Белорусские народные сказки

Потом как закричит:

—      Снял я косу с плеч — хочу лису посечь. Выходи, лиса, вон, а то как пойдут толчки за толчками да тычки за тычками! Выходи, лиса, вон!

Тут она как выскочит да как побежит! Бежала, бежала, увидел ее медведь да как пустился от нее наутек. Бежит он, бежит и видит: мужик дрова рубит. Медведь с разбегу и бух на телегу. Лежит на боку и говорит мужику:

—      Эй, мужик, прибежит лиса и спросит, что у тебя лежит, то скажи дрова, мол!

Прибегает лиса и спрашивает:

—      Мужик, что это у тебя на телеге лежит?

—      Не видишь разве? Колода!

А лисица и говорит:

—      Кабы колода, то увязана была бы!

Медведь и просит потихоньку мужика:

—      Увяжи меня поскорее!

Привязал мужик медведя к телеге.

А лиса опять спрашивает:

—       Что же это все-таки у тебя на телеге лежит?

—       Да говорю же тебе — колода!

А лисица в ответ:

—      Если бы колода, то в ней бы топор торчал.

Медведь и говорит потихоньку мужику:

—      Воткни мне в бок топор, да поскорей!

Мужик взял да и хватил изо всей силы, у медведя и глаза на лоб. Мужик освежевал его и повез домой.

СВИНКА И ВОЛК

У одного хозяина была свинка. Днем она со двора не ходила, а чуть ночка пришла — взяла да и ушла.

Вышла свинка в чистое поле, ходит себе на воле и думает-гадает, как жить, как быть, как свою головушку прокормить. Опустила она хвост и рыло, но хозяйскую полосу не разрыла, а сунула нос в соседский овес. Идет стебельки вырывает, зернышки глотает, соломку соседушке оставляет. А в овсе — волк,

сидит, приумолк. Опустила свинка бровки пониже, подошла к волку поближе. Тут встал волчище и снял колпачище:

—      Здравствуй, курносая, свинья супоросая! Зачем тут ходишь, зачем тут бродишь, овес гложешь, меня тревожишь? Тут волки живут, тут серые живут, хватают овец, и тебе, свинья, тут будет конец!

—      Ой, волчище, не ешь меня, отведи беду! Я за то тебе стадо поросят наведу!

—      Нет, свинья, хоть ты бровки и высоко поднимаешь, да меня на посул не поймаешь!

Взял он свинку за сивую спинку, под кустик сел и свинку съел. Да еще и всех свинячьих деток помянул.

МЕСТЬ ДЯТЛА

Свил себе дятел гнездышко, нанес яичек и вывел деток — трех крохотных дятляток. Радуется дятел:      «Выкормлю,

думает, деток себе на утешение, да и под старость будет подмога».

Да не зря люди говорят: «Кто бы дятла знал, кабы не его длинный нос!» Не умел он язык за зубами держать и раструбил по всему лесу, что послал ему бог деток; кого ни встретит — приглашает на родины.

Собрались гости, отпраздновали родины и так наугощались, что едва дотащились до дому. И пошла по всему лесу слава о том, какие пышные родины справил дятел.

Прослышала об этом лиса. «Постой же, поганец,— думает она,— не позвал меня на родины,— будешь меня помнить!»

Пестует дятел деток, кормит их, поит, а лиса под его гнездом похаживает, зубы скалит, раздумывает, как бы ей птенчиков со света сжить. И надумала.

Подходит она раз к тому дереву, где было дятлово гнездо, и давай стучать по дереву хвостом.

— Что ты, лиса, делаешь?— спрашивает у нее дятел.— Зачем моих деток пугаешь?

— Вот как,— говорит лисица,— у тебя и детки есть?.. А я и не знала. Ну, выгоняй-ка их из гнезда, да поживее, мне это дерево нужно на дрова...

— Ах, лисанька, ах, кумушка,— стал просить ее дятел,— дай ты мне выкормить моих малюток, а тогда уж и руби дерево!

— Не могу я ждать,— отвечает лиса,— кто ж виноват, что ты тут свил гнездо! Мало тебе деревьев в лесу?

— Оно правда, деревьев-то немало,— говорит дятел,— да кто же знал, что ты это дерево собираешься рубить?

—      Надо было спросить. Что у тебя, языка нет?— отвечает лиса.— Сам виноват, пеняй на себя.

—      Что же мне делать, кумушка? Присоветуй!— просит ее бедняга.

—      Ты совета просишь? Так вот тебе мой совет: не держи детей при себе, избалуются они, разленятся. Отдай-ка ты их лучше в люди, в ученье. Около людей потрутся, работать научатся, сами людьми станут. И тебя будут благодарить да беречь под старость.

—      Что ж, может, твоя правда,— говорит дятел,— да вот беда: я не знаю таких людей, кому бы можно было отдать моих детей на выучку.

—      Отдай их мне, я тебе помогу их пристроить.

—      Спасибо тебе, моя кумушка, за то, что выручаешь меня из беды. Век буду тебя благодарить.

—      После поблагодаришь,— говорит лиса,— а теперь кидай их ко мне.

Кинул дятел одного птенца; лисица подхватила его, забежала за куст и съела. Облизалась и идет к дятлу.

—      Пристроила,—говорит,— учиться кузнечному ремеслу: прибыльная работа. Кидай другого!

Сбросил дятел и другого. И его схватила лиса и за кустом съела. Потом снова возвращается к дятлу.

