Цвет волшебства [сборник]

Ринсвинд открыл бутылку. Находящаяся в ней жидкость вполне могла оказаться водой. Вкус у так называемой «воды» был никакой.

— Ни вкуса, ни запаха, — ворчливо пожаловался Ринсвинд.

Сундук негромко скрипнул, привлекая к себе внимание, а потом медленно, с ленивой, точно рассчитанной угрозой закрыл крышку, перемалывая импровизированную распорку, точно сухую веточку.

— Ладно, ладно, — сказал волшебник. — Сейчас что-нибудь придумаем.

* * *

Штаб-квартира Аймора располагалась в Падающей башне на пересечении Заиндивелой улицы и Мёрзлого переулка. Близилась полночь. Одинокий охранник, прислонившись к стене, взглянул на сходящиеся планеты и от нечего делать задумался над тем, какие изменения в его судьбе может предвещать это небесное явление.

Неподалеку раздался слабый-преслабый звук, точно зевнул комар.

Охранник посмотрел на пустынную улицу и заметил, что в нескольких ярдах от него в грязи что-то блеснуло. Он поднял загадочный кругляш. Свет луны ещё раз отразился от золота, и судорожный вдох охранника эхом разлетелся по безлюдному переулку.

Загадочный звук повторился, и в канаву на другой стороне улицы покатилась вторая монета.

К тому времени, как охранник подобрал её, появился третий кругляш — уже чуть подальше. Закрутившись, монетка с тихим звоном упала на землю. Золото, вспомнил охранник расхожее поверие, образуется из замёрзшего света звезд. До сих пор он считал это враньем — не могут такие тяжелые штуки, как золотые монеты, естественным образом падать с неба.

В тот момент, когда охранник поравнялся с противоположным концом переулка, сверху упало сразу несколько монет. Только эти золотые лежали в мешочке, их было ужасно много, и Ринсвинд с силой опустил их на голову незадачливого телохранителя.

Придя в себя, охранник обнаружил, что смотрит в безумные глаза какого-то волшебника. Чокнутый маг поднёс к его горлу обнажённый меч, а что-то тёмное и квадратное сжало его ногу.

Хватка неведомого существа намекала, что с охранником церемониться не будут.

— Где он? Где богатый чужеземец? — прошипел волшебник. — Быстро!

— Меня что-то схватило за ногу! Что это? — в голосе охранника прозвучала нотка ужаса.

Он попытался высвободиться. Давление на ногу усилилось.

— Лучше тебе этого не знать, — сказал Ринсвинд. — Прошу тебя, не отвлекайся. Где чужестранец?

— Не здесь! Его держат в трактире Пузана! Его все ищут! Ты ведь Ринсвинд, да? И ящик… ящик, который кусает людей… о-нет-нет-нет… пожалуй-с-ста-а-а…

Ринсвинд уже исчез. Охранник почувствовал, что державшая его незримая рука — или, если его опасения верны, крышка — ослабила хватку. Но когда он попытался подняться на ноги, нечто огромное, тяжелое и квадратное, вылетев из темноты, врезалось в него и устремилось вслед за волшебником. У этого нечто были сотни маленьких ножек.

* * *

Пользуясь своим самодельным разговорником, Двацветок пытался объяснить таинства «страх-и-в-ванне» Пузану. Жирный трактирщик внимательно слушал, а в его маленьких чёрных глазках что-то поблескивало.

Аймор с легкой насмешкой наблюдал за ними с другого конца стола, время от времени бросая какому-нибудь из воронов кусок со своей тарелки. Рядом взад-вперед расхаживал Визель.

— Ты слишком нервничаешь, — сказал Аймор, не отрывая взгляда от сидящей напротив пары. — Я чувствую твой страх, Стрен. Кто осмелится напасть на нас здесь? А этот подзаборный волшебник сам придет. Он слишком большой трус, чтобы не прийти. Он станет торговаться. И окажется у нас в руках. Вместе с золотом. И сундуком.

Визель сверкнул единственным глазом и ударил кулаком по затянутой в чёрную перчатку ладони.

— Кто бы мог подумать, что на всём Диске наберется столько разумной груши? — посетовал он. — Откуда нам было знать?

— Ты слишком волнуешься, Стрен. Уверен, на этот раз у тебя всё получится, — ласково сказал Аймор.

Его помощник с отвращением фыркнул и отправился в обход зала, чтобы задать жару своим людям. Аймор продолжал наблюдать за Двацветком.

Странно, но маленький турист, казалось, совершенно не осознавал всей серьезности своего положения. Аймор несколько раз видел, как он с выражением глубокого удовлетворения осматривает комнату. Турист не переставая болтал с Пузаном, и Аймор заметил, как какой-то клочок бумаги перешёл из рук в руки. Трактирщик в свою очередь вручил чужестранцу несколько монет. Странно всё это…

Когда Пузан поднялся на ноги и вразвалку прошлепал мимо стула Аймора, рука главного вора, будто распрямившаяся стальная пружина, вылетела вперёд и ухватила толстяка за передник.

— О чём это вы беседовали, мил человек? — негромко поинтересовался величайший вор в Анк-Морпорке.

— Н-ни о чем, Аймор. Частное дельце, не более того.

— Между друзьями не бывает секретов, Пузан.

— Э-э, гм. Ну, по правде говоря, я сам не успел разобраться, что к чему. Это нечто типа пари, понимаешь? — нервно объяснил трактирщик. — Мы вроде как поспорили, что «Порванный Барабан» не сгорит.

Аймор буравил его своими глазками, пока Пузан не задергался от страха и беспокойства. Тогда главный вор расхохотался.

— Вы держали пари на эту изъеденную древоточцами кучу старых бревен? — переспросил он. — Парень, должно быть, чокнутый!

— Да, но у этого чокнутого водятся денежки. Он говорит, что теперь, когда у него есть… не могу вспомнить слово, на «п» начинается, ставка, так сказать… в общем, тем людям, на которых он работает в Агатовой империи, придется раскошелиться. Если «Порванный Барабан» сгорит. Не то чтобы я надеялся, что это случится. Что он сгорит. В смысле «Порванный Барабан». Я хочу сказать, он для меня как дом родной, «Барабан» этот…

— А ты не так уж и глуп, а? — подытожил Аймор и оттолкнул трактирщика прочь.

Дверь резко распахнулась и с грохотом ударилась о стену.

— Эй, это же моя дверь! — завопил Пузан.

Потом до него дошло, кто стоит на верхней ступеньке. Он успел нырнуть под стол за долю секунды до того, как короткий чёрный дротик, пролетев через всю комнату, с глухим стуком впился в деревянную обшивку стены.

Аймор осторожно протянул руку и налил ещё кувшин пива.

— Не хочешь присоединиться, Злорф? — ровным голосом спросил он. — И убери шпагу, Стрен. Злорф Мягкоступ — наш друг.

Президент Гильдии Убийц ловко крутанул короткую духовую трубку и тем же движением плавно опустил её в кобуру.

— Стрен! — повторил Аймор.

Вор в чёрном, шипя, вложил шпагу в ножны. Однако его рука не отрывалась от рукояти, а глаза — от убийцы.

Это было нелегко. В Гильдии Убийц отбор кандидатов на повышение производился путем конкурсных экзаменов, а практика была самым важным — и, в сущности, единственным — предметом. Поэтому широкое честное лицо Злорфа было крест-накрест изрезано старыми, затянувшимися рубцами — результат многих рукопашных схваток. Впрочем, возможно, что это лицо и раньше не было таким уж красивым, — поговаривали, что профессию, в которой широко практиковались тёмные капюшоны, плащи и ночные прогулки, Злорф выбрал потому, что среди его предков были избегающие дневного света тролли. Люди, которые осмеливались посудачить об этом в пределах досягаемости слуха Злорфа, имели обыкновение складывать потом свои уши в шляпу.

Злорф, которого сопровождали несколько подручных, неторопливо спустился по ступенькам и, остановившись прямо перед Аймором, сказал:

— Я пришел за туристом.

— Он имеет к тебе какое-то отношение, Злорф?

— Да. Гринджо, Урмонд, взять его.

Двое убийц выступили вперед. Однако перед ними возник Стрен, и лезвие его шпаги материализовалось в дюйме от их глоток.

— Скорее всего, я успею убить только одного из вас, — процедил он, — так что посоветуйтесь между собой, кого именно.

— Подними голову, Злорф, — предложил Аймор.

Из темноты между балками вниз смотрел ряд злых жёлтых глаз.

— Ещё один шаг, и ты уйдешь отсюда с большим количеством пустых глазниц, чем пришёл, — сказал главный вор. — Так что сядь, Злорф, и выпей. Давай обсудим проблему, как разумные люди. Я-то думал, у нас с тобой уговор. Вы не грабите — я не убиваю. В смысле за деньги, — добавил он после небольшой паузы.

Злорф принял предложенное пиво.

— Так в чём дело? — спросил он. — Я его убью. А потом вы его ограбите. Это вон тот забавный тип?

— Да.

Злорф уставился на Двацветка. Маленький турист ухмыльнулся ему в ответ. Злорф пожал плечами. Он редко тратил время на размышления, почему одни люди желают видеть других мёртвыми. Знать, такова жизнь…

— Могу я спросить, кто твой клиент? — поинтересовался Аймор.

