Бурносов Юрий

Мертвец, который убежал

Юрий Бурносов

МЕРТВЕЦ, КОТОРЫЙ УБЕЖАЛ

- Никогда! Никогда больше этого не делай! - обиженно сказал Молекула, убирая пистолет в карман куртки. Куртку он носил эластовую, яркую настолько, что больно было смотреть. - Ты что, идиот?

- Не думал, что ты боишься покойников, - проворчал Йонс. - Хорошо хоть палить не начал. Ты так и будешь стоять? Помоги, он тяжелый...

Молекула боязливо взял мертвеца за мускулистые волосатые ноги повыше щиколоток и, крякнув, помог Йонсу перегрузить его на тележку.

- Дерьмо, - сказал Йонс, толкнув убогую ржавую конструкцию на шести колесах. - Ручная тележка. Где они ее взяли, хотел бы я знать? Почему у них нет транспортера?

- Это морг, Йонси, - напомнил Молекула, брезгливо вытирая руки о плащ. - Это не супермаркет.

- Все равно, покойников тоже надо как-то возить, они тяжелые, а сами ходить не умеют... - сварливо бормотал Йонс, толкая тележку к двери, слабо освещенной красноватым светом лампы.

В боксе перед моргом на полу валялся охранник. Их приход он встретил за чтением спортивного журнала, который так и остался на столе. Охранник был жив, но надежно вырублен дозой релаксанта из парализатора Йонса. Судя по вытаращенным испуганным глазам, охранник боялся, что его попросту прирежут или заберут с собой для разборки на составные части. У Йонса мелькнула такая мысль, но он ее решительно отмел. За без малого десять лет работы он твердо усвоил, что во время выполнения существующего договора никогда не нужно делать то, о чем тебя не просили и что не обсуждалось особо. В противном случае ты либо не получишь никакой лишней выгоды, либо, что вероятнее, получишь дополнительные неприятности. Поэтому Йонс ограничился тем, что пнул бедолагу ботинком в бедро и выкатил тележку наружу.

Подпрыгнув на металлическом пороге, тележка лязгнула, а рука мертвеца свесилась вниз, тихонько стукнувшись о колесо.

- Руку поправь, - велел Йонс. Молекула осторожно, двумя пальцами взял руку за запястье и водворил на место.

- Когда ты на меня рявкнул, я чуть не насрал полные штаны, - признался он, помогая закрыть тяжелую дверь.

- Я не думал, что ты боишься мертвецов, - повторил Йонс. - Иначе какого черта ты брался за то дело? Я мог позвать кого-нибудь другого, кто не боится дохлятины.

- Мне нужны деньги, Йонси, - развел руками Молекула.

- Ладно, грузи его. Да смотри не стукни дверью, лишние синяки ему ни к чему...

Они аккуратно переложили труп на лежанку в фургоне и пристегнули его ремнями, чтобы не свалился в дороге.

- Вроде все нормально, - сказал Йонс, садясь за руль. Молекула поместился рядом и полез за сигаретами.

- Руки бы вымыть, - пожаловался он, прикуривая от газовой зажигалки. Я ж за мертвеца брался.

- Не за дерьмо же, - равнодушно сказал Йонс и завел мотор. Тот чихнул, провернулся и заглох. - Ну вот, начинаются неприятности. Пойди посмотри, что там такое.

Молекула со стонами полез наружу, поднял крышку моторного отсека и принялся возиться внутри. Йонс посмотрел на часы: почти половина второго. Еще больше часа в запасе, но никаких приключений не надо.

- Вроде все, - заявил Молекула, забираясь на свое сиденье. Он пах моторным маслом.

- Ну-ка... - Йонс снова завел мотор, на этот раз все пошло как положено. Фургон выехал из тесного двора больницы Николая Чудотворца и помчался по проспекту, обгоняя редкие ночные автомобили.

Украсть труп - не слишком популярное сегодня в Новой Москве занятие, и Йонс вполне мог бы найти себе дело на вечер поинтереснее, но клиент оказался чересчур богатым и заинтересованным. Его можно было понять: не каждый день знаменитый регбист, чемпион страны, умирает прямо на поле от спазма мозговых сосудов. Поэтому Йонс сразу, на первой минуте разговора, сообразил, что к чему, и заломил цену втрое выше обычной. Его агент по прозвищу Прищепка засомневался, но через полчаса перезвонил и с удивлением сообщил, что клиент согласен. Мало того, он даже назвал морг, куда увезли покойного регбиста, так что Йонс сэкономил на осведомителях.