—      Отдала,— говорит,— учиться столярному делу. Самая подходящая работа для дятла: будет иметь кусок хлеба. Давай третьего: отдам его в бондари,— дятлы способны к бондарному ремеслу.

Кинул ей дятел и третьего птенца да еще благодарит лису за заботы о его детях.

Съела лиса третьего, как и двух первых. Снова приходит к дятлу:

—      Кидай еще, коли есть!

—      Все уже,— отвечает дятел.

—      А коли все, так укуси зад мне: я твоих детей поела. Нечего было чваниться.

Как услышал это дятел, заплакал с горя, заголосил: и деток-то ему жаль, и злость-то его разбирает, что лиса так над ним насмеялась. Так и разорвал бы ее, поганую, на куски, да бог силы не дал. А лиса издевается, зубы скалит.

«Что я сделал плохого? — думает он.— Обездолила меня лиса, надругалась надо мной, так погоди же, и я над кем-нибудь надругаюсь, будут меня помнить!»

И полетел дятел искать, на ком бы ему злость сорвать. Летит он, летит, видит — едет по дороге мужик; везет что-то в бочке.

«Вот на ком я злость сорву,— на мужике, никто, как он, во всем виноват».

А мужик вез в бочке деготь продавать, хотел соли купить.

Сел дятел на бочку с дегтем и давай ее долбить носом. Глянул мужик, подумал: продолбит, чего доброго, бочку, деготь выльет. Выхватил он топор из-за пояса да как трахнет обухом! Да только не по дятлу, а по бочке. Бочка вдребезги... Не успел еще мужик опомниться, а дятел уже сидит у лошади на лбу и знай долбит. Мужик размахнулся топором, хотел убить дятла, а рубанул по лбу лошади, та и ноги протянула, а дятел — Фурр!—и улетел.

Плачет мужик: «Бочку разбил, деготь вылил, лошадь загубил,— и все из-за проклятого дятла. Вот бы поймать его, запомнил бы он!»

А дятел полетел к мужиковой хате. Жена его в ту пору хлеб месила, а ногой люльку с ребенком качала. Влетел дятел в окошко, сел в люльку и давай ребенка в лоб клевать. Заплакал ребенок. Глянула баба — видит, что дятел клюет ее дитя.

—      Ах! Чтоб ты сдох!— закричала она и хвать уполовником, да только не по дятлу, а по ребенку. Из того и дух вон... Разозлилась она на дятла, кинулась его ловить. Поймала и посадила под горшок.

И стала она придумывать:      какою смертью дятла казнить?..

А тут как раз и муж подходит, идет и плачет.

—      Чего ты плачешь?— спрашивает баба. А тот рассказывает: так и так...

—      А я хоть дитя и убила, да проклятого дятла изловила!— говорит мужику жена.

—      Где он? Покажи, я его живьем съем!— кричит муж.

—      А вон под горшком!

Поднял мужик горшок, взял дятла в руки.

—      Вот я тебя съем, гад ты эдакий!—И рот разинул. А дятел— пурх! — и прямо ему в рот, а изо рта в живот пролез. Трепыхается в животе. Не знает мужик, что ему и делать: болит живот— долбит там дятел. И на двор сходить не дает— за зад кусает. И никак его оттуда не достать.

Догадался-таки мужик.

—      Иди-ка сюда, баба!— говорит он жене,— возьми косу и, как только дятел высунет голову, секи его косой!

Взяла баба косу, глядит зорко, подстерегает дятла. А тот покажет голову да снова сразу же спрячется, будто дразнится. Но изловчилась все-таки баба: чуть он высунул нос— она его чик косой!

—      А-я-яй!— завизжал мужик: баба ему косой кусок мяса отхватила, а дятел живехонький вылетел и был таков.

ПОЧЕМУ ВОЛКИ КОЛОКОЛЬЧИКА БОЯТСЯ

Служила у станового лиса и службу свою старательно исполняла. Правда, неизвестно, кем и как она служила,— может, кур ему к обеду поставляла либо еще что.

Однажды становой говорит лисе:

— Проси у меня чего хочешь за свою службу. Что ни попросишь — все тебе дам!

Думала, думала лиса, чего бы попросить, й надумала.

— Дайте мне,— говорит,— свой колокольчик, чтобы, когда я где пройду, все меня боялись, как самого господина станового.

Становой согласился. Дал ей свой колокольчик, да и говорит:

— Гляди же не потеряй его! А потеряешь или отдашь кому, я с тебя шкуру спущу!

Побожилась лиса, что никому не отдаст и не потеряет, и пошла себе гулять по белу свету.

Кто только ни заслышит колокольчик — все пугаются и дают лисе все, что она ни скажет.

Проведал волк про то, что лиса добыла себе у станового колокольчик и что всякий ее боится и дает ей все, чего она только ни пожелает.

Вот приходит он к лисе и просит хоть на часок этот колокольчик. Не хотела лиса давать, да уж очень волк стал ее просить.

— Ну уж ладно, кум,— согласилась лиса,— на, бери, если потеряешь, поплачешь тогда. Становой-то за этот колокольчик с нас обоих шкуру сдерет!

Взял волк колокольчик, да и побежал скорее раздобыть себе чего-нибудь. Прибежал он в поле к пастухам:

— Меня,—говорит,— становой прислал, чтобы вы ему дали лучшего барана, а не дадите, так он сам сейчас приедет и вас в холодную посадит!

Не поверили ему пастухи и давай его бить. Натравили на него собак, били, били и колокольчик отняли. Пропал колокольчик.