— Не может быть! — с довольным видом воскликнула Оливия.

— Нет, правда? — одновременно с ней ахнула Сильви. Зои кивнула.

— Правда. В пятницу ночью. Всего один раз. Я не собиралась, честно. Сама не понимаю, как это случилось. Просто… случилось. Не могу понять… Я…

— Да кому ты объясняешь! — сказала Оливия. — У меня с Даниэлем все начиналось точно так же. А вышло здорово!

— Вот и у меня с Чейзом — тоже, — кивнула Сильвия.

— Но как же вы узнали, что любите их? — вернулась к своему вопросу Зои.

Оливия помолчала, прежде чем ответить.

— Думаю, я это поняла в тот момент, когда он привел меня в свой кошмарный бар и пригрозил уложить прямо на стойку, — наконец сказала она.

Сильвия кивнула с таким видом, словно ее ни чуточки не удивили слова сестры.

— А я… наверное, когда Чейз силой засунул мне в рот эту гадость, брюссельскую капусту. Зои покачала головой.

— Хороши помощницы.

Сестры одновременно похлопали Зои по спине.

— Всегда рады прийти на помощь, подружка, — сказала Оливия.

— Только крикни — и мы тут как тут, — заключила Сильвия.

Во вторник днем Зои ставила в шкафчик чистые бутылочки Джули, как вдруг неожиданно рано вернулся домой Джонас. Его сопровождала незнакомая Зои женщина. Женщина была на добрых двадцать лет старше его и чем-то напомнила Зои ее тетю Селест. Та же чопорно-прямая осанка, те же белоснежные, слегка подсиненные волосы, те же утепленные гольфы и устойчивые, добротные туфли. Джонас представил женщину как миссис Стандард, и эта фамилия показалась Зои очень подходящей для такой «правильной» пожилой дамы. Как выяснилось через секунду — будущей няни Джули.

Та-а-ак. Зои оцепенела и не сразу смогла, как того требовала ситуация, улыбнуться.

— Значит, ты наконец нашел няню, — промямлила она. — Отлично. — Зои лихорадочным жестом протянула миссис Стандард руку. — Рада с вами познакомиться. Я — Зои Холланд, приятельница доктора Тейта. Джонас, можно с тобой поговорить?

— Конечно. — Он не сделал ни шагу от миссис Стандард.

— Наедине. — Зои бросила в сторону дамы быстрый взгляд, от души надеясь, что он вышел в достаточной степени вежливым и успокаивающим.

— О, ну конечно! Миссис Стандард, вы не возражаете?

— Нет. Я подожду в гостиной, — отозвалась та с улыбкой. Между прочим, отметила Зои, с

довольно милой и Дружеской улыбкой, черт бы ее побрал.

— Спасибо, — с такой же солнечной улыбкой поблагодарил Джонас.

О Господи, от этих взаимных улыбок ее сейчас стошнит, подумала Зои. Впрочем, благодаря им Зои во многом разобралась. Улыбка миссис Стандард говорила о том, что женщина счастлива получить работу няни и вполне способна с ней справиться. А улыбка Джонаса в свою очередь говорила, что он полностью доверяет этой даме воспитание племянницы и считает миссис Стандард более чем подходящей кандидатурой на данное место. Короче, в услугах Зои он больше не нуждается.

Несмотря на то что миссис Стандард уже не могла их расслышать, Зои понизила голос:

— Ты уверен, что она подходит? Джонас удивился.

— Конечно, подходит. Ты только взгляни на нее. Она же само совершенство. Она воспитала пятерых детей и двенадцать внуков.

— И они ее отпустили?

— Она с мужем переехала сюда из Теннесси, а все дети остались там. Зои понимающе кивнула.

— Ага, другими словами, она может сорваться с места и уехать к ним, бросив Джулиану на произвол судьбы и не думая о том, какой вред нанесет ребенку?

Джонас, засомневавшись, сощурил глаза. Затем покачал головой.

— Нет, такого не случится. Ее муж родом из этих мест и теперь, выйдя на пенсию, решил навсегда вернуться на родину.

Зои снова кивнула.

— Значит, в средствах они не нуждаются, и, когда прелесть новизны пройдет, миссис Стандард сообразит, что это сложно — работать целый день, и распрощается с тобой.

— Нет, — Джонас опять покачал головой и задумчиво поскреб подбородок. — Она работала няней полный день с тех пор, как ее дети пошли в школу. То есть еще двадцать лет назад. И денег у стариков не так много. Эта работа ей в самом деле нужна.

Зои, до боли закусив губу, подыскивала очередной предлог для отказа.

— А рекомендации у нее есть? Джонас кивнул.

— Разумеется. Причем самые лучшие. Из предыдущей семьи ее отпустили только потому, что там все дети выросли.

Зои, нетерпеливо постукивая ногой, пыталась выискать еще какую-нибудь причину отказать миссис Стандард и при этом уверяла себя, что делает это исключительно из заботы о Джули.

— А как у нее со здоровьем? — наконец поинтересовалась Зои. — Джонас, миссис Стандард далеко не молода. Что, если у нее вдруг случится сердечный приступ и она упадет замертво? В твое отсутствие? — От ужаса у Зои расширились глаза. — Ты только представь себе, что Джулиана наткнется на нее! Если малышке придется столкнуться со смертью в таком раннем возрасте, Джули может…

— Миссис Стандард всего-навсего пятьдесят восемь лет, — перебил Зои Джонас. Видно было, что он начинает терять терпение. — И она в жизни ничем не болела.

— Откуда ты знаешь? У нее может быть целый ворох скрытых болезней — гепатит, например, холера или… А ты читал, что сейчас снова случаются эпидемии тифа? Ты же наверняка не хочешь, чтобы…

— Я врач, Зои. Моя работа заключается именно в том, чтобы узнавать, болен человек или нет. Миссис Стандард совершенно здорова. — Его рот сжался в тонкую линию. — В чем дело, Зои? Я, черт возьми, считал, что ты не можешь дождаться, когда я найду подходящую няню для Джули.

— Вот именно, подходящую, — согласилась Зои. — Почему ты решил, что эта миссис Стандард и есть подходящая няня? Может, она курит! А пассивное курение способно породить у ребенка массу проблем. Не сомневаюсь, что ты читал в последнем номере медицинского журнала ту статью о…

— Она не курит, — процедил Джонас. — Впрочем, я не стал бы возражать против этого, лишь бы она не курила в доме.

Зои помолчала лишь мгновение, прежде чем ринуться в очередную атаку:

— А она случайно не экстремистов?

— Зои!

— Но послушай, я только думаю о благе Джули.

— Не стоит. Больше не нужно.

Иными словами — Джонас хочет, чтобы она исчезла из жизни Джули. А заодно и из его жизни. И побыстрее. Чего и следовало ожидать. Он добился своего в пятницу ночью и теперь хочет, чтобы она, Зои, ушла. Он даже ни разу не упомянул о той ночи после того, как они расстались в субботу. Да, ни разу. Наоборот, он вел себя так, словно между ними ничего не произошло. Конечно, она и сама вела себя точно так же и даже твердила, что благодарна ему за внезапную потерю памяти, но ведь речь о другом.

Речь о том, что Джонас в ней больше не нуждается. И от этой мысли в душе у Зои саднило так, как она и вообразить себе не могла.

Что с ней вообще такое? Ей бы радоваться, что Джонас нашел добрую и заботливую няню для ребенка. Ей бы испытывать облегчение, что больше не нужно возиться с чудесной малышкой, напоминавшей ей о давно потерянном сыне. Ей бы поинтересоваться, как скоро миссис Стандард сможет приступить к своим обязанностям, и поглядывать на дверь в предвкушении свободы. Она, Зои, должна прыгать от счастья, что наконец расстанется с человеком, которого считала своим заклятым врагом.

И вот где всплывает другая проблема, подумала Зои. Джонас больше не враг ей. Нравится ей этот факт или нет, но они любовники. Пусть даже они оказались в постели всего лишь раз.

Наверное, она могла бы поручить Джули заботам миссис Стандард без особых тревог и даже не испытывала бы так остро чувство потери. В конце концов, малышку же у нее не отнимают. Она наверняка могла бы навещать Джулиану. Вряд ли Джонас стал бы против этого возражать. При желании она, вероятно, могла бы даже играть в жизни Джули значительную роль — скажем, водить ее, когда та подрастет, в зоопарк или в кино, покупать ей подарки. Нет никаких причин отчаиваться.

Но это значило бы привязать себя и к Джонасу тоже. Пусть привязанность в данном случае весьма относительная…

Зои сама не могла понять, хочет она общаться с Джонасом или нет. И до какой степени близким должно быть это общение. Впрочем, одно она знала точно: Джонас принял решение за нее. Он больше не хочет видеть ее у себя в доме. Она ни Джулиане, ни ему больше не нужна.

Ну и пусть, наконец сказала себе Зои. Что ни делается, все к лучшему. Независимо от того, хочет она быть с Джонасом или нет, навязываться она не станет.

— Ты сегодня на работу уже не вернешься? — спросила она.

Вопрос, судя по всему, удивил Джонаса, но вслух он этого не высказал.

— Нет. Я решил, что познакомлю миссис Стандард с Джулианой. Пусть они немного привыкнут друг к другу. Потом покажу ей дом, где что лежит. Она приступает к работе в понедельник, так что ты сможешь спокойно вернуться к своей привычной смене, не говоря уже о привычной жизни. Нет, ты не подумай, я тебе страшно благодарен, Зои, — поспешно добавил Джонас, и Зои была готова поклясться, что он спохватился в последний момент. — Ты спасла мне жизнь. Я ни за что не…

Она подняла руку, прерывая поток благодарностей, которые слушать не желала. Благодарность от Джонаса Тейта ей не нужна. Она не сказала бы наверняка, что ей от него нужно, но уж точно не благодарность.

— В таком случае я отправляюсь домой, — заявила Зои. — Высплюсь хотя бы.

— Но я думал…

— Джули спит уже целый час, так что жди — вот-вот проснется, — не дала она ему договорить. — Молочной смеси я приготовила достаточно до завтрашнего утра, а в сушке целая груда чистого белья. Только прогладить — и все.

— Зои, я…

— У нее сыпь на личике, вокруг глаз, впрочем, я думаю, ничего серьезного, просто потничка. Но все же лучше показать ее врачу.

— Зои…

— Надеюсь, ты подумал о том, чтобы сменить педиатра, Джонас? Судя по твоим рассказам, ее нынешний врач никуда не годится. Джулия Кеннер из медицинского центра как раз то, что тебе…

— Зои!

Он так рявкнул, что Зои была вынуждена закончить свой монолог, которым надеялась отвлечь его внимание.

— Что? — негромко отозвалась она.

— Нам нужно поговорить.

— О чем?

— О Джулиане. О нас с тобой.

— А что с Джулианой?

Джонас, конечно же, отметил, что о них двоих она не желала говорить. Что ж, посмотрим, чья возьмет, Зои Холланд, подумал он. Нравится тебе это или нет, но ты кое-что от меня услышишь.

Он сделал пробный шажок в ее сторону со словами:

— Я прекрасно понимаю, кем ты была для Джулианы. Понимаю и то, как ты к ней привязалась.

— Она восхитительный ребенок, Джонас. Как можно было не привязаться к ней?

Второй шаг приблизил его к Зои, и Джонас с восторгом увидел, что она, кажется, не собиралась от него удирать.

— Вообще-то, я бы сказал, это больше чем привязанность. Джули тебя просто обожает, и зачастую только ты можешь ее успокоить. Я считаю, что для нее было бы очень плохо потерять тебя насовсем.

Джонас сделал третий, самый большой шаг вперед и оказался на расстоянии вытянутой руки от Зои. Он тут же в душе выругал себя за такую поспешность. Зои явно была готова сорваться с места, не дослушав того, что он собирался ей сказать.

Потому-то он и удивился, когда услышал из ее уст вопрос:

— Что ты имеешь в виду?

Джонас было поднял руку, чтобы дотронуться до нее, но остановил себя. Даже самый безобидный жест мог бы ее напугать. Вместо этого он до боли сжал пальцы в кулаки и сунул их поглубже в карманы брюк.

— Я имею в виду, — ровным тоном продолжал он, — что мне хотелось бы видеть тебя рядом с Джулианой почаще. Я подумал, может, ты захотела бы приходить к ней время от времени. Заглядывать к нам и брать ее куда-нибудь на прогулку.

Она не ответила, и Джонас не удержался: протянул руку и погладил длинную медную прядь на ее плече. Зои прикрыла глаза и неровно выдохнула. Он решил, что это очень хороший знак.

— А еще мне хотелось бы, — понизил он голос, — видеть тебя почаще со мною рядом.

Глаза Зои распахнулись, и она впилась в него подозрительным, встревоженным взглядом.

— Почему?

Хороший вопрос, про себя усмехнулся он. И заслуживает такого же хорошего ответа. Но Джонас опасался, что Зои, услышав правду, с криками ужаса сбежит от него на край света, чтобы больше уже никогда не объявиться на пороге его дома. Джонас был уверен на все сто процентов, что она меньше всего жаждет услышать от него признание в любви.

Он пожал плечами в надежде, что жест получился достаточно беспечным, хотя на самом деле он испытывал страшное волнение.

— Потому… потому что, как мне кажется, между нами появилось что-то, требующее более глубокого изучения.

С минуту Зои в задумчивости кусала губы, а затем сделала шаг от него.

— Если ты имеешь в виду ту ночь, то, я думаю, мы все уже решили. Джонас вздохнул.

— Вряд ли. Твое заявление, что наша ночь была ошибкой и не должна повториться, только еще больше раззадорило меня.

Он прекрасно видел, что разозлил Зои, но не пожалел о своих словах — он радовался проявлению с ее стороны хоть каких-то эмоций. Ведь их отношения, в конце концов, родились из вражды, разве нет? Так, может, капелька подзабытой враждебности не повредит ей, а только растопит лед? Джонас уже устал постоянно видеть Зои измученной, потерянной. Черт, в последнее время она просто в полном отчаянии.

— Ах, вот как? — огрызнулась Зои. — Что ж, мне очень жаль, что ты не в состоянии контролировать свое… свой задор. Но меня это не касается.

— Очень даже касается, — возразил он. — Потому что ты от меня не отвяжешься, пока я не заставлю тебя взглянуть в лицо некоторым фактам!