Месть Ведьмака [litres с оптимизированными иллюстрациями]

Глава 9

Западня

Тяжело дыша, Грималкин откинулась на подушку и закрыла глаза. Было видно, что наш разговор отнял у нее все силы. Я быстро вышел из комнаты и спустился вниз, чтобы найти учителя. Как я и ожидал, он дремал, сидя в кресле на кухне, поближе к тлеющему огню.

– Моя очередь, парень? – спросил он, разбуженный моими шагами по каменному полу.

Что же ему сказать? – подумал я. Вряд ли стоит говорить про то, что Алиса с Грималкин рискнули прибегнуть к «Думдрайту». Он бы счел это непростительной самонадеянностью. И я решил сделать акцент на необходимости вернуть кожаный мешок и его содержимое. Я покачал головой:

– Грималкин сказала, я должен догнать напавших на нее ведьм и отнять у них мешок с головой Врага.

– Это опасная затея, парень. Считай, ты пойдешь на верную гибель.

– Если ведьмы соединят голову с телом, всех нас ждет смерть, а может, и что-то похуже.

Я ожидал, что учитель начнет возражать, но он лишь печально признался:

– Я бы пошел с тобой, если бы мог. – Но для такой погони мои ноги слишком стары. Тебе никогда не догнать их, если я буду плестись рядом.

Я быстро – насколько это было возможно – собрался в путь. Я не стал брать мешок – он будет только мешать. Серебряная цепь мне не понадобится – я не собираюсь никого брать в плен. Соль и железо тоже будут лишним грузом. В конце концов, взяв лишь меч, оба кинжала в ножнах и свой посох, я приготовился выйти в ночь.

Учитель ждал меня у двери с небольшим свертком сыра в руках. Я сунул этот сверток в карман плаща.

– Я боюсь за тебя, парень, – произнес Ведьмак, положив руку мне на плечо. Возьмись за дело кто-то другой, я бы решил, у него нет ни единого шанса. Но ты – другое дело, я знаю, на что ты способен.

С этими словами он сделал очень необычную вещь – он пожал мне руку. Любители обмениваться рукопожатиями с ведьмаками встречаются редко. Даже когда мой отец и Джон Грегори договорились об условиях моего ученичества, они обошлись без рукопожатия. Мне он тоже ни разу не пожимал руки.

Это было странное ощущение. С одной стороны, мистер Грегори как будто давал понять, что видит во мне равного – такого же, как и он, ведьмака, а не ученика, которому передает свое мастерство. С другой – мое сердце похолодело: он словно прощался со мной.

Быстрым шагом я отправился на запад. Подойдя к речке Риббл, я задумался, вдоль какого берега мне идти к морю. Куда свернули ведьмы с мешком – на север или на юг? Вскоре река станет слишком широкой и глубокой, чтобы перейти ее вброд. Стоит принять неправильное решение, и придется идти в Пристаун – где, как известно, ведьмаков не слишком жалуют, – чтобы перейти реку по тамошнему мосту. Что, в свою очередь, приведет к задержке в несколько часов.

Не найдя свидетельств тому, что ведьмы свернули на север, я решил рискнуть и, дойдя до следующего брода, перешел на южный берег речки и поспешил дальше.

Те, за кем следом я шел, опережали меня почти на день. Сделают ли они привал на ночь? Это был мой единственный шанс настичь их, пока не поздно.

По словам Грималкин, слуг Врага было около полутора десятков и, возможно, к ним еще присоединятся другие. С другой стороны, такая большая компания наверняка привлечет к себе внимание, тем более компания ведьм. Или они разобьются на небольшие группы? В конце концов, их главная цель – доставить голову дьявола к яме, где лежит его связанное тело, – в Керри, на юго-западе Ирландии. Для этого достаточно одного человека. Остальные подойдут позже.

Рядом с тропой был пруд; копыта коров превратили землю вокруг него в непролазную грязь. Но я разглядел с десяток и других следов, более свежих. Причем почти все они были отпечатками остроносых туфель. Я не сумел обнаружить ни одного отпечатка мужского ботинка. Мне казалось, Лукраста может быть вместе с ведьмами, Алиса же была его пленницей. Я отлично знал ее следы, но, увы, таковых у пруда не обнаружилось. Я тут же впал в уныние. А ведь я так надеялся, что, преследуя ведьм, сумею отыскать и ее!

Через полчаса я столкнулся с первой угрозой. Нет, это не были ведьмы. Но когда я проходил мимо какой-то фермы, дорогу мне, выйдя из-за овина, неожиданно перегородил дюжий фермер – широкоплечий, с мускулистыми ручищами и толстым пузом, свисавшим из-за кожаного ремня.

– Ты ведьмак? – спросил он с воинственным видом.

Я кивнул.

– Тогда где ты был прошлой ночью, когда требовалась твоя помощь?

Он был вне себя от злости, но я попытался его задобрить.

– Спешил сюда, – спокойно ответил я.

– В таком случае ты опоздал и от тебя нет никакого толку! Прошлой ночью тут были ведьмы – около десятка. Сожрали трех моих свиней и почти всех кур. Чем теперь ты можешь мне помочь? С тебя компенсация за ущерб. Твоя работа – следить за тем, чтобы такого не случалось!

Большинство людей при встрече с ведьмаками робеют. Им кажется, мы запятнаны Тьмой, с которой боремся. Но время от времени можно нарваться и на реакцию вроде этой.

Фермер понес убытки, и немалые, и теперь хотел выместить на ком-то свою злость. Я был молод и ниже ростом, чем он и воспользовался.

Злобно скалясь, он двинулся на меня, намереваясь ухватить за ворот рубашки. Я уклонился и со всех ног бросился к воротам, ведущим на соседнее поле. Позади меня слышался громкий топот его башмаков. Для такого громилы бегал он достаточно быстро. Он наверняка догонит меня, когда я буду перелезать через ворота. Мне не хотелось делать ему больно, но я все равно должен был что-то предпринять.

Один удар пришелся по левой голени, другой – по правой руке. Фермер со стоном рухнул на колени, и это дало мне возможность перелезть ворота. Я со всех ног бросился дальше. Когда же я обернулся, он все еще стоял по другую сторону ограды, грозя мне своим огромным кулаком.

Вскоре пошел дождь. С запада мне в лицо дул холодный ветер. Я ускорил шаг. Я бежал все утро, лишь изредка останавливаясь, чтобы перевести дыхание. Дважды мне попадались следы тех, кого я преследовал. Они все еще были вместе. Более того, к ним присоединились еще три или четыре ведьмы.

В третий раз их следы обнаружились на перекрестке дорог.

Они двигались на юг, судя по всему, намереваясь сесть на корабль в Ливерпуле. Интересно, была ли у них договоренность с кем-то из капитанов? Они охотились за Грималкин вот уже несколько месяцев. Не исключено, что они разработали план, как вернуть голову Врага в Ирландию, в Керри.

К полудню я совершенно выбился из сил. Мне срочно требовался отдых, поэтому я сел на край канавы с подветренной стороны, чтобы в лицо не попадал дождь, и съел кусок сыра, который дал мне учитель. Просидев так не более пяти минут и утолив жажду ледяной водой из соседнего ручья, я побежал дальше.

Все утро меня одолевали мрачные мысли – главным образом страх за Алису. Что, если я ошибся и просто не узнал ее остроносые туфли среди похожих следов ведьм? Подстегиваемый страхом, я побежал еще быстрее, размышляя о Камне Уорда и о том, что произойдет там на Хэллоуин. Как там сказала Маб? Нечто, что изменит этот мир?

Наконец день начал клониться к вечеру. Я, голодный и усталый, продолжал бежать вперед, ни о чем не думая, лишь то и дело подстегивая себя. Я загнал на задворки сознания страх того, что ничего не смогу сделать, когда догоню их. Грималкин было легко отправить меня в погоню, сказав, что только я один могу вернуть голову дьявола. Увы, силы врагов превосходили мои собственные. Как я могу победить, если их так много? И как мне при этом спасти Алису? Что, если им известно, что я иду по их следу? У ведьм сильное обоняние, угрозу они чувствуют издалека. Правда, седьмого сына седьмого сына это не касалось, поэтому я был в относительной безопасности. Но что, если в их компании есть ясновидящая?

Ведьма даже с половиной тех способностей, что были у Бам Боулдрен, легко увидит, что я иду по их следу. Не говоря уж о том, что имелось немало не магических способов защитить себя от погони. Как только ведьмы поймут, что я преследую их, они вполне могут устроить засаду. Паре-тройке из них ничего не стоит отойти к обочине дороге и затаиться. Я же пойму это лишь тогда, когда будет слишком поздно.