Напарника также не пришлось долго искать: словно по заказу, на связь вышел Молекула и поинтересовался, не знает ли Йонс, где можно заработать пару монет. Конечно, если бы Йонс заранее знал, что этот урод боится мертвецов, он бы с ним и связываться не стал.

Йонс покосился на Молекулу. Тот курил, выпуская дым в открытое окно, и что-то мурлыкал себе под нос. Ладно, будем объективны: охранника он вырубил качественно, ничего плохого не сделал, а испугал его Йонс зря. Свои монеты Молекула заработал - при условии, что остальная часть работы пройдет не менее успешно.

- Слушай, а чего б ему не наловить нарков и прочих козлов? осведомился Молекула, выбросив окурок в окно и опустив стекло.

- Кому?

- Заказчику.

- Рассуди сам: хотел бы ты пожить в теле нарка? Конечно, из десятка нарков можно собрать одно более-менее приличное тело, но оно все равно будет с подвохом. Они ж все больные, полудохлые... То же самое и другие козлы, - Йонс ловко обогнал желтый грузовик энергетической службы и свернул с проспекта на бульвар Гагарина. - Если у человека есть деньги, он имеет право на все первосортное, в том числе на первосортное тело. А у нас в фургоне сейчас едет как раз такое: если ты не знаешь, это Кузнецов, троекратный чемпион страны по регби, олимпийский медалист.

- Тот самый? - опешил Молекула. - То-то я смотрю, лицо знакомое.

- И умер, что характерно, он спазма мозговых сосудов. То есть остальное тело практически здорово, а мозг все равно выкинут на хер.

- Убей меня, не понимаю, как можно жить в чужом теле, - Молекула выставил вперед руку и внимательно на нее посмотрел. - Вот это моя ладонь, вон шрам, это я в детстве за колючую проволоку зацепился... А как может быть, что это станет совсем другая ладонь, без шрама?

- Да ты философ, - усмехнулся Йонс, покосившись на носатый профиль Молекулы. - Есть такая работа:

Вайнштейн и Горски, 'Проблемы восприятия реальности после пересадки головного мозга'. Издание, если не ошибаюсь, Афинского университета.

Можешь почитать, если интересуешься проблемой.

- А ты что, читал? - недоверчиво спросил Молекула, продолжая разглядывать ладонь.

- Читал. Кстати, еще лет двадцать назад нам бы с тобой понадобился спецфургон с кучей аппаратуры, и то неизвестно, довезли бы мы покойника или нет. Потому что начинались необратимые процессы в тканях. А сейчас пусть хоть сутки валяется, его потом сунут в регенерирующий раствор, помоют, почистят, и готово.

Приехали, между прочим.

Он загнал фургон на свободное место и заглушил мотор.

- Это "Пальма". Пошли, посидим, выпьем пару капель.

- А заказчик? Он сюда придет?

- Сам-то небось не придет, пришлет какого-нибудь костолома... И мой агент будет, Прищепка. Такие вещи делаются сложнее, чем ты думаешь, дружище Молекула... Кстати, почему Молекула?

- Да я на органика учился в свое время... Полгода... - смущенно признался тот, запирая фургон.

- Выгнали?

- Ага. Тогда студенческая демонстрация была, возле японского посольства... Я переусердствовал, меня и исключили.

- Так ты еще и политик? Положительно, удивил ты меня. Ладно, пойдем, а то дождь начинается.

С черного низкого неба и впрямь закапал ледяной дождь, и напарники поспешили внутрь сверкающего розовыми огнями бара.

- Я буду джин, - сказал Молекула, когда они сели за стойку. - А ты?

- Интересно, с каких это денег? - удивился Йонс. - Нам еще ничего не заплатили, как ты мог заметить.

Ну, на пару водочных коктейлей я еще наскребу...

- Пока ты искал труп, я почистил карманы у охранника, - хихикнул Молекула, выкладывая на стойку мятый бумажник из искусственной замши. Сейчас посмотрим, что тут есть...

Охранник оказался не слишком богат, но на бутылку не самого дорогого французского джина хватило. Какие-то квитанции и пластиковые карточки Молекула безжалостно выбросил в мусоросжигатель вместе с бумажником.

Чокнулись. Йонс посмотрел на большой светящийся циферблат над пивными кранами - начало третьего. Можно ждать гонцов.

- Как ты думаешь, Йонси, захватят юаровцы Мозамбик или же нет? спросил Молекула, вертя в пальцах запотевший стакан и любуясь, как плавают в джине цветные льдинки.

- На хер тебе Мозамбик? - лениво поинтересовался Йонс.

- У меня там брат. Двоюродный, в Красном Кресте работает.

- Если и захватят, брату-то что? Он нейтральный.

