Блейк Уильям

Стихи в разных переводах

The Fly

Little Fly, Thy summer's play My thoughtless hand Has brush'd away. Am not I A fly like thee? Or art not thou A man like me? For I dance, And drink, and sing, Till some blind hand Shall brush my wing. If thought is life And strength and breath, And the want Of thought is death; Then am I A happy fly, If I live Or if I die.

Муха

 Бедняжка муха, Твой летний рай Смахнул рукою Я невзначай. Я — тоже муха: Мой краток век. А чем ты, муха, Не человек? Вот я играю, Пою, пока Меня слепая Сметет рука. Коль в мысли сила, И жизнь, и свет, И там могила, Где мысли нет, Так пусть умру я Или живу, Счастливой мухой Себя зову. Перевод С. Маршака (В кн.: Вильям Блейк в переводах С. Маршака. М. 1965.)

Мотылек

Жаль мотылька! Моя рука Нашла его В раю цветка. Мой краток век. Твой краток срок. Ты человек. Я мотылек. Порхаю, зная: Сгребет, сметет Рука слепая И мой полет. Но если мыслить И значит — быть, А кончив мыслить, Кончаем жить, То жить желаю Мой краткий срок, Весь век порхая, Как мотылек Перевод В.Топорова (В кн.: Уильям Блейк. Стихи. М 1982.)

Мотылек

Бездумно танец Мотылька Оборвала Моя рука. А чем и я Не мотылек? Ведь нам один Отпущен срок: Порхаю И пою, пока Слепая Не сомнет рука. Считают: мысль Есть жизнь и свет, А нет ее И жизни нет; А я порхаю Над цветком Таким же точно Мотыльком! Перевод С. Степанова (В кн.: Уильям Блейк. Песни Невинности и Опыта. СПб. 1993.)

Мошка

Малютка мошка, Ты так хрупка! Тебя сгубила Моя рука. А чем не мошка Я, человек? Ведь ненамного Мой дольше век. Пою, танцую, Кружусь, пока Меня не сгубит Судьбы рука. Но если разум Для нас — как свет, И где нет мысли Там жизни нет, То жить ли буду Иль смерти ждать, Счастливой мошкой Хочу летать. Перевод А.Кудрявицкого (В кн.: Анатолий Кудрявицкий. В белом огне ожиданья: Стихи и переводы. М., 1994.)

Мошка

Летунья-мошка, С перин цветка Тебя стряхнула Моя рука. А я — не мошка Тебе под стать? Мне сходной доли Не миновать. Я тоже праздно Кружусь, пою, Но рок загубит И жизнь мою. Коль мысль есть сила И жизнь сама, И равен смерти Недуг ума, Блаженство мошки Познать спешу Живым ли буду, Иль смерть вкушу. Перевод С. Нещеретова (1996)

Мотылек

Летун проворный, Твой летний бал Рукой небрежной Я вмиг прервал. О мотылек! Ты мне сродни. Ведь сочтены Часы и дни. Вот я играю, Резвлюсь, сную Но не прервут ли И жизнь мою? Пусть жизнь есть мысль, И жар, и свет, А смерть есть тьма, Где мысли нет, И там, и там Я лишь на срок. И счастлив я Я мотылек. Перевод Т.Стамовой (1996)

The Lily

The modest Rose puts forth a thorn, The humble Sheep a threat'ning horn; While the Lily white shall in love delight, Nor a thorn, nor a threat, stain her beauty bright.

Лилия

Есть шип у розы для врага, А у барашка есть рога. Но чистая лилия так безоружна, И, кроме любви, ничего ей не нужно. Перевод С.Маршака (В кн.: Вильям Блейк в переводах С.Маршака. М" 1965.)

Лилии

Шипы для защиты испытаны Розой. Своей красоты не пятнают угрозой В любовном всесилии лишь белые Лилии, Восторженно льющие свой блеск в изобилии. Перевод В.Потаповой (В кн.: Уильям Блейк. Стихи. М., 1978.)

Лилея

Тернием колет Роза, строга. Овечка, грозя, подымает рога. А Лилея, бела, для любви расцвела, Не угрозой, нетерньем — красотою взяла. Перевод А. Ларина (В кн.: Прекрасное пленяет навсегда. М., 1988.)

Лилия

Стыдливая Роза шипами грозит, Овечка-тихоня боднуть норовит Любит открыто лишь белая Лилия И не вершит над собою насилия. Перевод С.Степанова (В кн.: Уильям Блейк. Песни Невинности и Опыта. СПб, 1993.)