Так они и поступили. Да к тому же их была не пара-тройка, а в два раза больше. Меня подстерегали сразу пятеро.

Дождь прекратился, и среди туч показались просветы. Солнце уже опустилось за горизонт. Вскоре землю окутают сумерки. Я медленной рысцой продолжал бежать вперед. Вскоре мне придется сделать передышку и урвать хотя бы пару часов сна. Войдя в лес, я тотчас ощутил, что что-то не так. Здесь было слишком тихо. Лесным птахам рановато устраиваться на ночлег. Еще несколько мгновений назад местность оглашали птичьи трели. И вот теперь здесь стояла леденящая душу тишина.

Краем глаза я заметил, что сзади и чуть слева от меня кто-то бежит в мою сторону. Не замедляя шага, я резко замахнулся посохом против часовой стрелки. Последовал глухой удар. Судя по всему, мой посох соприкоснулся с чьим-то черепом и его обладатель рухнул на землю. Я помчался вперед.

Увы, вскоре я понял, что совершил ошибку. В моей голове раздался голос Грималкин: упрек, смешанный с презрением. «Болван! Болван! – кричал воображаемый голос. – Она сейчас поднимется и нападет на тебя снова. Ты один, а их много. Убей, если не хочешь быть убитым!»

Не сомневаюсь, так бы она и сказала. Теперь по крайней мере один враг был позади меня и еще больше – впереди. Что делать? Я нажал кнопку на посохе и выпустил клинок. В следующий раз пощады не ждите!

Внезапно, раскидывая остроносыми туфлями сухие листья, из-за ближайших деревьев с истошным криком выскочила длинноволосая ведьма, размахивая привязанным к длинной палке клинком. Я заметил на ее губах пену – она словно обезумела от ненависти и злости. Я едва успел вскинуть свой посох и, на мое счастье, не только парировал ее удар, но и выбил оружие у нее из рук. Описав в воздухе дугу, палка с клинком упала на землю.

Ведьма бросилась было ее поднимать, но я, быстро обойдя ее по кругу, атаковал снова. На этот раз мне удалось воткнуть посох ей под ребра и пронзить сердце. Она вскрикнула и упала. Я же побежал дальше. Мне нужно было поскорее выбраться из леса, чтобы увидеть других моих врагов раньше, чем они заметят меня.

Не успел я выйти из-за деревьев, как меня уже поджидали три ведьмы. Судя по их внешнему виду, они были из Пендла, а их коричневый наряд – длинные юбки и кожаные куртки – говорил о том, что это представительницы клана Дин. Зорко вглядываясь в сумерки, они ждали, выстроившись в шеренгу и держа наготове длинные мечи. Эти трое показались мне куда более опасными, чем две предыдущие.

– Тебе хватило глупости пойти следом за нами, мальчишка! – с насмешкой бросила самая высокая.

Все трое противно рассмеялись.

– Я выпью его кровь! – крикнула одна.

– Я отрежу ему большие пальцы! – взвизгнула другая.

Третья провела себе пальцем по шее.

– Я отрежу ему голову, – едва слышно, почти шепотом сказала она, – и наш повелитель будет доволен!

Я воткнул посох клинком в землю и вытащил меч и кинжал Режущий Кости. С ним сражаться как-то сподручнее.

Рубиновые глаза скелта на рукоятке меча огоньками вспыхнули в сумерках. А потом из них закапала кровь. Мой меч был голоден. Секундой позже кровью начал истекать и кинжал.

Я застыл, ожидая, когда они сделают первый шаг. Пусть подойдут ко мне… Ждать пришлось недолго. Все три атаковали одновременно.

Глава 10

Погоня

Наша схватка была короткой и яростной. Времени думать у меня не было. Я мог лишь реагировать на их действия. Скорее благодаря везению, нежели мастерству, я сумел убить двоих. Одну – рубанув мечом по шее, вторую – ударив под ребра кинжалом. Обе рухнули замертво.

Третья бросилась назад в чащу. Я кинулся вдогонку. Но она оказалась быстроногой, и, промчавшись через лес, я так и не сумел сократить расстояние между нами.

Ради скорости она бросила оружие и теперь со всех ног неслась в том направлении, в каком мы двигались изначально. Внезапно я увидел первую ведьму – ту, которую оглушил в самом начале. Она бежала ярдах в двухстах впереди меня. Обе были явно напуганы.

Я остановился, вложил в ножны меч и кинжал и с минуту постоял, чтобы отдышаться и успокоиться. Слегка придя в себя, я вернулся в лес и вырвал из земли свой посох. Меня била дрожь. Впрочем, после ожесточенной схватки такое бывало всегда, а сегодня я лишил жизни сразу троих. Меня мутило. К горлу подкатил ком. В конечном итоге я был вынужден остановиться, и меня вырвало.

Между тем уже стемнело, и я решил несколько часов отдохнуть. На невысоком холме я нашел рощицу. Отсюда открывался прекрасный вид на окружающую местность. Спустя какое-то время над горизонтом взошла половинка луны. В ее бледном свете я попытался разглядеть, нет ли поблизости моих врагов. Но нет, ничего нигде даже не шелохнулось. Уже валясь с ног от усталости, я сел, прислонившись спиной к стволу дерева, и положил посох на колени. Я задремал, однако вскоре резко проснулся. Мне показалось, что на меня снова напали. Но нет, никакой угрозы поблизости не было, а луна висела на небе уже гораздо выше. Всякий раз, когда я начинал клевать носом, я погружался в сон глубже и спал дольше, пока в конце концов мне не приснился странный сон.

Он был из разряда тех снов, когда знаешь, что все происходит не на самом деле. Я перенесся на ферму. Мама сидела напротив меня рядом с очагом в кресле-качалке и улыбалась. Она выглядела точно так же, как и накануне того утра, когда я покинул родной дом, чтобы поступить в ученики к Ведьмаку.

Кожа ее была бледна, но глаза горели огнем. Несмотря на несколько седых прядей в черных как смоль волосах, она выглядела слишком молодо для женщины, имеющей женатых сыновей.

– Я горжусь тобой, сын, – сказала она мне. – Что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты это знал!

– Прости, мама, если я тебя подвел. Но я никогда бы не смог провести тот ритуал. Я не смог бы принести в жертву Алису.

– Тебе нет причин извиняться, Том. Это решение принимать только тебе, и что сделано, то сделано. Наверное, дьявол может быть уничтожен и каким-то другим способом. Единственно верных ответов нет. Чашу весов может перевесить все что угодно. Ты должен использовать всю свою силу. Часть ее досталась тебе от отца, ибо ты седьмой сын седьмого сына, часть – от меня, ведь в твоих жилах течет кровь ламии. Ты уже частично знаешь об унаследованных от нас дарах, но еще больше их откроется тебе по мере твоего взросления. И один такой дар требуется тебе прямо сейчас. Причем такой, который, как правило, проявляется лишь через многие годы. Но я решила благословить тебя им раньше срока. Это дар, необходимый охотнику, – умение определять местонахождение добычи!

С улыбкой глядя на меня, мама принялась покачиваться в кресле взад-вперед. Я улыбнулся в ответ, в надежде, что это мгновение будет длиться вечно. Увы, видение начало меркнуть. Я все еще видел ее улыбку, мне хотелось обнять ее, но еще миг – и она исчезла.

Я проснулся, разбуженный кукареканьем петуха. Небо на востоке уже розовело первыми лучами солнца. Но сон по-прежнему стоял у меня перед глазами, яркий и почти осязаемый. В голове роились самые разные мысли. Может, это было нечто большее, чем сон? Вдруг мама и впрямь разговаривала со мной? Если да, значит, она простила мне отказ от ритуала, на котором прежде настаивала.

Она также произнесла слово «охотник» – мол, я получу необходимый охотнику дар. В первый год моего ученичества она сказала мне, что в один прекрасный день я стану охотником. И тогда Тьме станет страшно.

Мама сообщила мне самое главное – что она уже благословила меня даром охотника. В принципе, сказанное имело смысл. Вот почему, лежа в своей кровати в доме моего наставника, я не мог избавиться от чувства, что что-то не так. И да, я точно знал, куда должен направиться. Мой новый дар привел меня к дому, где лежала, истекая кровью, Грималкин. Как же приятно было думать, что я и в самом деле разговаривал с мамой! На несколько мгновений меня окрылила надежда.

