После того как вы закончили упражнение и сделали свой прогноз, сравните свои результаты с теми, кто делал с вами это упражнение. Затем подсчитайте количество общих слов и обсудите полученный результат. (Если вы работали в одиночку просто сравните свои результаты с результатами автора)
Можно далее предложить, чтобы каждый участник по очереди прочел свой перечень слов, а другие записывали бы за ним в столбик, помечая слова, идентичные словам, предложенным другими, и отмечая цветом или специальным значком, кто какие слова предложил (см. иллюстрацию II).
Многие люди, делая прогноз, предсказывают, что будет много повторов слов, предложенных группой, и лишь немного слов, уникальных для каждого участника группы. Однако после многих тысяч попыток мы обнаружили, что для группы из четырех человек весьма редко бывает, чтобы хотя бы одно слово являлось общим для всей группы.
Когда в качестве центрального слова выбирают, в свою очередь, это общее слово и упражнение выполняется теми же четырьмя лицами повторно, то наблюдается тот же результат, который доказывает, что в самой что ни на есть общности коренится фундаментальная разница!
Чем больше людей входит в состав группы, тем меньше шансов, что даже одно слово окажется общим для всех членов группы.
Упражнение, которое мы только что выполнили со словом «счастье», с любым другим словом даст схожий результат.
Например, группа старших банковских работников в возрасте от 40 до 55 лет и примерно одинакового образовательного уровня выполняла такое же упражнение, где в качестве центрального им было предложено слово «здоровье». Как мы и предполагали, не оказалось ни одного слова, общего для всех членов группы; изредка одно-два слова, общих для трех участников; полдюжины слов, общих для двух участников; большинство же слов являлись уникальными для каждого участника.
Группа возразила, что такой результат, вероятно, объяснялся тем, что выбранное слово не представляло для них особого интереса. Будь оно таковым, уверяли члены группы, результат оказался бы гораздо более «общим».
С целью проверить это им было предложено повторить упражнение, но со словом «деньги» вместо слова «здоровье». Каково же было их изумление, когда в результате оказалось еще больше неодинаковых слов.
Этот результат противоречит известному ложному представлению, а именно: чем выше образование, получаемое людьми, тем более похожими они становятся. Теория и практика радиантного мышления утверждают обратное: чем больше люди повышают свое образование, тем более отчетливым становится своеобразие мира их личных ассоциаций.
На цветной иллюстрации II представлены результаты работы трех групп по четыре человека в каждой над упражнением, в котором они фиксировали свои ассоциации со словом «здоровье». Для обозначения слов, предложенных разными группами, было использовано цветовое кодирование.
Огромный потенциал вашего генератора ассоциаций
Призадумайтесь над тем фактом, что любой вид, представившийся вашим глазам, любой услышанный звук, запах, вкусовое или физическое ощущение, испытанное вами в сознательном состоянии или подсознательно, представляют собой точку (радиант), от которой расходятся во все стороны миллионы ассоциаций.
Теперь подумайте над тем, что случилось бы, пожелай вы каждую из этих ассоциаций записать.
Это было бы невозможно, поскольку всякий раз, написав что-то, у вас рождались бы новые мысли по поводу только что записанного. Это была бы уже другая ассоциация, которую вам также требовалось бы записать, и так до бесконечности. Человеческий мозг способен формировать бесконечное множество ассоциаций, таким же бесконечным является потенциал вашего творческого мышления.
В среднем в голове каждого человека содержится несколько квадриллионов «использованных» ассоциаций. Это огромное множество можно рассматривать в качестве не только вашей «памяти» и личной «библиотеки», но также того, что составляет ваше сознательное и парасознательное «я» (см. книгу Тони Бьюзена «Берем под контроль парамозг»).
Уникальность каждого индивидуума
То обстоятельство, что люди демонстрируют лишь незначительную общность личных ассоциаций в отношении заданного слова, образа и вообще мысли, означает, что мы волшебным и коренным образом отличаемся друг от друга. Иными словами, каждый человек гораздо более «индивидуален» и «уникален», нежели предполагали до сих пор. У вас, читающих данное предложение, в мозгу роятся триллионы ассоциаций, которых не имел, не имеет и не будет иметь никто, кроме вас.
Пища для ума
Когда мы находим уникальный минерал, то склонны использовать следующие эпитеты: «перл», «сокровище», «редкость», «бесценный», «драгоценный», «изумительный», «неповторимый». С учетом того, что мы открыли для себя на основе результатов вышеизложенных экспериментов, нам впору начинать применять схожие эпитеты к самим себе и к человеческим существам вообще.
Уникальность каждого из нас приносит немало выгод. Например, в любой коллективной работе или ситуации, когда стоит вопрос о решении той или иной проблемы, чем более разнообразны предлагаемые идеи, тем лучше. Каждый отдельный участник становится, таким образом, чрезвычайно важной частью процесса, а не просто «винтиком».
В более широком социальном контексте так называемое «маргинальное», «ненормальное» или «эксцентрическое» поведение в свете того, что мы для себя уяснили, может теперь восприниматься как «вполне объяснимое отклонение от нормы, вносящее положительный вклад в творческий потенциал общества». Под таким углом зрения многие социальные проблемы могут на деле являться собственно решениями.
Результаты рассмотренных выше упражнений также указывают на опасности, к которым ведет восприятие людей как составных частей коллектива, нежели как индивидуумов. Признание уникальности каждого из нас способно помочь в разрешении многих недоразумений и конфликтов, возникающих между людьми, как в межличностном, так и более общем социальном контексте.
Упражнения на ассоциации позволяют обнаружить неограниченные силы, таящиеся в мозгу как «талантливых» людей, так и тех, кого называют «середняками». Подобные упражнения способны освободить миллиарды людей от предубеждения о собственной ментальной ограниченности, которое они сами в себе воспитали. Простым выполнением упражнения со словом «счастье» любой способен испытать настоящий прорыв в восприятии собственного ментального потенциала.
Возьмите в качестве примера восьмилетнего мальчика из захудалого лондонского района, которого считали чуть ли не тупицей как учителя, так и он сам. После того как он выполнил упражнение со словом «счастье», я спросил у него, мог бы он записать еще больше ассоциаций на любое из десяти слов, которые написал в ходе упражнения. Он подумал немного, написал два слова, затем поднял на меня оживившиеся глаза и спросил: «Можно еще?»
Когда я кивнул, он продолжил – сначала медленно, словно человек, впервые ступающий в морскую воду. Затем, со все нарастающей скоростью, слова, обозначающие его ассоциации, буквально хлынули из него. Уже вскоре на его лице было написано, что он охвачен радостным возбуждением, в доказательство чего, заполнив почти всю страницу словами, он стал приговаривать, не в силах более скрывать своего счастья: «Вот так я! Вот так я!» Он был прав. Его просто не научили.
Осознание радиантной природы вещей дает нам возможность понять не только природу понимания, но и природу непонимания и, соответственно, помогает избегать многих эмоциональных барьеров и логических ошибок, которые мешают нашему нормальному общению с людьми.
В контексте данной книги «мозговая атака» есть первый шаг к интеллект-карте. Дальнейшие упражнения позволят вам укрепить и настроить должным образом собственные ассоциативные способности, подготовив себя к использованию всего потенциала радиантного мышления.
Если способность мозга к радиантному мышлению находит выражение средствами традиционно «левой» кортикальной способности – речи, можно ли добиться аналогичного эффекта от одной из «правых» кортикальных способностей – воображения и рождаемых им образов? В следующей главе этот вопрос подвергается подробному обсуждению.
Глава 7
«МОЗГОВАЯ АТАКА» КЛЮЧЕВЫЕ ОБРАЗЫ
В настоящей главе обсуждаются результаты исследований, которые взбудоражили научный мир. Наряду с практическими упражнениями, предлагаемыми ниже, полученные вами знания позволят вам получить доступ к огромному потенциалу образного мышления, который оказывается невостребованным у 95 % населения Земли.
В 1970 году Ральф Н. Хабер представил в журнале «Сайентифик америкэн» результаты своего эксперимента, в котором испытуемые просмотрели 2560 слайдов со скоростью один слайд в 10 секунд. Эксперимент, общая продолжительность которого составила семь часов, проводился в виде серии непродолжительных просмотров; на весь эксперимент в итоге ушло несколько дней. Спустя один час после того, как был показан последний слайд, провели тест на узнавание.
Испытуемым поочередно показали 280 пар слайдов, при этом один слайд в паре был взят из числа тех, что показывали в ходе эксперимента, а другой, похожей тематики, испытуемые на деле видели впервые. В среднем точность узнавания составила 85-95 %.
Подтвердив, что мозг обладает непревзойденной способностью к восприятию, удерживанию и воспроизведению информации, Хабер провел второй эксперимент с целью оценить способность мозга к узнаванию в условиях информационного потока высокой скорости. В ходе второго эксперимента скорость демонстрации слайдов была увеличена в 10 раз, составив 1 слайд в секунду.
Результаты оказались идентичными, что не только указывало на выдающуюся способность мозга воспринимать визуальную информацию и воспроизводить ее, но и на высочайшую скорость соответствующих ментальных процессов.
В ходе третьего эксперимента, целью которого было подвергнуть мозг еще более суровому испытанию, скорость показа была сохранена на уровне 1 слайд в секунду, но вместо самих слайдов демонстрировались их зеркальные отражения. Результаты оказались столь же высокими, как и в случае первых двух, явившись доказательством того, что даже при высоких скоростях восприятия информации мозг способен манипулировать образами в трехмерном пространстве без потери качества воспроизведения.
Хабер прокомментировал это следующим образом: «Подобные эксперименты, в которых в качестве стимулятора выступают изображения, наводят на мысль, что узнавание изображений удается человеку в основном превосходно. Если бы мы использовали 25 000 изображений вместо 2500, результаты, скорее всего, были бы аналогичными».
В ходе другого эксперимента, отчет о котором был опубликован в «Канадском журнале психологии» и автором которого являлся Р. С. Никерсон, испытуемым со скоростью 1 фотография в секунду было показано в общей сложности 600 фотографий; тест на узнавание при этом был проведен сразу после демонстрации. Точность узнавания составила 98 %,
Подобно Хаберу, Никерсон продолжил свои эксперименты, предложив испытуемым просмотреть 10 000 фотографий, специально отобрав по такому случаю яркие, привлекающие внимание снимки (т. е. такие образы, которые преимущественно используются в методе интеллект-карт).
В результате эксперимента узнавание составило 99,9 %. Сделав скидку на усталость испытуемых, подвергнутых столь суровому эксперименту, Никерсон и его коллеги подсчитали, что, если бы испытуемым показали 1 000 000 фотографий вместо 10 000, они узнали бы в среднем 98,6 % снимков.
Пища для ума
«Способность памяти к узнаванию изображений практически безгранична, при условии чистоты проводимых измерений», такой вывод сделал Лионел Стэндинг в своей статье «Запоминание 10 000 фотографий» в «Ежеквартальном журнале экспериментальной психологии».
Причина, по которой, перефразируя старинное изречение, образы «стоят тысячи слов», состоит в том, что при их восприятии используется целый набор кортикальных способностей: цвет, форма, линия, размеры, текстура, визуальный ритм и в особенности воображение – слово, переведенное с imagination, которое, в свою очередь, произошло от латинского imaginari, буквально означающего «изображать мысленно».
В этой связи образы более красноречивы, нежели слова, более точны и обладают большей способностью порождать ассоциации, которые, как мы знаем, являются важнейшим фактором творческого мышления и хорошей памяти. Насколько в свете этого нелепо то, что более 95 % всех конспектов ведется без использования графических образов.
Одной из причин опального положения, в котором пребывает графический образ, является то, что в современном мире основной упор делается на слово как на главный носитель информации. Другой причиной, вероятно, также является убеждение, ошибочное, однако свойственное многим людям, что они неспособны к рисованию.
