Эхо войны

– Не ерзай!

– Не знаешь? – будто бы удивился Бессадулин – Хм…. Тогда вот тебе намекающий вопрос – может, ты обижен на меня чем?

– А? Что вы, Рашид Хасанович! С чего бы мне на вас обижаться?

– Вот и говорю – с чего бы это? – кивнул татарин, с деланным недоумением пожимая плечами – Но сам посуди – хороший охотник регулярно приносит в город свежее мясо… но сдает на стороне. Нет бы зайти в гости, поинтересоваться у меня: Рашид Хасанович, свежего мяса купить не желаете? А я бы купил, в цене не обидев!.. Да только не приходит тот охотник, добычу к другим тащит. Вот и интересно мне стало, чего же он со мной дел вести не хочет? Может, не доверяет? Иль обиду затаил?

Вобрав в уши речь Бессадулина, я оказался настолько ошарашен, что первое мгновение в голове воцарилась полная каша.

Чтобы Бессадулин сетовал на отсутствие свежего мяса ящериц?

Да он его не ест!

Весь город знает, что хозяин ТЦ предпочитает видеть в своей тарелке баснословно дорогую говядину, на худой конец баранину, но уж точно не жесткое мясо рептилий! А если бы он и захотел отведать того, чем питаются простые люди, то у него своих охотников хватает! Вмиг отправятся на машинах, настреляют молодых ящериц и привезут свежак прямиком на кухню. Я же не вчера родился, реалии знаю.

Чушь! Чтобы столь большой человек велел привести к нему простого охотника и тратил на него время по столь никчемной причине? Полная лажа. Как говаривал Тимофеич – фуфло гонит.

Но не говорить же ему об этом… я человек простой, недалекий и даже глуповатый. Обычный охотник не способный заглядывать дальше завтрашнего дня.

– Я человек простой – постарался я улыбнуться как можно искренней и при этом не убирать с лица испуганного выражения – А вы человек большой. Меня к вам не пропустят, Рашид Хасанович. А так я бы с радостью! Самых жирных ящериц!

– Сейчас пропустил – напомнил мне Бессадулин, с интересом наблюдая, как я пытаюсь вывернуться.

– Сейчас привели, потому что вы меня видеть хотели – вежливо поправил я – И вели почему-то с охранниками. С тремя.

– Чтобы не убег по дороге – ответил за хозяина Седой.

– Услышь я, что Рашид Хасанович хочет меня видеть, пришел бы сам – все так же вежливо произнес я.

И искренне. Потому что, правда, пришел бы – мне неприятности не нужны. Уж если хозяин ТЦ захотел меня видеть, то он от решения не отступится. А прятаться вечно не получится.

И Бессадулин мою искренность почувствовал – своим хитрым нутром, помогшим ему выжить и занять важное положение в новой послевоенной реальности. Неопределенно хмыкнув, татарин выдвинул ящик стола и достал пачку сигарет. Настоящих. Довоенных. Небрежно чиркнул бензиновой зажигалкой, подкурил и, выпустив в мою сторону струю дыма, обманчиво мягким голосом произнес:

– Простой человек говоришь? А что ж ты тогда с Саидом из Шашлычной ручкаешься и чаи гоняешь? Он ведь человек не простой, а?

«Твою мать так-перетак! Откуда он знает?!»

– Саид Юрьевич? – удивленно переспросил я, делая вид, что собираюсь привстать. Седой тотчас придавил попытку в зародыше, но на это я и рассчитывал. Удалось сыграть удивление.

– Как его по батеньке, я не в курсе. Но да – тот самый Саид из Шашлычной. Что в десяти шагах отсюда.

– Так ведь он хозяин Шашлычной. Ему свежак всегда нужен, да и в цене не обижает. Но если вам надо – вы только намекните, только глазом моргните, и я лучшую тушу приволоку!

– Ай, молодец, ай красавец – неожиданно рассмеялся Бессадулин, затрясшись всем телом – Горбатого лепишь так, что я чуть не поверил. Этакий мелкий простодушный охотник. Тихоня трусливый…

– Но я и есть… – начало было я.

