«Аргар» или Самая желанная

Взяв девушку за подбородок, я уточнил, действительно ли она согласна стать моей элоэни. Она ответила не сразу, показывая свой характер, но потом согласилась, и я решил сразу же показать ей, где она будет жить. На «Аргаре» слишком много свободных парней, чтобы такое сокровище оставлять без присмотра. Правда, контроль понадобится только до церемонии слияния. Потом она уже не сможет уйти, даже если захочет — симаррские узы создаются навечно и ничто, кроме смерти, не способно расторгнуть их.

Я привел ее в свою каюту. Открыл дверь и жестом пригласил войти:

— Располагайся.

— Это твоя каюта? — она вошла и с любопытством огляделась.

— Да, а тебя это смущает?

— Нет, но я думала, что до свадьбы невеста должна ночевать отдельно от жениха.

— Это законы твоего народа? У нас все немного не так.

— А как? Слияние — это же что-то вроде женитьбы, да? — она уставилась на меня с интересом.

— Возможно. У вас кто выбирает — женщина или мужчина?

— Раньше мужчина первым предлагал быть вместе, женщина только принимала его предложение или отказывала. А сейчас кто как хочет, это уже не важно.

— У нас всегда выбирает женщина, — я подивился законам ее расы, хотя нечто подобное наблюдалось и у федийцев с кхарами. — Это ее право. Сегодня вечером проведем обряд.

— Вечером? — она явно не ожидала, что так быстро придется отвечать за свои слова. Испугалась?

Я почувствовал легкое удовлетворение. Так и знал, что ее предложение было всего лишь попыткой избежать участи шийян.

— А чего тянуть? Ты же так желала взять меня в элоэйны, — не сдержав издевки, произнес я. — Нужно было тебе выбирать другого. Теперь, малышка, не жалуйся.

— Я и не жалуюсь, — она сложила руки на груди и уперлась в меня раздраженным взглядом, — просто не ожидала, что это будет так скоро. У меня и платья нет, ты что, предлагаешь мне выходить замуж в таком виде?

Да, видок у нее был явно неподходящим для такой церемонии.

— Душ там, — я указал на соседнюю дверь. — Платье тебе раздобуду.

— Уж будь любезен, — недовольно пробурчала она, демонстративно направляясь в указанном мной направлении.

Если бы я был уверен в ее решении и в том, что она его не изменит, то, может быть, дал бы ей пару дней. Но лучше сегодня же сделаю ее своей, и тогда она точно не успеет сбежать к другому, передумав выходить за меня. В конце концов, я и так был с ней слишком честен — дал ей выбор и к тому же два раза отказал. У нее был шанс выбрать другого, но она его упустила, я же свой не упущу.

4

Карина.

Когда Витар оставил меня одну, я решила сначала осмотреться, а потом уже заняться собой. В этот момент я чувствовала себя ребенком, который только начал познавать мир.

В каюте было много вещей, лишь отдаленно напоминавших привычную для меня мебель. В стенах — неглубокие ниши, заполненные всякой всячиной. В центре — непонятный предмет, вроде огромного куска полупрозрачного желе прямоугольной формы, мягко пружинящего при малейшем нажатии. Это, типа, кровать? Рядом стояли куски поменьше, более плотные, похожие на низкие тумбы. Лишь одно я узнала с первого взгляда — зеркало, расположенное по правую сторону от спального места. Но это был не обычный кусок стекла, покрытый серебряной амальгамой, а нечто, похожее на застывшую ртуть, которую нанесли на поверхность стены.

Зашипел динамик, установленный под потолком. Мужской голос приказал подготовиться к старту. Чудно, а в каюте предусмотрены ремни безопасности? И как насчет перегрузок?

Я подошла к так называемой кровати, села, немного попрыгала. Надеюсь, при взлете меня не размажет по стенам. Скинула ботинки и прямо в комбинезоне улеглась на приятно пружинящую поверхность. Положила руки под голову и уставилась в потолок в ожидании взлета.

Минуту жду, две, три… Когда уже прошло около десяти, плюнула, поднялась с кровати и направилась к двери ванной комнаты.

Заперта. Ни ручек, ни кнопок, ничего — абсолютно гладкая металлическая поверхность. Как ее открыть? Попробовала постучать — вдруг там какой-то особый механизм? Нет, как была заперта, так и осталась. Что за черт, р-р-р-р!

Разозлившись, решила пойти к Витару и все подробно разузнать, что как работает. Подошла к двери, ведущей в коридор корабля. Дверь такая же, как и в ванне, и тоже заперта.

— Да твою же медь, чтоб тебе пусто было! Ну как так можно? — выругалась вслух. — Вот как мне теперь выйти? А если я в туалет захочу? — нет, лучше об этом не думать, а то и вправду могу захотеть, что тогда делать буду?

