— Спускаете парус при первом же шквале? — строго спросил Феннел. — Никогда не спускайте парус при первом шквале, который способны выдержать! Вам что, не хватает мужества опрокинуть чарку грога?

Несмотря на этот призыв, Малыш и Ленг на прощанье помахали Феннелу руками, а когда уже выходили, услышали, как он заказал две бутылки виски, после чего тоже ушел, унося их под мышкой.

На улице Ленг произнес с отвращением:

— После такого хочется стать проповедником трезвости. Опустившаяся вонючка! Пьет в одиночку, медленно, но верно губит себя в своем номере! Ты только подумай об этом, Малыш! В одиночку! У меня аж душа переворачивается!

Шерри вспомнил разбитый стакан и бутылки в номере моряка, поэтому кивнул в знак согласия. Ленг поинтересовался, что он обнаружил в комнате Феннела. И выслушал рассказ Малыша Лю очень внимательно.

— Говоришь, вся одежда новая?

— Хотя и дешевые, но новые вещи.

— А старые башмаки?

— Их подошвы протерлись практически до дыр, сгнили. Не помню, видел ли еще когда-нибудь такое. Башмаки настолько истасканные, Пит, что кожа высохла и стала хрупкой. Не могу представить себе, чтобы человек решился надеть такие башмаки!

Ленга это настолько потрясло, что он приостановился, положив руку на плечо друга:

— Неужели такие старые?!

— Ужасное старье, — подтвердил Шерри. — Что ты думаешь об этом, Пит? В конце концов, ну что тут такого? Пара старых башмаков.

— Но в матросском сундуке! В матросском сундуке! — стоял на своем Ленг. — Скажу тебе, старина, что в этом-то и вся загвоздка. Ты когда-нибудь бывал на море?

— А ты?

— Ну, — отозвался Ленг, поводя плечом. — Я вот что тебе скажу… Это очень странно, что матросский сундучок заполнен новыми вещами и парой изношенных башмаков! — Покачав головой, он пошел дальше, погрузившись в размышления.

Со стороны Пит сейчас походил на человека, которого что-то сильно мучает. Видя это, Шерри не стал больше приставать к нему с вопросами, только подумал, что поглощенный думами Ленг чем-то напоминает питона, переваривающего гигантскую добычу. Пит вообще был странным человеком. Никто не смог до конца раскрыть его характера. Но при решении возникавших проблем, которые сам Шерри ни за что не смог бы преодолеть, он был очень полезным. Порой Малыш даже считал, что Ленг способен на чудеса.

Наконец Пит воскликнул:

— Понятно! Посмотрим!

Но так как он больше ничего не сказал, Шерри тоже не проронил ни слова. Так, в молчании, они поднялись на холм в дом Вилтона. Хозяин с племянницей были в саду. Раздраженный голос Вилтона они услышали еще издали. Он что-то торопливо говорил. Беатрис не было слышно, пока они не вышли из кустарника. Но тут после какой-то очередной фразы дяди отчетливо раздалось ее твердое «Нет!».

Это слово стало своего рода ключом ко всему, что происходило между ними. Вероятно, он что-то от нее настоятельно требовал, а она удерживала свои позиции.

— Ты не желаешь здраво рассуждать! — воскликнул Вилтон. — Не хочешь внять разумным словам. Не хочешь выслушать меня!

— Нет, — повторила она. — Не хочу!

Пораженный, Шерри замедлил шаг и готов был остановиться, но Ленг подхватил его под руку и подтолкнул вперед.

— Ради всего святого, а что я должен был со всем этим сделать? — раздалось еще более громкое восклицание Вилтона.

Девушка ничего не ответила, уставившись на приближавшихся к ним Малыша и Ленга. Вилтон вздрогнул и обернулся. Шерри заметил, что Беатрис рассматривает их с нескрываемым любопытством. Но это продолжалось недолго. Потом она резко повернулась и торопливо удалилась. Судя по ее лицу, она казалась уставшей и замученной, но пошла, гордо подняв голову, легкой походкой счастливого и беззаботного ребенка.

