- Как, и ты тоже?

Я подхожу к ней и беру ее руку. На ее кистях четко видны темно-синие следы от ремней.

- У меня тоже синяки, а на теле вон какие.

Я поднимаю рубаху и показываю ей свои следы на коже.

- Мне в институте Марина Сергеевна говорила, что есть еще один мальчик в Союзе, который летает. Так это ты?

- Наверно, я.

- А мы когда-нибудь будем здоровыми?

- Мы и так не больные. Просто это временное психическое отклонение, которое бывает почти у всех мальчиков и девочек. Только оно проявляется в разной форме. У нас очень резко и сильно, у других незаметно, а третьи только бродят по ночам. Нам нужен какой то толчок... и мы опять будем нормальными.

- Это быстро проходит?

- У кого как. Кто в течении лета, а кто и в течении недели.

- Значит, следующим летом этого не будет?

- Не могу тебе сказать, но то что мы будем здоровыми, точно знаю. Слушай, давай закончим на этом. Пойдем я тебе пляж покажу, озеро.

Я веду ее к берегу озера. На пляже загорают знакомые деревенские девчонки. Мы подходим к ним.

- Привет, - говорю я им. - Знакомьтесь, это Ира. Она приехала к нам на дачу сегодня.

Девчонки с любопытством смотрят на нее.

- Вы... ничем не больны? - спрашивает Валька.

Ира недоуменно смотрит на меня.

- Почему вы пытаетесь убедить меня, что все на даче больные? Я что тоже больной по твоему?

- Мне мама сказала, что на этой даче все равно здоровых быть не может. Значит у вас что то другое...

- Что вы за чушь несете?

- И вовсе не чушь, - сказала Галя. - Как дачу построили, еще ни одного здорового на ней не было, все какие то... с отклонениями. Мой дядя сам вчера видел своими глазами, как демон вылетел с дачи, метался над этим озером и дико хохотал.

- А какой он демон, дядя заметил? - спросила Ира.

- Ну такой... белый, с длинными волосами и большим ртом с клыками...

- В деревне опять дети стали болеть, - вдруг повернула мысль Варя. Все говорят, что эти демоны и души умерших с этой дачи, высылают на нас порчу.

- Врача то хоть вызывали, он ставил диагноз больным? - спросил я.

- Вызывали. Он сказал, что это заразная болезнь, полимелит называется.

- Полиомиелит...

- Вот и я говорю. Никто в районе этой заразой не болеет, только в нашей деревне. Даже врач удивился откуда она здесь появилась.

- Это просто... совпадение, ну как это сказать лучше, просто кто то был в городе или в другом районе и случайно занес...

- А скот, а несчастные случаи, здоровые люди вдруг умирать стали..., тоже совпадение. Такого не бывает. Как построили эту дачу, так все и началось...

- Это глупость.

- Сам ты...

- Ладно, не будем ругаться, пошли лучше купаться.

Я и Ира раздеваемся до купальных принадлежностей и идем к воде. Деревенские нехотя поднимаются и идут за нами. Я чувствую, сегодня контакта не получилось.

- Почему они нас так ненавидят? - спрашивает меня Ира, когда мы возвращаемся к даче.

- Мне кажется, что деревня попала в полосу неудач. Никто не может им объяснить в чем дело. Нужно найти виновного и они решили, что это мы.

- У меня такое представление, что это дремучая деревня.

- Не надо их представлять серыми. Когда несчастье обрушивается на людей, они иногда не представляют, что делают.

- А мы?

- Что мы?

- Мы тоже в полосе неудач?

- Странное у тебя представление. У нас другие заботы.

Вылетаю из комнаты и вижу на площадке лестницы мечется полуголое тело Иры. Она летает вдоль перил и не решается спуститься вниз. Я подлетаю к ней и пытаюсь дотронуться рукой, но кисть не дошла до кожи, ее отбросила невидимая сила.

- Ира.

Теперь она разворачивается и странным взглядом смотрит на меня.

- За мной.

Лихо над ступеньками спускаюсь вниз и вылетаю в заранее открытую дверь. Вот и холм. Озеро переливается от серебра луны. Рядом зависло тело Иры, она тоже смотрит на это чудо. Я срываюсь с холма и лечу к воде первым. Вот оно бесконечное пространство света.

- Игорь.

Я разворачиваюсь. Ира носится вдоль берега, не решаясь полетать над водой. Возвращаюсь к ней и протягиваю руку. В этот раз ее рука не отталкивается. Пальцы переплетаются и я тащу ее над водой. Мы летим над, шевелящимся под нами, серебряной поверхностью, рассекая воздух. Лес и кусты затеняют левый берег и мы стараемся не попадать в тень, делаем плавную петлю. Теперь обратно. Ира отрывает руку и несется над водой сама. Мы мечемся над поверхностью и вдруг я слышу колокольчик смеха Иры.

- Догони, - слышу ее голос.

Это бесполезно. Она быстрей и отрывается от меня мгновенно. Я переворачиваюсь на спину и зависаю над водой, подставив лицо луне. Ира покрутившись вокруг, тоже разворачивается на спину. Вдруг что то защекотало кожу.

- Что это? - волнуется Ира.

Синий цвет прожектора поймал нас и звал к себе.

- Нас зовут, летим туда.

Подлетаем к прожектору и тут замечаем фигуру тети Лиды.

- Ира, Игорь, сюда.

Первым подлетаю я и тут резкий запах бросает меня на песок, рядом в песок падает Ира.

- Где я? Что со мной? - встревожено спрашивает она.

- Ирочка, успокойся. Вот накройся.

Она набрасывает на ее плечи солдатское одеяло.

- Неужели я... Летала здесь... Это сон правда, это сон?

Она чуть не плачет. Тетя Лида обнимает ее.

- Все было хорошо, Ирочка. Пойдем на дачу. Паша, выключай аппаратуру и сматывай кабель, - кричит она в темноту кустов.

- Сейчас.

- Пойдемте, ребята.

На даче нас встречает Маша. Она сначала уводит Иру в свою комнату, через двадцать минут приходит ко мне.

- Сейчас мы тебя проверим.

Маша замеряет мне давление, температуру и, дав шлепка, гонит в пастель.

- Давай, кавалер, подставляй руки.

Она прикручивает меня к кровати, потом наклоняется ко мне и целует в щеку.

- Ты вел себя как настоящий мужчина. Спокойной ночи.

Свет гаснет и темнота врывается в глаза. Постепенно проявляются предметы и в окно видны, облитые светом луны, серебристые стволы сосен.

Утром Ира молчалива. Мы с ней выходим на холм и долго смотрим на озеро.

- Мне страшно, - вдруг говорит Ира. - Моя двоюродная сестра заболела малокровием. Самое ужасное в этой болезни, что она знала чем болеет и чем это может кончится.

- Это совсем другое.

- Ты не понял. Самое ужасное, знать чем ты болеешь.

- Я тебе еще раз хочу сказать. У нас не болезнь. Это просто психологическое отклонение.

- Можешь прикрыться этой формулировкой как щитом. Отклонение- это уже болезнь.

На пляже появились деревенские девчата.

- Пошли к ним.

- Нет, не хочется. Я хочу побыть одной, чего-нибудь почитать, ты не против, если я пойду к тебе в комнату?

- Иди.

Она ушла на дачу, а я поплелся на пляж.

- Где твоя дама? - спрашивает меня Варя.

- Хандрит. Осталась на даче.

Я валюсь в теплый песок и затихаю.

- А мы на карантине.

- Вы и так были на карантине, у вас же скот болел.

- То скот, а то деревенские.

- Еще кто-нибудь заболел?

- Да. Марусенька заболела, дочка председателя поселкового совета. Теперь за нас взялись всерьез.

- Тоже полиомиелит?

- Он, проклятый. Врачи заполонили деревню.

- А вы чего?

Они молчат, потом Галя тянет.

- Удрали.

- Моя мама сказала, что сегодня ночью над озером летало два демона, опять говорит Варя.

- Сказки все это, - отвечаю я.

- Вовсе не сказки. Дядя Федор хотел сегодня порыбалить, они ему не дали. Мама сказала, как появиться третий демон, так в деревне все дети заболеют .

Я уже молчу. Их не убедишь. Девчонки, перебивая друг друга, начали рассказывать страшные сказки про ведьм, мертвецов и демонов, а я подремываю...