Лилия

Тронь скромницу-розу — уколет до крови, А у барашка рога наготове. Лишь лилия в белом своем одеянии Струит нам любви беззащитной сияние. Перевод А. Кудрявицкого (1994)

Лилия

У робкой розы — шипы защита. Овечка рогом грозит сердито. У белой лилии — другая сила: Бутон раскрыла и — ослепила. Перевод Т. Стамовой (1996)

Лилея

У Розы найдутся шипы для врага. Барашек поднимет врага на рога. А нежной Лилее защиты не нужно — Нет лучше оружья, чем быть безоружной. Перевод М. Калинина (1996)

London

I wander thro' each charter'd street, Near where the charter'd Thames does flow, And mark in every face I meet Marks of weakness, marks of woe. In every cry of every Man, In every Infant's cry of fear, In every voice, in every ban, The mind-forg'd manacles I hear. How the chimney-sweeper's cry Every black'ning church appals; And the hapless soldiers sigh Runs in blood down palace walls. But most thro' midnight streets I hear How the youthful harlot's curse Blasts the new-born infant's tear, And blights with plagues the marriage                                                         hearse

Лондон

По вольным улицам брожу, У вольной издавна реки. На всех я лицах нахожу Печать бессилья и тоски. Мужская брань, и женский стон, И плач испуганных детей В моих ушах звучат, как звон Законом созданных цепей. Здесь трубочистов юных крики Пугают сумрачный собор, И кровь солдата-горемыки Течет на королевский двор. А от проклятий и угроз Девчонки в закоулках мрачных Чернеют капли детских слез И катафалки новобрачных. Перевод С. Маршака (В кн.: Вильям Блейк в переводах С. Маршака. М., 1965.)

Лондон

Размышляя о Правах, Я по Лондону брожу. В каждом взоре вижу страх, Страх и горе нахожу. В каждом крике каждых уст, В хоре детских голосов, Каждый шорох, каждый хруст Ржанье ржавых кандалов. Церковь каждую клянут Трубочистов черных кличи, Вопли ветеранов льют Кровь — в дворцовое величье. А в ночи — всего лютей Шлюхи визг, чернотворящий Новорожденных — в чертей, Новобрачных — в прах смердящий. Перевод В. Топорова (В кн.: Уильям Блейк. Стихи. М., 1982.)

Лондон

По узким улицам влеком, Где Темза скованно струится, Я вижу нищету кругом, Я вижу горестные лица. И в каждой нищенской мольбе, В слезах младенцев безгреховных, В проклятьях, посланных судьбе, Я слышу лязг оков духовных! И трубочистов крик трясет Фундаменты церквей суровых, И кровь солдатская течет Вотще у гордых стен дворцовых. И страшно мне, когда в ночи От вопля девочки в борделе Слеза невинная горчит И брачные смердят постели. Перевод С.Степанова (В кн.: Уильям Блейк. Песни Невинности и Опыта. СПб, 1993.)

Лондон

По уличному чертежу Брожу, где Темза вьется к морю, И в лицах встречных нахожу Следы страдания и горя. И в плаче взрослых и детей, И в каждом голосе сквозь шум Я слышу лязганье цепей, Тех, что выковал наш ум. Трубочиста вопль взнесен Под церковный мрачный свод, И солдат несчастных стон Кровью с крыш дворцов течет. А в полночь шлет чуму зараз Ругань проститутки жалкой В слезы чистых детских глаз И в свадебные катафалки. Перевод Михаила Зенкевича (Начало 30-х годов.)

Лондон

Где Темзе течь разрешено, А улочкам — спиралью виться, Брожу и вижу лишь одно: Унылые, тупые лица. Мужчина стонет ли без сил, Ребенок ли зашелся в плаче, Я чую: в воздухе застыл Запрет беззвучный жить иначе. Мальчишки-трубочиста вой Не слышен в благостном соборе. Увечный фронтовой герой, К дворцам твое взывает горе. И в час полночный здесь звучат Девчонки уличной проклятья, И новобрачные летят Как будто к дьяволу в объятья. Перевод А.Кудрявицкого (1996)

The Tyger

Tyger! Tyger! burning bright In the forests of the night, What immortal hand or eye Could frame thy fearful symmetry? In what distant deeps or skies Burnt the fire of thine eyes? On what wings dare he aspire? What the hand dare seize the Fire? And what shoulder, and what art, Could twist the sinews of thy heart? And when thy heart began to beat, What dread hand? and what dread feet? What the hammer? what the chain? In what furnace was thy brain? What the anvil? what dread grasp Dare its deadly terrors clasp? When the stars threw down their spears, And water'd heaven with their tears, Did he smile his work to see? Did he who made the Lamb make thee? Tyger! Tyger! burning bright In the forests of the night, What immortal hand or eye, Dare frame thy fearful symmetry?

Тигр

Тигр, тигр, жгучий страх, Ты горишь в ночных лесах. Чей бессмертный взор, любя, Создал страшного тебя? В небесах иль средь зыбей Вспыхнул блеск твоих очей? Как дерзал он так парить? Кто посмел огонь схватить? Кто скрутил и для чего Нервы сердца твоего? Чьею страшною рукой Ты был выкован — такой? Чей был молот, цепи чьи, Чтоб скрепить мечты твои? Кто взметнул твой быстрый взмах, Ухватил смертельный страх? В тот великий час, когда Воззвала к звезде звезда, В час, как небо все зажглось Влажным блеском звездных слез, Он, создание любя, Улыбнулся ль на тебя? Тот же ль он тебя создал, Кто рожденье агнцу дал? Перевод К. Бальмонта (В кн.: Из мировой поэзии. Берлин, 1921.)