Начала ногой колотить дверь и кричать, в надежде, что кто-то услышит:

— Выпустите меня! Ау, кто-нибудь! — но за дверью царила абсолютная тишина — ни единого звука. — Сволочи! Выпустите меня! Ненавижу, уроды инопланетные!

Не выдержав, заплакала, вспомнив, к тому же, и об отце. Слезы потекли по щекам, собираясь на подбородке, падая вниз и расплываясь на ядовито-желтом комбинезоне темными пятнами. Неужели только сегодня утром он меня провожал, а теперь я не знаю что с ним, да еще и сама влипла в историю?

Вспомнив о погибшей команде, я вообще зарыдала в голос. И эти подземные толчки… Что это было? Простое землетрясение или взрыв реактора? Неужели я никогда не узнаю этого наверняка? Так и буду мучиться неизвестностью, думая, что мой отец погиб, а он будет думать, что это меня нет в живых!

От этой мысли мне стало совсем худо. Слезы неожиданно высохли, но меня начала колотить крупная дрожь, да так, что зуб на зуб не попадал. Дрожа всем телом, я начала ходить из стороны в сторону и постукивать по стенам комнаты. Для чего я это делала, сама не знаю, но, в конце концов, уселась в углу, подтянула колени к груди, обхватила руками и уткнулась в них носом. Счет времени был потерян, да я его и не считала.

Дверь в каюту открылась, и кто-то молча вошел. У меня не было желания поднимать голову.

— Что с тобой? — услышала голос Витара.

Я продолжала сидеть, уткнувшись носом в колени. После нервной встряски и истерики началась стадия полнейшей апатии.

— Ты меня вообще слышишь? — он ухватил меня за руки, пытаясь заглянуть мне в лицо. Ему это, в общем-то, удалось, я подняла на него глаза. — Карина, что случилось?

В его голосе послышалось беспокойство. Что ж, физиономия у меня сейчас еще та — вся опухла от слез. Я продолжала молчать, только теперь еще и смотрела мимо него отсутствующим взглядом. Он не выдержал и встряхнул меня, да так, что у меня зубы клацнули. Хорошо хоть язык не прикусила. Вот псих! С кем я связалась?

— Не молчи, — с нажимом произнес он, — я хочу знать, что здесь произошло. Почему ты плакала? Тебя кто-то обидел?

Со мной много чего произошло, подумала я с неожиданной злостью. Сплошные мелочи! Мало того, что я потеряла самого дорогого мне человека, так еще попала в руки инопланетянина-психопата и стала его пленницей. А что меня дальше ждет? Смерть на жертвенном алтаре в племени мумба-юмба?

— Мне долго ждать твоего ответа или ты язык проглотила? — кажется, он начинал злиться.

— Что ты хочешь от меня услышать? — процедила сквозь зубы, не пытаясь скрыть неприязнь. — Ты меня здесь запер, я даже в ванную попасть не смогла.

— Я тебя не запирал! — от удивления он даже выпустил мои руки.

— Но и не показал, как открываются эти чертовые двери!

— Я… прости, не подумал… — в его голосе появились нотки раскаяния.

— Не подумал?!.. Я, между прочим, живой человек.

— Извини. Давай покажу, как у нас работают двери, а потом мы пойдем, поужинаем, — Витар подал мне руку.

— Нет уж, потом я иду в ванную, а ужин можешь сюда принести, — буркнула я, демонстративно вставая без его помощи.

Витар приподнял брови, но ничего не сказал по этому поводу.

— Дверь открывается с помощью голосовой команды на симаррском языке. «Хеншу». Тебе придется запомнить это слово, как и многие другие.

— Не переживай, я быстро учу языки. А на каком мы сейчас разговариваем?

— На космолингве. Этот язык общепринятый для всей Галактики.

— Хеншу! — сказала я возле двери, и она открылась. Витар остался стоять не шелохнувшись. Я обернулась. — Послушай, а ты нашел мне одежду, как обещал?

— Нет, еще не нашел, но сейчас поищу, а на ужин все равно придется пойти.

— Почему это? — удивилась я.

— Ты забыла, у нас с тобой обряд, а ужин является праздничным и его никак нельзя пропустить, — медленно, будто маленькому ребенку, объяснил он.

Я прикрыла глаза, пытаясь успокоить внутри себя волну раздражения. Черт, как я могла забыть об этих дурацких обрядах!

— Хорошо, но мне нужно время. Я хочу искупаться.

— У тебя оно есть.

