Оборотни.life [СИ]

- Хорошая собачка. Милая, - приговаривал сынок. - Как думаешь, мама позволит, чтобы ты спал со мной? - от этих слов мне захотелось икнуть. Знал бы сын, кому и что предлагает... Я сейчас думала не о том, что это, вообще-то, взрослый мужчина в звериной шкуре... а о том, что это матерый хищник. Сглотнула. Меня опять весьма удивило бесстрашие ребенка... а еще его наивность. Представила, как Ставридов развалится на раскладушке, которая досталась ребенку в качестве спального места, и захотелось громко рассмеяться. Не выдержит. Я, вообще, удивлялась, как старый диван под весом этой туши не прогнулся... или хотя бы не заскрипел. Хорошо умели делать мебель в Советском Союзе... качественно, ни чета современной.

- Мама не позволит, - открыла дверь в комнату. - Ну, что, Шарик, - вытащила из-за спины руку, с намотанной на нее довольно длинной и тяжелой цепью, - идем? Будем тебя наказывать.

Я специально не стала раздеваться с улицы. Подразумевалось, что сейчас мы на эту самую улицу вернемся. Было неприятно, весьма и весьма морозно. Я уже отвыкла от подобной низкой температуры. Но в этом году зима удалась на славу... и снег, и мороз. За Ставридова не волновалась. Ничего с ним за несколько часов, проведенных на свежем воздухе не случится. Чай не нежная дева, а матерый волк... в хорошей шубе... Ничего не отморозит, очень надеюсь. Если нам предстоит провести вместе всю оставшуюся жизнь, то я бы хотела еще детей... как минимум, двоих. Я еще раз посмотрела на волка. Волка, который выглядел несколько несчастным. Кажется, до него дошло, в чем будет заключаться суть наказания.

- Мама, ты что задумала? - Николай спрыгнул с постели и подбежал ко мне.

- Ничего, - присела и улыбнулась сыну. - Просто Шарик отправится в свой новый дом. Помнишь, где жил Полкан?

- Да, - кивнул ребенок.

- Там этой огромной псине самое место, - я одарила выразительным взглядом милую собачку, чей взгляд стал еще более жалостливым, а выражение морды несчастнее. - Ты ведь понимаешь, как важно следовать правилам и знать свое место? - получилось несколько грубо. Но я всегда учила сына послушанию и дисциплине. Николай у меня был довольно воспитанным ребенком. Никогда не грубил учителям, вел себя достаточно спокойно на уроках. С ним не было особых проблем. Во всяком случае за первые полгода его обучения в младшей школе я ни разу не была вызвала на разговор с учителем и не получала выговоров на школьных собраниях, как другие родители.

- Понимаю, - важно заявил сын.

- Понимаешь, где тебе сейчас следует находиться? - осторожно напомнила сыну на необходимость вернуться в постель. Придерживалась мнения, что режим дня для ребенка в таком возрасте очень важен. То, что из-за Ставридова он проснулся, было достаточно плохо. Итак, Николай сейчас не ходил в школу из-за моих проблем с супругом, что было недопустимо.

- Да. Но, мама, - попытался возразить ребенок.

- Никаких «Но». В постель, - приказала я, поднимаясь.

Николай понурил голову, но не спешил уходить. Я же перевела свое внимание на притихшего волка.

- Теперь ты, Шарик, - Господи, с каким наслаждением я произносила новую кличку Ставридова. Кажется, я не вкладывала столько энтузиазма в произношение имени предателя-мужа, когда мы занимались сексом, - иди сюда, мой дорогой.

Волк не спешил выполнять мою просьбу. Мне пришлось подойти самой. В конце концов, не видела причин зря тянуть время. Мне элементарно становилось жарко.

Подошла к волку и потрепала его по голове:

- Ты ведь будешь хорошим мальчиком, Шарик? - поинтересовалась у оборотня, осторожно перекидывая цепь через его шею. Очень боялась, что Ставридов не потерпит такого унижения и взбрыкнет. - Будешь, - констатировала, когда завязала цепь на узел. Внутренне ликовала. Позволил, значит, ощутил свою вину.

Потянула.

Волк выразительно и очень жалобно заскулил, преданно заглядывал в глаза и, изловчившись, лизнул в руку, когда я снова потрепала его по голове. Что-то я теперь совсем не испытывала прежней решимости наказать этого засранца.

- Мама, он не хочет, - заметил ребенок, который так и мялся в дверях.

Такая простая фраза сына стала для меня спусковым крючком, напрочь рассеивая возникшие было сомнения.

- Идем, Шарик, - уверенно потянула за импровизированный поводок. Волк явно нехотя, но все же соскочил с кровати и поплелся за мной. На выходе из комнаты подхватила за руку сына, разворачивая в нужном направлении. - Отправляйся в постель, Николай. Спокойной ночи, - произнесла как можно более спокойным голосом. Мальчик отлично знал, когда мама называла его «Николай», с ней лучше не спорить и делать, как просит. А то можно остаться без сладкого или без мультиков. Коля возражать не стал, что-то бурча под нос, недовольно отправился в небольшой закуток, нынче ставший детской комнатой. Это я настояла, чтобы мама убрала хлам из этого помещения. Помещения, служившего раньше кладовкой. Посчитала, что ребенку лучше иметь свои четыре метра, чем жить со мной в большой комнате.

Пока тащила волка до входной двери, молчала. Просто не знала, что сказать. Снова навалились сомнения и осознание того, что подобным поступком ущемляю мужское достоинство. Но убедила себя, что унижаю ни Михаила Ставридова, а всего лишь наказываю животное за его вероломство. Если верить тому же Ивану Васильевичу, в оборотне живут две разных сущности. Животная и человеческая. Иногда животная берет верх. Вот и решила отталкиваться от того, что это не Миша, а его звериная половина такая непонятливая и так обнаглела, когда без разрешения влезла в мою постель.

- Значит так, дорогой, - произнесла тихо, но знала, что оборотень с его чутким слухом, прекрасно услышит, - попробуешь сбежать до вечера и расстроить мне ребенка исчезновением Шарика, можешь забыть обо мне навсегда, - я уже успела спуститься со ступеней и отойти на несколько шагов от лестницы, ведущей на веранду. Потянула цепь и поняла, что волоку ее по земле.

- Дорогой - это хорошо, - произнес вкрадчивый мужской голос, - навсегда - это плохо, - я, буквально, почувствовала, как горячим дыханием опалило мне затылок. Учитывая, что на улице находиться долго не собиралась, шапку надеть не удосужилась. Не прошло даже секунды, а я уже валялась в ближайшем сугробе. Уронил, зараза! На спину... еще и сверху пристроился... Попыталась оттолкнуть оборотня, но вместо этого его ощупала. Голый, как есть... голый! Хотя, с другой стороны, если рассуждать логично, каким еще ему быть? Я как-то спросила Семена Васильевича, для чего он раздевался перед обращением? Ответ был прост: «Чтобы не испортить одежду». Это оказывается только в некоторых книгах и фильмах одежда может исчезать и появляться по желанию владельца. В жизни такого не бывает. Хотя две недели назад я считала, что оборотней не существует. И покрутила бы пальцем у виска, если бы мне кто-нибудь сказал об этом.

- Миша! - успела возмущенно произнести, прежде чем оборотень накрыл мои губы своими. Поцелуй был горячим и невероятно восхитительным. Вероятно, если бы не такое чудесное и, главное, холодное время года, я бы не устояла против столь настойчивых приставаний. - Нас ведь увидеть могут, - ударила мужчину по плечу, когда он наконец-то оторвался от меня, чтобы перевести сбившееся дыхание.

- Темно, - он снова попытался поцеловать. Но на этот раз мне удалось увернуться и мужские губы коснулись щеки.

- Перестань немедленно и помоги подняться! - я снова стукнула по плечу коварного оборотня. Но это, словно, о стену дома ударить. Больно, если прикладывать силу. Поэтому мои удары больше походили на нежную ласку.

Как ни странно, Ставридов избавил меня от своего веса, поднялся и протянул руку. Видела только его силуэт и горящие желтым глаза. Ночь была безлунная, а фонарик, когда падала, вероятно, погас.

- Спасибо, - буркнула в ответ, на ощупь уцепляясь за его руку и поднимаясь. Зря я не одела шапку. От валяния в снегу волосы намокли и меня начинало знобить.

- Тебе холодно?

- Да, - призналась и тут же оказалась в мужских объятиях. Мужчина очень энергично принялся растирать мне предплечья.

- Пусти! Ты делаешь мне больно! - произнесла, попытавшись избавиться от мужских объятий. Не собиралась вести длинных бесед морозной ночью, впрочем, кратких тоже не планировала.

- Нина!

- Что, Нина? - негодующе осведомилась. - Ты приперся без спроса, а теперь еще и нагло ведешь себя, - услышала ответ и возмутилась еще сильнее.

- Пойдем в дом. Поговорим там, - спокойно предложил мужчина.

- Нет! - прекрасно понимала, чем это закончится. Потому что кровь сильнее заструилась по венам, вызывая небывалый прилив желания. И это просто от одного его присутствия рядом... А я была не готова лечь под этого мужчину, тем более после того, как он варварски нарушил все приличия, припершись ко мне и забравшись в постель. Снова попыталась вырваться.

- Нина! - прошептал мужчина как-то слишком вкрадчиво и попытался прижать к себе лишь крепче. Мне же удалось наступить ему сапогом на обнаженную ступню. Оборотень лишь ойкнул и ослабил объятия. Я воспользовалась случаем и, чуть ли не на ощупь, ринулась к спасительной входной двери. Он не стал удерживать. Оказавшись в спасительном тепле, закрылась и сползла по входной двери спиной прямо на пол. Хотелось расплакаться. Вот, и наказала... Вопрос в том, кто кого наказал?

Думала, что этой ночью уснуть так и не смогу. Мысль о том, что совершила невероятную глупость, не отпускала. Впрочем, оказалась не права. Стоило мне раздеться и вернуться в постель, как не заметила и уснула.

Утро встретило меня радостными криками:

- Мама! Мама! - сын забрался на разобранный диван и стал активно меня будить. Очень не хотелось, но пришлось открывать глаза.

- Коля, - поймала ребенка, обняла и прижала к себе. Он радостно взвизгнул, уцепившись ручками за шею. Успела взглянуть на наручные часы и заметила, что уже было начало одиннадцатого. Не ожидала, что ночь растянется так надолго. Я привыкла вставать часов в семь. Обычно просыпалась сама, не пользуясь будильником. Привыкла. Но что-то сегодня пошло не так. Однозначно пошло не так. Пусть я провела в постели много времени, но ни выспавшейся, ни отдохнувшей себя не чувствовала. Наоборот, ощущала себя полностью разбитой. Не хотелось верить, что это произошло из-за ночного инцидента.

- Баба сказала, чтобы я тебя разбудил, - сообщил мальчик.

- Мама уже вернулась? - уточнила и пересадила ребенка с колен. Необходимо было подняться и привести себя в порядок.

- Да. Она спросила, откуда взялся Шарик, - обернулась и выразительно уставилась на ребенка. Мысли лихорадочно вертелись в голове. Я ни на секунду не поверила, что Ставридов воспринял мои угрозы всерьез и решил провести ночь на цепи.

- И что ты ей сказал?

- Собачка зашла в гости, - улыбнулся мальчик.