- Я уж думал в наемники податься, в посольстве ихнем записывали. Деньги обещали хорошие, в случае ранения - пенсию. Да не решился.

- Правильно сделал. Один парень из Наро-Фоминска, его Студень звали, банковский хакер, от ментов так скрывался. Поехал, знаешь ли, в Нигерию там как раз какая-то свара шла, между собой дрались. Ему тоже обещали и денег, и пенсию. А кончилось тем, что черные поймали, кол в задницу засунули, а потом сожрали Студня, и нету его теперь. Мне его однополчанин рассказывал, тому всего-то ногу гранатой оторвало...

Молекула покривился, допил джин и поспешно налил еще.

Прищепка появился точь в точь к сроку:

его унылая физиономия, казалось, не предвещала ничего хорошего, но Йонс давно привык к обманчивой внешности агента. О наиболее забавных и выгодных вещах Прищепка, как правило, сообщал с самым тягостным выражением лица, тогда как новости плохие докладывал с улыбкой.

- Налейте и мне, - сказал Прищепка безнадежным тоном, опускаясь на высокий табурет. Йонс и Молекула на высокие табуреты взбирались, а Прищепка именно опустился - при росте в два десять он мог себе это позволить. - Привет, Молекула.

- Привет, тощий, - отозвался захмелевший уже Молекула.

- Когда будет человек от заказчика? - спросил Йонс, наливая агенту джина.

- А сейчас и будет. С деньгами. Только сначала, сказал, осмотрит груз.

- Господь с ним. Он там, в фургоне.

Привязан, чтоб не убежал.

Молекула хихикнул.

* *

Представитель заказчика появился спустя минуту. Это оказался плотного сложения мужчина лет сорока в темно-коричневом дорогом костюме. Рядом с эластовыми куртками Прищепки и Молекулы и комбинезоном Йонса он смотрелся архаично, словно CD-ROM на прилавке с микроконтактами и информационными сканерами.

- Добрый вечер, - сказал архаичный тип.

Никто не выказал желания пожать ему руку либо совершить иной дружелюбный поступок, но тип того и не ждал.

- Где груз? - спросил он.

- Где деньги? - спросил Йонс.

- В моей машине. Машина на улице.

- В моем фургоне. Фургон тоже на улице.

Молекула снова пьяно хихикнул, но Прищепка его одернул.

Дождь не прекратился, и Йонс зябко поежился. Они подошли к фургону, тип вопросительно взглянул на напарников.

- Ключи у меня, - вылез вперед Молекула.

- Сейчас.

Он взялся за ручку задней дверцы, не встретил ожидаемого сопротивления и повалился в грязь.

- Что за черт? - пробормотал Прищепка.

Дверца была открыта, а в фургоне никого не было.

- Это шутка? - бесстрастно спросил архаичный тип.

- Нет. Не шутка, - Йонс внутренне собрался с силами. Такого поворота событий он никак не ожидал.

- Эй, эй! - подал голос валяющийся на земле Молекула. - Я понял! Йонси, этот козел просто уволок нашего мертвеца, чтобы не платить денежки!

Тип отчетливо скрипнул зубами и упер твердый палец в грудь Йонса. Даже через толстую ткань комбинезона и противопульную прослойку Йонс чувствовал, как палец давит на грудину.

- Мы договорились, что груз будет здесь.

Где он?

- Я ничего не понимаю, поверьте, - Йонс старался говорить как можно более убедительно, понимая, что от этого зависит сейчас его жизнь. И расставаться с ней так запросто он не собирался.

- Йонси! - заверещал Молекула, пытаясь встать. - Я же сказал...

- Заткнись, кретин, - оборвал его Прищепка, схватил за руку и отволок подальше.

- Хорошо. Я поверю, что случилось нечто непредвиденное, - коротко кивнул тип, не убирая пальца. - Я свяжусь с вашим агентом через шесть часов. Соответственно ваш гонорар уменьшится вдвое - это при условии, что вы доставите груз по месту назначения. Если же по истечении шести часов груза не будет, мы примем иные меры. Я сказал достаточно?

- Достаточно. Благодарю вас.

Йонсу было трудно дышать, сердце, казалось, колотилось в самые ребра. Тип внимательно посмотрел ему в глаза, убрал палец и пошел к дальней в ряду машине - низкому черному "Форду".

Йонс подождал, пока автомобиль покинет стоянку, и повернулся к Молекуле.

- Йонси! - завопил тот, вырываясь из рук тщедушного Прищепки. - Йонси, он же нас кинул! Трупак у него в багажнике, я уверен! Йонси, я...

Зубы Молекулы резко щелкнули и он повалился навзничь прямо в лужу. Йонс подул на костяшки и наставительно сказал: