- А вам лично он не показался каким - то встревоженным?

- Ну... - женщина жеманно вытянула губы и продолжала:

- Ну, не то чтобы очень. Впрочем, я могла и не заметить... В такой обстановке... Знаете, я ведь порядочная трусиха. - Мисс Сил хихикнула и поправила прическу, немного смахивавшую на птичье гнездо.

- А не припомните, кто еще был с вами в приемной доктора?

- Так, дайте подумать... Когда я вошла, там сидел один молодой человек. У него, наверное, сильно болели зубы - такой вид у него был. Все время что - то бормотал про себя и головой мотал - туда - сюда, туда сюда... А потом как вскочит! И выбежал из комнаты. Да, зубы у него болели!

- Вы не заметили, он только из приемной вышел или вообще из дома?

- Понятия не имею. Мне показалось, что он уже не в силах терпеть боль и ему надо к врачу. Не к м-ру Морли, конечно, потому что буквально через несколько минут после этого вышел мальчик и пригласил меня.

- А на обратном пути вы тоже шли через приемную?

- Нет. Я еще в кабинете доктора успела причесаться и надеть шляпку. Кое - кто оставляет свои головные уборы внизу, я же - никогда! Знаете, с одной моей подругой именно из - за этого как - то произошла очень неприятная вещь. Она повесила свою абсолютно новую шляпку на краешек спинки стула и пошла к врачу, а когда вернулась, то обнаружила, что на ее шляпке посидел мальчик! Все! Пропала шляпка! И не поправишь!

- Катастрофа! - вежливо согласился Пуаро.

- В первую очередь я виню его мать, - тоном прокурора заявила мисс Сил. - Надо ведь следить за детьми. Надо же, оставить...

- Значит, - вмешался Джапп, - этот молодой человек был после вас единственным пациентом доктора?

- Когда я входила в кабинет, по лестнице спускался какой - то джентльмен. Он потом вышел на улицу. О1 Вспомнила! Тогда же из дома вышел какой - то иностранец очень странной наружности! Джапп закашлялся.

- Это был я, - с достоинством ответил Пуаро.

- Правда? - Мисс Сил уставилась на него. - В самом деле. Извините, опять моя близорукость. Там ведь темновато было, правда же? - Послышалось нечто неразборчивое. - Подумать только! А я ведь всегда считала, что у меня хорошая память. Простите, пожалуйста, эту чудовищную ошибку...

На успокоение дамы тоже ушло какое - то время.

- А Морли не сказал вам чего - нибудь такого, ну, например, насчет того, что его ожидает трудный разговор или что - нибудь в этом роде? настаивал Джапп.

- Нет, уверена, этого не было.

- И пациента по фамилии Амбериотис тоже не упоминал?

- Да он вообще молчал. Ну, если не считать тех вещей, которые обычно говорят дантисты.

Пуаро тотчас же вспомнил: "Сплюньте... Откройте пошире... А теперь осторожно сожмите..."

Следующим шагом Джапп предупредил мисс Сил, что ей, возможно, придется дать свидетельские показания на судебном следствии.

Это предположение вызвало у мисс Сил испуганный вскрик, однако через минуту она снисходительно согласилась. Джапп деликатно попросил ее рассказать о себе.

Шесть месяцев назад она приехала в Англию из Индии. Жила здесь в разных отелях, пока наконец не остановилась в "Гленгоури". В Индии она прожила преимущественно в Калькутте, где занималась миссионерской деятельностью и преподавала дикцию.

- Чистое произношение - это великая вещь, инспектор! Видите ли, - она глуповато улыбнулась, - в молодости я была актрисой. Ну, всякие там маленькие роли. Провинция, что и говорить! Но цели у меня были грандиозные. Репертуар Потом отправилась в мировое турне - Шекспир, Шоу... Бедные мы существа, - она неожиданно вздохнула, - женщины. Сердце - наше слабое место. Скоропалительное замужество. Увы, мы разошлись почти тотчас же. Меня жестоко обманули. Я вернула себе девичью фамилию, а друзья помогли мне с деньгами. На них я открыла курсы дикции и организовала любительскую театральную студию. Я сейчас покажу вам некоторые рецензии.

Джапп понимал, чем ему может это грозить и поспешил сбежать. Ему запомнились ее последние слова:

"...и если моему имени будет суждено появиться на страницах газет в качестве свидетельницы, то, прошу вас, повнимательнее отнеситесь к его написанию. Мейбл Сэйнсбэри Сил. Да, Мэйбл Сил. Ну, а если они захотят упомянуть, что я выступала в Оксфордском театре в "Двенадцатой ночи"...

- Да - да, конечно, - пробормотал Джапп. В такси он вздохнул и вытер лоб.

- Похоже на то, что здесь все в порядке, - заметил он. - Если, конечно, она не наврала про все это. Впрочем, я что - то в это не верю.

Пуаро согласно закивал головой:

- Похоже на то. Лгуны не бывают столь обстоятельны и непоследовательны.

- Я боялся, - продолжал Джапп, - она откажется дать показания на судебном расследовании, со старыми девами это бывает. Да, видно, что актерское прошлое не бесследно прошло. Для нее это немного известности.

- Вы действительно хотите вызвать ее на судебное расследование?

- Скорее всего нет... Впрочем, не знаю пока. - Он помолчал. - Вы знаете, Пуаро, я прихожу к выводу - это не было самоубийством.

- А мотив?

- Да, наше самое слабое место. Может, Морли когда - то соблазнил дочь Амбериотиса?

Пуаро промолчал. Его мысленному взору предстала картина, как Морли соблазняет смуглую гречанку. Да, в этой роли дантист как - то не смотрелся. Он напомнил Джаппу слова Рейли о том, что его компаньон никогда не имел вкуса к личной жизни.

- Кто знает, что может произойти с человеком... Они расплатились с таксистом и вошли в "Савой". Портье окинул их странноватым взглядом.

- М-р Амбериотис? Сожалею, господа, но, думаю, вы не сможете поговорить с ним.

- Ну - ну, не вам знать, сможем или нет... Думаю, все же поговорим. Джапп протянул клерку свое удостоверение.

- Вы меня не так поняли. Дело в том, что м-р Амбериотис полчаса назад умер.

На Пуаро это произвело впечатление плотно захлопнувшейся двери.

ТРИ, ТРИ - ВЕСЕЛО СМОТРИ

Ровно через сутки Джапп позвонил Пуаро.

- Все впустую, - с горечью проговорил он. - Морли все же покончил с собой. Мы обнаружили мотив.

- Какой же?

- Я только что прочитал заключение эксперта по поводу смерти Амбериотиса. Если не переходить на полицейский жаргон, он умер от введения в его организм повышенной дозы адреналина и новокаина. А сердечко не выдержало. Так что сообщение о том, что вчера днем он плохо себя чувствовал, оказалось чистейшей правдой. Дантисты используют адреналин и новокаин для местной анестезии. Через шприц вводят лекарство в десну. Морли ошибся с дозировкой, но обнаружил это только когда Амбериотис ушел. Не смог простить себе, что фактически убил человека, вот и застрелился.

- Из пистолета, которого никто у него раньше не видел?

- Неважно. Он у него мог быть. Родственники никогда всего не знают. Иногда диву даешься.

- Да, пожалуй, верно, - согласился Пуаро.

- И мне кажется, что это все ставит на свои места, - завершил Джапп.

- К сожалению, мой друг, я не совсем удовлетворен подобным объяснением. Действительно, случается, что люди так реагируют на местную анестезию. В том числе и на адреналин. Более того, в смеси с новокаином порог токсичности даже снижается. Но врачи, в том числе и дантисты, редко накладывают на себя руки после врачебной ошибки.

- Согласен. Но вы имеете в виду случаи, когда анестезирующее средство вводится в нужной дозировке и смерть наступает лишь от повышенной чувствительности пациента к препарату. Тут, естественно, врача винить не в чем. Но здесь - то речь идет о повышенной дозе. О чрезмерной дозе! Какая она - пока трудно сказать. На такие анализы уходят месяцы. Но ясно одно врач допустил ошибку.

- Ну а если и так? Ошибка остается ошибкой. Преступного умысла здесь не было.

- Верно, - согласился Джапп. - Но вы забыли про репутацию врача. Да он вообще бы потерял клиентуру. Ну кто пойдет к врачу - убийце, даже если стал он им безо всякого умысла?

- Странно как - то все это вышло, - задумчиво покачал головой Пуаро.

- Такие вещи случаются. С врачами, химиками... Всегда такие осторожные и нате вам - секундная оплошность и трагедия тут как тут. А Морли был чувствительным человеком. Врач иногда может винить в подобных ситуациях сестер, фармацевтов, но здесь - то он был виноват один - одинешенек.

Пуаро явно колебался:

- Но почему он тогда не оставил никакой записки? Хоть два - три слова сестре...

- Видимо, осознание ошибки произошло неожиданно, даже мгновенно. Нервы не выдержали...

Пуаро не ответил.

- Я знаю вас, старина. Если уж вы вообразили себе убийство, то станете добиваться того, чтобы это было стопроцентное убийство, никак не меньше. Сожалею, что втянул вас в это дело. Да и сам подумал сначала, что здесь есть какой - то криминал. Что ж, признаю свою ошибку.

- А по - моему, может быть и иное объяснение случившегося, - заметил Пуаро. - Даже несколько объяснений.

- И я думал о них, - согласился Джапп, - но все они кажутся мне чересчур фантастичными. Представим себе, что Амбериотис застрелил Морли, пришел к себе в отель и, почувствовав угрызения совести, отравился с помощью прихваченных из кабинета врача снадобий. Если вам это кажется возможным, то мне лично это представляется абсолютно невероятным! Мы проверили Амбериотиса по картотеке Скотленд - Ярда. Небезынтересные данные. Начал с управления маленькой гостиницей в Афинах, но затем полез в политику. Приобщился к шпионажу - занимался им во Франции и в Германии, причем ему неплохо платили. Но ему хотелось большего - его подозревают в вымогательстве. Есть основания считать, что пару раз он так и поступил. Так что не ягненочек был наш Амбериотис! В прошлом году он побывал в Индии и, как считают, неплохо пощипал одного раджу. Но доказать ничего не смогли. Есть и еще одна возможность - он мог чем - то шантажировать покойного Морли. Последний же, увидев своего врага в зубоврачебном кресле, решил не упускать возможности - редчайшей возможности! Смесь адреналина с новокаином - врачебная ошибка! Но вот жертва выходит из его кабинета и Морли начинают мучить укоры совести. И вот - самоубийство.

Конечно же, это возможно, но, скажу вам по совести, не верю я в хладнокровного убийцу Морли. Я считаю, что все обстояло именно так, как я сказал с самого начала: врачебная ошибка. Ведь не забывайте - он был перегружен работой. На том и остановимся. Я уже доложил руководству, там мнение четкое.

- Да, понимаю, конечно же... - вздохнул Пуаро.

- Я тоже вас понимаю, старина, но нельзя же во всем видеть убийство. Ладно, счастливо, и еще раз прошу извинить меня за беспокойство.

Он повесил трубку.

***

Эркюль Пуаро сидел за своим красивым письменным столом стиля модерн. Ему вообще нравилась современная мебель. Прямые линии и прочность больше отвечали его вкусу, нежели мягкие контуры античной обстановки.

На столе перед ним лежал лист бумаги с аккуратными записями и пометками.

Первым шел Амбериотис.

Шпионаж. С этой же целью и в Англии? В прошлом году был в Индии. Во время бунтов и беспорядков. Не исключено - агент красных.

После некоторого промежутка: Фрэнк Картер. Морли ему не доверял. Недавно его уволили. За что?

Затем шла фамилия, за которой Пуаро поставил лишь вопросительный знак:

Говард Райкс - ?

И за ним в кавычках - "Но это же абсурд???"

За окном одинокая пичуга усердно работала над гнездом, подтаскивая веточки. Да и сам Пуаро чем - то смахивал на это беззащитное существо, склонив свою яйцеобразную голову над листом бумаги.

Еще ниже он приписал: "М-р Барнс?" Потом подумал и добавил: "Кабинет Морли. След на ковре. Возможности..."

Поразмышляв несколько секунд над этой фразой, он встал, надел шляпу и вышел из комнаты.

Спустя сорок пять минут Пуаро вышел из метро, а еще пять минут спустя прибыл к месту своего назначения - дому № 88 по Кэслгарденз-роудз. Это был небольшой полуособнячок, с аккуратным палисадником, который явно пришелся Пуаро по вкусу. "Какая симметричность", - пробормотал он.

Барнс был дома и, когда Пуаро прошел в уютную гостиную, сразу же вышел к гостю.

Это был маленький человечек с быстро мигающими глазами и почти лысый. Поверх очков он внимательно рассматривал гостя, поигрывая его визитной карточкой.

- Так - так, месье Пуаро, - на высоких нотах, почти фальцетом, проговорил он. - Весьма польщен! Искренне польщен.

- М-р Барнс, я сразу же хотел бы извиниться за то, что явился без предупреждения.

- Это самый лучший способ, - не дал ему договорить хозяин дома. - Да и время вполне подходит для визитов. Без четверти семь - когда еще застанешь человека дома? Пожалуйста, располагайтесь. Нам ведь есть о чем поговорить. Дом на улице королевы Шарлотты?

- Вы не ошиблись, но почему вы подумали о нем?

- Дорогой мой! Я, конечно, уже не служу в разведке, на пенсии, но мозги - то у меня не совсем заржавели. Если речь идет о деле, по поводу которого не стоит поднимать шум, лучше, конечно, не прибегать к услугам полиции. Чем меньше разговоров, тем лучше.

- Еще вопрос: а почему вы считаете, что это дело стоит вести тихо?

- А что, разве не так? Ну, если вы думаете иначе, то я лично думаю именно так. - Он наклонился вперед и, сняв очки, постучал оправой по подлокотнику кресла. - Секретной службе надо выходить не на мелюзгу, а на самый верх. Но чтобы добраться до главарей, надо не спугнуть мелюзгу.

- Похоже, вы, м-р Барнс, знаете об этом деле поболее меня.

- Ничего я не знаю. Просто у меня достаточно ума, чтобы прикинуть, сколько будет дважды два.

- И одно из этих слагаемых?..

- Амбериотис! Вы забываете, что я минуту - две сидел напротив него в приемной. Меня он не знал. Слава богу, моя внешность никогда не бросается в глаза. Иногда это очень кстати. Но его - то я узнал сразу и могу догадываться, зачем он здесь объявился.

- Зачем же?

- Все мы немного зануды, - Барнс заморгал еще чаще. - И консерваторы до мозга костей. Постоянно ворчим на правительство, а как до дела, то никто не променяет его на какую - то модную штучку. Иностранные агитаторы никак не могут этого понять. А дело все в том, что сейчас мы относительно платежеспособны и едва ли найдется другая такая страна в Европе. Чтобы потрясти Англию до основ, нужно вывести из строя ее финансы, вот в чем дело. А имея у руля такого человека как Алистер Блант, нашу финансовую систему не развалить.

После некоторой паузы Барнс продолжал:

- Блант - такой человек, который и в личной жизни всегда будет платить по счетам и жить по средствам, вне зависимости от того, будет ли у него годовой доход в два пенса или в несколько мил пионов Такой уж он человек. И думает он просто: "Почему вся страна не может быть такой, как я? К чему дорогостоящие эксперименты? Зачем нужны всякие утопические проекты, пожирающие массу денег?" Вот поэтому - то, - он сделал паузу, - поэтому то кое - кто хотел бы убрать Алистера Бланта.

- А - а... - задумчиво покачал головой Пуаро.

- Да - да, - Барнс кивнул. - Я знаю, о чем говорю. Есть среди них и весьма милые люди, хоть и длинноволосые, но с честными глазами и мыслями о лучшем будущем. Других же милыми особо не назовешь, скорее наоборот скрытые крысы с бородами и иностранным акцентом. И еще просто хулиганы. Но все спят и видят, как бы убрать Бланта.