Астромех Эрдваныч 3 [СИ]

Но вместо королевы, ответила ей до того молчавшая дроид-репликант. Лицо электронного двойника, как по волшебству, лишилось легкой аристократичности и надменности, приняв вид идеального подчиненного, по мнению Петра Первого,[22] и та, голосом гунганского политика и героя войны за освобождение Набу, произнесла:

— Моя думай, это совсем-совсем нехорошая идея!

— А как по мне, отличная идея, — сказал я, когда все отсмеялись. — Лучшей проверки для репликанта, чем встреча с родственниками оригинала и не придумаешь. Посмотрим, сколько продержится. Только надо Рио и Пуджу куда-то отослать. За взрослых я не волнуюсь, они отлично понимают и, уверен, поддержат заботу о безопасности дочери и сестры, а вот если узнают эти две мелкие непоседы… Думаю, вся детвора Тида уже через час будет знать все подробности нашего плана. Они, кстати, еще не раздумали становиться дроидами-астромеханиками, когда вырастут?

— Нет, у них теперь новый кумир – "Стражницы", а конкретно – я, — заявила Джей.

— Тем более их куда-то сводить надо будет. Ведь опять заявят: "Почему тете Падме можно, а нам нет?"

— Это когда они такое говорили? — удивилась Амидала.

— Когда посмотрели голозапись боя за дворец, и захотели сами из бластеров научиться стрелять, — пояснил я.

— Иногда я завидую Соле, — грустно, немного невпопад, сказала Падме. — У нее такая замечательная семья…

Подобные приступы меланхолии последнее время у нее случались нередко. Что поделать, материнский инстинкт и инстинкт продолжения рода неумолимы, и им плевать на то, что человек посвящает себя без остатка миллиардам других людей. И пусть разум заставлял эту девочку без детства и девушку без юности отдавать всю себя служению другим, но от чувства несправедливости не избавлял, заставляя бывшую королеву и действующего сенатора ночами реветь в подушку и в кровь кусать губы. И она злилась. Злилась не на других, на себя. И это меня в ней искренне восхищало.

— А у тебя семья – весь народ Набу, — попытался поддержать ее я. — Знаешь, я видел и слышал, как гвардейцы шли на смерть с твоим именем на устах. Не маму звали, не молились и не ругались, а тебя, и, вот, ее поминали, — указал я на Сабе. — Я раньше такое сказками считал… Но раньше, знаешь, я и правителей таких не видел, кто бы, как вы обе, чтобы себя без остатка своему служению посвящали. И для меня честь служить вам!

Мы с Панакой, не сговариваясь, вытянулись по стойке "смирно", и выполнили воинское приветствие сенатору и королеве. Генерала, кстати, моя речь нехило проняла. Думаю, дай ему сейчас связку гранат, и скажи под танк прыгать – точно бы прыгнул не задумываясь.

— А на счет собственной семьи и детей – еще успеете завести, — пообещал я. — А уж мы с генералом о них позаботимся.

— Ловлю на слове, — первой пришла в себя от внезапного проявления наших верноподданнических чувств Амидала. — Боюсь только представить, что из детей при таких няньках получится!

Если бы я тогда знал, как она ошибется с тем, кто именно вместе со мной будет заниматься ее детьми, и чего мы вместе с ними натерпимся, думаю, не стал бы раздавать подобных обещаний… Впрочем, стал бы. Ведь я, как и они, не для себя стараюсь. Для того чтобы вот таким как Падме и Сабе и солнце светило, и жили они как в сказке, в смысле долго и счастливо, а тем, кто им навредить захочет, северный лис пришел, окончательный и безоговорочный, и жизнь их в анальное рабство превратилась. Я ведь дроид, мне для полного счастья и запаса запчастей с парой сменных реакторов достаточно. Но, главное, мне надо, иногда, человеком себя чувствовать. И вот для этого, совсем не нужно ни человеческое тело, ни биологический мозг – достаточно не быть пидарасом, и иметь возможность поступать по совести.