Он ушел, снова оставив меня одну, но на этот раз я уже знала, чем заняться. Минут десять провозилась в ванной, пытаясь понять, как там все работает, пока не догадалась скинуть одежду и залезть в кабинку. Едва я закрыла дверь, как со всех сторон хлынули тугие горячие струи, приятно массируя усталые мышцы. Боже, какое блаженство!

Инопланетные предметы гигиены были странными, как, впрочем, и мебель, но вполне узнаваемыми. Больше всего они напоминали разноцветные желатиновые капсулы, размером с лесной орех, наполненные пахучими субстанциями. Стоило взять такую капсулу в мокрую руку, как она тут же растекалась на ладони небольшой лужицей пенящегося вещества с незнакомым, но приятным ароматом.

Перепробовав все капсулы и хорошенько смыв с себя пот и грязь, я огляделась в поисках полотенец или того, чем их можно заменить. Ничего подходящего на глаза не попадалось. Интересно, мне так и стоять, пока не обсохну естественным путем?

Но стоило мне отключить воду, как над головой раздалось тихое шипение, и меня обдало волной теплого воздуха. Ого, да у них тут сенсорный фен! Технологии на грани фантастики! Теперь я была чистая и довольная, оставалось только найти расческу и разобрать тот колтун, который образовался у меня на голове.

Чтобы не расхаживать голышом, пришлось снова влезть в свою одежду. Сначала надела только трико, но оно настолько вызывающе обтягивало меня, что я не выдержала и залезла в защитный костюм. К тому же, в нем я чувствовала себя увереннее, будто черепаха в панцире. Правда, напяливать заново ботинки я уже не желала.

Спустя какое-то время в дверях появился Витар, в руках у него было платье. И все бы ничего, но я, даже не меряя, поняла, что оно для меня огромное, я в нем просто утону. Оно словно предназначалось для необъятной тушки килограмм на сто двадцать, не меньше.

— Э-э-э… Витар. Ты, конечно, прости, но это платье явно великовато.

— Я визуально выбирал по твоим размерам. Меня еще ни разу глаза не подводили.

Я поджала губы, скрывая улыбку:

— Не стоило выбирать размер по моему костюму, поверь, это было неправильное решение.

— Ладно, — он смущенно пожал плечами, — но может, примеришь, чтобы я знал, какой тебе нужен?

— Хорошо. Отвернись.

Он повернулся ко мне спиной, а я быстренько скинула защитный костюм и, оставшись в телесного цвета трико, натянула платье. Осмотрев себя, поняла, что в талии его нужно ушить сантиметров на десять, не меньше.

Повернулась лицом к Витару.

— Ну, смотри…

Он повернулся ко мне, да так и застыл, открыв рот, с выражением бесконечного удивления на лице.

— Я думал ты э-э-э…, ну… — он начал показывать размеры в талии и в бедрах, которые в два раза были больше моих. У меня на это глаза открывались все шире и шире.

— Слушай, Витар, защитный костюм не маленький, из-за этого я могла показаться больше, чем есть, к тому же он мне еще и велик.

— Уже заметил… — его глаза потемнели. Он уставился на меня откровенно голодным взглядом и застыл, точно выпал из реальности.

В конце концов, мне все это надоело, и я у него перед носом щелкнула пальцами.

— Витар, отомри, иначе я обещанного платья не дождусь.

— Ах да, точно, — спохватился он и сморгнул, будто сбрасывая наваждение.

— И еще захвати расческу.

— Прости, что?

— Ну, то чем я могу волосы привести в порядок.

— А… они у тебя не всегда такие? — голос Витара был полон изумления.

— Что? — меня разобрал нервный смех. Господи, я что, попала в какую-то дешевую кинокомедию, где герои постоянно тупят ради смеха?

Витар уставился на меня, как на умалишённую.

— Что с тобой? — забеспокоился.

— Да нет, ничего… — пропищала я, пытаясь сдержать рвущийся наружу гомерический хохот.

— Почему ты смеешься?

— Ну, я уже поплакала, теперь можно и посмеяться, — заикаясь от смеха, ответила я.

— Ты плакала?

Смех резко оборвался.

— А разве по моим глазам и по красному носу не видно было, что я ревела? — с внезапной злостью спросила я.

— Так вот почему у тебя были красные глаза и нос, — он задумчиво взлохматил волосы на затылке, — я уж было подумал, что у тебя такая реакция на космос.

— Что? Такое часто наблюдается у тех, кто попадает в космос?

— Нет, по крайней мере, я еще не встречал. Но ты же иная, не изученная раса.

— С этим не поспоришь, — я выдавила улыбку. — Ну, давай, неси платье.

— Ах, да, сейчас схожу, — он развернулся, чтобы уйти, но на пороге остановился. — Ты не передумаешь?