"Комиссия считает, что рассмотренные донесения о неопознанных летающих объектах не содержат указания на то, что эти явления представляют непосредственную физическую угрозу национальной безопасности. Мы глубоко убеждены, что и прочие подобные случаи невозможно отождествить с артефактами иностранного происхождения, способными на враждебные действия, и что явления эти не вызывают необходимости пересмотра современных научных воззрений... Комиссия далее заключила, что постоянно повторяющиеся сообщения об этих явлениях действительно могут создать в наше тревожное время угрозу для упорядоченной деятельности охранительных политических органов... Ведомства национальной безопасности незамедлительно должны принять надлежащие меры к тому, чтобы лишить неопознанные летающие объекты того особого статуса, который им придан, и того ореола таинственности, который они, к сожалению, обрели."

Именно это и желало услышать Центральное разведывательное управление: прямой угрозы нет, а с донесениями пора кончать. Поставленную задачу комиссия выполнила. Как верно заметит историк уфологии Дейвид Джейкобс: наконец-то военных вразумили, откуда исходит настоящая угроза - не от самих НЛО, а всего лишь от донесений о них! "Решение проблемы обретало совершенно иной характер. Истинный враг был опознан. Борьба началась".

Эдвард Руппельт поначалу оптимистично воспринял итоги первого научного разбирательства дела о летающих тарелках. Очевидно, то, что говорилось на заседаниях, разошлось с рекомендациями комиссии и тем более с оргвыводами, сделанными заинтересованными ведомствами из тех рекомендаций. На двух заседаниях Руппельт докладывал о работе проекта "Синяя книга" и, кстати, просил вчетверо увеличить штат. Просьба была встречена в целом одобрительно. Пока воспитательная программа не приведет к полному прекращению или хотя бы резкому сокращению донесений, "Синюю книгу" необходимо укреплять - так рассудила комиссия. Глава АТИСа генерал Гарланд внес предложение рассекретить материалы об НЛО. Его желание понятно. Сделав их достоянием гласности, АТИС хотя бы частично сложил с себя ответственность за неразгаданную тайну. Похоже, и это предложение нашло поддержку, иначе как объяснить слова Руппельта:

"И еще говорили они (члены комиссии), что американская общественность должна знать подробности каждого расследования - факты, официальные выводы и на каком основании они сделаны. Польза будет двойная: это развеет созданные секретностью тайны и заставит ВВС всегда быть на высоте, поверхностные расследования и анализы станут невозможны."

Слушая такое, Руппельт и Гарланд, думается, имели основания испытывать удовлетворение. А вот доктор Хайнек остался недоволен. После "большой волны" 1952 года он осознал, что не сможет самостоятельно разрешить загадку НЛО, и потому с живейшим интересом ожидал ученой дискуссии. Состав комиссии возражений не вызывал - все известные, даже всемирно известные имена. Претензии были другого рода:

"Внимание комиссии, как выяснилось, было в основном направлено на вопросы обороны и безопасности, а вовсе не научные. Того и следовало ожидать, мероприятие ведь было организовано ЦРУ, им же инструктировалось. Не сделано было даже попытки объяснить "неизвестные" из досье "Синей книги". Предвзятость "суда над НЛО" очевидна..."

В работе комиссии Хайнек участвовал всего лишь как ассоциированный член. И тому имелось пристойное объяснение: научный консультант "Синей книги", ответственный за многие вынесенные ею заключения, не должен влиять на беспристрастное расследование. Однако при желании это можно было истолковать и как принижение научных заслуг доктора Хайнека. И ладно б он участвовал в работе с совещательным голосом (так в вольном переводе мыслится понятие "ассоциированный член"), но ведь доктора Хайнека не на все заседания приглашали! И не предложили подписать итоговый документ. А если бы предложили, он бы ни за что не подписал, - такое признание задним числом сделает Хайнек. А почему? Потому что он после пяти лет упорных изысканий не мог ничего определенного сказать об НЛО, в то время как команда Робертсона наскоком, за четыре дня... Каких четыре! За двенадцать часов чистого времени, обсудив два десятка наблюдений, с поразительной легкостью вынесла приговор! И вот Хайнек, взбудораженный, взвинченный, чувствуя себя не столько участником совещания, сколько вызванным для показаний свидетелем, входил в эту комнату, когда его приглашали, и не за стол садился, где сидели действительные члены, а устраивался где-то в уголке. И все его там раздражало - и церемонная торжественность председательствующего, и даже такой вроде бы пустяк, что фильмы демонстрировались не на экране, а на голой стене. Дважды Хайнек брал слово. Сначала предложил учредить "небесный дозор", задействовав для этой цели обсерватории. Называл имена астрономов, которые согласились бы участвовать в такой программе. Но комиссия сочла это преждевременным. Во второй раз Хайнек подал голос, когда речь зашла о развенчании летающих тарелок. Он посоветовал привлечь астрономов-любителей, которые с энтузиазмом возьмутся за дело. И это предложение не нашло поддержки. Годы спустя Хайнека спросят: почему он, так много знавший и передумавший, не сказал главного, того, что его волновало. И Хайнек откровенно признается, что боялся. Боялся потерять должность при "Синей книге". Не столько, конечно, из-за трех тысяч долларов в год.

"Я знал, что пойти против их приказов означало бы стать персоной нон грата. Этого я не хотел, мне было важно сохранить статус при "Синей книге", я к тому времени стал прозревать, что в феномене НЛО действительно что-то есть, и мне хотелось быть на месте, когда пойдут "хорошие" наблюдения. Иного пути получить доступ к военным донесениям не было, огласке их не предавали. Словом, я ждал благоприятного момента."

Итоги совещания явились ударом и для группы офицеров в Пентагоне, еще в декабре замышлявших "заговор" и отложивших его осуществление в надежде, что поставленную ими задачу - отмену цензуры на донесения - решит сама комиссия. С досадой рассказывал Дональду Кихо полковник из разведки ВВС (Смит или Адаме), участник совещания:

"Нас попросту предали. ЦРУ и не помышляет. обнародовать факты об НЛО, напротив, там всё хотят похоронить. Цеэрушники вертели учеными, как хотели. Отшвырнули фильм из Тремонтона, обвинив аналитиков ВМС в некомпетентности. Мы заготовили более сотни документированных донесений, агенты ЦРУ пренебрегли лучшими из них. Ученых познакомили только с пятнадцатью случаями, да и те цеэрушники постарались изничтожить. Фурне припас превосходные наблюдения военных и гражданских пилотов, даже ученых. Люди из ЦРУ всех очевидцев объявили болванами, и члены комиссии отвергли анализ Фурне... Я понимал, агенты ЦРУ выполняют данные им указания, но был момент, а то и два, когда я чуть не взорвался."

Печальное признание тому же Кихо сделал и Руппельт вскоре после совещания:

"Нам велено скрывать наблюдения, если же какое-то яркое донесение и всплывет, мы должны что-то спешно придумать, дабы прикончить его, а заодно и высмеять очевидцев, тем более когда подвернется подходящее объяснение. Нас вынуждают дискредитировать даже своих пилотов."

Что произошло после того, как члены комиссии разъехались по своим университетам и лабораториям? Доктор Робертсон вручил заключение комиссии директору ЦРУ или его заместителю. Копия поступила в Пентагон. Директор разведки ВВС генерал-майор Кабелл заключением остался доволен. А чему быть довольным? Если не считать предложения о мультфильмах, ничего нового комиссия не внесла. Ее выводы повторили то, что говорилось в отчетах проектов "Сайн" и "Градж". Ни АТИС, ни "Синяя книга" заключения не получили, но тогда же, в январе, генерал Кабелл вызвал к себе Гарланда и Руппельта и объявил, что, в соответствии с рекомендациями комиссии, штаты "Синей книги" будут увеличены, особое внимание будет уделено инструментальным наблюдениям, донесения об НЛО будут рассекречены. Увы, все это осталось благим пожеланием. Штаты проекта не только не увеличились, но сократились. В феврале Руппельт получил новое временное назначение,- случайно ли? Когда несколько месяцев спустя он вернулся в Дейтон, то нашел "Синюю книгу" поредевшей. Часть сотрудников перевели в другие отделы, а те, что остались, получали отвлекающие задания. Руппельт просил новых людей и неизменно получал отказ. Сошла на нет и небольшая программа инструментальных наблюдений. Что-то не ладилось с установленными на авиабазах кинокамерами, точнее, с дифракционными решетками, они перестали различать цвета. Заменить их так и не собрались.

Уволился из Пентагона пресс-секретарь по НЛО Алберт Чоп, демобилизовался майор Фурне. И у Руппельта в августе 1953 года закончился срок службы, он вышел в отставку в звании майора. В тот момент "Синяя книга" состояла из двух человек - его и рядового первого класса Макса Фуча. И то, что дела секретного проекта, возглавлять который полагалось, по крайней мере, подполковнику, Руппельт сдал рядовому, говорит о многом. Офицер, сержант и секретарь - вот отныне привычное штатное расписание "Синей книги". Начальство уже не побуждало сотрудников, как в прежние времена, проявлять рвение. Проект впадает в спячку. Частая смена руководителей, в основном отрицателей летающих тарелок и гонителей очевидцев, довершила дело. "Синюю книгу" теперь больше всего интересовали случаи ложного опознания. Удачное определение "Синей книги" той поры дал английский уфолог Чарлз Боуэн: "Общество для объяснения неисследованного". Эдвард Руппельт поступит в частную фирму, но до конца своей уже недолгой жизни не сможет отрешиться от странного наваждения, им самим названного НЛО. По-прежнему будет с живым интересом следить за перипетиями уфологической эпопеи, выслушивать исповеди очевидцев, вести переписку с заинтересованными лицами. В 1956 году выйдет его "Отчет об НЛО", и американцы впервые узнают многие закулисные эпизоды борьбы ВВС с летающими тарелками. И как ни старался Руппельт сохранить беспристрастность, то там, то здесь на страницах книги проглядывают его симпатии к гипотезе инопланетного происхождения НЛО. Через три года выйдет второе издание книги, и внимательный читатель в ней обнаружит три новых главы. Но каких! Там Руппельт, по сути дела, перечеркнет свои прежние суждения об НЛО, поставит под сомнение высказывания единомышленников и правдивость очевидцев, чем сам возмущался когда-то. Впечатление такое, будто те завершающие главы писались под чью-то диктовку, не сообразуясь с содержанием предыдущих.

Безусловно, это загадка, и объясняют ее по-разному. Давление военных и начальства. Руппельт работал в фирме, зависевшей от заказов Пентагона. Другое объяснение: Руппельт был возмущен, обескуражен набиравшей силу свистопляской тарелкоманов, их россказнями о контактах с операторами НЛО, о вояжах в запредельные миры, посланиях и наказах землянам и пр. А еще, возможно, Руппельту, сотруднику солидной фирмы, стала докучать причастность к летающим тарелкам, и он таким образом счел нужным от них отмежеваться. Любое из трех объяснений само по себе вряд ли состоятельно. Но вместе взятые они могут что-то прояснить. Так или иначе для Руппельта настала нелегкая пора. Оборвались давние связи, ушло из жизни то, чему он отдал столько сил и страсти. Еще через год Руппельта не стало: сердечный приступ в расцвете лет.

В 1953 году Пентагон объявил, что число донесений резко сократилось. И это действительно было так. "Большая волна" миновала, наступило затишье. Но Пентагон предпочел старое, опробованное объяснение: пресса перестала трубить о летающих тарелках, и вот результат. Отчасти верно и это. Пресса устала от подобных сенсаций. Но в ее молчании была и заслуга Пентагона, переставшего выдавать какую-либо информацию, за исключением случаев ложного опознания. Журналисты, правда, иногда получали информацию непосредственно от пилотов гражданских авиалиний и даже военнослужащих. Хотя такая информация и относилась к разряду конфиденциальных, строгостей на этот счет было явно недостаточно.

В августе 1953 года появилась инструкция ВВС 200-2, уточнявшая методы обработки информации. Теперь офицеры разведки точно знали, какие вопросы и в каком порядке следует задавать очевидцам. Там же отмечалось, что ВВС рассматривают НЛО как потенциальную угрозу для безопасности страны. Но главный сюрприз таился в четвертом параграфе:

"Центр авиационно-технической разведки на авиабазе Райт-Паттерсон, Дейтон, Огайо, анализирует и обрабатывает информацию и донесения, поступающие из ЗИ* после того, как управление ПВО окажется неспособным опознать НЛО." (*3И (зона интересов) - США, их протектораты и заморские территории.)

Тем самым вроде бы подразумевалось, что АТИС и "Синяя книга" освобождаются от докучливых донесений, с которыми в состоянии справиться система противовоздушной обороны, а уж если той задача покажется не по силам, тогда за дело возьмутся эксперты с авиабазы Райт-Паттерсон. В действительности все обстояло иначе: "Синяя книга" превращалась в ширму. Отныне командование ПВО или другое неназванное ведомство решали, как поступить с донесениями. При штабе ПВО существовало особое подразделение воздушной разведки - эскадрилья 4602. В войну перед нею стояла задача пленения и допроса сбитых вражеских летчиков. В мирное время эскадрилья, понятно, бездействовала. Ей и поручили заниматься летающими дисками. Офицеров разведки авиабаз обязали незамедлительно извещать штаб эскадрильи в Колорадо о наблюдениях НЛО. Звенья и отряды подразделения были рассредоточены по всей стране, персонал обучен собирать информацию, "проводить дознание. Эскадрилья 4602 была засекреченной воинской единицей, что уменьшало возможность утечки информации. Инструкция 200-2 распространяла режим секретности на все сообщения об НЛО.

"Представителям, печати разрешается сообщать лишь о тех случаях наблюдения, для которых будет найдено положительное объяснение... Ввиду большого числа неопознанных объектов рекомендуется ограничиться сообщением, что АТИС займется анализом полученных данных."

Но вскоре и такие меры показались недостаточными. В декабре 1953 года появится еще один секретный документ - JANAP-146. Расшифруем аббревиатуру: Объединенный для армии - флота - авиации циркуляр 146. В подзаголовке его другая мудреная аббревиатура - CIRVIS, что означает: Инструкция для подачи важнейших разведдонесений. Донесения, отправляемые под шапкой CIRVIS, говорилось в документе, относятся к разряду жизненно важной для безопасности страны информации, и среди такой информации - донесения об НЛО, подлежащие немедленной передаче с пометкой "Срочно". Но зловещая новизна многословного документа - в разделе "Меры безопасности", статье 210.

"Военнослужащим и гражданским. На всех лиц, ознакомленных с настоящей директивой, распространяется действие закона о разглашении секретных сведений от 1934 года и поправок к нему, а также законов о шпионаже. Донесения CIRVIS содержат информацию, затрагивающую вопросы обороны США, и подпадают под действие законов о шпионаже Свода законов США, раздел 18, статьи 793 и 794. Несанкционированная передача или разглашение донесений в какой бы то ни было форме запрещаются."