Словом, из кабинета Амидалы мы все вышли достаточно простимулированные для новых свершений и трудовых подвигов на ниве подготовки к предстоящей войне. Генерал Панака отправился на Рори, устраивать репрессии среди бывших руководителей ШГЛН, королева Сабе принимать делегацию с Айлона, которые тоже чувствовали приближение "рабочего сезона" и готовы были платить любые деньги за так впечатлившие их комплексы ВКО и танки нашего производства, Падме с Джей и Дроидалой удалились осваивать новые роли, а я, быстро переговорив с главой делегации айлонцев, рванул на орбиту, где на верфях заканчивали два стратегических проекта, которые должны были стать нашими козырями в предстоящей Войне Клонов.

Первым из них был корвет ДОУ[23] типа N-7 по классификации ТДИК, или "Пастух", как прозвали его флотские. Когда-то, сразу после освобождения Набу от Торговой Федерации, когда мне удалось добиться значительных успехов в деле координации машин в истребительной эскадрильи, я думал, что создать ДДГ-шный аналог АWACS-а или А-50 будет несложно – максимум пара лет. Но он появился только месяц назад, ведь до начала серийного производства нам пришлось решать столько технических проблем, что мне порой казалось – лучшим решением будет купить готовый аналог, а то и довольствоваться БРЭО фрегатов и авианосцев.

Впрочем, отчасти мы сами были виновны в том, с какими трудностями столкнулась постройка "Пастухов". Все из-за компактности, ведь и мне, и Додоне, и Олие хотелось иметь максимально возможную численность авиакрыла рейдовых авианосцев, а значит, корвет должен был занимать в их ангарах столько же места, сколько и стандартный N-1М – предельные размеры 13,5х6х2,8 м. И, хоть трудно поверить, мы в них вписались!

Итогом девяти лет НИОКР,[24]  экспериментов, промышленного шпионажа и переговоров с поставщиками и разработчиками оборудования, стал 42-х тонный кораблик с экипажем из четырех человек, ядром ИИ первого класса и еще 16-ю сопроцессорами с искинами астромехов R2-серии. Машина, благодаря складным сенсорным панелям размерами 8х8 метров, внешне напоминала СИД-переросток, правда для движения использовались вполне обычные плазменные двигатели. Но и они обеспечивали корвету скорость не ниже чем у истребителя. Конечно, маневренность до истребительной не дотягивала, зато пара спаренных турелей в дополнение к курсовым пушкам, делали аппарат весьма опасным противником для вражеских МЛА. Но основным назначением корвета ДОУ был не непосредственный бой с кораблями противника, а боевое управление авиагруппой, включающей до 36 машин, РЭБ и обнаружение вражеских кораблей за пределами эффективного радиуса действия сенсоров истребителей. Так цель типа "легкий истребитель" можно было обнаружить на дистанции в 60 мегаметров, а "тяжелый крейсер" на 100, что вдвое превышало радиус действия сенсорного комплекса N-первых. А с учетом того, что "Пастух" мог сопровождать одновременно до 2400 целей, обеспечивая применение оружия по 120-и из них, и подавлять работу других сенсорных комплексов, включая ГСН протонных торпед и ракет, на расстоянии до 10 мегаметров, превосходство над N-1М становилось еще заметнее.

На сегодняшний день, мы имели только пять готовых машин, включая летающую лабораторию и два опытных образца. Но в ближайший месяц, стапели должны были покинуть еще шесть аппаратов, что позволило бы нам оснастить ими оба наши авианосца, и начать их освоение в планетарных авиакрыльях. Если бы еще не цена, почти восемьсот тысяч за штуку, и недостаток производственных мощностей, проблем бы вообще не было.

Собственно именно в производство очень многое и упиралось. На Набу талантливых инженеров и изобретателей хватало, а вот с рабочими было туго. Все доступные на рынке производственные комплексы были предназначены для крупносерийного выпуска кораблей, начиная от, скажем, десятка тысяч истребителей в год, и требовали для своей эксплуатации либо сотни тысяч дроидов, либо сотни тысяч рабочих особей инсектоидов. А единственной альтернативой, при интересующем нас мелкосерийном производстве, была ручная сборка, для которой требовались квалифицированные рабочие. Тысячи специалистов, которые в Галактике всегда были дефицитом.

Как, к примеру, раньше собирали N-1? Делался проект, 3D модели деталей загружались в автоматизированную производственную линию, что сами сделать не могли, покупали на внешнем рынке, а потом, когда все было готово, сами инженеры и техники будущих истребительных эскадрилий, надев спецовки, собирали из этого истребители. При этом, безжалостно обрабатывая напильником, а то и кувалдой то, что не подходило, ведь и конструкторам свойственно ошибаться, а уж при поставках со стороны, разнобой в принципе был нормальным явлением. Скажем, заказали топливный насос FB-45L18-NQ3, а пришел FB-45L18-NQ5М, так как кью-третий выпускать прекратили, а пятый-эм такой же по характеристикам, но беда-то в том, что у них длина отличается на 6 мм, и если первый крепится за фланец корпуса, то второй висит на трубопроводах, и, значит, требуется что-то придумывать для его фиксации – истребитель ведь не фрахтовик – перегрузками с мясом вырвет. В итоге, машины выходили разными. Не то чтобы детали от одной не подходили к другой, но вес, к примеру, мог легко различаться на сорок килограммов, или какой-то узел был сдвинут на семьдесят миллиметров в сторону.

С этим можно было мириться, когда ТДИК выпускал по три десятка машин в год, но сейчас, когда к ним добавилось еще два десятка Н-6, сорок N-4, полсотни транспортно-боевых челноков "Скат", не говоря уже про танки, РСЗО, остальную наземную технику, боевых дроидов и т. д., требовался уже промышленный подход к производству, и много рабочих рук. А ведь еще были орбитальные верфи, строящие гражданские и военные корабли, производство оружия и спецснаряжения, и многое другое. Так что, персонал пришлось нанимать за пределами сектора, что было чревато утечками инфы, и учить свой, что требовало денег и времени.

Собственно, эта проблема, как появилась у нас десять лет назад, так никуда и не делась. Нам постоянно не хватало четырех-пяти тысяч техников, даже, несмотря на то, что сейчас, в промышленности Набу работало 15 236 инопланетников, а ВУЗы и специально созданные технические колледжи уже шесть лет выпускали по 7–8 тысяч молодых специалистов.

За два дня наведя шорох на производстве N-7, приняв несколько непопулярных кадровых решений, и премировав тех, кого в СССР бы назвали "передовиками производства", я, залетев в Тид на испытания двойника Падме, путем представления оной ее семье, вновь отправился на верфь, на этот раз третью по счету, расположенную в астероидном поясе системы Набу, где строились сразу два крупнейших боевых корабля королевства, ТРКСН[25] "Тид" и "Оксон".

Пять часов полета до верфи пролетели как один миг. Еще бы, ведь настроение после шутки с семейством Наберри было замечательным, а Джей, после смены корпуса, занявшая ячейку астромеха на моем N-1, и Оникс, непрерывной болтовней еще больше его поднимали.

Как только мы, то есть Падме, ее дроид-репликант, королева Сабе, которая тоже не захотела пропускать такое бесплатное шоу, Джей и я вошли в дом, мне сразу же досталось на орехи от Джобал, мамы Падме, которая, помимо всех смертных грехов, обвинила меня в том, что я "не присматриваю за бедной девочкой, которая, посмотри, до чего себя довела! Тебе, Эрдваныч, должно быть стыдно. Сам-то ты во сне и отдыхе не нуждаешься, а о других мог бы и подумать…" Да еще сама Падме, изображающая Джей, начала нести всякую чушь, обвиняя меня чуть ли не в проведении опытов над Сенатором от Набу. Хорошо хоть продолжалось это недолго, и Джобал убежала на кухню, организовывать "нормальный обед для девочки, и вас, ваше величество".

Так что дальнейшую проверку возглавил Руви, отец Падме, который добрых полчаса расспрашивал королеву и сенатора о положении дел в Республике, попутно выпрашивая дополнительное финансирование на очередную программу помощи беженцам. И тут отдуваться пришлось уже Амидале, диктуя репликанту положенные фразы, попутно следя за вокодером и приемопередатчиком, что привело к нескольким забавным промашкам, когда вместо Сенатора отвечала дроид-служанка. Но папа был таким же фанатиком своего дела, как и экс-королева, и оговорок не заметил.

Прокол случился лишь во время обеда, когда Джобал – вот что значит материнская забота – обеспокоилась тем, что доченька так мало ест, и потрогала той лоб – не заболела ли? А что было делать? Возможность имитации приема пищи и питья, я, когда проектировал дроида, конечно, предусмотрел, но места под домашние кушанья, в предельно компактной конструкции не было, максимум под скромные порции во время официальных приемов.

В общем, смеялись все долго, а Падме так и не удалось избежать материнской кормежки, но оба ее родителя, как и предполагалось, горячо поддержали подобный метод обеспечения безопасности дорогого чада. Все же, последнее время, сообщения о заказных убийствах и нападениях на политиков стали одной из основных тем в голонете, и масштабом цифр больше напоминали сводки с фронтов.

Если бы еще не тревога за Шми, от которой, после сообщения о том, что Дуку – ситх, не было весточек, и не скорое начало войны, в котором не сомневался никто из тех, кто обдумывал подобную возможность, включая даже Оникс, я бы чувствовал себя полностью довольным жизнью.

Даже по прилету на верфь, меня порадовали приятным сюрпризом в виде полностью завершенной двигательной секции "Тида", и оконченной на два месяца раньше графика установки тяжелого оборудования корабля. С "Оксоном" не все было так гладко, но даже то, что удалось заложить каркас и основные элементы силового набора, более чем радовало. Главное, чтобы его строительство, как в случае с предшественником, не затянулось на семь лет.

Вообще, разработка кораблей по теме "Змей", была очень дорогой технической авантюрой, и, пожалуй, одним из самых сложных моих проектов. Ведь все применяемые в них технологии практически приходилось создавать с нуля. А финансирование работ по ним началось еще в далеком 971-м, и на сегодня, в него мы уже вложили более 120 миллионов кредитов. Впрочем, если бы все удалось, эти корабли должны были стать самым выгодным капиталовложением королевства в плане обороны. Собственно, ради них я и подлизывался к Райту Сиенару, тратил кучу времени на изучение систем, снятых с "Ситского Лазутчика" – корабля Дарта Мола, и даже собственноручно собрал "печь" для синтеза искусственных кристаллов, припахав для ее обслуживания одного из подопечных мастера Акиноса. Уж кто-кто, а живой, чувствительный к Силе кристалл, как никто другой подходил на роль "оператора технологического процесса", с полуслова понимая, что от него требуется, и как этого добиться. Это органику надо объяснять, что, к примеру, гексагональная атомарная решетка при протекании энергии, взаимодействуя с Силой, будет оную энергию фокусировать в виде циклического луча, а прямоугольная создаст две перпендикулярные поляризованные плоскости. Притом, что для любого шарда это было очевидно, как дважды два – четыре.

Но ключом ко всему проекту все же стали записи Касии Уортти, по которым я создал себе "Темный меч". Без них, о корабле, тем более кораблях-невидимках осталось бы только мечтать, ведь из всех технологий невидимости я имел технические данные лишь по "кристаллопроекционному" полю, для которого требовались или кристаллы стигия, или адеганские кристаллы – на 230 миллионов кредитов на корабль в первом, и 105 во втором случае. Таких расходов Набу бы просто не потянуло. Зато, при наличии "печи" и шарда-оператора, система невидимости для шестисотметрового корабля обошлась всего в "каких-то" десять лимонов. Правда и времени на синтез тратилось немерено – по 3 дня на кристалл, которых на один корабль требовалось 288 штук. Но, с другой стороны, синтетические фокусирующие кристаллы "Темного меча" работали даже лучше стигия, и были стандартными по геометрии, что упрощало монтаж.

И все же, невидимость не была главным новшеством этих кораблей. Она только обеспечивала возможность воспользоваться их главным калибром – ракетной установкой, представляющей собой два масс-драйвера для запуска плазмокумулятивных ракет. В ее основе, как и во многих моих проектах, лежал синтез технологий Далекой-далекой галактики, и земных, благополучно забытых тут, разработок. А именно, сейсмическая мина,[26]  твердотопливный термоэлектрический реактивный двигатель, система наведения по прямому лазерному лучу и термоядерный заряд.