В течение последних 30 лет мы и другие, в том числе художницы Бетти Эдвардс и Лоррейн Джил, изучали общественное мнение на сей счет. В рамках проведенных опросов по меньшей мере 25 % испытуемых заявили, что у них отсутствует способность к воспроизведению увиденного, а более 90 % считали, что они неспособны к рисованию на сколько-нибудь приличном уровне. Дальнейшие эксперименты показали, что любой человек с «нормальным» мозгом (т. е. без генетической или физической ущербности) в состоянии научиться рисовать на уровне хорошей художественной школы.
Причина, по которой столь много людей считают себя неспособными к созданию графических образов, иначе говоря, рисованию, состоит в следующем. Вместо того чтобы понять, что мозг способен на любые подвиги при условии упорного труда, они принимают начальную неподготовленность за фундаментальную неспособность, рассматривая к тому же ее в качестве меры собственного таланта. Таким образом, они сами обрекают на увядание и гибель ментальную способность, которая иначе могла бы расцвести.
В своей книге «Призраки в нашем мозгу» С. М. Косслин утверждает, что «в большинстве проведенных нами экспериментов способность испытуемых к рисованию безусловно улучшалась».
Метод интеллект-карт помогает пробудить в человеке способность к изображению окружающего мира. Личность, развивающая в себе способность создавать образы, одновременно развивает свою способность к мышлению, восприятию мира, свою память, творческий потенциал и укрепляет веру в собственные силы.
Два широко распространенных заблуждения привели к тому, что в современном мире значение способности к изображению зримого оказалось незаслуженно обделенным вниманием.
1. Заблуждение, состоящее в том, что нарисованные «неспециалистом» образы являются чем-то примитивным, подетски наивным и несерьезным.
2. Ошибочное мнение, что способность создавать и воспроизводить образы является талантом, дарованным незначительному меньшинству. (На деле же это талант, дарованный Богом каждому без исключения!)
Вооруженные знаниями о природе человеческого мозга, мы начинаем осознавать, что между умениями создавать образы и оперировать словами следует искать «золотую середину». В компьютерной индустрии это нашло отражение в создании программ, способных манипулировать словами и графикой одновременно и связывать их в одном документе. На уровне человека аналогичным достижением стала интеллект-карта.
Данное упражнение, рекомендуемое для тех, кто желает потренировать свою «ментальную мускулатуру» в отношении образов, аналогично упражнению со словом «счастье», описанному в предыдущей главе. Разница состоит в том, что в центр помещается графический образ, и над каждой из десяти веток, отходящих от него, рисуются образы, являющиеся первыми приходящими в голову ассоциациями.
При выполнении такого упражнения очень существенно, чтобы была преодолена свойственная многим людям стеснительность по поводу неказистости создаваемых ими рисунков. Ввиду заложенного в природе мозга стремления к пробам и успехам (не ошибкам!), поначалу неказистые рисунки следует воспринимать как первую пробу, после которой дела обязательно пойдут лучше.
Удачным для начинающих и потому рекомендуемым здесь центральным образом является образ «дома», поскольку с ним у любого человека связано много ассоциаций, к тому же достаточно простых.
1. Высвободить огромную энергию, хранящуюся в областях головного мозга, которые отвечают за ментальные способности по обработке визуальной информации.
2. Увеличить емкость памяти и способность к воспроизведению в результате использования образов – носителей дополнительной информации и генераторов ассоциаций,
3. Обеспечить возможно высокую эстетическую ценность, пусть даже в форме простого удовлетворения от созерцания нарисованных образов.
4. Преодолеть внутреннее сопротивление, рожденное распространенным заблуждением, что использование образов в процессе обучения является чем-то излишним.
5. Содействовать ментальной релаксации.
6. Содействовать развитию в себе способностей изображать окружающий мир, необычайных по своему потенциалу, о чем явственно свидетельствует пример великих художников и мыслителей, таких как, например, Леонардо да Винчи.
Ниже описан интересный случай, из которого видно, как ассоциативное мышление с привлечением художественных образов работает на практике.
Пятилетний сын одного из участников семинара попросился поучаствовать в работе взрослых. Малыш, которого звали Александр, умевший писать только отдельные буквы алфавита, настойчиво потребовал, чтобы ему позволили участвовать в решении практических задач, поставленных перед участниками семинара. Попытавшись поначалу отговорить его, взрослые в конце концов разрешили ему остаться.
Александр выбрал мозг в качестве центрального образа, поскольку о нем столь часто упоминали в предыдущие дни семинара. После чего он начал вслух рассуждать о собственных ассоциациях.
«Так, посмотрим, что делает мой мозг?.. А, конечно, он задает вопросы!» Проговорив это, он нарисовал закорючку, напоминающую вопросительный знак, и сразу пошел дальше. «Так, что еще делает мой мозг?.. Конечно, он заводит друзей!» И он быстро нарисовал подобие рукопожатия, после чего задал тот же вопрос: «Что еще делает мой мозг?..»
«Он говорит "спасибо"!» Он нарисовал маленький конвертик и продолжил, все больше веселясь и даже подпрыгивая на месте, когда его посещала очередная ассоциация. «Что еще делает мой мозг?..»
«Ах да, он любит маму и папу!» – и мальчик рисует маленькое сердечко. Таким образом он без труда составил все десять ассоциаций, закончив работу удовлетворенным «у-у-у-ух!». Присутствующие стали свидетелями интеллектуальной работы в самом естественном ее проявлении – радиантном, открытом для чужих глаз и полном интересных ассоциаций.
Выполнение упражнения
Вооруженные информацией о существующей у каждого из нас способности к образной ассоциации, приступайте к работе точно так же, как в случае упражнения на словесные ассоциации. Взяв в качестве центрального образа ваше визуальное представление о доме (или используя готовый рисунок), свободно ассоциируйте, оперируя, правда, на сей раз рисунками, а не надписями.
Выполнив оба упражнения на использование различных кортикальных способностей, вам теперь необходимо свести их воедино объединить слова с образами. В следующей главе мы продолжим наше путешествие от базовой «мозговой атаки» к интеллект-картам.
Глава 8
ОТ «МОЗГОВОЙ АТАКИ» К ИНТЕЛЛЕКТ-КАРТЕ
В настоящей главе получает продолжение процесс, начатый в главе 6 с упражнения на составление мини-интеллект-карты со словом «счастье» в качестве центрального. Двигаясь далее, в данной главе вы приблизитесь весьма близко к полной интеллект карте, научившись расширять мини-интеллект-карту до любого требуемого размера.
Следующий шаг – раздвинуть рамки упражнения со словом «счастье», используя уже высказанные ранее соображения.
Точно так же как десять первых предложенных вами слов или образов расходились в виде лучей от центрального понятия «счастье», – каждое из них, в свою очередь, может рассматриваться центральным понятием и дать рождение новым ответвляющимся ассоциациям.
«Свободно ассоциируя» на каждое из десяти слов или образов, строя новые ветви для предложенных ассоциаций, надписывая ветви одиночным словом печатными буквами и стараясь, чтобы длина ветви равнялась длине слова, вы в состоянии построить вербальное дерево ассоциаций по типу интеллект-карты, наподобие иллюстрации.
Глядя на иллюстрацию, вы можете заметить, что исходные десять слов напечатаны более крупными буквами и что соответствующие им линии толще тех, что были пририсованы впоследствии. Этим подчеркивается их значение в качестве первых десяти пришедших на ум ключевых понятий.
Соединяя слова логическими связями в своей мини-интеллект-карте, вы содействуете развитию цепкости и крепости вашей памяти.
В 1985 г. Андерсон и Парлмуттер провели интересный эксперимент по изучению особенностей памяти. Они предложили испытуемым ключевые слова и попросили с помощью ассоциаций определить слово, о котором известна лишь начальная буква.
Например, одной группе предложили ключевое слово и следующую последовательность: «собака – к, кость – м». Второй группе предложили такую последовательность: «картежник к, кость – м». После чего была измерена скорость, с которой испытуемые пришли к слову «мясо». Лица из первой группы справились скорее, поскольку предыдущее слово «собака» активировало мнемоническую связь «собака-кость-мясо». В результате своих экспериментов Андерсон и Парлмуттер предположили следующее.
Пища для ума
«Память действует в виде процесса активации, в котором переход от слова к ассоциированному слову происходит через связи, которыми пронизана память.»
Поделиться книгой: