Помоги проекту - поделись книгой:
– Да что, вздурилась моя старуха пуще прежнего: не хочет быть воеводихой, хочет быть царицею.
– Не тужи! Ступай домой да молись Богу, всё будет сделано.
Воротился старик, а вместо прежнего дома высокий дворец стоит под золотою крышею; кругом часовые ходят да ружьями выкидывают; позади большой сад раскинулся, а перед самым дворцом – зелёный луг; на лугу войска собраны. Старуха нарядилась царицею, выступила на балкон с генералами да с боярами и начала делать тем войскам смотр и развод: барабаны бьют, музыка гремит, солдаты «ура» кричат!
Ни много, ни мало прошло времени, придокучи-ло старухе быть царицею, велела разыскать старика и представить пред свои очи светлые. Поднялась суматоха, генералы суетятся, бояре бегают:
– Какой такой старик?
Насилу нашли его на заднем дворе, повели к царице.
– Слушай, старый чёрт! – говорит ему старуха. – Ступай к золотой рыбке да скажи ей: не хочу быть царицею, хочу быть морскою владычицей, чтобы все моря и все рыбы меня слушались.
Старик было отнекиваться; куда тебе! Коли не пойдёшь – голова долой! Скрепя сердце пошёл старик на́ море, пришёл и говорит:
– Рыбка, рыбка! Стань в море хвостом, ко мне головой.
Золотой рыбки нет как нет! Зовёт старик в другой раз – опять нету! Зовёт в третий раз – вдруг море зашумело, взволновалося; то было светлое, чистое, а тут совсем почернело. Приплывает рыбка к берегу:
– Что тебе, старик, надо?
– Старуха ещё пуще вздурилася; уж не хочет быть царицею, хочет быть морскою владычицей, над всеми водами властвовать, над всеми рыбами повелевать.
Ничего не сказала старику золотая рыбка, повернулась и ушла в глубину моря. Старик воротился назад, смотрит – и глазам не верит: дворца как не бывало, а на его месте стоит небольшая ветхая избушка, а в избушке сидит старуха в изодранном сарафане.
Начали они жить по-прежнему, старик опять принялся за рыбную ловлю; только, как часто ни закидывал сетей в море, не удалось больше поймать золотой рыбки.
Морской царь и Василиса Премудрая
Жил-был царь с царицею. Любил он ходить на охоту и стрелять дичь. Вот один раз пошёл царь на охоту и увидел: сидит на дубу молодой орёл; только хотел его застрелить, орёл и просит:
– Не стреляй меня, царь-государь! Возьми лучше к себе: в некое время я тебе пригожусь.
Царь подумал-подумал и говорит:
– Зачем ты мне нужен! – и хочет опять стрелять.
Говорит ему орёл в другой раз:
– Не стреляй меня, царь-государь! Возьми лучше к себе: в некое время я тебе пригожусь.
Царь думал-думал и опять-таки не придумал, на что бы такое пригодился ему орёл, и хочет уж совсем застрелить его. Орёл и в третий раз провещал:
– Не стреляй меня, царь-государь! Возьми лучше к себе да прокорми три года: в некое время я пригожусь тебе!
Царь смиловался, взял орла к себе и кормил его год и два. Орёл так много поедал, что всю скотину приел; не стало у царя ни овцы, ни коровы. Говорит ему орёл:
– Пусти-ка меня на волю!
Царь выпустил его на волю; попробовал орёл свои крылья – нет, не сможет ещё летать! – и просит:
– Ну, царь-государь, кормил ты меня два года; уж как хочешь, а прокорми ещё год; хоть займи, да прокорми: в накладе не будешь!
Царь то и сделал: везде занимал скотину и целый год кормил орла, а после выпустил его на волю вольную. Орёл поднялся высоко-высоко, летал-летал, спустился на землю и говорит:
– Ну, царь-государь, садись теперь на меня; полетим вместе.
Царь сел на птицу.
Вот и полетели они; ни много, ни мало прошло времени, прилетели на край моря синего. Тут орёл скинул с себя царя, и упал он в море – по колени намок; только орёл не дал ему потонуть, подхватил его на крыло и спрашивает:
– Что, царь-государь, небось испужался?
– Испужался, – говорит царь, – думал, что совсем потону!
Опять летели-летели, прилетели к другому морю. Орёл скинул с себя царя как раз посеред моря – ажно царь по пояс намок. Подхватил его орёл на крыло и спрашивает:
– Что, царь-государь, небось испужался?
– Испужался, – говорит он, – да всё думал: авось, бог даст, ты меня вытащишь.
Опять-таки летели-летели и прилетели к третьему морю. Скинул орёл царя в великую глубь – ажно намок он по самую шею. И в третий раз подхватил его орёл на крыло и спрашивает:
– Что, царь-государь, небось испужался?
– Испужался, – говорит царь, – да всё думалось: авось ты меня вытащишь.
– Ну, царь-государь, теперь ты изведал, каков смертный страх! Это тебе за старое, за прошлое: помнишь ли, как сидел я на дубу, а ты хотел меня застрелить; три раза примался стрелять, а я всё просил тебя да на мысли держал: авось не загубишь, авось смилуешься – к себе возьмёшь!
После полетели они за тридевять земель – долго-долго летели. Сказывает орёл:
– Посмотри-ка, царь-государь, что над нами и что под нами?
Посмотрел царь.
– Над нами, – говорит, – небо, под нами земля.
– Посмотри-ка ещё, что по правую сторону и что по левую?
– По правую сторону поле чистое, по левую дом стоит.
– Полетим туда, – сказал орёл, – там живёт моя меньша́я сестра.
Опустились прямо на двор; сестра выступила навстречу, примает своего брата, сажает его за дубовый стол, а на царя и смотреть не хочет; оставила его на дворе, спустила борзых собак и давай травить. Крепко осерчал орёл, выскочил из-за стола, подхватил царя и полетел с ним дальше.
Вот летели они, летели; говорит орёл царю:
– Погляди, что позади нас?
Обернулся царь, посмотрел:
– Позади нас дом красный.
А орёл ему:
– То горит дом меньшой моей сестры – зачем тебя не примала да борзыми собаками травила.
Летели-летели, орёл опять спрашивает:
– Посмотри, царь-государь, что над нами и что под нами?
– Над нами небо, под нами земля.
– Посмотри-ка, что будет по правую сторону и что по левую?
– По правую сторону поле чистое, по левую дом стоит.
– Там живёт моя середняя сестра; полетим к ней в гости.
Опустились на широкий двор; середняя сестра примает своего брата, сажает его за дубовый стол, а царь на дворе остался; выпустила она борзых собак и притравила его. Орёл осерчал, выскочил из-за стола, подхватил царя и улетел с ним ещё дальше.
Летели они, летели; говорит орёл:
– Царь-государь! Посмотри, что позади нас?
Царь обернулся:
– Стоит позади красный дом.
– То горит дом моей середней сестры! – сказал орёл. – Теперь полетим туда, где живут моя мать и старша́я сестра.
Вот прилетели туда; мать и старша́я сестра куда как им обрадовались и примали царя с честью, с ласкою.
– Ну, царь-государь, – сказал орёл, – отдохни у нас, а после дам тебе корабль, расплачусь с тобой за всё, что поел у тебя, и ступай с богом домой.
Дал он царю корабль и два сундучка: один – красный, другой – зелёный – и сказывает:
– Смотри же, не отпирай сундучков, пока домой не приедешь; красный сундучок отопри на заднем дворе, а зелёный сундучок на переднем дворе.
Взял царь сундучки, распростился с орлом и поехал по синему морю; доехал до какого-то острова, там его корабль остановился. Вышел он на́ берег, вспомянул про сундучки, стал придумывать, что бы такое в них было и зачем орёл не велел открывать их; думал-думал, не утерпел – больно узнать ему захотелось. Взял он красный сундучок, поставил наземь и открыл, а оттудова столько разного скота вышло, что глазом не окинешь, – едва на острове поместились.
Как увидел это царь, взгоревался, зачал плакать и приговаривать:
Поделиться книгой: