. Она достала из кармана носовой платок, вытерла ребенку глаза и нос. Затем снова полезла в карман пальто, вынула оттуда конфету и засунула ее ревунье в рот. Девочка немного успокоилась, но все еще продолжала всхлипывать.

– Как тебя зовут? – начала допрос Катька.

– Гуля.

– Сколько тебе лет?

– Четыле.

– Где ты живешь?

– Дома.

– А где дом?

– Не знаю-у… – девочка опять скривила рот, собираясь зареветь.

– Не вой, – предупредила ее Перышкина. – А то уйдем, и ты останешься одна.

Гуля захлопала глазами с длинными ресницами, но плакать после такого предупреждения передумала.

– Как ты сюда попала?

– Гулять посла, – надулась Гуля.

– Одна?

– Меня бабуска пустила, сказала, сто сейчас тозе выйдет.

– А ты удрала?

– Не, я за гулей посла.

– Понятно, – сказала Катька. – Понеслась за гулей Гуля… – Что делать будем? – обратилась она к Безу.

– Нужно с ней походить по улицам, – быстро сообразил тот. – Вдруг она узнает свой дом.

– Вот исё, – вдруг заворчала Гуля. – Ходи тут.

– Ишь ты, – удивилась Катька нахальству младшего поколения. – Она потерялась да еще бурчит что-то!

– Сама булчишь, – снова огрызнулась Гуля, но со скамейки сползла и дала Катьке руку.

Долго бродила троица по улицам. Катька и Без попеременно показывали Гуле дома и спрашивали:

– Этот?

Гуля отвечала односложно:

– Не-а…

Часа через два Гуля замедлила шаги, а потом и вовсе встала.

– В чем дело? – спросила Перышкина.

– Кусать хочу, вот в чем, – отозвалась вредная Гулька.

– Но у нас нет ничего, – возмутилась Катька. – Ты же сама последнюю конфету слопала.

– Бабуска говолит, сто лопают только собачки, – провела воспитательный момент Гуля. – А я девоска.