Все это произвело на Шерри большое впечатление, поскольку он принадлежал к числу мужчин, не способных рассуждать достаточно логично, с математической точностью переходя от одной посылки к другой. Его умозаключения больше подчинялись интуиции, которая как бы освещала будущее. Поэтому он вдруг увидел Беатрис Вилтон в новом свете, удивился этому и… самому себе.

Вилтон явно был раздосадован.

— И давно вы подошли? — поинтересовался он.

— Только что, — ответил Пит Ленг.

Вилтон махнул рукой, как бы желая сказать, что, хотя он и сомневается в этом, тема дальнейшего обсуждения не заслуживает.

— Вы научились ходить так бесшумно на своих пастбищах? Так что вам надо? — И вдруг, слегка улыбнувшись, поправился: — Простите, я совсем забыл, что вы выполняли мое поручение. Ну, так вы видели того человека? Встретились с Феннелом?

— Мы его видели, даже выпили вместе с ним, — сообщил Шерри.

— Выпили с ним?! — возмутился Вилтон. — На вашем месте я бы так не поступил!

— Он не из самых отъявленных, — заметил Ленг.

— Как он выглядит? — спросил Вилтон.

— Сейчас покажу, — пообещал Ленг.

Достав листок бумаги и огрызок мягкого карандаша, он быстро сделал набросок. Шерри тысячу раз видел, как Пит ловко зарисовывал все, что его интересовало, — горную цепь на фоне неба, горбатую корову, ужасные иголки, которыми вооружены кактусы. Однажды он изобразил хохочущего койота, показывающего тонкий язык собакам с ранчо, в другой раз — испанский штык, отличающийся особенной прямотой. Набросав пару дюжин линий, Пит Ленг мог показать мустанга, вставшего на дыбы, всадника, потерявшего равновесие и накренившегося в седле. Сейчас он пытался воспроизвести лицо Феннела — его лоб, до самых глаз закрытый тусклыми волосами, странную выпуклость на передней части черепа и щетину на нижней части лица. За какие-то полминуты смог даже передать злобную ухмылку Феннела.

— Боже милостивый, я его знаю! — тихо произнес Вилтон, всматриваясь в набросок. Потом покачал головой и заявил: — Но он лжет. Он никогда не принадлежал к нашему кругу.

— К какому кругу? — наивно поинтересовался Шерри.

Однако вместо ответа получил острый, колющий взгляд.

— О чем он говорил? — поинтересовался Вилтон.

— О цене молчания, — ответил Шерри. — Утверждал, что за него вы непременно заплатите, и это так же верно, как то, что корабль назывался «Принцесса Мария».

Рука Вилтона замерла, не закончив жеста. Потом он медленно поднес ее к лицу. Сейчас Оливер выглядел как человек, смертельно сраженный пулей. Не произнеся больше ни слова, он повернулся и медленно побрел к дому.

Глава 11

Шерри посмотрел ему вслед, потом повернулся к Ленгу и спокойно произнес:

— Виноват, ваша честь.

— Виноват как сам грех, — подхватил Пит. — Но любопытно, в чем? Что у этой мерзкой крысы Феннела есть на Вилтона? Чем, интересно, наш хозяин занимался в южных морях, о которых ты читаешь? А я скажу тебе, Малыш, потому что накалился от всего этого уже докрасна! И теперь не сойду с тропы, пока мы не окажемся припертыми к стене! Вилтон в чем-то виновен, а девушка выглядит так, как будто ей жжет руки…

— Давай пройдемся и обдумаем все это, — предложил Шерри. — Мне всегда лучше думается во время ходьбы.

— Ходьба гонит кровь, — ухмыльнулся Ленг. — Начинаешь походить на волка, полагающегося на клыки!

Они пошли через лес, начинающийся сразу за домом Вилтона, где вперемешку стояли огромные ели и сосны.

— Неужели им хватает влаги, чтобы расти на такой высоте? — подивился Шерри.

— А откуда берется вот этот журчащий ручеек? — парировал Ленг, показав на маленькую струйку воды, похожую на серебряную полоску, петляющую по земле.

— Вот именно, откуда? — пробормотал Шерри.

— Ты этого не видишь, — ответил погонщик скота. — Взгляни вон на те горы. Они накапливают дождевую воду и потом фильтруют ее через земные пласты. Один из них, как протекающая труба, выпустил часть воды наружу… Эх, Малыш, это же страна что надо!

Скала Клейрок, состоящая из твердой глинистой породы, такая узкая и стройная, что напоминала поднятую над городом руку, здесь расширялась, образуя значительных размеров плоскогорье с сильно пересеченной местностью. Деревья тут не все стояли прямо, иные вкривь и вкось, иногда просто не поймешь как.

— Здесь можно устроить великолепное потайное место, — заметил Ленг. — Тут могут спрятаться двадцать человек, и их не заметишь, даже пройдя рядом с ними. Посмотри вокруг, Малыш, разве можно найти на свете лучшее место для убийства?

Шерри только кивнул, потому что в этот момент они вышли из-за деревьев и оказались на краю обрыва высотой примерно в двести футов. У его подножия петляла река. Малыш Лю столкнул с края камень. Стремительно полетев вниз, он, шлепнувшись о воду, поднял фонтан сверкающих брызг, как ударившая хвостом рыба, и исчез.

— Стукни здесь человека по голове да скинь его туда, где плюхнулся камень, — проговорил Ленг, — и ты вряд ли о нем что-нибудь еще услышишь. Вон, взгляни туда, где вода пенится!

Определить скорость течения воды, которая лизала подножие скалы, было невозможно. Просто тут она казалась темной, не прозрачной. Но немного дальше от города поток натыкался на камни, поднимающиеся над водой как носы быстроходных судов. Каждый создавал дугообразную волну, покрываясь разлетающимися брызгами.

— Такая штуковина без труда прикончит человека, — заключил Ленг, и Шерри крякнул в знак согласия.

Они пошли дальше. Поверхность земли становилась все более неровной, изрезанной массой мелких обрывистых оврагов, глубиной в рост человека.

— Какой смысл забираться сюда? — спросил Шерри. — Гулять — это одно, а карабкаться — совсем другое. Почему бы нам не поговорить о чем надо, не поразмыслить?

— Из тебя выйдет генерал, — иронично бросил Ленг. — Ты готов сражаться впотьмах!

— Сражаться? — переспросил здоровяк.

— Малыш, от тебя можно устать! Заболеть! Разве мы уже не сражаемся не на жизнь, а на смерть?

— Мне не совсем ясно, — поморщился Шерри. — Насколько я понимаю, если мы и сражаемся, то за жизнь Вилтона. Нам бы не выпускать его из поля зрения, а мы вместо этого бродим по лесу!

— Ты думаешь, он стал бы нам платить тысячу в день, если бы мы не находились чуть ли не в пасти тигра? Спроси себя об этом, старина! А если дело обстоит так, то мы должны хорошо знать окрестности!

Какое-то время они шли молча. Действительно, идти стало так трудно, что было не до разговоров. И вдруг услышали, как где-то над головой треснул сучок. Ленг замер, навострив уши.

— Что за дьявольщина? — буркнул Шерри.

— Помолчи! — шепотом предостерег его напарник и, время от времени останавливаясь, с кошачьей ловкостью начал красться вперед.

Во время этой паузы до Шерри отчетливо донесся негромкий удар топором с острым лезвием — кто-то прорубал проход через зеленые кустарники.

Выглянув из-за толстого ствола сосны, Ленг поманил к себе Малыша. Подойдя к нему, здоровяк увидел странное зрелище.

На небольшой поляне стояла Беатрис Вилтон с револьвером в руке. В момент, когда Шерри ее заметил, она быстро прицелилась, ловко вскинув револьвер от бедра, и выстрелила. Однако об этом свидетельствовали лишь появление небольшого облачка дыма да звук глухого негромкого удара, который они слышали и раньше. Теперь Малыш все понял. Этот стук издала пуля мелкого калибра, когда впилась в ствол дерева. На револьвере Беатрис был навернут глушитель!

Шерри показалось, что в облике девушки появилось что-то зловещее. Может, из-за твердо сжатых губ и решительности взгляда. Да что там! Вся ее поза говорила о том, что она тренируется не просто так!

Он видел, как она выстрелила еще два раза, и каждый раз пуля попадала точно в ствол молодого деревца, не толще шести дюймов в диаметре. Потом Ленг сделал ему знак отойти назад, и они крадучись направились через лес к дому, продвигаясь мучительно медленно.

Когда сквозь деревья стала просвечиваться странная постройка Вилтона, Шерри спросил:

— Как ты все это понимаешь, Пит?

— Ты говоришь о пустяках и невесело, — отозвался тот. — Тебя что-то раздражает, Малыш?

— С какой стати? — запротестовал Шерри.

— А почему бы и нет? — отрезал Ленг. — Ты очень разгорячился из-за этой девушки и вдруг увидел, как она тренируется в стрельбе из револьвера с глушителем… поражает цель… и смотрит такими глазами, будто попадает в человека! Бесшумное оружие убийцы, Малыш!

Шерри тяжело вздохнул.

— На это мне сказать нечего, — признался он. — Но я хотел бы спросить, что…

— Не отвлекай меня! — прервал его напарник. — Мне надо подумать и за себя, и за Вилтона, и за тебя, несчастного, ослепленного снегом койота!

Войдя в сад, они увидели не кого-нибудь, а саму Беатрис Вилтон в широкополой шляпе, закрывающей лицо! Она стояла на коленях среди цветов и деловито работала садовой лопаточкой.

Заметив мужчин, девушка приветливо улыбнулась и поинтересовалась:

— Вы бродили по лесу?

— Да, знакомились с характером окружающей местности, — ответил Ленг, потому что Шерри онемел от удивления.

— Тут много больших старых деревьев, — сообщила она. — Дядя Оливер не хочет их продавать.

Они прошли мимо нее дальше.

— Приятный джентльмен этот Вилтон, — заметил Ленг. — Конечно, она должна быть благодарна ему за то, что он не продал деревья, растущие на этом участке!

— Но как это у нее получилось? — недоумевал Шерри. — Каким образом, черт возьми, ей удалось нас обогнать?

— Она хорошо знает этот лес. Возможно, существуют какие-то прямые тропки, срезающие расстояние до этой поляны. Но не это меня беспокоит.

— А что же?

— Хладнокровие этой девушки. Ледяное хладнокровие. И в то же время настороженность. Она следила за нами все время, пока мы не завернули за угол!

— Откуда ты это взял? Не видел, чтобы ты оглядывался.

— Я чувствовал ее взгляд. Такие уж у нее глаза! — пояснил Ленг.

Они прошли в свою небольшую комнату, но не успели присесть, как к ним постучался хозяин и пригласил Ленга пройти «к нему в кабинет». Шерри растянулся на лавке, чтобы как-то осмыслить то, что они узнали.

Вскоре Ленг и Вилтон вернулись. За время их отсутствия Вилтон, казалось, побледнел еще больше.

— Ребята, думаю, что я вам плачу хорошо, — заявил он. — Но я удвою сумму, если один из вас уберет Феннела. Понимаете? Удвою! Заплачу двадцать тысяч долларов наличными. А Ленг отказывается!

— Я совершенно ничего не понимаю, — медленно проговорил Шерри. — Один из нас должен пристукнуть Феннела? Так, что ли?