Еврипид
Андромаха
Действующие лица
Андромаха
Рабыня
Хор фтийских женщин
Гермиона
Менелай
Мальчик, сын Андромахи
Пелей
Кормилица
Орест
Вестник
Фетида
Действие происходит во Фтии, перед дворцом Неоптолема и святилищем Фетиды.
Пролог
Андромаха(у алтаря Фетиды)О город Фив[1], краса земли азийской,Не из тебя ль с усладой золотойУвезена, очаг царя ПриамаУзрела я, чтоб Гектору женойМне стать, детей ему рождая? О,Завиден был ты, жребий Андромахи!Сегодня ж… есть ли женщина, меняНесчастнее? Я Гектора, АхилломУбитого, видала, на моихГлазах дитя мое, Астианакта,От Гектора рожденного, с высокойАхейцы башни сбросили, копьемВзяв Илиона землю… Я ж, увы!Рабынею я, дочь не знавших ига,Увидела ахейский небосклон.На острове рожденный, как добычуОтменную, меня НеоптолемК себе увез из Трои… и в равнине,Где фтийские с фарсальскими садыСливают тень, я обитаю… ЭтиКогда-то, брак с Пелеем заключив,Поля себе избрала Нереида,Таясь толпы… И фессалийский людФетиды им оставил имя, гордыйНевестою Пелея. Внук егоФарсальское оставил царство деду;У старика он скипетра из рукНе хочет брать… А я в чертоге фтийскомС Ахилловым наследником, моимВластителем, соединившись, сынаЕму дала. Сначала, и бедойПовитая, я берегла надежду:Вот вырастет ребенок – будет мнеОпорою среди беды… Но ложеМое презрев невольничье, – увы! —Лаконянку в супруги ГермионуВзял повелитель мой, и с этих порГонима я: царица уверяет,Что снадобьем неведомым ееБесплодною я сделала и мужуПостылою и будто я хочуЕе занять в чертоге место, силойЗаконную супругу удалив.Неправда это. И тогда неволейЕго прияла ложе я – свидетельВеликий Зевс тому; теперь же, с нимРазлучена, вдовою я живу.Но убедить нельзя ее, и смертиМоей царица ищет. С ней отецСоединил и Менелай заботы…Он здесь теперь… Чтоб дочери помочь,Из Спарты он приехал… Ужас бледныйМеня загнал в соседний с домом храмФетиды: жизнь богиня не спасет ли?И сам Пелей, и царский род егоЛелеют храм, который миру памятьО браке Нереиды бережет…А сын его чтоб не погиб, я тайноЕго к чужим послала… С нами нет,Увы! – того, кем он рожден, и сынуНичто теперь Неоптолем, и мне…Царь в Дельфах, – он за гнев безумный платит:Когда отца убили у него[2],Он Феба звал к ответу в том же храме,Где молит о прощении теперь,Чтоб возвратить себе улыбку бога…Из дворца выходит троянская рабыня.
РабыняО госпожа! Звать именем такимЯ не боюсь тебя… Я помню – имяДостойно ты носила это, в ТроеКогда еще мы жили и тебеИ Гектору покойному служилиМы всей душой… С вестями я к тебе…Чтоб из царей кто не проведал, страшно,Да и тебя-то жалко… Берегись:Недоброе замыслили спартанцы.АндромахаО милая подруга! Для меня,Твоей царицы прежней, ты – подругаВ несчастиях… Придумали-то что ж?Какую сеть для Андромахи вяжут?РабыняО горькая! Они горят убитьРожденного и скрытого тобою.АндромахаО спрятанном проведали?.. О, горе!Откуда же? О, смерть, о, злая смерть!РабыняНе знаю уж откуда, но слыхала,Что Менелай отправился за ним.АндромахаПогибли мы – два коршуна захватятИ умертвят тебя, мой сын; а тот,Кого зовут отцом твоим, не с нами.РабыняДа, при царе ты б, верно, столько мукНе приняла – друзей вокруг не видно.АндромахаНо, может быть, Пелей… Как говорят?РабыняКогда б и здесь он был, старик не помощь.АндромахаК нему гонцов я слала и не раз…РабыняГонцов… да, как же! До тебя ль им ныне?АндромахаНо если б ты к нему пошла… Что скажешь?РабыняЧем долгую отлучку объясню?АндромахаТы женщина, тебя ль учить уловкам?РабыняОпасно: зоркий глаз у Гермионы.АндромахаВот видишь ты… В беде и друг с отказом.РабыняНет… подожди с упреками – к ПелеюЯ все-таки пойду… А коль бедаСо мною и случится, – разве стоитРабыни жизнь, чтоб так щадить ее?Уходит.
АндромахаИди. А я, привычная к стенаньямИ жалобам, эфиру их отдам.Природою нам суждено усладуТяжелых бед в устах иметь, и словДля женщины всегда отрада близко.Одно ли мне в груди рождает стонНесчастие? Где Фивы? Где мой Гектор?Как жребий мне суровый умолить,Что без вины меня рабыней сделал?Нет, никого из смертных не дерзайСчастливым звать, покуда не увидишь,Как, день свершив последний, он уйдет.В Трое Парис не невесту, он в Трое только слепоеМиру безумье явил, ложу Елену отдав.Из-за нее и тебя на сожженье и тяжкие мукиТысяче вражьих судов бурный оставил Арес.Горе… О, Гектор, о, муж – и его вокруг стен ИлионаНа колеснице повлек сын Нереиды, глумясь…Следом и мне, уведенной на брег из чертогов Приама,Горького рабства позор тяжкие косы покрыл…Сколько я слез пролила, покидая для дальнего пленаГород и брачный чертог, мертвого мужа в пыли…Или вам надо еще и рабыню спартанской царевны,Солнца лучи, обливать, если, измучена ей,Я, изваянье богини с мольбою обвивши руками,Стала скалой и одни слезы лучам отдаю?Парод
К Андромахе приближается хор фтийских жен.
ХорСтрофа 1Долго, жена, ты сидишь на пороге и храма ФетидыБудто покинуть не смеешь.Фтии я дочь, но к тебе прихожу, азиатка; нельзя лиЧем облегчитьМне муку твою и петли распутать?Те петли вражды ненавистной, которые вяжетТебе Гермиона,Горькой участнице бракаС Неоптолемом двойного?Антистрофа IТолько подумай, какой безысходной ты муки добилась,Споря с царицей надменно…Дочь Илиона, равняясь с рожденными в Спарте царями,Не умоляйАлтарь, где овец богине сжигают,И дом Нереиды! Зачем, изнывая от плача,Ты хочешь обидуГоршую видеть и муки?С сильными споры безумны.Строфа IIЖенщина! Лучше покинь блестящий приют Нереиды:Ты на чужбине,Страны ты далекой добыча.Разве кого из друзей,О злополучная, здесь ты увидишь,О жертва горького брака?Антистрофа IIЖребий твой слезы, троянка, вздымает в грудиприближенныхФтийского дома,И только из страха мы молим,Жалобы в сердце тая,Чтобы Кронидовой дочери чадо[3]Приязни сердца не зрело.Эписодий первый
Из дворца выходит Гермиона.
ГермионаМой золотом сияющий уборИ пестрые одежды не видалиАхиллова дворца, и ими насНе награждал Пелей… ЛакедемонаОни отрадный дар, и мой отец,Царь Менелай, приданого немалоСо мной прислал. Вот отчего мне устРечами вы не заградите, жены…И ты, раба, добытая копьем,Ты завладеть чертогом царским хочешь,Нас выбросив? Ты зельями женуЗаконную постылой мужу сделатьИ семена в ней погубить горишь?Ваш род хитер там, в Азии, я знаю,Но есть узда и нa коварных жен.Ни этот дом Фетиды, ни алтарныйЕе огонь, ни храм не сберегутТебя, жена, и ты умрешь. А еслиСпасти тебя иль смертный, или богКакой-нибудь захочет, то придется,С гордынею расставшися, тебеУниженно и трепетно колениМои обвить, полы мести, водоюПроточною из урны золотойМой дом кропить руке твоей придется.Давно пора припомнить, что за крайВокруг тебя; ни Гектора, ни свекраПриама нет с тобой. В Элладе ты…О, дикости предел… или несчастья…Делить постель рожденного царем,Которым муж убит, и кровь убийцыПереливать в детей… Иль весь таковРод варваров, где с дочерью отец,Сын с матерью мешается, и с братомСестра живет, и кровь мечи багритУ близких, а закон не прекословит?..Нет, не вводи к нам этого!.. У насНе принято, чтоб дышло разделялоДвух жен царя, и если дома мирКто соблюсти желает, тем КипридыДовольно и одной для глаз и ложа…КорифейДа, женщинам дележ не по душе,А если он на ложе, – и подавно.АндромахаУвы! Увы!О, молодость пощады не дает[4],Когда она задумала обидеть.Боюсь: слова рабыни, пусть ониИ истиной сияют, ты отвергнешь.И одолеть боюсь тебя: одноОт торжества нам горе. Не выносятНадменные от слабых, госпожа,Слов истины победных… Но в изменеСамой себе меня не уличат.О, если бы ты, юная, открылаМне тайну победить тебя сама!..Иль Троя Спарты больше? Иль спартанкиСчастливей я? Свободнее ее?Или занять твое надеюсь ложеЗатем, жена, что юностью цвету,Ланитами и золотом сияюИль верными друзьями? Может быть,Ты думаешь, что мне, жена, отрадноУнылый груз рабов твоих влачить?Иль если бы бесплодной навсегдаОсталась ты, тогда бы царство ФтииНарод доставил сыновьям моим?Меня ведь любят эллины – не так ли —За Гектора? Иль, может быть, ничтожнойБыла я там, а не царицей Трои?Нет, если муж не любит, колдовствоНапрасно ты винишь; свою негодностьВини скорей. Есть зелья в нас самих, —И не краса, не думай, – сердца чарыПленяют дух мужей. Тебя ж едваЧто огорчит – ты тотчас Спарту славишь,А дом царя порочишь. Ты однаБогатая, все – нищие, и вышеПелида Менелай. Вот отчегоЦарю ты не угодна. Женам надоЛюбить мужей и слабых и сердецСварливым нравом не тревожить их.Когда б царю фракийскому была тыВ страну потоков снежных отдана,Где делит муж меж жен, и многих, ложе —Что ж? Иль и там соперниц истреблятьИскала б ты, чтоб укоряли женИз-за тебя в неутолимой жажде…Кто ж не поймет, что женщине больнейЕе недуг любовный, чем мужчине!Но мы таить его умеем… О,О Гектор мой, когда порой КипридаТебя с пути сводила, я тебеПрощала увлеченья, я рожденнымСоперницей не раз давала грудь…Я не хотела, чтоб осталась горечьВ твоей душе: лишь нежностью тебяЯ возвращала ложу… Ты ж, царица,Над мужем ты дрожишь, росе небесСвоею каплей нежной не даешь тыЕго коснуться даже… Берегись,Чтоб мужелюбьем матери тебеНе постыдить!.. Нет, детям, если разумВ них не погас, с порочных матерейНе брать бы, кажется, примера лучше…КорифейО госпожа, пока легко, склонисьНа слово примиренья, если можно…ГермионаШумиха слов! О скромности фиал,Ты на мою нескромность даром льешься!АндромахаНескромность, да… твоих недавних слов…ГермионаОт разума иных подальше б только…АндромахаСтыда в вас нет, о юные уста!ГермионаОн в замыслах рабыни молчаливых?АндромахаЛюбовных ран ужель нельзя таить?ГермионаДля женщины Киприда – все на свете.АндромахаДля скромной, да… Но разве ты скромна?ГермионаНе варваров царит у нас обычай!АндромахаПозор, жена, и там и здесь – позор.ГермионаУмна ты, да! А вот спасись, попробуй.АндромахаНа нас глядит Фетида, постыдись!ГермионаТебя она за сына ненавидит.АндромахаНет, дочь его убийцы[5] – это ты!ГермионаКакая дерзость эту рану трогать!АндромахаО, скованы уста мои… молчу…ГермионаЗачем молчать, когда ответ мне нужен?АндромахаТы не по-царски мыслишь – вот ответ.ГермионаПокинь сейчас алтарь богини моря!АндромахаТы поклянись, что не убьешь меня.ГермионаНе мужа ждать для этого я буду…АндромахаНо раньше я не сдамся, не мечтай!ГермионаВот подожгу тебя, и горя мало.АндромахаМечи огонь! Богов не ослепишь…ГермионаТы боль от ран почувствуешь на теле.АндромахаРежь! За алтарь окровавленный свой,Ты думаешь, богиня не накажет?ГермионаО, варваров бесстыдная отвага…Над смертью ты глумишься. Но тебяЯ уберу, и скоро. Знаешь, дажеБез всякого насилья. Уж таковСилок мой новый, женщина. Ни словаПокуда не открою, пусть самоСебя покажет дело. Оставайся,Пожалуй, там; но если б и свинецРасплавленный сковал тебя с подножьем, —Пелидов сын, твоя надежда, здесьИ не мелькнет еще, а я успеюОт алтаря в силки тебя завлечь…Уходит в дом.
АндромахаДа, в нем одном надежда… От укусаЗмеиного лекарство знает умБожественный для смертных, и ехидны,И пламени загладятся следы, —Лишь женщина неисцелимо жалит…Стасим первый
ХорСтрофа IБедствий великих вина,О, для чего ты, КронидаСын и Майи рожденье,Блеском одев золотым,Трех дивных богинь колесницуВезти заставил свою?..Враждой ненавистнойПылавших, кому красотыПастух одинокийПрисудит наградуВ тихом своем жилище?Антистрофа IРощей кудрявою склонИды покрыт был, и, в горныхВолнах омыв серебристыхБелые раньше тела,Парису богини предстали.Был жарок спор их… Но призКиприде достался…Словами, полными нег,Она победила,Но горькими Трое,Гордым ее твердыням…Строфа IIО, зачем Париса мать щадила,Над своим страданьем задрожав?Пусть идейских бы он не узрел дубрав!Не о том ли вещая вопила,Феба лавр в объятиях зажав,Чтоб позор свой Троя удалила?Иль старшин Кассандра не молила,К их коленям, вещая, припав?Антистрофа IIДочерей печальных ИлионаНе коснулось иго бы… А ты,О жена, с твоей блестящей высотыНе упала б в эту бездну стона…И моей земле бы не пришлосьДесять лет поить железо кровью.Сколько слез бы, верно, к изголовьюУ старух[6] припавших, не лилось!Эписодий второй
Входит Менелай, ведущий мальчика, сына Андромахи.
МенелайНу, женщина, вот сын твой. Ты егоОт дочери напрасно затаила…Ты думала, кумир тебя богиниСпасет, его ж – друзья твои. И вотПерехитрил тебя спартанец… ЕслиСвященного подножия сейчасТы не захочешь бросить, я зарежуПеред тобой птенца. Скорее взвесь,Что выберешь: самой лишиться жизниИли дитя за материнский грех,Который предо мной ты совершилаИ дочерью моей, отдать ножу?АндромахаО слава! Скольким тысячам ты гребеньНад головой вздымаешь, хоть ониВ ничтожестве зачаты… Если правдойТы вызвана на солнце, слава, голосБлагословляю твой. Но если ложьТебя родит, тебя я не признаюНаградой доблести, – лишь счастья даром.И это – ты? Ты – вождь, ахейский вождь,Вождь избранных, завоеватель Трои, —И дочери, почти ребенка, тыСлугою стал, с ней гневом пышешь, женам,Задавленным несчастьями, войнуКичливо объявляешь? О, неужто жТы Трою взял действительно и пастьПеред таким могла героем Троя?Снаружи лишь, о призрачный мудрец,Блистаешь ты – природой нас не выше,Хоть, точно, в золоте большая сила.Нет, Менелай, окончим разговор.Ведь если я умру, – одно бесславьеДа прозвище убийцы дочь твояДобудет, царь. Да и тебе, подручный,Без пятен на хитоне не уйти…А выбери я жизнь и дай ребенкаТебе убить, – что ж, думаешь, отецБез должного возмездия оставитПоступок ваш? Под Троей заслужилОн, кажется, не труса имя. СынАхиллов он и внук Пелея: этоПришлось бы вам припомнить, Менелай…Он дочь твою прогонит. И, другомуПотом ее вручая, чем, скажи,Ты объяснишь разлуку с первым мужем?Иль строгостью ее, что выноситьПорочного супруга не хотела?Но ведь не скроешь правды. Да и ктоВозьмет ее? Иль до седин вдовицуСам украшать оставишь ты чертог?Грядущих зол потока ты не видишьНад головой, безбожник! ПредпочелСоперниц бы и многих и обидныхИх ужасу, конечно, ты, егоКогда бы мог представить. Бед великихНе создавай из мелочей пустых.Мы, женщины, ужаснейшее зло;Но вам, мужчинам, кто велел – природеУподобляться женской? Вот и ты:Ты дочери поверил, что ееБесплодною я делаю; поверь жеИ мне, что слова я наперекорНе молвлю и алтарь оставлю, еслиТвой зять решит, что я виновна. Кто жБесплодие жены больнее мужаПочувствует, спартанец? Все теперьСказала я и жду… В тебе же, царь,Меня одно страшит: ведь и фригийцевИз-за жены ты некогда сгубил.КорифейТак говорить с мужчинами – не то же ль,Что выше цели брать?.. Удар пропал…МенелайТак, женщина, все это мелко: тронаСпартанского или Эллады выНе стоите, конечно, как добычаПобедная. Но сердце утолитьНам иногда отраднее, чем ТроюСломить и взять. А дочери помогНе в пустяке я даже – потерятьИмущество для женщины печально,Но мужа ей лишиться прямо смерть…Ну, а рабы! Мои ль НеоптолемуЕго ли мне, неужто их делить?Да, у друзей нет своего, коль точноОни – друзья, все общее у них…И если бы кто дожидаться вздумалДля личных дел приезда друга, онНе мудрость бы тем показал, а трусость…Ну, будет же, спускайся к нам, святыхНе бремени. В тебе спасенье сына…Себя ж спасая, ты его убьешь:Из вас двоих один на свете лишний.АндромахаУвы! Увы! О выбор, горек ты!Жизнь или смерть? Ужасен жребий смерти,А вынуть жизнь – ужасней, может быть.Ты, малую в пожар раздувший искру,За что меня ты губишь, отвечай!Иль предала какой я город? ИлиЯ из детей зарезала когоТвоих? Где дом, который подожгла я?Насилием – владыки своегоЯ разделила ложе… Я ль виновна?Царя казнить ты должен бы; чего жеИсточник зла обходишь ты – и струйкуСтараешься далекую засыпать?О, муки! Ты, о город мой… за что,За что терплю? Я для того ль рождала,Чтоб, цепь на цепь надев, носить двойную?К чему мне жить? На что направить взор?На то ль, что есть? На то ль, что раньше было?Я видела, как Гектора колесаО землю били до смерти. ПылалПередо мною город, и за косыНа корабли ахейские меняРабынею влачили – я справлялаВо Фтии брак с убийцы сыном… Нет,К чему скорбеть о прошлом, если слезЕдва хватает для насущных бедствий?Как свет очей, один мне оставалсяМой сын. Его хотят убить… За что,Не знаю, только не за то, что солнцеМне, матери, так дорого. О нет…В спасении его вся жизнь! И видеть,Что он не дышит больше… О, позор…Гляди же, царь… Алтарь оставлен… В рукиЯ отдаюсь твои: души меня,Закалывай, вяжи, за шею вешай…Дитя мое, я мать, и, чтобы тыНе умер, я иду к Аиду. ЕслиТы избежишь судьбы, не забывай,Что вынесла я, умирая; шеюОтцовскую обвив, средь поцелуевИ слез, дитя, скажи ему, что видел.Да, для людей ребенок, это – жизнь,И если кто бездетный в неразумьеМеня корит – от боли острой онХоть и ушел, но верьте: этот мужНесчастьем большим счастье окупает.КорифейЯ слушала ее с глубокой скорбью:Несчастие и вчуже слезы намВ глазах родит. Ты должен бы, спартанец,Свести ее с царевною своейИ примирить, освободив от муки.Менелай(рабам)Гей… взять ее да крепче руки спутать!Живей, рабы… Тяжелые словаПридется ей услышать.(К Андромахе.)Я обманомТебя совлек, жена; иначе какТобою бы я завладел, священныйАлтарь не оскорбляя? О тебе,Пожалуй, и довольно. Что ж до сына,Царица-дочь решит, казнить иль нетЕго, а ты в чертог ступай. ЗабудешьНадменностью свободных удивлять.АндромахаУвы! Увы! Опутана обманом!МенелайВсем объявляй… Действительно обман…АндромахаИль на брегах Еврота это – мудрость?МенелайОбиды мстить умел и Илион.АндромахаИль боги уж не боги и не судят?МенелайПусть судит бог; я все ж тебя казню…АндромахаИ этого птенца – ужели тоже?МенелайЯ – нет… Пусть дочь, коль хочет, и казнит.АндромахаОн порешен тогда… Вы, слезы, лейтесь!МенелайНе поручусь и я, что будет жив.АндромахаО ты, народ, для мира ненавистныйИ Спартою надменный… Ты коварствСоветчик, царь над ложью, хитрый швецИз лоскутов порока, о, нечистый,Увертливый, змееподобный ум!..Не стоите удачи вы, спартанцы;Рекою кровь вы льете, до прибыткаЛишь алчные, с речами между губНе теми, что в сердцах. О, пусть бы вовсеВас не было на свете… Мне же, царь,Не так уж горько, как ты думал. Раньше,Давно, я умерла с свободой нашей,С тем Гектором, чей меч тебя не разВ судов стоянку загонял, – ты помнишь? —Дрожащего. За то теперь гоплитЧудовищный грозит мечом рабыне!Что ж? Убивай ее… Вы льстивых словИз этих уст с царицей не дождетесь…Для Спарты ты велик, для Трои я,И, если мы в тисках, не надмевайся:Удар бы мог и Спарту поразить!Андромаху с сыном уводят во дворец.
За ними следует Менелай.
Стасим второй
ХорСтрофа 1Нет мира в том доме, где вечно женаС женою спорит за ложе…Где дети растут от двух матерей,Там споры кипят и пылает вражда…На ложе единомЕдиной Кипридой, о муж, насладись!Антистрофа IНет счастья и в землях, где двое владыкДруг с другом царство поделят.Не легче ль нести единую власть,Чем иго двойное и смуты напасть?Не так же ль и МузыДвух мирных за пальму поссорят певцов[7]?Строфа IIКогда пловцов несут порывы ветра, —Два рулевых и два ума рулюНе придадут отрадного движенья.Пусть будет много знающих – сильнейИх одного ум самовластный,Хоть и менее мудр он; в чертогах и градахВ воле единой народу спасенье.Антистрофа IIНе такова ль и ты, спартанка, чадоАтридово? Как пламя, ты палишьСоперницу из Илиона вместеС ее птенцом из-за слепой вражды.Этот порыв злобен, безбожен,Беззаконен, и как бы тебе, Гермиона,Каяться в том не пришлось, что свершаешь.Эписодий третий
Из дворца выводят связанных Андромаху и мальчика.
Следом выходит Менелай.
КорифейУже вот они… вотВ запряжке одной ступили за дверь.Один приговор над вами висит,О, горькая мать! О, жалкий птенец!За брак материнский умрешь ты…Но в чем же твояВина пред царями, отрок?АндромахаСтрофаГлядите – веревкою рукиИзрезаны в кровь, и в мученьяхПод землю схожу я.МальчикС тобою, родная, к крылуРодимой прижавшись, спускаюсь.АндромахаВластители фтийской земли,Вы жертвы хотели.МальчикОтец,Приди к нам на помощь… Приди…АндромахаЛюбимый, ты будешь лежать,Дитя, на груди материнской,Но мертвый у мертвой во мраке.МальчикАй… Ай… Что со мною он делает, мать,Несчастным? С тобою, родная?МенелайСтупайте под землю… От вражьих твердыньПришли вы… Но будут две казниДля вас… И тебя приговорМой, женщина, ждать не заставит,А участь отродья решит Гермиона.Порой и железомУгрозу гони из чертога.АндромахаАнтистрофаО муж мой, о муж мой! Когда быКопьем ты отбил нас… Лишь рукуПростер бы… О Гектор!МальчикО, горький, какую найдуЯ песню прогнать этот ужас?АндромахаКолени царя обвивай,Моли его, милый…МальчикО друг!О друг, пощади… не казни нас…АндромахаИз глаз моих слезы бегут —Источник без солнца, по гладкойСкале он сбегает… О, мука!МальчикУвы мне! Увы мне! Иль выхода нет?Иль что же придумать, родная?МенелайЧего припадаешь? Скорей бы скалуИль волны теперь умолил ты…Своя нам дороже печаль.Ты ж жалости в сердце не будишь.Не дешево мать нам твоя обошлась.Она лишь виною,Что сходишь в подземное царство.КорифейНо вижу я, что спешные стопыСюда Пелей направил престарелый.Входит Пелей.
ПелейСкажите мне, подручные, и ты,Начальник! Что случилось? ОтчегоРазруха в этом доме? Что за караТворится без суда?.. Остановись,Спартанский царь! Закону дай дорогу,А ты живее, раб: минуты празднойНет у меня, и никогда ещеО юности так не жалел отважнойИ сильной я. О женщина, твоиЗабыли паруса о добром ветре;Но он с тобой опять… Какой судьяТебя связать велел – и с сыном вместе?Куда ж ведут тебя, скажи? ОвцаС ягненком у сосцов теперь ты точно,И хоть ни я, ни фтийский царь тебяНе осуждал, – о женщина, ты гибнешь?АндромахаСам видишь, что меня казнить ведутИ с мальчиком, старик. Слова излишни…Не раз тебя с мольбою я звала,И вестников своих не сосчитаю…А о вражде слыхал ты, и за чтоМеня спартанка губит – тоже знаешь.От алтаря Фетиды, чтó тобоюТак нежно чтима, царь, и благороднымУкрасила твой дом рожденьем, яОтторгнута, суда же надо мноюЗдесь не было, и вас не ожидали.Ведь я одна, как видишь, где же мнеРебенка-то отбить от них, – ну вот,Чего же им тут медлить! И дитя ведьСо мной казнить решили заодно.О, я молю тебя, старик, к коленямТвоим припав, – коснуться бородыЯ не могу. Ради богов, спаси нас…Мне смерть – несчастье только, вам – позор.Пелей(рабам)Гей, узы снять с нее, покуда плакатьВам не пришлось самим. И пусть РабыняСвой разведет свободно складень рук.Менелай(им же)Ни с места, вы… Тебя я не слабееИ более над ней я господин…ПелейКак? Разве в дом ты мой переселился?Тебе и Спарта кажется тесна?МенелайЯ пленницей троянку эту сделал.ПелейНо получил по дележу мой внук…МенелайИмущества мы с ним, старик, не делим.ПелейДля добрых дел. Но ты казнишь ее.МенелайИз рук моих ты все ж ее не вырвешь.ПелейНо шлем тебе я кровью оболью.МенелайЧто ж? Подойди, пожалуй, попытайся.ПелейС угрозами туда же… человекИз жалких самый жалкий… Или словоМеж эллинов имеешь ты с тех пор,Как уступил фригийцу ложе? ЦарскийПокинуть дом открытым, без рабов,И на кого ж? Добро бы, твой очагСтыдливая супруга охраняла…А то на тварь последнюю… А впрочем,Спартанке как и скромной быть, когдаС девичества, покинув терем, делитОна палестру с юношей, и пеплосЕй бедра обнажает на бегах…Невыносимо это… Мудрено ль,Что вы распутных ростите? ЕленуОб этом бы спросить, что, свой очагИ брачные забывши чары, точноБезумная вакханка, отдаласьИ увезти дала себя мальчишке.Но пусть она… Как ты из-за нееЭлладу всю на Трою поднял? РазвеПорочная движения копьяЕдиного хоть стоила? ПрезреньемЕе уход покрыл бы я; скорейЯ б золота в приданое за неюНе пожалел, чтобы навеки домОсвободить от жен таких. Но этойБлагоразумной мысли, царь, к тебеНе заносил счастливый ветер в душу…О, сколько жизней ты скосил, и женщинОсиротил преклонных, скольких отнялУ старости серебряной, увы,Божественных детей ее, спартанец!Перед тобой стоит отец… Да, кровьАхиллова с тебя еще не смыта.А на самом царапины ведь нет,И дивные твои доспехи, воин,В прекрасных их футлярах ты назадТакими же привез, какими принял.Когда жениться внук задумал, яРодства с тобой боялся и отродьяПорочного у очага: на дочьИдет бесславье матери… Глядите ж,О женихи, на корень, не на плод…Не ты ль, увы! – и замысел преступныйТот нашептал родному брату – дочьКазнить[8], – что за безумье!.. Все дрожал,Жену бы как вернуть не помешали…А дальше что? Ты Трою взял… ЖенаВ твоих руках… Что ж? Ты казнил ее?Ты нежные едва увидел перси,И меч из рук упал… Ты целоватьИзменницу не постыдился, – псицу,Осиленный Кипридой, гладить начал.А следом в дом детей моих, когдаИх нет, являться смеешь и, бесчестноНа женщину несчастную напав,Казнить горишь ее с ребенком. Знай же,Что мальчик этот, будь рожденьем онХоть трижды незаконный, ГермионуВ чертоге и тебя вопить заставит,Коль до него коснешься… ИногдаИ для семян сухая нива лучше,Чем жирная. Так и побочный сынЗаконного достойней зачастую.Возьми ж обратно дочь свою. МилееИ бедный сват, да честный, вас – порочных,Хоть золотых мешков… А ты – ничто…КорифейОт малой искры часто до пожараЛюдей язык доводит. ОттогоС родными в спор и не вступает мудрый.МенелайКто стариков, особенно иных,Меж эллинов расславил мудрость, верно,Был не знаком с тобою, о Пелей…Ты, сын отца великого, со мноюСоединен свойством – и поднял спор,Обидный мне и для тебя позорный,Из-за жены… Да и какой!.. О томПодумал ли? Ей и за ложем Нила,За Фасисом[9] нет места ей – другойБлагодарил меня бы, – уроженкеТой Азии, где столько мертвых телПригвождено к земле сынов Эллады!К тому же кровь Ахиллова на ней:Был Гектору, ее супругу, братРодной Парис, что сына твоегоСтрелой убил. Ты ж осенять дерзаешьЕе своею кровлей и за столСажаешь свой; в старинном доме этомОна детей рождает, – и растутАхейские враги. За нас обоихСоображал я, старец, коль ееКазнить хотел. Зачем же мне мешаешь?От слова ведь не станется: постой…Пусть дочь бесплодна будет, а у этойРодятся сыновья. Ужель царитьТы варварам в Элладе дашь? И выводТакой, что я безумец, коль неправдуПреследую, а ты умен… ЗатемИ это взвесь. Допустим, дочь свою тыЗа гражданина выдал, он же с нейТак поступил, как вот с моей – твой внук;Сидел бы молча ты? Навряд ли! Я жеНе трогаю его, а только с ней,С разлучницей и с варваркой, считаюсь;И ты такой на свойственника крикПоднять изволил? А ведь от обидИ женщине бывает больно. МужуВ хоромах смерть – гулящая жена;Ну, а супруге каково? У мужаСвоя рука – владыка; для нее жеОдна защита – братья и отец.Так вот и я за дочь свою вступился;И это – грех? Ах, стар ты, стар, Пелей!Затем, поход ты мой поносишь. СлавуСтяжал я им бессмертную. НесчастьеЕленино – вина одних богов…И ты забыл о пользе для Эллады…В оружии, да и в боях сперваЧто смыслили и чем потом мы стали?..Без опыта научишь ли кого?Что ж до того, что я, жену увидев,Не захотел убить ее, то умЯ обнаружил этим только… лучшеИ ты бы Фока, царь, не убивал[10].Из дружелюбья, не остуды радиТебе ответил я… Пусть пыл сердечныйИ гневные слова – твой арсенал…Одним я горд – спокойным рассужденьем.КорифейПокиньте же – исхода лучше нет —Вы спор пустой, иль вас вина сравняет!ПелейКак ложен суд толпы! Когда трофейУ эллинов победный ставит войскоМежду врагов лежащих, то не теПрославлены, которые трудились,А вождь один себе хвалу берет.И пусть одно из мириады копийОн потрясал и делал то, что все,Но на устах его лишь имя. ГордоИ мирные цари сидят в советах:Их головы вздымаются меж граждан,Хоть и ничтожны души. А у техНеизмеримо более ума;Все дело лишь в желанье и отваге.Речь здесь о вас, Атриды. После Трои,Исполнив роль стратегов, над толпой,Как гребнем, вы подняты, надмеваясьТрудами и страданьями солдат.Но, коль не хочешь увидать в ПелееВрага опасней, чем Парис, тебеСоветую оставить эти стены,Да поскорей. С собой и дочь бериБесплодную: от нашей крови царскойРожденный внук, взяв за косу ее,Не вывел бы, гляди. Любуйся, видишь,Негодною телицей: что самаРодить не может, так не смей другаяТелят носить. А что ж, прикажешь намИ умирать бездетными, – коль жребийНе балует ее?.. А вы теперьСтупайте прочь. Желал бы я взглянуть,Кто развязать ее мне помешает.Встань, женщина. Мои – нетверды руки,Но узел твой распутают. Во чтоТы обратил ей руки, жалкий: точноБыка иль льва ты петлею давил.Иль, может быть, боялся ты, что мечОна возьмет в защиту?.. Подсоби мне,Дитя, ее распутать. ВоспитаюВо Фтии я тебя на страх таким,Как этот царь. О, если бы не славаВоенной силы, Спарта, – в остальномПодавно ты последняя на свете…КорифейВольноязычен старцев род; а разГнев охватил его, он безудержен.МенелайДо брани ты унизиться готов.Ну что ж, во Фтии гость я; не хочуНи обижать, ни выносить обиды…К тому же нам и недосуг: домойМеня зовут. Соседний Спарте город,Доселе ей союзный, на нееВосстал, и мне приходится войноюЕго смирять. Я ворочусь, когдаУлажу это дело, чтобы с зятемПоговорить открыто: он своиЖелания предъявит, но и наши,Я думаю, захочет услыхать.И если он, почтив меня, рабынюСвою накажет – будет сам почтен;А встреть я гнев – такой же, может быть,И он расчет получит свой: деламиИ я отвечу на его дела.Твое ж меня не трогает усердье:Ты – тень бессильная, которой голосОставлен, но и только. Говорить —На это лишь Пелея и хватает…Уходит.
Пелей(мальчику)Иди сюда, дитя мое, – тебеМоя рука оградой будет…(Андромахе.)Ты же,Несчастная, не бойся… Бури нетВокруг тебя. Ты в гавани, за ветром…АндромахаО старец, пусть бессмертные тебеЗаплатят за спасение ребенкаИ за меня, бессчастную. Но все жОстерегись засады – как бы силойНе увлекли опять меня: ты стар,Я женщина, а это – слабый мальчик,Хоть нас и трое. Мы порвали сеть,Да как бы нам в другую не попасться!..ПелейУдержишь ли ты женский свой языкС его трусливой речью!.. Подвигайся!Кто тронет вас, и сам не будет рад:Ведь милостью богов еще мы здесьИ конницу имеем и гоплитов,Да постоим и сами. Иль такойУж дряхлый я, ты думаешь? Добро быБыл сильный враг, а этот – поглядеть,И ставь над ним трофей, хоть ты и старец.О, если есть отвага в ком, томуИ старость не помеха. Молодые ж,Да робкие, – что крепость их, жена!Уходят в дом.
Стасим третий
ХорСтрофаИль не родиться,Иль благородного сыном отцаВ доме вельможном родиться желай.Лучше не житьВовсе на свете незнатным,В бедности солнца лучше не видеть:Если пристигнет нуждаДоброго, в силе природнойОн имеет опору.Кто от достойных предков,Слава того не смолкнет.Даже останкиДобрых лелеет время:Их и на гробеСветочем доблесть сияет.АнтистрофаДаже победы,Если победа бесславит тебя,Лучше не надо; насильем вотще,Или же завистью, мужПравду свергает. НедолгоСладость победы длится:Скоро цветок завянет,Ляжет на грудь он камнем…Ты лишь люба нам,Правая сила в браке,Правая в людях;В жизни иной нам не надо.ЭподО старик Эакид!Верю теперь я – точно,Славный копьем,Ты ходил на кентавровВ сонмах лапифов, старец…Верю – тебя носила,Точно, ладья бесстрашных,И за руно златое —Верю – изрезал дерзкоМоре, старик, ты, где островС островом волны сшибают;Ты и с чадом КронидаПод ИлионВместе ходил, чтоб ЕвропуСветлой украсить добычей.Эписодий четвертый
Из дворца выбегает кормилица.
КормилицаОй женщины, ой милые, что бед!Одну сожнешь – гляди: другая спеет…В чертогах госпожа моя[11] – я вамО Гермионе говорю, – увидя,Что брошена отцом, в раздумье впала;Что скажет муж, она боялась, видно,О дерзости узнав ее: поди ж,Придумала-то что: казнить рабу,Да и с ее приплодом. Тут изгнаньеИ даже меч грозит, пожалуй. Веришь,Насилу вынули из петли, ножУ ней теперь рабы там отнимают,С несчастной глаз не спустят. Варом сердцеРаскаянье ей залило, а умС недавних бед нейдет. Что было силы,Все извела, чтоб оттащить ееОт петли я. Теперь подите вы,Попробуйте помочь: бывает, старыхИ слушать-то друзей мы не хотим,А новые придут, – и уступаем.КорифейДа, там рабы действительно вопятС твоим согласно, женщина, рассказом;Но, кажется, несчастная самаПокажет нам сейчас весь ужас, жены,Преступной совести: от слуг ееЖеланье смерти гонит из чертога.Входит Гермиона.
ГермионаСтрофа IУвы мне! Увы мне!Я волосы вырву, а ногтиПусть кожу терзают, увы!КормилицаУродовать себя… о, перестань.ГермионаАнтистрофа IОх-ох… Ай-ай…Долой, фата… Прочь с головы,Ты нежная… О, косы…КормилицаДа подвяжи ж хоть пеплос… Грудь закрой…ГермионаСтрофа IIЧто закрывать пеплосом грудь?Все на виду,Чем оскорбила я мужа;Солнцем горит, не утаишь.КормилицаСопернице сработав саван, страждешь?ГермионаАнтистрофа IIДа, ранено сердце дерзаньем…Безумную гордостьПроклятье, проклятье людей задавило.КормилицаВину тебе простит Неоптолем.ГермионаЭподО, где ж затаили вы острый булат?Дай меч мне и к сердцу приблизь.Из петли зачем вынимала?КормилицаЧто ж, дать тебе повеситься, безумной?ГермионаУвы! О смерть! О ночь!Ты, молния, ты, дивная, пади!Вы киньте, вихри, меня на скалыВ широком море, в лесу пустынном,Где только мертвых витают тени.КормилицаЗачем себя так мучить? Боги насТеперь, когда ль, а всех доймут бедою.ГермионаОдну, отец, одну ты покинулМеня, как ладью[12]Без весел на песке прибрежном…Сгубил ты, сгубил меня, о отец.Под мужнею кровлейМне больше не жить…О, где я найду еще изваяньеБогиню молить?Иль рабыней рабыни колени обнять мне?О нет… О, когда быМне сизые крылья, и птицейОтсюда умчаться,Иль зыбкою елью[13]На волнах качаться,Как первый пловец,В расплыв Симплегад занесенный!КормилицаДитя мое, мне трудно похвалитьС троянкою твои поступки. Все жеИ этот страх излишний нехорош…Не так легко, поверь мне, твой супругТебя отвергнет, убежден устамиКоварными и чуждыми. Ведь тыНе пленница троянская, а знатнойСемьи дитя, с приданым ты взята,И город твой меж пышных не последний.Иль думаешь, отец бы потерпелИзгнание твое? Войди ж в дворец.Тебе негоже пред чертогом медлить:Еще увидят – могут пристыдить.Эписодий пятый
Входит Орест.
КорифейГлядите: путник, сестры, к нам; чужойОн, кажется, и шаг его поспешен.ОрестСкажите, чужестранки, – это кровРожденного Ахиллом и палатыЦарей земли, должно быть, фтийской? Да?КорифейТы назвал их. Но кто же вопрошает?ОрестАтрида я и Клитемнестры сын,А именем Орест, и путь лежит мойК додонскому оракулу[14]. УзнатьГорю, жена, достигнув Фтии вашей,Что сталося с сестрой моей: жива льИ счастлива ль спартанка Гермиона?Ее полей не видно из жильяОрестова, но все ж сестру люблю я.ГермионаСын Агамемнона! В разгуле бурьТы кораблю мелькающая гавань…О, пожалей меня… О, погляди,Как я несчастна… Эти руки, точноМолящих ветви, обвились, Орест,Вокруг колен твоих с тоской и верой.Орест(невольно отступая)Ба…Что вижу я… Обман очей?.. Иль точноСпартанская царевна предо мной?Гермиона(не вставая)У матери одна, и ТиндаридойЕленою рожденная… О да!ОрестЦелитель Феб да разрешит твой узел…Но терпишь ты от смертных иль богов?ГермионаИ от себя, и от владыки-мужа,И от богов, и отовсюду – смерть…ОрестДетей еще ты не рождала; значит,Причиною страданий только муж?ГермионаТы угадал и вызвал на признанье…ОрестОн изменил тебе… Но для кого ж?ГермионаДля пленницы, для ложа Приамида.ОрестЧто говоришь? Иметь двух жен?.. О, стыд!ГермионаНо это так. Я захотела мщенья…ОрестИ женского, конечно, как жена?ГермионаУбить ее горела, и с приплодом…ОрестЧто ж, удалось? Иль боги их спасли?ГермионаСтарик Пелей почтил злодеев этих.ОрестНо кто-нибудь с тобою тоже был?ГермионаДа, мой отец, – его я вызывала.ОрестИ старому он, видно, уступил?ГермионаСтыду скорей. Но он меня покинул.ОрестТак… Так… Теперь боишься мужа ты.ГермионаДа, он убьет меня, и будет прав.И что скажу?.. Нет, умоляю ЗевсомТебя я, предком, нашим: только здесьНе оставляй меня… Как можно дальшеМеня возьми отсюда. Вопиять,Мне кажется, готовы даже стеныПротив меня… Иль даром ненавидитНас этот край? И если только мужЗастанет нас, придя из Дельфов, – житьНе долго мне. А то так опозоритьВчерашним нас рабыням он отдастИ ложе стлать заставит Андромахе…Но, может быть, ты спросишь: этот грех,Как он созрел? Мне жены нашептали,Покою не давали мне устаКоварные: “Да как ты терпишь это?Какая-то рабыня, чуть не вещь,И с ней ты мужа делишь? Герой, нашейВладычицей, клянусь, что у меняВ чертогах бы не жить ей, коль на ласки бЗаконные решилась посягнуть”.Словам сирен внимала я и, этойЛукавой сетью их ослеплена,Дорогу потеряла. А чегоМне, кажется, недоставало? Мужа,Вишь, сторожить задумала. У нас лиНе золото? Не царство? А пошлиМне бог детей, они – цари; отродье жТроянкино – моим почти рабы…Нет, никогда, о, никогда, готоваСто раз я повторить, не должен муж,Коль разума он не лишен, гостейК жене пускать из женщин… НехорошимОни делам научат молодую.Ту в счастии гордыня обуяла;У той – разлад, и хочется найтиТоварку ей в несчастии; те простоВ дела чужие вмешиваться любят.От этого и в семьях нелады…Решетками ль, засовами ль, искусством,Но охранять нас надо… Нет добраОт наших посетительниц, лишь горе!КорифейТы распустила слишком свой языкИ, женщина, на женщин. Гнев понятенОтчасти твой… Но так чернить недуг,Коль он в природе женской, не тебе же.ОрестМудрец то был, кто смертным наказалВ чужих делах лишь очевидцам верить.Я раньше знал, что не добро у вас,И про вражду твою с троянкой слышалИ зорко я следил, смиришься ль тыИль с пленницей покончишь и отсюдаОтчалить пожелаешь, в страхе мужа.И вот я здесь, жена… не потому,Чтоб приглашала ты меня. Я думал:Тебя увижу я, желанья словоСлетит невольно с уст – оно ж слетело, —И увезу тебя. Ведь ты – моя,А если с ним живешь ты – тут отецВиною твой безвольный… ОбручилОн нас с тобой задолго до похода,Но изменил, чтоб обещать тебяАхиллову отродью, если ТроюРазрушит он. Когда вернулся сынПелидов, я, оставив Менелая.К сопернику пошел; я умолял,Чтоб от тебя он отказался. “Надо, —Я говорил, – жениться на своейОресту, где иначе ложе сыщет?И счастье, – я сказал ему, – и домИзгнаннику закрыты”. Но, глумяся,Он укорял меня, что я палач,Убийца матери и что добычаДев-мстительниц с кровавым взором я.Придавленный домашнею бедой,Страдал я молча, хоть и горько былоМне потерять тебя… и я ушел…Но жребий твой теперь переменился,И терпишь ты… Я увожу тебяИ передам отцу о Гермиона…Ведь узы крови властны; ничегоВ беде нет лучше друга и родного.ГермионаВ руках отца мой брак – не мне решать,С кем разделю его… Но все ж не медли,Возьми меня отсюда. НеравноВернется муж, – или Пелей, разведавПро мой побег, погоню снарядит.ОрестИль старика бояться? А ПелидовНе страшен сын. Обид я не забыл,И он теперь такой опутан петлейИз этих рук, что разве смерть однаРаспутает ее. Тебе не будуРассказывать заранее. Но высьДельфийская увидит месть готовой…Мои друзья коль слово сдержат, тамОт матереубийцы он узнает,Что заключил с его невестой бракНе должный он. То мщенье, о которомЗа смерть отца он к Фебу вопиял,Откликнется ему. Дельфийца дажеРаскаянье не тронет, и царяНакажет бог… И по его он воле,И от коварных слухов, мною тамРаспущенных, погибнет злою смертью —Мучитель твой. Его я научуНе презирать моей вражды. А богиСвоим врагам гордыни не спускают:Они дотла их разрушают дом.Уходит и уводит Гермиону.
Стасим четвертый
ХорСтрофа IО Феб Не ты ли сложилНа холме крепкозданную Трою?И не ты ль, чтоб создать Илион,Царь морей, взбороздивши пучину,Утомил голубых кобылиц?О, зачем же Аресу копьяПромыслителю, дали строеньеВы свое разрушить и ТроюПогубить, несчастную Трою?Антистрофа IНе вы ль, о боги, на брегСимоента[15] без счету послалиНа жестокую брань колесницБезвенечных побед[16]?.. О, зачем жеВы погибнуть давали царямИ в обитель Аида сходитьС колесниц илионских?.. И в ТроеАлтари пылать и дымиться,Алтари зачем перестали?Строфа IIЖеною зарезан могучий Атрид,А жена за это узрелаДорогих кровавые руки…И бога… и бога то было в узорном[17]Вещанье веленье, чтоб мать,Из Дельфов вернувшись, рожденныйАтридом, зарезал… О бог!О бог АполлонВеликий, ужель это правда?Антистрофа IIПо градам и весям Эллады звучатМатерей тяжелые стоны,И на ложе дальнее вражьеС плачевною песнью ложится рабыня.Одна ли ты в муках, жена?Вся терпит Эллада, вся терпит:На злачные нивы ееАид напустил,Аид свою черную бурю…ЭксодВыходит Пелей.
ПелейК вам, уроженки Фтии, за ответомЯ прихожу. До нас неясный слухДошел, что дом оставила царица,Спартанца дочь. Я тороплюсь узнать,То правда ли. Когда друзья в отъезде,Нам хлопотать приходится, коль домСлучайности какие посещают.КорифейТвой верен слух, Пелей, и нам нельзяО бедствии молчать; да и не скроешь,Что нет хозяйки в доме, коль бежала.ПелейИз-за чего ж? Подробней объясни.КорифейОна боялась мужа и изгнанья.ПелейЧто сыну казнь готовила, за то?КорифейИ пленнице его, Пелей, троянской.ПелейС отцом иль с кем оставила чертог?КорифейЕе увез отсюда сын Атрида.ПелейНа что же он надеялся? На брак?КорифейНа брак, и смерть сулил НеоптолемуПелейЧто ж, ковами? Или в бою сулил?КорифейВ святилище, с дельфийцами в союзе.ПелейУвы… предел то ужаса… ЖивейСтупайте кто-нибудь! Где огнь очажныйПылает у дельфийца, там своихОтыщете и об угрозе гнуснойСкажите им, пока Ахиллов сынОт вражеской не пал еще десницы.Входит вестник.
ВестникО, горе мне! О, горе нам!О старец! Зол тот жребий, что тебеПоведать я несу и слугам царским.ПелейОй!.. Ой!.. Тоскует сердце – мой вещун.ВестникНет у тебя, чтоб разом кончить, внука,О царь Пелей! Изранили страдальцаМужи-дельфийцы и микенский гость.КорифейО, что с тобой, старик… Ты зашатался…Но поддержись!ПелейПелея больше нет,Нет голоса, и в землю сходит тело…ВестникВсе ж выслушай. Коль хочешь отомститьЗа павшего, не надо падать духом.ПелейО, жребий! На последних ступеняхТой лестницы[18], которую прошел я,В железные объятия твоиЯ вновь попал. Скажи, как умер сынаЕдиного единый сын, мой внук?И тяжелы слова, а слов я жажду.ВестникТри золотых пути на небесахУж совершило солнце, – все насытитьМы не могли жилищем Феба глаз…А в воздухе уж подозренья спели,И жители священной той землиТо здесь, то там кругами собирались.Их обходил Атридов сын, и речьВраждебную шептал поочередноДельфийцам он: “Смотрите, – говорил, —Не странно ли, что этот муж вторичноЯвляется и злата полный храм,Сокровища вселенной, вновь обходит?Он был тогда, поверьте, и теперьЗатем лишь здесь он, чтоб ограбить бога”.И шепот злой по городу пошел.Старейшины поспешно совещаньеУстроили, и те, кому надзорПринадлежал над храмом, в колоннадахРасставили особых сторожей.Мы между тем овец, в парнасских[19] рощахУпитанных, не ведая грозы,Перед собой пустив, очаг пифийскийТолпою обступили – и друзьяДельфийские тут были, и волхвовСонм Фебовых. Из них в то время кто-тоЦаря спросил: “О юноша, о чемМы для тебя молить должны? КакоеЖелание ведет тебя?” А царьОтветил им: “Я заплатить явилсяЗа старую ошибку; бога яК ответу звал за смерть отца – и каюсь”.Тогда открылось нам, чего ОрестКоварною своей добился речьюО замыслах Неоптолема злых.Наш господин – уж жертва догорала —Переступил порог высокий храма,Чтоб помолиться Фебу пред самимСвященным прорицалищем. Но, теньюПрикрытая лавровой, там толпаС мечами затаилась, и ОрестСреди нее, как дух… И вот, покуда,Перед лицом божественным молясь,Склонялся царь, отточенною стальюЕго мечи незримые разят,Кольчугой не покрытого. Отпрянул,Но не упал Неоптолем от ран.Схватился он за меч, а щит срываетС гвоздя колонны ближней. Грозный видАлтарное тогда открыло пламя.Дельфийцам же он возопил: “За что жСвященною пришедшего стезеюХотите вы убить? Вина какаяНа нем, о люди?” Но на звук речейЕму ответил только град каменьев…Их без числа тут было – ни одинГуб не разжал. Своим доспехом тяжким,Его вращая ловко, господинОберегал себя. Но следом стрелы,И вертела, и дротики, в ремняхИ без ремней снаряды, дети смерти,К его ногам посыпались, старик…О, если бы ты видел танец бурный[20],В котором царь спасения искал!..А было их все больше; вот уж теснымОхваченный кольцом, казалось, царьДыхание терял. И вдруг безумный —От алтаря, где тук его овецТогда пылал – троянским он прыжком[21]Врезается в толпу своих злодеев.Что голуби пред ястребом, врагиРассеялись… Немало царский мечИх уложил, да и друг друга частоОни сбивали с ног в проходах узкихИ кучами лежали. Тут проклятьяИ крики зверские услышал храмИ скалы вкруг. И, наконец, на волюЦарь вырвался, доспехами сверкая.Но вот из глубины чертога голос,Вселяя в сердце ужас, зазвучалУгрозою – он пламенем дельфийцевВоинственным наполнил и на бойИх воротил… Тут пал и сын Пелида,Сраженный в бок железным острием…Дельфиец был его убийцей, толькоОн не один его убил… О нет…Простертого ж на землю кто, отважный,Иль камнем, иль мечом, иль подойдя,Иль издали, – кто мертвого не тронул?Ах, тело все прекрасное егоИзрублено: оно – сплошная рана.Близ алтаря лежащего, ониЕго извергли из ограды храма;Мы, наскоро забрав его, тебеДля слез, старик, и воплей, и убораМогильного приносим. Этот ужасЯвил нам бог[22], который судит нас,Грядущее вещает, грех карает;Так поступил – с Ахилла сыном он,Пришедшим к очагу его с повинной.Как человек, и злой, припомнил ФебОбиды старые… и это мудрость?Показывается процессия с покрытым телом Неоптодема на носилках.
КорифейВот и царь… но, увы! Он не самИз дельфийской землиНа родимые нивы ступает.На руках он лежит, как добыча,Бесталанный… И оба вы горьки.Так ли думал, старик, ты встретитьМолодого царя? О, увы! Вас одинУдар поразил,И бездна несчастья глотает…ПелейСтрофа IГоре мне… Ужас какойК дому подходит, в ворота стучится!Увы мне! Увы!О, град фессалийский! Погиб я,Исчез я… Я куст обгорелый[23],Один и бесплоден…О, мука!.. Отраду какуюЛучами я глаз обовью?Вы, милые губы… ланиты и руки!О, лучше бы вас заморозила смертьНа бреге Скамандра…КорифейДа, мог добыть он смерть славнее этой,И ты бы был счастливее, старик.ПелейАнтистрофа IПроклят да будешь ты, брак,Семью сгубивший и царство… о, проклят!Увы мне, дитя!Зачем было с родом зловещимДетей сопрягать нам, и смертьюОдеть[24] ГермионеЯ дал нас зачем? О, пускай быПерун ее раньше сразил!О, лучше бы в теле отцовском кровавойТы богу стрелы, вопия, не сулил[25]:С бессмертным не спорят.ХорСтрофа IIОй, лихо мне, ой, смерть моя, ой-ой…Обряду верная, почившего встречаю.ПелейОй, лихо мне, ой, смерть моя, ой-ой…Вдвойне за стариков и горьких[26] отвечаю.КорифейТо – божия судьба… то – божья воля.ПелейО дитятко… О, на кого ты дом оставил?И старика бездетного и жалкого комуТы поручил?КорифейДа, умереть тебе бы раньше внуков…ПелейВолосы ты терзай себе,Жалкий старик!Для головы не жалейТяжких ударов… О, город, о, город!Двое детей и Фебом убитых…ХорАнтистрофа IIТы испытал и видел столько мук,Тебя, старик, теперь и солнце не согреет.ПелейЯ сына схоронил, и вот – мой внук:Мне муки горькие один Аид развеет…КорифейС богиней брак тебе не скрасил жизни.ПелейТе гордые надежды где? Они далеко,И с ними счастие Пелеево – увы! – в землеПогребено.КорифейТы ж одинок и в одиноком доме.ПелейНет тебя, царство, нет тебя!Ты же зачем,Скипетра бремя? Прочь!В сумрачном гроте проснись, Нереида:Мужа, богиня, гибель ты узришь…КорифейКак воздух дрожит… Что это движется там?Божество? О сестры, глядите:В белом эфире плывет…Вот на поля, отраду коней,Тихо ступает, сестры.В вышине появляется Фетида.
ФетидаВнемли, Пелей! В воспоминанье бракаОставила чертог Нереев яИ прихожу к тебе. Ты полон муки,Но унывать не надо. Мне ль не радостьСулили боги от детей моих?А где ж та радость? Разве хоронитьМне не пришлось – крылатыми стопамиПрославленного сына и звездуМеж юношей Эллады? Ты же слушай,Зачем к тебе пришла я. К алтарюДельфийскому пошли ты это тело…Пусть будет гроб Ахиллова птенцаУкором для дельфийцев, и известноДа будет всем, что пал он от рукиОрестовой. А пленницу, – ты понял,Что Андромаху так зову, – пошлиВ молосские пределы, обручившиС Геленом[27] там; дитя ее теперь —Последний Эакид[28], но не угаснетМолосский род его и славен будет…И ты, старик, не бойся: кровь твояОт нас не оскудеет, вечно жить ей,Как Илион богами не забыт,Хоть злобою Паллады и разрушен.Тебя ж, Пелей, чтоб радость ты позналБожественной невесты, от печалиОсвободив юдольной, сотворюНетленным я и смерти неподвластным:Ты будешь жить в Нереевом домуСо мной, как бог с богинею. Оттуда ж,Не оросив сандалий, выйдешь ты,Чтоб посетить на острове Ахилла:На Белом берегу его чертог[29]Евксинскими омыт волнами, старец.Ты мертвого немедля снаряди,Пелей, в дельфийский город богозданный,А схоронив его, приди и сядьВ глубокий грот на мысе СепиадыСтаринном; там меня ты ожидай.Приду туда в веселом хороводеЯ за тобой, старик. А что судьбаНазначила, неси: то – Зевса воля.И по умершем прекрати печаль:Богами всем один назначен жребий[30],И каждый там читает – ты умрешь.Исчезает.ПелейВладычица… О дочь Нерея… СлаваМоя… Моя невеста… Здравствуй, радость!Ты сделала достойное тебя,Достойное рожденного тобою,О, плакать я забуду, и твоиМне дороги слова. ПохоронившиПочившего, к пещерам я пойдуУ Пелия, где обнял я, богиня,Твой дивный стан… О, как бессмыслен тот,Кто ищет жен богатых! БлагородныхИщите жен для сыновей, и в домЛишь честный дочь отдать ты должен, еслиНе хочешь горя ты. Худой жены,Хотя бы златом весь твой дом покрылся,Не должен ты желать. И если б всеТак рассуждать могли, то не пришлось быИ гнева нам бессмертных трепетать.Уходит.
Хор(покидая орхестру)Многовидны явленья божественных сил,Против чаянья много решают они:Не сбывается то, что ты верным считал,И нежданному боги находят пути;Таково пережитое нами.
