Орбиталия. 911. Секретные материалы

– Отвечай!!!

– Какое ваше собачье дело? Моя «Дриада»! Что хочу – то и верчу!

– Смотри, транспортируем тебя в Центр для сканирования мозга! Там легко из тебя вытрясут правду вместе с остатками извилин!

– Ладно, скажу! Сознаюсь! Но только я никого не убивал! Хотел, чтобы красавчик, сучий кибер, поскорее смотался от нас. Думал, когда цветочки засохнут, он отвалит от моей девчонки. Черт, столько лет ботаничка отшивала меня и вдруг за гребаную железяку замуж собралась! А я сам? Ревновал! К жестянке! Твою мать!

– Ближе к делу. И без мата. Итак, ты уничтожил плантацию. А дальше?

– Я отпилил корни! Все до единого! А проклятые джунгли меня снова перехитрили! Смотри, шеф! Думаешь это цветочки надо мной? Пестики – тычинки? Это зверь!

Треффи захохотал. Капитан обиделся:

– Зря смеешься! Гляди!

Он сложил из пальцев кукиш и приблизил его к бутону. Цветок, принюхавшись, медленно развернулся в сторону руки.

Кэп сделал круговое движение, и бутон потянулся за рукой.

Кэп двигал кукишем вправо, влево, описывал восьмерку – растение безупречно повторяло заданную траекторию.

– Они жрать хотят, – сказал кэп. – Я им корни отсек, а они на другой рацион перешли. Да разве кто-нибудь знал, что так получится? Разве я думал? Они сначала всех попугаев сожрали, потом пса. Потом Велточку, солнышко мое, и остальных. Я не виноват! Отпусти, шеф! Сожрут ни за что! Видишь, слюни распустили! Дышать нечем!

– Треффи, за мной! – скомандовал Уни Стар Эйч и смело вошел в клетку.

– Который из них людоед, говоришь?

Детектив внимательно пригляделся к лиловому бутону, свисающему с потолка. Сквозь плотно сжатые лепестки сочились и капали на пол мутные струйки. Сыщик заметил: пластик под ногами уже начал пузыриться и плавиться. Да и запах, исходящий от цветка, не вызывал никаких сомнений.

– Вот где ты брал растворитель! Это серьезная улика! – воскликнул сыщик и схватил бутон, пытаясь открутить его от стебля.

Но тут вдруг внутри цветка что-то чмокнуло, и руку сыщика засосало внутрь. Бедный детектив завопил, задергался, пытаясь освободиться, но его усилия были бесполезны.

– О-о-о! Ы-ы-ы! Режь руку, Треффи! Режь ее, проклятую! Бластером! – дико орал он остолбеневшему напарнику, а рука между тем медленно погружалась в урчащее нутро.

Треффи нажал на курок. Через мгновение шеф был свободен, а проклятый цветок испепелен. Уни Стар Эйч облегченно покряхтывал, поглаживая то место, где раньше была рука:

– Повезло, что за правую руку схватил, а то бы конец мне!

– Шеф, так это был протез?! Или вы тоже кибер?

– Да, сынок, руку я потерял пять лет назад на «Вильне». Ты же знаешь, какие там тогда дела крутые развернулись.

Вдруг Треффи беспомощно оглянулся и завопил:

– Шеф! Капитан убежал!

Кеп скрылся и запер копов в изоляторе.

– 6-

– Открывай! Хуже будет! – требовали сыщики, но капитан был неумолим:

– Я сидел – посидите и вы! Винтороги проклятые!

– Ты преступник! Ты способствовал выведению вредных подвидов! Это серьезная статья! Ты сделал из невинных цветочков людоедов!

– Я не знал, что у них ускоренная мутация!

– Мог бы всех предупредить!

– А я предупредил, чтобы на ночь не выключали свет. Но разве меня кто-нибудь слушался? Думали, я скряга, тронутый. А я хотел всех спасти. Только в темноте цветочки начинают чудить. Без света их волокна превращаются в мышцы, а капилляры в артерии. Только ночью лиана способна совершать чудовищные броски. У! Я сам видел, как эта зараза всосалась в моего кобеля! Но я включил свет, и челюсти чудовища тут же разжались. Да, шеф, я тогда был слишком пьян, но помню, как в кровавом бутоне исчезла оторванная лапа. Я мог бы уничтожить проклятые заросли, если бы не чертов кибер. Я ждал, надеялся, что цветочки оторвут его пустую башку, но он пришелся им не по вкусу; теперь понятно – почему. Когда погибла Велта, вы начали копать под меня и Каллистрактуса, а чертову киберу все нипочем! Разве я виноват, что придурки Томсоны выключили свет? Нарушили приказ!

– Немедленно выпусти нас! Иначе добавим статью за неповиновение! – снова завопил Уни Стар Эйч.

– А на хрена повиноваться и рисковать свободой? Сейчас я потушу свет, и вы сами увидите, кто здесь преступник. Я оставлю вас наедине с моими цветочками в этой клетке. Допросите их. А когда от вас и ваших чертовых обвинений даже соплей не останется, я займусь новым бизнесом. Через месяц проклятая «Флора» будет моей. Да что там «Флора! Через год, другой все станции и корабли Орбиталии будут принадлежать мне!

– Опомнись, кэп, ты сегодня перебрал. Выпусти нас, и мы замнем дело.