Если упрощенно, цепочка электромагнитов разгоняла снаряд диаметром 800 мм и длиной 6 метров, до скорости в 20 км/с, попутно заряжая смесь барадия и набуанской плазмы до подкритического состояния, после чего у того включался собственный двигатель, повышающий скорость до 30 км/с, а чтобы противник не смог увернуться от такой низкоскоростной штуки, снаряд мог менять траекторию, пользуясь для наведения мощным сенсорным комплексом корабля-носителя и наиболее помехозащищенным каналом управления из известных (трудно создать помехи для сенсора, обращенного в противоположную от их источника сторону, на который светит лазер ЦУ, мощностью в несколько десятков киловатт). Но самое главное происходило непосредственно у цели. Срабатывал термоядерный заряд мощностью в 4 мегатонны, и порожденное им жесткое рентгеновское излучение с чудовищной силой сжимало открытую с обращенного к цели конца капсулу со смесью плазмы и барадия, примерно так же, как это происходило за мгновение до того со второй ступенью термоядерного заряда. Практически, ракета превращалась в одноразовый турболазер чудовищной мощности, или в некое подобие сейсмической мины, но формирующей не режущую плоскость, а тонкий, не более 100 мм в диаметре, плазменный луч, превосходящий по мощности любой из серийных турболазеров.[27]

Честно признаться, после первого испытания этой вундервафли в одной из необитаемых систем сектора, я конкретно подумывал о том, чтобы уничтожить всю документацию по проекту и устроить "несчастные случаи" всем, кто был в нем задействован. А как мне еще оставалось реагировать, глядя на сквозную трехметровую дыру в астероиде диаметром в девять километров, или на обломки двухкилометрового астероида, защищенного в момент выстрела щитами, по мощности не уступающими таковым у "Дредноута"? Но, подумав, я все же решил продолжить реализацию проекта, ведь, как и у любого оружия, у моей вундервафли существовали и минусы: невозможность применения в атмосфере, и скромная дальность эффективного огня, всего каких-то 4,5 мегаметра, при максимальной дальности в 10 мегаметров, что делало это оружие неприменимым на кораблях без системы маскировки. Ведь дальности действия обычных тяжелых турболазеров были примерно в пять раз выше.

Сейчас, в преддверии Войны Клонов, строительство подходило к концу. Еще год, и у Набу появится оружие, способное уничтожить практически любой вражеский корабль с одного-двух попаданий!

— Эрдваныч, тебе сообщение от Молота, — окликнула меня Джей, выезжая на галерею сборочного объема верфи, откуда я наблюдал за строительством.

— Сейчас, — ответил я, загружая файл, и, по мере чтения, потихоньку хуея. — Вылетаем немедленно! По выходу из зоны объекта, связь с Квай-Гоном, Энакином и Трипио. Режим конференции.

Вылетели мы уже через пять минут, и как только передо мной вспыхнули голограммы джедая, падавана и протокольника, я, не вдаваясь в подробности, объявил:

— На объяснения времени нет, но похоже, у Шми Скайуокер крупные неприятности. Учитель, берите Ассажж и отправляйтесь в космопорт Тида. Трипио, выдели им один из специальных кораблей, два звена "Стражниц" и… ладно, летишь с нами, командирский опыт приобретать. Падме и ее величеству – ни слова, а то я их знаю. Энакин, это касается твоей мамы, так что сам решай… Ты ведь сейчас на Ансионе?

— Да, но думаю, Оби-Ван с мастером Луминарой сами справятся, — ответил он. — Уговоры местных племен сесть за стол переговоров, это как раз по их части. Тем более что агрессивная их часть уже закончилась… надеюсь.

— Замечательно, — ответил я. — Если сможешь, не привлекая внимания, за 93 часа добраться до точки встречи – поможешь, нет – занимайся своими делами, сами справимся, обещаю. Передаю координаты точки встречи.

— Я буду, — сосредоточенно и серьезно кивнул Энакин.

— Отлично, — ответил я, и, обращаясь к дроидессе, приказал. — Джей, рассчитай параметры гиперперехода!

— Господин R2, Джей тоже летит? — уточнил протокольник.

— Да, — без задней мысли подтвердил я, и объявил. — Все, конец связи.

Отключив связь, мы прыгнули в гипер, и, когда звезды за остеклением кабины сперва вытянулись белыми полосами, а затем сменились маревом гиперпространства, дроидесса спросила:

— Эрдваныч, может, стоило взять большие силы?

— Куда уж больше? — удивился я. — Два мастера джедая и целых три падавана. Оникс тоже не стоит сбрасывать со счетов.

— Я не подведу вас, учитель, — заверила та.

А я спокойно стал прорабатывать план предстоящей операции, даже не подозревая, что одной сенаторше очень понравилось издеваться над болваном Трипио, и изображать при нем Джей.

Глава 3

Дикое Пространство. 12 парсек к югу от Лабиринта Риши. Пятая планета звездной системы Камино. 18 суток до начала Войны Клонов.

Над Типока Сити бушевал шторм. Порывы ветра, наполненного влагой из низких туч, метались среди шпилей, куполов и свай водного города, а поднятые ими волны, проносясь далеко внизу, заставляли жилые платформы натужно вибрировать. Отчего казалось, они живут собственной жизнью, дыша и содрогаясь в унисон с этой неприветливой планетой. Впрочем, стоящие на одной из обзорных галерей не обращали особого внимания на ярость стихии. За годы проведенные здесь они успели привыкнуть к климату Камино, да и на своем веку повидали такого, что их, казалось, уже ничто не может удивить. Но это было не так.

— Ну что? — спросил старик в черной мандалорской броне, по ежику седых волос на голове и по покрытому шрамами и морщинами лицу которого, стекали струйки воды; шлем он не надевал, держа на сгибе локтя левой руки, и явно наслаждался дождем.

— Ничего, — отключив датапад, ответил его собеседник – еще один мандалорец в серебристой броне с синей окантовкой. — Я уже говорил тебе, Джейсан, меня это не интересует. Найдутся и другие, тем более за такие деньги.

— Но… — удивился тот.

— У меня поручение от заказчика, — коротко ответил второй.

— Это меня и тревожит. Не повторяем ли мы старых ошибок, Джанго? — спросил старик, вглядываясь в пелену дождя. — Ты же понимаешь то, что мы делаем, не обычный заказ. Как необычны и сами заказчики. Неужели ты не догадался, кто это?

— Ты опять о том же? Я отлично помню историю, старый друг, но, поверь, она не повторится. Я не затем звал тебя, Джейсан, чтобы в очередной раз обсуждать нанимателей, будь то дар'джети, джети или даже эвоки со спутника Эндора. Кэл мне сказал, что у тебя есть информация по системе охраны руководства Набу?

— Значит Амидала, — не столько спросил, сколько констатировал очевидную для себя вещь тот. — Не хочется тебя разочаровывать, но того, как сейчас построена охрана сенатора, я не берусь даже предполагать. Десять лет назад королеву Набу охраняли мальчики и девочки, единственным достоинством которых была преданность ей. А всего через пять лет… Ты, помнится, говорил, что новые дроиды-служанки серии BD-3000 могут быть очень эффективными телохранительницами. Так вот, в сравнении с набуанскими "Стражницами", они все равно, что кухонный нож, в сравнении с бескадом. И дело даже не в них…

— А в чем? — нетерпеливо спросил Джанго, когда пауза слишком затянулась.

— Не знаю. Есть еще что-то… Понимаешь, мне порой кажется, что Набу кто-то использует в качестве полигона, обкатывая очень необычные военные технологии и тактику. Может, ты скажешь, что я чакаар, но у меня сложилось впечатление, что там со мной играли, причем играл дроид. Но в чем подвох, я так и не знаю.

— Не скажу, — покачал головой бывший Мандалор. — На странности связанные с этим королевством, я обратил внимание еще до того, как взялся за этот контракт. Но, как бы то ни было, я выполню заказ. С твоими советами или без них.

— Тебе напомнить, что случалось с тобой и моим племянником, когда вы игнорировали мои сове… — попытался возразить Джейсан Мереель, но затих на полуслове, когда собеседник неожиданно развернулся, и приблизил визир шлема к его лицу.

— Никогда больше не вспоминай при мне о Корде-6 и Галидраане! Тебя там не было! Ты решил сидеть… — крикнул Фетт, но, натолкнувшись на ледяной взгляд старика, лишь махнул рукой.

— А теперь, послушай меня, Мандалор, — безжизненным тоном процедил тот. — Да, я считал, и до сих пор считаю тебя своим Мандалором. Но ты забываешься. Никто, никогда не может приказывать мэндо, как ему поступать. Только дать совет. Что же касается того, что я не был там с тобой и Джастером… Возможно, именно поэтому мы сейчас говорим.

— Прости, — ответил Джанго, сняв шлем, и глядя в глаза Джейсану. — Я приму к сведению твои слова, но поступлю, как считаю нужным.

— Что ж… Ойя! Мандалор Джанго Фетт, — оскалился тот, и, хлопнув друга по плечу, пошел к ближайшей двери ведущей в стерильно-белое нутро каминоанского города.

А лучший наемник Галактики и бывший предводитель Истинных Мандалорцев еще долго стоял, подставляя лицо струям дождя, и вглядываясь в свинцовую пелену, размывающую границу между бушующим морем и грозовыми тучами. Уж перед собой он был абсолютно честен, и признавал, что слова Джейсана взволновали его. Тем более, о волчьем чутье старого наемника ходили легенды еще до того, как будущий Мандалор появился на свет.

Пройдя по залитым холодным светом коридорам Типока Сити, Мереель подошел к дверям комнаты, что уже пять лет была его домом, и слегка усмехнулся, прислушиваясь к доносящимся оттуда звукам.

— …равно не получится, глупая жестянка! — доказывал мальчишка, на что дроид-астромеханик ответил насмешливым пиликаньем.

— Твоя модель неправильная. И хоть я еще не знаю, где ошибка, но уверен, что выйдет! — настаивал он.

— Что опять не поделили, Боба? — входя в комнату, и, бросив бу'шей на стол, спросил Джейсан.

— Ваш астромех, ба'буир,[28] сделал неправильную модель, — пожаловался сын Джанго, потрясая учебным бластпистолетом.

— Подтверждаю адекватность модели заданным исходным данным. Просто, кто-то стрелять не умеет, — нагло пропищал на бинарном дроид, крутя перед собой голографическое изображение светового меча.

Эту программу бывший курсант Мандалорской Академии, избравший по зову крови путь наемника, написал еще в годы бурной молодости, мечтая, как и многие молокососы из Мандалорского Сектора, научиться сражаться с форсюзерами. Но довести до ума ее удалось лишь тут, на Камино, когда появилось достаточно свободного времени, а, главное, доступ к учебному оружию армии клонов, в частности к тренировочным бластерам, которые могли отслеживать свое точное положение в пространстве и силу нажатия на спусковой крючок все время отработки спуска. Конечно, это не шло ни в какое сравнение с реальными возможностями джети, но, как считал Джейсан, отлично избавляло мальчишек считающих себя великими воинами от ложных иллюзий. А значит, могло в будущем сохранить им жизнь, что для старого мэндо уже было достаточно.

Вот только юный Фетт унаследовал от отца невероятное упрямство, что, в общем-то, было неудивительно, если вспомнить, что он был его точной генетической копией, и, формально, скорее братом-близнецом, чем сыном. Впрочем, Джейсана подобные тонкости не особо волновали – достаточно, что тот рос воином и настоящим мэндо.

— Не переживай, модель дроида действительно несовершенна, — взъерошив копну черных волос на голове мальчишки, сказал старик, и, хохотнув, добавил. — Настоящий джети может двигаться еще быстрее и предвидеть твои действия, еще до того, как ты сам поймешь, что намеревался сделать.

