Уровни Эдема [СИ]

- Ах нет! - Перебил он меня, выговаривая ожесточенно. - Может, когда позволил этим лжецам с фальшивыми именами помыкать собой?! Этот... Наа-пе-то-вич! - Плюнул он перед собой. - Я, даже я на секунду поверил, что передо мной представят достойного человека! Но тут же все понял, когда увидел его зубы!

- Зубы? - Изумился я.

- Желтые кривые зубы, - чуть не зарычал Мерен. - Кого он пытался обмануть?! Где ты видел трехсловного четырехслогового с больными зубами?! Но нет, ты был настолько же глуп, настолько недостоин трех имен!

- Послушай, - приподнял я ладони, желая унять разошедшегося иномирянина.

- А может, ты потерял имя, - только повысил он голос, распаляясь. - Когда связался с ворами?! - Гневно указал он в сторону, где я в тот раз талантом увидел небольшую группу людей рядом с нами.

Догадка кольнула сердце. Я встал во весь рост, не стесняясь наготы, и посмотрел в указанную сторону.

Тут, с определенной высоты, можно было смотреть сквозь верхушки кустов, наблюдая решетчатый верх еще одной клетки - куда более мелкой в ширину и длину, чем наша. Посмотрел талантом - шесть силуэтов: один лежит, двое привалились к решетке, еще трое с другого края сидят на корточках - видимо, местные провинившиеся... Или для кого эти клетки...

- Значит, поймали, - тихо шепнул я одними губами и вновь повернулся к Мерену, неспешно возвращаясь на свое место.

- Там все... Эти... Как их... И А-лек-сей. - Отмахнулся Мерен рукой, вроде успокаиваясь.

Спросить, живы ли они? А есть ли в этом смысл - если я выберусь (а я выберусь), то все равно узнаю сам.

- У вас безумный мир, неправильный. - Посетовал мне Мерен между тем. - Столько вкусной еды в руках недостойных. И ты в этом тоже виноват! Ты допустил!

Я вновь промолчал.

- Но ничего, - вздохнул он, не дождавшись моей реакции. - Я уже призвал три тысячи войска владыки Савармара. Скоро он и его воины будут здесь, и мы заберем все ваши су-пер-мар-ке-ты и станем владеть всей вашей едой. - Завершил он буднично, чуть улыбнувшись.

От удивления я только рот приоткрыл. А за спиной испуганно охнули.

Даром, что план смотрелся абсурдно - не важно, насколько ошибочны представления Мерена о том, откуда берется в нашем мире еда. Угрозу он в себе нес самую настоящую, и именно она пробирала до мурашек по спине. Три тысячи человек в нашем небольшом городе могут устроить кровавую баню, даром, что войдут они в этот мир голышом. И бетонный завод станет для них идеальным плацдармом - за высокими стенами город не сразу увидит скопление сил противника, а металла и арматуры на территории завались...

- Ты не пройдешь дальше портала, - осторожно произнес я в попытке выведать детали плана.

- Олег ведь проходит? - Ответил он новой улыбкой.

- Но ты - не Олег.

- Но я поглощу память Олега, - скалил он здоровые зубы. - И узнаю, как пройти дальше. А до этого поглощу память этих воров, которые тоже могут что-то знать. И твою, Сер, тоже поглощу. Но знай, - спохватился он отчего-то. - что бы с тобой не произошло, я действительно уважал тебя. Поэтому я дарю тебе этот день и эту ночь. Проведи свое последнее время с женами в комфорте, счастье и радости, мой бывший друг. - Добавил он грусти в голос.

- Мы не его жены!

- А раз не жены, то место таким в клетке для рабов! - Гаркнул Мерен. - Так жены или нет?!

- Жены, жены, - испуганно исполнили в три голоса.

- А когда тебя не станет, - Обратился он ко мне вновь. - Я сохраню память о тебе и покараю твоих врагов, - с мрачной торжественностью произнес Мерен и принялся подниматься на ноги, обозначая завершение беседы.

- Постой. Ты можешь дать моим женам свободу в знак нашей дружбы? Они глупы, неопытны и ничего не знают о моем мире. Их поглощение тебе ничего не даст, а моя последняя ночь будет куда прекрасней, если я буду знать, что они в безопасности.

Позади промолчали, не став возмущаться данной им характеристикой - умные. А мне в одиночку прорываться проще.

На Андраника и остальных Мерену уже все равно - захочет, выведет. Может сработать - не видит он в них опасности, а зря. Там же эльф.

- Твои жены слишком красивы, чтобы их поглощать, - цокнул Мерен, заглядывая мне за плечо. - Будет правильно, чтобы они жили, продолжая украшать мир. Я подарю их Савармару и другим вождям.

- Что?! - Дернулся я с места.

- Да я лучше сдохну! - Звонко крикнула Лилия.

- Даже тут ты оказался слаб, Сер, - печально покачал Мерен головой. - Просишь не за себя, а за этих ведьм, окрутивших твою голову.

Я же неожиданно для себя успокоился. Толку сотрясать воздух громкими фразами и угрозами. Надо просто дождаться ночи.

- Как же ты не распознал их сразу? Разве людские женщины могут быть столь красивы? Даже ребенок знает, как распознать ту, что родилась на спине волка под полной лукой! Но не беспокойся, вожди смогут усмирить их норов, - рассмеялся он, отправляясь в сторону поселения. - Или это сделают сотни дружинников.

Прошло, наверное, минут пять, как спина Мерена исчезла из виду, как позади донесся тоскливый голос:

- Сере-ежа, - тронула меня за плечо девичья рука.

Рядом присела Лилия, по другое плечо Лена, а возле ног легла Таня, глядя снизу вверх с надеждой и ожиданием.

- Он ведь... Ты ведь нас спасешь, да? - Смотрели на меня три пары глаз.

- Конечно, родные, - заверил я их, улыбаясь и переводя взгляд с одну на другую.

- А за меня награда полагается, - шепнула Лена. - И грамота.

- Всех спасу, - оглядел я пространство перед собой, вновь наткнувшись на этого полурослика, уставившегося на нас не по-служебному маслянистым взглядом.

- А ну закрой глаза и уши, иначе я дуну и прокляну их через ветер! - Гаркнул я на него по ихнему, отчего извращенец резко зажмурился и сильно сжал уши ладонями. - Вот так, - буркнул я, переходя на русский.

- Может, перед смертью все расскажешь? - Потерлась Лена щекой.

- Да погоди ты меня хоронить, - отмахнулся я, успокаивая поглаживанием ворохнувшуюся было испуганно Таню. - Мы не только сами выберемся. Мы еще мир спасем.

- И я не ведьма... Я утром родилась. В восемь сорок две...

- Ну конечно не ведьма, - приласкал я ее, ни секунды не сомневаясь.

Ведь нет лучше времени для появления эльфа, чем утро и весна.

Глава 25

Параллельно с любой действительностью, в каждом из миров есть место совершенное и безопасное, теплое и гостеприимное. Вход в него доступен каждому, и всякий там бывал. Место под одеялом.

В детстве оно укроет от ужасов, притаившихся под кроватью; от монстров, поглядывающих через щель в приоткрытых створках из темной глубины шкафа. В юности защитит от недоверия тех, кто сомневается, что нет первого урока и первой пары. А в более зрелом возрасте под одеяло можно взять любимого человека, разделяя радость и счастье от пребывания в идеальном пространстве - вроде как, совсем небольшом, но способным уместить в себе так много движения. И, как показала практика, чем больше любимых вы способны под ним собрать, тем интереснее.

- Какое длинный и большой... - Раздавалось приглушенно-восхищенное девичьим голосом над сшитыми друг с другом звериными шкурами, прикрывающими от любопытного взора происходящее под ними действо.

- Не помещается! - Сетовал ей другой женский голос.

- Дай я..! - Азартно звучал первый. - У меня все поместится!

- Не тяните так сильно! - В пику им возмущался я, опасаясь за свое здоровье.