– Иди ты, знаешь куда? В задницу свою! Со своими статьями! Прощай, Треффи! Не наделай в штаны! Мои лианочки убивают быстро, качественно и не оставляют следов. Пока, винтороги! Встретимся на том свете! – с этими словами кэп вышел из холла.

Свет погас. И сразу же в непроглядной темноте сыщики услышали, как зеленые стебли фитоминарии ожили, задвигались, и бутоны полезли в обезьянник. Сыщики поморщились от зловония омерзительных желудков.

– Лазером ее, Треффи! Будем биться до конца! – воскликнул сыщик, и луч бластера лихо рассек темноту.

Стебли были уже совсем близко. Зловещие рыла пунцовых бутонов набрякли над головами. Но Треффи умело подрезал зеленые щупальца и шеи.

– Ага, зараза! – ликовал сержант и палил, палил, палил…

Заросли плотной стеной обступили изолятор. Бутоны рыгали кислотой, глаза узников слезились от резкой вони и дыма. Подрезанные стебли извивались в конвульсиях, плодоножки жадно пульсировали.

– Жарь ее, Треффи! Еще разок! Надо продержаться! В Центре уже знают! Держись! К нам спешат на помощь!

Схватка затянулась. С каждой атакой растение становилось умнее. Фитоминария научилась уклоняться от смертоносных лучей.

Но люди тоже были не просты.

– Ура-а! Она отступает!

Атака растения прекратилась.

– Ты смотри, тварь сообразила, что с нами бесполезно связываться.

– Тишина всегда подозрительна.

Послышались странные звуки, чавканье, глухое урчание.

– Что это, шеф?

– Похоже, лиана сменила рацион и жрет обшивку.

– А если она проест станцию насквозь?

– Не думаю, что противометеоритный сплав ей по зубам.

Раздался оглушительный скрежет. Стало светло. В холл вбежал капитан. Он орал что-то невразумительное, его качало от стены до стены:

– Брысь, тварь! Скотина! Жрать мою «Дриаду»? Брысь!

Он с остервенением рвал и топтал стебли, которые въелись в пластик обшивки.

Где-то раздался оглушительный скрежет. Кэп с удивлением заметил сыщиков:

– А, винтороги, живы? Вам – конец. Лиана добралась до склада, уничтожила жратву, высосала все жестянки! Цветочки научились вскрывать банки, а теперь, как жестянку, вспарывают мою «Дриаду! Скоро мы вылетим на орбиту!

Снова что-то затрещало.

– Слышите? Они пробуравили цистерну с водой!

Еще что-то взорвалось…

– А это охладитель!

Снизу повеяло холодом, раздался оглушительный свист.

– Вот и все. Они продырявили станцию. Всем конец! Аминь! – кэп в последний раз присосался к горлышку бутылки.

– Гад, открой клетку! – требовали детективы, грозя и матюгаясь.

– А пойдите вы все! И без вас тошно! – рыгнул он в их сторону.

И тут раздался грохот. «Дриада» качнулась, перевернулась и развалилась на куски.

– Прощай Треффи!

– Прощай, шеф!

Их взметнуло, рвануло и куда-то понесло.

* * *

Треффи очнулся. Мириады звезд окружали его. Они были, сверху, снизу, кругом…

Рядом кто-то непрерывно икал.

Это был шеф.

– Мы живы! – завопил сержант.

Уни Стар Эйч проверил стенку изолятора на прочность:

– Молодцы, научились делать обезьянники! Нужно это отметить в отчете. Теперь ни один преступник не избежит наказания. А то были случаи побегов, замаскированных под несчастные случаи. А сейчас не получится! Сам погибай – а закон исполняй!

– На сколько хватит кислорода?

– Изолятор снабжен компактным солнечным генератором, поэтому проблема в другом.

Повсюду кружились обломки «Дриады.

– Смотрите, шеф, саркофаги Томсонов летят! А это кто?!

– Капитан «Дриады», Вилли Блейк, собственной персоной!

Прямо на них неслась жуткая фигура с выпученными глазами и распростертыми руками. Треффи, кривляясь, отдал честь призраку:

– Салют!

Капитан, словно позабыв о намеченной траектории, начал вращаться вокруг изолятора, став отныне его вечным спутником.

Треффи пристально вгляделся куда-то сквозь прозрачные стенки и вдруг завопил:

– Ура, шеф! Мы спасены! Спасатели!

Их не забыли!

Но стремительный огонек флайера промчался мимо и замер возле самого крупного куска бывшей станции. И тут вдруг сыщики увидели, как из недр обломков «Дриады» навстречу спасателям вытянулись витые щупальца, схватили их и затащили внутрь.

– Фитоминария жива! Она атаковала их!

– Не повезло нам! – помрачнел Уни Стар Эйч. – Но ничего, Треффи, скоро здесь будет целая эскадра спасателей. Вот увидишь, они обшарят каждый осколок и наши кости найдут. Правда, меня беспокоит кое-что другое. Тебе не кажется, что лиана приближается к нам?

Словно почуявший добычу стоногий кальмар, фитоминария, извивая жуткие стебли, устремилась в сторону обезьянника.

– Шеф! Она движется! Она способна жить в открытом космосе!

– Феноменально! Хищник века! Не поздоровится тому флайеру, который встретится на ее пути!

– Шеф! Спасатели!

Вдали показались многочисленные огни.

* * *

Маленькая девочка у экрана захныкала: