- Ох, девчонки, что же вы такое со мной делаете? - ласково спросил он. - Я ж растаю сейчас от удовольствия.

- Так, девчата, закругляемся! - приказала Люся. - "Мамочка" нам этого не простит!

- Да, ты свое получила, а мы? - с обидой в голосе сказала Марина.

- Эй, вы чего? - встрял в разговор Константин. - Не бойтесь, меня еще надолго хватит... Дайте только сполоснусь. Кажется, я бассейн видел...

- Ну-ну, как же! Там, в бассейне, тебя только и ждут! Не пускайте его, девчонки! - закричала Ольга.

- Эй, нельзя столько в парилке сидеть, пот?м все изойдем, - вступилась за Костю Люся. - Мы с ним пойдем и никому его не уступим. Пошли!

Девчата стащили Костика с его ложа. Он вслед за ними вышел из парной и направился к небольшому бассейну, где плескались еще две красотки. Его уже не возбуждали ничьи прелести, хотелось просто плюхнуться в прохладную воду и выпустить из себя накопившийся внутри жар. Он поднялся по ступенькам и с головой окунулся в зеленоватую, насыщенную морскими солями воду.

- Эй, подруги, не приставайте к Барсику! - предупредила Ольга и для пущей предосторожности подошла к барьерчику бассейна.

Костик, отфыркиваясь, вынырнул из воды.

- Кто-то, кажется, меня обещал чаем напоить? - напомнил он, вылезая из бассейна.

Он поднял валявшееся на полу чье-то большое махровое полотенце и обмотал его вокруг бедер...

В тот день Костя так и не смог уйти из гостеприимной квартиры. Сначала, напоив чаем, его - якобы показать свои фотокарточки - увела к себе в комнату Марина. Узнав, что она когда-то действительно работала фотомоделью, Костя из любопытства пошел за ней - и не успел опомниться, как Марина, нетерпеливо повалив Костю на кровать, уже по полной программе воспользовалась его мужским достоинством.

Через час он достался Ольге - невысокой шатенке, которая когда-то занималась художественной гимнастикой и даже имела звание мастера спорта. Таких сексуальных поз и таких крутых растяжек, как у нее, Костя никогда не видел. Это его впечатлило и раззадорило до такой степени, что Ольга воем кричала, когда он входил в нее.

А напоследок было самое сладкое... Его завели в какую-то комнату и предложили отдохнуть. Костик тут же задремал и проснулся только тогда, когда оказался в жарких объятиях самой Милены. Она была профессионалкой высшего класса и, несмотря на то что Костик только что уже пережил несколько романтически-страстных моментов, смогла возбудить его настолько, что они, почти без перерывов, занимались любовью несколько часов подряд...

С той поры Костя регулярно наведывался на Страстной бульвар. К девчонкам он относился как к сестрам. А от Милены просто сходил с ума. Девочки знали об этом и старались к нему особо не приставать, только лишь легко заигрывали; их "мамуля", кажется, отвечала Косте взаимностью...

Кроме плотских наслаждений Костя получал в этой квартире такую информацию, которая для иного человека была бы просто бесценна. Многие журналисты за откровения "массажисток" Милены могли хорошо заплатить. Еще бы - кому не интересно знать, что известный всей стране депутат, миллионер-коммунист и примерный семьянин, регулярно, два раза в неделю, парится в бане на Страстном бульваре и способствуют ему в этом приятном занятии пара молоденьких, полностью обнаженных красоток?..

Но для Константина сведения подобного рода не представляли интереса: в круг его расследований ни сплетни, ни экономика с финансами не входили. Рокотов-младший по-прежнему выслеживал любовников, пропавших жен и мужей, выполнял поручения богатых дамочек - найти им квартирку на время, сочинить прикрытие для ревнивого мужа, нанять надежного и молчаливого охранника...

Все это ему, по правде, уже начало надоедать, и он хотел постепенно переключиться на поиски угнанных машин. И тут-то его и вызвонил Савелий.

- Как дела? - поинтересовался Бешеный, который всегда - по-восточному предпочитал начинать разговор издалека.

- Живем, хлеб жуем, - откликнулся Костик. - Ты где пропадал? Обещал ведь позвонить...

- Извини, все как-то не получалось. Но вот теперь уж точно пообщаемся...

- Что, помощь понадобилась? - догадался Костик.

- Точно в цель!

- Что-то важное?

- А ты как думаешь?

- Думаю, что ты просто так никогда не позвонишь. Ты же любишь в одиночку работать. Значит, если я понадобился, то либо работы много, либо - как в Питере было - тебе партнер для прикрытия нужен.

- Верно думаешь, молодец, нюх не теряешь, и с логикой у тебя по-прежнему все в полном порядке! Ты еще не забыл, как "на хвоста садиться"?

- Да нет, я в последнее время только этим и занимаюсь: мужей для жен выслеживаю - и наоборот.

- И много выследил?

- Достаточно, чтобы мне это надоело до посинения, - откровенно признался Константин.

- Вот и хорошо. Значит, работаем?

- Конечно! Только дай мне пару дней, я со своими делами недоделанными управлюсь и тогда...

- Тогда сам мне и позвони. - Савелий продиктовал номер своего телефона, который он каждые три месяца регулярно менял в целях конспирации.

Узнав, за кем им предстоит следить на этот раз, Костик присвистнул:

- Да, это фигура! Мои девчонки про него такие вещи рассказывают...

- Ну-ка, поведай мне женские тайны, - попросил Савелий.

Костик начал выкладывать все, о чем ему успели разболтать весьма информированные о "высших сферах" девушки Милены.

Больше всего в его рассказах Савелия заинтересовал любопытный факт: одна из девчонок - кажется, это была Ольга - присутствовала при встрече Джанашвили с каким-то американцем. Поскольку она неплохо знала английский, ей удалось понять, о чем у них шел разговор. Конечно, Ольге не особенно было интересно все это слушать; речь шла о каких-то бешеных деньгах, которые Джанашвили должен был переправить в Москву и обналичить.

- Как ты думаешь, сможет девчонка узнать американца, если показать ей с десяток общих фотографий? - задумчиво спросил Савелий. - У меня есть знакомый фотограф, который регулярно снимает почти все бизнес-тусовки, проходящие в Москве. Может, где-нибудь этот американец и мелькнет?

- Наверное, узнает. Надо только по времени сориентировать твоего фотографа, чтобы он точно знал хотя бы месяц, когда этот американец в Москве находился...

- А что, это идея! - похвалил Савелий. - Давай дуй к своей Ольге, спроси у нее, когда она присутствовала при разговоре.

Таким образом, очень быстро выяснилось, что американец этот на самом деле голландский дипломат Тим Рот. Савелий показал его карточку Андрюше Воронову и попросил проверить по картотеке ФСБ. И тут братьев ждала удача: выяснилось, что Тим Рот - эмиссар Масонского Ордена в Европе и, по последним сведениям, совсем недавно удостоился чести стать членом Великого Магистрата.

Теперь все вставало на свои места: Велихов, Джанашвили, Тим Рот, Орден, предпринятые действия Ордена в Югославии...

Пока было непонятно только то, зачем столько миллионов долларов ввезено в Москву, где они хранятся и когда их введут в оборот...

X

Неожиданный союзник

Пришла пора вернуться к Амирану-Мартали. Пока остальные наши герои раскручивали свои дела, он, постепенно вникнув в нынешние московские расклады, вплотную занялся Джанашвили. У Амирана возникало все больше подозрений по поводу того, что его бывший партнер Нугзар Джана-швили финтит и играет сразу за несколько команд. Амиран попросил Серегу-Трехпалого выделить ему надежных и смышленых ребят и, когда тот привел к нему четырех своих пацанов, четко проинструктировал их и поручил им внимательно присматривать за Джанашвили и теми людьми, с кем он наиболее часто общается.

Вскоре выяснилась любопытная картина. Помимо обычных служебных контактов у Джанашвили было еще двое знакомых, с которыми он регулярно встречался. Если к Тиму Роту у Амирана пока не было никаких подходов, то к некому Рогожину Варднадзе вполне мог подкатить, так как тот начинал интересовать Амирана-Мартали все больше и больше. К тому же приставленные к Джанашвили ребята рассказали своему шефу о том, как они несколько раз засекли, что за встречами Джанашвили и Рогожина и их обычно длительным общением внимательно наблюдает какой-то парень.

Кто именно интересовал парня - Нугзар или Рогожин, ребята Амирана-Мартали установить не смогли: всякий раз, когда они садились "на хвост" неизвестному, тот хитроумно ускользал от преследователей. Но зато удалось узнать точно, где обитает Рогожин - он снимает большую трехкомнатную квартиру на Кутузовском проспекте. Его жизнь была очень насыщенной и активной. Рогожин постоянно встречался с руководством различных партий, общался с депутатами и политиками, был вхож в Белый дом и заимел несколько хороших знакомых среди известных предпринимателей, модных журналистов и популярных актеров.

Как удалось выяснить Амирану-Мартали, Рогожин на данный момент занимался тем, что подыскивал себе средней руки газетенку или еженедельник. Откуда у него были деньги на эту покупку, Амиран точно не знал, но догадывался, что тут дело нечисто, а это ему на руку.

Он решил познакомиться с Рогожиным поближе. Найдя удобный предлог (якобы хочет заняться торговлей подержанными машинами из Японии и ищет партнера в Приморье), Амиран позвонил Джанашвили и попросил у него помощи. Варднадзе, как всегда, все рассчитал точно; Нугзар ничего лишнего не заподозрил и выдал то, что от него требовалось.

- Есть у меня один человек, как раз для таких дел, как ты просишь, ответил Нугзар, - сам из Приморья, но сейчас живет в Москве. Записывай: Матвей Семенович Рогожин, телефон...

В тот же день Амиран дозвонился до Рогожина, сослался на Нугзара Джанашвили, объяснил причину своего звонка и договорился о встрече на ближайшие дни.

Они встретились через пару дней в одном из уютных арбатских ресторанчиков. Рассказов почти всегда умел расположить к себе людей. Благообразная внешность, хорошие манеры, умение терпеливо слушать и бархатный тембр голоса делали его похожим, скажем, на английского аристократа и, вообще, достойного человека. Глядя на этого "благородного" джентльмена, никто никогда бы не заподозрил, что в прошлом этого человека намешано столько грязи, случалось столько кровавых и страшных историй, что даже самый отпетый злодей содрогнулся бы, получив хотя бы десятую часть правдивой информации о Рассказове...

От себя автор хочет заметить, что считает большой социальной проблемой, когда плохой человек выглядит как хороший: иногда в этом ему помогают нечистые на руку журналисты. Часто публичный образ того или иного политика, бизнесмена, общественного деятеля настолько далек от реальности, что в период выборов на государственные посты простые люди делают страшные и непоправимые ошибки, за которые позже им приходится дорого расплачиваться...

Единственная просьба автора к своему читателю:

- Прошу вас, не давайте себя обмануть! Лица, глядящие на вас с телеэкранов и газетных страниц, зачастую всего лишь красивые обертки; мало кто на самом деле знает их подноготную...

Поначалу и Амиран-Мартали попал под обаяние Рассказова. Тот умело вел беседу, вовремя вставлял острое словечко или анекдотец, знал толк в еде и выпивке, хорошо разбирался в тонкостях людской психологии. Амирану понравилось, как метко и точно Рассказов охарактеризовал Джанашвили:

- Наш общий знакомый - да простит он мне эти слова - обычный жлоб. Он хочет богатства и власти, и они в принципе у него уже есть. Но ему все мало; это желание превратилось у нашего Нугзара в самоцель, манию. Я, дорогой Амиранчик, долгое время прожил среди людей, исповедующих буддизм, и научился отличать внешние цели от внутренних. Внешние цели всегда мнимы. И лишь только внутренние побуждения придают смысл нашему существованию на этой земле. А у бедняги Нугзара их нет, и быть не может. - Он сделал небольшую паузу, словно предоставляя собеседнику возможность либо возразить, либо глубже вникнуть в смысл его слов.

Своим бархатистым голосом Рассказов завораживал Амирана-Мартали.

- Он гребет под себя, стараясь получить как можно больше, но все, что он приобретает, не может принести ему ощущение счастья. К сожалению, таких, как он, в России становится все больше и больше. Теперь наша страна напоминает мне так называемый цивилизованный Запад, где такие люди составляют подавляющее большинство...

- А что же тогда лично вам приносит радость? - спросил Амиран. - Разве и вы не стремитесь стать богаче, занять под солнцем место повыше и потеплее?

- У нашего Нугзара все это - цель. - Рассказов внимательно посмотрел в глаза Амирана-Мартали. - А у меня - лишь средство. Что же касается моих внутренних установок... Вы меня простите, но это настолько личное, что говорить о них я не стал бы даже на исповеди...

После той первой встречи Амиран виделся с Рогожиным-Рассказовым еще несколько раз. Про первоначальные намерения Амирана они почти уже не говорили: Рассказов все время ловко уводил разговор в сторону. По правде говоря, несмотря ни на что, Амирану нравилось общаться с Рассказовым, выслушивать его едкий, дышащий иронией, яркими образными сравнениями и мало кому известной информацией анализ происходящих в России событий. В жизни Варднадзе такие интересные и умные собеседники попадались нечасто. Амиран все никак не мог составить окончательного мнения о своем собеседнике, пока один примечательный случай не расставил все по своим местам...

Амиран-Мартали с Рассказовым возвращались в Москву по Рублево-Успенскому шоссе. Рассказов на своей "БМВ" возил нового приятеля в "Царскую охоту" загородный ресторан, знаменитый тем, что Ельцин угощал там ужином президента Франции.

Под местную медовуху они с удовольствием отведали "телеги" - русского шведского стола, состоящего из маринованных грибков, пирожков и расстегаев, а затем уговорили на двоих вкуснейшего осетра, чуть ли не с руку длиной.

У обоих мужчин после вкусной еды и прекрасно проведенного вечера было отличное настроение. Сидя за рулем шикарной "БМВ", слегка хмельной Рассказов вполне достойно и в тон подпевал голосу, негромко льющемуся из радио:

Розовый фламинго - дитя заката.

Розовый фламинго здесь танцевал когда-то...

Неожиданно автомобиль здорово тряхнуло. Что-то темное ударилось о правый бок "БМВ" и отлетело в поросший кустами кювет. Рассказов как ни в чем не бывало продолжал весело подсвистывать музыке и даже не подумал притормозить и узнать, что произошло.

- Тормози! - резко сказал Амиран, интуитивно почувствовав, что случилось нечто ужасное.

- Что? Зачем? - удивился Рассказов.

- Кажется, мы кого-то сбили. Надо вернуться и посмотреть, не сможем ли мы помочь...

- Помочь? Кому? Какому-то алкашу, который шляется, где его не просят? Неужели ты думаешь, что я и впрямь сделаю это?

- Мы сбили человека!

- "Человека"? Человеки не ходят ночью по обочинам дорог. Амиран, дорогой, расслабься! Зачем тебе тратить время и силы на какое-то быдло? Подумаешь одним больше, одним меньше...

- Я сказал, тормози! - яростно сверкнув своими темными глазами, угрожающе произнес Амиран. - Если ты немедленно не развернешься, я замочу тебя так же просто, как ты только что сбил ни в чем не повинного человека!..

- Ну хорошо, хорошо... - Видя, что его собеседник вовсе не шутит, Рассказов резко нажал на тормоза и, развернув машину на пустынном шоссе, повел ее к месту наезда.

- Тут! Тормози! - приказал Амиран-Мартали, увидев в свете фар копошащуюся в кустах у обочины чью-то фигуру.

Рассказов остановил машину на противоположной стороне шоссе. Открыв дверцу, Амиран-Мартали услышал чье-то громкое причитание, похожее на вой. Он выскочил из "БМВ" и подбежал к кустам. В полутьме сначала не разобрал, что происходит. Увидев плачущую женщину, подумал, что ее и сбила их автомашина. И плачет она от боли.

- Вы в порядке? - спросил он, участливо взяв женщину за руку. - У вас ничего не сломано, мамаша?

- За что? За что мне такое наказание? - навзрыд плакала женщина, не обращая внимания на вопросы Амирана. - А-а-а! Доченька ты моя любимая, доченька ты моя единственная! Зачем? За что?.. Не покидай меня!..

Амиран-Мартали в недоумении посмотрел по сторонам - и неожиданно увидел рядом с плачущей женщиной лежащее в кювете тело. Он подошел и наклонился. Это была девочка лет тринадцати-четырнадцати, из ее рта вытекала тоненькая струйка; земля под головой девочки потемнела от набежавшей из разбитой головы крови наверное, отлетев от удара машины, девочка ударилась при падении о придорожный камень...

Амиран прижался ухом к левой, едва оформившейся грудке девочки и попытался уловить стук ее сердечка. Оно уже не билось...

"А ведь моей Машеньке сейчас могло быть столько же лет, сколько этой бедняжке!" - горестно подумал Амиран.

Рассказов нетерпеливо просигналил несколько раз. Амиран поднялся на шоссе и подошел к "БМВ".

- Ну что ты там застрял? - спросил недовольный задержкой Рассказов.

- Вылезай! - приказал Амиран-Мартали, распахивая дверцу машины с водительской стороны.

- Что?

- Вылезай, сучара! - Амиран-Мартали грубо схватил Рассказова за воротник его дорогого пиджака и потащил из машины. - Иди посмотри, что ты натворил!

Рассказов нехотя подошел к месту трагедии. Мельком взглянув на труп девочки и убитую горем мать, он пожал плечами и, достав бумажник, стал рыться в нем.

- Вот, женщина, возьми, это поможет тебе справиться с горем, - без всякого участия, не выразив соболезнования, словно речь шла о сбитой им собачке, сказал Рассказов, протягивая безутешной матери несколько стодолларовых купюр.

Несчастная женщина не замечала ни подошедшего Рассказова, ни денег, видно, и не слышала ничего вокруг. Она по-прежнему сидела перед мертвой дочкой, поддерживая одной рукой ее окровавленную головку, другой приглаживала ее растрепавшиеся волосы и что-то горестно бормотала.

- Убери свои грязные деньги, паскуда! - бросил Амиран. - Бери девочку и неси в машину! Ее надо везти в больницу. Может быть, еще есть хоть один шанс на ее спасение...

- Я не люблю заниматься благотворительностью для нищих, - презрительно скривился Рассказов, спокойно пряча деньги в бумажник и убирая его в карман, а также не люблю тех, кто принуждает меня к этому...

Амиран увидел, как правая рука Рассказова скользнула в боковой карман пиджака и вытащила пистолет, - видимо, воспользовавшись отсутствием Амирана, он успел вынуть его из тайника, оборудованного в машине.

- Ты, Амиран, наверное, слишком сентиментален для этой жизни и так ничего в ней не понял... - произнес Рассказов. - В этой жизни побеждает только сильный. И мне нет никакого дела до этих отбросов... - Он кивнул в сторону женщины и ее дочери. - Очень жаль, что мы не нашли с тобой общего языка, ведь ты мне по-настоящему начинал нравиться... Не захотел дружить по-хорошему, теперь придется расставаться по-плохому. Жаль, мне вправду жаль, Амиран, что все так получилось... Однако ты сам во всем виноват!

Амиран нисколько не испугался; единственное чувство, которое он испытывал в этот момент, - это злость. По ставшим какими-то пустыми глазам Рассказова, по его побледневшему лицу Амиран легко догадался о том, что произойдет дальше: первым делом Рассказов избавится от него, потом от женщины и безмятежно и спокойно поедет дальше своей дорогой, мгновенно забыв о том, что случилось. Не исключено, что эта мразь станет насвистывать какой-нибудь веселый мотивчик: почему бы и нет? Ведь как все удачно завершилось!..

Не дожидаясь выстрела, Амиран коротко и резко взмахнул рукой. Его неожиданным союзником стала темнота, из-за которой Рассказов не заметил этого движения. Он нажал на спусковой крючок, но рука Амирана уже коснулась его кисти - и пуля ушла в сторону. От резкого удара пистолет вылетел из рук Рассказова и, кувыркнувшись в воздухе, исчез в темной траве. Амиран, разряжая кипящую в нем злость, несколько раз смачно влепил кулаком в растерянное и испуганное лицо Рассказова. Кровь залила лицо, но Рассказов почти не сопротивлялся и лишь закрывался от ударов локтями, отступая к машине.

У самого кювета Рассказов неожиданно резко развернулся и довольно легко для его возраста перемахнул кювет, зайцем перебежал через шоссе, юркнул в распахнутую дверцу "БМВ". Двигатель, на свое счастье, он не выключал, а потому мгновенно дал по газам. Взвизгнули шины, и машина, набирая с места бешеную скорость, рванулась вперед - и через несколько секунд ее уже не было видно.