Отныне рассказ военнослужащим своих или чужих наблюдений НЛО приравнивался к разглашению государственной тайны, а упомянутые статьи за это сулили ни много ни мало - от года до десяти лет тюрьмы и штраф в десять тысяч долларов. Возможно, журналисты так скоро не проведали бы о том документе, не вздумай Пентагон распространить его строгости на экипажи коммерческих авиалиний. Пилоты гражданской авиации в пору "большой волны" ежедневно наблюдали до десятка НЛО, о чем были обязаны уведомлять власти после приземления. Теперь от них потребовали немедленно радировать о таких наблюдениях в Пентагон или на ближайшую авиабазу и помимо всего прочего ни с кем не обсуждать увиденное. В марте 1954 года четыреста пятьдесят пилотов гражданской авиации подписали протест. Не потому, что их лишали возможности в дружеском кругу рассказать о встречах с летающими тарелками. Один из пилотов так выразит общее мнение: "Нам велено сообщать о наблюдениях, но попробуй сообщи, тебя тут же обвинят в некомпетентности, да еще прикажут держать язык за зубами!" Тем не менее Пентагону и ЦРУ удалось на время прекратить возможные каналы утечки информации через военнослужащих, операторов радаров, авиадиспетчеров и гражданских летчиков. Бытовые, если позволено так выразиться, наблюдения, свидетелями которых становились автомобилисты, фермеры, лесорубы, охотники, эти ведомства тревожили в меньшей степени.

Комиссия Робертсона со своей задачей справилась за четыре дня. Работа института Баттелла растянулась почти на два года. Лишь 17 марта 1954 года командование ВВС получило отчет, известный под названием "Специального доклада No 14". Запрет на упоминание института оставался в силе, отсюда и анонимность доклада. А четырнадцать - это порядковый номер издававшихся пресс-службой Пентагона бюллетеней. Тринадцать предыдущих выходили в основном' при Руппельте, и в них рассказывалось о положении дел на уфологическом фронте. Аккредитованные при Пентагоне журналисты могли с ними познакомиться в пресс-центре. У выпуска четырнадцать особая судьба. Долгое время он не был известен вне стен Пентагона, но даже там имел ограниченное распространение. Старший научный консультант ВВС доктор Хайнек доклад читал, но так и- не смог для себя выхлопотать экземпляр. Год спустя журналистов познакомили с адаптированным текстом, и газета "Нью-Йорк тайме" поспешила заверить читателей, что ученые не нашли подтверждения тому, что немногие из оставшихся "неизвестных" могли к нам прилететь из космоса. О космических кораблях в докладе ничего не говорилось, однако "неизвестных" оказалось не так уж мало.

Статистический анализ института Баттелла - не самая увлекательная страница уфологической эпопеи, но без нее не обойтись, раз речь зашла об отношении ученых к НЛО. Итак, "Синяя книга" передала институту все, что у нее имелось, - около четырех тысяч донесений, поступивших с 1 июля 1947 года по 31 декабря 1952 года. На первый взгляд задача была предельно проста: разделить наблюдения на две группы, в одну должны войти те, для которых найдутся объяснения (это "известные"), в другую те, которым объяснения нет ("неизвестные"). Затем аналитикам предложили, изучив и сопоставив обе группы, ответить на единственный вопрос: есть ли существенная разница между объектами первой и второй группы? Вопрос кажется пустяковым для контракта, обошедшегося ВВС в сто тысяч долларов. Но именно это волновало Пентагон. Если эксперты решат, что принципиальной разницы между теми и другими нет, значит, "неизвестные", сколько б их ни набралось, не были опознаны лишь по недоразумению, недостатку информации, из-за необычных погодных условий, психологических факторов и т. д. Тем самым проблема НЛО теряла остроту. Если же, напротив, будет признано, что "неизвестные" - не чета "известным" с их земными и астрономическими объяснениями, это стало бы подтверждением существования подлинных НЛО и оправданием дальнейших программ по их изучению. Из четырех тысяч донесений сотрудники института сразу отсеяли восемьсот из-за фрагментарности или вздорности сообщений. При повторном процеживании ушло еще около тысячи донесений. В их число попали главным образом дублирующие показания об одних и тех же наблюдениях. Осталось - 2199. Работа началась. Из каждого донесения извлекались факты по шести заданным характеристикам: цвет, количество объектов, их очертания, скорость, светимость, продолжительность наблюдения. В особой графе оценивалась надежность показаний. Тут учитывались возраст, специальность, квалификация очевидцев. В итоге донесение получало оценку: отличное, хорошее, сомнительное, неудовлетворительное. Затем каждому случаю давалось одно из десяти объяснений: зонд, астрономическое тело, самолет, рефракция света, птицы, облака, недостаточная информация, психологический фактор, неизвестный и еще - "прочее". Важнейший элемент анализа - к какой категории отнести наблюдение. Тут требовался большой запас прочности. И занимались этим две независимые группы экспертов. Если их мнения совпадали - определение принималось. Но это касалось всех категорий, кроме "неизвестный". Даже если обе группы выносили вердикт "неизвестный", все равно эксперты собирались в полном составе и после совместного обсуждения должны были единодушно утвердить решение. Малейшее сомнение, и донесение отсылалось на дополнительный разбор. 240 донесений получили категорию "недостаточная информация" и были отсеяны. Осталось - 1959. Из них 434, или двадцать два процента, получили статус "неизвестный". Теперь на основе шести вышеназванных характеристик предстояло сопоставить "известные" (так или иначе объясненные) с "неизвестными" и ответить на искомый вопрос: есть ли существенная разница между теми и другими? После долгой и кропотливой работы аналитики пришли к выводу: вероятность того, что "неизвестные" остаются таковыми лишь по недоразумению или недостатку информации, не просто ничтожно мала, а практически равна нулю! По отдельным характеристикам картина выглядела так:

"Цвет: вероятность менее 1%. Светимость: вероятность более 5%. Очертания: вероятность менее 1%. Скорость: вероятность значительно меньше 1%. Продолжительность наблюдения: вероятность значительно меньше 1%."

Но оставим знатокам статистические расчеты, таблицы и графики. Сошлемся на мнение доктора Хайнека - он с нетерпением ожидал результатов анализа и не переставал о них размышлять многие годы:

"Любой статистик скажет, что статистические расчеты не безупречны. Еще, пожалуй, он скажет, что при оценке одной из означенных характеристик, а именно цвета, возможны субъективные мнения или иные обстоятельства, способные свести результаты на нет. Но тот же статистик скажет: в высшей степени невероятно, чтобы все шесть изученных Институтом Баттелла характеристик оказались бы подверженными тем же ошибкам, дающим в итоге неверный результат. Подсчеты показывают: вероятность того, что все шесть характеристик НЛО в проводимом тесте могли дать ошибочный результат (и, следовательно, опровергнуть сделанное заключение), составляет менее одного шанса из миллиарда."

Вывод из проведенного анализа для Хайнека совершенно ясен: "известные" и "неизвестные" - две совершенно разные категории объектов. "Неизвестные" - это воистину НЛО. А понимали эксперты Института Баттелла, к каким выводам пришли? Очень даже понимали и, похоже, испугались. Отсюда уловки в завершающей части доклада:

"Результаты тестов нельзя считать окончательными, ибо они не подтверждают и не отрицают того, что НЕИЗВЕСТНЫЕ - это по преимуществу неопознанные ИЗВЕСТНЫЕ, хотя есть основания сравнительно небольшое число НЕИЗВЕСТНЫХ отнести к астрономическим явлениям."

Странное дело. Если имелись основания, почему эти объекты сразу не записали в разряд "астрономическое тело"? Хорошо, отбросим и это "сравнительно небольшое число". Но как быть с остальными неизвестными? Авторы доклада делают еще одну попытку принизить полученный результат.

"Критическое рассмотрение важнейших характеристик вместе с тщательным изучением наблюдений, признанных НЕИЗВЕСТНЫМИ, наводят на мысль, что ряд факторов, главным образом сообщения о маневренности объектов и отсутствие исчерпывающих сведений, как-то: графики авиарейсов и запуска зондов - лишил нас возможности признать ИЗВЕСТНЫМИ часть объектов, отнесенных к НЕИЗВЕСТНЫМ."

А чтобы наглядней представить, чем и как занимались эксперты института, Хайнек приводит такой пример. Перед нами две корзины с яблоками. Если бы мы не знали, что это такое, все равно рано или поздно с помощью анализа пришли бы к выводу: предметы в обеих корзинах тождественны, хотя и отличаются размерами, формой, цветом. Если бы перед нами поставили корзину с яблоками, а другую, скажем, с теннисными мечами, то с помощью таких же тестов мы пришли бы к выводу: вероятность того, что в обеих корзинах предметы одной категории, ничтожно мала, хотя и не равна нулю. Именно к такому результату и пришли сотрудники Института Баттелла после двух лет изучения свода наблюдений НЛО: "известные" и "неизвестные" - предметы несопоставимые. Иначе говоря, есть "известные", а есть НЛО. Вряд ли кого итоги этого анализа волновали так, как доктора Хайнека. Хотя и после "большой волны" в нем все еще сидел закоренелый скептик, Хайнек не переставал считать себя научным консультантом ВВС, а потому мечтал о четком, выверенном научном методе изучения НЛО, об анализе, статистике, свободной дискуссии. Комиссия Робертсона не оправдала его надежд. Зато статистический анализ Института Баттелла произвел сильное впечатление, хотя не в меньшей степени покоробили попытки аналитиков опровергнуть самими же полученные выводы. "Этот отчет об НЛО навсегда останется досадным пятном на в остальном безупречной репутации научно-исследовательской организации". Не слишком ли строг доктор Хайнек? Как бы то ни было, а "Специальный доклад No 14" опроверг расхожее представление о том, будто неопознанные объекты остаются таковыми лишь по недоразумению или недостатку информации. Лет двадцать спустя неугомонный Хайнек отправится в город Колумбус, чтобы разыскать в архивах института досье или микрофильмы с рабочими материалами анализа. И выяснит, что институт, гордящийся сохранностью своих архивов, эти материалы уничтожил.

ИТОГИ

Затишье в Северной Америке. - Волна наблюдений в Европе и Южной Америке. - Феликс Зигель: в России тоже есть НЛО. Экзотические версии. - Внеземная гипотеза и ее истоки. Бестселлеры о летающих тарелках. - Джеральд Херд об искусственных спутниках Марса и марсианских пчелах. Отрицатели и скептики. - Гипотеза "параллельных миров" и ее сторонники. - Мид Лейн об эфирных кораблях. - Какая гипотеза лучше? - Предчувствия Чарлза Форта.

Мы познакомились с важнейшими эпизодами нашествия летающих тарелок в 19471953 годах. Этот период уфологии по праву называют американским. Хотя НЛО появлялись и в других частях света, но главные события разворачивались на Североамериканском континенте. Американским этот период можно назвать и по целеустремленности спецслужб США решить загадку. Недаром военные и разведчики дружественных стран под благовидными предлогами устраивали командировки в Вашингтон, чтобы в кабинетах и коридорах Пентагона постараться выяснить, как далеко в своих расследованиях продвинулась известная всему миру "Синяя книга". Теперь мы знаем о многообещающем начале и бесславном конце этого секретного проекта. Чего мы до сих пор не знаем - что собой представляют НЛО? Единственно, в чем, пожалуй, убедились: они не выдумка людей с неуравновешенной психикой, не скорбный перечень ошибок при опознании земных предметов или явлений астрономического свойства. Да, были разоблаченные и неразоблаченные мистификации. Да, восприятие наше несовершенно, люди подвержены внушению и самовнушению. Но если глаз и радар одновременно в одной и той же точке пространства фиксируют НЛО - как быть с такими случаями? Допустим, пилот в воздухе и оператор радара на земле страдают какой-то формой галлюцинации, - видят то, чего на самом деле нет. Но объектив-то кинокамеры им не подвержен, а он тоже фиксирует эхо-сигналы на экране и светящееся нечто в небе там, где видят их люди! Остается признать, что явления эти, как их ни назови, объективная реальность, пока не познанная, не объясненная. Что такое НЛО, откуда они прилетают, с какой целью и почему не вступают с нами в прямой контакт? Подобные вопросы не устают задавать и те, кто годами занимается уфологией, а равно и те, кто входит с ней в мимолетное соприкосновение. Любые возможные ответы на эти вопросы противоречат общепринятым научным представлениям. Спорить же с наукой - дело неблагодарное, даже рискованное. И потому всегда существовало стремление под разными предлогами отрицать сам феномен. Какие только возражения не изыскивались! Вспомним хотя бы довод доктора Валли и профессора Пейджа: проявление интереса внеземного разума лишь к Американскому континенту им представляется нелепостью. И они были бы правы, если б дело обстояло так. Но вот в США наступило затишье. Волна наблюдений перекинулась в Европу, прокатилась по Южной Америке. Почему летающие тарелки мерещатся лишь западному миру и ничего о них не слышно в странах коммунистического блока? - вопрошали скептики. Не потому ли, что свободный мир одержим страхами гибели в атомной войне. И ведь такие резоны кому-то казались тогда убедительными. Действительно, Советский Союз по поводу летающих тарелок хранил высокомерное молчание. В рассекреченном меморандуме ЦРУ от 19 августа 1952 года сквозит удивление: "В русской прессе не появилось ни единого сообщения или комментария, пусть даже сатирического плана". Когда же в издававшемся в Лондоне журнале "Совьет лайф" ("Советская жизнь") в 1968 году напечатали статью Феликса Зигеля о наблюдениях НЛО в СССР, американское посольство сочло этот факт настолько примечательным, что отправило в госдепартамент пространную телеграмму с ее изложением. Спасительных объяснений феномена выдвигалось множество. Одни отпадали, придумывались другие. Но для тех, кто имел возможность познакомиться с фактами во всей их полноте, существование НЛО представлялось бесспорным. Даже такой скептик и потрошитель летающих тарелок, как доктор Хайнек, был вынужден со временем это признать. А признание ставило те самые неотвратимые вопросы, и прежде всего - что такое НЛО? На заре уфологии ответ рисовался простым: космические корабли или зонды инопланетян! Но тотчас возникали другие сложнейшие вопросы: как удалось пришельцам преодолеть немыслимые расстояния (вряд ли они прибыли с ближайших планет), как умудряются летать и маневрировать в земной атмосфере, не считаясь с законами нашей физики? И почему не вступают с братьями по разуму в контакт? Оставим в стороне чересчур фантастичные гипотезы, к примеру, такие: НЛО запускает законспирированная группа ученых и технократов. Или ушедшие от возмездия, неведомо где укрывшиеся нацисты. Или подземные обитатели нашей якобы полой планеты. Потомки атлантов, после великой катастрофы обосновавшиеся на дне океана... Не много отыскалось охотников всерьез обсуждать эти домыслы. Главенствовала гипотеза инопланетного происхождения НЛО. Преобладало, правда, мнение, будто исповедуют ее, по преимуществу, не нашедшие или потерявшие себя люди, всякого рода неудачники, немощные старики, словом, те, кто от житейских бед ищет утешения в пришельцах из космоса. Такие впечатления нередко выносили репортеры, посещавшие заседания клубов тарелочников. Упрощенное представление об истоках гипотезы поддерживали и университетские психологи: летающие тарелки-де очередной миф, людям всегда что-то мерещилось, то ведьмы с лешими, то эльфы и ангелы, а в технотронный век - корабли из космоса. Даже если б дело обстояло так, если бы "инопланетная" гипотеза находила отклик лишь в сердцах сирых и обездоленных, не приемлющих мира сего, если б она была только мифом, и тогда бы стоило призадуматься, вспомнив малочисленные, презираемые и гонимые секты ранних христиан, перед которыми позднее распахнулись ворота мировых столиц. Но теперь мы знаем то, чего тогда не знали университетские психологи: "инопланетная" гипотеза впервые забрезжила не в умах мечтателей и неудачников, а людей, располагавших проверенной информацией. Родилась она в Центре авиационно-технической разведки, провозглашалась в секретном докладе "Оценка ситуации", подтверждалась в письме начальника Главного технического управления ВВС своему командованию... В большей или меньшей степени к этой гипотезе склонялись те, кому были доступны подробности наблюдений,- Руппельт, фурне, Чоп, Смит, Адаме, многие другие. А вот доктор Хайнек, располагавший той же информацией, вряд ли бы решился признать ее даже наедине с самим собой. Он, астрофизик, и на долю секунды не мог забыть, что разумная жизнь на планетах Солнечной системы невозможна, что расстояния до ближайших звезд чудовищны и что, наконец, ни один летательный аппарат не способен вести себя в земной атмосфере так, как ведут НЛО. Похоже, и другим ученым эрудиция мешала всерьез отнестись к "инопланетной" гипотезе, посему отголоски ее мы находим не в научных докладах, а в меморандумах и переписке военного ведомства. Но все это с грифом "Секретно". А чем мог утолить свой интерес к проблеме любознательный американец? О важнейших журнальных публикациях говорилось. Книг выходило немного, и почти каждая становилась бестселлером. Две принадлежали перу Дональда Кихо ("Летающие тарелки существуют", 1950; "Летающие тарелки из космоса", 1953). Хотя приверженность автора к "инопланетной" гипотезе заявлена в заголовке, поначалу Кихо, человек трезвого ума, побаивался далеко идущих выводов. Раз уж летающие тарелки сумели добраться до нашей планеты, когда-то они приземлятся и... О том, что должно последовать, Кихо до поры до времени рассуждать остерегался, а то и высмеивал слухи о маленьких человечках. Стремление держаться в рамках фактов - вот что, надо думать, способствовало успеху книг Дональда Кихо. Другой автор, Фрэнк Скалли ("Тайна летающих тарелок", 1950), попросту огорошил своих читателей: ВВС захватили три летающие тарелки с погибшим экипажем! Окажись это правдой, "инопланетная" гипотеза получила бы безоговорочное подтверждение. Но власти опровергли сообщение, хотя книга Скалли быстро разошлась. Двусмысленной оказалась и популярность книги Джеральда Херда "Загадка летающих тарелок" (первым изданием вышла в Англии в 1950 году, вторым в США в 1953 году). Англичанин и научный обозреватель Би-би-си Херд жил в Калифорнии, следя в меру сил за перипетиями уфологической эпопеи. Хорошее впечатление производили семь первых глав с изложением и взвешенной оценкой классических наблюдений. Но Херд пошел дальше, не побоялся назвать точное место, откуда взлетают неуловимые НЛО. Марс! Почему Марс? Некоторые ученые тогда его считали единственной планетой Солнечной системы, где возможна хоть какая-то жизнь. В лучшем случае, допускали они, там могли бы прижиться насекомые. Это и стало отправной точкой в рассуждениях Херда. Какие самые разумные насекомые на Земле? Пчелы, не перестающие удивлять упорядоченностью и организованностью своей роевой жизни. Стало быть, Марс обжили и обустроили пчелы. Но поскольку условия там менее благоприятны, чем на Земле, эти пчелы должны во всем превосходить земных. Это они построили и пилотируют летающие диски, не из воска, конечно, из каких-то более стойких материалов...