Короче, мы тянули из моего бедра сверток с копьем. Ну и, понятно, со всеми эти тряпки и остальным, что в них было замотано: медными пластинками, кольцами, браслетами, цепочками, ножом и прочим натрофеенным мною, помещенным в камень-архиватор и благоразумно носимым с собой.

Делали мы это под одеялом из мехов, тайно, потому как предыдущего и очень удобного охранника нам, увы, заменили за нарушение устава постовой службы - первый, закрыв глаза и уши, умудрился заснуть. За что его, как я мог наблюдать, разжаловали пинками сторожить соседнюю клетку.

Рядом же с нами подсадили одного из свитских Мерена - мужика под тридцать пять в сине-фиолетовой хламиде с меховыми оторочками на вороте и рукавах, жилистого, со сломанным носом и обветренным лицом - который нам сразу не понравился своей невосприимчивостью к мистике и моим проклятиям.

Через какое-то время он было исчез, перейдя в категорию "неплохой человек". Однако не успели мы обрадоваться, как охранник явился обратно с блюдом жареного мяса, переложенного ароматными листьями, что в совокупности было, в общем-то, неплохо и несколько примиряло бы с таким соседством - только вот делиться он не собирался, тут же перейдя в разряд "скотины и сатрапа" единогласным пододеяльным голосованием.

Вернее, не то, чтобы он желал все съесть сам, демонстративно и насмехаясь - вел он себя откровенно странно, то порываясь шагнуть ко мне с куском мяса, поглядывая на Татьяну, то отходил назад, смущенно отводя взгляд на вопрос 'Че надо?!', изложенный на двух языках.

Что ему надо - мы примерно догадывались, потому особо уточнять и не стремились. Добрых чувств к нашему охраннику это не добавляло, особенно на фоне того, что девушки всерьез проголодались. Я, кстати, голода не испытывал от слова вообще, что было довольно странно. Обычно, после лечения организм в срочном порядке требует возместить ему потери в энергии, а тут - ничего, одна приятная сытость, как через пару часов после сытного обеда. Будто и не было сломанной, по словам девушек, руки и избитого тела. Да и голова - свежая и до звона пустая, без единой гнетущей мысли.

То, почему я вылечился, мне более-менее понятно - способность завязана на желании излечить и могла быть задействована неосознанно, на уровне самосохранения. Но вот отчего тело не требовало компенсации, вопрос был открытый. Может, воздух тут такой? Не даром ведь таланты поглощения не действуют на нашей стороне. Хотя последнее может быть связано с местной фауной - наша ведь наверняка отличается, даже те же мыши. Непонятно, но меня, в целом, устраивает (хотя бы потому что я жив).

Между тем, возня с копьем продолжалась - не так легко вытащить почти полутораметровую дуру, обмотанную барахлом, в тесном пространстве под звериными шкурами. Но Лилия и Татьяна, вроде, справлялись. Не участвовала в этом всем только Лена, но я знал, что она сейчас с подозрением смотрит на меня в темноте, желая задать вопросы и укусить, если ответы ее не устроят. Оттого повернулся к ней спиной - мало ли что ее зубам подвернется...

Ну а вообще все наши маневры шли под эгидой благородного и необходимого действия, имя которому 'тактическое отступление'. Шел глубокий вечер, Мерен уже час, как отправился на очередной сеанс застолья, поэтому главой семьи (мной) было принято решение валить. Уточнения 'как и кого' прилагались, а после демонстрации на ощупь краешка копья из бедра и пояснений, что нет, я не мутант-извращенец, а все еще великий шаман, девушки наконец-таки выплыли из депрессии на волне энтузиазма и надежды. Короче, у нас даже был план - и сейчас, когда судя по ощущениям, копье из меня все-таки вытащили, а камешек-архиватор упал в своевременно подставленную ладонь, ему предстояло сбыться.

- Эй, ты. - Показался я головой над мехами и окликнул охранника на их наречии. - Как тебя зовут?

- Орууш, - мигом поднялся он на ноги, глядя с затаенной надеждой и вновь чуть протягивая чашу с мясом в мою сторону.

- Что ты хочешь за мясо, Орууш?

Тот вновь потерял способность внятно изъясняться, тоскливо посмотрел на холмики-силуэты девушек, спрятавшихся под звериными шкурами, и вновь присел на свое место.

- Ты посмел желать мою жену? - Грозно произнес я.

- Нет-нет! - Замахал он свободной рукой и категорично замотал головой. - Мерен Варам Белилитдил запретил! Я просто...

- Говори, Орууш, - одобрительно подсказал я, изображая голод.

То есть, смотрел не на него, а на мясо в чаше.

- Волосы, - выдохнул охранник.

- Волосы? - Недоуменно повторил я, поднимая взгляд.

- Красивые белые волосы, - закивал охранник обрадовано.

- Зачем тебе ее волосы, фетишист недоделанный!? - Последние слова, ясное дело, на русском, но грозный их характер он ощутил и проникся.

- Не для колдовства! - Замотал он головой, что твой электровеник. - Я своей жене их на голову привяжу. - Романтично произнес он. - Они красивые.

- Что он хочет? - Шепнула Таня из-под мехов, переживая от незнания языка.

- Волосы твои срезать и своей жене привязать, - перевел я для нее.

- Вот гад! - Ожидаемо раздалось возмущенное.

Но для плана все равно полагалось соглашаться - иначе как его подманить на замах копья. Поторговавшись, разумеется.

- Одной чаши с мясом мало для таких красивых волос.

- Но завтра тебя не будет, - резонно заметил Орууш.

- Не тебе знать, буду я или нет! Я с Уважаемым договорюсь сам!

- Хорошо, господин, - поспешно произнес он, затем истово продолжил уговоры. - Но через две ночи эти волосы все равно испортят пылью и сором! Они перестанут быть такими красивыми!

- Через две луны? - Мрачно повторил я, чувствуя, как образуется холодный ком в области солнечного сплетения. - Эти... Из Савармара?

- Да, - закивал охранник. - Гонец уже был! Продай их мне, господин, пока они чего-то стоят!

- Все равно нет!

- Но хотя бы две-три прядки! - Уговаривал охранник, чуть повернув чашу в мою сторону и парой движений ладони толкнул аромат в мою сторону.

Пахло, надо сказать, завлекательно, как жареному мясу и положено.

- Нет. Неси целую птицу, живую, - строго произнес в ответ.

- Мой господин запретил! - Категорично отказал охранник.

Вот же, а.

- Тогда неси еще мяса, - буркнул я, отворачиваясь и заворачиваясь в меха, показывая, что переговоры завершены. - Или другой еды, хорошей.

Настроения продолжать торг не было никакого. Да и словарный запас стремительно заканчивался.

Значит, через день ожидаются вожди и войско. Неприятно быстро, но с другой стороны, если Мерен планировал нападение в самом начале... Неделя туда, пару дней на переговоры, неделя обратно. Если не собирать обозы, рассчитывая забирать еду уже у нас, то можно организовать все быстро. Скверно.

Еще сквернее, что три тысячи будут с военачальниками, трофейными знаниями о нашем мире и уверенностью в своем праве взять у 'фальшивых' четырехслоговых все, что они захотят. С одной стороны, хочется верить, что голыми они ничего не навоюют против внутренних войск и автоматов, но с другой - долго ли им отнять одежду, вооружится и взять в заложники часть города. Бежать нам надо срочно, и не местные власти предупреждать, а кого-то уровня Володина.

Тем временем Орууш все пытался рекламировать, восхваляя, выбранные специально для меня кусочки, сбиваясь на уговоры и увещевания, что жен у меня все равно отнимут, потому что гад-Мерен их уже успел через гонца кому-то пообещать. Потом плакался, что другого такого мяса у него нет. Но в итоге спешно убежал в сторону селения, обещая добавку.

- Нож у кого? - Мигом уточнил диспозицию под одеялом.