Алькурд Пардес II. День Солнца.

— Уничтожать демонов и не допускать паники — обязанность крестоносцев, — пояснил Арлиен.

— Как они появились здесь? — подал голос Зиг.

— Кто-то открыл стабильный проход и впустил их в наш мир. Кто-то достаточно сильный, чтобы суметь отдавать приказы гончим. И что самое главное — кто-то разумный.

— Одержимый? — с испугом уточнила Найа.

— Да, человек, порабощенный архидемоном, подходит на эту роль лучше всего.

— Зачем это делать кому-то? — недоумённо спросил Рен.

— Одержимый не отдаёт отчёта собственным действиям, — пояснил Арлиен. — Демон управляет волей и телом человека, как кукловод. Он может видеть глазами одержимого, слышать его ушами и диктовать то, что следует говорить. Но прорваться самостоятельно в реальный мир могут только сильнейшие из психосущностей, и то на очень малое время.

— Но крестоносцы же должны чувствовать сверъестественное! — возмутился Рен. — Нужно выследить этого вашего одержимого.

— Я пытался это сделать. Мои поиски привели меня сюда. Но я наткнулся только на гончих — пешек. Судя по их количеству — проход между мирами достаточно стабилен, чтобы просуществовать с несколько часов. Обладающей такой силой демон мог открыть его из любой точки города. И даже если бы в Вергилле было не восемь миллионов жителей, а много меньше — что-то мешает мне, какая-то сильная поме…

Никогда до этого звуки встревоженной водной глади не пугали студентов так, как сейчас. Все, не считая крестоносца, одновременно вздрогнули, услышав негромкие всплески. Всего в пяти метрах из воды медленно появлялись горбатые приземистые тени. Две, три, пять… Силуэты гончих накладывались друг на друга в полумраке, сливались. Разглядеть, сколько их было точно, не получалось. Существа утробно рычали, били хвостами по воде, разбрасывая по стенам коридора капли вонючей жидкости.

Рен невесело присвистнул. Найа что-то произнесла сквозь зубы на родном языке. Зиг отступил на шаг, заслоняя рукой Лилиан. Заннинс даже не подумал о том, насколько глупо со стороны выглядел этот рефлекторный жест. Арлиен Соулривер повернулся к врагам лицом, двумя руками держа меч перед собой.

— Что будем делать? — спросил Зиг, сжимая кулаки.

— А есть варианты?! — зло сплюнул Рен. — Выживать!

Найа медленно опустилась, нашарила под водой древко глефы. Плавно, стараясь не делать резких движений, девушка выпрямилась, сжимая в руке оружие. Существа не спешили нападать, рычали, чего-то выжидая. Зиг растерянно переводил взгляд с одногруппников на гончих и обратно. У него не было под рукой ничего, что могло бы послужить в качестве оружия, а от рукопашных атак, как показала практика, пользы было немного. Заннинс почувствовал холод липкого страха. Как он может защитить Лилиан, если не в состоянии даже ранить противника?

Первыми нервы сдали у Рена. Завопив, парень бросился вперёд, отводя руку для удара. Найа, промедлив мгновение, поспешила следом. Когтистые, клыкастые твари ринулись навстречу.

Зиг растерялся. Подземный коридор был узок для того, чтобы сражаться бок о бок вчетвером и не мешать друг другу. Найа вертела глефой, точно пропеллер, рубя направо и налево. Рен, сосредоточившись на одном монстре, играючи уходил от резких выпадов и с нечеловеческой силой давал сдачи. Неожиданно появившийся крестоносец не давал демонам прорваться сквозь него. Каждое движение его меча сопровождалось брызгами чёрной крови.

Поток гончих не стихал. Несколько тварей безжизненными трупами уже валялись у ног людей, но демонов это ничуть не смущало. Гончие ломились напролом.

Одна из тварей запрыгнула на спину сородичу и перемахнула через клинок крестоносца, задев бугристой спиной потолок. В воду посыпались вылетевшие из старой кладки кирпичи. Оказавшись за спиной рыцаря, демон ринулся к Заннинсу.

Зиг выступил вперёд, закрывая собственным телом сестру. Помня предыдущий опыт, он не спешил нападать, выжидая нужного мгновения для удара. Поразить незащищённые вязкой чёрной субстанцией ноги или морду чудища было единственным шансом.

В двух шагах от альбиноса гончая замерла. Крутанувшись точно юла, она смела хвостом Зига, отбросив его к стене. Не ожидающий подобной подлости альбинос больно ударился спиной о камень и на миг с головой ушёл в грязную воду.

Когда Зиг вскочил на ноги, он с ужасом осознал, что ничего не успевает сделать. Демоническая тварь летела на Лилиан, распахнув жадную пасть, сверля девушку жадным взглядом шести хищных глаз. Лили в испуге прикрывала голову, будто этот жест мог спасти от острых клыков. Перед глазами Зига пронеслась страшная картина смерти сестры — ломающая кости тяжёлая туша, с аппетитом размалывающая в труху человеческие кости. Альбинос в отчаянии бросился вперёд, прекрасно осознавая, что уже ничем не сможет помочь.

В этот момент тварь лопнула. Взорвалась, окатывая холодной жидкостью. Зигу показалось, будто кто-то вылил сверху несколько вёдер колодезной воды. Она обожгла кожу, противно залилась за шиворот и на мгновение замутила взгляд.

Когда же Заннинс вновь обрёл возможность видеть, он не поверил глазам. Лилиан стояла перед ним. С ног до головы мокрая и дрожащая от холода, но живая и невредимая!

— Колдовство! — разразился гневом крестоносец.

Зиг в недоумении обернулся.

Наседающих противников будто унесло ветром. Точнее они все взорвались, как воздушные шарики, наполненные водой.

— Ты! — Арлиен решительно направился к Зигу. — Это ведь ты! Это твоих рук дело, ведьма?!

Заннинс опешил. Только когда он обернулся и встретился глазами с сестрой, до него дошло то, что имел в виду Соулривер. Крестоносец решил, будто бы эффектные смерти демонических гончих заслуга Лилиан.

— Это смешно! — вскричал альбинос.

— Из-за неё я не мог почувствовать демонов. Это её силы были помехой! — точно не слыша парня, басил крестоносец.

— Йо-йо, папаня, — пришёл на выручку Зигу Рен, хватая мужчину за плечо. — Не надо устраивать здесь инквизицию и грузить небылицами!

— Она обычный подросток! — подтвердила Найа.

— Ложь! — бросил Соулривер. — Вы видели своими глазами. Сложный живой организм вдруг обернулся обычной водой. Просто полностью изменил молекулярную структуру, превратился в простейшее однородное вещество! На такое не способен ни один миротворец и ни один протектор. Это не пара-магия! Это колдовство в чистом виде!

— Я думаю, не стоит делать поспешных выводов, — попыталась воззвать к голосу разума девушка.

— В вас троих нет ни капли силы, а у неё она льётся через край, — крестоносец указал на Лилиан кривым указательным пальцем. — Может именно она и есть та одержимая, которая призвала гончих?!

Заннинс посмотрел на сестру. Та, заткнув уши ладонями сильно жмурилась, будто старалась отгородиться от всего что видит и слышат.

— Прекратите! — вскрикнул Зиг. — Вы её пугаете!

— Она ведьма, колдунья. Я обязан забрать её с собой, — твёрдо объявил Арлиен Соулривер, делая шаг вперёд.

Зиг чуть согнул ноги, мгновенно принимая боевую стойку.

— Папаня, я тебя первый раз в жизни вижу! — удержал крестоносца Рен. — Девчонку мы тебе не отдадим.

— Я крестоносец Святого Престола! — рявкнул Арлиен, сбрасывая с плеча руку Траста. — Я имею право увезти с собой любого человека, подозревающегося в запретных искусствах!

— Не студентов Пардес! — вспыхнула Найа, вставая между мужчиной и Зигом.

— Согласно договорённости между Орденом Снизошедшего Света и Алькурд Пардес вы не можете удерживать в своих рядах одержимых и колдунов. Это ваша расплата за вторжение в сверхъестественное! — парировал Соулривер.

— Тогда представьте доказательства того, что Лилиан колдунья, — парировала Найа. — Мы отправимся к нашему куратору и решим вопрос цивилизованно.

После небольшой паузы, во время которой Арлиен словно бы боролся с соблазном разрубить нахальных студентов, крестоносец кивнул.

— Хорошо. Ваш куратор. Где он?

— Она, — машинально поправила девушка. — На подписании соглашения…

Эспринтенсо запнулась, выразительно смотря на Рена и Зига.

— Думаешь, демоны объявились здесь из-за этого? — встрепенулся Рен.

— Катакомбы ветвятся по всему центру города, — взволнованно продолжила мысль Найа. — Если гончие направлялись в ту сторону…

— Демоны, срывающие подписание соглашения о снижении вооружения? — переспросил Арлиен. — Большей глупости в жизни не слышал. Им нет дела до политики.

— Неужели? — желчно переспросила Найа. — Это такая же глупость, как и девочка-подросток использующая умения, которые не смог повторить никто со времен Всемирной Войны?

Арлиен Соулривер скользнул по фатосинке злым взглядом. Вогнав меч в ножны, крестоносец кивнул:

— Идём. Если вы правы, нужно спешить.

Глава 7

Опустился семикрылый ангел

пред Кристофом на колено и поклялся

именем Света, что будет сражаться

рука об руку с рыцарем против тьмы.

Не как слуга, не как хозяин, но как равный.

И придет на помощь по первому зову

до тех пор, пока Кристоф не сгинет

или не очернит своей чести.

(Снизошедшее писание. Книга II, Стих 38)

Ветер пробирал до костей. Холодные порывы то и дело норовили растрепать туго стянутые в хвост волосы. Никро поёжился, позволил себе поправить ворот, плотнее прикрыл горло. Конечно, никто не позаботился об обмундировании для постороннего, а зимняя форма академии, хотя и была тёплой — не предназначалась для долгого ожидания на ветру.

Сидя у барельефа, подвешенного под самым потолком карниза, Никро проклинал родную помпезную архитектуру. Зал, в котором проходило подписание исторического соглашения, был величественен, красив и огромен. Но у высоченного потолка располагались хитро сделанные воздухоотводы, в которых задорно свистел ветер. Там внизу для собравшихся гостей это было не заметно. Им было тепло, но при том они дышали свежим воздухом, чего ещё можно желать?

А Никро с завистью смотрел на остальных снайперов, одетых не в пример теплее, и старался унять дрожь. Локк был уверен, что она не помешает выстрелу в случае непредвиденной ситуации. Но показывать слабость и тем более непрофессионализм коллегам по цеху… Такого позволить себе снайпер не мог.

Никро понимал, что вряд ли от его присутствия здесь был хоть какой-то прок. Семьдесят затаившихся по периметру зала стрелков наверняка были высококлассными профи. И вполне могли превратить в решето любого, кто попытался бы совершить нападение. А будет ли на теле того неудачника лишняя дырка, оставленная пулей Никро или нет, никакой роли не играло.

Как и бессмысленна была роль затерявшихся там внизу, среди шеренг телохранителей, Лусинэ, Тагирона и Майкла. Толку от пребывания будущих миротворцев на этом празднике жизни, Никро видел мало. Скорее он ощущал себя декоративной частью интерьера, прикрученной к потолку для красоты. Стоящий чуть в стороне от подножия трибуны Виктор Луций в бою мог с лёгкостью заменить всех студентов вместе взятых.

Единственной, кто действительно находился тут для дела, была Кела Лейк. И то её “дело” заключалось в рекламе Алькурд Пардес на волне личной популярности.

Мероприятие развернулось под стать зданию, старалось не уступать ему ни масштабами ни пафосом. Тысячи приглашенных важных персон отсиживали пятые точки на рядах складных стульев, занимающих большую часть помещения. У стен ютились те, кто по каким-то причинам не мог претендовать на сидячее место — помощники, консультанты, переводчики, охрана. Меж рядов сновали журналисты. Десятки операторов с тяжёлыми видеокамерами на плечах бегали, припадали на колено, перетаскивали с места на место штативы и неловко натыкались друг на друга в поисках сочной картинки и удачного ракурса. Особняком располагался симфонический оркестр, приветствовавший и провожающей громкой мелодией каждого выступающего.

На сцену поочерёдно восходили правители государств, отважившихся на столь показательно смелый поступок. Снижение числа вооружённых единиц демонстрировало нарочитое дружелюбие, мирную направленность внешней политики и надежду на дальнейшее тесное сотрудничество. С другой стороны каждый выступающий не упускал возможности вскользь осудить страны, которые отказались принимать участие в этом историческом соглашении.

Наверное, другой на месте Никро, радостно пялился бы на происходящее, разинув рот. Увидеть столько знаменитостей вживую удаётся не всякому. Снайпера же подташнивало от громких слов политиков, их надменности и лицемерия. Хотя он понимал, что это неправильно, Никро видел в них не более, чем стаю сварливых собак, вынужденных мириться с соседством друг друга. Роль хозяина, следящего за тем, чтобы животные не перегрызли друг другу глотки, снайпер, конечно же, отводил Алькурд Пардес…

Меж тем слово взяла Кела. Под вспышками фотокамер девушка немного натянуто, но в целом мило улыбалась. Кела старалась говорить твёрдо, осознавая, под каким пристальным вниманием находится. Миллионы людей будут видеть и слышать её в шестичасовых новостях уже сегодня. Чуть склонившись к нагромождению микрофонов с разноцветными эмблемами телеканалов, Кела объясняла те же банальные вещи, что и остальные. Послушав немного куратора, Локк быстро потерял к её речи всякий интерес.

У подножия трибуны дожидалась Полли. Не вышедшая ни статью, ни ростом девушка сегодня играла роль помощницы Лейк. А вот так сильно раздражающего в последнее время Сторла, снайпер нигде не видел.

В роли следящего за порядком на таком важно мероприятии Никро был впервые. Ему не выпало возможности пообщаться с остальными снайперами, а потому он не знал точно, насколько в таких случаях обычно находятся настороже. Локк всегда считал, что подобные церемонии — лакомый кусочек для оппозиции, антиглобалистов и просто бунтарей. Но всерьез в возможность террористической угрозы не верил.

Не верится обычно в то, чего опасаешься сильнее всего.

Когда раздался громкий хлопок и грохот чего-то тяжёлого заглушил голос Келы, Никро практически подпрыгнул на месте.

Посреди зала, прямо рядом с ковровой дорожкой, гордо ведущей к трибуне, разорвался пол. Без огня, дыма, без расшвыривающей в стороны людей взрывной волны. Просто несколько крупных обломков подлетели вверх и тут же шумно упали рядом с новоявленной дырой.

Присутствующие ещё не успели отойти от первого шока, как из отверстия в полу начали выскакивать горбатые быстрые твари, точно муравьи из разоренного муравейника. С высоты они были похожи на крупных чёрных волков. Не теряясь в новой обстановке, твари бросились рыскать меж людьми, сея панику. Толпа с криками ринулась прочь, к выходу. К вторгшимся монстрам уже бежали бойцы всевозможных спецслужб, организаций и стран. Охрана спешила на защиту высоким гостям, в панике ничем не отличающимся от обычных людей.

Никро был почти уверен в том, что сорвавшие мероприятие существа — реликты. Силой, скоростью и повадками они до боли напоминали хищную целесцеру. В памяти всплыли огромные жёлтые глаза с вертикальными зрачками, дурно пахнущая желудочным соком слюна…

Беря на прицел одну из тварей, Никро не рассчитывал убить её с первого выстрела. Биот-барьер, который реликты могли создавать вокруг себя — основное и главное их отличие от обычных неразумных животных. Винтовочная пуля для таких существ не страшнее укуса комара.

Однако семь десятков стрелков — сила достаточно весомая. Хотя создающийся живым организмом защитный барьер и не до конца похож на те, что возникают при помощи глифов, он тоже требует энергии. Каждый раз, отражая очередную атаку, реликт чувствует усталость. Под длительным шквальным огнём он может лишиться сил настолько, что упадёт и не в силах будет сделать и шага. Впрочем, если только стреляющие в него зарядили оружие холостыми, иначе к этому моменту он будет мёртв. Ослабший биот-барьер — защита немногим лучшая, чем лист картона, а прорвавшиеся сквозь него пули, пусть и потерявшие в скорости, всё равно смертельно опасны.

Наушник молчал. Но вряд ли происходящее было заготовленным праздничным сюрпризом. Координирующий действия снайперов человек наверняка ещё не успел оценить опасность, чтобы дать какой-то вразумительный приказ.

Никро плюнул на субординацию.

Винтовка вздрогнула в ругах, приклад на миг врезался в плечо. Снайпер уже потянул спусковой крючок во второй раз, но остановился. Привычного лёгкого отсвета, означающего разбившуюся о невидимую преграду пулю, не вспыхнуло. Острый кусочек металла со скоростью девятьсот метров в секунду впился в бок чудовища, вырывая здоровый кусок плоти. Сквозь образовавшуюся дыру Локк успел увидеть, как на пол брызнул фонтан чёрной жидкости. Тварь замерла на месте, словно удивлённая, прислушивалась к новым ощущениям в теле. Миг спустя Никро с омерзением заметил, как с чудовищной скоростью рана затягивается, зарастает клочьями чего-то отдалённо напоминающего свалявшуюся тёмную шерсть.

Потратив на регенерацию самое большее пару секунд тварь, как ни в чём не бывало, бросилась на ближайшего человека.

Человек приветливо встретил монстра стремительным взмахом катры. Изломанное, похожее на молнию лезвие с лёгкостью разрубило продолговатую морду надвое. Тагирон отскочил от брызнувшей крови и бросился к новому монстру, отводя меч для удара.

Кинтиянка Лусинэ Оуян врезалась в стаю хищников.

Два изогнутых клинка с хрустом рубили и кромсали. Девушка двигалась так быстро, что за движениями мечей уследить было практически невозможно. Вот одна из тварей рухнула, оставшись без передних конечностей. Вот другая лишилась головы… Но удача отвернулась от девушки. Одна из бестий бросилась на неё, не страшась острых клинков. Кинтиянка попыталась защититься — мечи увязли в покрывающей тело жирной субстанции. Тварь рванулась вперёд, разинув пасть…

Голова гончей разлетелась в нескольких сантиметрах от лица Лусинэ. Никро не раздумывал. В тот момент снайпер “думал глазами”, палец сам нажал на спуск, ещё до того, как разум осознал это. В оптику было видно, насколько убийственен взгляд Лусинэ, которую с ног до головы окатило липкой тёмной кровью. Признаться в том, что этот выстрел его рук дело — последнее чего хотелось бы Никро. По опыту Локк догадывался — объяснить то, что, возможно, он спас Оуян жизнь, не получится.

Среди какофонии боя Никро расслышал знакомый крик. Потребовалось несколько мгновений, чтобы разыскать глазами Полли. Она вела себя точь-в-точь, как дурёха из боевиков. Безоружная, не думающая о себе она зачем-то пыталась броситься к сражающимся. Локк облегчённо вздохнул, когда увидел, что её держит вовремя появившийся Сторл. Трайбл не давал девушке вырваться из рук и натворить глупостей.

События развивались стремительно. Профессиональные бойцы показывали себя с лучшей стороны. Демоны падали замертво. Груды тел заваливали ковровую дорожку, гончих оставалось всё меньше и меньше, но атаки зверюг становились только яростнее.

Окружившая тварей охрана не давала ни одной из них прорваться сквозь плотное кольцо, а снайперы били без промаха. Сверху демоны были как на ладони. Основная часть людей уже покинула здание. Казалось, всё близилось к благополучному завершению.

Локк отметил лёгкое движение в дыре и поспешно взял её на прицел.

В ушах взволновано гаркнуло: “Отставить огонь!”

Появившихся из темноты Никро не спутал бы ни с кем. Первым из отверстия в полу выскочил Рен, припал на колено и подал руку, помогая выбраться Найе. Выражение лица Локка было до смешного удивлённым. Хорошо, что никто этого не видел.

Третьим на свет выбрался неизвестный снайперу мужчина в плаще крестоносца. Рыцарь Святого престола что-то кричал и размахивал руками. Парочка уцелевших гончих бросилась наперерез к новым действующим лицам. Никро уже собирался повторно нарушить приказ и выстрелить, но студенты справились сами. Точнее, среагировала Найа. Круговым движением глефы она подрубила ноги обеим тварям. Демоны свалились на пол, дёргаясь и злобно рыча. Добивать их у девушки по-видимому не было времени.

Последним из дыры выбрался Заннинс. На спине, вцепившись в брата, висела Лилиан.

Крестоносец продолжал что-то объяснять, размахивая руками. Снайпер слышал отдельные фразы, но общий смысл слов ускользал от него. Ясно было одно — ничего хорошего это не значило.

Стараясь не разрывать кольца, бойцы охраны отходили назад, в спешке перегруппировывались. Расступались, оставляя посреди зала кучи мёртвых тел демонов и изломанных стульев. Грязных, мокрых и уставших Рена, Найю и Зига с Лилиан без вопросов затащили за стихийно образовавшееся оцепление. Сопровождающий их мужчина в плаще, остался внутри кольца, хоть и старался держаться подальше от дыры в полу.

Вперёд выступило несколько людей в серых плащах. Как обычно служители Снизошедшего Света наблюдали за заключением важного международного соглашения. Умеющие чувствовать любые проявления пара-магии они своим присутствием подтверждали, что заключение договора производится без вмешательства каких-либо сил в сознание и волю участников.

Семеро рыцарей Святого Престола припали на колени и, как один, сложили руки на груди и опустили головы. На мгновение в зале повисла тишина. Никро даже почудилось, будто он расслышал многоголосый шепот молящихся крестоносцев.

А после тишина взорвалась звуками рушащегося здания. Стены затряслись, узкий карниз под Никро заходил ходуном. Пол взорвался. В воздух взлетели стулья, массивные куски пола, тела демонических отродий. Дыра в полу расширилась до размеров небольшого озерца. Клубы грязно коричневой пыли вперемешку с густым дымом взметнулись до самого потолка, укрывая собой всё, заслоняя свет огромных люстр.

Локк чертыхнулся. Сквозь завесу не было видно ни зги. Наушник молчал. Никто не спешил объяснять снайперам, что происходит. Возможно, никто толком и не знал этого.

Грязное облако поднималось всё выше. Совсем, как описываемый фантастами гриб ядерного взрыва. Пыль залезала в нос, уши, оседала горьким песком на губах. Локк до боли в глазах всматривался в грязный дым, стараясь уловить хотя бы тени, хоть какое-то движение.

И в тот миг Никро увидел Её.

Сначала он принял это за вспышку, отсвет молнии. Что-то ярко-белое вырвалось из мглы совсем рядом.