Можно по-разному отнестись к подобным высказываниям, но следует признать, что в основе их здравый смысл и научные представления, пусть даже не общепринятые. Когда же читатель доходил до описания двухдюймовых марсианских пчел, он просто не знал, что думать об авторе. Кстати, описание это по стилистике чем-то созвучно строкам библейской Песни песней: "Глаза подобны граненым алмазам, голова из сапфира, грудь изумрудная, живот рубиновый, крылья опаловые, ноги из топаза - вот тело, достойное суперразума". И чего же хотят от нас прекрасные марсианские пчелы? Не за медом же летели так далеко. Нет, обеспокоенные положением дел на Земле, стремлением человека превратить планету в ядерный погреб, марсианские пчелы явились сюда, дабы предотвратить катастрофу, грозящую нарушить хрупкое планетарное равновесие Солнечной системы. И Джеральд Херд заклинает ученых поскорее войти в контакт с земными пчелами, убедить их походатайствовать за нас перед всемогущими марсианскими сородичами, не так уж мы безнадежны, еще можем одуматься... Престранная книга! Перепад между трезвым, документированным началом и баснословной концовкой непомерно велик. Но интересный факт. Помните гипотезу советского астрофизика Иосифа Шкловского о том, что луны Марса, Фобос и Деймос, искусственного происхождения, а потому полые внутри? Такое предположение Шкловский высказал в 1958 году, чем поразил тогда мировое ученое сообщество, жадно ловившее каждое слово из страны, запустившей первый спутник. Но ту же мысль Херд высказал по крайней мере восьмью годами раньше. Фобос и Деймос, утверждал он, пустотелые синтетические спутники Марса, построили их пчелы, и это было их первым шагом в космос. Сегодня, когда есть фотографии лунных спутников с достаточно близкого расстояния, когда уточнены их орбиты, мы можем сказать, что Херд и Шкловский ошибались. Последний, кстати, от своей гипотезы отказался. Не впервые с марсианскими лунами происходят казусы. Невооруженным глазом и даже в слабые телескопы их не увидишь, и потому они были открыты лишь в 1877 году. Но за полтора столетия до этого о них писал английский классик Джонатан Свифт, который каким-то образом узнал об их существовании. Ну, а Джеральд Херд откуда мог узнать, как выглядят марсианские пчелы и с какими намерениями те прибыли к нам? Вряд ли кто над этим ломал голову. "Сумасшедший англичанин" - отзыв не столь уж редкий об авторе "Загадки летающих тарелок". И даже когда выражения избирались не столь прямолинейные, смысл их оставался тем же. Этими четырьмя книгами, пожалуй, исчерпывался запас аргументов в поддержку "инопланетной" гипотезы. Аргументов не слишком убедительных, надо признать, тем более что прозвучали они из уст отставного майора Кихо, сотрудника журнала "Вераэти" ("Варьете") Скалли и научного обозревателя Херда. Но и отрицатели летающих тарелок не смогли привести вразумительных контрдоводов. В обозреваемый период вышли две таких книги, большим спросом они не пользовались, во всяком случае, по количеству проданных экземпляров не перешагнули тот рубеж, за которым следует крупнотиражное издание в мягкой обложке. Мартин Гарднер в "Причудах и чудачествах именем науки" (1952) преподал урок будущим отрицателям, как походя следует расправляться с летающими тарелками. Перебрав всевозможные чудеса - от Атлантиды до озера Лох-Несс, он присовокупил к ним летающие тарелки и снисходительно посмеялся над людским легковерием. С уфологической конкретикой разделывался просто. Знаменитое наблюдение у горы Рейнир, к примеру, объяснил так: Кеннет Арнольд видел девять пластиковых зондов. Для этого, правда, пришлось пренебречь существенной деталью, - объекты летели со сверхзвуковой скоростью, на что не способны никакие зонды. Секретной программой запуска зондов Гарднер и объяснял шумиху с летающими тарелками, опрометчиво предсказав их близкий конец. Годом позже вышли "Летающие тарелки" Дональда Мензела. В этой книге больше эрудиции, апломба, но приемы те же, что у Гарднера: поставить НЛО в один ряд с чудесами от библейских времен до наших дней, а известные наблюдения объяснить ошибками восприятия, невежеством, обманом, массовым психозом. Скопом подогнать наблюдения под те или иные явления оптического, метеорологического или астрономического свойства, исказить факты сообщения настолько, чтобы любой случай получил прозаическое объяснение - вот излюбленные приемы Мензела. Те, кто с нетерпением ожидал выхода книги гарвардского астрофизика Мензела, быстро в ней разочаровались. Ничего полезного не смогли извлечь оттуда и разведчики АТИСа. Швейцарский психолог Карл Юнг, живо интересовавшийся феноменом НЛО, дал о книге такой отзыв:

"Несмотря на все старания, профессору Мензелу не удалось представить удовлетворительное научное объяснение хотя бы одному достоверному наблюдению НЛО".

Ни приверженцы, ни противники "инопланетной" гипотезы не сумели доказать или опровергнуть ее, и к 1953 году любознательный американец остался с набором неразгаданных небесных шарад. Конечно же нашлось достаточно охотников решать их самостоятельно. Стали возникать уфологические группы и организации разных толков. Уже в следующем году заговорят о посадках НЛО, о маленьких человечках. Начнутся радения контактеров. Стараясь превзойти друг друга, они принародно будут рассказывать о якобы совершенных ими путешествиях в запредельные миры на кораблях дружественных инопланетян, о наказах пришельцев землянам и пр. Уфологическая обстановка станет еще более запутанной. Было бы несправедливо теперь же не помянуть и другую гипотезу, противостоящую "инопланетной". Впрочем, слово "гипотеза" тут вряд ли уместно. Убежденности, с какой она была высказана, мог бы позавидовать и гарвардский профессор Мензел. Речь идет о гипотезе параллельных миров. Первый камень в ее основание заложил Мид Лейн своей книгой "Эфирный корабль и его объяснение". Без страхующих модальных оборотов "как мне кажется", "можно предположить", к которым нередко прибегают из осторожности уфологи, Лейн поведал, откуда берутся летающие тарелки. Из эфира, заполняющего небесное пространство, из кажущейся нам пустоты. И потому корабли эти он называет эфирными. Субстанция их желеобразна, они легко меняют размеры и формы. Управляют ими эфиряне, существа иного мира, живущие на иной, чем мы, частоте. Для нас они обычно остаются невидимками, человеческий глаз начинает их различать, когда они понижают частоту вибраций. Точно так же лопасти вращающегося вентилятора мы начинаем различать с уменьшением оборотов. Не всегда, однако, люди видят настоящие эфирные корабли. Эфиряне умело воздействуют на восприятия человека, и многие наблюдения происходят на уровне подсознания. А зачем это все эфирянам? Так они подают человечеству знак о существовании иных измерений и форм жизни - во благо людям и самим себе. Доктор Мид Лейн был директором им же основанной в 1945 году исследовательской организации пограничных наук. Под словом "пограничные" имелся в виду широкий спектр явлений, от которых ученые отворачивались и даже шарахались: экстрасенсорное восприятие, телекинез, парамедицина, гипноз, левитация, фотографирование невидимого, обитатели полой планеты и многое другое. Эфирные корабли для Лейна были только одной из сфер интересов. Книга появилась в 1950 году, и автор ее был одним из первых, кто попытался объяснить НЛО. Но он, бесспорно, был первым, кто дал феномену метафизическое, парафизическое, спиритическое или оккультное толкование. Тогда такое объяснение казалось диким, и мало кто обратил на него внимание. Но семена были брошены. Идеи Лейна получат поддержку от близких к оккультизму авторов - Дезмонда Лесли, Тревора Констебля, Бринсли Ле Поэр Тренча и других, - затем станут общим местом в контактерской литературе и, наконец, найдут сочувственный отклик в работах докторов наук Айвена Сандерсона, Жака Балле и особенно литератора Джона Кила. Не всегда у них мы найдем эфирян с эфирными кораблями, но вот что объединяет этих писателей с Лейном: бессмысленно искать стартовые площадки НЛО в запредельных мирах, летающие тарелки прибывают из мест не столь отдаленных - из "параллельных миров". Что такое - "параллельный мир"? Всякий рассуждающий на эту тему может иметь свое мнение. К тому же многие из них, в отличие от Лейна, не замыкают слух и для иных объяснений, но все они в какой-то момент сходятся на том, что наряду с нами на той же космической делянке, именуемой планетой Земля, существует несколько самостийных пространственно-временных континуумов (непрерывностей, если кому-то потребуется перевод этого иноязычного слова). Для нас тот мир остается невидимым, ибо у него другой уровень вибраций, - так объясняют потаенность этого мира одни. Другие считают, что от наших глаз его скрывает кривизна пространства. Так или иначе, но "параллельный мир" населен разумными существами. Нам их мир недоступен, они же способны входить в нашу юдоль, открываться нашим взорам. О том, как происходит "вхождение", единого мнения нет. Очевидно, те существа должны понизить частоту вибраций. Вспомним Лейна: вращающийся пропеллер мы начинаем различать, когда снижаются обороты. Считается, что процесс этот как-то связан с действием электромагнитных сил, а также с волевым актом самих существ. И этот неведомый мир или миры спокон века находились бок о бок с нашим. Отдельные представители рода человеческого знали об их существовании, даже общались с потусторонней силой, получали какие-то указания...

Особой новизны в этом нет. Нечто подобное давно утверждали оккультисты, спириты, теософы и другие держатели сокровенных знаний. К прежней номенклатуре нежити теперь добавились НЛО и пилотирующие их сущности. Сегодня гипотеза "параллельных миров", приправленная научной терминологией, историческими и фольклорными штудиями, уравнялась в правах с "инопланетной", отстаивать ее не считают грехом люди с учеными степенями, в том числе и в нашей стране. Наивный вопрос: какая из двух гипотез лучше? Послушаешь сторонников той и другой, и станет ясно - обе не сулят нам ничего хорошего. На первый взгляд гипотеза "параллельных миров" предпочтительней. Хоть кое-кто и уверяет, что существа, населяющие "параллельный мир", злобны, коварны и любят дурачить нас, грешных, что в зависимости от культурно-технологического уровня человечества они морочили и морочат нас то гномами, эльфами и русалками, то дирижаблями и самолетами, а теперь вот НЛО, но здравый смысл и тут находит утешение. Раз это параллельный мир, значит, его обитатели плывут во времени и пространстве на одном с нами корабле. И если они действительно так мудры и могучи, то не дадут сбиться с верного курса ни планете, ни человечеству, ведь наша гибель может обернуться их гибелью. А впрочем, как знать, быть может, им наскучило наше соседство, надоели наши атомные безумства, и они намерены из коммунальной квартиры перебраться в отдельную. Инопланетная гипотеза тем более безутешна. Упования на то, что по прибытии на Землю инопланетяне с радостью расскажут нам о своем житье-бытье, поделятся своими секретами и передовыми технологиями, - такие представления и 'раньше вызывали сомнения. Уж если земляне не спешат поделиться друг с другом производственными тайнами, стоит ли рассчитывать на добрых инопланетян? Чарлз Форт, писавший о многих необъясненных и замалчиваемых наукой странностях, в том числе и летающих дисках, еще в 1919 году высказал догадку: обитатели далеких миров некогда запросто наведывались к нам, на третью планету малопримечательной звезды, которую мы называем Солнцем. Наведывались, чтобы поохотиться, пополнить свои гаремы, отобрать образцы растений, животных, минералов. Неупорядоченные разбойные экспедиции в какой-то момент прекратились, поскольку Земля, ее обитатели стали чьей-то собственностью, обрели хозяина в лице некой могущественной цивилизации. И многие уфологи упражнялись в жутковатых прорицаниях на заданную тему. Карл Юнг о том же сказал мягко, осторожно, но смысл все тот же:

"Если гипотеза инопланетного происхождения феномена подтвердится, бразды правления перейдут в другие руки, и мы лишимся многих приятных мечтаний".

