Дома Лейша несколько часов обдумывала случившееся. Когда Алиса на следующее утро вернулась домой, Лейша бросилась к ней. Но Алиса была сердита.

- Алиса, в чем дело?

- Тебе не кажется, что мне и так уже достаточно достается в школе?! закричала сестра. - Но пока ты не высовывалась, это не имело слишком большого значения! Они уже было совсем перестали дразнить меня! Зачем ты это сделала?

- Что? - спросила озадаченная Лейша. Алиса швырнула ей в лицо утреннюю газету. Лейша уставилась на свою фотографию рядом с Кенцо Иагаи. Три колонки текста венчал броский заголовок: "Иагаи и будущее: будет ли в нем место для нас, остальных? Изобретатель И-генератора беседует с "освобожденной от сна" дочерью мегафинансиста Роджера Кэмдена".

Алиса пнула газету ногой:

- Даже по телевизору вчера вечером это показали - по телевизору. Я изо всех сил стараюсь не выглядеть воображалой или трусихой, а ты такое вытворяешь! Теперь Джулия, наверное, не захочет со мной дружить! - Она бросилась наверх в свою комнату по широкой изогнутой лестнице.

В голове Лейши звучал голос Кенцо Иагаи: "Собака лает, а караван идет". Она взглянула на опустевшую лестницу и сказала:

- Алиса, эта завивка и впрямь тебе очень идет.

4

- Я хочу познакомиться с остальными, - сказала Лейша. - Почему ты так долго держал меня в неведении?

- Ты ошибаешься, - ответил Кэмден. - Не предлагать вовсе не значит не позволять. Ты же сама о них не спрашивала?

Лейша взглянула на него. Ей исполнилось пятнадцать, она заканчивала школу Саули.

- Почему же ты молчал?

- А что я должен был сделать?

- Не знаю, - сказала Лейша, - но ты дал мне все остальное.

- В том числе свободу просить то, что ты хочешь.

- Я не просила у тебя многое из того, что ты делал для меня, потому что я слишком мало знала. Но ты никогда не предлагал мне встретиться с другими неспящими мутантами...

- Не употребляй этого слова, - резко оборвал ее Кэмден.

- ...значит, одно из двух: или ты думал, что это несущественно для меня, или у тебя была другая причина не желать нашей встречи.

- Ошибаешься, - ответил Кэмден. - Есть и третья: я считаю, что в данном вопросе тебе гораздо полезнее, если инициатива будет исходить от тебя.

- Хорошо, - с вызовом сказала девушка и расправила плечи. - Сколько существует Неспящих, кто они и где находятся?

- Судя по тому, что ты применяешь термин "Неспящие", значит, уже читала о них кое-что, - заметил Кэмден. - Следовательно, ты уже знаешь, что пока вас 1082 человека в Соединенных Штатах, есть и за рубежом, в крупных городах. Семьдесят девять человек живут в Чикаго. Только девятнадцать старше тебя.

Кэмден, сидевший в своем рабочем кресле, подался вперед, чтобы получше рассмотреть дочь. Наверно, ему нужны очки, подумала Лейша. Его волосы уже совсем седые, редкие и жесткие, как щетина старой швабры. Газета "Уолл-стрит джорнэл" напечатала его имя в списке ста самых богатых американцев; газета "Вименз Вэар дейли" писала, что он единственный миллиардер в стране, который не посещает дипломатических приемов, благотворительных балов и не ищет дружбы министров. Реактивный самолет Кэмдена переносил его с одной деловой встречи на другую и почти никуда больше. Год от года он становился все состоятельнее, все рассудочнее и вел все более уединенную жизнь. Лейша почувствовала прилив прежней нежности к отцу.

Она боком уселась в кожаное кресло, свесив через подлокотник длинные стройные ноги.

- Ну, тогда я бы хотела познакомиться с Ричардом Келлером.

Юноша жил в Чикаго и из прошедших бета-тест Неспящих был ближе всех к ней по возрасту. Ему исполнилось восемнадцать.

- Можешь не спрашивать меня, а просто поехать.

Лейше послышались нетерпеливые нотки. Отцу нравилось, когда она сама разбиралась в чем-то и только потом сообщала ему.

Лейша рассмеялась:

- Знаешь что, папа? Ты предсказуем.

Кэмден тоже рассмеялся. Они все еще веселились, когда в кабинет вошла Сьюзан.

- Он, безусловно, непредсказуем. Роджер, как насчет этого совещания в Буэнос-Айресе в четверг? - Не дождавшись ответа, она переспросила пронзительным голосом: - Роджер?! Я с тобой разговариваю!

Лейша отвела взгляд. Два года назад Сьюзан окончательно бросила генетику, чтобы вести дом Кэмдена и следить за его расписанием; до этого она изо всех сил пыталась заниматься и тем, и другим. С тех пор как Сьюзан оставила Биотехнический институт, она, как казалось девушке, сильно изменилась. В голосе то и дело слышалось раздражение. Она настаивала, чтобы прислуга подчинялась ей беспрекословно. Русые косы сменили застывшие, тщательно уложенные платиновые волны.

- Оно состоится, - сказал Кэмден.

- Ну спасибо, что ответил. Я еду?

- Если хочешь.

- Хочу.

Сьюзан вышла из кабинета. Лейша встала и потянулась, поднявшись на цыпочки. Так чудесно чувствовать потоки льющегося из широких окон солнечного света. Отец смотрел на нее с каким-то странным выражением.

- Лейша...

- Что?

- Навести Келлера. Но будь осторожна.

- Почему?

Но Кэмден не захотел ответить.

Голос в трубке звучал настороженно.

- Лейша Кэмден? Да, я знаю, кто ты. В три часа в четверг?

Особняк в колониальном стиле, выстроенный лет тридцать назад на тихой пригородной улице, выглядел весьма скромно. Только на нескольких крышах виднелись ячейки батарей И-энергии.

- Входи, - пригласил Ричард Келлер.

Он был не выше ее, коренастый, кожа густо усыпана угрями. Видимо, никаких генетических изменений, кроме сна, родители не заказали, подумала Лейша. У него были густые черные волосы, низкий лоб и кустистые черные брови. Прежде чем закрыть дверь, он внимательно посмотрел на машину девушки с шофером, припаркованную у дорожки рядом со ржавым десятискоростным велосипедом.

- Я еще не умею водить, - пояснила она. - Мне только пятнадцать лет.

- Научиться легко, - заметил Ричард. - Итак, зачем пожаловала?

Лейше понравилась его прямота.

- Чтобы познакомиться с кем-нибудь из Неспящих.

- Разве ты еще ни с кем не знакома? Ни с одним из нас?

- А ты хочешь сказать, что вы все знакомы между собой? - Этого она не ожидала.

- Пойдем, Лейша.

Она последовала за ним в глубь дома. Его комната - большая и просторная - была уставлена компьютерами и картотечными шкафчиками. В углу стоял тренажер. Такая комната у любого хорошего ученика из ее класса, только эта более бедная, да еще отсутствие кровати делало ее просторнее.

- Эй, ты работаешь над уравнениями Боска?

- Над их применением.

- Каким?

- Схема миграции рыбы.

Лейша улыбнулась:

- Да, они подойдут. Мне никогда это не приходило в голову.

Казалось, Ричард не знает, как реагировать на ее улыбку. Он посмотрел на стену, потом на ее подбородок:

- Интересуешься экологией Гаэа?

- Да нет, - призналась Лейша. - Собираюсь изучать политику в Гарварде на подготовительном юридического. Но, конечно, нам преподавали Гаэа в школе.

Взгляд Ричарда наконец-то оторвался от ее лица. Он запустил пальцы в свою шевелюру:

- Садись, если хочешь.

Лейша с уважением посмотрела на плакаты, где по синему фону, как океанские течения, бежали лазурные разводы.

- Здорово. Сам программировал?

- Ты совсем не такая, как я себе представлял, - произнес Ричард.

- А какой ты меня представлял?

- Заносчивой. Высокомерной. Пустой, несмотря на твой высокий КИ [коэффициент интеллекта].

Она не ожидала, что ее это так заденет.

- Из всех Неспящих только двое по-настоящему богаты. Ты и Дженнифер Шарафи. Впрочем, для тебя это не новость, - выпалил Ричард.

- Нет. Никогда не интересовалась.

Он сел на стул рядом и, сгорбившись, вытянул ноги.

- Вообще-то смысл тут есть. Богатым ни к чему генетически изменять своих детей - они считают своих отпрысков и без того выше всех. Благодаря капиталам. А бедняки не могут себе этого позволить. Мы, Неспящие, принадлежим к верхушке среднего класса, где ценят ум и время.

- У моего отца такие же ценности, - сказала Лейша. - Он ярый сторонник Кенцо Иагаи.

- О Лейша, неужели ты думаешь, я не знаю? Или ты меня испытываешь?

Лейша смогла скрыть обиду.

- Прости. - Ричард резко оттолкнул стул и забегал по комнате. - Мне, правда, очень жаль. Но я не понимаю... не понимаю, что ты здесь делаешь.

- Мне одиноко. - Лейша поразилась собственным словам. Она взглянула на него снизу вверх. - Честное слово. У меня есть друзья, и папа, и Алиса. Но никто по-настоящему меня не понимает...

Лицо Ричарда осветила улыбка. Улыбка преобразила его лицо, оно прямо засветилось.

- Я тебя прекрасно понимаю. Что ты делаешь, когда они говорят: "Мне приснился такой сон!"?

- Вот именно! - сказала Лейша. - Но это еще полбеды. А вот когда я произношу: "Я для тебя это поищу сегодня ночью", - они очень странно реагируют.

- Ну, это тоже ерунда, - подхватил Ричард. - А вот когда ты играешь в баскетбол в спортзале после ужина, потом идешь в столовую, а после предлагаешь прогуляться, а тебе отвечают: "Я и вправду устал. Пойду спать".

- И это мелочи! - воскликнула Лейша, вскочив. - Стоит тебе увлечься фильмом и закричать от восторга, как Сьюзан говорит: "Лейша, можно подумать, что никто, кроме тебя, никогда не радовался".

- Кто такая Сьюзан? - спросил Ричард.

Настроение улетучилось, и Лейша тихо обронила: "Мачеха", - не испытывая лишний раз досады от несоответствия того, чем Сьюзан стала и чем могла бы стать. Ричард стоял всего в нескольких дюймах от нее и улыбался. Внезапно Лейша подошла к нему вплотную и обняла за шею, а когда он дернулся назад, только сильнее сжала руки. И разразилась рыданиями. Впервые в жизни.

- Эй, - произнес Ричард. - Эй!

- Остроумно, - рассмеялась Лейша.

Он смущенно улыбнулся:

- Лучше взгляни на кривые миграции рыб.

- Нет, - всхлипнула Лейша, и они долго стояли обнявшись, и Ричард неловко похлопывал ее по спине.

Кэмден ждал дочь, хотя уже миновала полночь. Он много курил. Сквозь синий от дыма воздух он спросил:

- Ты хорошо провела время, Лейша?

- Да.

- Я рад. - Он погасил сигарету и стал подниматься по лестнице медленно, на негнущихся ногах, ведь ему было почти семьдесят, - в спальню.

Их видели вместе почти целый год: в бассейне, на танцах, в музеях, в библиотеке. Ричард познакомил ее с остальными двенадцатью Неспящими от четырнадцати до девятнадцати лет.

Вот что узнала Лейша. Родители Тони Индивино, как и ее собственные, развелись. Но четырнадцатилетний подросток жил с матерью, которой не особенно хотелось иметь неспящего ребенка, в то время как его отец, мечтавший именно о таком, обзавелся красной спортивной машиной и молодой любовницей. Тони не позволяли никому рассказывать о том, что он Неспящий, - ни родственникам, ни одноклассникам.