Злорф протестующе поднял руку:

— Умоляю тебя! Профессиональный этикет.

— Разумеется. Кстати…

— Да?

— По-моему, у меня за дверью стоит пара охранников…

— Стояла.

— И ещё несколько в дверном проеме по другую сторону улицы…

— До недавних пор.

— И два лучника на крыше.

Сомнение промелькнуло по лицу Злорфа, точно последний луч заходящего солнца по плохо вспаханному полю.

От резкого удара дверь отлетела к стене, сильно попортив стоявшего рядом убийцу.

— Кончайте так обращаться с моей дверью! — взвизгнул из-под стола Пузан.

Злорф и Аймор уставились на вновь прибывшего. Вновь прибывший был толстеньким, низеньким и богато одетым. Очень богато одетым. За спиной его маячили несколько высоких, массивных фигур. Очень массивных, угрожающе выглядящих фигур.

— Кто это? — спросил Злорф.

— Я его знаю, — сказал Аймор. — Его зовут Рерпф. Он содержит трактир «Стонущая Миска» у Медного моста. Стрен, избавься от него.

Рерпф поднял унизанную кольцами руку. Стрен Визель в нерешительности остановился на полпути к двери. Несколько очень больших троллей поднырнули под притолоку и, жмурясь от света, выстроились по обе стороны от толстенького трактирщика. Похожие на мешки с мукой предплечья бугрились мускулами размером с дыню. Каждый тролль держал в руке обоюдоострый топор. Небрежно сжимая рукоять большим и указательным пальцами.

Пузан вылетел из своего укрытия, его лицо побагровело от ярости.

— Вон! — завопил трактирщик. — Убери отсюда этих троллей!

Никто не шелохнулся. В комнате воцарилась внезапная тишина. Пузан быстро оглянулся вокруг. До него стало доходить, с кем он говорит и как говорит. С его губ сорвалось поскуливание, воспользовавшееся возможностью вырваться на свободу.

Пузан подлетел к дверям погреба как раз в тот момент, когда один из троллей лениво взмахнул рукой-окороком и его топорик, вращаясь, понёсся через комнату. Грохот захлопнувшейся двери и последующий удар расщепившего её топора слились в один звук.

— Тысяча чертей! — воскликнул Злорф Мягкоступ.

— Чего тебе надо? — спросил Аймор.

— Я представляю здесь Гильдию Купцов и Торговцев, — спокойно ответил Рерпф. — Можно сказать, защищаю наши интересы. То есть этого маленького чужестранца.

Аймор наморщил лоб.

— Прошу прощения, — перебил он. — Мне послышалось, или ты действительно упомянул Гильдию Купцов?

— И Торговцев, — подтвердил Рерпф.

За его спиной, в дополнение к ещё нескольким троллям, возникла кучка людей. Их лица были смутно знакомы Аймору. Скорее всего, он видел их за стойками и прилавками. Неприметные личности — легко не заметить, легко забыть. Где-то в глубине его сознания зародилось неприятное чувство. Он подумал о том, каково придется, скажем, лисе, столкнувшейся морда к морде с разъяренной овцой. Тем более если эта овца может себе позволить держать на службе волков.

— А могу я спросить, с каких пор существует эта… гильдия? — осведомился Аймор.

— С сегодняшнего дня, — ответил Рерпф. — Я, чтоб ты знал, вице-президент гильдии по делам туризма.

— А чего такое этот туризм, о котором ты говоришь?

— Э-э, мы не совсем уверены… — начал было Рерпф.

Какой-то бородатый старикашка высунул голову из-за его плеча и прокудахтал:

— Если говорить от лица виноторговцев Морпорка, то Туризм означает Бизнес. Понял?

— Ну и? — холодно спросил Аймор.

— Ну, — ответил Рерпф, — и мы защищаем наши интересы. Как я уже сказал.

— Воры — ВОН! Воры — ВОН! — закудахтал его престарелый сотоварищ.

Еще несколько человек подхватили этот лозунг. Злорф ухмыльнулся.

— И убийцы! И убийцы! — затянул старикашка.

Злорф что-то рыкнул.

— Наши требования вполне резонны, — заметил Рерпф. — Если по всему городу грабят и убивают, что за впечатления увезут с собой наши гости? Вы проделываете долгий путь, чтобы посмотреть на наш прекрасный город с его многочисленными историческими и культурными достопримечательностями, а также разнообразными самобытными обычаями, и приходите в себя мёртвым где-нибудь на задворках или, не дай боги, плывущим по Анку. Вряд ли вы тогда расскажете всем своим друзьям о том, как замечательно здесь развлеклись. Давайте взглянем фактам в лицо, мы должны двигаться в ногу со временем.