Тигр

Тигр, о тигр, светло горящий В глубине полночной чащи, Кем задуман огневой Соразмерный образ твой? В небесах или глубинах Тлел огонь очей звериных? Где таился он века? Чья нашла его рука? Что за мастер, полный силы, Свил твои тугие жилы И почувствовал меж рук Сердца первый тяжкий звук? Что за горн пред ним пылал? Что за млат тебя ковал? Кто впервые сжал клещами Гневный мозг, метавший пламя? А когда весь купол звездный Оросился влагой слезной, Улыбнулся ль наконец Делу рук своих творец? Неужели та же сила, Та же мощная ладонь И ягненка сотворила, И тебя, ночной огонь? Тигр, о тигр, светло горящий В глубине полночной чащи! Чьей бессмертною рукой Создан грозный образ твой? Перевод С. Маршака (В кн.: Вильям Блейк в переводах С.Маршака. М., 1965.)

Тигр

Тигр, о тигр! кровавый сполох, Быстрый блеск в полночных долах, Устрашительная стать, Кто посмел тебя создать? В преисподней иль в эдеме Некто в царской диадеме Огнь в очах твоих зажег? Как он вытерпел ожог? Кто качнул рукою властной Сердца маятник ужасный И, услышав грозный стук, Не убрал смятенных рук? Кто хребет крепил и прочил? В кузне кто тебя ворочал? В чьих клещах твой мозг пылал? Чьею злобой закипал? А когда ты в ночь умчался, Неужели улыбался Твой создатель — возлюбя И ягненка, и — тебя? Тигр, о тигр! кровавый сполох, Быстрый блеск в полночных долах, Устрашительная стать, Кто велел тебе восстать? Перевод В. Топорова (В кн.: Уильям Блейк. Стихи. М. 1982.)

Тигр

Тигр, о Тигр, в кромешный мрак Огненный вперивший зрак! Кто сумел тебя создать? Кто сумел от тьмы отъять? Из пучины иль с небес Вырван огнь твоих очес? Кто к огню простер крыла? Чья десница унесла? Кто узлом железных жил Твое сердце напружил? Кто слыхал, как дик и яр Первый бешеный удар? Кто ужасный млат вздымал? Кто в клещах твой мозг сжимал? А когда сошел на нет Предрассветный звездный свет Неужели был он рад, Встретив твой зловещий взгляд? Неужели это был Тот, кто Агнца сотворил? Тигр, о Тигр, в кромешный мрак Огненный вперивший зрак! Кто посмел тебя создать? Кто посмел от тьмы отъять? Перевод С. Степанова (В кн.: Уильям Блейк. Песни Невинности и Опыта. СПб. 1993.)

Тигр

Тигр, о тигр, багровый свет, В чащах ночи жаркий след, Кто, исполнен грозных сил, Злую плоть твою слепил? Чья бестрепетная длань Мышц свила тугую ткань? Кто прыжкам придал размах? Как огонь зажжен в глазах? Кем отмерен сердца стук? Кто, не покладая рук, В кузне ладил твою стать, Тяжкий молот тщась подъять? Что за цепью был обвит Мозг, где пламень темный спит? Кто с улыбкой в мир послал Мощи адской идеал? Кто был рад своей волшбе, Ужасаясь сам себе? Кем был агнец сотворен, И творцу милей ли он? Тигр, о тигр, багровый свет, В чащах ночи жаркий след, Кто, исполнен грозных сил, Злую плоть твою слепил? Перевод А. Кудрявицкого (1996)

Тигр

Тигр, горящий в кущах ночи, Чьи тебя прозрели очи? Кто явил на свет черты Этой страшной красоты? В бездне или средь небес Плоти где свершен замес? Где рождался грозный рев? Где таился мрак зрачков? Кто огонь в тебя вложил? Кто сплетал канаты жил? Слышал сердца мощный гул? Плоть твою ломал и гнул? Кто твой мозг надменный плавил? Кто восстать тебя заставил? Кто, неведомый уму, Отпустил тебя во тьму? И в ответ на твой оскал Чей бессмертный взор сиял? Светлый, словно херувим, Агнец тоже создан им? Тигр, горящий в кущах ночи, Чьи тебя прозрели очи? Кто явил на свет черты Этой страшной красоты? Перевод Т.Стамовой (1996)

Тигр

Тигр, о тигр, ночной кошмар, Затаенный в чаще жар! Кто дерзнул тебе придать Ужасающую стать? Кто раздул в полночный час Уголья бездумных глаз? Кто, спокойствие храня, Вынимал их из огня? Кто распутал вен клубок, Направляя крови ток? Кто взлелеял сердца стук В колыбели грубых рук? Кто сжимал, презревши страх, Гневный мозг в стальных клещах? Кто из горна вынимал Плоти яростный металл? А когда блеснул рассвет, Улыбнулся или нет Он творенью своему, Прежде чем уйти во тьму? Кто он, пастырь тайных сил? Неужели агнец был Порожденьем тех же чар? Тигр, о тигр, ночной кошмар?! Перевод М. Калинина (1996)