— Но так несправедливо! — обижено ответил тот, и, подумав, спросил. — А как папа смог с шестью справиться?

— Хотелось бы мне это самому знать, — задумчиво произнес старик. — Сам он считает, что в тот момент смог просто не думать, доверившись инстинктам и рефлексам бойца. Но тогда, почему форсеры легко предугадывают поведение животных, ведь те тоже пользуются лишь рефлексами и инстинктами?

— А я думаю, папа просто сильнее любого из этих джедаев! — гордо заявил мальчик. — Но это все равно несправедливо! Почему тот, кто лучше и дольше тренировался, должен погибнуть от руки какого-то aruetii[29]  со световым мечом?

— А с чего ты, сынок, решил, что на войне есть место справедливости? — искренне удивился Джейсан. — Самый лучший воин может погибнуть, попав под случайный артиллерийский удар, под пулю перепуганного солдатика местной армии, или, что еще обиднее, загнуться от кровавого поноса, съев какую-то гадость. Никакая подготовка не может спасти от этого, лишь повысить твои шансы выжить… Где нельзя укрываться во время обстрела или орбитальной бомбардировки?

Неожиданный вопрос не застал мальчишку врасплох, и тот с готовностью ответил:

— На нижних уровнях планетарных городов, в подвалах и под стенами жилых зданий, под репульсорной техникой, за бочками, контейнерами или ящиками, наполненными горючими материалами, или неизвестным содержимым, в канализационных коллекторах и около любых кораблей, если не намерен на них взлетать.

— Отлично. А чем опасны коллекторы? — уточнил старый мэндо.

— Образованием взрывоопасного газа, возможностью разрыва энерговодов городской энергосети и тем, что в них могут обитать различные представители хищной планетарной фауны или мутанты. Напуганные грохотом и взрывами звери иногда опаснее людей.

— Отличная память, будущий воин, — похвалил его Джейсан. — Ты, кстати уже прочитал "Тактику малых групп в условиях горно-лесистой местности"?

— Скучная она, — пожаловался Боба. — Что в этом Бонд-Джеймс Бонде буир находит? Мне казалось, то, что пишет этот гунган понятно любому, у кого не осик вместо мозга!

— Значит, по-твоему, у всей Галактики осик вместо мозгов? — насмешливо спросил он. — Дома, на Мандалоре, эти знания передавались в кланах. Подобному обучают айлонцев и убезийцев, все. Но тут нечто другое… Все изложено так, как бы я сам писал, желая передать свой, добытый кровью и потом опыт тем, кто будет воевать там после меня. Я уверен, этот гунган – ширма. А за ней стоят те, кто создают для Набу одну из лучших армий в Галактике.

— Жаль, мы не можем в полной мере воспользоваться этими знаниями. Существующей тактикой владеют хотя бы инструкторы, а с новой пришлось бы переучивать всех. К тому же ошибки… Без реального боевого опыта теория ничего не стоит, — сказал Джанго Фетт, входя в комнату. — Боба, возьми с собой дроида и иди домой.

— Хорошо, папа, — покорно кивнул мальчик, но уходить не торопился, надеясь услышать еще что-то интересное.

— Да, и передай Зэм, чтобы собиралась, — строго глянув на сына, произнес бывший Мандалор. — Мы скоро улетаем.

Усевшись на кровать, и дождавшись пока за Бобой закроется дверь, старший Фетт сказал:

— Я обдумал твои слова, и хочу просить тебя об одной услуге. Если со мной что-то случится, позаботься о Бобе. Скоро начнется война, а на ней нельзя быть ни в чем уверенным. Особенно, если армия для Республики создается по заказу и на деньги ее врагов.

— В самом деле? — удивился Мереель. — Если ты прав, то это еще больше все усложняет.

— Неужели ты думаешь, что я мог не узнать Дуку, после бойни на Галидраане? И что с того, что он назвался Тиранусом? Я же не полный ди'кут, и слежу за событиями в Галактике. Но не в этом суть. Ты понимаешь, что зная это, я не должен попасть в руки Республики?

— Не волнуйся, я позабочусь о твоем сыне, как о собственном. Из него когда-то вырастет настоящий воин.