В товарище Сталине мы видим типичнейшие черты организатора пролетарского классового фронта. Он уделяет особое внимание классовому комплектованию армии, чтобы в ней действительно оставались рабочие и крестьяне, "не эксплоатирующие чужого труда". Он приписывал громадное значение развертыванию политработы в армии и неоднократно являлся инициатором мобилизации коммунистов, считая необходимым, чтобы значительный процент их посылался в качестве рядовых бойцов. Товарищ Сталин был очень требователен к подбору военкомов. Он резко критиковал тогдашнее Всероссийское бюро военных комиссаров за присылку "мальчишек". Он говорил:

"Военкомы должны быть душою военного дела, ведущей за собою специалистов" (телеграмма из Царицына, 1918 год).

Товарищ Сталин придавал огромное значение политическому состоянию армейского тыла. В отчете о III армии он пишет:

"Больное место наших армий-непрочность тыла, объясняемая, главным образом, заброшенностью партийной работы, неумением совдепов претворить в жизнь директивы центра, исключительным, почти изолированным, положением местных чрезвычайных комиссий".

Товарищ Сталин был исключительно строг к подбору людей.

Независимо от должности, действительно "невзирая на лица", он самым жестким образом смещал негодных спецов, комиссаров, партийных и советских работников. Но в то же время, как никто, товарищ Сталин всегда поддерживал и защищал тех, которые, по его мнению, оправдали оказанное им революцией доверие. Так поступал товарищ Сталин в отношении ему лично известных заслуженных красных командиров. Когда один из действительных пролетарских героев гражданской войны, впоследствии командир 14-й кавалерийской дивизии, т. Пархоменко, убитый в борьбе с махновскими бандами, в начале 1920 года был по недоразумению присужден к высшей мере наказания, товарищ Сталин, узнав об этом, потребовал немедленного и безоговорочного освобождения. Таких и подобных фактов можно было бы привести большое количество. Товарищ Сталин, как никто другой из больших людей, умел глубоко ценить работников, отдавших свою жизнь пролетарской революции, и это знали командиры, знали все те, кому приходилось под его руководством вести борьбу за наше дело. Таков товарищ Сталин в гражданской войне. Таким он остается и на протяжении последующих лет борьбы за социализм.

Гражданская война требовала от товарища Сталина огромного напряжения сил, энергии, воли и ума. Он отдавал себя всего целиком и безраздельно. Но в то же время он извлек из нее громадный опыт для своей последующей работы.

В гражданской войне товарищ Сталин в разнообразных и сложнейших условиях, обладая огромным талантом революционного стратега, всегда верно определял основные направления главного удара и, искусно применяя соответствующие обстановке тактические приемы, добивался желательных результатов. Это качество пролетарского стратега и тактика осталось за ним и после гражданской войны. Это его качество хорошо известно всей партии. Лучше всех об этом могли бы порассказать Троцкие и иже с ними, расплатившиеся своими боками за попытку подменить своей мелкобуржуазной идеологией великое учение Маркса-Ленина. Не менее хорошо знают об этом и правые оппортунисты, только недавно потерпевшие полный разгром. Товарищ Сталин и в мирной обстановке непрестанно вместе с ленинским ЦК ведет не менее успешно, чем в гражданской войне, беспощадную борьбу со всеми вольными и невольными врагами партии и строительства социализма в нашей стране.

Но в то же время, перестав давно быть формально военным, товарищ Сталин никогда не переставал глубоко заниматься вопросами обороны пролетарского государства. Он и теперь, как в былые годы, знает Красную армию и является ее самым близким и дорогим другом.

К. Ворошилов

____________

1 Настоящая статья иаписана товарищем Ворошиловым десять лет назад, к пятидесятилетию со дня рояадения товарища Сталина. - Ред.

* * *

БОЛЬШИЕ ГОРИЗОНТЫ

Вспоминается 26 декабря 1934 года...

Этот день навсегда будет памятным для работников черной металлургии. Мы были приняты в Кремле товарищами Сталиным, Молотовым и Орджоникидзе и рапортовали о нашей победепервой победе металлургии, которая долгие годы не справлялась с возложенными на нее задачами.

Мы приехали со всех сторон Советского Союза - с Юга, Сибири и Урала, старые и молодые, коммунисты и беспартийные, рабочие и инженеры, хозяйственники - те, которые почти все время были связаны с тяжелой промышленностью, участвовали во всех этапах ее развития и довели ее, наконец, до выплавки 10 миллионов тонн чугуна, до завоевания второго места в мире.

Среди нас были люди, которые давно связали свою жизнь с коммунистической партией; были люди, участвовавшие в работе по строительству СССР и верившие в успех этой работы; были и не верившие вначале в возможность тех успехов, которых мы достигли.

Товарищи металлурги оказали мне большую честь, поручив.

приветствовать товарища Сталина и рапортовать о наших победах.

Мы ожидали товарища Сталина в зале заседаний ЦК ВКП(б). Вошли товарищи Сталин, Молотов, Орджоникидзе.

После долгих и бурных аплодисментов всё смолкло. Волнуясь, я начал говорить. Мне хотелось сказать многое о наших завоеваниях и о наших чувствованиях.

Моя речь была примерно такого содержания:

"Товарищ Сталин, позвольте нам, работникам черной металлургии, приветствовать вас с большой политической победойс выполнением решения правительства о доведении в 1934 году выплавки чугуна до 10 миллионов тонн.

Вам, вероятно, может показаться странным, что я, беспартийный инженер, называю эту победу большой политической победой партии.

Позвольте пояснить вам.

Под вашим руководством создана новая промышленность, старые заводы реконструированы на основе новейшей техники, о которой мы - старые инженеры - могли только мечтать; возникли и выросли целые промышленные районы, возникли быстро, в обстановке и темпах, не имеющих повторения где бы то ни было.

Вы, товарищ Сталин, инициатор создания второй угольнометаллургической базы на Урале и в Сибири, соединения кузнецких углей с уральской рудой, пример, не имеющий повторения в истории промышленности ни в сроках, ни в обстановке, а главное-в методах и приемах этого творения. Революционно с начала и до конца!

Революция в технике. Вместо приемов седого Урала и так называемой современной техники Юга, оставшейся нам в наследие, партия ввела современную американскую технику, о которой мы в старое время не могли даже мечтать не только в целом, но даже в частностях. Постепеновщина, прием капиталистической индустрии, была отброшена. Советский строй обеспечил успех гигантского прыжка.

Революция в квалификации рабочих. Вместо примитивных, простейших, допотопных орудий люди стали за новейшие станки и машины.

Революция в методах труда. Выдвинуты социалистическое соревнование и ударничество, сделавшие труд делом чести, доблести и геройства.

Революция в наших сердцах, старых специалистов. Сокрушающая сила фактов, - когда мы своими глазами увидели гиганты металлургии и машиностроения, - превратила нас в энтузиастов этой великой работы. Мы не только удерживаем позиции, у нас твердая уверенность в успешном выполнении новых задач, которые будут поручены партией.

Помимо колоссального обогащения страны техническими средствами, громадного увеличения ее технических капиталов, нельзя забывать о том, что параллельно с этим созданы новые кадры молодых инженеров и техников, достойных руководить промышленностью. Все это могло быть сделано только лишь под руководством товарища Сталина и коммунистической партии.

Вот почему эту победу я назвал большой политической победой..."

В ответ на мою речь, произнесенную довольно взволнованно, я впервые услышал товарища Сталина.

Голос его был тихий, но был слышен всем ясно.

- Вы не правы, товарищ Бардии. Партия не могла одна провести работу, о которой вы говорили. Вместе с партией в этой работе участвовали и беспартийные и старые специалисты, такие, как вы. Партия одна не могла бы сделать революцию в октябре 1917 года. В революции принимало участие всего сто тридцать тысяч членов партии. В чем состоит заслуга партии?

Партия сумела организовать, сумела заставить работать всех и сумела давать правильные указания в работе. Если вы помните в свое время дискуссию о производстве чугуна, то вы, вероятно, знаете, что были две крайние точки зрения: одна стояла за то, что никак не может быть более десяти миллионов тонн чугуна, и другая-нужно достигнуть в первом пятилетии семнадцати миллионов тонн чугуна.

Партия сумела взвесить и направить нужным образом работу до определенного, возможного в данный момент уровня: десять миллионов тонн. Для того чтобы достигнуть такого уровня промышленности, необходимо было создать и приобрести, кроме машин, соответствующие кадры людей, которые могли бы на этих машинах работать.

Вы знаете, каково было положение у нас в автотракторной промышленности. Мы не имели раньше тракторов, не имели и авиационной промышленности. Теперь мы имеем и то и другое.

Надо было выбирать: или сначала обучить людей обращаться с этими машинами и только потом производить машины в массовом масштабе, или сразу в массовом масштабе производить машины, чтобы в ходе эксплоатации машин тысячи и десятки тысяч людей обучались обращению с машинами. Первый путь слишком долгий путь. Второй путь - более короткий и дает выигрыш времени в деле выращивания кадров, хотя и требует известных жертв. Мы стали на второй путь. И мы не ошиблись, ибо, идя по этому пути, мы сумели создать в короткий срок большие кадры и трактористов и авиаторов. Мы выиграли таким образом самое большое - время - в деле создания многочисленных кадров.

Выращивание кадров - большое дело, товарищи. Как вы выращиваете кадры доменщиков, сталеваров, прокатчиков, - это очень интересный вопрос. Поэтому мне хотелось бы услышать от товарищей в дальнейших выступлениях о состоянии кадров черной металлургии, о подготовке квалифицированных рабочих и специалистов.

Затем еще вопрос. Хотя я не металлург, но я знаю, что во всех странах производство стали процентов на двадцать пять идет впереди, нежели производство чугуна. У нас же наоборот: сталь отстает от чугуна. Мне бы хотелось от товарищей услышать, что можно сделать на каждом заводе в отдельности и в целом в черной металлургии, чтобы уничтожить эту диспропорцию.

Я понимаю, что эту диспропорцию можно уничтожить путем строительства новых мартеновских печей, которые производятся у нас и будут производиться в дальнейшем. Но диспропорцию, вероятно, можно уничтожить также увеличением производительной способности мартеновских печей, что видно из ваших же данных о работе металлургических заводов. Одни заводы работают хорошо, другие плохо. В чем причина? Почему нельзя всем заводам работать хорошо и что этому мешает? Мне бы хотелось получить ответ на этот вопрос.

Начались выступления товарищей. Товарищ Сталин то и дело задавал наводящие вопросы, просил разъяснений.

Совещание продолжалось семь часов... Поздно ночью мы вышли из Кремля в особом настроении, какое бывает, вероятно, чрезвычайно редко у такого большого количества людей и, мне кажется, совершенно одного и того же порядка. Мы видели власть, власть народную, какой она должна быть. Власть должна иметь большие горизонты, она должна обладать дальнозоркостью.

Эта беседа, да и не только она, а дела и факты ежедневной жизни, которые мы видели и видим, показывают, что наша власть обладает горизонтом и этот горизонт далекий.

Академик Бардин

* * *

В КРЕМЛЕ СО СТАЛИНЫМ

(Из книги "Годы и минуты")

Днем меня вызвали в Московский комитет партии, к к товарищу Хрущеву. Но оказалось, что он меня ждет в Центральном комитете.

Я поднялся на лифте, предъявил пропуск.

Вдруг я увидел, что навстречу по коридору идетСерго в длинной шинели, а рядом с ним Ворошилов.

- А, товарищ Гудов, здравствуй!

Я оторопел. Не думал я, что Орджоникидзе запомнит меня.

Орджоникидзе и Ворошилов поздоровались со мной, и Климентий Ефремович оглядел меня с добрым любопытством. Меня провели в зал заседаний. Я осмотрелся, ища глазами товарища Сталина, но его еще не было. Вдоль стен на высоких подставках стояли зеркальные прожекторы. Около них суетились люди.

Готовились к киносъемке. Я заметил, куда направляют свет прожекторов, а через несколько минут увидал, что залитая сиянием юпитеров дверь открылась и вошли Молотов, Каганович, а за ними - Сталин.

Впервые я видел Сталина. С радушием и нескрываемым интересом вглядывался он в наши лица, а мы аплодировали, кричали, стихали и снова аплодировали, приветствуя его. Я почувствовал, что этот день - самый значительный день в моей жизни. Я с радостью подумал, что делаю, видно, неплохое дело,.

если оно привело меня в один зал со Сталиным.

Начался Первый всесоюзный слет стахановцев промышленности и транспорта. В конце заседания я заметил, что товарищ Сталин, наклонившись к Серго, что-то сказал ему, и Орджоникидзе объявил:

- На этом совещание здесь закрываем, переходим в Кремль,- в Андреевский зал.

Мы приехали в Кремль. Я был впервые в Кремле и останавливался на каждом шагу: осматривал картины, любопытной рукой щупал лепку на стенах, перила, отделку.

Выступали Стаханов, Бусыгин, Крявонос. Мне казалось, что это выступают мои старые товарищи, с которыми я поделился своими мыслями. Очень правильно, именно то, что нужно сказать, говорили они, будто мы заранее с ними столковались.

Видно, приспело время всему народу браться за работу по-новому, по-умному!

Потом, в конце слета, выступал Сталин. И мы услышали слова, которые стали с этого дня народной пословицей: "Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее, - сказал Сталин.-А когда весело живется, работа спорится..." Все, что я передумал, все, что я сделал, осветилось внезапным ярким светом, стало выпуклым, ясным. Мне показалось, что и сам я вырос на голову после этой речи. Мне захотелось сделать чтонибудь действительно большое. Мне захотелось ответить на речь Иосифа Виссарионовича каким-то необыкновенным достижением. И я дал обещание выработать тысячу процентов нормы за одну смену, изготовляя запорную крышку.

Мне посчастливилось еще несколько раз встретиться с товарищем Сталиным. На одном из приемов в Кремле товарищ Молотов неожиданно поднял тост за меня, за мои достижения.

Сперва мне показалось, что я ослышался. Но все повернулись ко мне. Я так растерялся, .что не знал, как мне быть, что ответить.

Ко мне подошел Булгашш:

- Иди к Сталину.

Я подошел. Иосиф Виссарионович весело чокнулся со мной.

- За новые успехи! - провозгласил он.

Мог ли я после этого не почувствовать в себе новых сил?, Мог ли я успокоиться на добытом, найденном, уже признанном?:

Да конечно же нет!

То, что было уже сделано, казалось мне лпшь простыми находками на поверхности. А следовало заглянуть в самые недра технологии.

*

Накануне выборов, 11 декабря, Никита Сергеевич Хрущев пригласил меня пойти на собрание в Большой театр. И здесь я опять услышал товарища Сталина. Он произнес свою всем теперь известную речь об обязанностях депутата - слуги народа.

Я вернулся домой, взволнованный всем услышанным. Я думал о том, что если завтра меня выберут, то я жизни не пожалею, но оправдаю доверие народа, буду работать так, чтобы.

Сталин и тут мне сказал: "Молодец!"

12 декабря я встал в шесть часов утра и пошел на участок.

Голосовал я в том те округе, в котором баллотировался сам.

Что мне было делать? Не зачеркивать же себя в бюллетене!

Дома мне не сиделось. Тянуло узнать результаты голосования. Я знал, что в пятьдесят восьмом избирательном участке, который находился в Кремле, должны были голосовать товарищи Сталин, Молотов, Ворошилов.

Я не выдержал и позвонил на участок:

- Ну, как? Сталин голосовал за меня?

Спокойный голос ответил мне:

- Товарищ Гудов, голосование тайное.

Но тайну эту скоро мне выдал Вячеслав Михайлович Молотов. На одном из заседаний Экономсовета, где были Лазарь Моисеевич Каганович, Ворошилов, Микоян, Хрущев и Булганин"

председательствовавший товарищ Молотов, увидев меня, весело воскликнул:

- Ага, вот и наш депутат! Эх, как мы за тебя голосовали!

Теперь надо было выполнить первое депутатское обещание"

первый наказ избирателей - перекрыть все существовавшие рекорды и выполнить норму на шесть с половиной тысяч.

И. Гудов

* * *

ТАКИМ Я ЕГО СЕБЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ

Мне всегда казалось, что я знаком с товарищем Сталиным. Это было и в те времена, когда я не только ни разу не видел товарища Сталина, но даже не решался думать, что мне выпадет счастье беседовать с великим вождем. Ведь товарищ Сталин один, а нас миллионы...

Образ товарища Сталина давно запечатлелся в моей памяти в.

в моем сердце как образ родного и близкого человека. Я, как и мои товарищи шахтеры, прислушивался к каждому слову товарища Сталина. Каждая речь его, напечатанная в газетах, помногу раз перечитывалась, так что некоторые фразы прямо заучивались.

Речь товарища Сталина на выпуске академиков Красной армпи, где говорилось о том, что люди, овладевшие техникой, могут творить чудеса, была произнесена в мае 1935 года. Много было у нас по этому поводу переговорено и передумано. У каждого в мыслях было желание показать, на что способны советские люди, овладевшие техникой. Так родился и мой рекорд'в ночь на 31 августа Ш35 года.

А вскоре я сам увидел п услышал товарища Сталина.