- Ты не очень расстроен, что Шарик с нами не остался? - уточнила у малыша. Знала, как ребенок мечтал о собаке. Но Сергей не слишком хотел заводить животное. Впрочем, я поддерживала его. Отлично понимая, что забота о домашнем питомце полностью ляжет на мои плечи. Кормить, гулять, воспитывать, заботиться... со всем этим можно было бы легко смириться, но вот выпрашивать лишний раз деньги на собачий корм у мужа не слишком хотелось. А я прекрасно знала во сколько может обойтись содержание домашнего любимца.

- Почему не с нами? - сыну явно надоело сидеть. Он залез на постель и стал прыгать на ней. - Можно? - уточнил, находясь уже в процессе. Лишь кивнула. Я обычно запрещала подобную шалость, но иногда разрешала ребенку подобное баловство.

Я перестала напрочь что-либо понимать.

- Мама, - прыжок, - почему, - прыжок, - не с нами? - на выдохе закончил сын фразу. Подпрыгнул в последний раз и упал на постель, изобразив звезду. Диван был, действительно, не очень удобный для подобных этюдов. Вот если бы на его месте была кровать на пружинах... тогда я просто не знаю, когда бы Николай угомонился... и не решила бы я сама присоединиться к нему... - Ты ведь разрешила оставить Шарика? - уточнил ребенок и сел, наградив меня требовательным взглядом.

- Но ведь ты понимаешь, что у Шарика может быть хозяин, - предположила. - Он может вернуться к нему в любой момент.

«... или уже вернулся», - печально подумала. Была уверена, что именно так и произошло.

- Да? - расстроился сын. - Тогда я пошел, - ребенок слез с постели и направился к двери.

- Куда? - перехватила мальчика, присела на корточки и развернула к себе лицом.

- Прощаться. На всякий случай, - достаточно рассудительно сообщил сын.

- КАК? - от неожиданности села на попу. Поверить не могла, что Шарик не сбежал от нас темной ночью.

Признаться, я поверить не могла, что Ставридов никуда не свинтил, а смирно сидел... вальяжно лежал в покосившейся от времени будке. Я очень долго стояла на крыльце дома и не решалась подойти к волку. Боялась его реакции... Упрека в глазах. Мне, действительно, было стыдно, что заставила гордого и властного мужчину провести в собачьей будке остаток ночи и утро. Только сейчас до меня дошло, что может произойти с репутацией Ставридова среди своих, если узнают об этом. Ведь он - не рядовой оборотень, а вожак. Альфа.

Чертыхнувшись в очередной раз, вернулась в дом. Решила для себя, что необходимо задобрить зверя отборным мясом, а потом спрятать в доме. В конце концов, действительно, не хватало, чтобы его увидел кто-то из соседей. Любой деревенский - опытный и бывалый, он-то уж легко отличит матерого волка от милой собачки. А о нашей семье итак из-за маминого внезапного замужество уже ходят слухи... один веселее другого. Ведь репутация в деревне была очень важна и лишние сплетни о себе слышать не хотелось.

Да, я была не права вчера. Просто зла. Сейчас готова была признать это. Но извиняться перед Ставридовым не собиралась. Хватит с него того, что срок скостили.

Достала из морозилки... очередной подарок маме от будущего мужа... здоровый шмат мяса. Вырезка. Отборная. Успела порезать его на мелкие кусочки, когда заметила в окно, как в калитку просочился огромный букет. Именно так, из-за потрясающего букета не было видно дарителя.

Я даже успела растрогаться и всплакнуть.

Миша! Какой же он у меня замечательный! Мало того, что послушался дурную меня и не смылся, так и еще ухаживает так красиво.

Быстро ополоснула руки в тазу и накинула на себя куртку. Успела только открыть входную дверь, как оказалась в мужских объятиях.

- Миша? - Ставридов полез целоваться. - Миша!!! - мотнула головой, стараясь избежать нежелательного поцелуя. Я непонимающе переводила взгляд с довольного лица мужчины на печальную морду волка в покосившейся будке. Попыталась вырваться, но мне не позволили. Оборотень ловко развернул меня и подтолкнул в дом. Подхватил с земли брошенный букет и последовал за мной. - И как это понимать, Ставридов?! - напополам с возмущением и непониманием поинтересовалась у него.

- Что именно, дорогая? - мне всунули букет прямо в руки. Я не видела мужского лица из-за цветов, но была готова поклясться, что Ставридов улыбался.

- Волк. В. Будке.

- Ты же не хотела, чтобы Шарик сбежал и расстроил ребенка, так? - уточнил мужчина, широко улыбаясь. Положила временно букет на стол, параллельно соображая, что с ним делать. Ни в вазу, ни в трехлитровую банку он явно не поместится... Ведро? Видимо.

- Так, - вынуждена была признать.

- Шарик в будке, ребенок доволен. Я ухаживаю. Все, как ты хотела, милая, - оборотень приблизился ко мне и притиснул к столу. А я не знала, что сказать... как поступить. Возражать и спорить почему-то расхотелось. С одной стороны, Ставридов дико бесил. Вернее, бесило то, как он вывернул ситуацию в свою пользу. Нет, понимала, что альфе в будке на цепи делать нечего... Не по статусу. Но с другой, его близость приглушила отрицательные эмоции... В результате, глубоко вздохнула и обняла мужчину за шею...

Эпилог

Было тошно и противно. Я стояла на кухне и смотрела на тушку зайца. Ее надо было разделать. Кто бы знал, чего мне стоило попросить одного из оборотней найти и освежевать несчастного зайчика. Оказалось, что оборотни ничем не отличаются от обычных человеческих мужчин. Если им не дать указания с подробностями, то они сделают, как удобно им. Вот и мой невольный помощник принес тушку зайца вместе с головой и смылся... Я пыталась найти нового оборотня, но, как назло, все были чем-то заняты. Отвлекать по таким пустякам не стала. Очень уж не хотелось, чтобы Миша узнал о сюрпризе заранее.

Я пыталась себя убедить, что это нормально. Ничего ужасного... Раньше женщины еще и не то претерпевали ради любимых мужчин. В конце концов, рожать во много раз хуже... На последних месяцах с пузом ходить неудобно. Все болит. Ноги и спина отекают. Постоянно хочется в туалет... А сам процесс родов... В общем, вспоминать не хотелось. Хотя я совсем не против была родить еще парочку детей и знала, что Миша мечтает о наследнике... А тут всего лишь пересилить себя и отрубить голову...

В конце концов, переселить себя так и не смогла. Максимум, на который меня хватило, это запихнуть тушку целиком в духовку. С оборотнями было довольно удобно. Они предпочитали мясо без соли и специй. Хотя, впрочем, никогда не отказывались от обычных блюд. Во всяком случае и Семен Васильевич, и Миша прекрасно кушали то, что я готовила для себя, сына и мамы.

К вечеру, когда Михаил вернулся домой, я успела не только запечь несчастного зайца, но и приготовить прекрасный праздничный ужин... даже сервировала стол, украсив его свечами.

- Милая, я встретил Толяна и он... - начал Ставридов, поймав меня в столовой. Толян - это тот самый незадачливый помощник. Так и знала, что разболтал своему альфе, хотя просила держать его помощь мне в тайне.

- Да-да, - перебила мужчину, упорхнув в кухню. Кухню, которая была продолжением столовой... или наоборот. Извлекла из духовки огромный противень и вручила оборотню, который последовал со мной. - Вот.

- Это что? - с сомнением поинтересовался мужчина.

- Ваш подарок на день Святого Валентина. Как будете делить, понятия не имею, - как только вручила, сразу отвернулась. Запеченный заяц выглядел не менее неприятно, чем его освежеванный аналог.

- О-о! - м-да, Михаил был не слишком многословен. - Это то, о чем я думаю?

- То-то. Скажешь своему зверю, что я оценила его, как добытчика. Но, пожалуйста, передай, чтобы впредь действовал через тебя по старинке: обычными продуктами или деньгами.