Не правда ли, странно слышать такое после суетливого, но трезвого периода "Синей книги", когда разведчики попросту складировали донесения, не осмысливая их, отделываясь скороспелыми заключениями и не слишком давая волю фантазии. Но вот мы подошли к черте, за которой начинаются качественно новые наблюдения, и опять они, как когда-то, накатывают волками, причем не только в Америке, и тут едва ли не главная тема - посадки НЛО, явление землянам их операторов - маленьких человечков, и как следствие сего - великие радения контактеров с их невероятными историями. Но это особый рассказ. О начальном же периоде американской уфологии самое главное сказано.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ ...Но осталась нетронутой тема аварийных дисков, будто бы потерпевших катастрофу и подобранных военными. Власти говорят, что нет бесспорных вещественных доказательств существования НЛО. Молва же утверждает, что они есть, только тщательно скрываются. Как бы то ни было, эта история началась едва ли не в первые часы новейшей уфологии, а распутывать ее продолжают по сей день. Сколь бы она ни была фантастичной, не станем закрывать на нее глаза, изложим все "за" и "против", предоставив читателю самому рассудить, чему тут можно верить. Итак...

(КНИГА ВТОРАЯ)

В СТОРОНУ СКАЛЛИ

Поправка к закону открывает архивы. - Эдгар Гувер требует доступа к захваченным дискам. - Стейнман выходит на след. Новые факты. - Доктор Сарбэчер: ученые изучали захваченные диски. - Меморандум У. Смита. - Вернер фон Браун и Германн Оберт о пришельцах. - Очередные шарады.

В декабре 1969 года комиссия "Синяя книга" прекратила свое существование. Ее архивы считались рассекреченными, но еще несколько лет оставались практически недоступными, поскольку находились на территории авиабазы, куда попасть было непросто. В середине семидесятых годов их передали в Государственный архив в Вашингтоне, и каждый желающий, внеся плату, мог стать обладателем собрания микрофильмов. Уфологи получили ценный материал. В рассекреченных бумагах, разумеется, не нашлось ни строчки о потерпевших аварию дисках. Если такие документы существовали, они находились в другом месте. Уфологи давно подозревали, что наиболее интересные материалы следует искать в спецхранах ЦРУ, ФБР, Агентства национальной безопасности, в НАСА и НОРАД (Объединенная система противовоздушной обороны Североамериканского континента), хотя эти ведомства всегда отрицали свою причастность к презренным летающим тарелкам. Четвертого июля 1974 года конгресс США принял поправку к закону о свободе информации. Поправка предусматривала доступ любого гражданина к архивам федеральных ведомств, правда, с девятью оговорками. Не подлежали выдаче документы, разглашение которых могло нанести серьезный урон национальной безопасности. Определить это должен был суд. В 1977 году две общественные организации - "Наземное наблюдение за НЛО" и "Граждане против секретности в делах НЛО" - подали в Окружной суд в Вашингтоне иск... К кому бы вы думали? Иск был предъявлен ЦРУ. Процесс вели адвокаты известной нью-йоркской фирмы Питер Герстен и Генри Ротблатт. В немалой степени успеху способствовал директор специально созданной для судебных тяжб организации "Граждане против секретности..." Тодд Зехель, в прошлом сотрудник Агентства национальной безопасности. Зехель знал, как собирается и по каким каналам расходится информация об НЛО, так что судебные баталии велись не совсем вслепую. В конце 1978 года, согласно постановлению Окружного суда, ЦРУ было вынуждено передать истцам свыше девятисот страниц документов об НЛО. Пятьдесят семь единиц хранения без указания количества страниц разведуправление отказалось выдать из соображений национальной безопасности. На закрытом заседании суд согласился с доводами представителей ЦРУ. Подобный иск был предъявлен и разведывательному управлению министерства обороны. Процесс тянулся семь лет, и в 1985 году оно выдало тридцать семь досье, в общей сложности сто тридцать девять страниц. Пятнадцать папок с документами Пентагону удалось отстоять. С большим или меньшим успехом иски предъявлялись и другим ведомствам. Но в изымаемых по судебным постановлениям бумагах откровений оказалось не так уж много. Чаще документы подтверждали то, что уже было известно с большой долей вероятности. Но вот доктор Брус Маккаби, поддавшись общему настроению, предъявил судебный иск Федеральному бюро расследований, которое особенно упорно открещивалось от причастности к тарелочным делам. Последнее такого рода заявление было сделано директором ФБР Кларенсом Келли 23 октября 1973 года, а по прошествии трех лет это ведомство решением суда вынудили предоставить доктору Маккаби 1100 страниц документов о летающих тарелках. И тут, пожалуй, впервые промелькнула тема аварийных дисков. Двадцать второго марта 1950 года в адресованном директору ФБР Эдгару Гуверу меморандуме агент сообщал:

"Как утверждает дознаватель ВВС, три так называемых летающих тарелки были подобраны в Нью-Мексико. Форма круглая, верх в центре приподнят, футов пятьдесят в диаметре. В каждой было обнаружено три человекоподобных существа ростом около трех футов, в комбинезонах из очень эластичного металлического материала. Комбинезоны похожи на те, что используются пилотами сверхскоростных самолетов и летчиками-испытателями. Как информировал (фамилия зачеркнута.Авт.), тарелки были обнаружены в Нью-Мексико благодаря тому факту, что правительство в том регионе располагает чрезвычайно мощными радарами, которые, как считают, способны нарушить систему управления летающих тарелок."

Здесь все очень туманно. Некий офицер поведал знакомому историю о якобы захваченных дисках. Его собеседник оказался осведомителем ФБР, таким образом, информация попала на стол Гувера. Похоже, и сам офицер пользовался слухами, точных дат нет, место аварии указано приблизительно. Но вот другой, куда более интересный документ из архивов ФБР.

"Меморандум для мистера Лэдда Мистер (фамилия зачеркнута.- Авт.) также обсуждал этот вопрос с полковником Л.Р. Форни из разведывательного управления*. Полковник Форни сказал: поскольку установлено, что летающие диски не являются оружием Армии или ВМС, то ФБР, по его мнению, должно проявить к ним интерес. Он сказал, что бюро должно по возможности прислушаться к просьбе генерала Шульгена." (*Имеется в виду разведывательное управление генерального штаба сухопутных войск.)

Из документа следует, что Шульген склонял ФБР подключиться к расследованию головоломок с летающими дисками. В генеральном штабе поначалу существовало подозрение, что они могут быть каким-то сверхсекретным, на стадии испытаний, а потому, кроме узкого круга лиц, никому не известным оружием того или иного ведомства. Теперь ситуация прояснилась,- подобных проектов не существует, и Пентагон не прочь воспользоваться разветвленной, всепроникающей агентурой ФБР. Хорошо, но где же тут аварийные диски? Они в концовке меморандума, в неудобочитаемой приписке Эдгара Гувера:

"Я бы не возражал, но прежде чем дать согласие, мы должны получить свободный доступ к подобранным дискам. [Чтобы не вышло], как, например, в ЮЗ случае, когда Армия захватила его, не дав нам возможности провести даже беглый осмотр."

Рукою всесильного, а тут явно обиженного Пентагоном директора ФБР Гувера, почерк которого трудно разобрать и еще труднее подделать, написано: "как, например, в ЮЗ случае, когда Армия захватила его..." "Его" - это конечно же летающий диск. "ЮЗ", по толкованию Берлица и Мура, означает "Юго-Запад (SW)", куда входит штат Нью-Мексико. Но те две закорючки можно прочитать и как английские буквы LA, и тогда это могло бы означать "район Лос-Анджелеса", где расположена авиабаза Мьюрок*. (*Факсимильное воспроизведение документа дано в приложении к книге Тимоти Гуда "Сверх-совершенно-секретно".)

Меморандум был составлен 15 июля 1947 года, неделю спустя после сенсационного сообщения авиабазы Розуэлл о находке летающего диска. Похоже, Пентагону удалось договориться с ФБР. 30 июля ФБР разослало своим агентам циркуляр за No 42. В нем говорилось:

"Бюро незамедлительно должно уведомляться телетайпом обо всех поступающих наблюдениях летающих дисков с приложением ваших выводов. Если наблюдение представляет интерес, вслед за телетайпным сообщением в Бюро направляется письменный отчет о вашем расследовании. Армейские воздушные силы заверили Бюро в своем полном сотрудничестве в этих вопросах, и в случаях, когда необходимая информация не будет предоставлена или вам будет отказано в возможности осмотреть подобранный диск, о том надлежит срочно известить Бюро."

Пентагон принял условия Гувера, и ФБР подключилось к слежению за летающими тарелками. Вернее, к слежению за теми, кому довелось их наблюдать. В 1981 году инженеру Уильяму Стейнману, работавшему в аэрокосмической промышленности, попалась в руки забытая и осмеянная книга Фрэнка Скалли "Тайна летающих тарелок". Этот малопримечательный факт со временем даст новый разбег легенде об аварийных дисках. Профессиональные навыки инженера-аналитика, его связи, а главное - упорство удивили даже бывалых уфологов, когда шесть лет спустя появилась книга "НЛО терпит бедствие в Азтеке". Основной ее тезис: Скалли во многом был прав, рассказывая о потерпевшей аварию летающей тарелке под Азтеком в конце сороковых годов. Беда же Скалли заключалась в том, что он поторопился с публикацией невыверенного материала, допустил много ошибок, неточностей, ибо получал сведения не из первых рук. Уильям Стейнман брался заново рассказать ту же историю, называя точные даты, имена, географические точки, но, как и Скалли, отказался разглашать свои источники информации, что, безусловно, снижало градус сенсации. И все же картина, им нарисованная, получилась впечатляющей. Диск врезался в землю в двенадцати милях северо-восточнее города Азтек 25 марта 1948 года и, стало быть, к Розуэллскому инциденту отношения не имел. Незадолго до падения диск одновременно засекли три радиолокационные станции. Один из радаров, как полагают, вывел из строя систему управления диска. На место катастрофы прибыл персонал Группы по межпланетным явлениям. Создателем этой группы со странным названием Стейнман называет генерала Джорджа Маршалла, начальника штаба армии в годы второй мировой войны. В 1947-1949 годы он занимал пост государственного секретаря. Штаб-квартира группы находилась в Кэмп-Хейле, штат Колорадо, недалеко от места катастрофы. Маршалл распорядился и об отправке туда бригады ученых во главе с доктором Вэнневаром Бушем, в нее вошли специалист по земному магнетизму и радарам доктор Ллойд Беркнер, физиолог и биофизик доктор Детлев Бронк, физик Роберт Оппенгеймер, математик Джон (Янош) фон Нейман, геофизик Мерле Туве, специалист по электромагнетизму доктор Карл Хейланд*, авиаконструктор Джером Хунзекер и доктор Хорас ван Валкенберг, специалист по неорганической химии. (*Стейнман считает, что доктор Хейланд послужил источником информации для Фрэнка Скалли, правда при посредничестве другого ученого - Лео Гебауэра (доктор Джи), чем во многом объясняются допущенные Скалли неточности.)

Ученым было ведено срочно собраться в аэропорту Дуранго, Колорадо. Там их заставили присягнуть хранить в тайне то, что вскоре предстояло увидеть. От Дуранго до Азтека тридцать пять миль. Если кому-то и попалась на глаза проследовавшая колонна автомашин, ее можно было принять за геологоразведочную партию на марше. Район был оцеплен. Описание того, что происходило на месте происшествия, не совпадает с рассказом Скалли лишь в деталях. В диск проникли через поврежденный иллюминатор. Он, как и корпус диска, был из тонкого, прочного и прозрачного металла. В кабине перед пультом управления обнаружили двух погибших гуманоидов. Двенадцать других извлекли из внутренних отсеков. Всего - четырнадцать. У Скалли - шестнадцать. Средний рост гуманоидов - сорок два дюйма (метр и пять сантиметров). Крупные головы. Большие, чуть скошенные глаза. Возможно, потому в них находили сходство с монголоидным типом. Носы и рты маленькие. Хрупкие торсы, тонкие шеи. Руки длинные, почти до колен. Пальцы тоже длинные, тонкие, между ними что-то похожее на перепонки. Медики называют это синдактилией- - частичным сращением пальцев. У гуманоидов не обнаружили желудочно-кишечного тракта и прямой кишки. Отсутствовали органы размножения. Кровь была бесцветной и попахивала озоном. Люди ли это? Скорее, киборги - кибернетические организмы, знакомые нам по научной фантастике. Помесь машины и органического существа. Роботы для дальних космических путешествий. Им неведомы страх, боль, усталость, разочарования, они могут обходиться без сна, воды и пищи. В назначении кнопок на пульте управления ученые не сумели разобраться. И опять же - как у Скалли и в рассказах очевидцев Розуэллского инцидента - загадочные письмена на панели пульта. В кабине отыскали нечто похожее на книгу, листами для нее служил напоминающий пергамент материал. Три дня в полевых условиях продолжалось обследование необычного корабля. Каждый член команды занимался своим делом. С помощью военных удалось разобрать на сегменты казавшийся монолитом летательный аппарат. Он уместился на трех грузовиках. Тела уфонавтов уложили в специально доставленные холодильные камеры. И автоколонна взяла курс на Лос-Аламос, отрезанный от мира городок в безлюдных просторах Нью-Мексике, где еще недавно создавалась первая атомная бомба. Там, в ангарах авиабазы, больше года хранился фантастический груз, прежде чем его переправили в другое или другие места. В рассказе Стейнмана в первую очередь привлекают не экзотические детали о летающем диске и маленьких человечках, а земные подробности. И та уверенность, с какой автор их перечисляет: кто входил в группу экспертов, сколько дней продолжалось обследование, как долго добирались до Лос-Аламоса и пр. Создается впечатление, что Стейнман даже в ущерб повествованию старается перенасытить рассказ подробностями. Сообщив о загадочных письменах и найденной книге, он спешит добавить, что Оппенгеймеру те знаки показались чем-то схожими с санскритским письмом и что по распоряжению генерала Маршалла все относящееся к письменам было передано Ламбросу Каллихамосу и Уильяму Фридману, но даже этим знаменитым разведчикам-криптологам не удалось их прочитать. Или такой факт: сухой лед, жидкий азот и холодильные камеры - все необходимое для замораживания погибших уфонавтов,- сообщает Стейнман,- по просьбе Вэнневара Буша раздобыл и доставил его коллега доктор Пол Шерер. Но от кого были получены такие подробные сведения? То, что Стейнман отказался назвать источники информации, мало кого удивило. Не только Скалли и Стейнман оберегали своих информаторов. Уфологи сплошь и рядом получали ценные данные и подсказки в обмен на обещание не разглашать имена свидетелей. К тому времени, когда вышла книга Стейнмана, названных ученых уже не было в живых. Некому было опровергать или подтверждать сказанное. И все же Стейнману удалось заручиться свидетельством если и не главного персонажа, то лица, достаточно осведомленного, авторитетного. Речь идет об известном физике, докторе Роберте Сарбэчере, научном консультанте Объединенного экспериментальноисследовательского комитета и участнике многих секретных правительственных проектов 1940-1950 годов. Доктор Сарбэчер скончался до выхода книги Стейнмана, в 1986 году. Но его письмо, датированное 29 ноября 1983 года, в какой-то мере служило и служит охранной грамотой книги "НЛО терпит бедствие в Азтеке". На осторожную просьбу Стейнмана прояснить, если возможно, интересующие его вопросы, доктор Сарбэчер ответил с неожиданной откровенностью: "Нет ни малейших причин, почему бы я не смог или не должен был бы ответить на ваши вопросы". И дальше его ответы по пунктам:

"1. Что касается лично моего участия в операциях по овладению летающими тарелками, должен сказать, я не был связан ни с кем из лиц, имевших к тому непосредственное отношение, и ничего не могу сообщить относительно дат таких операций. Если бы знал, сообщил. 2. По поводу просьбы уточнить имена лиц, к тому причастных, могу лишь сказать: Джон фон Нейман определенно имел отношение. Доктор Вэнневар Буш определенно имел отношение, и, полагаю, доктор Роберт Оппенгеймер тоже. Мое же сотрудничество с Экспериментально-исследовательским комитетом под руководством доктора Комптона в годы президентства Эйзенхауэра я бы назвал ограниченным. Хотя меня не однажды приглашали на совещания, посвященные упомянутым авариям, в силу личных обстоятельств я не смог на них присутствовать. Уверен, они могли обратиться к доктору фон Брауну и другим, вами названным лицам, а те могли принять или не принять приглашение. Вот все, что мне известно. 3. Действительно, работая в Пентагоне, я получал некоторые официальные сообщения, но там они все и остались, поскольку выносить что-либо из кабинета не дозволялось..."

На первый взгляд может показаться, что письмо Роберта Сарбэчера не вносит ничего нового: участия в заседаниях, где обсуждались аварии, он не принимал, самих дисков не видел. В то же время у автора нет тени сомнения, что летающие тарелки (именно так - во множественном числе!) действительно терпели аварию. Трудно допустить, чтобы ученый такого ранга на закате жизни решился бы поставить на карту свое доброе имя сомнительными утверждениями. А может, престарелый ученый что-то перепутал, вспоминая события почти сорокалетней давности? Однако нашелся документ, полностью подтвердивший правоту доктора Сарбэчера. Такой документ отыскался в Канаде. Имя канадского инженера Уилберта Смита в уфологии хорошо известно. Хотя Смит не оставил после себя ни одной книги, но он, несомненно, был одним из первых, кто признал реальность неопознанных летающих объектов и с начала пятидесятых годов посвятил себя разгадке их принципа тяги. В 1980 году в Канаде гриф "Совершенно секретно" на многих архивных документах за давностью лет был снижен до "Конфиденциально", и это облегчило к ним доступ. В составленном в ноябре 1950 года меморандуме говорилось о летающих тарелках, разгадка принципа тяги которых, по мнению Смита, сулила прорыв к новой технологии. Понимая, что лучшим доводом в пользу такого проекта для канадского правительства может служить пример США, Смит писал:

"А. Это наиболее засекреченная тема американского правительства, уровень ее секретности даже выше, чем водородная бомба. Б. Летающие тарелки существуют. В. Их modus operandi не известен, но энергичные усилия в этом направлении предпринимаются небольшой группой, возглавляемой доктором Вэнневаром Бушем. Г. Этим исследованиям американские власти придают огромное значение."

Меморандум был представлен канадскому правительству 21 ноября, а уже 2 декабря 1950 года при министерстве транспорта учреждается секретный проект под кодовым названием "Магнит" для изучения летающих дисков. Руководителем его назначили Уилберта Смита. Но каким образом канадец Смит мог узнать о секретной группе доктора Буша в 1950 году, если даже для осведомленных американских уфологов эти сведения забрезжили только в начале 1980-х? В бумагах Уилберта Смита после его смерти (в 1962 г.) нашли запись беседы с доктором Робертом Сарбэчером в Вашингтоне, в канадском посольстве, 15 сентября 1950 года. Вот ее полный текст:

"Смит.- Я работаю над проблемой использования магнитного поля Земли как источника энергии, и, полагаю, эта работа может иметь отношение к летающим тарелкам. Сарбэчер.- Что бы вы хотели узнать? Смит.- Я прочитал книгу Скалли о летающих тарелках и хотел бы знать, насколько ей можно верить. Сарбэчер.- Факты, изложенные в книге, в основном верны. Смит.- Значит, тарелки существуют? Сарбэчер.- Да, они существуют. Смит.- И они действуют, как считает Скалли, на магнитном принципе? Сарбэчер.- Мы не смогли воспроизвести их летные характеристики. Смит.- Насколько я понимаю, сама тема летающих тарелок засекречена? Сарбэчер.- Она засекречена на два порядка выше, чем водородная бомба. Можно сказать, это наиболее засекреченная тема американского правительства. Смит.- Могу ли я спросить о причинах подобной секретности? Сарбэчер.- Спросить вы можете. Ответить я не смогу. Смит.- Имеется ли возможность для меня получить больше информации, особенно ту, что могла бы пригодиться в нашей работе? Сарбэчер.- Думаю, вы могли бы получить к ней доступ через ваше министерство обороны. Я убежден, обмен информацией можно наладить. Если у вас найдется чем поделиться, мы бы охотно оговорили это. Больше пока ничего не могу сказать."

В конце рукою Смита сделано примечание: "Вышеизложенное записано по памяти сразу после беседы. Я старался воспроизвести ее по возможности дословно". И все же сомнения: как вообще могло состояться такое интервью? Ведь доктор Сарбэчер сообщает канадцу секретнейшую информацию, она по сей день хранится за семью печатями!

Уилберт Смит не был человеком со стороны, он встретился с доктором Сарбэчером как представитель канадского Управления телекоммуникаций и Научноисследовательского комитета по обороне. Эту встречу можно считать взаимным зондажем и даже торгом технических разведок двух союзных стран, заинтересованных в получении информации о летающих дисках. Беседа была организована подполковником Бремнером из канадского посольства в Вашингтоне и проходила в его присутствии, что успел подтвердить Сарбэчер:

"Я помню это интервью с доктором Бреннером (sic). Думаю, ответы, мною тогда данные, именно те, что вы приводите. Вполне понятно, в этом вопросе я был более сведущ - в ту пору. Пожалуй, я бы смог дать и более обстоятельные ответы, посещай я заседания, посвященные означенному предмету... Припоминаю одно сообщение о том, что материалы, доставленные с мест катастроф летающих тарелок, были чрезвычайно легкими и прочными. Уверен, их тщательно изучали наши лаборатории. Сообщалось также, что роботы (instruments) или люди, управлявшие теми машинами, тоже были чрезвычайно легковесными, способными выдерживать при торможении и ускорении огромные перегрузки. Помню, из разговоров с сослуживцами я вынес впечатление, что "пришельцы" были сконструированы наподобие некоторых земных насекомых, так что силы инерции, воздействующие на этих роботов (instruments), по причине их малой массы должны быть незначительными. По сей день не знаю, почему приказом сверху все это было засекречено и почему до сих пор отрицается существование этих устройств. Сожалею, что задержался с ответом, и советую вам связаться с другими людьми, принимавшими непосредственное участие в той программе. Искренне ваш. Док. Роберт И. Сарбэчер Р.S. Сдается мне, имя доктора Буша вы пишете неверно, и я исправил. Пожалуйста, проверьте написание."

По прошествии трех десятилетий доктор Сарбэчер запамятовал, что фамилия военного атташе канадского посольства была Бремнер, а не Бреннер. Зато он заметил ошибку и написании имени доктора Буша, что говорит о внимательности престарелого ученого. Версия Стейнмана не дала последнего решающего доказательства, и уфологам ничего не оставалось, как собирать новые и перетряхивать старые свидетельства, некогда казавшиеся столь невероятными, что на них и не задерживали внимание. Как, скажем, в начале шестидесятых годов можно было отнестись к опубликованной беседе Рольфа Александера с генералом Маршаллом? Последний не только признал факт аварии летающих дисков, но и сообщил Александеру о якобы имевших место контактах с существами, этими объектами управлявшими! По словам Маршалла, к землянам они настроены дружелюбно, трижды пытались совершить посадку, но земная атмосфера оказалась для них губительной, пришельцы в буквальном смысле сгорали, чернели, глотнув нашего воздуха. Такая беседа будто бы состоялась в 1951 году после явления НЛО над аэропортом близ Мехико,- репортеры ожидали прилета министра обороны США Маршалла и вдобавок ко всему стали свидетелями воздушного аттракциона. Запись беседы была опубликована в журнале "Флаинг сосер ревью", как и завещал Рольф Александер, когда ни его, ни Джорджа Маршалла уже не было в живых. Есть и другие "неприличные" высказывания на эту тему, казалось бы уместные лишь в контактерских изданиях. После того как американская ракета "Юнона-2" по неизвестным причинам отклонилась от заданной орбиты, Вернер фон Браун сделал поразительное заявление:

"Мы оказались перед лицом сил куда более могущественных, чем предполагалось, местонахождение их баз нам пока неизвестно... Сейчас мы пытаемся войти в более тесный контакт с этими силами, и месяцев через шесть или девять, допускаю, о том можно будет говорить с большей определенностью."

Это из интервью с Вернером Брауном, напечатано оно в журнале "Нойес Эуропа" от 1 января 1959 года. Новогодняя шутка? Но и высказывания доктора Брауна об НЛО незадолго до смерти, когда для шуток не остается времени, столь же недвусмысленны: "В настоящее время реальность их (летающих тарелок.- Авт.) подтвердить невозможно, как станет невозможно отрицать ее в будущем". Должен признаться, проверить высказывания доктора Брауна по первоисточникам не удалось, но цитаты и ссылки на них мелькают в книгах уфологов. Немецкий автор Гельмут Хефлинг, достаточно скептически относящийся к феномену НЛО, тоже приводит слова Брауна ("Все чудеса в одной книге", М., 1983), но по смыслу прямо противоположные: "Не находится аргументов в пользу гипотезы, согласно которой Земля посещалась внеземными разумными существами",- говорит у Хефлинга Вернер Браун. И в другом месте: "Прежде чем прибегать к помощи маленьких человечков, надо попытаться объяснить эти два процента случаев (оставшихся "неизвестных") на основании природных явлений". Выходит, с доктором Брауном далеко не все ясно. Но вот другой знаменитый ракетостроитель - Германн Оберт, один из зачинателей астронавтики, еще в 1929 году предложивший проект создания в околоземном пространстве орбитальной космической базы,- на протяжении многих лет отстаивал реальность НЛО. После прокатившейся по Европе волны наблюдений в 1954 году профессор Оберт возглавил в ФРГ ученую комиссию, пришедшую к выводу: НЛО созданы и пилотируются высокоразумными существами. Вскоре Оберт был приглашен в США, где работал над созданием баллистических ракет для армии, а затем перешел в Центр управления космическими полетами имени Джорджа Маршалла. Журналистам не однажды приходилось слышать от Оберта о том, что не одними-де усилиями американских ученых созданы такие прекрасные ракеты, что в этом им помогли. Когда его спросили: "Кто помог?", Оберт ответил: "Люди из других миров". В 1979 году он подтвердил свой вывод, к которому пришел еще четверть века назад, возглавляя ученую комиссию по аномальным явлениям: "Я считаю, что НЛО действительно существуют, что они вполне материальны (are very real) и что они - космические корабли из другой или других солнечных систем". От общих рассуждений о реальности НЛО вернемся к конкретным свидетельствам об их авариях на территории юго-западных штатов. Капитан В.-А. Послтуэйт, в свое время служивший в армейской разведке, рассказал Леонарду Стрингфилду, что в 1948 году он держал в руках секретную телеграмму с описанием потерпевшего аварию диска. При падении произошла разгерметизация кабины, пять членов экипажа погибли. Были они большеголовые, ростом около четырех футов. Авария произошла близ полигона Уайт-Сэндс. Это недалеко от Розуэлла в штате Нью-Мексико. А вот новое место предполагаемой катастрофы. По свидетельству полковника Джона Боуэна, бывшего начальника военной полиции на авиабазе Карсуэлл, штат Техас, он в период между 1948 и 1950 годом, точнее не помнит, принимал участие в демонтаже девяностофутового диска, упавшего близ Лоредо, Техас, на мексиканской территории, в тридцати милях от границы. В кабине находился гуманоид. Тодд Зехель, представивший этого свидетеля, разыскал и другого, не названного по имени полковника ВВС. Вполне возможно, речь шла о той же аварии, хотя за давностью лет свидетель не мог назвать ни года, ни даты. Он находился в воздухе над Альбукерке, когда услышал по рации, что радары засекли объект, шедший со скоростью две тысячи миль. Вскоре полковник увидел его из кабины истребителя F-94, а когда приземлился на авиабазе Дайс, Техас, узнал о крушении НЛО где-то поблизости. Пересев с приятелем в маленький самолет, полковник отправился на розыски. Им не только удалось обнаружить потерпевший аварию НЛО, но и приземлиться неподалеку. Район уже был оцеплен, к аппарату их не подпустили, а позднее любопытные пилоты были вызваны в Вашингтон, где принесли присягу хранить тайну. В 1973 году уфолог Рэймонд Фаулер получил важное свидетельство от ученого, с конца сороковых до I960 года занимавшего ответственный пост в авиационнотехнической разведке ВВС. Вот начало скрепленного его подписью документа:

"Я, Фриц Вернер, торжественно клянусь, что 21 мая 1953 года, выполняя особое задание американских ВВС, принимал участие в обследовании потерпевшего катастрофу неизвестного объекта в районе г. Кингмен, Аризона."

Фриц Вернер изучал последствия поражения различных типов строений после опытного взрыва на полигоне штата Невада, когда получил указание от руководителя программы доктора Делла отправиться на авиабазу Индиан-Спрингс. Там собралось десятка полтора экспертов. Их усадили в автобус с зашторенными окнами и повезли. Куда? Вернер полагал, что в окрестности города Кингмен, что в северо-западной части Аризоны. Им было сказано, что разбился секретный летательный аппарат американских ВВС, от них потребуется компетентное заключение об аварии. По прибытии на место стало ясно, что речь идет вовсе не об американском летательном аппарате.

"Объект был сделан из неизвестного, похожего на алюминий металла. При падении он врезался на двадцать дюймов в песок без ощутимых для конструкции повреждений. Форму имел овальную, футов тридцать в диаметре. Входной люк открыли, опустив его по вертикали. Высота люка была три с половиной фута, ширина полтора. Мне удалось обменяться несколькими фразами с одним экспертом, заглянувшим внутрь. Там он увидел два вращающихся кресла, округлую кабину, множество инструментов и дисплеев."

Вернера попросили вычислить скорость летательного аппарата при соприкосновении с землей. Для этого не было нужды заглядывать в кабину, и Вернера туда не допустили. Но он подглядел кое-что.

"В палатке, разбитой вблизи объекта, находилось тело единственного члена экипажа. Рост его был около четырех футов, смуглый, почти бурый. Два глаза, две ноздри, два уха и небольшой округлый рот. Одет в серебристый металлический комбинезон, на голове шапочка из того же материала."

Рэймонд Фаулер придирчиво изучал этот случай, он не раз встречался с Вернером, уточнял детали. Только через три года появился в печати отчет о расследовании. Помимо опорных фактов, в нем много вроде бы необязательных подробностей: как по дороге к месту происшествия ученых просили воздержаться от общения; как слепящий свет прожекторов мешал рассмотреть очертания местности вокруг поверженного диска; как полковник ВВС, руководивший группой экспертов, заставил их поднять руки и присягнуть не разглашать увиденное. Фаулер проверил все, что можно было проверить. Через Комиссию по атомной энергии он выяснил, что в указанное время на атомном полигоне в Неваде действительно проводились исследования, о которых рассказывал Вернер, и руководил ими доктор Делл. В те годы Вернер вел дневник, и в нем должна была сохраниться запись о нежданно-негаданно свалившейся командировке. Долгое время дневник не удавалось разыскать. Наконец он нашелся! Фаулеру было предъявлено решающее доказательство. На странице, относящейся к 21 мая 1953 года, вслед за описанием распорядка дня и раздумий по поводу полученного от девушки письма стояло: "К 16.30 меня доставят на авиабазу Индиан-Спрингс для выполнения задания, о котором нельзя ни писать, ни говорить". Такого рода свидетельств, чаще анонимных для читателей, но не для самих уфологов, о них рассказавших, собрано немало. Томми Бланн и Леонард Стрингфилд пополнили свод показаний еще одним. Свидетель - "полковник Икс" также принимал участие в операции по овладению летающим диском. Место происшествия знакомое: северная часть штата Нью-Мексико. Но время операции - лето 1962 года! Диск походил на две перевернутые вверх дном тарелки, с тусклой полосой по центру. Диаметр - тридцать футов, высота - двенадцать. Два погибших гуманоида в серебристых комбинезонах. Работала присланная группа экспертов из восьми человек. Для транспортировки диска была задействована особая часть вертолетов без опознавательных знаков. Рассказы о летающих дисках и телах погибших уфонавтов в ангарах секретных авиабаз - особый раздел легенды и, пожалуй, еще более ненадежный, ибо состоит в основном из показаний анонимов. И сами уфологи к этим рассказам относились всегда настороженно, однако собирали их, понимая, что при новом повороте событий любое свидетельство может оказаться решающим. В начале восьмидесятых годов Леонард Стрингфилд представил свидетельство бывшего летчика-испытателя, пожелавшего укрыться под инициалами П. Дж. После пронесшегося по Южной Каролине урагана отряд истребителей "Блубэрд" был временно переброшен на авиабазу Райт-Паттерсон. В первый же день весь наличный состав авиаотряда во главе с командиром П. Дж. совершил тренировочную пробежку по территории авиабазы. Любопытства ради летчики забежали в один из расположенных по соседству со спортивной площадкой ангаров, где были встречены постовым с автоматом. В ангаре они пробыли считанные секунды и все же успели многое рассмотреть:

"В нескольких шагах от нас находился странного вида объект. Футов 12-15 в длину и футов восемь в высоту, с виду похож на пару перевернутых тарелок. Громоздился он на двух подставках, на которых испытывают авиационные моторы. Никаких знаков, никакой, маркировки и, что бросилось в глаза, без следов клепки. Объект был отгорожен канатом, еще восемь охранников стояли перед ним. Тот, что нас встретил, сказал: "Полагаю, сэр, вам не положено здесь находиться!" Я поспешил согласиться, и мы повернули к выходу. Выбравшись из ангара, помню, порадовались,- наконец-то дядя Сэм обзавелся собственной летающей тарелкой."

Можно подивиться тому, что авиаотряд в полном составе беспрепятственно проник через проходную, прежде чем очутился перед восьмью стражами. Удивлялся тому и П. Дж., как и другому обстоятельству, что секретный объект размещен в ангаре близ спортивной площадки за пределами регламентированной зоны. П. Дж. рассудил, что летающая тарелка была туда только что доставлена или готовилась к транспортировке. Восемь охранников - тоже вещь поразительная. В сутки, выходит, по меньшей мере, две лишние дюжины свидетелей. Не проще ли было поставить караульного перед опечатанной дверью? Еще одно смутное свидетельство. В начале восьмидесятых годов известный американский психиатр поведал историю своего пациента, понятно, не называя его фамилии. В полном объеме это история душевной депрессии ветерана вьетнамской войны, офицера разведслужбы. Доктора Бартольда Шварца в том заурядном, с точки зрения психиатрии, случае привлек единственный эпизод - рассказ пациента о посещении им секретной авиабазы в штате Аризона. Пациент утверждал, что он видел там пятерых гуманоидов и предметы из летающего диска. Приводить подробности нет смысла,- они не более и не менее фантастичны, чем уже рассказанные. Офицера же поразили даже не столько эти неземные атрибуты, сколько то, что знакомый, тоже офицер разведки, предложил и шутя провел его - "В нарушение всех мыслимых статей устава!" - в секретнейшую зону. Пациент терзался предположениями: не уловка ли это спецслужб с целью проверить реакцию человека, сознающего, что он нарушает строжайшие запреты? Пациент сомневался и подозревал в кознях спецслужбы. Доктор Шварц сомневался и подозревал пациента: не сочинил ли тот все это с какими-то неведомыми целями? Коллеги сомневались в докторе Шварце: не слишком ли он доверился пациенту? Снова и снова приходится убеждаться: там, где речь идет о летающих тарелках, нет конца сомнениям, подозрениям, умолчаниям, недоговоренности. Вот Тимоти Гуд излагает историю, все имена в ней подлинные, факты правдоподобны, а в конечном счете - сплошные недоумения. У автора и у читателя. В 1981 году в Монако вышла книга Жана-Шарля Фюму "Научные доказательства НЛО". Доктор Леон Висе, биолог, специалист по гистонам - белкам, входящим в клеточный генетический материал,- работал по контракту в США и в 1959 году был приглашен на авиабазу Райт-Паттерсон, где ему предложили исследовать гистоны. Ученый был поражен их необычайно малым весом и даже решил, что ошибся в расчетах. Повторный анализ подтвердил первоначальный результат. Тогда Висе попросил показать организмы, от которых были взяты клеточные ткани. Ученого провели в помещение, где в формалине лежали два гуманоида. Кожа у них была белая, будто никогда не видавшая солнца. По земным меркам они были огромны более семи футов. Тела обезображены, очевидно, при катастрофе, но головы и лица не пострадали. Волосы светлые, глаза голубые, и все же в их лицах проглядывало что-то азиатское, возможно, оттого, что уголки глаз были оттянуты к вискам. Носы и рты небольшие, губы тонкие, четко очерченные, подбородки тоже маленькие, слегка заостренные. Руки длинные, тонкие. Ступни ног совершенно плоские, пальцы не по росту маленькие... Так рассказывает Фюму о том, что якобы видел доктор Висе на авиабазе Райт-Паттерсон. А что же сам Леон Висе? Доктор Жан Жиль из французского Национального центра научных исследований разыскал ученого. Леон Висе выслушал его спокойно, не был ни удивлен, ни возмущен, но отверг какую бы то ни было причастность к описанной истории. Заметил, однако, что узкоспециальные вопросы в книге Фюму изложены вполне профессионально: "Лишь биолог высокой квалификации мог написать такое". Но Фюму не биолог, он офицер французских ВВС, к тому же связанный с секретными службами. Казалось бы, чем больше свидетельств, пусть даже противоречивых, тем крепче уверенность: что-то все же было, не могло не быть, исходя из принципа: нет дыма без огня. С другой стороны, многие свидетельства, вроде бы подтверждающие основное ядро легенды, могут служить дымовой завесой, в обилии ложного, придуманного скрывающей немногое истинное и достоверное. Отправляясь на боевое задание, эскадрилья выбрасывает в небо полоски фольги, и радары противника уже не способны отличить истинные цели от ложных. Не подброшены ли кем-то все эти анонимные и полуанонимные свидетельства в виде ложных целей, дабы отвлечь внимание от одной или немногих действительных? Английский уфолог Тимоти Гуд, тридцать лет положивший на то, чтобы приподнять завесу секретности, объездил многие страны, добывал, изучал документы, штудировал литературу, вел обширную переписку с уфологами и государственными ведомствами. В 1987 году появилась его книга "Сверх-совершенно-секретно. Всемирный заговор вокруг НЛО". Однако и Гуд не нашел решающего доказательства. Мудрые слова сказал ему доктор Пьер Герен из Национального центра научных исследований:

"Пока мы не будем располагать достоверными сведениями и не получим доступа к секретам разведслужб, никто в точности не сможет сказать, имеются ли физические, конкретные, а следовательно, неопровержимые доказательства существования НЛО."

Во второй половине восьмидесятых годов такие доказательства вроде бы появились.

ПЕНТАГОН ПРИНИМАЕТ ПРИШЕЛЬЦЕВ

Загадка книги Эменеггера. - Пентагон заказывает фильм про НЛО. Пришельцы на авиабазе Холлоуман - живые съемки. - Расторжение договора. - Контакты с инопланетянами. - Почему доверили секреты Линде Хау? - Странный контрразведчик Доути. - Уфонавты из бинарной звездной системы у нас не впервые? - Мероприятия по облагораживанию земных приматов. - Религия была нам спущена сверху? - Пришельцы большие и маленькие.

"НЛО в прошлом, настоящем и будущем" - так называлась вышедшая в 1974 году книга, написанная без пустословия, излишних затей. Информация в ней подавалась точно, сжато, деловито, а подчас поражала и настораживала своей новизной. Но имя автора - Роберт Эменеггер - ничего уфологам не говорило. Возможно, потому книга была принята спокойно, чтобы не сказать - равнодушно. И лишь когда выяснилось, при каких обстоятельствах кинопродюсер Эменеггер смог получить и быстро освоить незнакомый ему ранее материал, пробудился большой интерес к этой книге и ее автору. В 1972 году Эменеггер и его коллега Аллан Сандлер получили от министерства обороны предложение снять документальный фильм о секретном правительственном проекте. Еще не ведая, о чем в нем пойдет речь, продюсеры приехали в Пентагон, где были приняты полковниками Уильямом Коулеманом и Джорджем Уайнбреннером. Эти имена уфологам были известны - оба офицера имели отношение к упраздненной "Синей книге". Велико было удивление кинопродюсеров, когда узнали, что им заказывается фильм об НЛО. Они полагали, что после выводов ученой комиссии доктора Кондона в 1968 году ВВС вообще утратили интерес к этой надуманной проблеме. Еще больше удивились кинопродюсеры, когда им показали фотографии погибших в катастрофе пришельцев, а затем видеопленку с живым "маленьким человечком". Детали сценария обсуждались в начале 1973 года на авиабазе Нортон близ СанБернардино в Калифорнии. Там продюсеры встречались с шефом Управления особых расследовании ВВС. При сем присутствовал Пол Шартл, ответственный за аудиовизуальную программу авиабазы. Он позже подтвердит правдивость рассказа Эменеггера. Ядром документального фильма должен был стать эпизод, происшедший в мае 1971 года на авиабазе Холлоуман, штат Нью-Мексико. По предварительной договоренности с американскими властями там приземлился летательный аппарат пришельцев и состоялась их первая встреча с офицерами ВВС. Военные обещали передать Эменеггеру 800 футов отснятой кинопленки, запечатлевшей встречу. И это была лишь малая часть обещанного сенсационного материала. Правда, Эменеггер так и не понял, зачем Пентагону понадобился фильм - для инструктажа персонала, ознакомления высших чинов или его в подходящий момент собирались запустить в прокат. В разгар подготовительной работы Пентагон неожиданно взял обратно свое обещание рассекретить материалы и, главное, передать пленку о встрече с пришельцами. Отказ объяснили осложнившейся политической обстановкой, которая, как известно, простой никогда не бывает, но тут совсем некстати начинал раскручиваться Уотергейтский скандал. Однако военные не возражали против съемок уже начатого фильма при условии, что происшествие на авиабазе Холлоуман в нем будет фигурировать как непроверенный слух. Действительно, Эменеггер снял фильм под названием "НЛО: это начинается..." и написал книгу, в которой есть глава об инциденте на авиабазе Холлоуман без ссылок на источник, без указания на то, что встреча состоялась по обоюдному согласию американских властей и пришельцев. Вот суть этого эпизода. В 5.30 утра на экране радаров авиабазы Холлоуман, расположенной на полигоне Уайт-Сэндс, появились неопознанные цели. С контрольной вышки нарушителей предупредили, что они находятся в регламентированной зоне, и попросили назвать себя. Ответа не последовало, и дежурный поднял по тревоге истребителиперехватчики. Несмотря на ранний час, в воздухе оказался вертолет, а на нем сержант с кинокамерой, он и заснял три похожих на ванны летательных аппарата. Два НЛО улетели, а третий пошел на посадку. Вторая видеокамера со взлетной полосы и с близкого расстояния запечатлела его приземление. Аппарат снизился до десяти футов, покачался из стороны в сторону и опустился на опоры. Из аппарата вышли три существа невысокого роста, в облегающих костюмах и в шлемах. Кожа у них была с синевато-зеленым отливом, глаза широко расставлены, зрачки не круглые, а как у кошек, вытянутые. Пришельцев встречали командир авиабазы и еще два офицера, научные сотрудники. Общались с помощью переводящих устройств, которые имели при себе пришельцы. Затем хозяева и гости удалились на переговоры в здание, известное на авиабазе под номером 930... Не может быть! Это сцена из какого-то голливудского фильма! Прочитав книгу Эменеггера, многие так и решили. О летающих тарелках рассказывалось столько небылиц, люди устали в них верить. Но и после того, как Эменеггер поведал историю о неснятом фильме, не все и не сразу поверили, что происшедшее с ним первоначальный договор с разведслужбой, посвящение в уфологические тайны и, наконец, отказ от сотрудничества - все это не случайность, а этапы продуманной операции, цель которой - организовать утечку информации. Разобрались с этим позже, когда контрразведка ВВС по тому же сценарию разыграла еще один эпизод. В апреле 1983 года журналистка Линда Хау получила сенсационную информацию от сотрудника Управления особых расследований ВВС Ричарда Доути. Их встреча, состоявшаяся на авиабазе Кертленд, требует объяснения: почему именно Линда Хау была удостоена интервью, хотя в ворота той секретной базы стучались многие. Незадолго до этого Линда Хау сняла фильм "Странная страда". В нем поднималась тревожная тема, утвердившаяся в уфологии под маловразумительным названием увечье скота (cattle mutilation). Еще с середины 1960-х годов были известны сотни случаев странного забоя скота. То в одном, то в другом штате фермеры находили на своих полях зарезанных коров и лошадей. Рядом с тушей загубленного животного невозможно было обнаружить ни капли крови. Не было ее и в свежих разрезах, что особенно озадачивало привлекаемых к расследованию хирургов. По мнению патологоанатома Джона Альтшулера, "хирургические операции над животными проделывались стремительно - за минуту или две с использованием высоких температур лазерного скальпеля". Но в шестидесятые годы лазерных скальпелей еще не было. Кто и для чего все это проделывал в полевых условиях и под покровом темноты? Было бы все просто, если бы подобные происшествия можно было бы объяснить кражей мяса. Но лучшие филейные части всегда оставались нетронутыми, исчезали малоценные, с точки зрения кулинаров, куски - сердце, легкие, щитовидная железа, прямая кишка, детородные органы. Кое-кого это навело на мысль, что виновников следует искать среди приверженцев демонических культов, дескать, эти органы им нужны для черных месс и гнусных оргий. Никаких подтверждений этой версии не нашлось. К тому же хирурги слышать об этом не хотели: столь прецизионные операции они бы не смогли провести и в клинике! Забрезжила другая версия: военный комплекс проводит какие-то эксперименты над животными! Действительно, близ мест происшествия порой появлялись вертолеты без опознавательных знаков. Но здравый смысл отказывался в это верить. Понадобись военным домашний скот, они бы имели его в достатке и без ночных налетов на фермерские загоны. Все предположения оказались несостоятельными, и тогда возобладало мнение, что бескровные операции над скотом проводят экипажи летающих дисков. Не многого бы стоили подобные догадки, если бы фермеры, полицейские и случайные очевидцы не отмечали бы поблизости висящие огни, лучи света и странные летательные аппараты. В книге "Отчет об НЛО Хайнека" автор привел письмо фермера из Миссури министру обороны Роберту Макнамаре. У него и раньше из загона пропадал скот, и вот однажды, разбуженный ночью мычаньем коров, фермер увидел зависший над загоном летательный аппарат необычной конструкции в 20-25 футов длиной. Из нижней вогнутой части его струился желтовато-зеленый свет, освещавший загон и стадо. Фермер уверял, что это был не вертолет, он висел в воздухе бесшумно, если не считать присвиста, подобного тому, что издает вращаемая над головой проволока.

ФБР и полиция не раз проводили расследования, но выводы, к которым они приходили, замалчивались или казались нелепыми. Между тем Линда Хау в своем фильме (а позднее и в книге) высказывала мнение, что за всем этим стоят операторы летающих дисков, а правительство, если и не сотрудничает с ними - раздавались и такие голоса! - знает об этом гораздо больше, чем принято считать. Увечье скота - особая тема в уфологическом реестре. Мы ее коснулись с одной целью: попытаться объяснить, почему именно Линде Хау были доверены секреты, действительные или мнимые, на авиабазе Кертленд. В самом начале беседы Ричард Доути сказал журналистке, что ее фильм об увечье скота кое-кого в Вашингтоне сильно задел, ибо в нем она "очень близко подошла к тому, относительно чего там предпочли бы держать общественность в неведении". Что это, случайная оговорка контрразведчика Доути или точно выверенная фраза, продуманная заготовка? Скорее, последнее. Разведслужба ВВС, принимая Линду Хау, пыталась ее приручить, добиться от нее желательной трактовки уфологической ситуации. Или с ее помощью предать огласке секретную информацию. Возможно, был учтен опыт работы с Эменеггером, всерьез принявшим просьбу не разглашать увиденное и услышанное, хотя от него требовалось совсем иное - стать рупором и передатчиком той самой информации. Теперь для этой роли был избран человек более решительный. Сколь бы невероятными ни казались рассказы Линды Хау, уфологи пришли к выводу, что ей можно верить. Сложнее обстоит дело с Ричардом Доути. Журналисты не успокоились, пока не убедились, что такой человек действительно существует, что вплоть до выхода в отставку в 1988 году он работал в органах контрразведки ВВС. Чин его был невелик, всего-навсего мастер-сержант, что-то вроде нашего прапорщика. Но, как сотрудник Управления особых расследований ВВС, он, несомненно, имел допуск к секретной информации. И вот с этим Ричардом Доути Линда Хау беседует на авиабазе Кертленд. Линду интересуют материалы для съемок документального фильма об НЛО. Любые материалы, но ей известно, что существует видеокассета, запечатлевшая встречу пришельцев на авиабазе Холлоуман. Нельзя ли ее получить? Доути не отрицал, что такая встреча состоялась и что она снималась на пленку. Сказал, что вопрос будет изучен, через какое-то время он позвонит, назовется при этом "Соколом" и сообщит журналистке о принятом решении. Казалось бы, все ясно, разговор окончен. Но Доути в продолжение трех часов беседует с Линдой, раскрывая перед ней сокровеннейшие тайны. Доути объявил, что с разрешения начальства он ей намерен показать один важный документ с условием не делать никаких выписок. В руках у Линды оказались машинописные страницы захватывающего содержания. Вместо титула стояло: "Информация для президента США". Линда не запомнила, было ли там имя президента, как не запомнила и даты. Ее можно понять,- до этого ли было. С первых же строк в документе рассказывалось о происшедших на территории США авариях летающих дисков, о том, на каких авиабазах хранятся тела погибших ВБС, иначе говоря - Внеземных Биологических Существ. Впрочем, не только погибших. После катастрофы диска в Нью-Мексико в 1949 году было подобрано несколько ВБС, один из них оказался живым. Его доставили в Лос-Аламос, где с ним до его смерти в 1952 году работал офицер разведки. Позже был установлен контакт с ВБС-2 и ВБС-3. От них стало известно, что уфонавты к нам прилетели из бинарной звездной системы, находящейся на расстоянии 55 световых лет от Земли. Далее шло описание ВБС: низкорослые, кожа с сероватым отливом, руки длинные, ладонь четырехпалая, отсутствует большой палец, между пальцами заметны перепонки. Вместо носа и ушей - просто отверстия. В тексте встречалась аббревиатура MJ. Что это такое, поинтересовалась Линда Хау. Сокращение слова Majority (Большинство), так объяснил Доути, а все вместе означает состоящий из двенадцати персон комитет, в задачу которого входит вырабатывать и проводить в жизнь политику в отношении НЛО. Это происходило в апреле 1983-го, тогда еще никто не слышал о президентских бумагах Мэджестик12. Лишь полтора года спустя они будут подброшены в почтовый ящик Джайме Шандеры. Линда Хау продолжает читать свою порцию материалов об М-12. Идет перечисление связанных с НЛО проектов. Главный из них "Водолей", ему подчинены все остальные. Проект "Снежная птица" занимается изучением космической техники пришельцев, собирает и обрабатывает информацию о ВБС. Проект "Гранат"... При беглом чтении всего не запомнишь. С каждой страницей материал становится интересней. Как стало известно от самих ВБС, они уже давно посещают Землю. 25 и 15 тысяч лет назад они проводили какие-то манипуляции с ДНК земных приматов. Впрочем, за эти две даты Линда не ручалась. Но вот что запомнила хорошо: две тысячи лет назад пришельцы дали людям существо, которому предстояло научить их миролюбию и терпимости к ближнему! Мимоходом в документе отмечалось, что "маленькие человечки" - не единственные визитеры. Еще нас посещают "большие" пришельцы, те по виду мало чем отличаются от обычных людей. Между "большими" и "маленькими", вставил Доути, особой приязни нет, впрочем, они терпят друг друга. Помимо заверенного нотариусом заявления о том, что все это она действительно прочитала и услышала на авиабазе Кертленд, Линде Хау пришлось пройти придирчивую проверку, устроенную дознавателями от уфологии. Ведь из ее рассказов следовало, что разведслужбы вольно или невольно поддерживали так называемую теорию древних уфонавтов, согласно которой Землю издавна посещали инопланетяне, не только изучая нашу планету, но и облагораживая ее обитателей с помощью генной инженерии. Даже если признать, что Линда Хау рассказала правду, это вовсе не означает, что информация от начала до конца верна. Уже тогда высказывались предположения:

намеренно мешая факты с вымыслом, спецслужбы приступили к выдаче своих секретов. Сначала пробный шар с Эменеггером и Сандлером, затем Линда Хау. Техника проста: продюсеру, журналисту сообщают секретную информацию, обещая в скором времени предоставить неопровержимые свидетельства и документы. Затем следует отказ от прежней договоренности. Информация дана, а документальных подтверждений нет. Разведслужбы хранят молчание, между тем журналист вынужден доказывать миру, что все это он не придумал. Кто-то поверит, кто-то усомнится - слишком уж фантастично! Тем временем на страницах печатных изданий, по телеканалам множатся рассказы о плененных летающих дисках и маленьких покладистых уфонавтах, будто бы сотрудничающих с властями... Но ради этого и была задумана операция - подготовить общественное мнение к приятию ошеломляющего факта присутствия инопланетян!

История Линды Хау закончилась стандартно. Через какое-то время Доути действительно ей позвонил и сообщил, что видеокассета с авиабазы Холлоуман не подлежит выдаче по "политическим соображениям", но ей, Линде Хау, будет позволено взять интервью у полковника, работавшего с ВБС, тем пришельцем, что выжил после катастрофы. Доути попросил заранее представить список членов съемочной группы вместе с фотографиями для оформления пропусков. Было назначено время и место для телеинтервью, но оно откладывалось, переносилось, наконец, его совсем отменили. Уфологи разыскали Ричарда Доути. Он встречался с Линдой Хау на авиабазе Кертленд? Да, встречался по указанию своего начальства. И о чем говорили? О документальном фильме про НЛО, который намеревалась снять мисс Хау. Но многое из того, что рассказала журналистка, Доути отрицал. Например, что показывал ей бумаги комитета М-12. В письме Берри Гринвуду (3 марта 1988 г.) Доути напишет:

"При моей ли должности иметь на руках документы, предназначенные самому президенту, это во-первых. А во-вторых, я никогда бы не позволил человеку, не имеющему допуска к секретным материалам, взглянуть на такой документ... Не помню также, чтобы я упоминал о намерении правительства предоставить мисс Хау для ее съемок документальную ленту. Даже обсуждать выдачу такой ленты я не имел права... И наконец, мне ничего не известно о каких-либо секретных правительственных расследованиях, касающихся НЛО."

Но когда Доути писал это, правдивость и репутация Линды Хау были вне подозрений: появилось достаточно новых свидетельств, подтверждавших ее рассказ.

АВАРИЙНАЯ ПОСАДКА В СОКОРРО

Преследуя нарушителя, полицейский выходит на НЛО. - Особые приметы: серебристый объект, алая эмблема. - Паломничество к месту происшествия. - Аллен Хайнек в Сокорро. - Поиски второго свидетеля. - Эксперты подтверждают посадку. - Версии Класса и Мензела. - Анализ крупиц металла. - "Объект мог быть инопланетным". Яйцеподобный корабль в Тайоге. - Болтливые марсиане. - Хайнек снова в Сокорро. - На пути к параллельным мирам. - Позиция Лорензенов. - Еще два НЛО, отпечатки те же. - Размышляя над планом-чертежом.

В том памятном трехчасовом разговоре на авиабазе Кертленд Ричард Доути обронил удивительную фразу. Подтвердив, что на авиабазе Холлоуман действительно состоялась встреча с пришельцами, он тут же поправил Линду Хау: это произошло не в мае 1974 года, как было сказано Эменеггеру, а 25 апреля 1964 года, двенадцать часов спустя после посадки НЛО в Сокорро. Тогда произошла какая-то накладка, - то ли военные, то ли пришельцы перепутали время, координаты... Сокорро! Сколько блестящих голов и представительных комиссий пытались разгадать эту загадку.

В 17.45 24 апреля 1964 года на улице Сокорро, штат Нью-Мексико, патрульный полицейский Лонни Самора засек шедший с превышением скорости черный "шевроле". Мгновение спустя полицейский вместе с нарушителем оказался за чертой города на автостраде 85. И тут он услышал рокот и увидел пламя в полумиле от города, примерно там, где находился склад взрывчатки. Той же ночью, придя в себя от потрясений и собеседований с агентами спецслужб, Самора напишет в отчете:

"Подумал, что взорвался склад с динамитом, погоню решил прекратить. Пламя было голубоватое, с оранжевыми проблесками. Размеры его не сумел определить. Пламя было устойчивым. Медленно опускалось. Управление машиной мешало за ним следить. Пламя было узкое. Оно как бы струилось вниз и было похоже на раструб, верхняя часть была уже, чем нижняя. Шириной в три градуса, не более. Дыма не видел, но отметил легкое волнение внизу, - пыль? Возможно, причиной был ветер, дуло крепко. А небо ясное, солнце, кое-где рассеянные тучки."

Это то, что Самора увидел и услышал с автострады. Но вот он сворачивает на грунтовую дорогу, которая ведет к складу. Крутой подъем преодолевает с третьей попытки. Рокот с высоких тонов перешел на низкие, потом совсем прекратился. Короткая остановка, надо разобраться в обстановке. Самора ищет глазами склад, но его внимание привлекает другое. Впереди, меж двух холмов, футах в восьмистах, он замечает серебристую машину. И стоит она вертикально - на бампере! В этом шатком положении ее поддерживают какие-то подпорки. Рядом две фигурки в белом. Заметили полицейского, вроде бы запаниковали. Подростки, что ли, забавляются? Тех двоих я видел недолго, когда остановился секунды на две, чтобы рассмотреть объект. Ничего необычного - ни головных уборов, ни шлемов. Люди как люди. Приземистые взрослые или рослые мальчишки. Самора связался по рации со своим начальником Сэмом Чавесом, сообщил, что потребуется его помощь. Чтобы подъехать ближе, пришлось обогнуть холм. Серебристая машина на мгновение скрылась из виду. Но потом Самора оказался всего в сотне футов от нее, и тогда стало ясно, что это не машина, а некий объект яйцевидной формы. К тому же теперь он принял горизонтальное положение и стоял на четырех опорах. Людей уже не было. С интервалом в одну-две секунды два или три хлопка, похожих на шум затворяемой двери. На округлом боку объекта, примерно посередке, Самора успел разглядеть эмблему или знак: дуга полумесяца с нацеленной в нее стрелой, а снизу прочерк. Цвет эмблемы был алый, размеры два на два с половиной фута. Сам же объект не более пятнадцати футов в длину. Из нижней части яйца с шумом вырвалось пламя, голубое с оранжевой каймой. Опасаясь взрыва, полицейский бросился к своей машине, упал ничком на землю, прикрыл лицо руками. Шум прекратился. Самора поднял голову. Объект оторвался от земли футов на двадцать. Пламени не было. На серебристом боку алела эмблема. Несколько секунд аппарат неподвижно висел в воздухе, потом стал уходить на юго-запад. Пролетая над складом взрывчатки, чуть не задел крышу. Самора следил, пока он не скрылся. Все время объект не поднимался более чем на двадцать футов. Подъехал сержант Чавес. Самора был бледен, напуган, одежда в беспорядке. "В чем дело, Лонни? Можно подумать, тебе сатана явился",- сказал сержант. "Похоже, как раз это и случилось",- ответил Самора и сказал, что он не прочь наведаться к священнику. Полицейские спустились в низину, где только что стоял летательный аппарат. От опор остались ямки глубиной в несколько дюймов. Земля была твердая, пропекшийся на солнце суглинок. Еще обнаружили четыре пятна со следами копоти. Обугленный низкорослый кустарник еще дымился. Потрогали, но пальцы не ощутили тепла. Как не раз бывало в таких случаях, возможно, все ограничилось бы статьями в провинциальных газетах и кратким отчетом о происшествии для архива "Синей книги". Но в тот момент в участке шерифа по каким-то делам находился агент ФБР Берне. В нескольких милях от секретного полигона Уайт-Сэндс приземлился неизвестный летательный аппарат? Берне со всей серьезностью воспринял инцидент. Не прошло и получаса, как он с прибывшим из Уайт-Сэндс капитаном Холдером замерял рулеткой оставленные на земле отпечатки, вычерчивал план места посадки, фотографировал. В течение двух недель сюда, на обдутые ветром пустоши, слетались и съезжались агенты спецслужб и уфологи. Руководители АПРО Корал и Джим Лорензены оживленно беседовали с сержантом Муди из "Синей книги". Консультант ВВС по летающим объектам Аллен Хайнек изучал оставленные вмятины и опалины вместе с Рэем Станфордом из НИКАП. Для доктора Хайнека, долгие годы отрицавшего реальность НЛО, это была не просто очередная командировка. Здесь он надеялся наконец отыскать решающий довод "за" или "против". В письме коллеге из Гарварда доктору Мензелу Хайнек признался, что ехал в Сокорро с надеждой доказать - прежде всего самому себе, - что это был розыгрыш или галлюцинация. И не смог доказать, ни тогда, в апреле, ни в сентябре, когда вернулся в Сокорро, чтобы "проверить пульс",- может, всплыло что-то новое, выявились расхождения в показаниях или в чем-то уличен очевидец. Нет, у Лонни Саморы безупречная репутация. Неболтлив, не пьет, за юбками не волочится, научную фантастику не читает. Его страсть и призвание - отлавливать и штрафовать нарушителей на дороге. В первый свой приезд Хайнек отправился на место происшествия вместе с полицейским. Он просил Самору проделать все, что тот делал тоща. Хайнек следил с хронометром в руке. Придраться было не к чему. Уязвимость истории - ее единственный свидетель. Хайнек опросил десятки горожан и нашел-таки косвенное подтверждение происшествию. Владелец бензоколонки Опельгриндер рассказал о разговоре с одним проезжим, машину которого он заправлял. "У вас тут самолеты что-то слишком низко летают,- сказал проезжий,- один меня чуть с дороги не снес на южной окраине". "Да, вертолетов у нас хватает",- ответил хозяин бензоколонки, а его собеседник добавил: "Таких вертолетов мне еще не приходилось видеть. К тому же с ним что-то стряслось, он приземлился прямо на холме, и к нему спешила патрульная машина". В каком часу это было? Опельгриндер вспомнил: он бы охотно поболтал с проезжим, но торопился сдать дневную выручку, а банк по пятницам закрывается в шесть вечера. Самора услышал рокот и увидел пламя в 17.45! В марте 1965 года Хайнек - в третий раз! - отправляется в Сокорро и в письме страниц на пятнадцать, посланном в "Синюю книгу" вместо отчета о командировке, подробнейшим образом описывает свои встречи, раздумья, сомнения. И опять он не находит доводов, чтобы опровергнуть происшествие в Сокорро.

В архивах "Синей книги" сохранилось еще одно письмо - на имя заместителя начальника Технологического управления ВВС. В нем подводятся итоги расследования версии, согласно которой в Сокорро приземлился какой-то секретный американский летательный аппарат. С первых же дней на подозрении был лунный отсек корабля "Аполлон", которому несколько лет спустя предстояло впервые опуститься на Луну. Сегодня мы знаем то, чего тогда не знали даже хорошо осведомленные разведчики. Через четыре года после происшествия в Сокорро "Аполлон-8" отправится в первый пробный полет к Луне без посадочного отсека лишь потому, что лунный модуль все еще не был готов. Не готов для посадки на Луну, но, может, он тогда на полигоне Уайт-Сэндс проходил испытания в земных условиях? Письмо исключает такую возможность. Были опрошены полтора десятка связанных с НАСА компаний. Из "Белл Эйркрафт" сообщили: единственный имевшийся экземпляр лунного отсека был к тому времени доставлен на авиабазу Эдварс в Калифорнии, однако и он к испытаниям будет готов не раньше июля 1964 года. В официальном заявлении ВВС об инциденте в Сокорро отмечалось, что патрульный полицейский Самора действительно видел летательный аппарат неизвестного происхождения. Это стало первым признанием Пентагона посадки НЛО на территории США. О двух членах экипажа, замеченных патрульным на месте происшествия, в заявлении не говорилось ни слова. Но отрицатели летающих тарелок не желали слышать ни о каких посадках. Филип Класс, инженер-электрик по образованию и редактор журнала "Эвиейшн уикли", тогда носился с гипотезой плазменного происхождения феномена НЛО. Самора, по мнению Класса, видел сгусток плазмы, который принял за серебристый летательный аппарат. "Маленькие человечки" в белом - тоже комочки плазмы, разряды которой могли оставить углубления на земле. А в ветках кустарника Саморе померещились ножные опоры. Словом, плазменная гипотеза все объясняла превосходно, одного Класс не знал - что делать с шумом? Рокочущей плазмы еще никто не видел. После того как плазменная гипотеза учеными была отвергнута, Класс дал иное толкование происшедшему: это была мистификация с целью завлечь в Сокорро туристов. Участок земли, где все произошло, принадлежал мэру города Холму Берсему. К тому же мэр был банкиром, стало быть, заинтересован в притоке туристов, и вот полицейский, подчиненный мэра, разыграл спектакль... Инцидент в Сокорро очень занимал и другого дискоборца - Дональда Мензела. Он как раз заканчивал вторую книгу о летающих тарелках и, конечно, не мог обойти Сокорро. В Нью-Мексико Мензел не выбрался, но, по газетным сообщениям изучив обстановку, выдвинул свою версию. Подростки-автомобилисты невзлюбили Самору: он строго наказывает за быструю езду и прочие вольности на дорогах. И вот решено его разыграть. Машина, за которой погнался Самора, была приманкой. Самору подвозят к холму, за которым прячутся сообщники сидевшего за рулем юнца. Тот известил по рации приятелей о приближении патрульного. Ребята выпускают изготовленный из фольги и картона воздушный шар. Его-то полицейский и принял за летательный аппарат. Версия Мензела представлялась совершенно беспомощной, и все же Хайнек в свой третий приезд проверил ее. По сводкам метеостанции, воздушный шар в тот ветреный день понесло бы не на юго-запад, а в противоположном направлении. Тогда бы он прошел прямо над городом и вряд ли остался бы незамеченным. Все попытки опровергнуть инцидент в Сокорро лишь подтверждали его. Со временем появился еще один довод в его пользу. В апреле 1964 года НИКАП направил в Сокорро Рэя Станфорда. Тот приехал на место происшествия после того, как там побывали агенты спецслужб, уфологи и просто любопытные. Но именно он заметил то, что упустили другие: в одном из углублений, оставленных опорами, лежал камень с впрессованными в него крупицами металла. Количество его ничтожно, но, возможно, это были частицы летательного аппарата. И Станфорд подобрал камень. Специалистов, способных определить состав металла, среди членов НИКАП не нашлось. Обратились к Генри Френкелю из Центра космических полетов имени Годдарда. Тот согласился провести анализ. В Гринбелт с ценной находкой отправилась целая делегация, помимо Станфорда, еще три человека от НИКАП. Их имена и заслуги в уфологии хорошо известны, и потому нет оснований сомневаться в том, что рассказал Рэй Станфорд в книге "Тарелка из Сокорро в кладовке Пентагона". Через пять дней доктор Френкель сообщил результаты анализа:

"Исследуемые образцы представляют собой вещество, которое в естественном виде в природе не встречается. Оно состоит в основном из двух металлических элементов, и, что особенно интересно,- это сплав цинка и железа. В имеющихся у нас таблицах сплавов, получаемых во всем мире, в том числе и в СССР, не нашлось ни одного с такой комбинацией и с таким соотношением этих двух элементов. Все это свидетельствует в пользу того, что объект в Сокорро мог иметь инопланетное происхождение."

Доктор выразил восхищение прочным и стойким к коррозии сплавом и обещал, если понадобится, все это подтвердить даже перед комиссией конгресса. Затем произошло то, что и предсказывали наиболее осторожные советники НИКАП. Доктор Френкель стал недосягаем. Вместо него трубку снимала секретарь, но она ничем не могла помочь. Напоминания и просьбы позвонить оставались без ответа. Две недели спустя Станфорду позвонил человек из отдела систем космических кораблей НАСА. Разговор был коротким:

"Доктор Френкель этой проблемой больше не занимается, и в ответ на ваши многочисленные запросы мне поручено сообщить результаты анализа. Все, что ранее говорил вам доктор Френкель, было ошибкой. Образцы признаны двуокисью кремния."

"Это невозможно!- при встрече со Станфордом сказал Аллен Хайнек.- Я знаком с технологией подобных анализов. Двуокись кремния никак нельзя спутать с железом и цинком. Они соврали. Держитесь первого заключения Френкеля и забудьте о втором".

1964 год был отмечен очередной волной наблюдений НЛО. Взлет ее приходится на весну, а 24 апреля можно считать красным днем уфологического календаря. В тот же день - день Сокорро - в штате Нью-Йорк, близ города Тайога, фермер Гэри Уилкокс распылял на поле минеральные удобрения. На опушке леса он увидел что-то белое и решил, кто-то в его владениях выбросил старый холодильник. Подошел поближе,- штуковина показалась круглой. Запасной бензобак, от которого летчики избавляются после дозаправки? Ни то, ни другое. На краю поля стоял объект яйцевидной формы, футов двадцать в длину и шестнадцать в ширину. Без окон, без дверей, без ножных опор. Когда Уилкокс отвел взгляд от серебристого объекта, он увидел рядом с собой маленьких человечков в облегающих комбинезонах. Их лица почти полностью закрывали капюшоны. В руках незнакомцы держали подносы с обыкновенной полевой землей. Человечки не испугались, не убежали. Один из них сказал фермеру, чтобы он их не боялся и что они прилетели с Марса. Для марсианина существо превосходно говорило по-английски. Правда, голос звучал откуда-то изнутри. Это было что-то вроде чревовещания. Разговор шел в основном о сельском хозяйстве. Человечков заинтересовал порошок, который фермер распылял на полях. Уилкокс попытался им, как малым детям, растолковать назначение удобрений: с ними злаки лучше растут. А марсианин сказал, что свои растения они выращивают прямо в воздухе. Фермер вызвался подарить им мешок с удобрением, чему марсиане очень обрадовались. Пока дошел до прицепа, пока вернулся, - на опушке ни человечков, ни корабля. Удобрения на всякий случай оставил, а на следующий день проверил, мешок исчез.

Уилкокс привел еще несколько высказываний на редкость болтливых марсиан. Они-де садятся чаще днем, в светлое время суток их корабли не так заметны; прилетать к нам они могут раз в два года (ну, конечно,- противостояние Марса!); земляне вряд ли добьются успеха в космосе, их тела для длительных полетов не приспособлены... Можно догадаться, почему Хайнек, много раз описывая происшествие в Сокорро, ни полсловом не обмолвился о наблюдении того же дня, такого же яйцевидного аппарата в Тайоге. В Тайоге какой-то фарс, сплошное скоморошество. В Сокорро все строго и логично: у НЛО технические неполадки, оттого много огня и шума. Экстренное приземление, попытки устранить неисправность. Но появляется нежеланный свидетель, Лонни Самора. Уфонавты спешно улетают. Корабль по-прежнему неисправен, плохо набирает высоту... О странном приключении Гэри Уилкокса поведает октябрьский номер журнала "Флаинг сосер ревью" за 1964 год. И вскоре подобные несерьезные истории замелькают на страницах этого влиятельного уфологического издания, а редколлегия его от инопланетной гипотезы происхождения НЛО начнет склоняться к гипотезе параллельных миров, уже тогда поминавшейся печатно и устно, но все еще лишенной внятного содержания. Несколько лет спустя Жак Валле восполнит этот пробел книгой "Паспорт в страну Магонию". Искусным подбором абсурдных историй, вроде случая с Уилкоксом, и столь же искусным их сопоставлением с былями и небылицами прошлых веков, когда людям являлись гномы, русалки, эльфы, тролли и лешие, все то, что зовется нежитью, нечистой силой, Жак Валле исподволь подведет читателя к мысли, что феномен НЛО лишь звено в нескончаемой веренице чудес, которыми потусторонний мир всегда блазнил человека, блазнит и сегодня в духе нового времени технологическими цацками и космической машинерией. Второй апостол параллельных миров - писатель Джон Кил. Как и Валле, он собирал абсурдные истории по страницах провинциальных газет, а иногда и сам забирался в глухие углы, чтобы проверить и записать диковинные рассказы. К примеру, женщина уверяет, что видела неопознанный летающий объект, а на борту его так и было написано - НЛО. Или - над полями Нью-Джерси зависает точная копия американского космического корабля с маркировкой "Армия США", хотя всем ясно, что такой аппарат не мог там появиться. Джон Кил не сомневался, что НЛО и маленькие человечки - все это проделки и шутовство лукавых элементалов, спокон веку дурачивших людей. Профессор астрономии и консультант ВВС Аллен Хайнек, руководитель НИКАП Дональд Кихо и другие уфологи, о которых было принято говорить с прибавлением эпитета "серьезный", редко снисходили до подобных анекдотических историй, старались их попросту не замечать. Но была другая всемирно известная уфологическая организация - АПРО. Ее руководителей Корал и Джима Лорензенов такие истории не смущали. Не потому, что супруги поверили в параллельные миры и в козни элементалов. Нет, они исходили из принципа: поскольку мы пока не можем объяснить феномен НЛО, его надо принимать таким, каков он есть, ничего не отвергая и не замалчивая, даже если что-то кажется абсурдным. В книгах Лорензенов "Операторы летающих тарелок" (1967) и "НЛО над Америками" (1968) мы найдем немало деталей, дополняющих посадку в Сокорро, в том числе и абсурдными мотивами. Через несколько дней после инцидента в Сокорро пилот военного самолета, пролетавшего над полигоном Уайт-Сэндс, сообщил диспетчеру, что видит НЛО, тот собирался приземлиться или уже приземлился. На борту его была маркировка, подобная той, что описал Самора. И еще две посадки. Одна 26 апреля близ города Ла Мадера, Нью-Мексико, вторая 30 апреля в Каньон-Ферри, Монтана. В обоих случаях летающие диски оставляют на почве вмятины, похожие на те, что были обнаружены в Сокорро. По чертежам, зарисовкам, фотографиям и обмерам на месте посадки в Сокорро был составлен план, даже несколько планов-чертежей, так что уфологи и разведчики могли над ними колдовать сколько угодно. Когда соединили центры оставленных опорами углублений, получился замысловатый четырехугольник. Один угол был прямой, два острых и один тупой. Диагонали пересекались под. прямым углом. И кто-то вспомнил теорему из учебника геометрии: если диагонали четырехугольника пересекаются под прямым углом, вписанная в него окружность коснется середины сторон четырехугольника. Вписали окружность, так и получилось. Три отмеченных на плане пятна копоти оказались в центре, четвертое - за периметром четырехугольника. Впрочем, и сама окружность слегка вышла из него. Быть может, при обмерах допустили неточность. Или неведомый аппарат не пожелал считаться с теоремой. На одном из сохранившихся планов, помимо подпалин, проставлены четыре маленьких овала с пометкой "Отпечатки подошв". На другом плане читаем: "Отпечатки подошв на рыхлом грунте". И на третьем: "Следы подошв?" - со знаком вопроса. Все эти чертежи из архива "Синей книги". Кто составил их - неизвестно. Лорензены, прибывшие на место происшествия тридцать шесть часов спустя, и тем более Хайнек, прилетевший еще позже, отпечатков подошв не видели. Возможно, к тому времени их затоптали. Следов могло быть и больше, но они сохранились только там, где твердый грунт был присыпан пылью. Все же - почему неправильный четырехугольник? Лорензены выдвинули предположение: шасси аппарата имеет свободный ход. Опоры выпускаются до прочного контакта с грунтом. Та пара опор, что оказалась над площадкой повыше, выдвинулась меньше, следовательно, и расстояние между ними короче, чем у второй пары, которой досталось место более низкое и ровное. В Сокорро опоры оставили клинообразные углубления. Такие же были обнаружены на месте посадок в Ла Мадера и Каньон-Ферри. Встречались и круглые отпечатки. Обычно диски садились на три опоры, а яйцевидные объекты - на четыре. Но случалось, никаких опор не было. Тогда на месте посадок оставались большие круги. Уже тогда высказывались предположения о том, что кое-кто о Сокорро знает гораздо больше, чем те, кому поручено расследовать происшествие. И Аллен Хайнек, похоже, начал прозревать. В его последнем отчете из Сокорро находим такие строки:

"Здесь в Сокорро звучали мнения, которые мне и раньше приходилось слышать от разных людей (в том числе и от Ла Паса), что я - попросту часть той огромной дымовой завесы, как, впрочем, и весь отдел зарубежной техники вкупе с авиабазой Райт-Паттерсон и "Синей книгой",- все мы лишь огромная ширма для сокрытия того, что правительство не желает предавать огласке."