Увы, секунды превращались в минуты, и сон постепенно мерк и блекнул в моем сознании. Вскоре уже казалось, что все это лишь плод моих фантазий. На что я надеюсь, обманывая самого себя и понапрасну растрачивая время? Я сел и отругал себя за то, что проспал всю ночь. За это время ведьмы могли уйти далеко вперед. Не желая терять ни минуты, я съел половину оставшегося сыра и вновь отправился на запад. На этот раз я не бежал – я еще успею это сделать, только позже. Мои ноги были словно негнущиеся палки, и я, чтобы размять их и придать походке упругость, перешел на быстрый шаг.

Мне снова вспомнился Лукраста. Он похитил Алису, и Грималкин не смогла ему помешать. Что произошло, когда он попытался совершить ритуал из «Думдрайта»? И, что куда важнее, что сейчас происходит с Алисой? Какие муки она, возможно, терпит? От этих мыслей мое сердце наполнилось страхом. Я ощущал полную беспомощность. Лукраста мог быть где угодно. И даже если я его найду – смогу ли я противостоять столь грозному магу?

Ближе к полудню мною овладела тревога. Я потерял следы ведьм. На этот раз я шагал по лугам и полям, а не по дорогам и тропам, что в свою очередь означало, что они уже могли повернуть и теперь держат путь к побережью. По моим прикидкам, до моря оставалось четыре мили, а я шел на юг, находясь где-то между Формби и Ливерпулем.

Терзаемый сомнениями, я остановился. Внезапно яркой вспышкой, сверкнувшей в моей голове, возникла догадка: я понял, куда они ушли. Это давящее изнутри на глаза чувство было сродни тому, которое я испытал в своей комнате в Чипендене – странная убежденность, что что-то не так. И вот теперь мною владела та же уверенность. Я знал, где искать ведьм, знал, куда они направились вместе с головой дьявола. Это был тот самый дар, о котором мне поведала мама. Дар охотника: умение чувствовать местонахождение своей цели.

Нет, они не ушли на запад к морю. Они продолжили путь на юг и теперь двигаются к востоку от Ливерпуля. Куда же они направляются? Я попытался мысленно представить карты, которые изучал в библиотеке учителя. Увы, они все до единой погибли в огне. За Ливерпулем пролегала граница нашего Графства, а за ней, графство за графством, протянулись еще более двухсот миль до южного побережья. Поведение ведьм казалось полной бессмыслицей. Им нужен был порт на западном побережье, откуда они могли бы переправиться через Ирландское море.

Я снова перешел на бег. Куда бы они ни направлялись, в конце концов я это выясню, так как чувствую их местонахождение. В какой-то момент они, похоже, изменили направление, свернув на восток, однако спустя несколько часов повернули и вновь зашагали на юг.

Вскоре я вышел к широкой реке. По всей видимости, это была Мерси. Переходя ее вброд, я задумался о том, как ведьмам удалось преодолеть эту водную преграду. Скорее всего, решил я, они воспользовались одной из дамб для временного сдерживания воды, которых в Пендле немало. Правда, для этого ведьмам пришлось бы пойти на восток, туда, где русло реки было у́же. Судя по всему, именно этим и объясняется то, что они отклонились от курса и какое-то время шли на восток. Что, кстати, отняло у них время, а значит, расстояние между нами вновь сократилось.

Вскоре вдалеке замаячил обнесенный стенами город с замком и башня собора. То есть мы уже находились за пределами Графства. Я вновь попытался заставить себя вспомнить карты учителя. Похоже, что город вдали – это Честер, решил я, хотя ни разу до этого не заходил так далеко на юг. В таком случае там меня ждет река под названием Ди.

Вскоре ведьмы вновь повернули на юг, чтобы в очередной раз воспользоваться дамбой. Я же просто перешел реку вброд, а значит, еще больше сократил расстояние между нами.

Миновав город, ведьмы резко свернули на запад.

И вот впереди замаячили горы, а чуть севернее их вдали блеснуло море. Похоже, что мы двигались прибрежной равниной – широкой плоской полосой между горами и водой. Теперь я шел тропой, которая постепенно превратилась в широкую, торную дорогу, правда раскисшую от дождей. Это существенно замедлило мое передвижение, и я был вынужден сойти на травянистую обочину. Время от времени мимо, увязая колесами в грязи, громыхали телеги, однако никто даже не удостоил меня взглядом.

Наконец я подошел к большому деревянному щиту с надписью «Камри», прибитому гвоздями к двум столбам.

Это слово было мне знакомо – я запомнил его, изучая карты в библиотеке учителя. Оно было из другого языка. Мы же называли эту страну Уэльс. Значит, я входил в чужую страну, с ее собственными обычаями, языком и – в этом я ничуть не сомневался – с собственными опасностями.

Я почувствовал, что ведьмы остановились и устроили на ночь привал. Я мог выбрать одно из двух: догнать их сейчас и напасть на них под покровом темноты или же дождаться следующей ночи, а пока набираться сил.

В итоге я принял компромиссное решение: я немного отдохну, после чего продолжу путь. Отойдя от дороги, я постарался устроиться как можно удобнее. Времени расставить силки на кроликов у меня не было, поэтому я ограничился тем, что доел остатки сыра и запил его водой из ручья. Прежде чем снова отправиться в путь, я намеревался проспать самое меньшее часа три.

Увы, я внезапно проснулся уже через час и сразу же насторожился. Хотя ни зрение, ни слух не уловили ничего подозрительного, в голове у меня словно взорвалась слепящая вспышка, и тупая боль надавила изнутри на лоб и глаза.

Что-то было не так. Я быстро сел и вперил взгляд в темноту. Луну закрывали облака. Я ничего не видел и ничего не слышал, однако точно знал: где-то рядом опасность и она бесшумно подкрадывается ко мне. Я приподнялся и, встав на колени, нащупал меч, который, перед тем как лечь спать, положил рядом с собой на траву. Мой дар точно указал мне, где сейчас мой противник. Ко мне неслышно подкрадывалась ведьма, и сейчас нас разделяло не более десяти футов.

Пожалуй, мне незачем пускать в ход Клинок Судьбы, решил я. Против этой угрозы куда эффективнее главное оружие ведьмака – мой посох. Оставив меч героя лежать на земле, я схватил посох и, выпустив клинок, бросился на ведьму. Еще мгновение – и смертоносное острие вонзилось ей в спину прямо над сердцем и пригвоздило к земле. Она не успела даже вскрикнуть. В темноте я почувствовал, как дернулось ее тело, а с губ сорвался сдавленный стон.

Я сразу понял: ведьма мертва – для этого мне не нужно было даже смотреть на нее. Жизнь погасла, словно задутая ветром свеча. Как я узнал о ее пристутствии, пока она была жива? Почувствовал ее душу или некую жизненную энергию? В любом случае я ее прикончил.

Я достал трутницу и зажег небольшой огарок свечи, который всегда носил с собой. Поднеся свечку к самому лицу мертвой ведьмы, я убедился, что это одна из тех, что сбежали после вчерашнего нападения. Это меня насторожило: что, если здесь есть и другая?

Я прислушался, однако не услышал ничего кроме вздохов ветра. Моя новая способность чувствовать присутствие врагов на расстоянии не обнаружила ничего подозрительного. Те, за кем я неотступно следовал, по-прежнему были впереди. Хотя я точно знал, что они устроили на ночь привал, тем не менее я решил не рисковать. Загасив свечу, я собрал свои вещи и снова двинул на запад.

Незадолго до рассвета я понял, что ведьмы снова отправились в путь, однако теперь я знал, что нас разделяют всего несколько миль. И хотя я по-прежнему их не видел, моей целью было незамеченным подобраться к ним как можно ближе, а затем, как только наступит ночь, напасть. Мой новый дар, похоже, оттачивался с каждым мгновением. Всякий раз, когда я пользовался им, он становился сильней. Я не сомневался, что в темноте смогу подобраться к кожаному мешку с головой дьявола и, схватив его, быстро унести прочь. Кто знает, может, мне даже не придется вступать в схватку с ведьмами.

Самые большие опасения мне внушало море, лежавшее к северу, до которого теперь было рукой подать. Время от времени я видел большие корабли с наполненнмиы ветром парусами. Что, если ведьмы успеют сесть на один из них прежде, чем я их догоню?

Но нет – вместо севера они снова повернули на юг, направляясь к горам. Скажу честно, это сбило меня с толку. Менее чем через час в том месте, где они свернули с дороги, я обнаружил их следы. Озадаченный, я двинулся следом – правда, всего лишь шагом. Бежать я больше не мог – мои силы были на исходе.

Интересно, как же они рассчитывают добраться до Ирландии, если удаляются от моря? – не переставал недоумевать я. Мне казалось это верхом бессмыслицы.