– Замолкни! – рявкнул татарин, и я понял: все, шутки закончились.

– Я таких как ты навидался. Еще по той, довоенной работе, когда «золотым» батальоном командовал, что завод охранял – жестко произнес хозяин толкучки, с силой вдавливая окурок в кристально чистую пепельницу – С виду мышка серая, а внутри хитрая крыса скрывается! Не пытайся казаться глупее, чем ты есть, Битум! Со мной не прокатит! Не прокатит!

– Рашид Хас…

– Тихо! – подавшийся вперед Бессадулин походил на разъяренного кабана – Я говорю!

Я безмолвно кивнул и замолк.

– Молодец – тяжело дыша, кивнул Хозяин и закурил следующую сигарету – Умеешь вовремя заткнуться. Значит еще не совсем пропащий. Ну так вот, Битум, у меня есть для тебя работа и я щедро за нее заплачу. Более чем щедро. А мое слово крепко. Вот теперь твоя очередь говорить, да только подумай сначала, прежде чем рот открывать.

– Почему я? Я простой охотник. Таких много.

– Охотников много – согласился Бессадулин – Но не таких как ты. Понимаешь, дружок, по городу давно идет слушок о твоей невероятной везучести и чутье на опасность. Идешь с бригадой сборщиков на Свалку – возвращаются все. Едешь с охотниками за джейранами – опять же, возвращаются все живыми и здоровыми. Год назад ты напросился в идущую по новому маршруту машину разведчиков Пахана – и только благодаря тебе они не вляпались в радиационное пятно. Люди начали говорить о тебе, а я заинтересовался и начал копать. И знаешь что выкопал? Такой спец по пустыне как ты живет сам по себе, не примыкает ни ко мне, ни к Пахану. Никто даже не знает, в какой норе ты обитаешь! Кстати, а где твоя нора? – татарин вперил в меня пронизывающий взгляд требующий ответа.

– Не ночую на одном месте дважды – мрачно ответил я – В городе хватает пустых домов. А все мои вещи в рюкзаке.

Выдать местонахождение берлоги я не соглашусь и под пытками. Лучше сдохнуть. Если совсем прижмут, назову пару мест в разных микрорайонах, где я заблаговременно побывал и оставил следы своего пребывания – мелкие схроны с ненужными мне вещами. Тут он не подкопается.

– Похвально – усмехнулся татарин – Живешь налегке… непростой ты человек, Битум. С чего бы «простому» охотнику такие серьезные предосторожности? Ведь я проверил не только слухи. Мои люди поговорили со многими. Знаешь, что они узнали?

– Что? – принял я правила предложенной игры. Всесильный татарин решил поиграть в «вопросы и ответы»?

– На тебя никто не точит зуб. У тебя нет врагов, Битум. Но нет и друзей. Только знакомые. Нет рычага, чтобы надавить. Вернее был один человек, за него ты любому был готов глотку порвать, да умер он.

Я молча пожал плечами, но в душе у меня был хаос. Какого черта? Зачем Бессадулину проверять меня?

– Я просто охотник – повторил я порядком набившую оскомину фразу, чтобы нарушить повисшую в кабинете тишину.

– Это так – кивнул Бессадулин, сменяя тон с угрожающего на покровительственный – Хороший охотник. Поэтому ты мне нужен и я готов заплатить. Чем хочешь – вещами, бумажками или оружием. Выполни для меня работу и мы станем хорошими друзьями.

– Я всего лишь…

– Да! Ты всего лишь простой охотник! – взорвался татарин, грохая кулаком по столу – Сто раз уже слышал! Слушай, по-хорошему же с тобой говорят! Хочешь, чтобы по-плохому говорить начали?

– Не хочу – признался я – Но и подписываться на тухлое дело тоже не хочу! Какая разница, где сдохнуть – в пустыне или у вас в подвале?! Я вам зла не делал, Рашид Хасанович! И людям вашим поперек дороги не становился! Живу потихоньку и стараюсь никому не мешать. Почему обидеть хотите? Так дела не делаются!

– Зла не делал… – чуть подумав, согласился Бессадулин – Ты мне нужен, Битум. Нужен позарез. Со своими людьми я уже говорил и все как один указали на тебя. Будь у меня кто другой равноценный тебе – ты здесь не сидел бы сейчас. Я понять не могу – чего ты кочевряжишься? Чего рогом упираешься? Прокатишься по пустыне, поможешь обойти гиблые места, укажешь на верную тропку – и все! Как вернешься будет тебе от меня хороший взгрев и большое уважение. А мое уважение дорогого стоит!

– Знаю, Рашид Хасанович – обессиленно вздохнул я – Знаю…

– Ну так что? Договорились?

– А если откажусь?

– Пойдешь куда шел – пожал плечами Бессадулин – Я не дурак проводника силой принуждать. Мне Сусанин не нужен, если знаешь о ком речь.

Кто такой Сусанин я не имел ни малейшего понятия. Да и плевать. Главное в другом.

Если Бессадулин сказал, что я могу уйти – значит, так и есть.

Вот только как далеко я уйду? До первого глухого угла?

С татарина станется приказать избавиться от меня, не привлекая ненужного внимания. Просто так, на всякий случай. Чтобы знающий опасности пустыни проводник не решил поработать на Пахана. С другой стороны, а зачем ему это? Насколько я знаю, Бессадулин никогда не отличался кровожадностью, скорее практичностью.

– Ну? – поторопил меня Бессадулин.

Выждав пару мгновений, я обреченно кивнул:

– Договорились. Если в цене сойдемся.

– Вот и молодец! А за ценой дело не станет! Луну с неба не подарю, но и не обижу! – довольно усмехнулся хозяин ТЦ, вновь чиркая зажигалкой – Сигарету?

Неуверенно кивнув, я протянул руку, но Седой сам подошел к боссу и, кончиками пальцев подцепив из пачки одну сигарету, протянул мне вместе с зажигалкой. Сигарету я взял и сунул за ухо, а от зажигалки отказался, пояснив:

– Не курю. Кстати о цене…

Хмыкнув, татарин оглядел меня совсем другим, неспешным взглядом, задумчиво почесал щеку и не торопясь переходить к делу, медленно произнес:

– Ишь как заговорил…. Ну давай, озвучивай свою цену. Наверняка огнестрел попросишь? Учти, на «калаш» губы можешь не раскатывать. Самое большее – Макаров или тэтэшник получишь. К пистолету десяток патронов и одну обойму. И только по возвращению.

– Нет, спасибо, Рашид Хасанович – мотнул я головой – Огнестрел мне не нужен.

– Ну надо же – приподнял брови Бессадулин – Удивил. В первый раз вижу, чтобы охотник от пушки отказался. Что так?

– Не пользуюсь – пожал я плечами – Да и обращаться с огнестрелами не обучен. Мне с ножами сподручней.

– Не сходится что-то – не поверил моим словам татарин – Товар горячий. Мог бы продать. Или на вещи какие выменять.

– Зачем, если я нужные мне вещи у вас возьму? И возьму сейчас, в уплату за будущую работу.

– Еще чего! – недовольно буркнул Седой из-за моей спины – Как все сделаешь, так и расчет получишь. Понял?

– Не понял! – жестко ответил я – И ты не командуй! Я с Рашидом Хасановичем разговор веду, а не с тобой. Ему и решать.

– Ах ты…

– Тихо! – рыкнул татарин, и в кабинете мгновенно воцарилась тишина – Что хочешь за работу?

– Из вещей: штаны и куртку из вараньей кожи. Их на толкучке не найти, а если и попадутся, то рваные и в крови изгвазданные – озвучил я первое требование – И пару сотен «паханскими». Это мне нужно сейчас, чтобы подготовиться к дороге. Как вернемся, то там уже вам решать, будет ли доплата.

– А если решу не доплачивать? – мягко поинтересовался Бессадулин.

– Воля ваша – развел я руками – Мне с вами не тягаться. Но в городе про вас плохого не слышал.

– Ладно, тогда по-другому спрошу – почему не торгуешься, а? Как-никак в Азии живем, здесь без этого никуда. Ты цену заламываешь, я ее сбиваю. М?

– Вы не покупатель, а я не купец. Пусть мы в Азии, но жить я стараюсь по старой русской поговорке – не дели шкуру неубитого медведя. Кто знает, с чем мы вернемся, да и вернемся ли вообще. Здесь вы хозяин, а за городом хозяйка одна – пустыня. Как она решит, так и будет – постарался объяснить я как можно подробней, чтобы у настырного татарина не появилось еще больше вопросов.

– Добро – после минутной паузы кивнул татарин – Седой выдай ему штаны и куртку из моих запасов, деньги отсчитай.

– Хорошо, Рашид Хасанович – коротко ответил телохранитель, не сводя с меня глаз.

Кивнув, Бессадулин обратился ко мне:

– Договор?

– Договор, Рашид Хасанович – согласился я – Мне когда подойти?

– Тебе скажут – туманно ответил хозяин толкучки – Пока готовься. В путь выйдете не раньше чем через пару дней. Из города надолго не пропадай и не рискуй башкой. И самое главное – рот на замок. Никому ни единого словечка. Если узнаю что растрепал кому наш разговор, то потом не обижайся. Отрежу голову и буду в своем праве. Понял?

– Понял.

– Вот и топай тогда – буркнул Бессадулин, раскуривая очередную сигарету.

Седой положил руку мне на плечо, но с места я не тронулся, подчеркнуто уставившись в столешницу.

– Чего расселся? Поднимай задницу – рыкнул охранник, но я не пошевельнулся.

– Мы вроде как все уже обговорили, Битум?

– Обговорили, Рашид Хасанович. Осталась только одна мелочь – ответил я, отрывая взгляд от стола и переводя его на хозяина кабинета.

– Ну?

– Когда мы сюда шли мне велели оставить рюкзак у входной двери. Без проблем – я оставил. Ваш дом – ваши правила. Все правильно. Но если я сейчас вернусь туда, к двери, и пойму, что в рюкзаке не хватает хотя бы одной вещи, то наш договор не состоится. Потому что так дела не делаются.

– Да кому твои грязные шмотки нужны… – глухо пробормотал Седой, но в голосе убедительности не чувствовалось.

– Из твоего рюкзака не пропало и спички, Битум – веско произнес Бессадулин и я понял, что смотря на меня, обращался он к старшему охраннику – Я тебе гарантирую.

– Спасибо, Рашид Хасанович – вежливо ответил я и нарочито медленно поднялся на ноги – До свидания.

– И тебе не болеть – хмыкнул татарин и, опустив голову, зашелестел разложенными на столе бумагами, показывая, что разговор окончательно закончен.

Уже в коридоре, едва мы удалились от двери Бессадулина шагов на пять, Седой ухватил меня за плечо и зло прошипел:

– Ну ты урод! Не мог только мне сказать про сраный рюкзак? Хочешь мне проблем нарожать? Я же тебя с говном сожру! Усек?!

Не пытаясь освободиться из железной хватки, я спокойно взглянул в лицо охранника, неспешно потянулся рукой к воротнику, привычно шевельнул ладонью и у меня в пальцах оказался небольшой метательный нож без рукояти.

– Хотел бы нарожать проблем, показал бы Рашиду Хасановичу вот это. Усек?

Увидев столь неожиданный сюрприз, Седой с шипением выпустил заготовленный для следующего ругательства воздух, вновь вдохнул полной грудью и выдал витиеватую матерную фразу, полностью относящуюся к недотепам охранникам, не могущим как следует обыскать доходягу охотника.

Убирая нож обратно в кармашек, я примирительно произнес:

– Я проблем никому не хочу. Ни к чему это. Но дарить кровью и потом нажитые вещи твоим охранникам не собираюсь.

– А ну пошли – уже совсем другим тоном произнес старший охранник и потащил меня по коридору к выходу.